Текст книги "Изгой рода Орловых: Ликвидатор 2 (СИ)"

Автор книги: Данил Коган

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

– У меня погрузка еще три-четыре минуты, – сообщил пилот.

– Ничо мы подождем.

Когда глайдер начал подниматься над площадью, какой-то недоумок выпустил в его сторону заряд картечи. Стреляли из окна местной аптеки, она же фельдшерский пункт. До-до тут же продемонстрировал «подавляющую мощь», разнесся верхнюю часть здания из пулеметов к дрянской матери.

Так что мое появление из дверей управы было обставлено соответствующим звуковым сопровождением: визг промышленной циркулярной пилы, смешанный с грохотом крупного калибра закладывал уши. Ну и сыплющиеся мне на голову горячие гильзы, могли сойти за конфетти. Больно же, ска!

Я вышел на центр площади, сопровождаемый Кабаном, и поднял руку в интернациональном жесте: «внимание». После чего принялся ждать.

В меня, слава духам предков, не стреляли. Видимо, идиот, которому вручили дробовик, еще не выкопался из-под руин ФАПа (фельдшерско-акушерский пункт).

Спустя буквально пару минут из-за угла здания банка, которое, естественно, тоже было частью ансамбля центральной площади поселка, вышел искомый предводитель дворянства. Шел Александр Федорович без сопровождения. Я прямо физически чувствовал, как на наших фигурах сконцентрировалось внимание нескольких десятков человек.

– Что Орловым понадобилось в нашем захолустье? – с места в карьер начал «устанавливать иерархию» местный «вождь краснокожих».

– Я Алексей Григорьевич Орлов. Наш род, при поддержке Воронежского Управления ликвидаторов, собирался провести операцию по уничтожению гнезда дряни в Ендовище. А здесь оказывается бунт. Содом и Гоморра. Представьтесь, пожалуйста, господин. Вы, видимо, главный у этой толпы государственных изменников?

– Вы, господин Орлов, за языком следите. Кого это вы изменниками назвали?

– Бунт против основ государства и покушение на имперские властные структуры, – государственная измена, в чистом виде. Но нашей группы это не касается. Квалификацию произошедшего, думаю, возьмет на себя опричнина или прокуратура. Вы так и не представились, уважаемый.

– Я сам часть имперской власти уезда! Александр Федорович Воропаев. Коллежский советник. Председатель дворянского собрания. Для чего вы здесь?

– Наша задача убедиться, что произошедшее не диверсия Орды, – последний аргумент мне пришел в голову буквально по ходу беседы. – И, по возможности, уничтожить тварь, которая здесь завелась. Я ведь уже говорил, Александр Федорович.

– Диверсия? Думаете, такое возможно?

Воропаев, державшийся до этого уверенно и даже агрессивно, внезапно смешался. Видимо, такая идея ему в голову не приходила, и сейчас он срочно пересматривал все произошедшее через призму того, что чушь про диверсию может оказаться правдой.

Дальнейшие переговоры прошли в совершенно ином тоне. Враждовать с нами Воропаеву не было никакого резона, более того, он увидел в нашем появлении шанс поправить положение.

– Вот вы говорите, измена, то-се, – сказал он мне, понизив тон голоса. – А ведь не возглавь дворянство это проявление недовольства, последствия были бы куда как катастрофичнее. Поверьте, мы, скорее, сдерживающий фактор. Народ доведен до крайности. Ситуация стала практически неуправляемой. Я не знаю, сколько еще смогу сдерживать толпу.

– Сделаем так, – предложил я. – Мы все равно собрались эвакуировать персонал управы. Сейчас глайдер улетит. Вы дадите людям занять управу и почувствовать, что они здесь власть! Ну до того, как прибудут губернские представители и войска. А то, что это будет сделано под вашим руководством, придаст хоть какую-то видимость законности этим действиям. Раздражающий фактор в виде работников управы и исправника мы уберем. Пока ваши соратники будут праздновать победу, мы попробуем разобраться с монстром.

