Текст книги "Vicbourne: когда наестся саранча (СИ)"

Автор книги: Christina Palmer

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

– И как прошёл твой день? – Хелен присела к нему на колени, а он крепко прижал её к себе двумя руками, прикрывая на миг глаза от того, что она зарылась своими пальцами в его волосы и стала ими играться, это было одной из его слабостью и его супруга прекрасно об этом знала.

– Лучше не спрашивай. Не хочу портить твоё настроение. – Джон слегка засмеялся, когда она в знак неодобрения потянула его волосы, вынуждая слегка запрокинуть голову, раскрывая ей свою шею. Ей явно не нравилось, что у него было так много секретов от неё, но так ведь было намного лучше для неё и их семьи.

– Ты очень сильно изменилась, Хелен. Ты расцвела, ты вновь улыбаешься. Спасибо тебе. Это даёт мне силы продолжать. – в этот момент она стала оставлять поцелуи на его шее, отчего он тут же раскрыл свои глаза и удивлённо посмотрел на супругу, не понимая её.

– Что ты делаешь? – Хелен удивлённо приподняла свои брови в ответ на его вопрос и засмеялась ему в лицо, что вызвало улыбку на его лице, как же он скучал по её смеху.

– Не видно? – она наклонилась к его шее, целуя уже более пылко, а затем с его уст сорвалось рычание, когда он ощутил, что его супруга оставила на нем след, засос, что он никогда не любил.

– Хелен… Ты давно меня так не целовала. – она оторвалась от его шеи и посмотрела внимательно ему в глаза, улыбаясь от счастья, а он затаил дыхание, ощущая, как болит каждая мышца его лица от тех чувств, что хотели прорваться сквозь маску сурового и кровожадного оберстгруппенфюрера Смита.

– Боже, я скучал. – только и смог он тихо прошептать, а она наклонилась к нему, проводя своим носом по его.

– Я тоже. – Хелен прошептала эти слова еле уловимо, после чего накрыла его уста страстным поцелуем, а он прижал её крепче к себе. Сейчас они оба выражали так сильную тоску, что испытывали друг по другу в качестве супругов и любимых.

– Хелен, мне нужно просмотреть много материалов Министерства пропаганды. – Джон прервал поцелуй первым, потому что ему становилось невыносимо жарко от всего этого, что могло привести к потере контроля.

– Замолчи. – она приложила палец к его губам, а затем поднялась с его колен, протягивая ему руку, коварно улыбаясь.

– Да, мэм. – он принял её ладонь, сжимая крепко своей, после чего она повела его в их спальню, а он шёл за ней, не в силах перестать улыбаться. Ему нравилось иногда передавать роль главной ей, позволять господствовать над ним и делать всё, что ей захочется. Джон закрыл за ними дверь на замок, а когда они подошли к кровати, то она стала раздевать его, так рьяно и стремительно. Оставшись с обнаженным торсом, мужчина потянул на себя ленты, что связывали халат на его супруге, от которого он тут же её избавил, отбрасывая в сторону. Он аккуратно погладил её своими костяшками по лицу, а другой рукой зарылся в её мягкие рыжие локоны, она так любила свои кучеряшки, а он и не возражал никогда, хоть и напоминала она ему барашка.

– Ты уверена, Хелен? – она лишь накрыла одну его ладонь, которой он держал её щеку своей и поцеловала, а другую расположила на его бедре, кивая.

– Я хочу свою жизнь назад. А моя жизнь – это мой муж и мои дети. – она вновь засмеялась ему, а он поцеловал её чувственно в губы, наступая на неё, в результате чего они оба упали на кровать, ведь она потянула его за собой. Он был счастлив сейчас, по-настоящему, пожалуй, с тех пор как на их семью обрушилась эта беда. Его счастье было в его руках, и он не был намерен отпускать его от себя куда-либо.

***

– Иду, иду! – Клара поспешила выключить свой проигрыватель, а также отключила пылесос от розетки, подбегая к двери, которая была вот-вот готова сломаться от сильного стука с другой стороны.

– Кто там? – девушка посмотрела в глазок и не поверила собственным глазам, тут же отстраняясь, потирая их, чтобы прийти в себя.

