355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Честер Нимиц » Война на море (1939-1945) » Текст книги (страница 22)
Война на море (1939-1945)
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 10:44

Текст книги "Война на море (1939-1945)"


Автор книги: Честер Нимиц


Соавторы: Элмер Поттер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 33 страниц)

В 13.35 были замечены следы четырех торпед с правого борта авианосца. Это были торпеды японской подводной лодки "I-168", которая после обстрела Мидуэя утром 5 июня получила приказ следовать к поврежденному авианосцу. Эсминец "Хэмманн" не успел отойти от борта авианосца. Одна торпеда попала в борт эсминца, а две другие прошли под ним и ударились в борт авианосца. Эсминец "Хэмманн" быстро затонул, причем взрывом была убита большая часть его экипажа. После этого некоторые корабли занялись спасением команды, а другие погнались за подводной лодкой. Им удалось нанести ей лишь незначительные повреждения, и она, подбитая, все-таки добралась до острова Курэ, где встала на ремонт. "Йорктаун" некоторое время еще оставался на плаву, медленно погружаясь, а затем рано утром 7 июня перевернулся на правый борт и затонул.

Заключение

Победа в сражении у атолла Мидуэй была достигнута в результате успешных действий американской разведки. Добиваясь внезапности, японцы сами были застигнуты врасплох. Кроме того, они допустили ряд крупных ошибок, которыми умело воспользовалось американское командование. Как и во время боя в Коралловом море, здесь все зависело от эффективности действий авиации, но в отличие от этого боя японцы так и не сумели использовать свое огромное превосходство в самолетах и в надводных кораблях.

Американцы действовали в этом сражении гораздо грамотнее, чем в Коралловом море. Более внимательное наблюдение за противником и хорошая связь принесли свои плоды. Значительно более успешным могло быть и преследование противника, если бы американцы раньше осознали, что японцы отступают. Действуя энергичнее, можно было бы спасти и "Йорктаун".

В этом сражении японцы потерпели первое крупное поражение. Американцы потеряли один авианосец и один эсминец, а японцы – четыре авианосца и тяжелый крейсер. США потеряли 150 самолетов; Япония -322. В сражении погибло 307 американцев, а потери японцев составили 3500 человек, в том числе несколько сотен первоклассных летчиков. Эта потеря явилась одной из самых важных. Возможно, именно она решила в конечном счете судьбу Японии.

Сражение у Мидуэя явилось поворотным моментом войны. После него японцы уже не имели преимуществ, необходимых для возобновления широких наступательных действий. С этим сражением для США закончился чисто оборонительный период войны, и инициатива стала постепенно переходить в руки американцев.

Глава девятая. Гуадалканал

Наступление союзников. – Бой у острова Саво. – Бой у Тассафаронга. Освобождение Гуадалканала. – Освобождение Папуа. – Заключение.

Сражение у Мидуэя поколебало веру японцев в свою непобедимость. Уже через неделю после него императорская ставка отказалась от планов вторжения в Новую Каледонию и от захвата островов Фиджи и Самоа в июне 1942 года, как было задумано. Главной задачей для них теперь стало укрепление своего внешнего оборонительного рубежа.

На острова Бисмарка прибыл вице-адмирал Микава с соединением крейсеров и эсминцев. Для усиления авиации на Новой Гвинее, на островах Бисмарка и на Соломоновых островах туда было переброшено много самолетов и различного оборудования. Однако ликвидировать полностью угрозу со стороны союзников в этом районе японцы были не в состоянии. США прочно удерживали свою базу в Порт-Морсби. После неудачных попыток флота добиться захвата Порт-Морсби эту задачу поставили сухопутной армии Японии, силы которой должны были пересечь Новую Гвинею в районе хребта Оуэн-Стэнли и выйти на ее южное побережье. Чтобы обеспечить свой фланг в этом наступлении, японцы бомбардировали аэродром на острове Гуадалканал в 20 милях к югу от базы японской морской авиации на Тулаги, которая к этому времени уже полностью вступила в строй.