– Отлично! Алексей Григорьевич, вы просто спаситель наш. Это очень хороший план. Я сейчас пойду проведу разъяснительную работу по поводу вашего отряда, а вы между тем увозите управских от греха. И, если можно, обратно врачей привезите. Людей потравилось тьма на обоих пожарах. Им помощь нужна медицинская. Многие совсем плохи, доходят уже. Обычные земцы, конечно, но они тоже люди.

На том и порешили. Через пять минут глайдер улетел.

Исправника пришлось запихивать внутрь со скрипом, тот все никак не хотел покидать «вверенную территорию». Пришлось ему объяснить, что если он не представит свою версию произошедшего в ближайшем времени, сбежавший глава уезда сделает его крайним за весь творящийся бардак. Это подействовало, он загрузился на борт, бормоча слова благодарности и невнятные угрозы в адрес врагов и клеветников. Видимо, весьма живо представил себе доклад начальника уезда.

Как только глайдер улетел, из-за домов к зданию управы хлынула толпа злых и кое-как вооруженных земцев.

Нас они демонстративно огибали, некоторые даже кричали что-то одобрительное. Хотя были и те, кто говорил что-то вроде: «И где ж вы раньше были!»

Воропаев подскочил к нам и затараторил:

– Господа, я сам пойти никак не могу с вами. Сами видите, какой здесь народ злой. Буду здесь организовывать толковище. Пусть пар выпустят. А вот Ибрагим-ага, – он ткнул пальцем в сопровождающего его абрека, – вас проводит на место и организует вашу неприкосновенность. Ну и помощь, если нужно будет, тоже организует. Он глава общины кавказцев здесь, уважаемый человек. Ну и его парни самая боеспособная часть нашего «народного ополчения».

Воропаев сбежал, оставив нас знакомиться с Ибрагимом-агой. Тот выглядел лет на сорок – сорок пять. Борода лопатой, густые черные волосы, которые частично скрывала вязаная тюбетейка с семиконечной звездой по центру. Широкоплечий, но невысокий, своей кряжистой фигурой Ибрагим внушал какое-то ощущение основательности. Вооружен Ибрагим был полуавтоматическим дробовиком двенадцатого калибра. За его спиной маячило еще двое чернявых, бородатых ребят. Оба держали в руках охотничьи ружья стволами вниз.

– Пойдем к складу, господа ликвидаторы, – сказал Ибрагим с мягким акцентом. – Я отведу. Тварь обитает в том районе.

– Да хер его знает, где обитает тварь после того, как вы гнездо спалили, олухи! – зло прорычал Ветер.

– Э, дарагой. Зачем такое говоришь. Думаю, гнездо мы не спалили. Основное гнездо под землей. За мной иди, дарагой.

Ибрагим развернулся и зашагал с площади, как бы показывая, что все вопросы решены. Гнездо под землей. Ликвидаторы в Ендовищах. Осталось просто убить монстра. Это же наша работа, ведь так?

Когда мы прибыли на место, то смогли оценить масштаб трагедии. Склад, довольно большой, кстати, как и несколько соседних строений, выгорел полностью. Черный чад, который мы наблюдали с воздуха, уже почти развеялся. Ибрагим со своими ребятами, благоразумно близко к месту пожара подходить не стал, но все же сподобился дать необходимые пояснения.

– Дыра в земле, куда тварь убежаль – вон там. Но мои люди нашли еще дыр. Говорю, гнездо под землей, дарагой.

– Ну и что нам с этой информацией делать? – недовольно спросил Красавчик. – Под землю полезем, Ветер?

– Да долбанись, Виталя. Ни в жизнь. Ты ту дыру видел? Туда тока Заноза пролезть сможет, и то в качестве затычки-на. Боярин, тебе чуйка твоя ничего не подсказывает?

Виденье молчало. Я пожал плечами и проговорил:

– Чуйка молчит, Олег. А что на этот счет инструкции и протоколы говорят?

– Инструкции и протоколы-на, говорят, что в случае подземного гнезда надо использовать взрывчатку. Ну или «хлопок»-на. А у нас ни того, ни другого с собой нет.

«Хлопок» – это сленговое название печати, обрушивающей подземные тоннели в довольно большом радиусе.

– Знать бы еще, что за монстр там, – задумчиво протянул Красавчик.

