Текст книги "Развод. Цена ошибки (СИ)"

Автор книги: Даша Черничная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 43. Хороший человек

Дима

Сидим с Ромкой, старшим братом, в ресторане. Нам приносят обед.

– И что это за демарш был на вечере? – спрашиваю его.

– А что тебе не нравится? – хмыкает он нагло.

– Ром, Аделия не чужая мне. Она мой друг, понимаешь? Не играй с ней.

Ромка нахально улыбается:

– С чего ты взял, что я втягиваю ее в какую-то игру?!

Вскидываю брови:

– Да ты с ней за все время, что мы дружим, сколько раз пообщался? Два? И вдруг свадьба.

Рома вытирает рот и отодвигает тарелку:

– Слушай, у нас с Аделией партнерская сделка. Ей нужно спастись от деспотичного отца. Я ведь слышал ваш разговор. Виссарион реально мудак – выдаст ее за какого-нибудь престарелого уебка-партнера с вялым членом, но извращенной фантазией. Насрать ему на собственную дочь, а она цветочек нежный, почти парниковый. Ее сломать – нехер делать.

Приносят кофе. Отпиваю из чашки, задумчиво верчу ее в руках.

– Не верю я в такую благотворительность, Ром. Как ни крути, но ты не тот человек, который будет что-либо делать без выгоды для себя.

– Разумеется, – кивает, довольный собой. – Я же говорю – сделка, а не благотворительная акция.

– И что же ты получишь в таком случае?

– Как это что? – усмехается. – Красивую покорную жену, которая вхожа в высший свет. Умную, беззлобную, не меркантильную. Плюс ко всему Дигай наконец разрешит мне влезть в совет директоров, уговорю его на небольшой пакет акций в качестве свадебного подарка! – улыбается хищно.

– Только не надо втирать мне, что это все из-за бабла! – вот не верю я в это.

– Пф! Бабла никогда не бывает много. Но первопричина не в этом, да, – делает паузу. – Отец. Все никак не может успокоиться, что я не женат. Он последний год мне плешь проел: говорит, тебе тридцать два, уже дети должны табуном бегать, а я якобы все никак не остепенюсь.

– Я думал, после истории с Владом он перестал лезть в наши жизни.

У Владика, второго по старшинству брата, есть своя нелицеприятная история, связанная с насильственным выбором невесты. Окончилась она не очень красиво… Отец тогда ошибся, а расхлебывал все Влад вместе со своей любимой девушкой.

– В ваши, – с нажимом говорит Рома. – Ты у нас вообще самый правильный сын. У Славы свои проблемы, похлеще одиночества. Ну а Леха вообще мелкий.

Рома допивает кофе и отодвигает чашку. Глядит задумчиво в окно, смотрит сквозь людей, куда-то далеко уходя мыслями.

– Как ты собираешься жить с Делей, Ром? Она ж не комнатная собачонка, которая будет выполнять твои команды. Она живой человек. Хочу заметить, очень хороший человек.

Брат хмурится:

– Как будем жить – наше дело. Я не мудак, если ты об этом. Не обижу ее, в отличие от кандидата в мужья от ее папеньки. Он вообще нормальный? Мерзкий тип какой-то. Смотрит на свою дочь, как на кусок говна.

Вздыхаю. Деля никогда не жаловалась, не такой она человек. Но я видел – ее отец реально ненавидит ее. Это видно невооруженным взглядом. А вот почему – вопрос. Есть у меня предположение, что Аделия не его дочь. Потому что ну как, блять, можно не любить собственного ребенка? Даже если ты отмороженный ублюдок, любить свое потомство – в крови.

– Будь аккуратен с Виссарионом. И вообще, лучше поговори с отцом на его счет. Он очень скользкий и мелочный. За каждую копейку удавится. Еще и счет выкатит тебе за свадьбу.

Брат отмахивается:

– Насрать мне на это. Моя свадьба – оплачу, не проблема.