Исход сражения у Мидуэя открыл перед союзниками новые возможности. Теперь, когда противник потерял превосходство в силах, наступило время взять инициативу в свои руки и остановить его продвижение, применяя наступательную тактику при общей оборонительной стратегии. Действия противника в будущем должны были выявить направления вероятных ударов,

Еще в феврале 1942 года адмирал Кинг указывал на японскую базу в Рабауле как на вероятный трамплин для дальнейшего наступления японцев. Чтобы подготовиться к этому наступлению противника и обеспечить себе плацдарм для будущего контрнаступления через Соломоновы острова и архипелаг Бисмарка, Кинг приказал создать базу на острове Эфате в группе Новых Гебридов. Он сформировал отдельное командование в южной части Тихого океана, подчиненное адмиралу Нимицу, командующему силами США в центральной зоне Тихого океана, и назначил вице-адмирала Гормли командующим в южной части Тихого океана. Гормли быстро сформировал в Окленде свой штаб и тут же приступил к организации второй базы на Новых Гебридах – на острове Эспириту-Санто.

План командования ВМС США заключался в высадке десанта в юго-восточной части Соломоновых островов. Для высадки предназначалась 1-я дивизия морской пехоты; операция должна была поддерживаться авианосцами. Здесь американцы решили построить аэродромы, чтобы затем обеспечить с них захват следующих островов этой группы и последующее наступление на Японию. Каждая новая высадка десанта должна была прикрываться авиацией с сухопутных аэродромов, пока основная база японцев Рабаул не окажется под угрозой интенсивной бомбардировки с воздуха. Каждый новый "шаг вперед" не должен был превышать 300 миль. Это определялось радиусом действия тогдашних истребителей.

После сражения у Мидуэя адмирал Нимиц и генерал Макартур придерживались того мнения, что контрнаступление нужно начинать как можно скорее. Адмирал Нимиц, как главнокомандующий Тихоокеанским флотом и всеми силами США в зоне Тихого океана, распоряжался морской пехотой и транспортами, которые должны были доставлять ее к месту высадки, а также авианосцами и другими боевыми кораблями, которые обеспечивали поддержку высаживающихся частей морской пехоты. Между тем Соломоновы острова входили в юго-западную часть Тихого океана, где командование осуществлял генерал Макартур. Поэтому естественно, что адмирал Нимиц и генерал Макартур имели все основания оспаривать друг у друга право руководить всей операцией. У Макартура были свои планы относительно предстоящего наступления. "Дайте мне флот с авианосцами и 1-ю дивизию морской пехоты, – говорил Макартур, – и я отберу у японцев Рабаул одним ударом".

Смелая стратегия Макартура имела основания. Рабаул быстро укреплялся и становился очень сильной базой. Каждый месяц промедления делал его все более неприступным, В то же время, окажись Рабаул снова в руках союзников, японцы на Соломоновых островах и в Папуа были бы отрезаны от своих основных сил, а вместе с тем ослабла бы и угроза Австралии и морским коммуникациям союзников. Для союзников в этом случае открывалась возможность наступления на Филиппины. Однако командование флота США неизменно возражало против посылки авианосцев и единственной дивизии морской пехоты в район Соломоновых островов, опасный своими рифами, из которых многие даже не нанесены на карту. Позднее, когда появилось больше авианосцев и увеличилась численность морской пехоты, американцы стали позволять себе такие смелые операции. Пользуясь только авиационной поддержкой, они в дальнейшем проводили многочисленные комбинированные операции. Но в то время, когда авианосцев и морской пехоты еще не хватало, они считали более благоразумным действовать осторожно, шаг за шагом приближаясь к цели, чтобы достичь успеха при наименьших потерях.

