Текст книги "Ошейник принца вампиров (ЛП)"

Автор книги: Дарси Фэйтон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

Кира подкралась к большой кровати, занимавшей почти всю комнату Натаниэля. Её кожа была влажной, волосы стекали водой по спине. Этот ублюдок не дал ей полотенца.

Натаниэль протянул его ей.

– Вот.

– Я в порядке. – Кира изобразила бодрую, нарочито фальшивую улыбку и села на край кровати, демонстративно выжимая волосы прямо на его подушку.

– Полотенце для твоего же удобства, – спокойно сказал Натаниэль.

– А это тоже для моего удобства? – спросила Кира, указывая на кровать, где лежали цепи, верёвки и кожаные ремни. Её бравада на секунду дала трещину, когда она попыталась представить, что он собирается с этим делать.

– Это ты сама решишь, – ответил он, становясь перед ней и раздвигая её ноги своими. – Но нет, не для удобства.

Он толкнул её назад на матрас.

Чёрные атласные простыни были прохладными, матрас мягким, почти слишком мягким. Без предупреждения Натаниэль схватил её ноги и закинул себе на плечи.

– Что ты делаешь? – вскрикнула она, чувствуя, как лицо заливает жар.

– Учу тебя.

К её досаде, он наклонился и провёл клыком по внутренней стороне её бедра.

Она замерла, наблюдая, как он задержался, чтобы пососать кожу. Она помнила, что где-то там проходит артерия, которую некоторые вампиры предпочитают во время секса. Информация, которую она с удовольствием бы никогда не слышала от Виктории.

– Ты собираешься укусить меня? – спросила она, чувствуя, как её ноги остаются беспомощно поднятыми, а его губы всё ближе к её киске.

Натаниэль замер.

– Нет, Кира. Я не собираюсь кусать тебя. – Он мягко поцеловал её бедро. – Больше никогда.

Что-то в его голосе заставило её внутренне сжаться.

– Почему?

Он снова коснулся её кожи губами.

– Потому что я старомоден. Обычно я не питаюсь от одного и того же человека дважды. Первый укус – просто питание. Или, в твоём случае, я отметил тебя как свою.

Кира вздрогнула от этих слов.

– Питаться один раз – необходимость, – продолжил он. – Но второй раз… это уже что-то значит.

Он отстранился.

– Что именно?

– Зависит от вампира, – пробормотал он и провёл языком по её влажной щели, вырывая у неё резкий вдох.

– А для тебя? – голос её дрогнул.

Он ответил хрипло:

– Любовь.

Повисла тишина.

Слово «любовь» выбило её из колеи сильнее, чем всё остальное.

– Значит… – она запнулась, не зная, как сменить тему. – У тебя быстро заканчиваются люди? Или ты питаешься животными?

Натаниэль пожал плечами.

– Я редко кусаю волков или людей. Иногда животных. Остальное восполняю иначе.

– То есть?

– Есть и другие источники. Например, овощи вроде шпината и кейла дают железо… – он оборвал себя. – Что смешного?

– Вампир-вегетарианец?

Он поднял голову.

– Я этого не говорил.

– Вегетарианец, – повторила она с удовольствием.

– Я не вегетарианец.

Кира не удержалась от ухмылки и из-за собственного смеха не заметила, как его язык снова коснулся её. Она вскрикнула, на ощупь ища, за что ухватиться. Её рука сомкнулась на длинном тяжёлом предмете. Она подняла его, пытаясь понять, что это, пока он снова медленно проводил языком по её телу.

Он взглянул вверх.

– Вижу, тебе хочется чего-то побольше.

Кира замерла, осознав, на что это похоже.

– Нет, – выпалила она и резко отбросила предмет. Он слетел с кровати и покатился по полу.

Натаниэль усмехнулся.

– Позже ты принесёшь его.

– Нет, – повторила она, уже жёстче, но вскрикнула, когда его язык снова скользнул внутрь неё.

Мысли рассыпались. Она не могла ни говорить, ни думать, пока он медленно и настойчиво доводил её.

– Ты на вкус божественна, – сказал он.

– Правда? – выдохнула она.

– О да. Жаль, что придётся остановиться.

– Остановиться?

– Тебе нужно принести игрушку, питомец.

