Текст книги "Отпуск с бывшим мужем (СИ)"

Автор книги: Диана Рымарь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 11. Спаситель (почти)

Макар

Мне так приятно и интересно наблюдать за реакцией Бины, что, кажется, лужей перед ней сейчас растекусь от удовольствия.

Она так натурально краснеет! Так откровенно ведется на весь мой стеб, что становится даже немного ее жаль.

Са-а-амую чуточку.

Черт, а она же и правда еще красивее стала. В школе была очень симпатичной, но сейчас…

Сейчас просто огонь!

Фигура что надо – грудь налилась, талия тонкая, попка аппетитная. А главное – лицо повзрослело, черты стали четче, выразительнее. Губки пухлые, глаза большие, когда не сверкают злостью, а смотрят растерянно…

– Ты не можешь всерьез заставить меня щеголять перед тобой с голой грудью… – возмущается она.

Не могу. Потому что это будет уже перебор, а я и так изрядно перегнул палку.

А жаль.

Собственно, когда я это предлагал, цель была одна – довести ее до белого каления. Посмотреть, как она будет выкручиваться. Но тут тоже важно не переборщить.

– Я тебе разрешу накрыться простыней, – откровенно смеюсь. – Ну? Договорились? Или мне очень даже пригодятся те двести двадцать четыре тысячи. Что скажешь, Булкина?

– Я…

Вижу, как она борется с собой. Гордость против здравого смысла. Деньги против принципов. И… гордость проигрывает, потому что денег у нее явно нет.

– Я установлю посредине кровати линию, и только посмей за нее забраться, – фырчит она гневно.

Ура-а-а! Согласна. Прокатил мой элитнейший стеб.

– Больно надо, – хмыкаю с показным пренебрежением.

А мне надо, да.

Надо увидеть, как эта недотрога будет униженно просить, подчиняться, выполнять мои капризы. Сладкая месть за все те разы, когда она корчила из себя недоступную принцессу.

Да, мне тридцать, и я, кажется, не сильно-то повзрослел. Моя бывшая жена под этим также с удовольствием распишется.

Подмечаю, как Бина тяжело вздыхает, какой расстроенной выглядит после всего.

– Булкина, объясни мне все-таки, как так получилось, что в снятом тобой домике оказался бывший муж с любовницей?

Она разводит руками.

– Хозяин домика дал ему ключи, поскольку считал, что мы с мужем тут будем отдыхать вместе. Я тебе уже объяснила, что этот отдых предусматривался в подарок на годовщину.

Да уж, некоторым планам не суждено сбыться. Ключевое, что не моим.

– И что? – возмущаюсь я. – Разве это норма отдавать ключи от жилья бывшим мужьям? Вы ведь в разводе.

– Официально развод будет, как раз когда с отпуска вернусь, – шмыгает она носом.

И, кажется, собирается разреветься.

Ее всхлипы, как наждачка по стеклу, – непереносимо.

Черт, а ведь ситуация действительно дерьмовая. Представляю, каково ей было – приехать сюда и наткнуться на такое. Муж с любовницей в ею же оплаченном домике. Это жестоко.

Внезапно во мне просыпается пренеприятнейшая эмоция, имя которой – сочувствие. Вот как я, оказывается, умею, сам от себя не ожидал.

И вроде хочется подавить это чувство, ибо оно неуместно, но…

– Не бойся, Булкина, теперь с тобой я, – говорю ей вкрадчивым голосом. – Мы такой отдых устроим твоему бывшему, что он икать будет всю жизнь, вспоминая этот рай на земле.

Как ни странно, моя методa срабатывает.

Я-то ожидал, что Бина фыркнет, как обычно, огрызнется, скажет что-то резкое по типу: мне нафиг не сдалась твоя помощь. Но она успокаивается, даже, кажется, веселеет. В глазах появляется боевой блеск. Вот это уже больше похоже на ту Биночку, которую я помню.

– Я в ванную, – с этими словами она подхватывает свой чемодан и исчезает.

Усаживаюсь на кровати, прикидывая, с чего начать «отдых».

В этот момент булькает сообщением мой телефон: «Макар, ты где? Мы все тебя тут ждем, не отходим».