Нимиц и Макартур являлись полновластными хозяевами в своих районах, поэтому только в Вашингтоне можно было найти выход из создавшегося тупика. Имелись и другие трудности, вытекавшие из того, что на одном театре было два главнокомандующих. Не следовало ли в таком случае объединить командование на всем Тихоокеанском театре в одних руках? Были убедительные аргументы и "за", и "против". Дело в том, что охватить все проблемы на фронте, простиравшемся от Алеутских островов до Австралии, одному лицу было трудно. Плохо ли, хорошо ли, но победило именно это мнение, и в юго-западной части Тихого океана командовал Макартур, а в центральной – Нимиц. Каждое командование осталось независимым и подчинялось комитету начальников штабов США.

После целого ряда совещаний генерал Маршалл и адмирал Кинг пришли к соглашению и 2 июля 1942 года издали совместную директиву, которая в значительной мере поддерживала предложения командования ВМС США. По этой директиве, первыми операциями, то есть захватом островов Санта-Крус, порта Тулаги и примыкающих к ним районов, должен был руководить адмирал Нимиц. Чтобы упростить вопросы командования, граница между южным и юго-западным районами Тихого океана была установлена по 159-му меридиану восточной долготы, то есть западнее острова Гуадалканал. С выходом союзников в район Тулаги стратегическое руководство, по этой директиве, должно было перейти к Макартуру, который должен был организовать наступление в направлении Соломоновых островов с нанесением одновременного удара из Папуа по Саламоа и Лаэ. Оба эти направления должны были сойтись в Рабауле. Первую высадку десанта назначили на I августа. Операция получила название "Уотчтауэр".

В ожидании директивы комитета начальников штабов США адмирал Нимиц к началу июля почти полностью закончил планирование операции "Уотчтауэр".

На вице-адмирала Гормли, как заместителя Нимица в южной части Тихого океана, возлагалось общее руководство операцией, а вице-адмиралу Флетчеру, отличившемуся в Коралловом море и у атолла Мидуэй, поручалось командование экспедиционными силами. Из штаба адмирала Кинга прибыл контр-адмирал Тернер, который возглавлял там отдел планирования. Теперь ему предстояло возглавить десантные силы. 1-й дивизией морской пехоты, которая предназначалась для высадки, командовал генерал-майор Вандегрифт, который в свое время приобрел большой опыт боевых действий в джунглях Никарагуа и был хорошо знаком с теорией и практикой десантных операций.

Конечно, месяца было недостаточно. За такой короткий срок нельзя было собрать все силы, отработать детали операции, закончить тренировку и провести репетицию. Трудно было также рассчитывать на то, что подкрепления и предназначенные для поддержки авиация и надводные корабли прибудут вовремя. Кроме того, во всех действиях союзников в это время получила приоритет высадка в Северной Африке (операция "Торч"), Нельзя было трогать и те три дивизии генерала Макартура, которые предназначались для защиты Австралии. Далее, ВМС США должны были выделить часть своих сил для пополнения гарнизонов, которые нужно было формировать после занятия островов. Поэтому органы, планировавшие операцию "Уотчтауэр", вскоре окрестили ее новым названием – "Шустринг".

Во время совещаний Флетчера, Тернера и Нимица в Пирл-Харборе американцам стало известно, что японцы строят на острове Гуадалканал взлетно-посадочную полосу. Это сообщение еще больше затруднило планирование операции "Уотчтауэр". Теперь приходилось рассматривать Гуадалканал как дополнительный объект, а поэтому район операции, ранее ограниченный островами Санта-Крус и Тулаги, намного увеличивался. Но Кинг и Нимиц не могли прибавить к сроку подготовки этой сложной операции больше недели. Начало операции было окончательно назначено на 7 августа. Аэродром на Гуадалканале должен был быть захвачен раньше, чем японцы смогли бы закончить его строительство, Победа должна была остаться за тем, кто будет первым на Гуадалканале – японские самолеты или американская морская пехота.