– Это оберстгруппенфюрер Смит, мисс Освальд! – но это был его голос, она не могла напутать, слегка басистый и с хрипотцой, будто он говорил спокойно всегда, но это было далеко не так. Клара тут же поспешила открыть ему дверь и удивлённо смотрела на него, облокотившись на собственный порог, сложив руки на груди.

– Действительно, это Вы. Простите, что заставила ждать, я пылесосила и не услышала Вас. – девушка широко ему улыбнулась, а он снял с себя свой головной убор, сжимая его в руках, отвечая ей обратной улыбкой, смотря на неё исподлобья.

– Ничего страшного, такую женщину как Вы можно ждать хоть целую жизнь. – это заставило её засмеяться и отрицательно помотать головой, цокнув, а затем и вовсе слегка прикусить язык, демонстрируя его ему.

– Чем обязана визиту, оберстгруппенфюрер?

– Я проезжал мимо на работу, решил навестить Вас, ведь Вы тут совсем одни. Или же Вы уже успели найти себе друзей в Мюнхене, мисс Освальд? – поскольку они стояли на пороге её двери в многоквартирном доме, то соседи, что выходили к себе на работу, проходили мимо них, оборачиваясь в изумлении.

– Нет, не нашла. Вы правы – я одна. И, кстати говоря, как Вы узнали, где я живу? Хотя, постойте, это слишком глупый вопрос, который можно задать мужчине, занимающим столь высокий пост в СС. От Вас ведь ничего не скроешь, не так ли? – Джон лишь ухмыльнулся и облизнул свои пересохшие губы, а затем слегка сузил глаза, смотря на неё.

– Кажется, у Вас что-то горит. – Клара непонимающе взглянула на него, а затем и сама ощутила запах гари, оборачиваясь в сторону кухни, из которой виднелся дым.

– Что? Чёрт, суфле! – она швырнула в него полотенце, что было на плече, а затем побежала прямиком на кухню, что лишь сильнее рассмешило Джона. Он прошёл внутрь и закрыл за собой дверь, направляясь на кухню, где стремительно девушка достала скорее из плиты поднос с суфле, который сейчас походил больше на угольки.

– Дьявол! Что за ужасные плиты у вас здесь в Рейхе, какие-то монстры по сжиганию всего на свете. – расстроенная девушка села на стул около стола, поджимая ноги к груди, а руки нервно касались лица, она была так зла сейчас на себя, ведь очень старалась.

– Не расстраивайтесь, со всеми бывает. Я попрошу Хелен объяснить Вам как пользоваться нашими плитами, чтобы таких инцидентов больше не было. – Джон тоже присел за стол, однако напротив неё, чтобы было удобнее её рассматривать.

– Как великодушно с Вашей стороны, оберстгруппенфюрер, благодарю. Так зачем Вы приехали ко мне на самом деле? Офис СС явно не в этой стороне города. – ему нравилась её сообразительность, всегда было приятнее говорить со смышлёным, а не глупым человеком.

– Верно. Я хотел бы поблагодарить Вас за Ваши сеансы психоанализа с Хелен, ей действительно стало от них лучше. – Клара поджала губы и улыбнулась ему, вставая со своего места, после чего выбросила испорченное суфле с противня в мусорное ведро, а затем и вовсе подошла к окну, чтобы раскрыть его и избавиться от запаха гари.

– Что ж, я рада слышать это. Её результаты поражают и меня. Будем надеяться, что дальнейшее лечение пойдёт в этой же стезе. – поскольку это место было дипломатической квартирой, которая была предоставлена ей консульством Японской империи в Мюнхене, здесь многое было сделано не под её рост, в том числе и окна. Увидев, в каком затруднительном положении она оказалась, Джон тут же поспешил ей помочь, за что она оказалась ему благодарна.

– Мы хотели бы пригласить Вас к нам на ужин. Хелен приготовит своё фирменное жаркое, да и девочки хотят с Вами познакомиться. – холодный воздух с улицы тут же наполнил кухню, отчего мурашки пробежались по всему телу, в том числе и от его предложения, что было так удивительно для неё.

