Текст книги "Беспощадная красота (ЛП)"

Автор книги: Дана Айсали

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

Переводчики:Jo F. и April

Редакция и оформление:VS и LinX

Всем девушкам, которые смотрели «Сынов анархии» и считали Джакса крутым – это для вас.

Ради интереса я добавила ирландский акцент.

О, и много волос, которые можно дёргать.

Предупреждение

Эта книга предназначена для лиц, достигших совершеннолетия.

Наслаждайтесь!

***

Примечание переводчиков:

В данной книге упоминаются персонажи из книг серии «Триада», в которой речь идёт о родителях нашей героини. А точнее – о её матери и трёх отцах (Да, мамочка хорошо устроилась: D).

Книга полностью ОДИНОЧНАЯ, просто, чтобы у Вас, дорогие читатели, было меньше вопросов мы решили сделать такое пояснение.

Плейлист:

“Chainsmoking” – Jacob Banks

“Down To Ride” – Kodoku

“Work Song” – Hozier

“Cringe” – Matt Maeson

“Movement” – Hozier

“Eat Your Young” – Hozier

“Tip Toe” – PatrickReza

“Your Guilty Pleasure” – Henry Verus

Глава 1

ИЗАБЕЛА

– Изабела! – Зовёт мама, заставляя меня замедлить шаг.

– Проклятье. – Шепчу я, поворачиваясь на каблуках, и оглядываюсь через раздвижные двери, ведущие на кухню.

Мама распахивает дверь и внимательно рассматривает меня, опираясь на дверной косяк. Я попалась. Её бровь приподнимается, когда она осматривает меня с головы до ног.

– Куда-то собираешься? – Спрашивает она, и на её лице появляется улыбка. Когда я не отвечаю, она смеётся. – Возьми мою машину, а не отцовскую. Я постараюсь сделать так, чтобы он ничего не заподозрил, если пообещаешь, что не будешь пить и вернёшься до рассвета.

– Обещаю. – Вздыхаю я, чувствуя облегчение от того, что она действительно разрешает мне уйти. Я не могу вспомнить, когда меня в последний раз выпускали из дома без сопровождения.

– Ты встречаешься с Джорджи?

– Вообще-то, забираю её… – Я делаю паузу. – В конце переулка.

Мама снова смеётся. Она не выдаст Джорджи, хотя они с её мамой – Кенной, дружат десятилетиями. Они прошли через разное дерьмо ещё до моего рождения, и это связало их на всю жизнь. К тому же Кенна умудрилась выйти замуж за моего дядю Финна.

– Хорошо, милая. Только не пытайся выскользнуть тайком снова. Твои отцы могут казаться строгими, но они действуют из лучших побуждений. Если ты просто придёшь ко мне и расскажешь, что происходит, я постараюсь отвлечь их, хорошо? – Она подходит ко мне и её руки пробегают сквозь каштановые волны моих волос.

У меня мамины глаза – голубые, при определённом освещении отливающие серым. Но мои волосы и более смуглый цвет лица – это всё от моего отца. Я похожа на него почти во всём, кроме глаз.

– Будь осторожна, – шепчет она, целуя меня в лоб, а затем достаёт нож и вкладывает мне в руку. – Осторожность никогда не помешает.

– Я разочарована, что ты сомневаешься во мне! – Говорю я ей, приподнимая подол платья, чтобы показать пистолет, пристёгнутый к бедру.

– Вся в меня. – Она смеётся и поворачивается, чтобы уйти. – Хорошего вечера, fata dulce! (пер. с румынского – милая девушка)

Жизнь в семье, котрая управляет крупнейшими преступными синдикатами в городе, имеет свои преимущества. Но в основном это означает, что тебя стерегут, словно грёбанные ястребы. Теперь мне восемнадцать, многие правила будут ослаблены, но моим младшим братьям и сёстрам повезло меньше.

Я знаю, что они просто стараются обеспечить нашу безопасность, но иногда мне кажется, эта забота меня задушит.

Я сажусь в мамин старый «Рейндж Ровер». Туда, куда я направляюсь, мне понадобится джип. Вечеринка проходит у черта на куличках, и, честно говоря, моим родителям не о чем беспокоиться. Большинство людей, которые там будут – их сотрудники и партнёры.