В конце июля положение изменилось: японцы высадили десант в составе 1800 человек в районе Буны, на северном побережье Новой Гвинеи, в юго-восточной ее части. Это создало Макартуру немало хлопот, так как его силы сами намеревались занять этот важный пункт. Однако командованием в южной части Тихого океана эта новость была встречена с некоторым облегчением, поскольку это свидетельствовало о том, что внимание японцев сосредоточено на Порт-Морсби, а не на Соломоновых островах,

Наступление союзников

Выйдя из таких удаленных друг от друга пунктов, как Веллингтон, Сидней, Нумеа, Сан-Диего и Пирл-Харбор, союзные силы, участвовавшие в операции "Уотчтауэр", 26 июля пришли в точку встречи, южнее островов Фиджи. Эта группировка насчитывала в общем до 80 кораблей. Адмирал Флетчер собрал на своем флагманском корабле, авианосце "Саратога", срочное совещание. Адмирал Гормли, передислоцировавший свой штаб на остров Нумеа, не мог присутствовать на этом совещании. Обсудив все планы и проведя не совсем удачно репетицию высадки десанта, командование экспедиционными силами направило свои корабли на запад. В Коралловом море они повернули на север, взяв курс на Гуадалканал.

Остров Гуадалканал является вершиной некогда скрывшегося под водой горного хребта. Его южный берег круто обрывается к морю, а на севере горы постепенно понижаются. Именно здесь имеются условия для создания аэродрома. В этом районе, в долине Лунга, покрытой густым тропическим лесом и пересекаемой многочисленными мелкими реками и ручьями, японцы и начали строительство своего аэродрома. Естественно, этот район и должен был стать районом высадки десанта. Вторым объектом явилась японская база гидросамолетов в Тулаги, в 20 милях севернее Гуадалканала,

Под вечер 7 августа при ясном небе группа авианосцев в составе "Саратоги", "Энтерпрайза" и "Уоспа" подошла к острову Гуадалканал с юга. В это время десантные силы Тернера прошли вдоль западного берега острова. Затем, разделившись на две группы, они обогнули остров Саво и вышли в широкий пролив, который впоследствии стали называть проливом Железное дно из-за большого количества потопленных там кораблей.

Когда с восходом солнца морская пехота начала высадку, оказалось, что для японцев этот десант явился полной неожиданностью. Поэтому в начале высадки практически никакого сопротивления оказано не было.

К ночи десант морской пехоты численностью около 10000 человек был уже на острове. Один батальон продвинулся вдоль берега на запад, в то время как другой углубился в джунгли в юго-западном направлении. Большая часть японцев, в основном строительные рабочие, сбежала на запад еще во время обстрела острова, и только горстка наиболее решительных бойцов осталась оборонять этот район. С ними морская пехота встретилась уже на следующий день. В коротком бою эта группа японцев была быстро уничтожена. После полудня 8 августа морская пехота овладела всеми постройками и складами, заняла электростанцию и захватила значительные запасы продовольствия, обмундирования и стрелкового оружия. Немного позднее была занята и взлетно-посадочная полоса, в дальнейшем ставшая известной как аэродром Гендерсон.

У северного побережья острова операция протекала менее успешно. Здесь объектами нападения явились три небольших островка, расположенных в бухте острова Флорида, – Тулаги, Танамбого и Гавуту; два последних были соединены между собой узкой дамбой. На этом участке, несмотря на интенсивную поддержку кораблей и авианосной авиации, морская пехота США встретилась с большими трудностями.

