Текст книги "Пора взрослеть, девочка (СИ)"
Автор книги: Даша Коэн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)
И уже будучи в коридоре, выдала:
– Конечно, нет. Если бы Макс не оказался таким ужасным, то я бы еще подумала. Тем более, что пятерка в зачетке по истории очень нужна. Но раз так, то пусть мучается. Жаль, что ты будешь мучиться вместе с ним.
Подмигнула и была такова…
Я же только насупилась и покачала головой, принимая для себя решение, что никакого романтичного образа молодого Хана, у которого на мой счет самые честные планы, нет и быть не может. Ведь если он сейчас так себя ведет, значит, запросто поиграет в меня, сломает и выбросит за ненадобностью. А потому – в топку его.
Но всю ночь напролет мне снились настоящие кошмары на улице Вязов. Я несколько раз даже с немым криком просыпалась оттого, что видела, как я в восемьдесят четыре года, беззубая и немощная, все пытаюсь безуспешно сдать историю Казариной, но так и не могу этого сделать.
А она надо мной все смеялась и смеялась, обвиняя во всех смертных грехах.
Под утро совсем измученная потопала в душ, но дурные мысли из головы так выбросить и не смогла. Несколько раз открывала профиль «Бога Поцелуев» и зависала над его аватаром, разглядывая слишком уж безупречные черты лица. Не знай я его подлой сути, так и очароваться могла бы.
Ненадолго, конечно!
Зачем-то вспомнила наш поцелуй.
Господи!
Почему каждый раз от этих воспоминаний меня словно наизнанку выкручивает? Почему обваривает кипятком с ног до головы? Почему учащается дыхание и сердце стучит за ребрами, как спятившее? Почему, почему, почему…?
Но ответов у меня не было. Была лишь бесконечная решимость в том, что уже на следующей пересдаче я точно сдам Людоедовне все и даже больше, тем более, что я теперь грызла гранит науки не одна, а с толковым репетитором. И вот этот день настал, а я сама чувствовала в душе уверенность благополучного исхода. Не шла на экзамен, а летела. И в аудиторию вошла первая, и билет приняла с улыбкой, и отвечала даже что-то.
Но мстительная рыжая баба тоже не планировала сдавать позиций, а потому палила в меня из всех орудий, перекручивая мои ответы на свой лад, путая и вводя в заблуждение там, где ей это было выгодно.
Итог?
Очередной неуд.
Из аудитории я выскочила едва ли не рыдая, а еще мечтая взять стул со всей силы шарахнуть эту мстительную дуру, чтобы до нее наконец-то уж дошло – мне ее Хан никуда не упирался!
И вот это состояние абсолютного пата и привело меня к необдуманным поступкам. Пребывая в шоке, объятая ужасом и отчаянием, я все-таки открыла переписку с Ханом и капслоком настрочила ему, гневно барабаня пальцами по экранной клавиатуре:
«ЗВОНИ МНЕ! ПРЯМО СЕЙЧАС!»
Телефон ожил буквально через пару секунд, а в трубке я услышала до усрачки довольный голос этого бессовестного типа:
– Дашенька!
– Ненавижу тебя! – прорычала я.
– Опять будешь угрожать цыганской порчей?
– Нет!
– А я уж было перекрестился, – рассмеялся этот гнусный персонаж.
– Короче!
– Я весь к твоим услугам.
– Ты обещал мне пятерку по Козы?
– Обещал. Но не просто так.
– Я согласна.
– Ну наконец-то! Когда?
– Сегодня. Сейчас!
– Воу-воу, Даша, – снова смеялся этот гад.
– Если я в течении пары часов ее не получу, то можешь сушить весла! – предупреждающе процедила я, дрожа от ярости, обиды и разочарования к самой себе. Хотя, чего это? Ведь именно Хан был виноват в том, что сейчас происходило в моей жизни. Вот пусть и разгребает!
Не сдала, да, черт побери!
Но ведь и не сдалась, а снизошла!
– Где ты?
– В институте.
– Буду через пятнадцать минут, – на заднем фоне я услышала, как Хан снял с сигнализации свою тачку. Этот персонаж сразу знал, что я пришла с протянутой рукой и не терял времени даром.