Но что более важно, я думаю, там будет кое-кто ещё.

Кое-кто, с кем я определённо не должна тусоваться, не говоря уже о том, чтобы влюбиться в него. Он был в моей жизни с самого детства, и, взрослея, я замечала, что он становится всё сексуальнее.

Он всегда держался на расстоянии, почти не обращая на меня внимания.

Он едва смотрит на меня. И я не могу это объяснить, но просто уверена, что он видит меня и точно хочет. Он просто не может заполучить меня.

От этого становится только веселее.

Я улыбаюсь, думая обо всех тех грязных вещах, которые он мог бы сказать мне своим сексуальным ирландским акцентом.

Нико.

Он вдвое старше меня и работает на мою семью, но это не помешает мне добиться его внимания. Мне восемнадцать и я теперь в игре.

– Рада видеть, что ты благополучно выбралась. – Говорю я, когда Джорджи, с растрёпанными рыжими волосами и дикой улыбкой, открывает дверь и забирается в машину. Её сиськи натягивают ткань топа с глубоким вырезом, и я пялюсь на них. Она ловит мой пристальный взгляд и закатывает глаза, заставляя меня рассмеяться.

– А у тебя что, не получилось?

– Мама поймала меня как раз в тот момент, когда я выходила из дома.

Я включаю передачу на старом «Ровере» и медленно выезжаю из района.

– Ни хрена себе. И она позволила тебе уйти?

– Она намного круче, чем мои отцы. Если бы это был кто-то из них, в особенности Тристан, я не думаю, что мне бы так повезло.

Я пожимаю плечами. Она смотрит на меня ещё секунду, и я чувствую, как её глаза впиваются в меня.

– Ты знаешь, кто будет там сегодня вечером?

Я не могу сдержать улыбку.

– Сегодня вечером кое-что произойдёт. Я чувствую это. Я чертовски хорошо выгляжу. Мне наконец-то восемнадцать, и он всё ещё холост… – Я бросаю на неё взгляд и подмигиваю.

– И ему почти сорок. – Она морщит нос.

– Он опытный, Джорджи. Опытный.

Я сворачиваю на старую дорогу, которая почти не заметна. Её видно только благодаря тому, что сегодня по ней уже многие проехали. Нико – один из них.

От волнения слегка кружится голова и в животе порхают бабочки. Я твёрдо намерена поговорить с ним сегодня вечером, чтобы он понял, что мне нужно.

Я паркуюсь рядом с другими машинами, и смотрю на себя в зеркало, убеждаясь, что всё ещё прилично выгляжу после того, как собиралась дома в темноте.

Мои кудрявые волосы собраны в свободный пучок зажимом, а чёлка обрамляет лицо. Мне удалось неплохо накраситься, несмотря на то, что я почти ничего не видела, и мне осталось только подкрасить губы нюдовой помадой.

– Готова? – Спрашивает Джорджи, открывая дверь и выпрыгивая наружу. Я делаю то же самое и обхожу машину, взяв её за руку, пока мы идём к костру.

– Да ладно… Смотрите, кто здесь, парни! – Кричит один из них, когда мы подходим ближе. – Принцесса и…

– Закончи это предложение, Оливер, и оно станет для тебя последним! – Перебивает Джорджи, выхватывая у него из-под носа стакан.

Его глаза сверкают, когда он смотрит, как Джорджи одним махом выпивает напиток. Он улыбается, прикусив нижнюю губу, затем они начинают перебрасываться фразами, препираясь, как старая супружеская пара, пока я осматриваю окрестности.

Я чувствую его. Я знаю, что он здесь, и знаю, что он наблюдает за мной. Его взгляд прикован ко мне, согревая мою кожу сильнее костра передо мной. Даже прохладный весенний ветерок, обдувающий мои ноги, не может остудить меня. Особенно, когда я, наконец, нахожу его.

Всё моё тело пылает от этого вида. Он прислонился к кузову грузовика, рубашка снята и перекинута через сильные плечи. Весь торс покрыт татуировками, почти не оставляя места чистой кожи. Тёмные джинсы обтягивают бёдра, а покрытые грязью ботинки скрещены на лодыжках.