На острове Тулаги атакующие довольно легко овладели берегом, но, поднявшись на возвышенность, встретили упорное сопротивление противника. Остров Гавуту пришлось захватывать лобовой атакой под ружейно-пулеметным огнем противника. Попытка захватить остров Танамбого с ходу 7 августа окончилась неудачей. Вандегрифту 8 августа пришлось почти вдвое увеличить состав атакующих сил, доведя их численность с 780 до 1500 человек. Для этого он использовал все свои резервы, а это значило, что следующую фазу операций по захвату островов Санта-Крус нужно было либо временно отложить, либо вообще отказаться от нее.

Через несколько часов после высадки десанта над проливом появились японские бомбардировщики и истребители. Предупрежденные береговыми наблюдателями, американские авианосцы подняли навстречу противнику свои истребители. Своевременно узнав о приближении японских торпедоносцев, адмирал Тернер на следующее утро встретил их ураганным огнем. В коротком бою почти все японские самолеты были уничтожены.

Этот успех был обеспечен службой берегового наблюдения австралийских ВМС, которая еще до войны, в 1939 году, развернула на островах Бисмарка и Соломоновых сеть портативных радиостанций, обслуживаемых специальными людьми. Многие из этих станций продолжали нелегально работать и после оккупации островов японцами. Они сослужили союзникам большую службу, своевременно предупреждая их о появлении кораблей, авиации и войск противника. Такая же сеть радиостанций была развернута новозеландцами на островах Гилберта, Фиджи и Эллис.

Экспедиционные силы понесли от воздушных атак незначительные потери: авианосцы потеряли 18 истребителей, два эсминца получили легкие повреждения, один транспорт затонул. К вечеру 8 августа большинство транспортов успело выгрузить не более 25 процентов грузов, и поэтому Тернер счел необходимым остаться в проливе Железное дно еще по крайней мере на два дня. В это время поступили два донесения, которые решительно меняли дело. Первое говорило о том, что адмирал. Флетчер просил разрешения у адмирала Гормли отвести свои авианосцы из района Гуадалканала, мотивируя свою просьбу большими потерями в истребителях и необходимостью пополнить запас топлива. Второе донесение прибыло из штаба Макартура. Утром летчик австралийского патрульного самолета обнаружил японские корабли, входившие в пролив (впоследствии он стал известен как пролив Слот) между островами Нью-Джорджия и Санта-Исабель. Вместо того чтобы немедленно передать сигнал тревоги по радио, как его инструктировали, летчик доложил об этом только по возвращении на базу. Таким образом, было потеряно несколько часов. К тому же летчик заявил, что не смог определить точно, какие это были корабли; ему показалось, что это были авиатранспорты. Тернер решил, что противник намерен создать базу гидросамолетов где-нибудь в центральной группе Соломоновых островов. Не имея поддержки авианосной авиации, Тернер не нашел ничего лучшего, как отступить. Поэтому он послал телеграммы генералу Вандегрифту и контр-адмиралу Крачли, который командовал группой кораблей прикрытия, требуя, чтобы они явились к нему на флагманский корабль, где он объявит им это решение и они совместно составят план дальнейших действий.

Крачли, сам спешивший в точку рандеву на крейсере "Австралия", не дал никаких указаний на случай атаки его соединения японскими надводными кораблями и не назначил никого, кто командовал бы крейсерами и эсминцами во время его отсутствия. Эти корабли находились в пониженной готовности и были разделены на несколько групп, слишком удаленных друг от друга, чтобы в случае нужды оказать взаимную поддержку. Слабые силы прикрытия в составе нескольких эсминцев и тральщиков располагались у места высадки десантов на Гуадалканал и Тулаги, где стояли транспорты. Одна крейсерско-миноносная группа патрулировала в проходе между островами Саво и Флорида, другая – между Саво и Гуадалканал ом, третья охраняла восточные проходы. К северо-западу от острова Саво находился радиолокационный дозор в составе двух эсминцев. Остальные подходы к проливу Железное дно не охранялись совсем.