Ай, как же бесит!
Ну ничего, я еще оторвусь. Обещаю! – Время пошло… – прошипела я змеей и повесила трубку.
Глава 9
Сестра
Даша
Я металась по коридору между аудиториями, словно загнанный зверь, у которого на уме было только одно – выследить своего обидчика, а потом со всей дури вонзить зубы ему в шею. Никогда! Слышите? Никогда в жизни у меня не было еще такой жажды человеческой крови, как после встречи с этим самовлюбленным проходимцем Максом Ханом.
Кстати, а где он?
Четырнадцать минут уже были и прошли. И если Хан не появится сейчас же, то ему придется раньше времени бронировать для себя место на кладбище.
А-а-а!
И вот начался обратный отсчет. Часики тикали неумолимо, пока вплотную не подобрались к той отметке, когда будет уже слишком поздно что-либо менять, ибо из аудитории Козы вышли почти все студенты, что добрались до последней пересдачи.
Остался только один, а потом эта проклятая женщина просто встанет и уйдет, до самой осени закрывая для меня возможность сдать чертову историю. Но я бьюсь об заклад, она и тогда найдет способ, чтобы сполна напиться моей крови.
А потому, Хан, черт тебя дери, где же ты?
Пятнадцать минут истекло. Последний студент покинул аудиторию Казариной, весело обмахиваясь зачеткой, в которой красовался вожделенный тройбан. А я так и осталась растерянно стоять посреди коридора, непонимающе хлопая глазами.
Какого художника вообще?
Но только я уж было собралась звонить отцу, чтобы согласиться на его гениальное предложение нанять киллера для Людоедовной, как по лестнице вдруг послышались торопливые шаги. А всего через пару секунд я напоролась взглядом на наглые и наполненные торжеством победителя глаза Хана.
В этот момент я ненавидела его как никогда! Тогда как сам он продолжал подливать керосин в пылающий пожар моей к нему неприязни. Просто шок-контент какой-то! Как можно быть таким привлекательным внешне и таким отталкивающим внутри?
– Дашенька! – пропел парень елейно и подвалил ко мне, едва сдерживая ликующую улыбку, заправив руки в карманы джинсов и облизываясь, словно котяра, вышедший на охоту.
– В жопу иди со своими любезностями, – оскалилась я.
– Хорош рычать, я приехал вовремя, но охранники никак не хотели пускать меня к тебе. Пришлось договариваться.
– Балабол! – выплюнула я с максимальным ядом, а через секунду задохнулась, так как Макс неожиданно быстро, почти молниеносно приблизился ко мне и обнял, прижимая к груди и нежно поглаживая по голове.
– Не дергайся, – не очень-то дружелюбно скомандовал он, стоило мне только попытаться выпутаться из этой максимально неприятной для меня хватки.
– Еще чего!
– Ты пятерку хочешь или нет?
– Хочу, но…
– Вот и я тебя хочу, Даша, – хриплым, наполненным урчанием шепотом неожиданно прошептал мне прямо в губы Хан так, что я в моменте растеряла весь пыл и совершенно выпала из обоймы.
Какого черта он творит? Мы здесь вообще зачем собрались, на минуточку?
И почему у меня от его бессовестных, лишенных смысла слов, вдруг за ребрами вспыхнул сноп искр, осев в низ живота ощутимым жаром? Что еще за глупые фокусы? Эй, тело, а ну-ка, соберись!
– Не смей со мной так разговаривать! Я тебе не какая-нибудь там…
– Кто?
– Ну эта…
– Не понимаю, о чем ты, Дашенька!
– Я тебе не Коза! Так что делай мне быстро пятерку, веди на свое чёрствое свидание и расходимся! – настоящей коброй шипела я ему прямо в лицо, не замечая, что он все это время буквально пожирал меня взглядом и наглаживал по голове, то и дело заправляя выбившиеся прядки за ухо.
– Все сказала? – его большой палец мазанул по моей нижней губе, чуть оттянул ее вниз. Хан немного прикрыл глаза и медленно сглотнул, смотря на меня из-под опущенных ресниц, но все также пристально и пробирающе.
– Нет…
– Я очень этому рад, но пока помолчи, а иначе тебе не видать своей вожделенной пятерки, а мне не видать вожделенной тебя.