Наши глаза встречаются, и я улыбаюсь.

Не сводя с него глаз, я сжимаю руку Джорджи и сообщаю ей, что догоню её позже. Она почти не замечает меня, прежде чем вернуться к перебранке с Оливером. С этими двумя всегда одно и то же. Хотелось бы, чтобы они просто трахнулись и покончили с этим.

– Так, а вот и неприятности!

Я бросаю взгляд на парня, стоящего рядом с Нико, когда подхожу к ним обоим.

– И тебе привет, Лиам, – говорю я, бросая в его сторону мимолётную улыбку, прежде чем моё внимание возвращается к мужчине, ради которого я сюда пришла. – Нико. – Воркую я, всё ещё улыбаясь.

Его руки скрещены на груди, и в одной татуированной руке он держит напиток. Красивые светлые волосы собраны в пучок, а выбившиеся пряди падают на лицо. У него разбиты костяшки, а под глазом ужасный фиолетовый синяк.

Похоже, он снова дрался.

– Ollphéist beag (пер. с ирландского – маленький монстр), – бормочет он своим глубоким голосом с акцентом. – Чем я могу тебе помочь?

Я прищуриваюсь, гадая, что же он сказал. Но не зацикливаюсь на этом и протягиваю руку за его стаканом. Он легко мог бы не позволить мне взять его, но его пальцы ослабляют хватку, и я беру напиток из его рук.

Сделав небольшой глоток, я позволяю своему взгляду блуждать по его телу, и останавливаюсь на пирсиге в его сосках. Никогда не замечала их раньше, но они делают что-то восхитительное с моим телом, так что я сжимаю бёдра вместе.

– На этой ноте, – смеётся Лиам. – Я ухожу. Развлекайся, – говорит он Нико, толкая его, прежде чем уйти.

Глаза Нико не отрываются от моих, когда я возвращаю ему выпивку.

– Опять подрался?

– Aye (ирл. – да). – Он ставит стакан на грузовик, меняет позу и просто продолжает смотреть на меня своими тёмными глазами.

Я делаю шаг вперёд, затем ещё один, протискиваясь между его ног, пока не ощущаю грубую ткань джинсов своими бёдрами. Я чувствую исходящий от него древесный аромат и хочу вернуться домой с этим запахом.

– Что ты делаешь, Изабела?

Я кайфую от того, как он произносит моё имя. Мой взгляд скользит от его глаз к его губам и обратно.

– Раз тебе исполнилось восемнадцать, ты считаешь, что достаточно взрослая для игр с большим злым волком? – Спрашивает он, ухмыляясь. – О, Изабела.

Он наклоняется ближе ко мне, я закрываю глаза, чувствуя тепло, исходящее от него и как его щетина трётся о мягкую кожу моей щеки. Его дыхание касается моего уха.

– Хорошенько подумай, ollphéist beag (маленький монстр).

Я покачиваюсь, когда он внезапно отстраняется. Он хватает свой стакан и уходит, оставив меня одну. Нико присоединяется к своим друзьям, непринуждённо вливаясь в беседу.

Его взгляд прикован ко мне.

Отлично.

Мне придётся постараться, чтобы сразить его.

Глава 2

НИКО

Я не слежу за ней, но знаю каждое её движение.

Как будто, моё тело просто знает, где она находится. Я чувствую на себе её обжигающий взгляд. Я никогда не обращал на неё внимания, но с совершеннолетия, она словно начала искать меня, как ракета с тепловым наведением.

Она преследует меня, и я первый, кого она замечает в толпе. Она опасна и запретна… Но, чёрт возьми, она так соблазнительна.

Она – запретный плод, но я знаю, что она будет чертовски сладкой на вкус.

Сегодня вечером на ней чёрное платье из мягкой, струящейся ткани, облегающее её формы и едва скрывающее «Глок», пристёгнутый к бедру. Каждый раз, когда её бёдра двигаются в такт музыке, чёрный металл вспыхивает в свете костра. Декольте платья спускается низко, почти до пупка, оставляя очень мало места для воображения.

И нигде нет ни единой татуировки. Девственная кожа невинной девушки.

Блядь, я хочу пометить её. Я мог бы оставить свои отпечатки пальцев на её мягкой загорелой коже.