Это Серый, уже на яхте, видимо с остальными ребятами.

Черт! Я ведь должен быть сейчас совсем не тут. Мы собирались сегодня отправиться на несколько дней в плавание на яхте приятеля. Морская рыбалка, купание в открытом море, дайвинг, все дела. Впрочем, им там и без меня будет нескучно.

Зашел по делам в фитнес-клуб, решил заодно чуть позаниматься в тренажерке и… Задержался на неделю.

«Извини, братан, не приеду, – пишу ему. – Мой залог можете не возвращать».

«Ты рехнулся? Мы к поездке месяц готовились!»

Это правда.

Я даже новое снаряжение для дайвинга купил, лежит в моем джипе, что остался на парковке фитнес-клуба. Я не стал демонстрировать тачку Бине, ведь типа тренер.

Кстати, я ведь даже дополнительные курсы по дайвингу прошел. Мечтал, как буду любоваться подводными пещерами, плавать с аквалангом в открытом море.

Ну, вместо этого теперь буду любоваться Биной.

Будь она чуть менее охрененной, может и не повелся бы на ее историю. Но охрененности в моей школьной любви с избытком.

«Что может быть такого важного у тебя там?» – настаивает друг.

«Закрываю старый гештальт».

Кто бы мог подумать, что через двенадцать лет Бинка попросит меня о помощи.

Глава 12. Спагетти карбонара

Альбина

Я чувствую себя идиоткой – это по меньшей мере.

Стою у плиты, помешиваю спагетти в кипящей воде и параллельно слежу за сковородкой, где шипит бекон. Золотистые кусочки уже начинают хрустеть по краям, выделяя тот самый аромат, который делает карбонару настоящей карбонарой.

В миске уже готова смесь яиц с пармезаном – главная фишка блюда. Сейчас самый ответственный момент: надо будет влить яичную массу в горячие макароны так, чтобы она не свернулась, а превратилась в нежнейший сливочный соус.

Главное – для кого это готовлю! Для Макара Покровского…

Кто мне раньше скажи, что я стану для него стараться, покрутила бы у виска.

Впрочем, кто мне раньше скажи, что я застряну в домике у моря с бывшим мужем и его любовницей, удалила бы из друзей, честное слово.

Как я, взрослая, рациональная женщина, могла оказаться в такой ситуации – полная для меня загадка.

Надо было устроить хозяину домика скандал по телефону, пусть бы возвращался и выгонял этого прилипалу с его блондинистой дурой. Вот что мне стоило сделать, а не устраивать это вселенское противостояние пара Влад и Лика против Альбины и Макара.

Или вообще в полицию звонить…

Хотя что бы они сделали? Насколько мне известно, они не очень-то любят приезжать на разборки супругов, а мы с Владом все еще официально женаты.

Все-таки надо было что-то придумать, или в крайнем случае уехать отсюда подальше, наплевав на деньги. Ведь свои нервы дороже!

Но поди ж ты, теперь стою у плиты, стряпаю ужин для своего выдуманного любовника. А он при этом сидит в просторной, залитой солнцем гостиной, которая отгорожена от кухни всего лишь барной стойкой, смотрит какой-то спортивный матч. Выглядит счастливым донельзя, еще смеет меня поторапливать:

– Давай, Булочка, готовь скорее, я жутко голоден!

Кто бы знал, как меня бесит это его «Булочка». Еще со школы, до красных мушек перед глазами. Хочется швырнуть в него половником, честное слово. Но приходится сдерживаться и натянуто улыбаться. Ведь я должна выполнять любую волю его величества.

Вот у кого жизнь удалась. Отдохнет на халяву в снятом мной домике, еще и ублажайте его по-всякому.

Хоть продуктов догадался заказать сам, и на том спасибо. Хотя я не просила, вообще-то, и готовить этому увальню не собиралась. Еще чего!

А самое странное в этой истории – я вкусно ему готовлю!

Потому что, во-первых, невкусно не умею, во-вторых…

Во-вторых, есть во мне какая-то идиотская потребность доказать, что, несмотря на посредственную внешность, я по крайней мере хозяйка что надо.

Даже если доказываю это бывшему однокласснику, который за все годы школы мне ни одного доброго слова не сказал.