– А чего тут знать-то, умник херов, – огрызнулась Заноза. – Крысы это. По всем признакам-херизнакам. Испорченное зерно, к примеру. Они сами-то не жрут, как смутируют, но пролезть могут куды угодно, мля. И вон трупы их валяются на пепелище. Мутантские. А монстр, видать, матка, как с тем пауком, смекаешь, Ветер?

Как она среди куч пепла и обгоревших завалов разглядела трупы крыс мутантов? А разговоров-то было про бездарность!

– Взрывчатки у нас нет, – заметил я. – Но я, во время облета, видел на местной заправке бензовоз.

На самом деле это Кай подсказал мне, про бензовоз. Но нейро ведь просто часть меня? Значит, кто молодец? Я молодец!

«Совести у тебя нет, молодец!» – высказался мой нейро. – «Сначала чужие заслуги себе присваиваешь, а потом что? На старушек с топором за триста семнадцать рублей кидаться будешь?»

Я гордо проигнорировал эти инсинуации.

– Голова, Боярин! – между тем, обрадовался Ветер. – Закачаем бензин в дыру и подожжем. Само вылезет. Тока надо местным запретить ближе, чем на пятьсот метров подходить, а то опять надышатся. За работу, команда!

Час у нас ушел на подготовку. Из-за отсутствия электричества было невозможно закачать бензин в бочку, а бензовоз нам достался наполовину пустой. Но здесь пригодился Ибрагим-ага. Он очень быстро организовал нам генератор, а Красавчик устроил подключение и сделал так, чтобы нужные нам системы работали, как надо.

Мы слили цистерну: по трети объема в каждую обнаруженную дыру и подожгли гнездо с трех сторон одновременно.

Из-под земли раздался приглушенный многоголосый визг, это сгорали расплодившиеся крысы-мутанты. Да и дрянь дальше выгорит, уже сама по себе. И это хорошо, потому что после взрывчатки или «хлопка» участок почвы над гнездом становится полностью непригодным ни для чего. Дрянь-то никуда не девалась, наоборот, продолжает отравлять место.

Мы собрались вместе, ожидая, когда появится главный монстр, терроризировавший посёлок. Я, от нечего делать, поднял с земли тушку крысы-мутанта, чтобы рассмотреть ее получше. И меня сразу же накрыло виде́ньем.

Две гипертрофированно-огромных крысы, размером с хорошего дога каждая, тащат по земле третье существо. Оно выглядит как клубок крыс помельче, сросшихся хвостами. Один из несунов отвлекается, чтобы прыгнуть на человека с ружьем и перекусить ему горло. Тот успевает выстрелить в белый свет, как в копеечку.

Смерть…

А я узнал местность, где это происходит. Совсем недалеко отсюда. Мы проезжали мимо, пока возились с бензовозом.

– За мной, бойцы! – выпалил я. – Кажется, там кто-то кричал!

И устремился в сторону уцелевших складских строений. Остальные бросились за мной, растягиваясь в стандартную «звезду». Впереди трое ближников, сзади стрелки.

– Красавчик, назад, – рявкнул на бегу Ветер. – Прикроешь нас с Занозой. По описанию твари больно шустрые-на!

Впереди и вправду послышался вскрик и грохнул выстрел. Здесь уже сориентировались все члены группы.

Мы выскочили на этот отвратительный кортеж в десяти метрах от крысиного короля. Оба охранника немедленно атаковали нас с Кабаном. А пучок сросшихся крыс издал что-то среднее между скрежетом и верещанием, бьющим по мозгам.

Любят твари ультразвук. Против обычных людей и животных очень эффективно.

А крысособаки быстры! Кабан промахнулся по-своему противнику, и тот, проскакивая мимо, полоснул Сергея зубами, вырвав кусок плитника, как будто тот был сделан из бумаги.

Я целился своему противнику в шею, но смог достать только в крестец. Правда, этого хватило, тварь покатилась по земле, задние лапы парализованы. Тварь-тварью, а двигательные функции все равно не отменяются. Как и законы физики и механики.

Я дернулся к проскочившему Кабана пасюку, но здесь четко сработали Ветер с Занозой, буквально разнося твари передние лапы и половину черепа.