Она ловит мой взгляд, удерживая его, когда хватает какого-то хрюкающего мальчишку и крепко прижимается к нему своей спиной, заигрывая с ним.

Я делаю большой глоток спиртного, чувствуя тепло, разливающееся по моим венам. Я представляю, каково было бы быть им, чувствовать, как она прижимается ко мне, её красивые волосы в моём кулаке, в то время как мои руки бродят под подолом её платья…

– Нико?

Моё внимание переключается с Изабелы на Лиама, который смотрит на меня с ухмылкой.

– Что? – Грубо говорю я, в тоне проскальзывает разочарование. Я никогда не был рациональным человеком, я просто знаю, что хочу её. А если я хочу её, значит, никто другой не может её заполучить.

– Ты пялишься.

– Я не пялюсь. – Огрызаюсь я в ответ.

– Она не для тебя, приятель. – Он хлопает меня по спине и смеётся. – Типа, она вне доступа, тебе вход туда запрещён. Все трое оторвут тебе голову.

– Скорее уж все четверо, это более вероятно. – Уточняю я. Делаю ещё глоток, смотрю на опустевший стакан и чертыхаюсь себе под нос. – В любом случае, это не имеет значения. Я не хочу её. Я её даже не замечаю.

– Не замечаешь, конечно.

Он возвращается к разговору с парнями вокруг, и моё внимание снова переключается на неё. Но её больше нет. Она ускользнула куда-то.

Хорошо. Надеюсь, она пошла домой. Я возвращаюсь к своему пикапу, где храню весь свой алкоголь. Мгновение я ищу его, изо всех сил пытаясь рассмотреть при далёком свете костра. Луна находится низко и не дает мне достаточно света. Наконец мои пальцы обхватывают прохладную стеклянную бутылку.

– Секретный тайник?

Я вздыхаю и сжимаю бутылку так сильно, что боюсь, что она может треснуть.

– Изабела. – Говорю я предупреждающим тоном.

– Можно и мне? – Я смотрю на неё через плечо и вижу, что она стоит рядом. Изабела с улыбкой смотрит на меня, закусив пухлую нижнюю губу. Мой взгляд задерживается на её губах. Всего на секунду, но она это замечает.

Её улыбка становится шире.

– Сомневаюсь, что твои родители одобрят вождение в нетрезвом виде. – Я пытаюсь отмахнуться от неё, отвернувшись к кабине пикапа, делая глоток прямо из бутылки. Алкоголь разливается по гортани обжигающим теплом.

– Сомневаюсь, что они узнают об одном крошечном глоточке.

Я чувствую тепло её тела, прижавшегося к моему. Это зажигает во мне огонь, который я изо всех сил стараюсь потушить, но, чёрт возьми, эта девушка – катастрофа. Я разворачиваюсь к ней, но она не отступает ни на шаг, прижимаясь ко мне.

Она довольно высокая, но я как минимум на фут выше и смотрю в эти красивые голубые глаза.

– Что ты творишь, ollphéist beag (маленький монстр)?

– Объясни, что, чёрт возьми, это значит. – Она наклоняет голову, и я делаю ещё глоток из бутылки. Её глаза скользят по моему горлу, когда я сглатываю, и мой член дёргается.

Я смеюсь.

– Думаю, тебе придётся выучить ирландский.

– Меньшее, что ты можешь сделать – это дать мне выпить, если собираешься дразнить меня всю ночь. – Она надувает губы.

Я демонстративно подношу бутылку к губам, позволяя янтарной жидкости наполнить рот и растечься по языку. Она внимательно наблюдает, а её зрачки расширяются, когда она облизывает губы.

А затем она встречается со мной взглядом и ещё больше сокращает расстояние между нами, прижимаясь своей грудью к моей. Она открывает свой чёртов рот и высовывает язык, в её глазах вспыхивает злость, пока она наблюдает за моей реакцией.

Непроизвольно моя свободная рука тянется к её горлу, а затем к её челюсти, удерживая неподвижно, пока я наклоняюсь над ней. Её глаза на долю секунды расширяются, словно она в шоке, что я действительно делаю то, о чём она просила.