Я уже хватаю бутылку уксуса, чтобы залить им только что сваренные макароны и этим напрочь испортить блюдо, как вдруг входная дверь бахает.

Это вернулись Влад и Лика с вечерней прогулки.

Мерзость какая! Представляю, как они там гуляли, держались за ручки, любовались закатом. Как он шептал ей на ушко всякие глупости, а она хихикала и прижималась к нему. Тошнит от одних только мыслей об этом. Не потому, что ревную, – нет, упаси боже! Просто противно, что этот человек, с которым я прожила девять лет, так легко заменил меня на эту… на эту Барби. По-другому Лику не назовешь. Красивую и пустую внутри.

– Я пойду освежиться, – зачем-то сообщает всем Лика своим писклявым голоском.

А Влад вдруг сразу же заруливает на кухню, как он делал во время всей нашей совместной жизни.

На запах приходил и требовал вкусненького.

Вот и сейчас он тут как тут, вытягивает шею, принюхивается.

– Третьей порции не найдется? – улыбается он во все тридцать два зуба.

О боже, эта его привычка!

Всегда так делал – приходил в самый разгар готовки или когда все уже почти закончено, и помогать было поздно. И с этой дурацкой улыбочкой намекал, что пора его кормить. Как будто я его личная кухарка.

Неожиданно выключается телевизор, и в пространство кухни вплывает Макар.

– Не для тебя готовили, – хмыкает он и с показным добродушием хлопает Влада по спине.

Да так сильно хлопает, что тот аж икает. От страха? Или от неожиданности?

Черт, а мне почему-то очень приятно, что Макар его осадил.

Влад строит недоуменное лицо. Типа ничего такого не сказал, всего лишь попросил еды, какая малость.

– Я не понял. – Он поджимает губы, при этом смотрит на меня свысока. – Алька, ты же много наготовила, неужели вправду жаль? Какая мелочность…

От наглости у меня аж дыхание перехватывает. «Алька»?! Да еще и этим тоном – как с прислугой разговаривает. Будто я обязана всех здесь кормить, особенно его, драгоценного бывшего мужа, уж он-то подавно имеет полное право на мою стряпню.

Это после всего, что между нами произошло. После того, как он меня бросил ради этой силиконовой куклы. Кровь прилила к лицу так, что уши горят.

Хочется схватить сковородку и врезать ему по наглой морде, но держу себя в руках.

Чудом сдерживаюсь, сообщаю с милой улыбкой:

– Я готовлю для любимого мужчины, и только.

– К тому же продукты я покупал, – хмыкает Макар. – Вот купишь свои продукты, и готовь что заблагорассудится.

– Только кухню после себя приберите, – добавляю я с легкой издевкой. – Я вам не нанималась, а уборщица будет приходить раз в два дня.

Влада аж перекашивает от злости – левый глаз дергается, как всегда бывает, когда он крайне раздражен. Челюсть ходуном ходит, руки сжимаются в кулаки. Ой как знакомо! Сколько раз я видела это выражение лица, когда он был чем-то недоволен.

– Если дело в деньгах за продукты, то я… – начинает он.

Смешной… Деньги за продукты. А деньги за домик он не хочет отдать?

– Дело в том, что тебе со своей пигалицей лучше отсюда убраться. А если тебе хватает наглости здесь остаться, то по крайней мере не рассчитывай, что мы тебя будем обкармливать. – Я делаю особый упор на слове «мы».

Макар одобрительно кивает и подходит ближе, демонстративно обнимает меня за талию. Черт, от его прикосновения по спине пробегают мурашки. Неожиданно! А может, дело в том, что я попросту не привыкла, чтобы меня трогали чужие мужчины.

– Садись, дорогой, – нежно говорю я, указывая ему на стул у барной стойки. – Сейчас все будет готово.

Беру горячие спагетти, быстро сливаю воду и тут же вливаю яичную смесь, интенсивно помешивая. Получается именно то, что нужно: шелковистый кремовый соус обволакивает каждую макаронину. Добавляю хрустящий бекон, посыпаю свежим пармезаном и черным перцем. Аромат стоит такой, что слюнки текут.

Раскладываю карбонару по двум тарелкам – порции получились щедрые, аппетитные.

– Вау! – восхищается Макар, когда я ставлю перед ним тарелку. – Выглядит, как в ресторане. Булочка, ты волшебница!

Несмотря на то, что эта его «Булочка» все еще раздражает, сердце предательски екает от похвалы. Все-таки я на нее очень падка.

Сажусь рядом, накручиваю на вилку спагетти и пробую.

М-м-м…

Получилось действительно отлично – нежно, сливочно, с легкой остринкой перца и солоноватыми нотками бекона.

– Обалденно вкусно! – бормочу я с набитым ртом, причем говорю совершенно искренне.

Влад зыркает на меня исподлобья и с невозмутимым видом начинает что-то заказывать по телефону, но я вижу, как он косится на наши тарелки. Слюни глотает, бедняжка.

В этот момент в кухне появляется Лика.

– Ой, как вкусно пахнет, – тянет носом она. – Владуша, ты заказал ужин, да? Я хочу большую порцию, нам с ребеночком очень надо перекусить.

– Да нет, – ехидно тяну я. – Это не Владуша заказал ужин, это я приготовила для двоих… А вы что же, не поужинали, пока гуляли? Влад даже в ресторан не отвел?

– Зачем ресторан, когда можно приготовить настоящую домашнюю еду… – тянет Влад.

– И то верно, – вторит ему Макар. – Вот только на это способны лишь настоящие домашние женщины.

– Ты на что намекаешь? – хмыкает Влад.

– Не намекаю, прямо говорю: спасибо, что освободил классную бабу… – При этом он смотрит на меня нахальным, собственническим взглядом.

Будто уже застолбил и я – его, причем минимум на веки вечные.

Вроде бы возмущать должно, да? Бабой назвали, права предъявили, будто я вправду крепостная…

А мне приятно, как Макар моего бывшего уделывает. Может быть, и хорошо, что мы все тут оказались на неделю. Хоть отыграюсь за прошлые унижения.

В этот момент Лика выдает:

– Владуша, закажи продукты, пожалуйста. Я нам тоже приготовлю, без проблем.

– Ты умеешь готовить? – Влад сияет улыбкой.

А Лика отвечает:

– Конечно умею! Пф-ф-ф, что там уметь вообще. Отварил макароны, и всего дел. И книгу рецептов тоже закажи, пожалуйста… Или нет, не надо, я рецепты в интернете посмотрю.

Мне дорогого стоит не засмеяться в голос, пока наблюдаю, как вытягивается лицо Влада.

Глаза округляются, рот приоткрывается – он явно не ожидал услышать, что его куколка такой профессионал на кухне.

Сейчас она ему ка-а-ак приготовит домашненького…

Глава 13. Угольки и соленая вода

Альбина

Обстановка в доме все больше накаляется.

Электризуется и даже искрит!

Я сижу с Макаром на диване в гостиной, делаю вид, что смотрю регби. Он тоже якобы уставился в экран, но чувствую – мы оба едва замечаем, что там происходит. Потому что настоящая драма разворачивается прямо здесь, в открытой кухне, в нескольких метрах от нас.

Домашний спектакль под названием «Ужин от Лики» идет полным ходом, и это куда интереснее любого спорта.

Макар властно обнимает меня за плечи, покровительственно смотрит и предлагает еще попкорна.

– Видишь, не зря заказал, – усмехается он, кивая в сторону кухни. – Вон какое интересное кино разворачивается.

А там на заднем фоне уже плачет Лика и громко возмущается Влад:

– Макароны недоваренные! Неужели ты даже макароны сварить не в состоянии?

– Но Влад… Откуда я знала, что бывают разные макароны? В рецепте указано двенадцать минут…

– А на пачку посмотреть не судьба? – продолжает он. – И кто тебя учил до углей запекать бекон для пасты карбонара?! Это же несъедобно!

Голос у него такой, будто его лично оскорбили.

Прямо трагедия вселенского масштаба – недоваренные макароны. Хочется фыркнуть, но сдерживаюсь.

Неожиданно раздается звук стука с улицы – это пришел курьер-доставщик.

Лика радостно подпрыгивает:

– Ой, Владуша, ты все-таки заказал еду? Какой ты молодец!

Влад раздраженно цедит:

– Заказал.

Он идет к двери, забирает заказ и возвращается с ним на кухню.

Лика сидит там же, ждет его.

А потом мы слышим ее визг:

– Ты заказал только один гамбургер?! Только себе?

– Что такое, милая? Тебе не нравятся замечательные макароны, которые ты сварила? Ешь их, а нормальную еду будешь есть, когда научишься ее готовить, – отрезает он.

И от этой его интонации – усталой, презрительной – меня будто током бьет.

Воспоминания накатывают, как волна. Я даже слышу их рокот.

Вдруг вспоминаю, как он когда-то сделал со мной ровно то же самое.

Мы с Владом тогда только недавно поженились, и я, не слишком умелая хозяйка, приготовила ему первый в жизни борщ. Три часа стояла у плиты, старалась, волновалась. А он едва его попробовал, обозвал меня безрукой, вылил мой борщ в унитаз и заказал гамбургер. Причем так же один – для себя, показушно. Я тогда сидела голодная, смотрела, как он жует, и чувствовала себя полной дурой. Помню, как мне было больно, как хотелось провалиться сквозь землю от унижения.

– Бывший у тебя огонь… – хмыкает Макар. – Она ж вроде беременная, нет?

Лика беременна, если верить ее словам.

И в этот самый момент мне что-то становится все равно на эту драму. Противно делается от всей этой показухи.

– Макар, ты наслаждайся своим попкорном, я пойду, голова болит.

Вручаю ему ведерко и встаю.

Юркаю в спальню, часто-часто дышу, чтобы не расплакаться.

Мне бы побыть немножко в одиночестве, но Макар тут как тут.

Ни минуты мне не дает на условное «прийти в себя».

Молча всхлипываю, беру парео, накидываю, как шаль, на голые плечи, ведь я в сарафане с тонкими бретельками. Хочу юркнуть мимо Макара в дверь. Но он не пускает.

– Ты куда?

– Прогуляться пойду. Сказала же, голова болит.

– Давай я тебе шею помассирую, точки нужные знаю, вмиг отпустит.

Он говорит это и натурально тянется ко мне своими граблями, будто я ему и вправду любовница.

– Не надо, – отпрыгиваю в сторону. – Просто подышу воздухом и пройдет, пусти меня.

– Темно уже, не нужно никуда идти одной, – хмурит он свое брутальное лицо.

– Я взрослая девочка, – напоминаю, вдруг забыл.

И пока он переваривает мои слова, буквально сбегаю через дверь в спальне – благо тут отдельный выход на пляж.

Ухожу подальше от дома, бреду по каменистой линии, смотрю на яркую луну.

Кто его знает, может и хорошо, что я так и не забеременела от Влада? Если он даже беременной Лике гамбургер не купил…

Как я с ним жила вообще? Он ведь не вчера стал таким.

Слезы сами катятся по щекам, но я их стираю ладонями.

Слушаю шум волн, вдыхаю полной грудью морской аромат – соленый, с нотками водорослей и свежести. Чувствую прохладный бриз на щеках и потихоньку отхожу от всех переживаний.

Пусть они заполонили мой дом, украли отпуск, хорошее настроение.

Но море им украсть не по силам.

Море вот оно, родимое. Шумит, успокаивает, обнимает звуками волн.

Морько мое… Морюшко…

Глава 14. Голая Альбина

Макар

Не знаю, как у них там в семье было принято, но, если б моя баба пошла на улицу ночью гулять, я бы забеспокоился.

А Альбина отмахнулась от меня, как от назойливой мухи.

Взрослая девочка она, ага.

Когда это было аргументом, спасающим людей от неприятностей?

Красивая девушка одна на пляже в чужом городе – ни разу не провоцирующая ситуация, да?

Я-то в Кабардинке не первый год и слежу за сводкой новостей.

Буквально на прошлой неделе какой-то турист из Ростова напился и приставал к отдыхающим на набережной. Хорошо, что местные его быстро успокоили, а то неизвестно, чем бы закончилось.

Естественно, местные туристов не трогают. Это их хлеб, да чего уж там, и мой тоже отчасти. Но ведь сюда каждое лето приезжают тысячи отдыхающих, от которых можно ждать что угодно.