Бой у острова Саво

Японские силы, обнаруженные австралийским самолетом утром 8 августа, на самом деле включали пять тяжелых и два легких крейсера и эсминец. Ими командовал адмирал Микава. Микава шел в пролив Железное дно, чтобы ночной атакой своих кораблей уничтожить транспорты союзников и помешать высадке десанта.

В течение многих лет японский флот отрабатывал действия в условиях плохой погоды и видимости, чтобы тем самым возместить недостаток своих сил. Большинство крупных учений японцы проводили в штормовых условиях в северной части Тихого океана. Обстановка бывала настолько тяжелой, что в каждом учении оказывалось немало потерь. Для ночных действий японцы усовершенствовали свои бинокли, создали надежные осветительные снаряды и ракеты. Их торпеды "Лонг лэнс", имевшие боевой заряд весом до 500 кг и дальность хода до 11 миль при скорости 49 узлов или 20 миль при скорости 36 узлов, были самыми совершенными в мире. В силу ограниченности своих ресурсов японцы привыкли ориентироваться на внезапность удара в сочетании с неблагоприятными условиями природы, что давало им определенное преимущество перед противником.

К вечеру 8 августа корабли "адмирала Микава вошли в пролив Слот и направились прямо к Гуадалканалу. Поздно вечером с двух крейсеров были подняты в воздух гидросамолеты, которые улетели вперед, чтобы разведать положение американских кораблей и обеспечить освещение цели, когда это потребуется.

Никогда еще после Пирл-Харбора американские силы не были атакованы столь внезапно. Как только японские самолеты осветили район скопления целей парашютными осветительными ракетами, крейсера адмирала Микава напали на южную группу крейсеров, открыв по ним артиллерийский огонь и выпустив торпеды. Эсминец "Пэттерсон" открытым текстом по радио поднял тревогу, но было уже слишком поздно. Прежде чем корабли союзников сумели изготовиться к бою, японские торпеды разорвались у носовой части крейсера "Чикаго" и у борта австралийского тяжелого крейсера "Канберра", на котором тут же вспыхнул сильный пожар. Не встретив сопротивления, японские корабли разделились на две группы: три крейсера пересекли курс северной группы союзных кораблей впереди, а четыре – позади. В течение нескольких минут все три американских крейсера "Винсеннес", "Астория" и "Куинси" – были подожжены и дали крен. Крейсеру "Куинси" все же удалось добиться двух попаданий в японский флагманский корабль "Тёкай" и разрушить флагманскую рубку, где было убито 34 человека. В 02.20 адмирал Микава отдал приказ: "Всем кораблям начать отход". Его силы повернули обратно, взяв курс на пролив Слот.

Адмирал Микава, конечно, понимал, что не выполнил всех задач, поэтому хотел вернуться в пролив Железное дно, чтобы уничтожить американские транспорты. Однако он отказался от этой идеи, предполагая, что авианосцы Флетчера уже преследуют его корабли и, вероятно, атакуют их с рассветом. Но все вышло иначе. Флетчер уже получил разрешение отвести свои авианосцы и двигался в обратном направлении. К рассвету 9 августа американские авианосцы находились уже далеко от этого района, и японские ударные силы беспрепятственно миновали пролив Слот.

Крейсера "Винсеннес", "Астория" и "Куинси" затонули вскоре после боя. Крейсер "Канберра", который нельзя было вывести из пролива, был потоплен американским эсминцем в 08.00 9 августа. Японская атака стоила союзникам четырех тяжелых крейсеров и 1000 человеческих жизней. Это нападение заставило японцев еще больше поверить в успех ночных действий.

Едва замерли раскаты боя, как американцы вновь приступили к разгрузке транспортов. Последний корабль десантных сил Тернера покинул пролив Железное дно уже поздно вечером. На Гуадалканале и в Тулаги осталось 16000 человек морской пехоты, у которых имелся всего двухдневный запас продовольствия и немного захваченного у японцев риса.