В ней вспыхнула злость.

– Ты серьёзно думаешь, что я буду тебе что-то приносить?

– Будешь. – Он ещё раз лизнул её и отстранился. – Встанешь на колени, поднимешь её ртом… – он ввёл в неё палец, – потом поползёшь ко мне… – второй палец, – и уронишь у моих ног. Как хороший питомец.

– Нет, не буду, – прорычала она, но голос предательски дрогнул, а тело уже отзывалось на его движения.

– Мне нравится, когда ты говоришь «нет», – сказал он, резко двигая пальцами внутри неё, а затем вытащил их. Он размазал её влагу по её щеке. – Почувствуй, какая ты для меня мокрая, Кира.

Он наклонился ближе, их лица оказались почти вплотную. Он провёл пальцами по её лицу.

Её раздражала липкость, но взгляд Натаниэля был таким тяжёлым, что она на секунду забыла об этом.

– Тебе стоит чаще говорить «нет», – тихо сказал он.

– Пошёл на хуй.

Он не ответил. Вместо этого потянулся к лежащим рядом вещам и поднял кожаный ошейник.

– Пожалуйста, – выдохнула она, бросив взгляд на кляп. – Только не снова.

– Только ошейник. Подними голову.

Она подчинилась. Он застегнул его на её шее.

– Не слишком туго?

– Нет, – резко сказала она, хотя это было неправдой.

Он затянул сильнее.

– А теперь?

Она опустила взгляд.

– Да, сэр.

Он удовлетворённо хмыкнул, но не ослабил его. Вместо этого показал ей тонкую цепь.

– Надеюсь, ты готова доставлять мне удовольствие. Я научу тебя ходить на поводке.

Кира дёрнулась назад, но было поздно. Её ноги всё ещё лежали на его плечах, спина прижата к матрасу. Щелчок застёжки прозвучал слишком громко.

Он слегка потянул цепь.

– Прекрасно. А теперь слушай внимательно…

Она вздрогнула, когда он снова ввёл в неё пальцы, сгибая их внутри.

– Ты слушаешь меня, Кира? – в его голосе появилась опасная нотка.

– Да, – выдохнула она. Ошейник давил, но это было ничто по сравнению с тем, что творилось внутри неё. Часть её хотела продолжения. Остальное застыло в ожидании.

– Хорошо. – Он медленно двигал пальцами, проводя ладонью по её телу. – Сейчас мы пройдёмся по комнате. Пока ты на поводке, ты не говоришь, если я не обращаюсь к тебе. Поняла?

Кира закрыла глаза и тихо всхлипнула, пока рука Натаниэля скользила по ней, размазывая её влагу по бёдрам.

– Да, сэр.

– Хорошая девочка. – Он дёрнул поводок, цепочка звякнула, натянулась, сдавливая шею. – Спускайся с кровати. На колени. – Он кивнул, когда она подчинилась. – Хорошо. Теперь ползи рядом со мной. Всегда чуть позади. Поняла?

Зрение расплывалось от слёз, лицо горело от унижения, сердце билось быстро, сбивчиво, а тело всё ещё жаждало его пальцев.

– Да, сэр, – прошептала она.

– Хорошая девочка. Рядом.

Она ползла за ним, стараясь держаться у его пяток.

Пол был жёстким, ковёр колол колени, а доски под ним были ещё хуже. Они сделали несколько кругов по комнате. Натаниэль тихо напевал и время от времени поправлял её, если она сбивалась с нужного положения.

– Можешь обратиться, если хочешь, – сказал он. – Так тебе будет легче.

Хорошая попытка.

Это не был приказ, и она не собиралась подчиняться. Она промолчала. Он больше не настаивал, и вскоре они вернулись к кровати.

Натаниэль сел на край матраса и указал на пол у своих ног.

– Хватит. Подойди и сядь.

Она подчинилась. Он похлопал её по голове.

– Неплохо. Ты старалась.

Она резко отдёрнула голову, но внутри всё равно вспыхнуло короткое, предательское чувство гордости. Она удивилась, когда он отстегнул поводок.

– Ладно. Думаю, ты заслужила немного свободы. Иди принеси игрушку. Ртом.