– Благодарю, однако вынуждена отказаться. – она тут же убрала грязный противень под раковину, а затем развернулась к нему лицом, тяжело сглатывая, ей было некомфортно находиться с ним так близко.

– Клара, Вы ведь позволили меня так себя звать, не надо быть столь категоричной. Мы все развеемся, обещаю, что вечер окажется приятным для Вас.

– Что ж, так уж и быть. – у неё не было другого выхода как принять в конце концов приглашение оберстгруппенфюрера Смита, иначе бы это отразилось на её сеансах с Хелен, которые Клара не могла ставить в сомнение.

– Отлично, значит мы договорились. Я пошлю за Вами машину сегодня вечером к 18:00. – Джон направился к двери, но был вынужден остановиться из-за того, что мисс Освальд в недоумении подскочила со своего места и обронила стул. Да, она была, пожалуй, одной из самых неловких дам, что он встречал за последнее время.

– Что? Нет, не стоит. Я доберусь сама. – категоричность этой маленькой леди его забавляла, что он даже развернулся к ней лицом, всматриваясь, как она сильно хотела казаться решительной и уверенной, кусая себя внутри за щеки, чтобы не показывать эмоций.

– Я настаиваю, Клара. – от его слов она лишь закатила глаза, а он засмеялся, разворачиваясь в пол-оборота, разглядывая старинный проигрыватель.

– Я позволил себе немного прислушаться к музыке, что так громко играла у Вас. Это ведь был Моцарт? – Джон позволил себе включить проигрыватель, отчего музыка вновь разнеслась по всей квартире, только сделал он её значительно тише.

– Верно. – Клара слегка прищурилась, подозрительно на него смотря. Она не ожидала, что столь жестокий и кровожадный мужчина мог уметь разбираться в искусстве.

– Мне тоже он симпатизирует. – и как оказалось ценить его тоже.

– Не любить Моцарта настоящее преступление.

– Соглашусь, Клара. Что ж, до вечера. – он склонил ей голову в знак уважения, после чего, надев на себя вновь свой головной убор, покинул её квартиру, а девушка тут же поспешила побежать к двери и закрыть её на замок, недовольно выдыхая и начиная его передразнивать, возвращаясь к уборке. Он её раздражал. Слишком уверенный в себе мужчина во всех смыслах.

***

Оберстгруппенфюрер, как и говорил, отправил машину за мисс Освальд, которая ждала её у порога многоквартирного дома. Девушка не заставила водителя ждать, а потому быстро спустилась, расположившись после на заднем сиденье автомобиля. Она сразу узнала в нём того самого мужчину, который приезжал вместе со Смитом к ней в офис тогда впервые. Кажется, Джулианна сказала, что его зовут Эрих. Видимо у них действительно доверительные отношения с ним, что ж, это даже хорошо. Когда они прибыли на место, то Клара удивилась, что Эрих не был приглашён на ужин, а потому дала ему визитку с контактами своей секретарши, ведь только глупец бы не заметил, что они понравились друг другу. Он поблагодарил её за такие ценные сведения и вскоре скрылся, а девушка внимательно посмотрела на многоэтажку, к которой её подвезли. Это было элитное здание, довольно современное для своего времени, на котором красовалась эмблема Рейха. Смиты жили на последнем этаже, у них был собственный пентхаус. Когда двери лифта раскрылись перед ней на нужном этаже, она увидела главу семейства в очень непривычной домашней одежде – расслабленные брюки, рубашка с галстуком и жилет.

– Клара, добро пожаловать. – он тут же поспешил помочь ей с пальто, за что она отблагодарила его своей улыбкой, ощущая на себе его оценивающий взгляд. Сегодня Клара собрала свои волосы в пучок, и надела чёрное платье с кружевом, плюс сапоги на небольшом каблуке. Рваная чёлка, чёрная обводка глаз и красная помада были неотъемлемой частью любого её образа.

– Спасибо, что пригласили, оберстгруппенфюрер.

– Нет, нет. В моём доме я просто Джон. – в изумлении она слегка приподняла брови и растеряно выдохнула, потому что звать такого мужчину по имени для неё было слишком фамильярно.