В течение нескольких дней японцы ограничивались небольшими налетами авиации на новые американские позиции. Несколько раз их обстреливали японские подводные лодки. В сравнительно спокойной обстановке саперы морской пехоты, используя захваченное инженерное оборудование, привели аэродром в состояние, годное для приема легких самолетов. 15 августа четыре американских эсминца проскочили в пролив Железное дно и доставили высаженным войскам авиационный бензин, бомбы и боеприпасы. 20 августа один эскортный авианосец подошел к Гуадалканалу с юго-востока и доставил на новую базу 12 пикирующих бомбардировщиков и 19 истребителей.

Бездеятельность японцев была только кажущейся. На самом деле они решили отвоевать остров Гуадалканал, чтобы обеспечить свои действия в Папуа. И для этого они теперь собирали свои силы. К середине августа весь Объединенный флот японцев сосредоточился у островов Трук. Они собрали здесь 17000 войск. Но при этом японцы допустили грубую ошибку. Полагая, что американцы высадили на Соломоновы острова не более 2000 человек, они направили 11000 человек в Папуа, а остаток решили использовать для удара по Гуадалканалу, чтобы вернуть находящийся на нем аэродром.

Поскольку все японские транспорты были предназначены для обеспечения операции против Порт-Морсби, на Гуадалканал можно было послать лишь несколько сотен человек. Первый конвой с войсками под командованием контр-адмирала Танака был разбит на две группы. Первая в составе шести эсминцев вышла с островов Трук на рассвете 16 августа и, двигаясь со скоростью 22 узла, направилась к Гуадалканалу. Там в течение двух ночей было высажено западнее аэродрома Гендерсон около 900 человек. Вторая группа, отошедшая с островов Трук вскоре после первой, могла следовать только со скоростью 8,5 узла, так как в ее составе были три тихоходных транспорта. Их сопровождали легкий крейсер "Дзинцу" под флагом контр-адмирала Танака и четыре сторожевых корабля.

Когда Танака еще находился в море, медленно продвигаясь вперед со своим конвоем, он и японское командование получили три донесения, которые в корне меняли всю обстановку. Первое донесение, полученное 20 августа, говорило, что ударные авианосные силы Флетчера находятся к юго-востоку от Гуадалканала. Во втором донесении, прибывшем в тот же день, сообщалось, что американские самолеты уже действуют с аэродрома Гендерсон. И, наконец, в третьем донесении, полученном 21 августа, говорилось, что японский десант, высаженный на Гуадалканале в составе 900 человек, был атакован и уничтожен до последнего солдата. Еще больше японцев поразило то, что в бою, известном теперь как бой у реки Тенару, американская морская пехота потеряла всего 25 человек.

Командование японских сил в Рабауле сразу же направило Танака по радио приказ о возвращении. Однако вечером он получил новый приказ, заставлявший его продолжать движение к Гуадалканалу. Вице-адмирал Кондо вышел с Объединенным флотом, чтобы поддержать высадку сил Танака и, если будет возможно, разгромить ударные силы Флетчера. Это решение и привело ко второму крупному морскому бою в этой кампании, известному как бой в восточной части Соломоновых островов.

На рассвете 24 августа силы Танака и Кондо вышли из района низкой облачности, которая до тех пор прикрывала их движение. Танака находился теперь в 250 милях к северу от Гуадалканала, а Кондо с авианосцами "Сёкаку" и "Дзуйкаку", на которых находились крупные силы авиации, – в 40 милях восточнее, прикрывая Танака с фланга. Далеко впереди шла третья группа кораблей во главе с авианосцем "Рюдзё", самолетам которого была поставлена задача нанести удар по аэродрому Гендерсон,