В груди кольнуло тревогой. Глупо, но после цепи, после поводка, после того, как её держали и направляли, сама мысль о том, что можно двигаться свободно, казалась странной и даже пугающей. Он дал ей крошечный кусок свободы, и она почти боялась им воспользоваться. Её тревожило, как быстро он добрался до неё.

И всё же она не хотела его разочаровать. Она поползла к игрушке.

Та была длинной, фиолетовой, плотной, но немного податливой. Не такой большой, как показалось сначала, примерно с палец длиной, но толщина делала её пугающей, а по всей поверхности шли грубые утолщения.

Кира облизнула губы и оглянулась на Натаниэля. Он не двигался.

– Я жду, питомец.

Она опустила голову и неуверенно сжала игрушку зубами. С первого раза не получилось, и только со второй попытки ей удалось поднять её.

Она подползла обратно и уронила игрушку у его ног.

– Хорошая девочка.

Его голос был тёплым, густым, и это странно откликнулось в ней. Он поднял игрушку.

– Открой рот.

Она подчинилась, и он засунул её внутрь.

– Соси, как мой член.

Кира осторожно обхватила губами утолщённый конец, морщась, пока рот привыкал к форме. Это было не то. Совсем не то. Ни вкуса, ни запаха, ни реакции. Пусто.

– Куда ты хочешь её дальше?

Она вздрогнула.

– В горло? – Он толкнул глубже.

Она напряглась, но длины не хватило, чтобы вызвать рвотный рефлекс.

– Продолжай.

Она снова взяла игрушку в рот. Вскоре в комнате раздались влажные, неровные звуки.

– Может, тебе больше подойдёт другое место? – задумчиво сказал он, вытаскивая игрушку и поднимая её с пола. Он поставил её у кровати и наклонил вперёд, прижимая к матрасу.

Кира напряглась, почувствовав давление у входа. Он медленно ввёл кончик внутрь.

– Подожди, а как же моя девственность…

– Спокойно. Эта игрушка слишком короткая. Так что скажешь?

Да. Скажи да.

Она пульсировала от потребности.

– Да… пожалуйста, сэр.

Игрушка вошла глубже, растягивая её. Она развела ноги шире, подаваясь назад.

– Да… – выдохнула она, двигаясь сама. – Ещё.

– Такая жадная. Стоило бы сначала услышать все варианты.

Прежде чем она успела ответить, он резко вытащил игрушку, раздвинул её ягодицы и прижал её к другому месту. Там всё ещё было чувствительно после пробки.

– Ну?

– Нет, – сразу сказала она.

– Мне нравится, когда ты говоришь «нет». Но ты даже не попробовала.

Игрушка давила сильнее. Она задержала дыхание, ожидая боли… но ничего не происходило.

Он ждал.

– Ты уверена?

Она сглотнула.

– Нет, сэр.

– Тогда что ты имеешь в виду?

Она опёрлась на локоть и повернулась, чтобы посмотреть на него. Он стоял позади, тёмный, напряжённый. Возбуждение было видно даже сквозь ткань, но в его взгляде было не только желание.

Там была граница.

И она это поняла. Он не станет её ломать силой. У него были свои правила. Сломанные, жёсткие, но всё же правила.

– Решать тебе, – тихо сказал он.

Я контролирую ситуацию. Это мой выбор.

Было слишком соблазнительно принять этот момент таким, какой он есть, отбросить свои цели и амбиции, страхи и сомнения и просто позволить всему случиться.

Она хотела, чтобы Натаниэль прикасался к ней сильнее, чем когда-либо хотела чего-либо в своей жизни. Он был опасным, сильным, но в нём чувствовалась странная мягкость, от которой становилось спокойно, а его правила, как ни странно, давали ощущение свободы. Впервые её разум затих, и она ощутила покой, которого не знала раньше, даже когда жила в коттедже на окраине Нордокка.

Когда её тело горело от желания, решение оказалось простым.

– Сделай это.

Он не ответил. Просто резко вогнал толстый предмет в неё, глубоко, до упора, и резкая боль пронзила её.

– Сволочь! – крикнула она, больше от неожиданности, чем от боли, резко оборачиваясь.

Натаниэль снова прижал её лицом к кровати.