Кабан, разозленный из-за промаха, налетел на кучу сросшихся крыс, которая вообще не могла перемещаться самостоятельно, и начал кромсать ее мечом, с криком:

– Заткнись, ска, заткнись, млять!

Последний пасюк, видимо, осуществлявший тыловое охранение, прыгнул на Красавчика с крыши какого-то сарая.

На миг перед моими глазами мелькнуло его окровавленное лицо и закрытые глаза из виде́ния.

Глава 48

Разгребая завалы

Я ничего сделать не успел. Остальные, кроме Занозы, даже не среагировали на это нападение. Но и Заноза только начала разворачивать ствол и не успела.

Зато успел Красавчик.

Он просто вскинул свой клинок вдоль направления атаки крысы. Лезвие «кабаньего меча» вошло мутанту прямо в живот. Тяжелое тело скользнуло вниз и затормозило на «клыках».

Красавчик неуловимым движением сместился в сторону, одновременно сбрасывая пасюка-переростка с клинка, в нашем направлении.

В этот момент Заноза открыла огонь. Череп твари разлетелся по окрестностям. Еще одна очередь прицельно перебила передние лапы.

– Ска! – выругался Красавчик. – Это было близко!

Кабан к этому времени превратил крысиного короля в неаппетитно выглядящий фарш, и оглушительный визг, мешавший сосредоточиться, наконец стих.

Мы начали озираться, в поисках угрозы. Но кажется, все закончилось.

Как выяснилось потом, еще одна бойцовая крыса отвлекала в это время группу бойцов Ибрагима-аги, стоящих в оцеплении, и троих порвала в клочья. Остальные сумели нашпиговать ее достаточным количеством картечи, чтобы лишить подвижности и добить.

Затем ребята заплатили местным, чтобы те извлекли трофеи из трупов животных, и Красавчик остался контролировать изъятие.

Заноза принялась штопать Кабана, у которого вместе с куском бронежилета монстр вырвал нормальный такой клок мяса. Целителей здесь нет, так что варварская полевая медицина – наше все.

А я все это время размышлял о природе и назначении моих виде́ний. Я бездумно пользуюсь способностью, сути и механизма работы которой не понимаю. Нет, когда виде́ние касается меня, вопросов нет. Кажется, все ясно, это такое дополнение к моему кунг фу, чтобы оно было лучше всех остальных кунг фу. Откуда и почему именно я? Да какая разница! Если бы все ограничивалось только усилением личных способностей в боевых ситуациях, я был бы просто счастлив.

Но, почему барон Пустовалов, например? Я этого человека знать не знал. И все же оказалось, что он связан со мной через так называемое одно рукопожатие. И я смог изменить его судьбу! Просто вернув ему зонт, тем самым помешав перейти дорогу в «ту самую минуту». Да что его? Я изменил судьбы десятков людей этим простым действием! До сих пор в шоке, если честно. Чтобы что? Или, все же этот как-то касается меня? Не напрямую, но косвенно. Я случайно оказался в нужном месте – ключевой точке событийной неопределенности, и именно я смог воздействовать на события так, чтобы неопределенность обернулась сингулярностью? Я надеюсь, что оказался там случайно. Иначе начнешь верить в рок, судьбу и прочие вещи. И опять окажется, что ты кукла, у которой нет шансов сорваться с нитей. Кукловод сидит слишком высоко. Ладно, это меня уже занесло.

А Красавчик? Что за ерунда с его виде́нием? Почему оно такое нечеткое? Еще не пришло время? Он скорее не погибнет, но вероятность есть? Он умрет, чтобы я не делал? Дрянь побери. Все это слишком сложно для простого боярского отпрыска из башни, вроде меня!

Главное – нащупать «кнопку», которая управляет виде́ниями. Если с личным «боевым» предвидением я практически разобрался, то с «продвинутым вариантом» все намного сложнее. Я ведь мог не брать в руки труп крысы. Я чувствую, что он в этой схеме был не более чем спусковым крючком. Временная необходимость. Я сильно пожелал узнать, где наши соперники. И ви́денье откликнулось.