Я позволил напитку течь из моего рта в её, наполняя его пряной жидкостью. Большим пальцем я закрываю её рот. После того, как она сглотнула, её губы слегка приоткрылись, ожидая моего следующего шага.

Мой большой палец проскальзывает между её губами, и кончик её языка кружится вокруг него. Я твёрд как камень, мой член трётся о молнию моих джинсов, когда она нежно обхватывает мой палец губами и начинает его посасывать.

Блядь. Блядь. Блядь.

Как раз в тот момент, когда я собираюсь захватить её рот своим, позади нас, у костра, раздаются выстрелы, и у меня срабатывает рефлекс. Я роняю бутылку спиртного и хватаю её, падая на землю и заставляя нас обоих закатиться под пикап.

Я всем телом прижимаю её к земле, прижав руку к её рту. Она ёрзает подо мной, заставляя мой член молить о пощаде.

– Изабела, – рычу я, хватая её руки и прижимая их к бокам. – Прекрати.

Она закатывает глаза и замирает.

– У меня есть пистолет. Ты должен хотя бы позволить мне достать его, чтобы защитить себя.

– Я защищу тебя. – Говорю я ей, как будто это очевидные вещи. Она первенец Триады и единственная наследница семьи Дулка. Я не позволю ей бежать навстречу опасности, размахивая пистолетом в толпе.

– Мой герой. – Её голос игривый, но страстный, когда она смотрит на меня.

– Хватит уже. – Я закрываю ей рот рукой, и она кусает её, смеясь, когда я отдёргиваю ладонь и смотрю на неё убийственным взглядом.

– Ложная тревога! – Кто-то кричит сквозь музыку. – Возвращайтесь к своим делам!

Я вдыхаю и опускаю голову.

Она просто хихикает и раздвигает ноги, обхватывая ими мои бёдра как можно лучше, учитывая то небольшое количество места, которое у нас есть.

– Кажется, это пустая трата времени – не использовать ту часть приватности, которая у нас, наконец, появилась.

– Изабела, – предупреждаю я её ещё раз. – Мы не можем этого сделать.

Её руки высвобождаются, а затем её ладони оказываются на моём горле и челюсти, прижимая моё лицо к себе. Она поднимает бёдра и прижимается плотнее к моему твёрдому телу. Я чувствую, как моя решимость ускользает. Мне нужно выбраться отсюда. Мне нужно откатиться от неё и убраться с этой вечеринки на хрен.

Но я этого не делаю. Я просто наблюдаю за ней.

Когда она успела стать такой смелой? Я помню, как она была застенчивой маленькой девочкой, прячась за спиной отца на каждой встрече, которую посещала. И с тех пор, как ей исполнилось восемнадцать, она как будто вышла на тропу войны, чтобы навлечь на себя как можно больше неприятностей.

И начать она решила с меня.

Её голова движется, её рот пытается дотянуться до моего. Я отталкиваюсь назад, чтобы быть подальше от неё и она стонет, её бёдра снова покачиваются в поисках трения, которое я могу ей дать.

Её голова снова трясётся, и её зубы впиваются в мою нижнюю губу. Глубокий рык вырывается из моей груди, когда она тянет её, пока я не чувствую вкус крови. Когда её голова падает на землю, её мягкий язык высовывается и слизывает каплю моей крови с её губ.

Вот и всё. Я врезаюсь в неё, засовываю язык ей в рот и трахаю его так, как хочу трахнуть её… Глубоко и чертовски жёстко.

Она стонет, и её руки впиваются в мои волосы, вырывая их и сильно дёргая. Острый укол боли направляет удовольствие прямо в мой член, и я вталкиваюсь в неё. Я чувствую жар между её ног и понимаю, мне нужно ощутить, как эта хорошенькая киска порхает вокруг моего члена.

Я поднимаю её платье и срываю с неё нижнее бельё одним быстрым рывком.

– Чёрт. – Шепчет она, запыхавшись от наших поцелуев.

Я погружаю пальцы между её складочками и чувствую, насколько она мокрая для меня.

– Иисус Христос, ollphéist beag (маленький монстр).

Такая мокрая для меня. Блядь. Я прижимаюсь к ней лбом, и провожу кончиками пальцев вокруг её чувствительного маленького бугорка. Мой член рвётся сквозь джинсы, мне не терпится почувствовать, как она сжимает меня.