Адмирал Флетчер, корабли которого находились в 150 милях восточнее Гуадалканала, был застигнут врасплох, когда патрульный самолет донес об обнаружении авианосца "Рюдзё". Дело в том, что Флетчер не ожидал встретить крупные силы японского флота и потому отправил авианосец "Уосп" на юг для пополнения запаса топлива. У Флетчера оставалось всего два авианосца, и он не знал точного состава сил японцев, но тем не менее решил взять инициативу в свои руки. Оставив все 53 истребителя "Уайлдкэт" для прикрытия авианосцев, Флетчер в первой половине дня направил 30 бомбардировщиков и 8 торпедоносцев для атаки "Рюдзё". Эти самолеты обнаружили японский авианосец в тот момент, когда он заканчивал подъем в воздух основной массы своих самолетов против аэродрома Гендерсон. В хорошо согласованной атаке американские самолеты быстро потопили "Рюдзё".

Когда затем американские патрульные самолеты обнаружили новую группу японских авианосцев севернее "Рюдзё", Флетчер немедленно приготовился к атаке их из своего района. Он передал управление истребителями контр-адмиралу Кинкейду на авианосце "Энтерпрайз", а сам на авианосце "Саратога" отошел на 10 миль к юго-востоку. Когда радиолокаторы засекли приближение японских самолетов с севера, Флетчер приказал поднять в воздух оставшиеся бомбардировщики и торпедоносцы с задачей найти и атаковать корабли противника. В то же время все истребители были подняты для защиты авианосцев. Истребители Кинкейда решительно атаковали противника, нарушили их строй и сбили несколько самолетов, прежде чем те начали пикирование. Остальные японские самолеты, оставив без внимания "Саратогу", устремились к "Энтерпрайзу", где они попали под ураганный огонь зенитных орудий.

Только трем японским бомбардировщикам удалось прорваться сквозь зенитный огонь и добиться трех прямых попаданий в полетную палубу авианосца "Энтерпрайз". Было убито 74 человека, вышли из строя два подъемника и оказались разрушенными некоторые помещения. В правом борту взрывной волной было пробито большое отверстие. Через шесть минут после первой атаки бой закончился, и остатки японских самолетов ушли на север, преследуемые истребителями. Американцы потеряли всего 15 самолетов. В течение одного часа аварийные партии выровняли небольшой крен авианосца, и он ушел на юг 24-узловым ходом. В это время американские самолеты, не найдя главных авианосных сил противника, атаковали вместо них отдельную группу кораблей и вывели из строя гидроавиатранспорт "Титосе". К полуночи Кондо, потеряв авианосец и 90 самолетов, отошел к островам Трук. Танака же со своим конвоем в сопровождении эсминцев продолжал упорно двигаться к цели и утром подвергся сильной бомбардировке группой самолетов с аэродрома Гендерсон. При этом были нанесены серьезные повреждения крейсеру "Дзинцу" и потоплен один транспорт. Вскоре после этого бомбардировщики В-17 с острова Эспириту-Санто также нанесли удар по конвою Танака и потопили один из эсминцев. Узнав о неудаче первой попытки овладеть Гуадалканалом, японское командование в Рабауле отменило операцию.

Танака был потрясен результатами боя в восточной части Соломоновых островов и едва добрался до базы, организованной японцами на острове Шортленд. 28 августа бомбардировщики с аэродрома Гендерсон уже на закате солнца атаковали и потопили один японский эсминец с войсками, а другому нанесли серьезные повреждения. После этого японцы стали более осторожными, подходя к опасным местам пролива Слот. Зато в пролив Железное дно они начали входить столь регулярно, что американцы прозвали это движение "токийским экспрессом". Высадив на берег людей и выгрузив грузы, японские корабли обстреливали аэродром и быстро удалялись, чтобы к рассвету выйти из пределов радиуса действия бомбардировщиков. Таким образом, американцы под прикрытием самолетов с аэродрома Гендерсон господствовали в водах Гуадалканала днем, а японцы ночью. Всякий раз, когда американцы задерживались там до темноты или решались на смелое предприятие севернее Гуадалканала в ночное время, происходили стычки.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю