Текст книги "Девятый для Алисы (СИ)"

Автор книги: Дарья Волкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 7. Открой, Забава! Я теперь царь!

Уговор дороже денег!

Аэропорт казался чужим – словно Алиса никогда здесь не была. Словно прилетела на другую планету. Хотя, кажется, совсем недавно это был привычный для нее мир. А сейчас даже такси вызвать – и то ступор. Где Семен?

А Семен остался там.

А здесь какой-то безыменный таксист вез ее домой. Нет, не домой. Не там ее дом. Где? Где?!

Неизвестно.

Но точно не там, куда ее везет желтая машина.

Алиса достала телефон. Она обещала Мише, что напишет. Но отчего-то медлила. Наконец заставила себя набрать сообщение.

Алиса: Я в Москве.

Михаил: Понял. Освобожусь – наберу, ок?

Алиса задумалась. А если в это время рядом с ней будет Владимир? Да плевать.

Алиса: Хорошо, буду ждать.

Оставшуюся часть дороги Алиса беспрестанно проверяла телефон. Она боялась пропустить звонок или сообщение от Миши. Так и подошла к двери с телефоном в руке. Ключ не повернулся в замке. Когда Алиса поняла, что это означает, дверь уже открылась. За нею стоял Владимир.

– Ну, привет.

– Привет, – растерянно ответила Алиса. Она не ожидала, что Владимир будет ее ждать. Она вообще не помнила, чтобы он ее когда-то ждал. Всегда она его ждала. Разве что… вот недавно, там, на курорте, он ее ждал. И это ожидание кончилось не очень хорошо. Алиса почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Ну, что ты стоишь, как неродная? – Владимир шире распахнул дверь. – Заходи.

Алиса почувствовала безотчетный внутренний протест, нежелание переступать этот порог. Но ведь им нужно поговорить. Не по разные стороны от двери же это делать? Но сначала Алиса перенесла через порог сумку, на нее водрузила чехол со сноубордом, и только после этого шагнула в квартиру.

– Ну как ты, крольчонок, скучала по мне?

– Конечно.

Алиса ответила, не задумываясь. Так, как в последнее время разговаривала с Владимиром. Дежурными фразами, которых он от нее ожидал. В конце концов, он не для разговоров ее при себе держал. Ее же дело в другом.

От тяжелого удара дернулась голова, потемнело в глазах, во рту сразу стало горячо и солоно. Алиса провела рукой по лицу и с изумлением увидела, что рука вся в красном. Облизнулась. Да, точно, кровь.

Владимир напротив растирал руку. «Это печатка на мизинце так в кровь губу разбила», – как-то отстраненно подумала Алиса.

– Ты тупая сучка, – процедил он. – Ты даже не попыталась скрыть. Думала, я не узнаю? Что ты не жила в номере, что, как только я уехал, ты сразу помчалась к своему Девятому? Думала, я не узнаю?!

Алиса молчала. Шоковое состояние от слов Владимира, от его удара – окутывало ее быстро и стремительно. Она хотела поговорить. Она надеялась, что получится расстаться по-хорошему. Зря думала и зря надеялась. Владимир все знает. И не чувство облегчения это приносило, а все нарастающую панику.

– Что молчишь? Говорить разучилась? Или ртом переработала? Что, большой у Девятого? Драл тебя качественно твой тренер?

Алиса безотчетно опустила взгляд на руку с телефоном. Каких-то пару минут назад она ждала от Миши звонка или сообщения. А теперь….

Телефон вылетел у нее из руки. Точнее, Владимир его выбил. Алиса потрясенно смотрела, как он наступает на валяющийся на плитке айфон. Услышала, как аппарат хрустнул от того, что Владимир повернул каблуком на нем, потом несколько раз с силой надавил.

– Вот и все! – Владимир пнул носком туфли по обломкам телефона. – Вот и нету твоего Девятова. Ты думала, дрянь, что я позволю себя обманывать?!

Оказывается, те, давнишние, из прошлой жизни, рефлексы остались. И от очередного удара Алиса увернулась. Почти. Печатка задела вскользь, пробороздила по скуле.

– Что, не нравится? – расхохотался Владимир. – Это только начало!