– Мы не можем этого сделать.

Я жду от неё подтверждения, что нет, мы действительно не можем этого сделать. Мне нужно, чтобы она сказала нет. Мне нужно, чтобы она оттолкнула меня, обозвала меня и побежала домой к маме и папе. Мне нужно, чтобы она ушла из-под меня, прежде чем я совершу самую большую ошибку в своей чёртовой жизни.

Но она уверенно встречает мой взгляд, и в уголке её рта появляется лёгкая улыбка.

– Заткнись и трахни меня.

Глава 3

ИЗАБЕЛА

Его тёмные глаза горят диким огнём, и от этого по позвоночнику пробегает дрожь.

Это то, чего я хотела. Это то, чего я пыталась добиться последние пару месяцев. Честно говоря, это заняло гораздо меньше времени, чем я думала.

Он подносит пальцы ко рту, и я наблюдаю, как он пробует меня на вкус. Его глаза закрываются, и из его горла вырывается чертовски сексуальный стон.

– Так сладко. – Пробормотал он.

Чёрт, как же это сексуально.

– Этого больше никогда не повторится. – Говорит он, его рука снова движется между нами. Я игнорирую его слова.

Я слышу, как расстёгивается молния, а затем опускаю взгляд и наблюдаю, как он вытаскивает свой член из боксеров. Чёрт, какой же он огромный. Даже в темноте я вижу, что он собирается растянуть меня до предела.

Его мягкая головка проникает в меня, давит на клитор, дразня меня. Мы оба задыхаемся, наши тела сплетены вместе в прохладной траве. Неподходящее место для траха – в грязи, под старым, побитым пикапом, а в тридцати ярдах от него – вечеринка, полная людей.

– Перестань дразнить меня, Нико, – умоляю я его. – Am nevoie de tine (рум. – ты мне нужен).

– Foighne, mo ollphéist beag (терпение, мой маленький монстр). – Говорит он мне в губы. – Терпение.

Услышав, как он говорит на своём родном языке, я ещё больше намокаю. Я хнычу и кручу бёдрами, надеясь, что он проскользнёт в меня, если я буду двигаться навстречу ему. Но он держит себя в руках, отказываясь поддаваться.

– Ты девственница, Изабела?

Вопрос застаёт меня врасплох, и я не могу сдержать смех, который вырывается наружу.

– Эм, нет, Нико, – говорю я ему так, будто это должно быть очевидно. – Может, я и выросла под присмотром родителей, но меня не запирали.

Гнев вспыхивает на его лице, и он входит в меня одним быстрым толчком. От растяжения я задыхаюсь и вскрикиваю, боль проносится по телу, а затем наслаждение берёт верх.

– Это то, чего ты хотела? – Спрашивает он, его голос наполнен злобой, которую я не узнаю. Наверное, мне следовало бы испугаться, но вместо этого он только разжигает огонь внутри меня. – Ну же, mo ollphéist beag (ирл. – мой маленький монстр). Впусти меня.

– Ты не вошёл? – Мой голос звучит немного более шокированно, чем мне бы хотелось.

Он ухмыляется, и с его губ срывается озорной смешок. Он опирается на локоть сбоку от моего лица и обхватывает другой рукой моё горло. Эти татуированные пальцы плотно обхватывают мою шею, кончики впиваются в мягкую плоть.

– Пока нет, малышка. – Он нежно и быстро целует меня в губы, прежде чем отстраниться и снова войти, наполняя меня и растягивая до предела. Я снова задыхаюсь, мой рот открывается.

– Вот так. – Эта маленькая похвала зажигает меня изнутри. Я чувствую, как практически мурлычу под ним. – Хорошая девочка. Твоя киска так приятно меня принимает.

– Проклятье. – Стону я.

Наши тела сплелись в тесном пространстве, нам больше некуда деться. С каждым толчком он трётся о мой клитор, и удовольствие нарастает всё больше. Он снова целует меня, его язык скользит по моему. У него вкус бурбона и сигарет, и он заполняет все мои чувства, пока всё, что я вижу, чувствую и слышу – это он.