– Джон, спасибо. – однако, сегодня они играли по его правилам, значит так тому и быть. В это время к ним подошла Хелен, которая также собрала свои волосы в пучок, накрасила глаза и губы, только платье на ней было бордовым. Она подошла к девушке, и они поцеловались щёчками, отчего Джон ухмыльнулся, это было так по-женски.

– Здравствуй, Клара. А это? – Хелен взглянула на свёрток, что был в руках девушки с явным интересом.

– Это Вам. – Клара вручила его ей и Хелен тут же поспешила его развернуть. Внутри были белые орхидеи, в Рейхе их трудно было достать сейчас в такое время года, но девушка постаралась, к тому же, это были её любимые цветы.

– Какие красивые. – она вдохнула их аромат и поблагодарила Клару, а тем временем к ним подошли их дочери, которых Джон приобнял за плечи.

– Мои девочки, Эми и Дженнифер. Познакомьтесь, это мисс Освальд. – девочки поздоровались с Кларой, а она ответила им комплиментами о том, как сильно девочки похожи на своих родителей. Действительно, Дженнифер была копией матери, в то время как Эми – отца, и, кстати, характеров это касалось тоже. Хелен попросила свою старшую дочь поставить цветы в вазу с водой, чтобы расположить их за праздничным столом, а Джон пригласил всех внутрь. Девушка осматривала апартаменты и отметила, что они действительно помпезные. Вскоре все приступили к трапезе.

– Жаркое потрясающее. – Клара наконец-то прервала эту тишину, что длилась так долго, потому что все просто молча ели, что её смутило.

– Очень вкусное. – Джон подтвердил слова девушки и улыбнулся ей, они оба сидели во главе стола, но по разные стороны.

– Спасибо. – Хелен поблагодарила их обоих и отпила вина, продолжая свою трапезу.

– На вкус немного как квашенная капуста, да? Это же она?

– Мы называем её зауэркраут.

– Это она? – в изумлении поинтересовалась Клара и Хелен подтвердила это, что вызвало смех со стороны обеих женщин. На самом деле наблюдать за ними обеими со стороны для Джона было весьма увлекательным зрелищем. Совершенно разные, но в то же время очень похожие друг на друга женщины, одна из которых была любовью всей его жизни, а другая загадкой, что предстояло разгадать.

– Никогда раньше не пробовали? – поинтересовалась Эми, а Клара отрицательно помотала головой.

– Нет. В Японии её сложно достать.

– Колин Майер сказал, что япошки едят собак. Это правда?

– Дженнифер! – от этого вопроса Клара слегка растерялась, а Хелен тут же поспешила осадить дочь, чем лишь позабавила Джона, наблюдающим за этой картиной.

– Нет, японцы не едят собак, честно.

– А что насчёт кошек? – теперь в дело вмешалась Эми и Хелен от безысходности положила приборы на тарелку, в удивлении смотря на своих дочерей.

– Иногда. – от этой фразы все остановились и посмотрели на Клару в изумлении, а та лишь засмеялась и сказала, что шутит. В этот момент зазвонил телефон, и девушка отметила, что никто не брал трубку. Джон попросил прощения и удалился к себе в кабинет, а дамы продолжили трапезу без него. Он вернулся только через пятнадцать минут, улыбаясь всем дамам, что обратили на него свой взор.

– Всё в порядке, милый? – Джон сжал её ладонь и поднёс к своим губам, целуя, после чего продолжил трапезу.

– Всё хорошо. Саранча не успокоится никак. – он пожал плечами, а Хелен положила супругу ещё немного жаркого, за что он поблагодарил её. Тем временем Клара уже закончила трапезничать и искренне поблагодарила Хелен, допивая свой бокал вина.

– Вас беспокоят насекомые, Джон? – он посмотрел на неё исподлобья, ухмыляясь, разделывая свою еду.

– Ох, да, они беспокоят всю нашу округу. – в воздухе ножом он прорисовал большой круг, а девочки молча слушали своего отца, субординация за столом была довольно строгой.

