Текст книги "Избранница забытых богов (СИ)"

Автор книги: Дарья Вознесенская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

24

Я так давно готовилась к тому, что должно произойти, но оказалась совершенно не готова к тому, что я увижу...

Это оказалось...красиво. Тихои... на некоторое время у меня вообще возникло непонимание, а что мы здесь делаем? Почему вдруг решили, что имеем право вообще вмешиваться в замыслы – и даже случайные действия – богов? Кто мы такие, чтобы спасать мир, который задуман, как он есть?

Несовершенным.Местами гибнущим...

Разлом нам открылся неожиданно. И разломом – в понимании щели в земле – не был. И даже не искрил серебристым льдом, слепя глаза....

Это случилось в тот день, когда пульсация нашей крови уже полностью настроилась на ритм Хаоса, а нас с Максиром не покидало жгучее желание двигаться все быстрее вперед, мы, напротив, ехали в санях все медленней, пока не остановились вовсе, и не вышли, недоумевая, что происходит. И поняли, что чвишаты просто замерли как вкопанные, а наездники ничего не могут с ними поделать. И тогда мы собрали нужные вещи – как и предполагалось заранее – запустили специальные амулеты, что позволяли двигаться какое-то время даже в ледяную метель, надели на ноги удобные вогнутые полозья и пошливперед.

Осознавая, что багряно-оранжевое, перемешанное местами с синим и зеленым сиянием, что мы видели все эти дни на темном небе, было не иллюзией или оптическими эффектами, а отражением сияния, исходящего от земли и скал, от луны, которая и раньше-то была огромной, а сейчас закрыла треть небосвода.

Ту-ук-тук-тук-ту-ук...

Меня начало колотить.

От ужаса перед происходящим и его грандиозностью.

От восхищения окружающим пейзажем, постепенно открывающимся, когда мы обогнули длинную скалу и вышли к подобию долины со своими горами, дорогами и летающими на небольшой высоте громоздкими камнями. Лед полностью сменился на... камень? Прессованный металл? Загустевший воздух и свет? Неутомимая абба Джано восхищенно цокала языком и бережно упаковывала образцы, хотя я сомневалась, что отсюда можно хоть что-то вынести...

Что можно забрать с собой из сна?

Из кошмара, владеющего умами всего сущего?

Из благословения, обнимающего твой мир?

Ничего. Оно должно было остаться неизменным и... И мы сами не имели права здесь находиться. Мы нарушали вечный покой... чего? Да пусть будет сердцаХаоса.Были слишком инородны, слишком неуместны в этом пейзаже, не принимающем плоть и кровь...

Я застыла как вкопанная, и рядом тут же возник Малхаз.

– Принцесса?

– Как мы можем помешать... вот этому? – спросила с отчаянием. – Оно было, есть и будет, а мы...

– А мы рождены, чтобы это развивать, – мягко сказала абба Джано и обняла меня. – Мы делаем все правильно, Тамар, мы делаем все правильно...

К нам подошел Максир.

Посмотрел на меня внимательно... а потом снял рукавицы – необходимости в них, с амулетами и затишьем, что наблюдалось здесь, и правда не было – и протянул свою руку. И я тоже скинула мешающую защиту, переплела свои пальцы с его и двинулась снова вперед.

Куда?

Мы не видели пока места, которое можно было бы... использовать. Признать... Но мы чувствовали, что стук проникает все глубже в нашу суть, что физическая дрожь земли становится все явственней, что магия рвется наружу, в потребности...

Какой?

То место увидели – почувствовали – все одновременно.Оно не было особенно красивым. Или отделенным природной оградой. И не было похоже на... да ни на что.

Это был просто конец... дороги. За которым простиралось уже нечто другое.

Может быть будущее. Или прошлое. Или просто то, во что превратится Черный континент, если ничего не сделать...

Жрецы и маги переглянулись и кивнули друг другу. Все сделались сосредоточенными, пустькаждое движение было выверено сотни раз. Да, мы не знали, в чем должен заключаться ритуал – но мы могли начать... Действовать так, как подсказывала нам магия.

Маги зажгли самые обычные факелы, правда, пропитанные специальным, почти вечным составом. И рассредоточились в цепочку... В конце которой должны были встать мы с Максиром.

Наша идея единства с Хаосом – а будучи едиными, мы предполагали не то, что поработить его, но, хотя бы, договориться – строилась на старом свадебном ритуале, в котором участвовала вся магия рода. Тогда невесту передавали по цепочке родственников, и каждый благословлял особым образом, отдавая частичку себя... И, наполненная силой, невеста подходила к жениху, чтобы слиться с ним. В поцелуе и сути. Пусть не надолго, но смешать магию и сделать Линии созвучными... И этот путь мы планировали проделать с Максиром. Соединить Хаос внутри нас с тем, что стучало все громче, пугающей и настойчивей, выбрасывая вдалеке все больше камней, будто именно сейчас решив стать истинным разломом и пожрать окружающее пространство, уничтожить последнюю дверь, ведущую к истинности, и дать ей разорвать на куски все вокруг и нас тоже, сдвинуть огромный ледяной пласт и отправить его в путешествие на юг, с интересом наблюдая, как гибнут города и леса...

Впрочем, все могло так и быть.

Я с удивлением отметила, что рядом с аббой Джано, замыкающей в цепочке, встал Луку. И что... почему лицо его было таким спокойным и обреченным?Но мне не пристало сейчас думать об этом.

Надо было тоже сосредоточиться.

Скинула тяжелую шубу, оставшись лишь в подбитом мехом костюме – несмотря на холод вокруг, холода я не чувствовала. И снова взяла за руку Максира...А в последний момент обернулась.

Чтобы посмотреть на Малхаза.

Он оставался рядом с воинами Бури и Тенями – те были начеку, но сами и не знали, с чем бороться. Стоял там и смотрел,и этот взгляд... Это был взгляд человека, к которому мне хотелось вернуться.

Я так и прошептала беззвучно.

«Вернусь».

«Жду».

И мы с Максиром пошли. Оставляя позади одного мага за другим, впитывая всю их мощь и силу, ощущая, как стремиться к сердцу лед, а к голове – пламень.

Оставляя позади мужчину, которого я полюбила и который полюбил меня.

Оставляя где-то далеко наездников и чвиашей, ждущих нас на границы зоны, в которую они не смогли ступить.

Оставляя огромную местность, полную льда, и надежду.Вымершие северные городки и звенящие серебром деревья. Магические порывы и источники, храмы и бороздящие королевство дирижабли, острова и дворцы.Оставляя мою семью, которая, я знала, сейчас вместе и ждет...

Оставляя, чтобы вернуться. С победой.

Мы шли вперед, пока не добрались до аббы Джано и Луку, и те возложили нам на плечи руки, разрешая, фактически, выпить полностью, до дна.

А потом и сами встали на край.И закрыли глаза. Рука об руку и с одной надеждой на двоих... Да что там двое – весь наш мир надеялся и ждал.

Я чувствовала как колотится сердце, как дрожит земля, как воздух наполнятся чем-то странным – страшным и ликующим. Будто нечто дождалось...

Своих жертв?

Кто-то закричал... Да так громко и страшно, что был услышан.Я распахнула глаза и вцепилась в руку своего названного брата. Мир шатался и искрил... покрывался хрустальным льдом, по которому пробегали серебряные и синие искры и молнии.

И снова крик боли сзади.

Я обернулась и застонала.Маги, которых мы оставили почти без магии, корчились в этих пробегающих искрах, эпицентром которых стали мы сами... Корчились от ужаса и... умирали. В своей смерти отдавая последнее – силу идоверие к нашим решениям.

Я снова закрыла глаза.

И начала нараспев, вместе с Максиром, читать слова ритуала, ощущая, как меня распирает изнутри... От магии и непонятных чувств. Говоря все громче, потому что грохот вокруг становился невообразимым. Шипели молнии, падали и взрывались камни, качалась земля и часть её, кажется, проваливалась...

Я чувствовала, как моя магия становится много больше. Соединяется с магией мужчины, что решил рискнуть всем, но разделить со мной предназначение. И выполнить свое.

А потом...

Не знаю.Наверное,не возможно описать словами ощущение, что ты – ничто...И всё,одновременно.Что ты настолько крохотный, что тебя не существует.И настолько великий, что заполняешь собой все существующее...

– Он вышел к нам, – вдруг проговорил Максир.

Как я услышала его в грохоте и крахе?

Не ушами, точно...

Он?

Я открыла глаза и опешила... За стеной из сверкающего льда, которым быстро наполнялся воздух стояло... существо?

Бог?

Хаос?

Нечто огромной и темное, принимавшее нас... Кажется...

Мы с Максиром переглянулись и, не сговариваясь, все то, что в нас накопилось, что было, есть и будет, выдохнули в сторону монстра... Жаждая признания. Соглашаясь подчиниться. Умоляя помиловать этот мир и остановить движение пластов, что уже готовы были сокрушить северную местность...

И дрогнули от жуткого удара, что нанесла совсем не бесплотная рука...

Земля изошлась трещинами, которые множились и расширялись, монстр рвался вперед, кроша лед, заполненныймолниями, и не нужны были ему ни маленькие мы, ни Хаос в наших душах, ни наши просьбы...

И жизни тоже...

Лед под нами вдруг прогнулся, расшвырял нас с Максиром, и я полетела вперед, цепляясь пальцами за острые иглы и валясь прямо в дыру, на дне которой было разве что забвение. Но в последний момент меня схватили и вытащили наверх...

– Малхаз? – прошептала, с отчаянием глядя на любимое лицо.

Он жестко, быстро, требовательно прижался к моим пересохшим губам, обнял, не желая оставлять меня даже в смерти – а ничего другого ине ждало – но новый удар разделил и нас.

– Малхаз! – завопила, глядя, как он катится по наклонному почти стеклянному пласту, извивается от искр, не может затормозить даже с помощью своей руки.... и валится в ту пропасть, от которой он меня спас...

– Малхаз, – почти безнадежно. И с ненавистью. Вставая и запуская вперед не просто Хаос – но сырую силу и ярость. Злость. Отчаянную обиду на то, что ничего не получается, что с этим монстром не возможно договориться...Значит, нужно убить!

Максир, оказавшийся по ту сторону вновь образовавшейся расщелины, кивнул и усилил мое невидимое оружие, не хуже монстра крушащее все вокруг.

Уничтожить. Раздавить. Распять. Разрушить.

Мы были едины в своем порыве – я и мой брат, призванные неизвестно кем и неизвестно для чего и чудовище, забиравшее жизни...

Затягивающее в себя нашу ненависть.

Раззявившее пасть, чтобы сожрать все беды этого мира – и выплеснуть серой мерзкой волной...

Питающеесе ненавистью и болью, страхами и раздражением...

Ищущее...

Стоп.

Я так опешила от этой мысли, что замерла... И опустила руки.В голове проносились картинки прошлого и настоящего.И все, чему меня учили...

А вот чему я научилась сама?

Максир что-то кричал, наверное,не понимал, почему я перестала бороться... А я... снова подняла руки и запела.

Песнь моего народа, цнори.Песнь, что была у меня заместо колыбельной, пока мама была жива...Песнь любви к своему миру и всему сущему.Магическое сочетание слов, что помогает выразить и... отдать свою любовь. Полностью...

Капля за каплей я вплетала в слова Око, Свет и Бурю.

Свои мысли и надежды. Свою кровь и душу.

Капля за каплей моя песнь становилась сильнее. Расширялась и растекалась кругами, проникая в каждую трещину... В каждого выжившего.

Я почувствовала, что рядом стали Тени. Добрались таки через все препятствия – и теперь поддерживали, в прямом и переносном смысле. Что Максир направил потоксвоеймагиина меня. Не имея возможности присоединиться, он вливал свою энергию в проводника... Также, капля за каплей. И когда моя жизненная сила закончилась, благодаря ему, мне все еще было, что сказать.

Грохот и удары огромными кулаками... Ненависть и серая хмарь, полезшая со всех щелей, будто притянутая моей любовью. Крики боли и смерти. Хаос, взламывающий лед. Линии, переплетенные в клубок.

Обиженный рев... И, вдруг, спокойствие.

И за мгновение до того, как я потеряла сознание, я поняла...

«Все получилось, – прошептала, падая. – За тебя, Малхаз...»

25

– Что за идиотская традиция! Почему мы должны тащиться к этому источнику – да еще и без всяких указателей? Без слуг? Сопровождения? Стражи? А если на нас нападут звери? Или эти самые… Дикари?

Я закатила глаза и подавила смешок.

Впрочем, шумная группа джандарцев в жизни бы его не услышала. Они так громко трещали ветками и разговорами, что распугали все звуки. И животных заодно…

Шерон, ответственный за делегации со своей родины, встречал их, как правило, недалеко от столицы, нарочито загадочный и немногословный, подвергал всяческим унижениям… ну хорошо, это называлось испытанием. И переучивал на наш манер.

Как он считал – делал свободными и менее спесивыми.

А по мне так развлекался за их счет, как в свое время развлекался эр Дави. Но это хотя бы происходило не часто – дирижабли с желающими посмотреть Черный континент и его чудеса, а то и остаться здесь надолго, прилетали раз в год. И потому Шерону никто не препятствовал, даже мой отец, пусть он и считал подобные действия несколько… негостеприимными.

Ну а меня это веселило не меньше рыжего. Одни и те же высказывания и представления в первые дни – ох, среди абб во дворце даже соревнования устраивали, кто смутить джандарцев больше.

Их высоко задранные носы. И затаенные страхи…Ведь большинство членов делегации всю жизнь провели в городах и совершенно не чувствовали природу изначальную.

А потом…

У многих все менялось. Хотя бы оттого, что источник проникал в их кровь. Они не сразу это понимали, но осознавали в какой-то момент, с каким упоением вдыхают чистый воздух, как чуден шепот деревьев и насколько приятней смотреть на сверкающие водопады и пороги рек, нежели на наряды или драгоценности…

На самом деле, сопровождение каждой группе мы выделяли – просто не сообщали об этом. И присматривали за ними молча, сквозь ветви.  На этот раз я вызвалась прогуляться сама – исключительно ради воспоминаний. Местами грустных.

Рядом скользили два воина Света. Сосредоточенные и важные  – и совсем молоденькие. Немного ошеломленные величием столицы и королевского дворца, а также ответственных заданий, которые им поручали – их ведь часто брали из маленьких жителей Храма всех богов, и мальчишки, прибывавшие к нам, почти ничего не видели в жизни.

– Ну наконец-то, добрались! – визгливый голос довольно плотной эрты снова прорвался сквозь мои размышления. Я осмотрела с высоты открытую площадку, чтобы убедиться, что никакой опасности нет, а потом удобно устроилась на толстой ветке и откинулась на шершавый ствол…

Сколько же лет прошло с того дня, когда я впервые увидела… его? Вот здесь, под этими деревьями, сурового и непримиримого?

Ох, да что там спрашивать. Я помнила совершенно точно.

Восемь.

И семь лет с того момента, как я лишилась близких мне людей и – практически – всей магии… Но не жизни. И не своих навыков. И не чувства единения со всем сущим – с Линиями и богами, забытыми и восхваляемыми сейчас.

Так странно, но с каждым годом воспоминания о тех днях становились четче. А первое время всё сливалось в мутную пелену – чтобы восстановить картину произошедшего отцу, храмовникам, воинам, целителям и джандарцам пришлось не раз и не два выяснять каждую деталь у каждого из выживыших… И потом, на основании наших рассказов, была создана большая страница истории королевства Иосиби, империи Джандар и мира Сакарт. Страница, на которой, конечно, не было точных ответов на вопросы, чем же на самом деле был разлом и то чудовище, почему Хаос пытался прорваться в наш мир, из чего состоит хмарь – образцы, как я и предполагала, были утеряны – и появится ли она снова, вероятен ли подобный разлом  в будущем или это был последний...

Ответов этих не было – только предположения.

А еще там были перечислены имена храбрецов, что погибли во имя спасения остальных.

А также названо единственное «оружие», что на самом деле оказалось действенным…

Любовь.

Тогда пригодился не столько Хаос и слияние с его частицами, что жили во мне и Максире. А то, что оказалось противоположностью стекающим в разлом сточным водам людских душ.

Хмарь, сотканная из предательства и отчаяния, из многих так и не реализованных чувств, из всей черноты, что, порой, сжигала не только живых существ, но и целые земли,  расширяла и без того неспокойные врата. И только искренность, любовь и признание смогли ей противостоять. Смешаться и растворить до исчезновения. Запечатать, в конце-концов, вместе с Хаосом, который оставил нас в покое.

Это меня удивляло до сих пор.

Ведь много лет столько воинов и магов учили меня всему, что могло бы помочь. А помогло то, чему я научилась чуть ли не вопреки своему обучению… Зато теперь Черному континенту ничего не угрожало. Разве что магические Порывы и нестабильность в нашем королевстве никуда не делись, но стоило ли сожалеть? Мы, во многом, стали такими, какие мы есть, именно благодаря неприятностям, что происходили с нашими народами.

Тела умерших во время миссии магов найти не удалось – оставшиеся в живых бежали впопыхах из-за сильнейшего землетрясения. Приходилось ведь еще и нас с Максиром тащить – мы оба были в бессознательном состоянии. Но я всегда буду помнить лица выпитых. Их готовность жертвовать собой. Их мысли и чувства, что они вложили вместе со своими жизнями.

Их пожелание никогда не останавливаться и всегда следовать своим принципам. Всегда идти до конца.

Восстанавливали меня долго, несколько циклов.  А потом…

Тени, как я и обещала, были отпущены на свободу. Конечно, они не воспринимали жизнь со мной как тюрьму, но когда закончилась вся эта история, я поняла, что дальше наши пути разойдутся.

Максир, слава богам, остался с магией. Правда, в нем теперь стало гораздо больше  Бури, но он оказался только рад, как и его отец. Видящий в нем достойного преемника… Мой брат успел вернуться в Джандар как раз к рождению своего первенца.

А Малхаз…

Громкие визги снова вернули меня в настоящее. Воины Света сидели на ветвях спокойно – так что же напугало делегацию?

Я перевела взгляд на источник и маленькое озеро вокруг и едва сдержалась, чтобы не выругаться…

Ну конечно!  И как теперь мне оправдываться перед королем и Шероном?

Ох,  я точно пришибу их! И нянек их заодно, которые только с виду грозные воины Бури. А на самом деле позволяют крутить собой как угодно. И вечно упускают близнецов из вида. И теперь эти оболтусы, нацепив на себя окровавленные черепа – в этом году в Храме всех богов абб Картвелл познакомил их, на свою голову, с воинственными культами – гонялись с маленькими ножами и громким улюлюканьем за эртами в мокрых нижних рубашках, тогда как опешившие эры просто не понимали, что делать.

То ли защищать высших дев от пятилетних мальчишек, то ли смеяться.

– Выпорю дикарят, – процедила сквозь зубы и аккуратно скользнула на землю.

Придется вмешаться.

Воины Света побоятся их ловить, чтобы не навредить ненароком, а джандарцы и подавно – в их обществе шепотом передавались истории о кровожадных местных племенах. И присутствующие не могли не подумать, что взрослый могут прийти отомстить за детей.

А узнать королевских внуков в этих измазанных чудовищах никто не смог.

Что же, взрослые придут. Именно что за детьми, а не мстить.

– Тариэл, Серги! – я подошла и сказала без крика, но так… что меня услышали.

Круглые глазенки цвета земли воззрились в испуге – не ожидали увидеть – а потом сыновья переглянулись, вздохнули и, понурившись, вылезли из воды и подошли ко мне.

– Ма-ам… – протянул Тариэл. Он обычно был зачинщиком всех проказ – но он же и винился первым. И готов был отвечать за все. Серги был тише, мягче и… хитрее.

Я сурово  сдвинула брови.

– Дома поговорим.

И повернулась к опешившим от подобной ситуацией высшим, делая вид, что ничего особенного не происходит.

– Как вам источник? – спросила с мягкой улыбкой.

– Эм-м… прекрасно, – ответил мне один из джандарцев.  –  А вы, принцесса…

– Гуляю с детьми. Ну знаете, солнце, свежий воздух, цветочки…

Все, открыв рты, посмотрели на темную лесную чащу.

– Ага… – глубокомысленно заключила одна из эрт.

Вежливо кивнув, я шикнула на близнецов, а потом еще и неласково подтолкнула их в сторону деревьев. И первая взлетела по стволу, как только нас скрыли листья.

– Остаетесь с делегацией, – приказала воинам, и те кивнули, не выдавая свое присутствие.

Я же, подгоняя детей и постоянно проверяя и критикуя их способности перебираться с ветки на ветку, – ха, они не только критики заслужили – отправилась в небольшой дом на краю леса, где мы жили, когда хотели провести время вдали от довольно шумного дворца.

Где-то в середине пути навстречу вышли спешащие воины Бури. Я строго на них посмотрела, а те лишь виновато пожали плечами. Похоже, придется ставить в охрану не только Бурю, но и Свет – с новыми навыками от Второго Тариэла и Серги только запирать останется, раз не могут удержать.

Но, несмотря на то, что по приходу я их отчитала и усадила за «скучные занятия» с книгами и наставником – гулять им теперь было запрещено до конца цикла  – своими детьми я гордилась. И была счастлива, что их сила оказалась далеко не такой маленькой, хоть я была почти выпита до дна.

Надеюсь, и у нового малыша не будет проблем с магией…

Я погладила чуть выпуклый живот и улыбнулась.

К ночи дом опустел от слуг и наставников. Дети, умытые и накормленные, были уложены спать. А я вышла и уселась в широкое механическое кресло, которое изображало качели за счет хитроумного механизма.

Мне нравилось это место. Защищенное деревьями и магическим куполом, с собственным садом и небольшим прудом. В нем было достаточно комнат, чтобы чувствовать себя комфортно, но не достаточно, чтобы селить сюда постоянных прислужников – за исключением стражи, всегда дежурившей снаружи, за витой оградой, все остальные только приходили на день.

Мой собственный дом.

Наш.

Малхаз появился бесшумно, но мне и не надо было его слышать. Я почувствовала его приближение задолго. Да что там, я никогда не ощущала его вне себя… Никогда не была одна. Ведь, несмотря на потерянную магию, наша связь никуда не делась. Как и наша любовь. И желание…

Он сел рядом и с удовлетворенным вздохом зарылся носом в мои распущенные волосы.

Малхаз получил должность военного советника  короля и часто пропадал во дворце и в походах. Как правило, я сопровождала его – или же он меня, потому как должность старшей принцессы у меня тоже никто не забирал. И наша жизнь была полна приключений и событий…

Но беременность третьим ребенком я решила провести  в уединении, рядом с детьми.

– Во дворце рассказывают какие-то страшные истории про маленьких лесных монстров, – хмыкнул мой муж и потерся носом об ухо.

– Сам завтра поговоришь со своими страшными историями, – я поерзала, повернулась и пробралась ладонью ему под камзол. И довольно вздохнула, ощутив привычный жар кожи и стук сердца. Я так часто делала… Даже во сне. Будто мне постоянно требовалось убедиться, что он жив и рядом со мной.

Потому что тогда, когда Малхаз упал в пропасть, я была уверена, что он погиб.

Но его опять спасла его рука, оказавшаяся способной вцепиться в зеркальный лед. И спасло уверенное желание вернуться ко мне, благодаря чему он полз по вертикальной стене всё то время, что я пела свою песнь.

Он вернулся ко мне… А я вернулась к нему. И после всего произошедшего вряд ли нашлась бы на Сакарте сила, способная нас разлучить.

– Твой отец просил передать, что ты не избежишь завтрашнего бала.

– Угу, он послал вестника. Потом еще и воина. Теперь тебя… Осталась только Шида – но она, скорее всего, приедет завтра вместе с дочками. Будто я могу не явиться на церемонию Совершеннолетия к своему собственному брату. Я ему и подарок приготовила… особый.

– Очередное самодельное оружие с необычными свойствами?

– Что ты имеешь против моего хобби? – делано возмутилась.

– А в Джандаре высшие эрты любят вышивать, – с притворной тоской протянул Малхаз.

Я вспомнила Стасю  и Каринэ, с которыми не просто поддерживала связь, но виделась уже несколько раз, и хмыкнула.

Муж прошептал:

– Хочу танцевать с тобой… тот самый танец. Завтра.

Меня окатило теплом… А потом и жаром. Я довольно поерзала. И опустила ладонь значительно ниже груди, вырвав у своего мужчины стон.

– Только танцевать?

– Танцевать… Не только. Еще мне нужна вся ты, – он поцеловал меня. – Твоя суть. Твое сердце…

– Согласна. Как и всегда.

Мы замолчали надолго…

И только скрип механизма и вздохи нарушали теперь тишину ночного леса.

КОНЕЦ