Вывод простой, ви́дение – это не магия. Магия так не работает. По крайней мере, на низких ступенях. Главное, – меня, человека привыкшего, что всего можно добиться тренировками и наработкой навыков, бесит невозможность воспроизвести действие, чтобы точно сработала моя способность. Она ощущается скорее, как нечто инстинктивное. Как дыхание. Но даже инстинкты можно подавлять или управлять ими. Я разберусь. Дайте время.

Глянув на орущего на наших земских помощников Красавчика, я двинулся в сторону Ветра, за своей порцией лечебных тумаков. Находиться рядом с Виталей я избегал почти неосознанно. Чтобы ненароком не коснуться.

– Ну че-на, Боярин, – спросил Ветер добродушно. – Каяться пришел? А не надо. Прав был ты, а не я. Просто, – он понизил тон голоса. – Я терпеть не могу земцев. Прям вот кушать не могу. Тебе не понять. Мои родители… Ладно, чего я буду жалиться. Я не подумал про эвакуацию. Мой косяк. А что это опять было с крысами-то? Услышал звуки? Да ну-на. Чуйка твоя сработала?

Я неопределенно пожал плечами. Мол, понимай, как знаешь, гражданин начальник. Врать мне нельзя, а делится подробностями моих способностей с командой, я пока что не собирался.

– Чу-уйка! – удовлетворенно протянул Ветер. – Повезло нам с тобой, Боярин. Ладно, вон его благородие Волков к нам катится. Колобок затейник-на.

Бодро вышагивающий в нашем направлении Орин, сопровождаемый местными «ополченцами», не отлипал от планшета. Но я видел, что он сканирует всю обстановку вокруг, вбирая информацию. Интересно, каково ему? А еще очень, до зуда в кончиках пальцев, хотелось посоветоваться с этим живым нейро, на тему своего ви́дения. Вот кому такая способность должна была достаться. Но ладно, мы тоже не ботфортом консоме хлебаем. Сам, все сам, Алексей Григорьевич.

– Ну, что, ваше благородие. Продвинулось расследование-на? – невинно поинтересовался Ветер.

– Еще как, сержант. Еще как. Я бы на вашем месте, как только появится связь, посоветовал Фурсову от своего партнера, чей склад здесь, откреститься как можно раньше. Связи с Ордой, не шутки. При всем моем хорошем к вашей команде отношении, я эту тему замять не смогу. Разве что как-нибудь интерпретировать в нужном русле. Например, барон Фурсов молодец, заподозрил, доложил, мы проверили – он оказался прав. Та-дам. Глядишь, вместо расчистки дряни ему орденок какой гражданский дадут. Очередной.

– Откуда вы про барона-то знаете, господин титулярный советник? – насупился Ветер. – При всем моем к вам хорошем отношении, барон, и то, что с ним связано, не ваше дело-на! И вообще. Какая Орда? Че за бред? Господин Волков, вы не на той теме погоны взялись зарабатывать, клянусь-на.

– Что, опять совпало? – спросил я Волкова. – Я инструктаж не успел группе провести, по расследованию. Вчера патруль был. Думал на следующее дежурство оставить эдакое удовольствие. Виноват.

– Да сами смотрите.

Орин протянул нам с Ветром планшет с очередными кадрами из фильмов ужасов, на этот раз с участием крыс-мутантов в чем-то похожих на наших.

– Гнездо может рожать похожих мутантов, это известный факт-на. – хмуро пробормотал Ветер.

– И разные гнезда, тоже? – вкрадчиво спросил Волков.

– Ну… Ска. Нет. Эти слишком уж похожие. Это што за фотки-на?

– Это новый вид боевых химер Орды. Первое появление зафиксировано полтора года назад. Кажется, наши чукотско-якутские друзья постепенно от гигантомании переходят к по-настоящему эффективным химерам. Посмотрите, что эти крысы здесь натворили? Продовольствие испорчено, люди запуганы и агрессивны. Уверен, пропажа электричества – тоже работа химер. Если бы мы с вами сегодня не прибыли, здесь вообще Страстотерпец знает, что творилось бы. А теперь представьте на секунду, что подобные гнезда массово появились в районах полиса, скажем на первом уровне. Представили?