– Видимо, нужно дождаться, когда наестся саранча. – Джон улыбнулся и поднялся со своего места, наливая супруге и себе вино, а затем поднимая бокал, взглянул на гостью.

– Боюсь, тогда от Рейха ничего не останется. За Рейх и за Японскую империю, чьё содружество подарило нам всем такую дружбу. – Клара, как и все остальные, встала со своего места и подняла бокал, после чего отпила вино и перевела свой взгляд в сторону.

После ужина семейство Смит перешло в гостиную, где они смотрели все вместе фильм за десертом и чашечкой чая. Девочки ушли спать после девяти вечера, а вот взрослые досидели до конца, почти наступила полночь.

– Мне пора домой. Спасибо большое за гостеприимство. – девушка положила чашечку чая на журнальный столик и поднялась со своего места, поправляя слегка задравшееся на себе платье.

– Клара, уже так поздно, да и завтра выходной. Оставайтесь, у нас есть замечательная гостевая комната. А после завтрака Джон лично отвезёт Вас, правда, дорогой? – этот вечер для Хелен оказался очень приятным, поскольку сегодня мисс Освальд раскрылась для неё не только как лечащий доктор, но как и подруга, чего ей очень не хватало, потому что та жизнь и те связи, что были между ней и другими женщинами, оборвались со смертью Томаса.

– Разумеется, милая. – он поцеловал супругу в висок, продолжая сжимать в объятиях и улыбаться.

– Благодарю, но мне крайне неловко. – Джон встал со своего места и забрал из рук Клары её маленькую сумочку, демонстрируя этим решительность.

– Отбросьте всё это в сторону, Клара, мы теперь совсем не чужие друг другу люди. – он приподнял свои брови, а затем ухмыльнулся, а она выдавила нервный выдох, поджимая губы. Решение было принято. Она должна была только ему подчиниться.

– Хорошо, спасибо. – Хелен радостно встала со своего места и обняла девушку, а та улыбнулась ей, сквозь плечо смотря на Джона, не испытывая в отличии от них радости этих событий.

Миссис Смит, как и подобает настоящей хозяйке дома, довольно оперативно подготовила гостевую спальню для их гостьи, предоставив ей также ночное одеяние. Перина была довольно мягкой. Комната же была обустроена довольно уютно, особенно Клару привлекали мансардные окна, обставленные вокруг со всех сторон светящейся гирляндой, которую она включила. Кажется, это была идея девочек. И правильно. Это придавало особый шарм, смотреть на город с высоты птичьего полёта среди миллионов огней.

Она совершенно не могла уснуть, возможно дело было в новом месте, а возможно в том, что она всё обдумывала происходящее между ней и оберстгруппенфюрером, особенно их взгляды и его явное стремление показаться в их отношениях главным. Но к чему это, если между ними ничего не было и не могло быть. Клара решила сходить выпить воды, полагая, что холодная жидкость поможет ей собраться с мыслями, к тому же время уже было около трёх часов ночи. Она вышла из спальни, направляясь на кухню, погружённая в собственные мысли настолько, что не сразу расслышала голоса. Найдя в полной темноте выключатель, она включила свет и в шоке выпятила глаза, тут же выключая свет и разворачиваясь, для пущего эффекта закрывая глаза одной рукой.

– Чёрт, простите! – она обнаружила на кухне Джона и Хелен, которые были заняты явно не ночным дожором с холодильника, у них были самые настоящие страсти прямо на барной стройке, что подтверждалось тем, что они были абсолютно голыми.

– Клара, мы не думали, что Вы ещё не спите. – Джон тут же отстранился от супруги, дотягиваясь до собственного халата, который она стянула с него немного ранее. Хелен лишь виновато хихикала в шею мужа, крепко его обнимая.

– Да, мне не спалось и я решила выпить воды, но кажется чтобы уснуть теперь мне нужно что-то покрепче. – девушка не ожидала, что Хелен воспримет её рекомендацию о возобновлении интимных отношений с мужем так стремительно и рьяно, но, кажется, это пошло им обоим на пользу, ведь Клара ещё никогда не слышала такого непринужденного голоса оберстгруппенфюрера Смита.