Перепьют и вперед буянить.

Помню, как в позапрошлом году сибиряк один устроил драку прямо на пляже, чуть девчонку не прибил за просто так. Потом еще неделю местные обсуждали.

Я обязан ее защитить, и плевать, взрослая она девочка или нет. Девочка же – это ключевое.

Да, я Бине по сути никто. Но на эту неделю назначен любовником. А любовники должны беречь своих любовниц, верно? Так что сама напросилась.

Короче, остаюсь я один в спальне ровно столько времени, чтобы успеть вскипеть, а это у меня занимает минуты.

Да, я не самый сдержанный на свете человек.

Становится решительно плевать, что она меня послала подальше. Вылетаю следом через тот же выход на пляж.

Домик Бина сняла в отдалении от самой Кабардинки, здесь тихо и пустынно. Фонарей нет, только луна освещает каменистую береговую линию. Ни одной живой души, только ее силуэт впереди.

Далеко идущий, между прочим!

Вот вчесала…

Иду за ней некоторое время в отдалении, чтобы не заметила. Стараюсь наступать аккуратно – камни под ногами предательски скрипят.

И вдруг наблюдаю, как она останавливается, смотрит в морскую гладь. Слезы со щек стирает? Больно характерный жест. Плечи у нее дрожат.

Хочется подойти, обнять, сказать что-то утешающее. Но знаю же – опять оттолкнет. Бина – не из тех, кто любит выставлять чувства напоказ.

А потом она скидывает парео прямо на камни, стаскивает сарафан.

Лифчик.

Тру-у-усики…

Честно сказать, охреневаю от вида голой Бины. Пусть она вдалеке и я ни черта не вижу деталей, как хотелось бы. Но сам факт!

Силуэт у нее – зачет. Попа круглая, прямо от поясницы, многие ради такой задницы годами в тренажерке убиваются. Я, например…

Был дрыщом, лучше сказать – глистой в скафандре. Потом в моей жизни произошла вся та хрень, о которой вспоминать не хочу, и… Все во мне изменилось внутри, и я решил меняться снаружи. Вот как порой на нас влияют, казалось бы, близкие люди.

Ради тела, каким обладаю, я вкалывал в тренажерном зале до седьмого пота. Жрал протеин на завтрак, обед и ужин. Чего только не делал.

А у Бины задница, что-то мне подсказывает, а-ля натюрель, как и все остальное.

Я так поражен наготой Бины, что даже в первые секунды не задумываюсь, зачем она вообще разделась.

Что она задумала там?

Вижу, как подходит к самой кромке воды, пробует ее ногой… Шагает в морскую гладь.

Она всерьез решила купаться нагишом ночью?! И без меня?

* * *

Альбина

Вхожу в воду медленно, осторожно. Каждый шаг – как маленькое откровение. Прохладная вода обнимает лодыжки, поднимается выше, холодит разгоряченную кожу.

Господи, как же хорошо!

Море, луна, прохладный бриз и я…

Вся эта духота, что копилась в груди целый день, словно растворяется в морской воде. Дурные мысли уплывают вместе с легкой рябью на поверхности.

Наконец-то могу вздохнуть полной грудью.

Я так давно не была на море – целый год!

И сейчас получаю такое искреннее наслаждение от каждого движения в воде. Хорошо, что волн нет, плыть легко и приятно.

А ощущение того, что я голая…

Это что-то особенное. Свобода какая-то первобытная, дикая.

Ныряю с головой, и вода обволакивает меня целиком. Ощущение полного слияния с морем, кайф.

Всплываю, отфыркиваюсь, смеюсь сама себе. Когда в последний раз я смеялась просто так, без причины?

И вдруг где-то в отдалении всплеск.

Такой характерный звук, будто кто-то сиганул с пирса в воду. А тут вообще есть пирс? Я не видела никакого пирса…

Меня пробирает холодок, причем не от воды.

Думала, что тут одна-одинешенька. Мгновенно жалею, что пошла купаться голой. Господи, ну что за дура! Надо было в белье…

Но сарафан белый, и белье под него тоже белое надела. Новый комплект, было жалко портить купанием в море. Вообще, надо было переодеться в купальник, прежде чем идти гулять. Но тогда не предполагала же, что буду купаться.

