Текст книги "Я заберу твою любовь (СИ)"

Автор книги: Дарья Золотницкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Глава 42

Юлия

Так и вышло. Антон нагнал меня на втором этаже.

– Юлия? – мужчина подходит и галантно целует руку. – Вы ослепительны, – обольстительная улыбка.

– Спасибо, – постаралась включить кокетку на полную мощность, хотя уже стала забывать, как это делается.

– Влад – настоящий Цербер, – хохотнул Волошин, предлагая мне бокал шампанского. – Хотя я бы тоже охранял такое сокровище. Превратился в злобного дракона и спрятал в пещере.

– Надеюсь, это шутка, – нервно улыбаюсь. Сейчас нужно идти ва-банк, из-за того что второго шанса может не представиться, да и времени в обрез. – Потому что я устала от тотального контроля. Меня это пугает.

– Громов над вами издевается? – Антон правильно понял намёк.

– Не то чтобы сильно, – тяжело вздыхаю. – Но его агрессивный контроль душит. Я, словно в клетке.

– Почему же не бросите его? – искренне удивляется Волошин.

– Потому что нахожусь в безвыходном положении, – смотрю на мужчину умоляюще. Он должен понять!

И тут вижу Громова, который с каменным лицом идёт в нашу сторону. Дёргаюсь затравленно, но понимаю, что бежать некуда. Я упустила возможность. Антон смотрит за спину, улавливая мой испуг, а потом жестом фокусника забирает у меня бокал с шампанским, как-то странно прислоняясь. В декольте что-то скользит. Визитка! Быстро помогаю ему, подтягивая платья и пряча спасительную карточку как можно глубже.

– О, какие люди! – Антон весело смотрит на Громова. – Стережёшь свою принцессу? – в голосе мужчины и грамма напряжения нет. Он в себе уверен. Влад не может ему ничего сделать. Я выбрала правильно!

– А ты решил позариться на чужое? – шипит Влад. Он в крайней степени бешенства.

– А Юля что, бездушный предмет? Бесправная собственность? Ей даже с людьми разговаривать нельзя? – Антон явно провоцирует Громова. Я же стараюсь слиться с местностью, чтобы гнев Влада не выплеснулся на меня.

– Ты понял о чём я! – уходит от прямого ответа Громов.

– Как не понять… – улыбается Волошин, а потом поворачивается ко мне. – С вами очень интересно вести беседы, Юлия. Воистину вы весьма умная женщина.

Выдавливаю нервную улыбку, наблюдая, как Антон покидает второй этаж.

– Тебя и на минуту нельзя одну оставить?

– Мне запрещено разговаривать с людьми? – отвечаю вопросом на вопрос. – Я твоя рабыня?

– Я же предупреждал насчёт этого бабника.

– Ты считаешь, что я потаскуха какая, и рассматриваю каждого мужика исключительно в сексуальных целях? – меня начинает трясти. – К чему эта нездоровая ревность? Мы просто разговаривали!

– И о чём же?

– О методах лечения рака. Ты ведь не дал нам побеседовать внизу. Вот, столкнувшись в коридоре, решили продолжить разговор. Что в этом страшного или предосудительного?

– Хочешь сказать, что Антон интересуется этой темой? Да в жизни не поверю. Он показушник!

– А ты знаешь всё о его семье? Вдруг он тоже пережил потерю.

Влад хмурится, но ничего не отвечает.

– Я так и не сходила в уборную, – кидаю нервно и быстрым шагом направляюсь к спасительной двери.

В туалете первым делом достаю помятую визитку и надёжно прячу ее в подкладке клатча. Хорошо, что предусмотрительно положила в сумочку булавку. С помощью неё мне удаётся аккуратно отпороть кусочек подкладки, а потом незаметно замаскировать прореху.

Прижимаю холодные ладони к пылающим щекам, чтобы немного успокоиться. Мне удалось провернуть первую часть плана, но как рассказать Волошину о моей ситуации. Плюс ко всему, я не знаю, следит ли за мной Громов. От него можно ожидать подобного. И что в таком случае делать?

Минут через десять раздаётся стук в дверь.

– Юля, с тобой всё в порядке?

– Да-да. Сейчас выйду.

Натянув на лицо максимально непринуждённое выражение, покидаю уборную.

– С тобой точно всё в порядке?

– Да. Просто голова закружилась. От таблеток такое бывает.

Влад подхватывает под локоть и медленно ведёт меня вниз. В большом зале уже началась официальная часть мероприятия. То и дело пространство озаряется десятками вспышек фотокамер, кто-то с трибуны толкает пафосную речь о важности мероприятия, но я думаю лишь о том, как останусь одна и смогу связаться с Антоном. Нельзя терять время. Мужчина явно мной заинтересовался, у него достаточно влияния и денег, чтобы не бояться Громова – это отличная возможность.

Но захочет ли он мне помогать? Ведь выплата по контракту, в связи с нарушением очень внушительная. Тридцать миллионов – ровно столько стоит моя свобода. Даже подумать о разговоре с Волошиным страшно, но я уже настолько низко пала, что смогу ещё раз переступить через гордость ради свободы.

Меня пугает другое. Что если Антон согласится, и я попаду в новую западню? И что будет с Ромой в случае разрыва договора? А если я напрасно думаю о вариантах, и Волошин просто не захочет решать проблемы посторонней для него женщины. Сума огромна. Зачем ему отдавать её? Ради чего?

Я настолько погрузилась в свои тревожные думы, что вздрогнула от повышенного тона Громова.

– Юля!

– А?

– Я сейчас пойду к трибуне. Да что с тобой сегодня такое?

– Непривычно здесь всё. Чувствую себя не в своей тарелке. Устала.

Громов оставляет меня за столиком, идя к месту выступления. Сейчас он толкнёт очередную пафосную речь о необходимости исследований в области раковых заболеваний.

– В детстве я лишился матери, – неожиданно начинает Громов, и я ловлю его взгляд. – То бессилие, которое я тогда ощущал, невозможно передать словами. Его не понять людям, которые не наблюдали как болезнь пожирает любимого человека, а ты ничего не можешь сделать. Смешно, но перед онкологией равны все, как перед богом. У тебя не получится откупиться от болезни, уничтожить, как личного конкурента, – теперь Влад устремляет взгляд в сторону. Понимаю, что он смотрит на Волошина. По спине бегут мурашки, но Антон лишь беззаботно улыбается. Он не мог не понять намёк! – Но знаете, я сегодня разговаривал с одной очень умной женщиной, и она открыла мне глаза на простые истины. Я теперь знаю, в какие исследования стоит вкладывать деньги. Надеюсь, через непродолжительный срок, смогу представить общественности нестандартный метод лечения онкологии. Спасибо за внимание.

Вспышки, тишина в огромном зале, а потом люди взрываются аплодисментами. К нашему столику подходят журналисты, выспрашивая личное интервью. Всем интересно, что задумал Громов, но он умело уходит от объяснений.

– Это то, о чём я думаю? – тихо спрашиваю, кода нас, наконец, оставляют в покое.

– Да. Я хочу собрать команду инакомыслящих учёных. Ты зародила во мне сомнения насчёт методов лечения. Что если решение проблемы, действительно, лежит на поверхности. Просто победить рак – это невыгодно.

– Не думаешь, что вступаешь в опасную игру? Фармакология – это мафия. Ты даже не знаешь, кому придётся противостоять.

– Я справлюсь, – лёгкая усмешка трогает губы Влада. – А сейчас, думаю, нам можно покинуть это помпезное мероприятие. Предлагаю провести время вдвоём. Ты давно не была у меня в гостях.

От этого предложения покрываюсь мурашками. Подсознание пытается сигнализировать об опасности, но деваться мне некуда.

Глава 43

Владислав

Меня в клочья рвёт от одной мысли, что Юля с другими мужчинами разговаривает. Да, просто ведёт беседу, а я сразу надумываю себе всякого дерьма. Псих! Ощущение, что внутри зверь дикий просыпается, который готов растерзать в клочья любого. Особенно этого Волошина. Как же он меня бесит!

Как только выезжаем на объездную дорогу, сразу педаль газа до предела в пол утапливаю. Нужен всплеск адреналина, иначе я за себя не отвечаю. Юля тут же вцепляется в сидение и просит остановиться, но меня несёт. Не могу! Контроль полностью утерян. Я отдаюсь рёву мотора.

– Громов, прекрати! – визг, когда обгоняю очередную машину. – Ты нас угробишь, идиот!

Усмехаюсь, наслаждаясь эмоциями. До дома доезжаю за рекордно короткие сроки. Хотел остановиться прямо на обочине и трахнуть свою фею, пока адреналин в жилах адским варевом пузырится, но решил дотерпеть. В машине неудобно. Дома гораздо больше полёт для фантазии. Сегодня хочу её всю. От одной мысли волоски дыбом, в штанах больно, а перед глазами всполохи.

– Заходи, – придерживаю дверь, ощущая себя пьяным.

Взгляд скользит по округлому бедру, по белому покатому плечику, с которого сползла меховая накидка. Натужно сглатываю, дыхание сбивается, сердце барабанит по рёбрам, отбивая какой-то безумный ритм.

– Иди в гостиную, – голос охрип.

Юля смотрит на меня с опаской, но выполняет указание, а я иду за своим чемоданчиком. Там ещё куча неиспробованных игрушек. И сегодня я намерен использовать их все. Меня вздёрнула эта встреча с Антоном, всколыхнула в душе нечто тёмное. И эта субстанция жаждет удовлетворения, хочет ощутить полное подчинение и обладание.

– Ложись на стол, – говорю, как только спускаюсь в гостиную.

Юля медлит.

– Я буду действовать осторожно, – успокаиваю её. – Постараюсь не унижать и не причинять боль, но мне необходима мощная разрядка. Ложись.

Девушка по-кошачьи залазит на стол и растягивается на его поверхности.

– На живот, – хриплю.

Медленно переворачивается, заставляя меня издать грудной стон. Что же фея со мной делает? Расстёгиваю молнию и начинаю путешествие языком по её спине. Касаюсь каждого позвонка, спускаясь всё ниже.

– Главное, расслабься, Юль. Я не смогу остановиться. Сегодня буду брать тебя везде. Расслабься. Хочешь дам тебе афродизиак?

– Хочу, – шепчет.

Добавляю несколько капель в сок, который она выпивает залпом. Платье уже валяется на полу. Теперь Юля в одном кружевном белье, и этот вид сводит с ума. Хочется растянуть удовольствие, но не знаю, на сколько меня хватит. Беру с дивана маленькую подушку и подкладываю ей под живот. Попка тут же аппетитно оттопыривается. Глажу округлость, считывая реакции, а сам прикидываю с чего лучше начать.

– У тебя аллергии нет?

Отрицание, но мгновенно за этим следует напряжение. Все мышцы у феи становятся каменными.

– Не бойся.

Достаю тюбик со смазкой, которая должна вызвать лёгкий прилив крови. Наношу на пальцы и ныряю под трусики, поглаживаю, скольжу туда-сюда, стараясь себя сдерживать, чтобы не надавить слишком сильно. Через пару минут слышу приглушённый стон, и Юля подаётся бёдрами навстречу. Боже! Тут же практически сдираю бельё.

Глава 44

Юлия

Удалось вырваться от Громова только через сутки. И сразу как выдалась возможность, набрала Волошина.

– Антон, здравствуйте. Это Юля.

– Я узнал, – весёлый голос немного расслабляет, но я не знаю, как продолжить. – Вы хотели со мной поговорить. Что если мы с вами встретимся завтра ближе к полудню и пообедаем где-нибудь?

– Понимаете… – запинаюсь. Боюсь, что после следующей фразы Волошин пошлёт меня куда подальше. – Я подозреваю, что Громов за мной следит.

– Ого! Даже так?

Повисает пауза.

– Тогда, давайте сделаем так. Вы можете пойти, скажем, в поликлинику? Я пришлю своих ребят на неприметной машине, и они вас выведут через чёрный ход.

Выдыхаю. У меня появляется ощущение, что для Антона это забавная игра. Но мне без разницы. Главное – использовать этот шанс.

– Конечно.

Называю адрес клиники, где наблюдаюсь по поводу груди. По удачному стечению обстоятельств мне действительно надо на приём.

– Договорились. Вы меня заинтриговали, Юля, – смеётся Антон. – До встречи.

И этой встречи я жду с замиранием сердца. Стыдно даже думать о том, что придётся рассказывать Волошину все подробности, но другого выхода нет.

К встрече готовлюсь тщательно. На всякий случай кладу в сумочку позорный контракт в надежде, что Волошин согласится меня выручить. Долго продумываю разговор, накручиваю себя, пью успокоительное и снова накручиваю.

– Юлёнок, что случилось? – мама замечает моё состояние.

– Я расскажу, если у меня всё получится, – отвечаю нервно.

– Не пугай меня. С Громовым что-то?

– Да, с ним это связано напрямую. Но я не хочу сглазить.

Мама больше не лезет с расспросами, а я собираю себя в кучу и выхожу за дверь. Нервозности прибавляет и то, что не могу себе представить, как смогут пройти в клинику посторонние люди и тем более, воспользоваться чёрным ходом. Это же только для персонала. Но как только покидаю кабинет лечащего врача, сразу утыкаюсь взглядом в высокого мужчину, одетого в классический костюм. Это так Волошин решил внимание не привлекать?

– Юлия?

Киваю.

– Вам до конца коридора и направо. Там выйдете на задний двор, где вас посадят в микроавтобус с надписью: «Очищенная вода».

Мои брови непроизвольно ползут вверх.

– А вы со мной не пойдёте?

Мужчина с улыбкой качает головой.

– Мы не должны привлекать внимания.

Киваю и сразу спешу к чёрному входу. Дальше всё по отлаженной схеме. Меня долго куда-то везут. Говорят, что за пределы Москвы. А потом передают в руки непосредственно Волошина. Он поджидает микроавтобус возле опушки леса. С улыбкой помогает мне выбраться и говорит ребятам, чтобы дождались нас.

– Ничего себе! – смеюсь, когда сажусь к Антону в машину. – Вот это шпионские игры!

– Я старался, – беззаботно отзывается мужчина, даря мне озорную улыбку.

Мы приезжаем на какую-то небольшую загородную базу, и Волошин сразу ведёт меня в ресторан, где оказывается абсолютно пусто. Нам тут же приносят блюда, и персонал тут же растворяется, оставляя нас наедине.

– Я вас слушаю, Юлия, – Антон подпирает подбородок, сплетая пальцы. – И мне показалось, что вы захотите обсудить детали без посторонних ушей.

– Я признательна за такую заботу, – отзываюсь, нервно теребя салфетку. Собираюсь с духом. – Не знаю, с чего начать, – вздыхаю.

– С самого начала, Юленька. И постарайтесь подробно всё рассказать.

Киваю, а потом слова сами начинают из меня течь, будто произошёл прорыв плотины, которую я постоянно латала.

– Ого, – в конце моей исповеди произносит Антон. Теперь на его лице нет весёлости. – Я вам сочувствую. А можно мне взглянуть на этот контракт?

– Я вам дам его для ознакомления, если вы согласитесь помочь. Антон, там прописаны такие пункты, которые мне не хотелось бы демонстрировать…

– Я понимаю, – серьёзно кивает Волошин. – И хочу тоже быть с вами откровенным. Видите ли, у нас с Громовым давние счёты. Я не буду вдаваться в детали, но он увёл у меня девушку, которую я безумно любил. Просто ради спортивного интереса. До сих пор простить его не могу. Он сломал Насте жизнь, поигравшись и выбросив, как ненужную вещь. Я пытался всё исправить… но у меня не вышло. Насти больше нет, и виноват в этом Владислав Громов.

– Он говорил мне обратное, – хмурюсь. – Называл вас ловеласом, любителем поиграть с женщинами.

– Увы, Юля, я таким стал. Решил, что любить – это слишком больно. Но все эти годы ждал, что мне представится возможность отомстить. И я не буду перед вами лицемерить и выставлять себя благородным рыцарем, спасающим даму. Вы – мой инструмент мести, Юля. Громов сломал и вашу жизнь, разрушил семью. Думаю, вы меня сможете понять.

– Я понимаю, – киваю. – И я согласна. Это лучше, чем быть марионеткой против воли.

– Хорошо. Я помогу вам вырваться из лап этой твари, но нам нужно понимать, что могут быть нехорошие последствия. Громов не тот человек, кто спокойно примет проигрыш. Необходимо продумать всё до мелочей. И я постараюсь поднять связи и по-тихому порыться в деталях происшествия с вашим мужем. А ещё узнаю, как сам Роман, на какой стадии лечения находится. Будет нехорошо, если все ваши муки прошли напрасно, ведь всё затевалось ради спасения мужа.

– Спасибо! – на глаза наворачиваются слёзы.

– Пока не стоит меня благодарить. Как я уже сказал, для меня вы – шанс отомстить Громову.

– И за честность спасибо, – говорю тихо.

– Сейчас мы пообедаем, а потом я заберу ваш экземпляр контракта и отдам на изучение юристам. Вам придётся пройти через это, – добавляет Антон, видя, как я заливаюсь краской. – И давайте перейдём на «ты»?

Глава 45

Юлия

– Юля, надо встретиться.

Голос Волошина серьёзен и напряжён. Понимаю, что это не сулит ничем хорошим.

– Хорошо. Когда, где, а главное, как?

Антон называет торговый комплекс в центре Москвы, а также название бутика.

– Там будут мои люди. Они выведут.

К обеду, изнервничавшись, приезжаю к магазину. Стараюсь делать непринуждённый вид, чтобы не вызывать подозрений. Я просто решила сходить за покупками. Что в этом странного. Если Влад нанял человека следить за мной, то он не должен ничего заподозрить.

С момента первой встречи с Волошиным прошло три недели. Пару раз он присылал смс и говорил, что дело движется, и чтобы я не переживала. И вот сегодня Антон позвонил. Видимо, выяснил всё, что только получилось.

В бутике ко мне подошла милая девушка.

– Юлия?

Киваю.

– Пойдёмте, я вас провожу.

И после этого мы с консультантом сначала уходим в сторону примерочных, попутно взяв пару платьев, а после девушка выводит коридорами к служебной лестнице.

– Вас ждут внизу.

– Спасибо.

На этот раз меня усаживают в неприметный грузовичок местной транспортной компании, а дальше всё идёт по тому же сценарию. Только сейчас Волошин ожидает на складах.

– Добрый день. Прекрасно выглядишь, – он галантно целует руку и придерживает дверь автомобиля, помогая сесть.

В Москву пришло первое весеннее солнце. Оно ещё не греет, но светит ярко, отчего хочется сбросить с себя опостылевшие пуховики и надеть что-то красочное и жизнерадостное. Не стала сопротивляться желанию, облачившись в элегантное и очень эффектное красное пальто. Муж всегда считал его чересчур броским, поэтому не любил, когда я его надевала, а мне оно безумно нравилось. В такой одежде женщина чувствует себя роковой обольстительницей.

И сейчас, поймав взгляд Антона, ощутила невероятное удовлетворение. Волошина я не боялась, а наслаждалась его реакциями. Видно было, что нравлюсь ему. Заинтересованность во взгляде я уловила ещё в первую встречу. Да и мне Антон был очень симпатичен. Зелёные глаза гипнотизировали.

На этот раз мужчина привёз меня к себе в загородный дом.

– Мне кажется, лучше сегодняшнюю беседу провести вдали от посторонних ушей. Я не параноик, но сама понимаешь.

Только киваю. С Громовым привыкла молчать и по возможности со всем соглашаться. Антон дарит мне задумчивый взгляд, а потом заводит в шикарный особняк. Стол в гостиной сервирован для обеда, но прислуги не наблюдаю, поэтому прихожу к выводу, что и её Антон разогнал.

– Присаживайся, – мужчина отодвигает стул. – Юля, хочу перейти сразу к делу, если ты не возражаешь. Не люблю излишние расшаркивания.

– У меня сложилось иное впечатление, – улыбаюсь. – Ты меня удивляешь.

Волошин хмыкает.

– Мне нравится образ обалдуя. Так усыпляется бдительность конкурентов и врагов. В сфере бизнеса выживают только безжалостные и сильные хищники, несклонные к сантиментам. Это особый вид людей со специфическим складом ума и психики.

– Хочешь сказать, что ты одного поля ягода с Громовым.

– Я не могу адекватно самого себя оценивать, но надеюсь, что мне удалось не оскотиниться до такой степени. Судить тебе. Вина?

Качаю головой.

– Тогда обязательно поешь. Моя кухарка божественно готовит.

Молча накладываю себе в тарелку порцию салата.

– Итак, Юля. Сначала я хочу рассказать о здоровье твоего супруга. Ему провели операцию, и сейчас, действительно, идёт реабилитационный период. Но если прервать курс лечения, то неизвестно, к каким последствиям это приведёт. Врачи дают два месяца. Если забрать его раньше, то все усилия могут пройти впустую.

Сжимаю под столом кулаки. Я втайне надеялась, что сегодня Волошин сделает меня свободной. Мужчина всё читает по моему лицу.

– Я бы советовал повременить с досрочным расторжением контракта, пока Роман не восстановится.

Молча киваю.

– А теперь непосредственно к той роковой аварии. Мне удалось выяснить, что экспертиза была подложной. Роман не садился пьяным за руль. У машины отказали тормоза. А всем пострадавшим дали выбор – либо они говорят правду и тогда ничего не получают, кроме чистой совести, либо в один голос утверждают, что водитель был неадекватным. Ты ведь понимаешь, что многим просто немыслимо отказаться от таких денег. А возможно, их ещё и шантажировали.

У меня земля из-под ног уходит. Голова кружится, к горлу подкатывает ком.

– Воды? – тут же подходит ко мне Антон, приобнимая за плечи.

Качаю головой, стараясь взять себя в руки.

– Ублюдок, – шиплю сквозь стиснутые зубы. – Какая же он мразь!

– Ты мне веришь? Ведь я не могу предъявить доказательства. Все улики были уничтожены, а свидетели в открытую не станут говорить о том, что оболгали человека. С такими вещами не шутят.

– Верю, – отвечаю тихо. – Я знаю своего мужа. Да, в последнее время он выпивал, но я сразу говорила, что Рома не сядет пьяным за руль! Я ведь говорила, а мне даже подруга не поверила!

Всё-таки не смогла сдержаться и разрыдалась. Антон сел передо мной на корточки, вытирая дорожки слёз, которые потоком катились из глаз, заливая подол шёлкового платья.

– Выпей водички, – мужчина протянул мне бокал. – Я не хотел делать тебе больно. Понимаю, что ты и так настрадалась…

– Я рада, что всё узнала, – говорю твёрдо, немного успокоившись. – Не обмануло меня предчувствие насчёт Влада. Сама ведь себя невротиком считала, который надумывает небылицы.

– Теперь ты будешь налаживать отношения с мужем?

Не уловив подтекста, пожимаю плечами и честно отвечаю:

– Наверное, нет. Слишком многое теперь стоит между нами. Слишком больно…

– Тогда не откажешься сходить со мной на свидание? Не сейчас. Я понимаю, что лучше не привлекать лишнего внимания. Когда разорвёшь контракт.

Удивлённо смотрю на Антона.

– Но…ты же читал этот самый контракт? И тебе не противно после всего увиденного начинать отношения со мной? И Громов…он ведь может мстить.

– Я в силах противостоять его мести и смогу защитить от неё тебя.

– Не знаю, Антон.

– Я понимаю твои сомнения. Ты уже настрадалась, натерпелась от подобного мне человека и ждёшь подвоха. Да и сам я сказал, что буду использовать тебя как инструмент мести. Подобные слова не располагают к доверию. Но знаешь, Юль, ты смогла меня чем-то зацепить. У меня своя трагедия, и я далеко не ангел, – Волошин усмехается. – Зато могу обещать честность со своей стороны.

– Я подумаю, Антон.