– Губу закатай!
– Цыц!
И снова уткнул меня лицом в свою грудь, заставляя возмущенно сопеть, но в то же время вдыхать просто невообразимо приятный мужской запах. Специально надухарился, собака сутулая! А мне теперь стой и мучайся.
Ох, ну как же вкусно все-таки, а…
Темный шоколад, кофе, немного карамели и как будто капелька рома, сладкой вишенкой завершая аромат, которым словно в кокон насильно завернул меня Хан. Я сглотнула и тихо выдохнула, прикрывая веки.
Чума, не иначе!
– Даша, руки!
– Ась?
– Обнимать меня сейчас не нужно. Просто стой и жди!
– Да я…
– Молча!
Вот же хтонь серогорбая! Раскомандовался он тут…
Ну, ничего, я еще с ним поквитаюсь, чай не последний день живем. Вот прямо сейчас буду стоять тут и размышлять, как я этой наглой заднице отомщу по полной программе. Будет знать, как милых Дашенек обижать! Но руки пришлось опустить. Нет, ну правда, они как-то сами вверх взмыли и обвились вокруг узкой мужской талии. Я тут совершенно ни при чем!
– Даш?
– М-м?
– А всплакнуть можешь?
– Зачем? – удивленно подняла я на него глаза.
– Надо.
– Ладно, – кивнула я и тут же скуксилась, вспоминая свой хорошо отточенный навык давления на любимого папу, когда мне было что-то позарез нужно, а он почему-то твердил мне «нет». Я уже давно этим фокусом не пользовалась, но, как говорится, опыт с годами не пропьешь.
Вот и сейчас слезы, как по заказу, навернулись на глаза, а затем сорвались с ресниц.
– Готовность пять секунд.
– Ну же!
– Напомни-ка, как зовут эту твою училку? – прошептал Хан, пока я поражалась тому, что у человека напрочь отсутствует совесть. Трахнул и даже имени не помнил, бесстыжий!
– Полина Леонидовна, – выдала я все же ответ, а за моей спиной послышался бодрый и бесяво довольный голос Казариной, которая с кем-то активно болтала по телефону. Последние ее фразы больно ужалили меня и почти взвинтили мою к ней неприязнь до небес, подтверждая тот факт, что Людоедовна специально валила меня на экзамене.
– Конечно, не сдала и не сдаст! Ей теперь только комиссия на осень светит, но я и там найду как сбить эту блондинистую дуру с дистанции. Пф-ф-ф, все этим папиным дочкам к ногам падает. Терпеть их не могу!
– Я убью ее, – рявкнула я.
– Перезаряжай пока, – улыбнулся мне Макс, а потом зашипел, резко сжимая пальцами мои щеки так, что губы вытянулись трубочкой и чуть приоткрылись. – Хочу вылизать твой рот…
Ну вот за что мне это все, а?
И пока я переживала очередной шок, Хан снова прижал меня к себе, тихо отдавая команду.
– Поехали!
И тут же шаги за моей спиной стихли, а голос Козы взвился до истерически-отвратительных интонаций.
– Максим!
– Полина! Вот это встреча! – приторно-сладко пропел Хан.
– Что ты тут делаешь?
– Да вот, приехал к своей любимой двоюродной сестренке поддержать и утешить. Она все никак не может осилить один предмет, а я ведь лично вчера гонял ее по всем билетам. И вдруг нате – опять не сдала. Вот я и приехал разбираться, кто тут мою любимую родственницу обижает.
– Сестра…? – проблеяла Коза.
– Ага…
Вот же жучара, а!
Вот же вертлявый Змей Горыныч!
Боже, это же надо было до такого додуматься. Но, самое ужасное, получается, что Хан все это дерьмо распланировал еще тогда, когда прикатил ко мне с веником умерших роз, пытаясь развести на очередное свидание. И все оставшееся время он банально хладнокровно выжидал, когда я окончательно сдамся и приползу к нему с протянутой рукой, умоляя «благодетеля» о помощи.
Боже мой, какая же неведомая гнусь, а не человек!