– Ты собираешься кончить для меня? – Его рука покидает моё горло и сдвигает платье в сторону, обнажая грудь. Он всасывает мой сосок и сильно прикусывает его.

– Ты можешь пытаться сделать мне больно, сколько захочешь, – говорю я ему, моё дыхание прерывистое. – Наказывай меня за это сколько хочешь, Нико, но ты тоже этого хотел.

Он покусывает и посасывает мою вторую грудь, без сомнения, оставляя при этом следы по всей моей коже. Я знаю, он пытается причинить мне боль – пытается напугать меня, чтобы я больше никогда этого не захотела.

Я запускаю руки под его рубашку, отодвигая её в сторону, чтобы почувствовать тепло его кожи. Лучше бы он не надевал эту чёртову штуку обратно, потому это не помешает мне отметить его так же сильно, как он меня.

Я провожу ногтями по его спине и наблюдаю, как боль подстёгивает его. Его бёдра соприкасаются с моими, его длина затрагивает точки внутри меня, о существовании которых я даже не подозревала. Мой оргазм нарастает, и я замираю, мои глаза закрываются, когда я сосредотачиваюсь на напряжении между нами.

– Вот так, – шепчет он мне на ухо. – Кончи на мой член, mo ollphéist beag (мой маленький монстр). Покажи мне, какой хорошей девочкой ты можешь быть.

Напряжение спадает, и я вскрикиваю. Его рот накрывает мой, заглатывая звук, и он трахает меня, не сбавляя и не ослабевая темп.

А потом он выходит, моя киска сжимается и пульсирует от волн моего оргазма, в котором нет ничего, кроме воздуха. Я смотрю вниз, как он хватает себя, сжимая в кулаке свой член, пока головка трётся о мой чувствительный клитор.

Наблюдение за тем, как он дрочит себе, приводит меня в восторг и возбуждает меня ещё больше. Я зачарованно смотрю на него, сосредоточившись на том, как он доставляет себе удовольствие. Через несколько секунд он кончает, его лицо искажается гримасой, когда он покрывает мою киску своей спермой.

– Чертовски горячо. – Стону я, возвращая его внимание к своему лицу.

– Дерьмо. – Стонет он, снова натягивая боксеры и брюки, прежде чем натянуть на меня платье и снова прикрыть грудь тканью. Он откатывается от меня, вылезая из-под пикапа, заставляя меня следовать за ним.

– Что? – Спрашиваю я, пытаясь встать на ноги. Его сперма стекает по моим бёдрам, и я начинаю чувствовать себя немного грязнее, чем хотелось бы, после того, как сделала то, что должно было принести удовольствие.

Он снимает свою рубашку и протягивает её мне.

– Приведи себя в порядок. К тому времени, как я вернусь сюда, тебя здесь быть уже не должно. Иди домой, Изабелла.

Я закатываю глаза и выхватываю рубашку из его рук.

– Ты такой ребёнок.

– Что, прости? – Он почти кричит, а затем оглядывается по сторонам, чтобы посмотреть, не слышал ли нас кто-нибудь или не видели ли нас. Схватив меня под руку, он тащит меня к кабине пикапа, подальше от посторонних глаз.

– Я назвала тебя ребёнком. – Я вытираю его рубашкой между бёдрами. – Это был просто секс, Нико. Я не просила твоей руки и сердца.

– Это был просто секс, – повторяет он с ядом в тоне. – Ты дочь моего грёбаного босса, и я только что трахнул тебя под пикапом, на публике, в грязи. У тебя отметины по всей груди.

Я смотрю вниз и улыбаюсь, когда вижу следы его зубов и засосы по всему моему телу.

– Расслабься, – говорю я, бросая ему обратно грязную рубашку. – До следующего раза, да?

Я подмигиваю ему, а затем поворачиваюсь, чтобы уйти. В любом случае, я могу пойти домой. Я пробыла здесь достаточно долго, и я получила то, что хотела.

– Следующего раза не будет! – Кричит он мне вслед.

– Да, да, – кричу я в ответ через плечо, достаточно громко, чтобы он услышал. – Продолжай говорить себе это.

– Блядь. – Кричит он, когда я ухожу.

Я улыбаюсь про себя и иду искать Джорджи.