Алиса, словно в слоу-моушн, наблюдала, как он протягивает к ней руку. Все повторяется. Как в детстве с пьяным отчимом. Как недавно с пьяным Владимиром в гостинице.

Она дернулась назад слишком поздно. Владимир уже вцепился ей в руку как клещами. Алиса отчаянно рванулась назад, Владимир за ней – и запнулся о сумку и чехол со сноубордом. Хватка на ее руке ослабла, вспотевшие пальцы другой руки соскальзывали с дверной ручки. Но вот ручка резко дернулась вниз, дверь, в которую упиралась Алиса, распахнулась – и она последним усилием вырвала свою руку из хватки Владимира. И стремглав бросилась прочь, не разбирая дороги.

***

Она снова не помнила, как и куда бежала, и как попала в то место, где в итоге оказалась. Какой-то двор. Обычный. Детская площадка, скамейки, кусты, заснеженные клумбы. Мимо проходящая женщина неодобрительно покосилась на сидящую на скамейке Алису.

Алиса достала из сумочки кросс-боди пудреницу, открыла ее. Есть на что неодобрительно коситься – рот и подбородок в подсохшей крови, на скуле взбухла широкая и длинная царапина. Алиса достала влажные салфетки и методично вытерла лицо. Царапина при нажатии саднила.

Эти простые действия словно подвели окончательный итог. Алиса поняла, что паники больше нет. И голова работает на удивление ясно. Она убрала в сумочку пудреницу, достала оттуда другой предмет и долго на него смотрела.

Паспорт. Ее билет на свободу.

Какое же счастье, везение, удача – все сразу! – что паспорт был при ней, в сумочке кросс-боди, перекинутой через весь торс. Ее так просто с плеча не сдернуть и не обронить, она осталась у Алисы. Это все, что у нее есть. Но и этого немало. А главное – паспорт.

Пусть у нее теперь нет ничего – ни жилья, ни машины, ни мобильного телефона – зато есть паспорт. Руки-ноги целы, голова соображает. А значит – прорвемся.

Алиса принялась потрошить сумочку. Не так там и много уместилось – в этой компактной кросс-боди. Паспорт, посадочный талон, телефон – уже с ремаркой «был», а еще кошелек, пудреница, ключи, тревел-версия любимых духов, блеск для губ, упаковка влажных салфеток.

Все.

Первым делом Алиса полезла в кошелек. Помимо карты, привязанной к телефону – что толку вспомнить о ней – в кошельке была еще и пластиковая. Оформленная на Владимира.

Алиса резко поднялась на ноги и отправилась к выходу из двора.

***

Спустя полчаса она сидела в другом дворе и на другой скамейке. Как хорошо, что на улице не холодно.

Карта оказалась заблокированной. Что ж, это предсказуемо. Алиса снова взялась за ревизию. Есть немного наличных, но совсем чуть-чуть – на всякий пожарный. И это все ее финансовые активы.

Алиса медленно подняла руку, коснулась уха. И аккуратно расстегнула швензу. Потом то же самое проделала со второй сережкой. Сняла с пальца кольцо. Подумала и присоединили к золоту швейцарские часы с запястья.

Вот ее актив. Надо только найти ломбард.

***

В первом посещенном ломбарде ей сказали, что часы – подделка, а за все вместе предложили сумму раза в три меньшую, чем та, на которую Алиса рассчитывала.

– Девушка, часы – не оригинальные «Rado», вас обманули. Больше дать при всем желании не могу.

Может быть даже, это и правда. Теперь Алиса вполне допускала, что Владимир мог ей купить подделку. От него теперь она ожидала всего. А сколько было разговоров о том, как он ее балует, и какие дорогие вещи покупает. И вот вам – поддельные «Rado».

– Золото хоть настоящее? – зачем-то спросила она.

– Золото настоящее, – масляно улыбнулся упитанный продавец. – Камушки небольшие. Соглашайтесь, девушка, больше вам никто не даст.

Алиса кивнула – и вышла из ломбарда.

В ней проснулись все, казалось, забытые умения. И инстинкты выживания. И вернувшееся чутье бедного человека, которого хотят обмануть. Знаем вы ваше «Больше никто не даст». Знаем, плавали.

В следующем ломбарде сумма была предложена еще скромнее, но, поскольку расстояние между двумя ломбардами было меньше квартала, Алиса справедливо решила, что они просто обмениваются информацией.