– Так меньше болит, если делать быстро. Ты уже должна была это понять.

Она нахмурилась. Он был прав, но признавать это она не собиралась.

– Хватит. Переходим к уроку. – Он выпрямился и указал на письменный стол. – Встань. Иди туда.

Кира осталась, согнувшись над кроватью.

– Ещё один урок?

– Да. Я собираюсь держать тебя занятой. И полезной. И ты будешь делать домашнее задание, пока ты здесь. Я уже распорядился, чтобы твои книги принесли сюда, пока ты была в ванной.

Кира резко обернулась.

– Ты был в моей комнате?

– Твоя кураторша принесла их по моей просьбе.

– Сьюзи бы этого не сделала. Она бы не вошла без меня.

– Я не оставил ей выбора. А теперь подумай, прежде чем снова открыть рот. Я не повторяю дважды.

Кира мрачно подошла к столу.

– Хорошо. А теперь надень обратно свою школьную юбку и наклонись.

Натаниэль стоял позади Киры, любуясь ею. Снова она наклонилась над его столом, на этот раз с другой игрушкой в заднице. Его член дёргался всякий раз, когда она открывала рот, чтобы возразить, и он хотел лишь одного: вонзиться в её влажную, истекающую соком киску.

Он медленно выдохнул.

Терпение.

Он раскрыл её учебник по истории на нужной странице и положил перед ней. Почувствовал, как она вздрогнула, когда он наклонился и коснулся начала абзаца.

– Здесь. Читай вслух.

Повисло мгновение тишины, она с недоумением смотрела на книгу.

– Ре… революция?

– Да, – сказал он, выпрямляясь. – Не останавливайся, пока не дойдёшь до конца страницы.

Напряжение стало густым, почти осязаемым. Пока Кира колебалась, он стоял позади, сдерживая желание схватить её за бёдра и прижаться к обнажённой киске. Он всё ещё был полностью одет, но это могло измениться.

Кира наконец начала, её голос зазвучал:

– Несмотря на настойчивые попытки дипломатического примирения, нарастающее напряжение между вампирским кланом и всё увеличивающимся населением волков вскоре достигло точки кипения. – Кира сделала паузу. – Почему ты заставляешь меня читать это?

Шлепок.

Она вздрогнула от удара его раскрытой ладони по ягодице. Он ожидал реакции, но она, похоже, была слишком ошеломлена, чтобы что-то сказать.

– Продолжай, – сказал он, проводя рукой по месту удара: бронзовая кожа налилась тёмно-розовым.

– Однако лишь тогда, когда король волков Баккер похитил и женился на королеве вампиров… – Она снова остановилась, обернувшись к нему. – Похитил? Но это не то, что произошло—

Шлепок.

– Не останавливайся. Продолжай.

Кира метнула в него злой взгляд, отвернулась и продолжила:

– Лишь тогда, когда король волков Баккер похитил и женился на королеве вампиров Лиддии, сделав её своей второй супругой и используя для выведения смешанного потомства, вампиры начали войну… Что означает «смешанное потомство»?

Натаниэль наклонился к её уху, одновременно касаясь её набухшей киски. Она была настолько влажной, что с неё почти капало.

Скоро.

Она захныкала, когда он начал её тереть.

– Ты задаёшь слишком много вопросов, шлюха, – сказал он, наслаждаясь её стонами. Он ввёл в неё пальцы, покрывая их её соками, и несколько раз двинул ими. – Вопросы правильные, но я приказал тебе читать. – Не вынимая пальцев, он ударил её другой рукой, на этот раз сильнее. – Продолжай.

– Я обязана? – спросила она. – Следующая часть об убийстве—

Шлепок.

Она резко вдохнула.

– Об убийстве королевской семьи—

Шлепок.

– Они моя родня—

Шлепок. Шлепок. Шлепок.

Её возмущённый голос оборвался. Она тяжело дышала, тело напряглось, задница стала розовой с обеих сторон.

– Заканчивай отрывок, – сказал Натаниэль, тяжело дыша. Его тело было наэлектризовано и горело от похоти и жадности.

– Ты чудовище: заставляешь меня читать это… и возбуждаешься от этого.

Натаниэль крепко сжал её ягодицу.