– А вот почему он так обращается со своей дочерью – это тебе лучше обсудить с Аделией, возможно, она объяснит что-то. И, Ром, Деля хороший человек, ты береги ее. Потому что больше некому, брат.

Рома смотрит на меня внимательно, кивает. Обедаем дальше, договариваемся поехать всем вместе на дачу, обмыть помолвку. После перерыва возвращаюсь в офис. Сегодня важный день, потому что Белова пора поставить на место.

Глава 44. Махинация

Дима

– Лена, позови ко мне начальника службы безопасности, – говорю секретарю по селектору.

Через десять минут в кабинет заходит Анатолий Павлович. Мужик серьезный, дельный. Воевал даже. Сейчас хватку не потерял, поэтому он один из немногих, кто действительно может мне помочь разобраться с Беловым и организовать ему волчий билет.

– Ну что, Анатолий Павлович, есть чем порадовать меня?

В зарубежной фирме, где раньше работал Белов, я смог выйти на одного важного человека. Именно он рассказал, что мой старый друг не просто так уволился, а с внутренним скандалом. Как выяснилось, Руслан выводил через подставные фирмы деньги компании. Поначалу понемногу, видимо, боялся. А потом оборзел и начал крутить большие суммы. Уводил средства на оффшоры, а их там хрен найдешь. Но та компания все-таки разобралась во всем и нашла кто подворовывает. Скандал закончился быстро, но болезненно для самого Руса. Ему пришлось вернуть все бабки. Фирма, чтобы не привлекать к себе лишнего негативного внимания, решила не подавать в суд. Уволился Белов тихо с и помощью каких-то мутных знакомых подчистил себе репутацию. Именно поэтому наша фирма не увидела в его биографии темных пятен. А они там были в большом количестве.

Крыса она везде крыса. Поэтому еще месяц назад я дал указание безопасникам поработать на пару с юристами. Мне нужно было разобрать деятельность Белова на запчасти. Каждую сделку, каждое письмо. Даже звонки со служебных телефонов – и те прослушивались.

– Ну и чуйка у вас, Дмитрий Артурович! – восхищается безопасник. – Я связался с зарубежными коллегами и выяснил, что Белов выводил деньги по той же схеме, что и на предыдущем месте работы. Спецы прямо сейчас пытаются оценить ущерб и подсчитать, сколько же всего было украдено. Но сумма даже сейчас накапала немаленькая. За такое можно сесть – и надолго.

– Анатолий Павлович, а как же аудиторская проверка, которая была не так давно? – хмурюсь. Ведь тогда все хорошо подчистили, что ж главную крысу не нашли? – Почему тогда ничего не раскопали?

– Предполагаю, что в этой комиссии у Руслана Аслановича есть свой человек, потому его и прикрыли. Это можно четко отследить, нам нужно еще немного времени, чтобы вытащить все фамилии.

– Я поговорю с советом директоров о том, что, возможно, стоит повторить проверку, но пригласить уже другую фирму. Если они прикрыли Белова, вполне вероятно, есть еще кто-то, обворовывающий компанию.

– Какие будут указания? – с готовностью подается вперед.

– Раскручивайте дальше. Я поговорю со своим человеком из прокуратуры, необходимо понимать, в чьей юрисдикции это экономическое преступление. Белову пропуск на работу заблокировать. Будет прорываться в офис – не пускать. Устроит скандал на проходной – записать все на камеру и припугнуть в случае чего. Кабинет его закрыть и следить постоянно, чтобы никто туда не входил и не выходил. Ни сотрудники, ни его секретарь, ни уборщица, вообще никто.

– Хотите размотать его?

– Да, – киваю и смотрю в большое окно. Хочу, чтобы от него мокрое место осталось.

– А если совет директоров предложит по-тихому урегулировать?

– Значит, объясню совету директоров, что по-тихому – не наш выход. Белова надо гнать в шею и с позором. Чтобы ни одна фирма не согласилась с ним работать.