Ну что, голубчики, вся Москва у вас в сеть повязана? Сейчас проверим. И Алиса пошла к метро.

Как давно она не ездила на метро. Красная «бмв» и столичные пробки, еще каких-то пару недель назад бывшие ее реальностью, стремительно истаивали из памяти, будто их никогда и не было. И нутро столичного метрополитена имени В.И Ленина привычно поглотило Алису.

Она уехала на конечную станцию противоположной ветки. И это дало свой эффект. Это – и то, что Алиса прошла от станции метро пару кварталов. Ей даже стало казаться, что ломбардов тут поблизости нет, а проверить – ну так без телефона это никак не сделать? Может, стоило газету купить? Но тут показалась вывеска «Скупка золота».

Там Алисе тоже заявили о том, что часы не оригинальные. Наверное, это правда. Зато цену предложила гораздо более приближенную к той, которую она ожидала. И Алиса решила, что от добра добра не ищут. Ей нужны деньги. Здесь и сейчас.

– Вы наличными отдаете? У меня нет банковской карты.

– Мы работаем только с наличными.

Полученная сумма, с одной стороны, была не маленькая. А с другой – это все деньги, что имелись у Алисы. И распорядиться ими следовало с умом. Задача номер один – телефон.

Алиса купила самую скромную модель – лишь бы работал необходимый минимум. Крутая камера, навороченные функции – это теперь не для нее. Звонить и в интернет ходить умеет – и ладно. И чтобы возможность бесконтактной оплата была. Там же, в магазине, подключила сим-карту. О доступе к своим старым аккаунтам можно забыть. Она была идиотка. Она была беспечна. Но мобильный был оформлен на Владимира. Он платил за ее телефон. Он платил за ее… за все. Он все контролировал – поняла вдруг Алиса. Она и раньше это понимала – но не так, как теперь. Теперь, когда она от этого тотального контроля вдруг избавилась.

А теперь Алиса начинала самостоятельную жизнь. Как водится, с нуля.

Хотя… не совсем уж с нуля.

Номер Миши она, конечно, не помнит. Но вот его контакты в социальных сетях найти удалось. Написать? Написать, конечно!

Но Алиса медлила. Не могла себе объяснить причин, хотя пыталась. Это же надо будет рассказать, почему номер и аккаунт новый. А объяснять Алиса пока не могла. Действовать – могла. А объяснить свои поступки – нет.

Она просто приедет. Да. Лучше всего – просто приехать.

Ведь он сказал – не пропадай. Звони. Пиши. Ну а она – приедет. Потому что здесь, в Москве, ей больше делать нечего. То, что было до ее приезда в столицу – оборвано и забыто. И единственный человек, который что-то – нет, не что-то, а очень многое значит для Алисы – Михаил. Но ничего она ему объяснить по телефону не сможет. Ей просто надо приехать и попасть в его крепкие и надежные руки. Чтобы он обнял. И все тогда станет хорошо.

Когда у тебя есть смартфон с подключенным интернетом – ты можешь все. И вот Алиса уже изучает расписание поездов. Потому что самолет – для нее слишком дорого. Ну то есть, сейчас – по средствам в принципе. Но она уже включила, казалось, забытый режим экономии. Если можно дешевле – зачем платить больше? Ей торопиться совершенно некуда.

Виртуальная банковская карта оформлена в течение десяти минут, наличные внесены с помощью банкомата, и вот, не сходя с сиденья в «Бургер Кинге» – куплен билет на вечерний поезд. До места назначения он идет полутора суток. Сев на него сегодня поздно вечером, послезавтра ранним утром Алиса будет на месте назначения.

***

Полка у нее верхняя, вагон плацкартный. В дорогу куплены булочки, йогурт, «Доширак». Но это все на завтра. А сегодня – спать. Алиса лежит, отвернувшись к стене. И пытается вспомнить, когда в последний раз ездила на поезде. Получается, тогда, шесть лет назад, когда ехала из Волгограда в Москву. На деньги Владимира ехала. К нему ехала.