– Вы можете взять, что пожелаете, в глобусе, он раскрывается. – Джон пытался утихомирить супругу, но, кажется, эта ситуация только сильнее её разгорячила, как не вовремя только.

– Да, спасибо, так и сделаю. – девушка кивнула в знак согласия и направилась прочь.

– Простите нас, Клара! – смеясь произнесла Хелен, целуя супруга в губы, стаскивая с него этот ненужный халат.

– Доброй ночи! – лишь громко ответила девушка, сама рассмеявшись от нелепости ситуации. Она прошла в гостиную к бару в виде глобуса, выглядел он довольно старинным, возможно, он даже был Викторианской эпохи. Она достала целую бутылку бренди, однако, услышав грохот посуды с кухни, осознала, что не направится сейчас в свою спальню. Девушка тут же стремительно направилась в его кабинет, оставив дверь слегка приоткрытой, чтобы всё слышать. Положив бутылку на пол, Клара подошла к рабочему столу, всматриваясь в телефон, что был на нем, она стала рыскать по полкам, что были в столе, где нашла нужную папку под названием «Саранча». Раскрыв её, она заметила, что папка была почти пустой, внутри неё были лишь директивы Берлина, которые отсылали на рейхсмаршала, везде стоял штамп о том, что его нужно уничтожить, более того, она увидела дату, несколько раз обведённую красным маркером. Изучив ещё некоторое время содержимое папки, Освальд вернула её на место, а затем, взяв бутылку с алкоголем, закрыла дверь в кабинет, словно здесь ничего не было, а затем направилась к себе в гостевую спальню, запираясь на замок. Смиты и не заметили передвижений Клары, поскольку были очень заняты друг другом сейчас, а она получила то, ради чего и прибыла на этот ужин.

***

На следующий день Освальд завтракала вместе со Смитами, не проронив и слова, все разговоры были формальными, лишь улыбки выдавали их ночное столкновение.

Джон, как и обещал, довёз Клару в целости и сохранности домой, за что она и поблагодарила его, но он не был готов так стремительно отпускать её прочь, он хотел с ней поговорить, и она заметила это по заблокированным дверям.

– Клара, с тех пор, как мы знакомы, я всё хотел задать Вам вопрос. – девушка отстегнулась со своего места и внимательно посмотрела на него, слегка наклоняя голову назад, отчего его вновь пронзила мысль, что что-то было не так с её карими глазами, но он не мог понять что.

– Чего же стесняетесь? После этой ночи, между нами, явно больше не может быть секретов. – Джон лишь засмеялся, почесав виновато свой затылок и пожав плечами, потому что это действительно был неловкий инцидент.

– Почему Вы так добры к моей семье? – она взглянула на него, прищурив глаза, прикусывая изнутри поджатые губы, на миг ему показалось, что она насмехалась над ним, и на самом деле это было так.

– А Вы везде ищете подвох. Что ж, я Вас не осуждаю, такая у Вас работа. Но знаете, Джон, Вы не единственный, кто потерял близкого себе человека в этой войне. Такая история есть у каждого. – Клара пожала плечами и ухмыльнулась, всматриваясь в окно, но его следующие слова тут же заставили её обернуться к нему, причём не очень радостной.

– Ваш супруг, да, мне известно. – не выдержав, она ударила его по плечу, отчего они оба застыли на мгновение, а затем засмеялись от напряжения, что пронзило их обоих.

– Джон, я настаиваю, чтобы Вы избавились от моего личного дела. – она вздохнула, так слабо, заикаясь, будто сейчас ей не хватало воздуха.

– Да, у меня был муж. Мы очень любили друг друга. Но когда началась война, его, как и всех других мужчин, способных сражаться, призвали на фронт. Он умер в первый год, мне пришло извещение. Знаете, у него даже собственной могилы нет. Захоронен вместе с остальными в братской. – Клара ощутила, как слёзы стали катиться по щекам, отчего она только сильнее разозлилась, потому что терпеть не могла проявлять слабость, а он, пожалуй, впервые видел её такой обычной.

– Держите. – он протянул ей белоснежный платок, который она приняла с благодарностью и тут же вытерла слёзы, смотря на Смита в ответ.

