Текст книги "Последний дракон Вирхарда (СИ)"
Автор книги: Бренда Горст
Соавторы: Антонина Штир
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)
Последний дракон Вирхарда
Глава 1
Снег окутал долины и горы Вирхарда, завалил проход между Золотой и Серебряной скалами до весны. Мы, драконы, готовились к зимней спячке: складывали в сундуки одежду, запечатывали входы в дома, прятали в укромных местах свои сокровища.
Созданные из огня, драконы не переносят холод, впадая в оцепенение, почти умирая. Наши сердца стучат еле-еле, и дыхание замедляется. Беспомощные, словно игрушки, мы впадаем в зимнюю спячку. Убить дракона в этом состоянии дело настолько лёгкое, что с ним бы справился кто угодно. Поэтому мы уходим в глубокие пещеры в недрах гор, зная, что никто не сможет взобраться на головокружительную высоту Драконьего города. А если и заберётся, то не найдёт вход в пещеры, который сливается с телом горы.
В полумраке и тишине проходят зимы, но ничто не вечно в мире. Весна снова и снова пробуждает наши тела, и мы видим солнце, голубое, чистое небо над Вирхардом и цветущую долину внизу, населённую людьми. Неизменный круговорот вещей в природе: зима – спячка – весна – пробуждение.
Мой пятьдесят первый день Последнего солнца выдался солнечным и тёплым. Выпавший ночью в горах снег к полудню растаял, и по каменным плитам под ногами бежали ручейки воды. Я стояла на краю обрыва, смотрела на долину, деревню внизу и реку по правую руку от домов. От крайнего дома шла дорога к столице Анерона, княжества, на территории которого драконы фактически и жили.
Краем глаза я отметила движение слева, повернулась и увидела горничную королевы Эрэлии Рейлу, испуганно замершую в нескольких шагах от меня.
– Не терпится вернуться домой? – улыбнулась девушке я. – Не переживай, вечером увидишь своих.
Рейла принадлежала к человеческой расе, как и все служанки Вирхарда, и должна была покинуть Драконий город после праздника.
– Да, алейя Марика, – ответила девушка. – Я знаю.
Она не говорила, а шептала, и если бы не драконий слух, я ничего не расслышала бы. Рейла опустила глаза в землю, не смея взглянуть на меня, а руки её перебирали подол серого платья из грубой шерсти.
– Что с тобой, Рейла? Тебе плохо?
– Всё хорошо, алейя. Я пойду, наверное.
Она медленно пятилась назад, словно боялась повернуться ко мне спиной.
– Подожди, Рейла.
Я схватила служанку за руку, пытаясь задержать. Нужно выяснить, почему она так странно себя ведёт.
– Тебя кто-то обидел? Может быть, Варис?
Этот несносный самодовольный дракон так и норовил поиздеваться над человеческими женщинами, а Рейла не могла дать отпор.
– Эл Варис? – рассеянно переспросила Рейла. – Нет, я его не видела. Пожалуйста, отпустите меня, алейя Марика. Мне правда нужно.
Она наконец взглянула на меня, и мне показалось, что в глубине её прозрачно-голубых глаз притаился страх.
– Ты можешь мне довериться, Рейла. Расскажи, что тебя мучает.
Но девушка лишь молча качала головой. Поняв тщетность своих усилий, я выпустила её руку, и Рейла бросилась прочь от меня, к замку Его Величества. Вдруг она обернулась, крикнула на бегу – откуда голос взялся:
– Простите, алейя Марика. Простите меня.
И скрылась за стеной ближайшей каменной постройки. Что ж, может, она просто устала, не важно. Какое мне дело до человечки, когда праздник на носу.
Несколько часов спустя драконы заполнили галерею королевского замка, где традиционно проводились пиры и отмечались важные события. Как всегда, столы ломились от вкусной и жирной еды: мясо кролика, косули и молодых барашков, тетеревов и рябчиков источало восхитительный пряный аромат. Предстояла долгая зимняя ночь, и мы смеялись, ели и пили вино цвета переспелой вишни. Звучали тосты за здоровье короля Эрдэра под аккомпанемент кифары.