– Это перечеркнет его карьеру, – констатирует.

– Разве? – усмехаюсь. – А я думал, что его карьеру перечеркнут махинации, на которые он, кстати, пошел добровольно! Его никто не тянул туда.

– Я понял, Дмитрий Артурович. Буду держать вас в курсе всего происходящего.

День закручивается, информация о воровстве Белова гуляет по этажам. Совет директоров в шоке, но никто не выступает против прилюдной порки. Сотрудники перешептываются.

Приходится задержаться на работе, потому что одна нитка потянула за собой целый клубок. Спускаюсь на улицу вместе с Соней – не хочу, чтобы она ждала меня тут. В этом нет никакого смысла. Внутри тревожно, не хочу отпускать ее одну, потому что уверен: Руслан не отступится и будет и дальше пытаться навредить. Мне через нее.

Он знает, что Соня – мое слабое место. И он не тот человек, который, с позором опустив голову, уйдет с поля боя. Белов продолжит сражаться до последнего вздоха и будет делать это грязно. Просто потому, что по-другому не умеет.

– Все это так ужасно! – Соня обнимает себя руками.

Притягиваю ее ближе и прижимаю к себе. Возле офиса практически никого нет, сотрудники давно разошлись по домам. В ожидании такси целую ее в висок:

– Приятного в этой ситуации мало, – соглашаюсь. – Но все-таки хорошо, что правда открылась. Как минимум, он не будет мелькать у меня перед глазами на работе.

– И как я могла не замечать ничего? – растерянно смотрит на меня. – Ведь должны же были быть какие-то сигналы? Ну, не знаю там, странные телефонные разговоры или бумаги.

– Как бы ты узнала, Сонь? Он же не мешками таскал домой деньги. Руслан по хитрой схеме перечислял их через подставные фирмы. А после уводил в оффшор. Ты ничего не видела, потому что все делалось за твоей спиной.

– Теперь эти деньги никак не вернуть? – расстроенно поджимает губы.

– Этим уже будут заниматься адвокаты, сейчас сложно сказать.

Приезжает такси, и я сажаю Соню на заднее сиденье:

– Позвони, как приедешь, – прошу ее отчитаться мне.

– Конечно, – улыбается и целует меня, а я возвращаюсь в офис.

Работаю, несколько раз созваниваюсь с Соней. Она дома, и у нее все хорошо, поэтому продолжаю в спокойном режиме разгребать дерьмо, которое оставил после себя Белов. Офис покидаю в час ночи. Глаза печет, башка гудит. Но иначе было никак – слишком много всего навалилось.

Еду домой по ночным полупустым дорогам, делаю несколько кругов по парковке, но все козырные места ожидаемо заняты. В итоге нахожу место чуть ли не в самом конце паркинга. Выхожу из тачки и вдыхаю свежий воздух. Начало лета, на улице пахнет цветами. Втягиваю носом прохладный воздух, улыбаюсь. Скорее бы домой, к Соне. В ее объятия. А после всего этого надо брать ее и ехать в отпуск, на море. Плавать, загорать, есть вкусные фрукты и заниматься любовью…

Прокручивая в голове одну фантазию за другой, иду к подъезду. Как раз в этот момент мне прилетает удар в голову.

Глава 45. Драка

Соня

Сон не идет. Ворочаюсь в кровати. Без Димки вообще не спится. То одеяло колючее, то подушка неудобная. Да и сердце мое не на месте. Надеваю домашние брючки и теплую кофточку, выхожу на балкон – посмотреть, не приехал ли. Как кошка, сижу на подоконнике и жду своего хозяина.