– А я, кстати, тебе звонил, Полин, – сладкоголосым соловьем продолжал заливаться Хан, все еще успокаивающе поглаживая меня по голове, как настоящий старший брат.
– Звонил? – тут же растеклась перед ним кипятком Людоедовна. Вот никакой гордости у бабы нет.
Тьфу!
– Да! Звонил и писал, думал встретиться еще раз, куда-то сходить, посидеть, узнать друг друга поближе, а мне в трубку, представляешь, следующее говорят: «такой номер в сети не зарегистрирован».
– Ой…
– Вот я и скис. Хорошо, что сюда приехал и снова тебя встретил. Чудо ведь, не иначе!
Так, минуточку!
Что этот Казанова недоделанный несет вообще? Он же меня на свидание звал, а тут шары свои волосатые снова к Козе подкатывает? Ему что, жить надоело? Или его мама реально пару раз в детстве головой об бетонный пол роняла?
– Наверное, ты, когда записывал мой номер, в цифрах ошибся, – продолжала блеять Казарина.
– Рядом с такой красотой нервничал, руки дрожали, – усмехнулся Хан, а я закатила глаза, не веря, что он сказал подобную чушь, а Людоедовна в это поверила.
Ну не может быть она настолько клинической дурой?
Но оказалось, что может.
– И куда ты хотел меня пригласить?
– В ресторан, м-м? В центре открылось несколько достойных мест с отличной барной картой и прицелом на высокую кухню. Что скажешь?
– Скажу, что я люблю морепродукты, – пропела Казарина, а я фыркнула.
Мозги она любит! Мозги! Человеческие! Жрать-жрать-жрать!!!
– Я тоже их обожаю, – деланно восхищенно выдал парень, а я показательно зевнула, но Хан только подмигнул мне и продолжил ворковать.
Ну не гад ли, а?
– Тогда продиктуй мне снова свой номер, чтобы в следующий раз, когда я буду тебе звонить, никакой ошибки уже не вышло.
– Восемь-девятьсот-шесть-шесть-шесть…
Застрелите меня!
Я все-таки не выдержала этот фарс и от всей души вонзила острую шпильку в носок легких летних туфель Хана, увидела боль в его глазах, возрадовалась и наконец-то выпуталась из его хватки. Уф, кажется, у меня случился передоз от запаха пьяной ромовой вишни.
Но этому наглому персонажу было хоть бы хны. Он лишь закинул мне руку на плечо и снова прижал к себе, на этот раз позволяя смотреть в наглющее и ненавистное лицо Казариной. Которая, к слову, хищно улыбалась и.… многозначительно смотрела на меня.
– Ой, Полина, – записав номер Козы в свою телефонную книгу, перешел к делу парень, – а ты, случаем, не знаешь преподавателя истории моей сестренки? Дашунь, как там зовут того злыдня, кто так тебя прессует?
И на меня воззрился вопросительно, чуть сжимая плечо пальцами, пока сама Людоедовна слала мне невербальные сигналы глазами, будто бы умоляя, чтобы я не делала глупостей. И только тут я поняла, что именно должна сказать, дабы получить все-таки свое.
– Милейшая Полина Леонидовна знает этого нехорошего человека, – кивнула я.
– Тебя, что ли, Потапова валит, Дашенька? – заломив руки, замироточила Казарина, пока я не знала, куда себя деть от удивления.
– Она самая, – несчастно вздохнула я, – пятерку мне ставить не хочет.
– Какой ужас! – покачала головой Коза.
– Вот, братишка, – указала я пальцем на ненавистную училку, – даже Полина Леонидовна, заведующая кафедрой истории, не может управу найти на подчиненного. Так и лютует человек. А страдает кто? Страдаем мы – будущие специалисты своего дела!
– Так я ведь не знала, что такая проблема ребром встала, Дашенька, – хлопнула в ладоши Коза, а я плотоядно облизнулась. Ух, так бы и откусила ее рыжую дурную башку.
– Ну так теперь знаете, – пожала я плечами.
– Полина, ну сделай же что-нибудь, – вступился Хан, – помоги моей любимой сестренке.
– Так и быть, – кивнула она, – пойдем со мной, Дашенька. А ты, Максим, пожалуйста, подожди здесь.