Мы с Ветром представили. И содрогнулись. Я уже достаточно разбирался в темах, связанных я дрянью, чтобы понимать, как минимум такой полис ждут миллионные убытки. Как максимум катастрофа с пропажей связи электроэнергии, воды и прочего. У гнезд есть свои законы зарождения и развития. Искусственное гнездо, скорее всего, расти не будет. Но все равно приятного мало.

Да и откуда нам знать, какие сюрпризы готовит для нас Орда? Орда – порождение дряни и нашей цивилизации в целом. «Цивилизованный мир» довольно долго держал этих «дикарей» в черном теле, скармливая им отбросы. В результате они прекрасно научились этими отбросами пользоваться. Плюс ордынцы нашли достаточно «полезных идиотов» в «развитых странах» которые создали для них промышленность, и передали пусть устаревшие, но вполне еще эффективные технологии. Я понимаю Риму, Мадриду и Лондону кажется, что это не их проблемы. Для них это: «Джаст бизнесс, нафинг персонал». Но, какими частями тела думают промышленники в Американском доминионе или наши же ренегаты, я откровенно не понимаю.

– Вот дерьмище, – прочистил горло сержант. – Ну сходство на фотках такое себе доказательство-на. Не, я верю, но это ж не все? Так?

– Вы совершенно правы, Олег Владимирович. Я иду к складу, составите компанию?

– Куды? Респиратор надень, ваш благородие. Вы чего блин, управские, бессмертные что-ли? – сержант потянулся взять Волкова за рукав, и его пальцы потревожили что-то вроде мыльной пленки, пошедшей от прикосновения Олега радужными разводами.

– Я слишком серьезно отношусь к своему здоровью и безопасности, чтобы не думать о таких вещах, – с легкой улыбкой обронил Орин. – Просто средства позволяют мне не ограничиваться примитивным оборудованием. Магия тоже вполне надежна.

– Простите. Не знал, что титулярные настолько много получают-на.

– Не настолько. Я родился в Черногории, в знатной семье. В шестнадцать лет… скажем обтекаемо, решил посмотреть мир. За четырнадцать лет объехал почти всю Европу и Азию, пожил немного в Африке… В Россию прибыл недавно и не без гроша в кармане. Удалось кое-что скопить. Жалования титулярного советника на подобные артефакты бы не хватило. Это старательский амулет, для долгого нахождения в руинах древних цивилизаций. Вещь редкая, но не уникальная.

Пока Орин разглагольствовал, мы дошли до обгоревших остатков склада. Волков спокойно, как на прогулке, прошел внутрь и начал ворочать там какие-то обломки, подняв в воздух кучу сажи и пепла.

– Господа, не хотите помочь? – проворчал он.

Ответил Ветер.

– У нас таких артефактов нет, ваше благородие. Я туда сам не полезу и людям своим не дам. Мы и так прилично хапаем излучения-на. А сейчас все после «синицы». Нахрен такое счастье-на.

– Понимаю. Не в претензии. Ага!

Еще некоторое время Орин возился на пепелище, переворачивая содержимое и делая фотографии. Затем он выбрался наружу, сияя довольной улыбкой. И абсолютно не испачкавшись, по крайней мере, в буквальном смысле. Хороший у него артефакт.

– Сержант. Вот вам официальное распоряжение. Ставьте ограждение. Наше. Будем вызывать экспертов. Для них есть работа. Взяли с собой, хотя бы пару маячков?

– Скорее всего. Что-то нашли, ваш благородие?

Орин снова протянул нам планшет.

– Полюбуйтесь. Транспортный контейнер для эмбрионов-химер. Стопроцентно ордынский. С таймером. Вот откуда здесь твари и гнездо.

Орин при этом раздулся как жаба, и так и лучился самодовольством. Весь его вид кричал: «А я говорил!». Удивительно тщеславный человек, при его-то интеллекте. Хотя, может, одно с другим и не конфликтует.

– Ну емана-коребана, – сержант аж сплюнул в сердцах. – И что, энтот партнер реально в курсе был, думаете, ваше благородие? Может, и Фурсов этот при делах? Нахер тогда его отмазывать-на?

– Не уверен, что даже партнер был в курсе. Но его уже не спасти, кто-то должен за все случившееся ответить. А Фурсов очень полезное для вас знакомство, Олег Владимирович. Не надо так морщиться. Человек, его милость, непростой. Но не чуждый благородных намерений, и неглупый. К тому же довольно щедрый. Решать вам, но если вы, сержант, сейчас Фурсова предупредите, и ему благодаря этому удастся выпутаться из этой истории… Уверен, вы не пожалеете. Я готов поддержать нужную версию случившегося, если это пойдет на пользу вашей группе и управлению в целом.

– Как-то цинично, господин Волков, – не выдержал я. – Здесь до дрянской матери людей погибло. Как говорил уважаемый предводитель местного дворянства: «Земцы тоже люди». А вы уже прикидываете выгоды управлению. Фурсова готовы выгораживать. А ведь он причастен ко всему этому.

– Боженька мой распятый, от кого я это слышу, – Орин аж руками всплеснул. – Вы точно боярин, Алекс? Может, вас после изгнания друиды подменили, на ненастоящего наследника?

– Да, я понимаю прекрасно вашу мотивацию. Но я считаю, что сотрудник правоохранительных органов не может игнорировать нарушение закона. С этого начинается крах любой правоохранительной системы. Бояр никто, кроме них самих, не интересует. Это так. Грести под себя – у них веками выработанный рефлекс. Мы же с вами государевы люди. В некотором смысле – противовес им. Смешно вам всем? Я не идеалист. Просто некоторые вещи должны делаться априори. Иначе система работать перестанет.

– На самом деле вы отчасти правы, Алекс, – Орин вдруг стал серьезным, убрав с лица усмешку, которая провисела там все время моей выспренной речи. – По поводу правоохранителей, все так. Как хорошо, что наша контора никакого отношения к правоохранительным органам не имеет.

– Частично…

– Никакого. Вы не осознали еще, Алекс. Мы охраняем не права людей. А самих людей. Это постоянная война. Война, которую мы все, кстати, проигрываем. Но не буду углубляться в философию. У нас мало друзей и довольно много врагов или просто дураков, которые усложняют нам работу. От засланцев Орды или «цивилизованных» соседей, до родных наших уродов, устраивающих несанкционированные свалки магических отходов или тупых министерских бюрократов. Я считаю в такой ситуации вполне этичным сделать поблажку человеку, который проявлял себя как наш союзник или, хотя бы, попутчик. Вы же помните, кто я?

– Не жалуюсь на память. – Злобно отрезал я. Учит он меня.

– Девяносто семь процентов, что Фурсов вообще не замешан в незаконных операциях с дрянью, и конкретно в этом случае, тоже. Но если неправильно подать его участие… Сами понимаете, здесь реально казнью на реалити-шоу пахнет.

– Про девяносто семь процентов, аргумент, – неохотно признал я. – Но все равно… Впрочем, следователь здесь вы, Орин. Вам решать. А мы пойдем ленту натягивать и маячки ставить.

Когда мы немного отошли от Орина, Ветер с любопытством спросил меня:

– А кто он такой? Помимо того, что следак и титулярный?

– Ментат он, – видя непонимание в глазах Олега, я продолжил. – Такой специфичный физик. У него мозги работают с информацией, как нейро. Плюс он эмоции людей читает. Некоторые ментаты даже мысли могут прочесть.

– Вот срань господня! Эт чего он без намордника тогда ходит? – Ветер даже знак от сглаза сложил, ну или что-то в этом роде.

– Волков может, мысли и не читает. Ему это не особо нужно. Просто он искусственный гений. Разогнанное параллельное мышление. Эйдетическая память. Вот у нас с тобой воспоминания об этом месте скоро потускнеют. Детали забудутся. А он будет помнить, где какой кирпич лежал, до конца жизни.

– А параллельное мышление – это как у царя римского, который три дела одновременно делал? Жрал, кутил и указы писал, левой рукой?

– Примерно так, – серьезно ответил я, пытаясь не улыбаться.

– Крут мужик. Понятно, чего ты его процентам веришь. Странно, что я раньше про таких не слышал.