От того, что натворил Руслан, я в шоке. Боже, зачем ему столько денег? Что за жадность? И ведь не сказать, что он из бедной семьи, наоборот. Его родители обеспечены, он никогда ни в чем не нуждался. И тут эта кража. В особо крупном…. Он просто греб деньги лопатой на протяжении нескольких лет. Ведь мы не нуждались ни в чем. Хотя, может, это мне хватало всего, а Белову, наоборот, вечно чего-то не хватало. Потребности у меня всегда были приземленные. Из дорогих купленных мне вещей – телефон и фотоаппарат. Ну, может, еще пара сережек. Которые я оставила в квартире Руса вместе с обручальным кольцом. Ну вот теперь ему должно хватить. С лихвой. Он ведь может в тюрьму загреметь на несколько лет за свои махинации. Надеюсь, что меня это никак не коснется, ведь я не видела украденных денег. Прокручиваю в голове воспоминания – не просил ли меня Руслан ставить где-то подпись.

Трясу головой. Насмотрелась глупых сериалов и нагнала на себя панику. Не было ничего подобного. Я, конечно, может, и дура, но не глупая: если бы что-то подсунул мне на подпись, я бы обязательно прочитала.

Через какое-то время на территорию жилого комплекса заезжает автомобиль Волкова. Выдыхаю. Наконец-то он будет дома.

Димка выходит из автомобиля и направляется в сторону подъезда. Поднимаюсь, готовая идти его встречать. Неожиданно из-за угла дома выходит тень. Все происходит так быстро, что я не успеваю среагировать.

Человек замахивается и бьет Димку по голове какой-то палкой. Дима падает. Сердце останавливается, я перестаю дышать. Это длится, кажется, вечность. Будто кто-то поставил воспроизведение на паузу.

Что делают в таких ситуациях? Боже, он же его убьет сейчас! Паника, паника, паника. Везде она. Комната плывет перед глазами, ноги ватные, как в самом страшном сне, я пытаюсь убежать от чудища, но не могу сдвинуться с места.

Забегаю в квартиру, а после вылетаю из нее, не потрудившись закрыть замок. Лифт везет меня вниз целую вечность, но по лестнице было бы дольше. Когда я выбегаю на улицу, вижу, что тут происходит жуткая драка. Нападающий бьет Димку. Димка лупит того в ответ.

Бойня жестокая, беспощадная. Белая рубашка Волкова в крови. Второй мужчина весь в черном, но мне нужно видеть его лицо, чтобы знать, кто это. Они падают, крутятся по земле. Бьют друг друга в живот, в грудь и снова по лицу.

Это какая-то остервенелая драка, не на жизнь, а насмерть. И никто не собирается сдаваться, бьют друг друга с одинаковой силой. Уверена, если бы не трус Белов, который, как самый настоящий подлец, зашел со спины и нанес удар в голову, Димка бы его уложил.

Подбегаю к охраннику. Он стоит в стороне и совершенно ничего не предпринимает:

– Сделайте же что-нибудь! – кричу ему.

– Я один не полезу их разнимать, глянь, как озверели! – разводит руками. – Ментов уже вызвал, не переживай. Сейчас приедут, разнимут этих неадекватов. Это ж надо! Вот тебе и приличный жилой комплекс с интеллигентными людьми.

Не могу стоять в стороне, подбегаю к Диме и Руслану, толкаю последнего в плечо:

– Отцепись от него, придурок! – а что я еще могу?

Оставаться в стороне и просто смотреть на это все я не в состоянии.

Руслан резко ведет рукой, и я падаю.

– Соня, не лезь! – орет Димка и бьет Руса в лицо.

Тот падает на землю. Меня поднимает под мышки охранник, помогает встать:

– Дура, зачем полезла? Жить надоело?! Куда ты одна на двух амбалов!

Приезжает полиция и оперативно пакует обоих мужчин, даже не разбираясь, что вообще тут только что было.

– Это он напал первым! – указываю пальцем на Руслана.

– Разберемся, гражданочка! – полицейскому вообще плевать на меня и мои слова.

– Я все видела с балкона. Да и тут камеры на каждом шагу, сами посмотрите! Второго нужно отпустить, это была самозащита!

Мешаю мужчине в форме.

– Обязательно посмотрим, самозащита или нет.

– Дима! Димочка! – рвусь я к Волкову.

Он выглядит ужасно – весь в крови, лицо разбито, руки тоже, но больше всего меня пугает кровь на голове.

– Соня, позвони Роме, он знает, что делать! – последнее, что Дима успевает сказать, перед тем как дверь автомобиля закрывается.

– Куда вы его везете? – хватаю за рукав полицейского.

– В пятое отделение.

– Ему нужна врачебная помощь, посмотрите, у него голова разбита, кровь идет.

– Здоров как бык ваш муж, – полицейский обходит машину и садится за руль. – Все, уважаемая, не препятствуйте работе полиции. Мы действуем в рамках протокола, а вы мешаете!

Провожаю взглядом уезжающую машину, рвано тяну носом воздух, запоздало понимая, что плакала. Бегу обратно в квартиру, нахожу в списке контактов номер старшего брата Димы. Он как чувствовал, что такое может случиться, и дал мне контакты всех своих братьев на всякий случай. По громкой звоню Роме, пока переодеваюсь. Сбивчиво рассказываю все, что произошло. Хватаю рюкзак и еду в участок.

Как назло, такси везет меня целую вечность. Сюда же уже приезжает старший брат Димки вместе с адвокатом. Впервые встречаемся с Ромой лицом к лицу, знакомимся, я коротко пересказываю, как все было.

Адвокат уходит внутрь, а мы в Ромой идем к лавочкам. Из меня будто разом уходит вся жизнь, ноги подкашиваются. Криво оседаю на лавочку, мужчина едва успевает меня перехватить в последний момент, чтобы я не промазала и не плюхнулась на землю.

Голова кружится, к горлу подкатывает ком.

Отключаюсь…

Глава 46. Больше никогда

Дима

Сижу в какой-то каморке для допросов.

Башка гудит, перед глазами все плывет. Приложил меня, конечно, Белов знатно. Как крыса зашел со спины и рубанул палкой. Хорошо хоть не арматуриной. Я ж говорю: крыса она и в Африке крыса.

Весь в кровище. На шее и ушах уже запеклась, губу стянуло, костяшки сбиты. Молотил чисто на адреналине, потому что давно пора было это сделать. Еще пять лет назад. Менты дали какую-то упаковку со стерильными бинтами, я приложил их к ране на голове в попытке остановить кровотечение. Вся рубашка порвана, от красных следов крови не избавиться, только в утиль. Руки и лицо ощущаются как одна большая гематома.

Входит адвокат, садится напротив, окидывает меня внимательным взглядом.

Иван Семеныч – наш, можно сказать, семейный адвокат. Часто консультирует нас и помогает в спорных ситуациях. Хороший мужик, дельный.

– Я попросил ментов, чтобы тебя осмотрели врачи.

Мутит, хочется проблеваться, но я держусь. Сдержанно киваю.

– А теперь по порядку. Что произошло? – допытывается он.

– Я приехал домой, припарковался. Вышел из машины. Белов зашел со спины и ударил по голове чем-то. Завязалась драка, – рассказываю коротко.

– Самозащита, значит? – записывает что-то в блокноте.

– Она самая. Посмотрите по камерам. Он первый напал, я даже не видел его приближения.

– В том-то и дело, – Семеныч почесывает бороду, – что Белов утверждает обратное. Якобы он хотел поговорить с тобой по душам, а ты ни с того ни с сего напал на него.

– Проверьте по камерам, – настаиваю на своем, – они же там на каждом углу.

– Понимаешь, Дима, там мертвая зона и момент нападения Беловым не зафиксирован.

Заебись.

– Какой у меня мотив? – усмехаюсь.

– Очень даже существенный. Личная неприязнь.

– У него мотив посущественней, Семеныч. Благодаря мне он лишился работы и опозорен публично. Его женщина ушла ко мне. Это если не брать в расчет события давно минувших дней и подставу от него, которая развела нас с моей девушкой.

– Последнее очень похоже на двусторонний конфликт. А служебное расследование ваше еще ведется, Дим. Документы не переданы в ОБЭП, доказать его мотив пока сложно, потому что все эти разборки у вас где-то на галерке в основном происходит, понимаешь?

– Свяжитесь с моими безопасниками, пусть документы передадут в ОБЭП. Мы их держали, потому что там еще копать и копать. Белов сегодня уволен из компании с позором и волчьим билетом. Чем не повод?

– Разберемся, – кивает.

– Когда я смогу уйти? – блять, как же гудит башка.

– Сейчас – точно нет. Белов накатал на тебя заявление о причинении вреда здоровью. Это статья, сам понимаешь.

– Заебись.

– Я подготовлю встречное заявление, начну заниматься делом. Но пока что тебе придется посидеть тут, менты категоричны. Может, получится под залог выйти.

– Хорошо.

– Врачи приедут, снимут побои.

– Понял, – опускаю голову на сцепленные руки, потому что держать ее прямо сил нет. – Рома с Соней? Поговорите с ней, только не пугайте. Я не знаю, приукрасьте там как-то. Скажите, что скоро выйду и все будет хорошо.

– Софию Леонидовну вместе с Романом увезла карета скорой помощи, – отвечает спокойно.

– В каком смысле? – поднимаю голову и смотрю на адвоката пытливо.

– Она потеряла сознание возле отделения. Скорее всего, перенервничал девочка. Твой брат поехал с ней. Как только будет что-то известно о ее состоянии, я тебе сразу сообщу.

Блять, ну как так-то! И возможности быть рядом с ней нет. Сука Белов, когда ж ты отцепишься от нас, мудила?!

– Я поговорил с ментами, тебя к нормальным в камеру определят. Пока так, Дим. Буду делать все, что в моих силах.

Семеныч уходит, а меня действительно переводят в другую камеру. Ложусь на твердую лавочку. Ведет по-страшному. Какая-то вереница пиздеца. И с камерами наблюдения этими тоже подстава. Нормальный же комплекс, какого хера там не везде камеры есть? В чем тогда вообще смысл видеонаблюдения?

Вырубает.

Приезжают врачи, тормошат. Потом везут в какую-то гусударственную больницу, детают КТ. Вердикт: сотряс, это помимо всего прочего.

– Он в состоянии находиться в камере? – спрашивает мент.

– Нежелательно, но у нас один хер мест нет в больнице, – разводит руками врач. – Так что…

– Тогда поехали баиньки в участок, – полицейский уводит меня.

Нарушают протокол, не надевают на меня наручники. В принципе, можно попробовать свалить, но я не настолько отмороженный дебил, чтобы усугублять ситуацию. Покорно еду обратно.

Уже в камере проваливаюсь в болезненный сон, а в нем как на репите картинки прошлого: заплаканная Соня, которая говорит, что я предал, и я, охеревающий от собственной беспомощности и невозможности доказать обратное.

Повторяю про себя как мантру: «Я ее не потеряю, я ее не потеряю». Больше никогда.

Глава 47. Мамочка

Соня

Мне суют в нос нашатырь.

Распахиваю глаза и морщусь. Где я? Что со мной? Голова кружится. Белый потолок. Люминесцентная лампа светит так ярко, что эпилепсия может развиться даже у космонавта. Подкатывает дурнота.

– Тошнит, – шепчу и с трудом поднимаю голову от подушки.

Мне придвигают какую-то посудину, и меня выворачивает. Оглядываюсь по сторонам. Я в больнице. Кабинет с кушеткой и всякими датчиками, похож на смотровой.

– Беременная? – спрашивает женщина в белом халате.

Она или санитарка, или медсестра. Не похожа на врача. Я пытаюсь сесть ровнее, найти точку, на которой смогу сконцентрироваться, чтобы не было нового приступа рвоты.

– Не-е… – зависаю, смотрю на свои руки.

А когда там у меня месячные были? Прикидываю. Задержка. А секс в последнее время был. И много. И весь незащищенный. Мы с Димкой вообще об этом не думали и не обсуждали. После выкидыша у меня все уже в порядке со здоровьем по женской части, поэтому причин думать о том, что это совпадение, нет. С Русланом у нас последний секс случился еще за границей, несколько месяцев назад. И мы предохранялись.

Если я беременна – то отец Димка на все сто процентов.

– Я не знаю, – шепчу и поднимаю виноватый взгляд на женщину в халате.

Та уже зарядила шприц и стоит с ним наготове. Моргает несколько раз.

– Ясно. Позову врача. Лежи, не мучайся, – кивает на кушетку.

Падаю обратно. Господи, когда я смогу нормально провести день? И Димка как там? Оказали ему помощь?! Отпустили?

– София, доброй ночи, – здоровается женщина лет сорока. – Мне медсестра сказала, что вы можете быть в положении.

– Да, у меня задержка несколько дней, но это ведь может быть вызвано стрессом?

– Конечно. Может быть множество причин. Но если произошел незащищенный половой контакт, вероятность беременности увеличивается в разы, вы же понимаете? Я сейчас позову медсестру, чтобы у вас взяли анализ крови, посмотрим ваш ХГЧ, будет ясно. В любом случае уколем вам легкое седативное – оно безвредно даже беременным на ранних сроках.

– Можно без успокоительных? Пожалуйста! – спрашиваю умоляюще.

– Мужчина, который приехал с вами на скорой, сказал, что у вас был сильный стресс, поэтому все-таки настаиваю на седативном.

– А потом вы отпустите меня домой?

– Можно и домой. Но под присмотр и лучше сразу с результатами по крови, чтобы понимать картину.

Врач уходит, возвращается сестра, колет укол:

– Полежишь тут или пойдешь в коридор к тому, кто привез тебя?

– Рома еще тут? Мне надо к нему. – Вдруг есть какие-то новости от Димки?

Поднимаюсь, кряхтя как старуха. Замечаю зеркало в углу, смотрю на свое отражение. Ох ты ж, блин. В гроб краше кладут. Лицо бледное, под глазами черные круги. Жесть.

– А где тут туалет? – спрашиваю у медсестры.

– По коридору налево. Этот твой Роман ждет в противоположной стороне.

– Спасибо.

В туалете привожу себя в порядок, полоскаю рот. Иду на поиски Ромы. Он говорит по телефону и ходит из угла в угол, нервничает. Замечает меня и быстро прощается, заканчивая звонок.

– Ты как? – окидывает меня взглядом внимательно.

– Получше. Укололи лекарство. Как Дима? Его отпустили?

– Эм… Нет. Он еще в отделении. Менты разбираются. Не волнуйся, там наш адвокат, он делает все возможное, чтобы как можно быстрее Диму выпустили.

Закусываю губу. Стараюсь дышать и думать о лучшем. Ведь Димка не один. Там человек, который пытается его вытащить. Профессионал. И хоть очень хочется поехать туда, адекватная часть меня понимает – во-первых, не пустят, во-вторых, ну чем я смогу помочь? Поплакать если только в жилетку капитану.

– Сонь, мне тут твой врач сказал, что ты, возможно, беременна.

Виновато улыбаюсь и кутаюсь в теплую кофту:

– Разузнал уже все, да? Я и сама не знаю, беременна или нет. Взяли кровь, обещали отдать результат, по которому будет ясно. Заберу анализы и поеду домой. Позвонишь, когда будет что-то известно о Диме?

Роман смотрит на меня и хмурится:

– Неужели ты думаешь, что я оставлю тебя одну в такой ситуации?

– Ну, – поджимаю губы, – я взрослая девочка.

– Слушай, я, конечно, вижу тебя в первый раз в жизни, но Дима мне много рассказывал о тебе. Я знаю достаточно, чтобы понимать, что ты дорога моему брату. Поэтому речи о твоем возвращении домой быть не может. Отвезу тебя к нашим родителям. Они там тоже места себе не находят.

– Как? – отхожу назад. – Ты совсем, что ли?! Мы не знакомы с ними. И тут заявляется на порог дамочка и заявляет: «Здрасте, я, возможно, беременна от вашего сына, дайте водички попить, а то так кушать хочется, что переночевать негде!» Так, да?!

Рома смеется:

– Ты же понимаешь, что рано или поздно тебе придется с ними познакомиться?

– Я бы на их месте послала меня куда подальше. Особенно если учитывать, что Димка пострадал из-за меня.

– Ты тут не при чем. Изначально причина конфликта иная. И этот Белов. Он вообще адекватный?

– Не заговаривай мне зубы. Я не поеду!

– Будь тут, – кивает на стулья у стены и отходит в сторону, звонит кому-то.

После короткого разговора возвращается:

– Сейчас анализы заберем и поедем ко мне. Подъедет Аделия, я позвонил ей. Составит тебе компанию. Я так понял, ты знакома с ней? Сама понимаешь, я не могу оставить тебя в одиночестве, Димка, если узнает – прибьет меня. А мне придется уехать, у меня работа, да и с Димкой надо разобраться.

Вздыхаю. Из двух зол это хотя бы меньшее. Если честно, мне страшно оставаться наедине с собой, я же в одиночестве сойду с ума! С Делей будет странно, но не страшно.

– Калинина! – доктор подходит ко мне и протягивает лист бумаги. – Судя по крови, уровень ХГЧ соответствует третьей-четвертой неделе беременности. Дуй на УЗИ, тебя там уже ждут. Сделаешь, заберешь результат и можешь быть свободна. Только встань на учет по месту прописки.

Забираю листок с результатами и в шоке смотрю на написанное. Там какая-то абракадабра, цифры, я ничего не понимаю. Сердце в груди стучит так сильно, что даже больно. Боже, я беременна! От любимого мужчины!

А если снова выкидыш?! Вдруг я потеряю ребенка? Моментально сдуваюсь, как воздушный шарик. Стоп, Соня, если ты будешь так нервничать – точно ничем хорошим не закночится. Оседаю на стул. Рома тут же поднимает меня и ведет по коридорам. Машинально перебираю ногами, следуя за ним.

– Давай, – легонько толкает в дверь кабинета УЗИ. – С тобой не иду, извини. Но буду ждать тут с хорошими новостями.

Разводит руками, и я киваю. Само собой, ему там не место. Как в тумане, ложусь на спину. Врач проводит быстрый осмотр, задает вопросы, на которые я машинально отвечаю.

– Беременность маточная, предположительно четыре недели. Плодный мешок хорошо визуализируется. Сердцебия нет.

– Нет?! – вскрикиваю и поднимаюсь, пытаясь заглянуть в монитор. – Как нет?

– Успокойтесь, – закатывает глаза. – Еще рано. Через недельку-две можно будет услышать. Пока все признаки здоровой беременности. Берегите себя и перестаньте так нервничать.

Выхожу из кабинета на автопилоте. Рома тут же подхватывает меня:

– Поздравлять? – широко улыбается.

Некстати замечаю, как идет ему улыбка. Вот такая, простая, открытая. Сразу преображается лицо, и пару лет словно сбрасывается.

– Да, – улыбаюсь.

– Тогда поехали домой, мамочка, – целует меня в макушку. – Поздравляю! Димка будет счастлив!

– Только не говори ему, пожалуйста, – прошу сквозь выступившие слезы.

Расчувствовалась я что-то.

– Сама хочешь? Понимаю. Я могила, – подмигивает мне.

Теперь дождаться бы папочку нашего…