И Коза дала мне знак следовать за ней снова в аудиторию, дверь которой плотно прикрыла за моей спиной. Прошла к своему столу, села за него и уставилась на меня с вызовом, но уже не так по-звериному жестоко, как это было раньше.
Вот же сучка! Облажалась по всем фронтам, но и тут пытается сохранить хорошую мину при плохой игре. Ну прямо мое браво!
– Я не знала, что Макс – твой брат.
– А, так это как-то относится к тому, почему я не сдала ваш предмет? – удивленно вскинула я брови.
– Не будь дурой, Ветрова, ты все прекрасно понимаешь, – прошипела она и протянула руку, требуя от меня зачетку, что я без промедления и сделала.
– Мне нужна пятерка, – пробурчала я.
– А мне нужна реклама, – прищурилась Коза, замирая напротив поля, где должна была появиться вожделенная оценка.
– Наверное, пойду и скажу брату, что меня валили непосредственно вы, а не мифическая Потапова, а потом добавлю, из-за чего именно это происходило, и, видит бог, морепродуктов в компании Макса вам точно не видать.
– Значит, мстить удумала?
– А с кого еще мне брать пример? – пожала я плечами.
– Ладно, – кивнула Коза и все-таки поставила мне в зачетку отлично, вот только отдавать обратно документ не торопилась, – но позволь напомнить, Даша, что в следующем году у тебя начнется сопромат, который тебе будет преподавать моя лучшая подруга – Карина Евгеньевна Овчаренко.
– Это угроза? – улыбнулась я, хотя внутри меня все дрогнуло. Одно дело какая-то там история, и совсем другое – профильный предмет.
Фак!
– Что ты, милая. Это просто запоздалая попытка с тобой подружиться. Что скажешь? Мир?
– Мир, – кивнула я, даже не задумываясь над ответом, так как понимала совершенно точно, что никогда и ни за что на свете я не стану любезничать с этой рыжей кикиморой. Но понимала совершенно точно, что отдача за необдуманные действия Хана меня будут преследовать еще долго.
Благо я была умницей и папиной дочкой, а потому далеко не просто так и на одном лишь позитиве вошла в эту аудиторию вслед за Казариной. И да, я знала, что она не оставит попыток меня и тут как следует пнуть под зад.
Что и сделала, мстительная идиотка.
– Тогда не смею более задерживать, Дашенька, – кивнула она мне, словно царица египетская.
– Вот спасибо, – натянула я на лицо самую благостную улыбку, на которую только была способна.
А затем забрала наконец-то свою зачетку и вышла за дверь, взглядом посылая Хана на три веселые буквы. Но этому Змею Горынычу все была хорошая погода.
– Ну что, сестренка, поехали отмечать пятерку, м-м?
От ответа меня спас восторженный визг Казариной, которая вслед за мной выскочила в коридор.
– Макс, а вот и я!
Я же только усмехнулась, помахала этим двоим и вчесарила прочь, крича на ходу:
– Наслаждайся, братец!
Глава 10
Бесит!
Даша
– Ну, и чего ты смотришь на меня, словно баран на новые ворота? – нахохлилась я, завидев, как на меня ошарашенно таращится Ева.
– Да я просто валяюсь с тебя, Ветрова!
– Пф-ф-ф, – закатила я глаза.
– Нет, а кто бил себя в грудь и говорил, что мой брат демон во плоти и ты ни за что и никогда не прогнешься под него и его жестокие игры?
– Ну я, – буркнула под нос себе недовольно.
– Вот!
– А ты и рада, как я погляжу?
– Не стану врать – очень!
– Твой родственник – бессовестный манипулятор! – шипела я настоящей змеей.
– Он всего лишь очень умный. И дальновидный!
– Да неужели?
– Да! Макс смекнул, что ты просто так ему не дашься, вот и врубил хард-кор.
– Я ему, что так, что эдак не дамся, – задрала я нос выше.
– Это я уже поняла, – тяжко вздохнула Ева и с упреком на меня посмотрела, – хотя и не стану скрывать, что надеялась с тобой породниться. А теперь вот – все пропало, ибо на тропу войны вышла Коза.
– Как вышла, так и сойдет, – нахмурилась я.