Стою в воде по горлышко, ощущаю ступнями каменистое дно, прислушиваюсь. Тихо. Может, показалось?

Ну прыгнул кто-то в воду, и что? Море большое, места всем хватит.

Только через время замечаю, как рядом со мной выплывает какой-то Ихтиандр. В лунном свете силуэт неясный, но…

Очень скоро понимаю – это Макар.

Вот же гад, выследил!

– Ты что тут делаешь?! – визжу я, инстинктивно прикрывая грудь руками, хотя в воде ничего не видно.

– Составляю тебе компанию… – Голос у него довольный, самодовольный даже.

Ишь ты, компанейский какой.

Вот только я мечтала побыть одна, насладиться прохладой, природой, разложить по полочкам весь тот сумбур, который находится в голове. Выработать стратегию поведения, наконец.

Но разве от этого Макара скроешься?

Что-то мне резко расхотелось купаться, он все испортил.

Собираюсь выйти на берег, но, когда дохожу до уровня воды мне по плечи, вспоминаю – я же голая! Совсем голая!

Макар тут как тут, прижимается ко мне сзади. Его руки скользят по моей талии, нагло так. А в задницу упирается… Внезапно я понимаю – он тоже голый! И прижимается он ко мне определенно не фонариком.

Я резко отпрыгиваю в сторону, будто меня ужалила ядовитая медуза.

– Да ладно, что ты? – хрипит он, жадно меня разглядывая. – Я ж понял, что понравился. Давай сделаем друг другу приятно… Ты мне, я тебе. В воде заниматься сексом очень круто. Я нежным буду.

От его слов меня бросает в жар. Натурально так!

Тысячу лет со мной такого не было. Да и не приставал никто так нагло и в открытую. Даже муж! У нас с ним все было как-то плавно, больше по привычке, в спальне за закрытыми дверями.

И тут в море, голые…

Чувствую, как у меня сводит между ног, причем не пойми с чего. Этот Макар ведь мне даже не нравится. Он мужлан. Но поди ж ты – я представляю, как бы это у нас с ним было прямо тут.

Однако здравый смысл еще не совсем отключился.

– Слышишь ты, нежный, а резинки ты с собой в плавках захватил? Ах да, ты же без плавок… – выдавливаю сквозь зубы. – Извини, не занимаюсь сексом с мужчинами, которые плюют на безопасность.

– Если хочешь безопасного секса, без проблем, – радостно отвечает он. – У меня в сумке есть резинки, сгоняю в момент, жди тут…

Пихаю его в живот и – плевать, что голая, – выбираюсь наружу.

– Отвернись! – рявкаю громко.

Но слышу, как он идет следом и наверняка разглядывает меня сзади. Козел!

Когда мы оба выходим на берег, обнаруживается катастрофа – мой сарафан улетел в море. Лежит на камнях мокрый и грязный, весь в песке и водорослях.

Нет, ну это просто издевательство!

Дорогая, красивая вещь, скорее всего испорчена. А потом до меня доходит еще худшее – мне теперь надеть нечего, кроме крошечных трусиков и белого прозрачного бюстгальтера, который ничего не спрячет. Парео, которое я взяла с собой, тоже прозрачное, как назло.

– Ох, да что ж это такое! – начинаю причитать. – Ну почему все так?!

– Надень мою рубашку, – предлагает Макар и протягивает мне свою пляжную рубашку с пальмами.

Сам остается в шортах, с голым торсом.

Что делать, соглашаюсь.

Тут же натягиваю чужую вещь, которая еще и пахнет мужчиной.

Украдкой любуюсь его совершенной фигурой в свете луны. Там реально рельеф мышц проступает на животе. Плечи широкие, руки сильные…

Он перехватывает мой взгляд и ухмыляется:

– Если так нравлюсь, чего тогда выпендривалась в воде? Уже б вовсю…

Этот кобель провокационно двигает бедрами, и я чувствую, как краснею до корней волос. Хорошо, что сейчас темно и этого не видно.

Гордо разворачиваюсь и иду назад, стараясь не смотреть на него.

Но не получается!