– Ты ошибаешься, моя прелесть. Я возбуждаюсь от тебя. Учебный материал – всего лишь информация, которую тебе нужно знать.

– Я с этим не согласна.

– Я и не спрашивал. Хватит прерываться. Заканчивай абзац.

А потом он закончит сам. Он отчаянно нуждался в ней. Яйца ныли от напряжения, член был каменно твёрдым, всё в нём тянулось к тому, чтобы заполнить её. Он потёр себя через брюки, чувствуя пульсацию, пока другая рука продолжала исследовать её. Прикасаться к себе было приятно, но недостаточно.

– Это дерзкое преступление, – продолжила Кира, задыхаясь, – разожгло давно ожидаемую войну, завершившуюся кровавой ночью, известной сегодня как Революция.

Шлепок.

Кира вздрогнула.

– За что это? Я же читала, как ты сказал—

Шлепок.

Она умолкла.

– Я не говорил останавливаться, – сказал Натаниэль.

Её голос, начавшийся уверенно, теперь дрожал:

– К-кровавая ночь, известная сегодня как Ре—

Шлепок.

Она напряглась.

– Революция.

Шлепок.

Он выждал секунду и нанёс следующий удар, достаточно лёгкий, чтобы не причинить вреда, и достаточно сильный, чтобы оставить жжение.

Шлепок.

Кире становилось всё труднее продолжать:

– Там король волков и его—

Шлепок. Шлепок. Шлепок.

– Продолжай. Читать. – Натаниэль задыхался, быстрее двигая пальцами внутри неё и продолжая шлёпать, любуясь тем, как её ягодицы подрагивают при каждом ударе и как она всхлипывает. Он собирался довести её до оргазма, но сначала она должна закончить.

– Там к-король волков и его подданные были убиты силами, которыми командовал король вампиров Хенрик. Это была решающая победа, приведшая к падению Баккеров, некогда могущественной королевской семьи волков, а также многих их подданных. Этот исход утвердил власть вампиров над столицей и прилегающими территориями.

Тишина растянулась, когда Кира закончила. Её голова была опущена, тело дрожало, дыхание стало тихим.

– Молодец, моя прелесть. – Натаниэль наклонился и погладил её по волосам, не прекращая двигать пальцами внутри неё. – Ты была такой хорошей девочкой, даже если не лучшей ученицей. Ты хоть что-то усвоила?

Кира слегка пожала плечами и пробормотала:

– Не очень… сэр.

– Тогда, возможно, тебе стоит прочитать отрывок ещё раз. Как думаешь?

Кира замялась.

Его рука замерла, пальцы всё ещё были глубоко внутри неё.

– Да, сэр.

– Очень хорошо. Начинай с самого начала. И на этот раз… – его голос стал низким и хриплым, когда он прошептал ей на ухо: – у тебя есть моё разрешение кончить в любой момент. Но запомни: когда это случится, мой член будет внутри тебя.

Натаниэль перевернул Киру так, что она села на край стола, её ноги оказались по обе стороны от него.

– «Ты будешь внутри меня?» Что, чёрт возьми, это значит? – спросила Кира, пытаясь оттолкнуть его. – Ты же только что сказал, что не лишишь меня девственности!

– И не лишу, – сказал он, стараясь её успокоить, даже пока расстёгивал брюки и доставал свой член. Он был каменно твёрдым, головка набухшая и блестящая от предсемени, ствол толстый и налитый кровью, яйца мучительно напряжены. – Но я никогда не говорил, что не кончу внутри тебя.

– Ну, может быть, блядь, стоило это сказать.

– Я предпочту показать, – сказал он, придвигаясь ближе, так что его пульсирующий член коснулся входа в её киску.

– Что ты делаешь? – вскрикнула она, когда он провёл гладкой головкой по ней, двигая вперёд и назад.

– Тсс. Я лишь смачиваю его перед тем, что будет дальше.

– Натаниэль, подожди. Ты не можешь—

– Расслабься. Я прослежу, чтобы ты осталось целкой. Доверься мне.

Он хотел вонзить свой член в её маленькую красивую киску. И он это сделает. Просто не до конца.

Он погрузил головку в её набухшие складки, и боль в его яйцах усилилась. Ему потребовалась вся оставшаяся выдержка, чтобы не излиться на неё прямо сейчас.