Правильно ли она тогда поступила? Может, лучше было бы остаться? До недавнего времени Алиса даже не задавалась таким вопросом. Она вообще старалась не вспоминать ту, не-московскую жизнь. Как будто Алиса появилась на свет шесть лет назад в Москве. А до этого не было никакой Алисы. Но если бы она хоть раз задала себе в эти шесть лет вопрос: «Лучше было уехать или остаться?» – то ответ был бы однозначным. Конечно, не зря! Ее сытая, ненапряжная, даже роскошная жизнь в столице не шла ни в какое сравнение с тем, что было в Волгограде. И если для этого надо ублажать в постели мужика, который был старше ее почти на тридцать лет – так и ничего страшного. Там, не в Москве, страшнее было.

А сейчас Алиса вдруг вспомнила про то, что было до Москвы. Вспомнила, что у нее была когда-то другая жизнь. Из которой она вот так же сбегала на поезде. А теперь бежит из этой, сытой и даже роскошной. Так, может, все было зря?

Нет, не зря. Иначе бы она никогда не встретила Мишу.

Глава 8. Я вот сейчас, к примеру, два часа отчаивалась

с вареньем и сладкими булочками.

– Студентка? – словоохотливый дяденька лет шестидесяти с плюсом наблюдает, как Алиса накручивает на пластиковую вилку «Доширак». Давно забытый вкус. Вкус бедной жизни. И вкус свободы, оказывается. – Сессию сдала и домой, к родителям под крылышко?

Алиса неопределенно пожимает плечами, втягивая в рот лапшу. Она никогда не была студенткой. Наверное, да, сейчас у студентов закончилась сессия и начались каникулы.

– На кого учитесь?

Второй раз пожиманием плечами от отечески участливого дяденьки не отделаешься. Алиса жует лапшу, раздумывая над ответом. Кем она хотела стать? И вообще – чего хотела? Алиса вдруг поняла, что никогда не задавала себе таких вопросов. По крайней мере, в более-менее сознательном возрасте. Желание предполагает выбор, его наличие. Этого выбора у Алисы никогда не было. Ну а если раньше вернуться, ну, хотя бы в детство? И тоже не может вспомнить. Помнила только, как совсем в раннем детстве, лет в пять, наверное, хотела быть принцессой. Как все девочки, наверное. А ее коротко стригли, чтобы не возиться с заплетанием косичек, и покупали неяркую немаркую одежду, а чаще всего и вовсе Алиса донашивала – за детьми маминых подруг, а у тех были почему сплошь все сыновья, и носила Алиса все синее да коричневое. А хотелось розовое, оборки и волосы до пояса. Она даже вздрогнула. Ну вот хотела – получи. И волосы если не до пояса, так до середины спины точно, и Владимир очень любил, когда она одевалась в стиле «бэби-долл». Сбылась детская мечта, мать ее.

– Не хорошо игнорировать старших, деточка, – наставительно произнес дяденька напротив. Он нравился Алисе все меньше и меньше. А еще он страдал метеоризмом, и, хотя, это, наверное, никак нельзя контролировать, симпатии такой факт не добавлял.

– Физкультура и спорт, – вдруг сказала Алиса.

– А по вам заметно, – дяденька оглядел Алису гораздо более внимательно. – Кем будете?

– Тренером.

Как Миша.

Доев «Доширак», Алиса полезла к себе на верхнюю полку. И, повернув голову, поняла, что дяденька пялится на нее отнюдь не отеческим взглядом.

Вот же старый извращенец!

Она лежала на полке и пыталась вспомнить, мечтала ли она в детстве о чем-то… подобном. И вспомнила вдруг, как завидовала своей подружке Кате, у которой был дедушка. Он часто забирал Катю из детского сада. Такой седой, с добрыми глазами и пахнущий табаком.

Вот они, мать их, дедушки, россыпью в ее жизни! Мечтала же! Получай. Похоже, в ее жизни открылся сезон сбычи мечт.

Алиса перевернулась на спину и достала телефон. Ну их к черту, эти детские мечты.

С экрана телефона ей улыбался Миша. Последний пост в его аккаунте – итоги школы. Улыбающийся Миша и много-много комментариев. У Алисы так и тянется палец к экрану, когда она читает это комментарии. Особенно от девушек.

Написать ему в личку. Палец так и зудит, когда она читает, как десятки неизвестных девиц – но она посмотрела все их профили, среди них есть очень симпатичные! – строчат Мише восторженные комментарии, явно заигрывая. А он им отвечает – сдержанно, с юмором, но отвечает. Мишенька, ты забыл, как кончал мне в рот?

Алиса со вздохом засунула телефон под подушку. Нет, нельзя. Не надо. Неправильно. И как будто это имеет хоть какое-то значение.

Надо доехать – и тогда все станет понятно. Алиса в этом себя убеждает. Алиса в это верит.

***

Дорога Алису измотала. Или это накатил отложенный стресс от встречи с Владимиром. Но сейчас она чувствовала себя разбитой. И даже малодушно подумала о том, что, может быть, доехать до горнолыжного комплекса на такси. Но спросив цену – резко передумала. Так, соберись, Алиса. Тебе всего двадцать четыре, нечего изображать из себя развалюху! Автовокзал находится в двух шагах от железнодорожного, так что руки в ноги и марш покупать билет на автобус!

Автобус, на счастье Алисы, оказался новым и комфортабельным. Тряску в какой-нибудь развалюхе она бы не выдержала. Алисе даже повезло – у нее место у окна. И она едет, смотрит в окно, вспоминает, как точно так же смотрела в окно такси, когда впервые приехала сюда. Неужели это было… господи, все-то каких-то два месяца назад?! Нет, больше, почти три. Ну это и не важно – два или три. Но за эти месяцы жизнь Алисы поменялась просто кардинально. Даже не поменялась – ее жизнь попросту опрокинулась. И вместе с жизнью опрокинулась и сама Алиса. И она не знала, кто сейчас едет в рейсовом автобусе по направлению к горнолыжному комплексу. Но одно Алиса знала точно. Этот человек возвращается домой.

***

Сердце начало биться чаще, едва она увидела в окно первую, самую нижнюю станцию так называемого подбрасывающего подъемника. А вокруг нее, тут, там – гостиницы. И огромные ели. И снег.

Здравствуйте. Я вернулась.

Сердцебиение никак не унималось. Да, горы, подъемник, снег и ели – это все стало ей таким родным и необходимым. Но ведь самое главное, ради чего она приехала сюда – это встреча с Мишей. Она его скоро увидит. И от этого сердце стучит еще быстрее, еще отчаянней. С каждым шагом, который приближает ее к инструкторский бирже. У Алисы есть какая-то непонятная невесть откуда взявшаяся уверенность, что она его там застанет.

И эта уверенность не подвела. Едва завернув за угол гостиницы и увидев, как на ладони, пятачок инструкторской биржи, Алиса заметила Мишу. Мгновенно выделила из разных стоявших и ходящих там людей его фигуру – желтые с черным штаны и бирюзовая куртка. Алиса задохнулась от затопившего ее предвкушения. Быстрее, быстрее к нему, бегом!

***

Она даже сделала шаг. А потом резко остановилась – так, будто перед Алисой выросла невидимая стена. К стоящему на пятачке инструкторской биржи Михаилу подбежала девушка – тоже в яркой горнолыжной одежде. Они находятся от Алисы не очень далеко, и хотя эту пару периодически закрывают от Алисы проходящие мимо люди, ей все отлично видно. У девушки темные до плеч волосы, широкая улыбка. С этой улыбкой она обнимает Мишу, а он придерживает ее за спину. А потом они о чем-то начинают оживленно разговаривать. Алисе не слышно – о чем. И не видно Мишиного выражения лица – он стоит спиной. Но судя по не сходящей с лица девушки улыбке – это приятный разговор двух людей, которые рады друг друга видеть.

Алиса стояла, смотрела на них и не могла заставить себя сдвинуться с места. Не в этой брюнетке было дело – Алиса и раньше, во времена снежной школы, видела, как на Мишу вешались всевозможные девицы. Не в этом совершенно дело, хотя удовольствия такая картина, безусловно, не доставляет.

Просто… просто она словно со стороны увидела кусочек его жизни. Жизни человека, который сам построил свою судьбу и карьеру. Который всего добился сам. У Михаила есть любимая работа, в которой он достиг уже значительных успехов. У него есть удобно устроенный дом, в котором уютно и хорошо. У него в жизни есть путешествия, интересные встречи, веселые друзья. И девушки тоже есть, и много.

Где в этой жизни место для Алисы?

Она стояла и широко раскрытыми глазами смотрела на Мишу. Так, будто видела его впервые. Вот стоит счастливый человек. У которого все в жизни прекрасно – работа, дом, друзья, девушки. А в паре десятков метров от счастливого человека стоит Алиса. Которая собирается вывалить на счастливого человека свои проблемы – и пусть он их решает.

Ей вдруг перестало хватать воздуха – и Алиса дернула вниз застежку куртки. А открывающаяся правда все отбирала и отбирала у нее воздух.

Алисы вдруг осознала, что все время снежной школы она жила за счет Миши. Да, она, а точнее, Владимир, оплатил школу. Да, она сама расплачивалась за себя в кафе во время совместных обедов всей группой – деньгами Владимира, между прочим. Но ей ни разу не пришло в голову самой заказать пиццу или сходить в магазин за продуктами к ужину или завтраку.

Паразит, вот ты кто, Алиса, натуральный паразит.

Алиса дернула вниз до конца молнию на куртке в попытке продышаться. Горный воздух охлаждал, но не давал надышаться.

Что она собирается сделать? А вот что! Алиса собирается снова устроиться на чужой шее. Сначала ее шесть лет содержал Владимир, а она удовлетворяла его за это в постели. Теперь Владимир дал ей от ворот поворот. И что же? По отработанной схеме, с одной шеи на другую, да, Алиса?

Что ты можешь предложить Мише в обмен на помощь тебе? Возьми меня к себе, я буду раком стоять и сосать, а ты меня за это кормить будешь, так, что ли?

Алиса чувствовала, как на нее накатывает тошнота. И головокружение.

Какую страшную, чудовищную ошибку она только что чуть не совершила.

И Алиса делает шаг назад. Стоит, все так же широко раскрыв глаза, глубоко и часто дышит, пытаясь продышаться, унять тошноту и головокружение. Видит, как Миша с темноволосой девушкой уходят в сторону склона, все так же оживленно переговариваясь.

Еще можно догнать. Еще можно передумать. Но нет. Нет! Алиса качает сама себе головой. Она безвозвратно отрезала себя от Миши. Только что или гораздо раньше – пока непонятно. Да и не важно это.

Развернувшись, она идет прочь, на ходу застегивая куртку.

***

Ноги принесли Алису к гостинице. Эта не тот отель, где жили они с Владимиром, он чуть меньше, немного скромнее, но очень симпатичный. Какой-то домашний. Алиса устроилась на деревянной скамейке, вытянула ноги, подставила лицо солнцу и прикрыла глаза. Сидела так и ни о чем не думала. Так, какие-то пустяки кружились в голове. Горное солнце чувствительно грело кожу, и Алиса вяло подумала о том, что ее светлая кожа без солнцезащитного крема может обгореть. А крема у нее, конечно, сейчас с собой нет. Хотя это неважно. Все неважно, кроме…

– Я могу вам помочь?

Алиса резко открыла глаза и села ровно. Рядом с ней стоял мужчина. Лет сорок, небольшие залысины, темные глаза и узкий рот.

– Ну только если вы волшебник.

Алиса не понимала, откуда у нее взялась эта реплика. А мужчина усмехнулся и сел на скамейку.

– Никогда не смотрел на себя с этой точки зрения, – он снова усмехнулся. – Я управляющий этой гостиницы.

Алиса уставилась на человека рядом с внезапно проснувшимся интересом. А он смотрел на нее… изучающе. Или скорее, оценивающе. Или, может, даже раздевающе. Но ей было плевать.

– Вы можете оказаться волшебником. Скажите, а у вас в вашей гостинице есть работа?

Он изучал ее еще более пристально, совершенно не скрывая интереса, прежде чем ответить.

– Как раз сегодня внезапно уволилась горничная. Вас интересует работа горничной?

Он спросил это с отчетливой издевкой. Предполагая, что для сидящей рядом с ним девушки более подходит другая работа. Алиса предпочла сделать вид, что не заметила ее.

– Эта работа не требует каких-то специальных навыков?

– Нет. Только аккуратность и исполнительность. Ну и хорошее физическое здоровье.

Алиса встала. За ней следом встал и управляющий. Она глубоко вздохнула, зачем-то вытерла ладони о джинсы, пригладила волосы.

– Когда я могу приступить к работе?