– А ментатов в империи нет практически. Поэтому и не слышал. Их Римский понтификат тренирует, ибо импланты и думающие машины, – суть мерзость, противная господу. Весь мир пользуется, а святоши не могут. По крайней мере, открыто. Ментаты – их попытка создать человека, не уступающего нейро в скорости обработки информации. Но такая себе попытка. Провальная изначально.

– А чего так?

– Они смогут составить конкуренцию нейро, не раньше, чем объединят мозги ментатов в единую сеть. И я надеюсь, что этого не будет никогда. Хотя биотехнологии у римлян, конечно, на зависть остальной планете.

Мы оградили указанную Орином территорию, поставив два автономных маяка. Эти устройства любым имперским службам говорили: «Здесь территория интересов ликвидаторов. Не влезай, зашибем».

Как раз когда мы закончили, на горизонте появилась точка, которая постепенно превратилась в наш глайдер. Приехали новости. Ну и проблемы, скорее всего. Без этого никак.

Глава 49

Возвращение

Дальше время растянулось, как ослабшая резинка от спортивных штанов. Ну таких, которые под подбородок подтянуть можно.

Глайдер привез обратно исправника, десяток спецназовцев и мощную мобильную станцию связи. Ну и трех слабых целителей, которые немедленно занялись пострадавшими.

Исправник попробовал было качать права, почуяв силу за спиной. Спецназ был вооружен и снаряжен покруче нас. Настоящие роботы-убийцы в маго-технологичной броне с серьезными пушками. Однако Орину, который взял на себя урегулирование конфликтной ситуации, как-то удалось примирить стороны, без кровопролития. По крайней мере, до поры до времени.

А мы, наконец, смогли связаться с внешним миром. И, первым делом, вызвали на место оцепление и экспертов из Управления.

Я, обсудив это с Олегом, приказал Каю сделать подробный отчет о происшествии с видеонарезкой. И скинул его сержанту, с пояснениями, что мы делаем и зачем. А также, переслал отчет Фурсову, без пояснений.

Через пару минут Ветер показал мне ответ Плахина:

«Опять вы в дерьмо какое-то влезли! Устал я ваши задницы прикрывать, Олег. Готовьте вазелин!»

– Устал он, бедняжка-на, – пробормотал сержант. – Опять мне пропистона вставят. А ведь Плахин сам нам этого Фурсова твоего подогнал, ска. Как надоело эти нудации выслушивать, млять, ты бы знал, Боярин.

– Нотации, – на автомате поправил я сержанта.

– Нет, именно нудации. А иногда мудации-на. Чуть что, сержант Рудницкий, готовь вазелин. Ему самому-то на оперативную работу теперь нельзя, вот он на оперативниках и отрывается. Типа вот они в свое время гвозди жрали-на, и монстрами дрянскими закусывали. А мы так, тьфу, а не сотрудники. Все сержанты участка ему шею свернуть мечтают-на! Хотя, если честно, службу он четко знает и своих реально покрывает-на. Но мозг выносит почище моей благоверной! А уж она в этом спец, как и любая баба!

От Фурсова пришло короткое: «Понял. Благодарю».

Уже ближе к вечеру прибыли наши. Три фургона приземлились в районе сгоревшего склада. Выскочившие коллеги – спецназ Управления, оцепили место бывшего гнезда. Эксперты начали разворачивать свое оборудование.

К этому времени местные умельцы обнаружили и залатали все обрывы в линиях электропередач. В поселке вновь появился свет.

Грузовики с помощью, медикаментами, продовольствием и земскими войсками еще пылили по дорогам губернии, но нам их дожидаться смысла не было.

Так что мы не стали ждать даже, пока эксперты приступят к работе. Глайдер взмыл над поселением, беря курс на Воронеж. Все ужасно вымотались. Такой у нас выдался расчудесный выходной, что просто сил нет.

А мне, когда мы взлетали, пришло сообщение от Кая:

«Мария Истомина переведена из реанимации в палату интенсивной терапии. Находится в медикаментозной коме».

«Ты что, шайтан электрический, больничную сеть взломал?»

«Я не хакер, вообще-то, Алекс. Просто там учетка одна была заброшенная, подобрал пароль. А что, не надо было?»