– Спасибо. Я была на месте Хелен и прекрасно знаю, что это такое, лишиться смысла жизни и утонуть в этой боли. Но мне никто не помог от неё избавиться, я справилась со всем сама. Эта боль так ужасна, что никто другой не должен её испытать. Поэтому, я так веду себя. Доброта должна стать новой нормой этого общества. – Джон снял блокировку с дверей, и Клара смогла выйти из машины. Она закрыла за собой дверь и облокотилась на раскрытое окно, сообщая ему, что вернёт платок, как только постирает. Девушка стала идти в дом, но тут её остановил голос оберстгруппенфюрера, он вышел из машины и смотрел ей в след.

– Вы все ещё верите в него после всего? – Клара обернулась к нему лицом и лишь пожала плечами, кивая.

– Надежда позволяет бороться дальше. Всего доброго, Джон. – она помахала ему рукой и побежала внутрь дома, поднимаясь стремительно пешком по лестнице, она буквально влетела в свою квартиру и улыбнулась. Освин тут же подошла к окну и заметила Джона, который будто ждал, чтобы она поднялась к себе. Девушка помахала ему рукой, и он отдал ей честь, после чего сел в свою машину и уехал прочь.

– Как всё прошло? – мужской голос раздался за её спиной, человек вышел из её спальни, а её улыбка тут же исчезла, она выпрямилась и развернулась лицом к его обладателю. Перед ней стоял довольно старый мужчина, который был одним из её соседов, которого видел Джон, стоя на пороге её квартиры.

– Бурно и оживлено. – Клара сняла свои туфли на каблуках и стала расстёгивать платье, проходя в спальню, а мужчина последовал за ней, наблюдая за девушкой с двери. Скинув платье к ногам, она достала домашнюю одежду и стала в неё облачаться, присев на кровати.

– Ты заполучила то, ради чего шла туда? – голос был холодным и расчётливым, с которым она обязана была соблюдать определенную субординацию.

– Конечно. Иначе быть не могло. – Освин одела широкий свитер и домашнюю мягкую юбку, проходя на кухню, включая чайник, чтобы они могли спокойно поговорить. Клара сделала чай для них двоих, присев напротив него, закидывая ногу на ногу.

– Прекрасный чай.

– Благодарю, сэр. Штаб был прав. «Саранча» и есть тот самый секретный проект, с помощью которого Рейх намерен выиграть эту войну. Директивы идут с самого Берлина. – мужчина закурил сигарету, внимательно слушая девушку.

– И в чём он заключается? – мужчина спокойно допивал свой чай, не делая абсолютно никаких пометок, потому что запоминал всё самостоятельно.

– Это ещё неизвестно, сэр. Дело заключается в том, что сейчас Рейх оценивает оберстгруппенфюрера Смита и нынешнего рейхсмаршала. Вопрос идёт о жизни и смерти. Именно поэтому Берлин проверяет Смита рейхсмаршалом, который желает его убить, для этого и идёт сейчас вся эта пропаганда с участием его убитого сына. Оценивают его стойкость и верность Рейху.

– Мы получали твои отчёты. Руководство довольно тем, что ты стала так близка к Смитам. Продолжай в том же духе. Ты должна стать частью их жизни.

– А что потом? Смит сказал, что, когда наестся саранча, от Рейха ничего не останется. Представляете себе масштаб оружия, сэр? – Клара искренне не понимала такую спокойную реакцию своего связного, поскольку для неё здесь не было абсолютно ничего нормального, это было опасно и ещё как. Ведь если Рейх начал бы исполнять протокол «Саранча», то они победили бы войну.

– Когда руководству будет это нужно, ты осуществишь задуманное нами. Приказ ясен? – она убрала чай в сторону и серьезно взглянула на него, тяжело сглатывая, делая глубокий вдох.

– Да, сэр.

– Чудно. – в этот момент он встал со своего места и молча вышел из квартиры, а она тяжело выдохнула и убрала посуду в раковину, сжимая её крепко, пытаясь собраться с мыслями. Она не рассчитывала, что эта миссия затянется так надолго, но она была обязана завершить её.