– Ох, не знаю, Дашка. С таким характером, как у Людоедовной, не удивлюсь, если прямо сейчас она с матримониальными планами в своей отбитой башке весело скачет на моем бедном братце голая и счастливая.
– Ева! – зашипела я, теряя дар речи.
– А чего? Я бы на месте Макса тоже бы не устояла. Там такие буфера!
– Замолчи сейчас же! – зажала я уши руками, а сама тут же представила себе, как покачивается полная грудь Казариной, когда ее в самой провокационной позе берет Хан.
Боже, зачем я об этом думаю вообще, а?
Зажмурилась, прикусила щеку изнутри и прописала себе метафизическую оплеуху!
А ну-ка, соберись, тряпка! Не все ли тебе равно, кого там обрабатывает этот бессовестный гад, пока у тебя в зачетке красуется пятерка по ненавистному предмету? Пусть теперь хоть до смерти эту дуру ревнивую и мстительную затрахает. Мне и тогда дела не будет!
– Нет, серьезно, Ветрова. Если уж смотреть объективно, то Полина Людоедовна – реально красивая женщина. Глаза, губы, сиськи опять же – все при ней.
– Кажется, меня сейчас стошнит, – схватилась я за горло и театрально изобразила рвотный позыв.
– Даже не знаю, на что рассчитывает мой брат, в таком случае? – будто бы не слыша меня, продолжала вещать Ева.
– О чем ты?
– Ну как о чем? О том, что Коза своего явно не упустит и на этом свидании обязательно будет десерт из сбитых сливок.
А я на этом моменте зависла. Сказать по правде, меня даже перекосило. Во-первых, какого черта несет моя лучшая подруга? А, во-вторых, почему я на ее слова так реагирую? Почему мне хочется огреть Еву по голове чем-нибудь более увесистым, чем подушка? И почему мне хочется позвонить ее брату и сказать, что если он сунул свой детородный орган в Казарину еще раз, то пусть даже не надеется на то, что я пойду с ним хоть куда-либо?
– Как бы то ни было, со вчерашнего дня твой брат не объявлялся, – передернула я плечами.
– Кто знает, возможно, тебе радоваться надо?
– Это почему?
– Потому что Макс мог зависнуть с Казариной настолько, что и о тебе совсем позабыл. Зажигать с на все согласной дамой намного приятнее, чем буксовать с девчонкой, которой все не так и все не то. Правда, ведь?
Я же только поджала губы и развела руками. Какое мне вообще дело до того, что там у Макса в голове. Но сама закрыла глаза и медленно к себе прислушалась.
Что это?
Мне ведь действительно все равно. Плевать! Пусть бы Хан хоть прямо сейчас припал на одно колено и сделал предложение руки и сердца этой полоумной рыжей бабе. Совет им да любовь!
Но как же бесит!!!
– Главное, что я своего не упустила, – прищурившись и мысленно насылая мужскую немощь на брата лучшей подруги, произнесла я.
– В смысле?
– Я на диктофон записала наш последний разговор с Казариной, где она признается в том, что сознательно меня валила на экзамене. Так что, мне теперь и Макс не нужен, чтобы жить спокойно.
– Грязно играешь, Дашенька, – фыркнула Ева.
– Это еще почему?
– Это потому, что именно благодаря моему брату у тебя есть подобный компромат.
– Алле, гараж! Благодаря твоему брату у меня в жизни и случился этот геморрой!
Но Ева ничего мне на это не ответила, только пожала плечами, да я и сама решила прекратить этот пустой разговор. И вообще, я уже десять раз пожалела, что приехала к подруге в гости. Нужно было сидеть дома, пить чай с мамой и радоваться, что сессия закрыта на отлично.
А не вот это вот все!
Мы еще какое-то время с Евой поболтали о разном, посмотрели новый блокбастер, сути которого я не уловила, а затем заказали пиццу с беконом и халапеньо, объевшись ею от пуза. В клубы идти почему-то не хотелось, хотя возможность была, и даже суровый папа Рома не был против того, чтобы я отметила окончание курса хоть с каким-то размахом.
И мне бы идти и танцевать, а настроения нет от слова «совсем».
Так я и промучилась целый вечер, пока не очутилась дома, в своей комнате. А уж когда легла спать, то была еще сильнее заведена, чем несколько часов назад.
Этот гадский гад до сих пор не объявился!
Не затребовал свидания вот прямо сейчас!
Не назвал явки и пароли. Что, где и когда, черт возьми!
И в голову все больше и глубже лезли тухлые, совершенно неприятные мысли о том, что не совсем-то мне и все равно оттого, что вектор маниакального внимания Макса Хана сместился с моей персоны на какую-то там Козу, чтоб ее черти драли!
Спустя полчаса бесплодных попыток заснуть, я все-таки сдалась и полезла на просторы социальной сети, где Бог Поцелуев неожиданно оказался онлайн. Я тут же отчетливо почувствовала укол в сердце. Прикрыла глаза, выдохнула. А затем приказала себе успокоиться.
Ну что за фигня вообще, Даша? Еще вчера тебе было ровно и вообще фиолетово на этого парня, а теперь вдруг газ с тормозом начала путать?
Ой, все!
И только я уж было решила снова заблокировать телефон и уснуть мертвым сном до самого утра, как мобильный в моей руке завибрировал. И не от сообщения, а от входящего звонка. И звонил мне не абы кто, а сам Бог Поцелуев, чтоб его всю жизнь мучила изжога.
– Чего тебе? – прорычала я, принимая вызов вопреки воплям разума, который твердил мне этого не делать.
– Так вот какие дела у нас тут, да, Даш? Ну, хочешь, я прямо сейчас приеду. В лицо мне порычишь, душу отведешь.
– А знаешь, – пожевала я губу, – приезжай. Только лопату с собой прихвати?
– Могилку мне рыть собралась?
– Нет, для начала обойдемся малой кровью – корону тебе на твоей дурной башке подрихтую!
– Даш…
– Ну, что?
– Я ведь правда приеду, – его голос неожиданно упал в хрипотцу и обвалялся в таких бархатистых интонациях, что у меня по телу поползи наэлектризованные мурашки, поднимая все волоски дыбом.
– Пф-ф-ф…
– Выйдешь?
– Хрен тебе моржовый, – прошипела я, едва ли не добавив катиться к своей сисястой Казариной, и только было положила трубку, но вдруг замерла, услышав совсем неожиданное.
– Я с ней не спал, Даш. Даже не встречался.
– Мне плевать!
– Сказал, что заболел и лежу с температурой. Сгораю…
– Хан, перестань нести чушь!
– Сгораю, Даш. И знаешь почему?
– Не знаю и знать не хочу!
– Бессовестная ты, Дашка. Подпалила мужика, а мне теперь мучайся.
– Так это еще и я во всем виновата? – я аж на кровати подскочила, не веря в то, что слышу.
– А кто? Предстала вся такая передо мной в одних лишь микроскопических стрингах и моей футболке. А я теперь каждую ночь их с тебя зубами стаскиваю…
– Замолчи сейчас же!
– Замолчу, если разрешишь приехать к тебе хоть на пять минут. Я только посмотрю на тебя, да выдохну.
– Нет!
– Тогда буду говорить дальше.
– Еще слово и я повешу трубку!
– Ладно, тогда давай хотя бы помолчим, м-м?
– Боже, на эту ересь еще кто-то клюет? – пораженно прошептала я.
– Даш, да я настолько ни с кем даже не заморачивался. Обычно все взлетало уже на стадии кладовки, так что…
– Ну ты и сволочь! – пораженно выдохнула я.
– Сволочь, да, но зато честная, – с улыбкой в голосе произнес Хан, а потом и вовсе рассмеялся. – Ладно, принцесса, до завтра. Сразу встречаемся на месте или я могу за тобой заехать?
– Можешь заехать, – улыбнулась я, – мой папа как раз успеет наточить ножи.
– Тогда не опаздывай, Дашунь. Ресторан «Алые паруса», в восемь вечера.
– Я буду в белом. И да, все-таки с лопатой, – обреченно выдохнула я, а затем все-таки нажала на «отбой», откидываясь на подушки и прикрывая глаза.
«Интересно, он действительно не соврал и прокатил Казарину?»
Это было последним, о чем я подумала, прежде чем заснуть крепким сном…