– Я хочу, чтобы ты приняла кончик моего члена, – сказал он. – Марк может быть твоим первым, но будь я проклят, если он станет первым, кто кончит внутри тебя.

Кира резко вдохнула, но ничего не сказала, даже когда он начал ласкать себя. Она смотрела заворожённо и, казалось, не знала, что делать, пока звук его движений наполнял комнату. Он издал низкий стон, проводя рукой по члену, морщась от того, насколько приятно было покрывать его её соками.

– Скажи, что ты этого не хочешь, моя прелесть. Скажи «отъебись», как ты обычно это делаешь.

Кира покачала головой.

– Скажи, что мысль о моей сперме внутри тебя вызывает у тебя отвращение.

Ответа не было.

Он застонал, опираясь одной рукой о стол, другой быстро двигая по члену. Он был на грани, пульсировал, готовый взорваться, но не введёт его, если она этого не захочет. По её широко раскрытым глазам было видно, что она понимает, как мучительно ему ждать. Как он полностью в её власти. Ещё сильнее давила боль в груди: как бы он ни обладал её телом, её сердце ему не принадлежит.

– Скажи, что ты ненавидишь меня, – прохрипел он. – Скажи, как ты собиралась меня убить.

Насколько ему было известно, он это заслужил. Когда он поможет вернуть её в Стаю Попларин, она, без сомнений, придёт за ним. Но сейчас её жажда разрядки пересилила всё остальное: она схватила его за рубашку и притянула ближе.

– Ты хочешь, чтобы я был внутри тебя, моя прелесть? – спросил он, с трудом удерживая голос.

– Да, – прошептала она, вцепившись в его плечи.

Этого было достаточно. Он сильнее сжал член в кулаке, издав глухой стон. В тот момент, когда его накрыло, он протолкнул головку внутрь неё. Осторожно, не входя полностью, начал двигаться вперёд и назад, трахая её лишь кончиком, пока она не подошла к краю.

Когти Киры впились в него сильнее, когда она начала превращаться. Это была лишь первая фаза: кончики пальцев заострились, чёрные когти вытянулись, жёлтые глаза потемнели до золотистого оттенка, по краям лица проступила лёгкая шерсть. Дальше она не пошла, но этого хватало, чтобы понять, что контроль ускользает.

– Чёрт, ты такая красивая, – выдохнул он. Ему стоило огромных усилий не вонзиться глубже, пока он двигался, наслаждаясь её криками. Её тугая киска сжималась вокруг него, мышцы сокращались, стискивая член.

– Блядь, – простонал он, когда удовольствие взорвалось внутри, и он кончил, наполняя её. После первых мощных толчков он вытащил член и направил его на неё, орошая её киску, живот и грудь горячими струями.

Они тяжело дышали, их тела были горячими и раскрасневшимися, воздух в комнате загустел. Ему хотелось снова войти в неё, до конца, и утонуть в этом тугом тепле. Вместо этого он отвёл член в сторону и навалился на неё, прикрыв глаза.

Комната стихла, пока они наполовину стояли, наполовину лежали на столе, и секунды тянулись, превращаясь в минуты. Кира смотрела на него затуманенным взглядом, почти мечтательно, но затем реальность вернулась, и её глаза расширились от паники. Натаниэль ждал, что она оттолкнёт его или снова наполнится отвращением, но этого не произошло.

Вместо этого она тихо сказала:

– Я никогда раньше не чувствовала себя так.

Он тихо усмехнулся и погладил её по волосам.

– Я тоже, – признался он, всё ещё хрипло дыша. Его сердце колотилось с бешеной скоростью. Он не мог в это поверить. Она позволила ему кончить внутри неё, пометить её как свою, и одна эта мысль сводила его с ума. Её кровь впитает его сущность, и ещё несколько дней любой волк будет чувствовать его запах на ней. Она сама будет ощущать его.

Он держал Киру в тусклом свете комнаты, дорожа этим мгновением. Она была его хотя бы на время. И пусть Марк был тем, кого она хотела, она хотела и его тоже, пусть и ненадолго.

Ему стоило огромных усилий не поцеловать её прямо сейчас.

Моя.