========== Разоблачения. ==========

Несколько дней спустя.

– Это здесь? – поинтересовался Смит, когда его машина остановилась у непримечательного порога спортивной секции.

– Да, сэр. – промычав что-то в ответ, Джон вышел из машины и велел Эриху уезжать и не ждать его, у него были довольно обширные планы на сегодняшний день. Получив приказ, верный служитель СС тут же исчез, а Смит молча вошёл внутрь.

Сегодня он был одет в самую обычную одежду, которая и не выдавала в нём столько высокопоставленного мужа СС. Он продемонстрировал собственное удостоверение юной девушке на стойке администратора, сообщив, что ему нужна мисс Клара Освин Освальд. Оказалось, что она всё ещё была на занятии айкидо и ему нужно было её дождаться. Чтобы скрасить своё ожидание, оберстгруппенфюрер решил пройти внутрь спортивного зала и понаблюдать за девушкой в живую. И он не ошибся. Клара была единственной молодой арийской девушкой в окружении взрослых мужчин, предположительно японцев. Все они были в белом кейкоги, разве что пояса позволяли их различать. Брови Джона приподнялись в удивлении, а на устах появилась ухмылка, когда он заметил, что у девушки был чёрный пояс, который она успела получить явно не за свои таинственные глаза. С особым ловкостью и умением Клара противостояла довольно крупному и взрослому мужчине, каждый раз одерживая верх над ним. Смит никак не мог понять, как же ей, коротышке в прямом смысле, слишком любящей командовать, с причудливым вздернутым кончиком носа, маленькими руками, удавалось выигрывать каждый раз. За всё то время, что он наблюдал за ней, она ни разу не оказалась на спине, проигравшей. Удивительно. В конце концов мастер прервал этот очевидно неравный бой и девушка встала позади него, держа руки снизу, склонив голову.

– В этом красота айкидо. Цель не в том, чтобы повредить противника. Это искусство защиты, а не нападения. Требуется умение, а не сила, чтобы обратить агрессию оппонента против него. Так женщина может победить мужчину, который в два раза больше неё. – он похлопал Кларе, после чего тренировка завершилась и мужчины удалились к себе в гардеробную, пока девушка поправляла слегка развязавшийся на себе наряд.

– Это было удивительно. – от мужского голоса она дёрнулась и тут же посмотрела в его сторону, где увидела уже хорошо известного ей мужчину, отчего засмеялась, приподнимая свои широкие и густые бровки-домиком.

– А Вы тут что забыли? Хотите сказать, что проезжали мимо на работу и решили меня навестить? – Джон облизнул свои пересохшие губы и прикусил их после, отрицательно мотая головой и пожимая плечами.

– Нет, Клара, на самом деле я приехал к Вам. – она перестала смеяться и лишь взволнованно ухмыльнулась. Во время тренировок девушки были обязаны убирать свои волосы, пусть даже их было и немного. Освин тут же потянулась рукой назад за резинку и освободилась от неё, слегка помотав головой.

– Чем же я обязана Вашему визиту, оберстгруппенфюрер?

– Нет. – он отрицательно цокнул и сделал несколько шагов к ней навстречу, после чего позволил себе зарыться рукой в её волосы, поправляя причёску, отчего она затаила дыхание.

– Просто Джон, помните? – девушка лишь закивала, уводя свой взгляд прочь от него, потому что он обладал удивительным даром давить на неё своим чертовским обаянием.

– Мне хотелось бы поговорить с Вами, Клара, о многом. Я решил, что в силу своей профессии Вы сможете мне помочь так же, как и помогли Хелен. – Джон убрал свои руки в карманы пальто, что было на нём, а девушка сделала один шаг назад, с подозрением на него смотря.

– Вы хотите сеанс психоанализа? – поверить в это ей было довольно трудно, но Джон был настроен решительно, она видела это в его холодных зелёных глазах, которые часто напоминали ей траву в освещении тёплого солнца, в его нервной ухмылке, постоянном прикусывании и облизывании собственных губ, и попытках обставить всё совсем не так, чем это являлось на самом деле.