Молодёжь устроила танцы у огромных, в пол, окон галереи. Лайла, моя лучшая подруга, тоже была там, под руку со своим женихом – голубоглазым красавчиком. А я танцевать почему-то не хотела. Со своего места у западной стены я хорошо видела небо с опускающимся за скалы солнечным диском. Последнее солнце в этом году, думала я. Скоро мы спустимся в пещеры, чтобы там, в недоступных врагам катакомбах, провести долгую студёную зиму. Почему-то сегодня мысль о зиме вызывала лёгкую грусть.
Между столами, ловко подливая вино и убирая грязные тарелки, сновали девушки-служанки. Не драконицы, конечно, жительницы земель, завоёванных Эрдэром. Все как одна они были некрасивыми, что весьма веселило короля каждый раз, когда он принимал очередную партию. Но, разумеется, лишняя перестраховка не мешала – любвеобильные драконы могли нарушить запрет на скрещивание разных видов, ведь прав служанки никаких не имели. А так всё складывалось идеально: драконы получают бесплатное обслуживание, а девушки сохраняют свою честь. Эрдэр брал в служанки только молодых и здоровых, ведь работы в Драконьем городе было много.
Я незаметно кивнула Рейле, которая сегодня почему-то прислуживала здесь. Она выглядела ещё более измученной и слабой, чем днём, и жалость снова кольнула сердце иголкой. Почему она разливает напитки и разносит блюда, как простая служанка?
Вот Рейла остановилась возле Вариса, наливая ему вино в кубок, рука её задрожала, и вино полилось из кувшина на стол.
– Драконий хвост, следи за руками, человечка, – недовольно прошипел дракон.
– Простите, – пролепетала она и, лавируя между столами, направилась к выходу.
Я хотела окликнуть её, но Его Величество снова встал с кубком в руках, и все замолчали в ожидании. Рейла подождёт – сначала я выслушаю короля.
Эрдэр Великий – так звали его драконы Вирхарда. Это он когда-то построил Драконий город, изменив раз и навсегда нашу жизнь. Из стаи плохо ладящих друг с другом существ мы превратились в сильное королевство, наводящее ужас на три соседних страны. Мы заставили их жителей дрожать от одного упоминания о Вирхарде, наши послы ежегодно собирали внушительную дань, пополнявшую королевскую сокровищницу, а короли мечтали отдать дочерей замуж за знатных драконов. К счастью, на последнее Эрдэр никогда не соглашался, ведь разбавленная древняя кровь теряет силу, что со временем привело бы к вырождению драконов. Первейший закон: хочешь сохранить свой народ – не смешивайся с другими расами.
– Её Величество Эрэлия плохо себя чувствует и сожалеет, что не может разделить с вами радость от праздника, – громко и чётко, чтобы все слышали, произнёс король.
Изумлённый шёпот пробежал по толпе – впервые в жизни королева не пришла на праздник.
– Ничего страшного, всего лишь лёгкое недомогание, – поспешил успокоить всех Его Величество. – Вы увидите её весной, после пробуждения. Но, несмотря на эту маленькую неприятность, я призываю вас пить, есть и веселиться, как обычно. Не будем омрачать День Последнего солнца пустыми переживаниями. Наслаждайтесь пиром, драконы Вирхарда! С праздником!
Восторжённые крики подхватили последние слова и разнесли по галерее. Я поискала глазами Рейлу, но она исчезла. Может, ушла в Дом служанок, сейчас почти пустующий. И только я собралась проверить своё предположение, как ко мне подошла Лиала, моя подруга.
– Ты уже выбрала пещеру для зимовки, Марика? Может, с нами, а?
Лиала зимовала со своей пятёркой, с ней же отрабатывала боевые приемы и летала в Ормеон за положенной данью. Я же занималась с наставником Робертом индивидуально, и он всё ещё считал, что я не готова к самостоятельным действиям. Поэтому мне казалось неправильным занимать место среди сильных.
– Спасибо, Лиала, но я, наверное, как всегда.
– Как всегда, в одиночестве? Одинокая драконица на холме. Помнишь сказку?
Лиала смеялась, и, глядя на неё, мне хотелось смеяться тоже. Конечно, я помнила сказку, впрочем, большинство наших сказок были про одиноких несчастных драконов и дракониц.
– А что, я похожа на обделённую судьбой Эритту? – улыбнулась я, припоминая бесславную гибель драконицы от любовной тоски. – Ни один дракон в мире не заставит меня умереть. И я вовсе не одинока, у меня ведь есть ты.
– И поэтому ты каждую зиму бросаешь меня? – улыбнулась подруга. – Ладно, ты же знаешь, что я шучу, так ведь?
Она помолчала и, приняв серьёзный вид, добавила:
– Ты знаешь, Марика, что ты самая сильная драконица Вирхарда? Возможно, не телом, но духом. По упорству и стойкости ты переплюнешь многих, а это важнее силы мышц или умения поливать огнём всё вокруг.
– Мастер Роберт говорит, что я слишком много мечтаю, и он прав.
Я говорила это с сожалением в голосе, но глаза мои смеялись – Лиале удалось меня развеселить и приободрить.
– Ну, мечтать иногда даже полезно. Например, о том, какие у нас будут мужья.
И подруга хихикнула, бросив быстрый взгляд на Ринара, члена её пятерки. Она уже давно положила глаз на голубоглазого великана, добродушного к друзьям и беспощадного к врагам.
– Ты меня рассмешила, Лиала. Давай выпьем за весну!
Я подняла серебряный кубок с вином, залпом выпила кровавую жидкость. Вино затуманило голову, унесло с собой остатки моих переживаний. И, конечно, я так и не вспомнила о Рейле.
* * *
– Братья мои драконы! – голос короля звучал гулко, отражаясь от высоких стен и потолка галереи. – День последнего солнца снова пришёл в Вирхард. Через несколько минут светило исчезнет за Золотой горой, а мы спустимся в пещеры, как делаем это каждую зиму. Желаю вам лёгкого сна и мягкого пробуждения! Да придёт весна!
– Да придёт весна! – единым духом откликнулись все, поднимая кубки.
– За Вирхард! – Эрдэр улыбнулся, растягивая сомкнутые губы. Никто и никогда не видел, чтобы он обнажал зубы. – За наше процветание!
– За Вирхард! – подхватил зал. – За Эрдэра Великого!
Опрокидывались кубки, доедались последние куски мяса, а солнце уже
достигло нижнего края огромных панорамных окон. Его Величество снова поднялся, и драконы замолчали в ожидании.
– Солнце садится, братья драконы! – Эрдэр смотрел пустым взглядом поверх
голов, а губы его улыбались всё той же змеиной улыбкой, словно приклеенной к лицу. – Узрите последний луч!
Мы встали, повернув головы к окну, наслаждаясь открывшейся перед нами картиной. Солнце медленно ползло за скалы, окрашивая небо в золотисто-алый цвет, а замок поглощали сумерки. Мгновение – и светило исчезло, уступая ночи, а в небе зажглись первые бледно-жёлтые звездочки. Зажгли свечи, и слуги начали убирать со столов, а мы толпой повалили прочь из замка.
Кто-то сразу направился к пещерам, кто-то прогуливался по каменным улочкам Вирхарда. Я же остановилась на краю обрывистого склона Серебряной горы, желая насладиться вечерним небом.
За моей спиной темнели стены хозяйственных построек, сейчас пустых и запертых. Нам не нужны запасы на зиму, и не нужны слуги в пещерах. Сейчас всех служанок отпустят домой, прокатив напоследок на спинах драконов-стражников. Интересно, будут ли человечки кричать или молча перенесут полёт? Некоторые не выдерживали полёта, теряли сознание от головокружительной высоты и близости чудовища. Люди ненавидели нас, а служение драконам было частью договора, заключённого с далёкими предками правителей Ормеона, Рамеры и Анерона – так называлось государство, которому принадлежала деревушка в долине.
Когда-то драконы жили в пещерах круглый год, лишь изредка принимая человеческий облик. Эрдэр выстроил город на огромном плато Золотой горы. Драконы высекли гигантские каменные ступени, расположив на разных уровнях строения для знати и бедняков. Впрочем, бедняков среди драконов, можно сказать, и не было – почти каждый держал в доме запаса золота и драгоценных камней.
Золотую гору с королевским замком и Серебряную соединял подвесной мост через пропасть. Отвесные склоны, река внизу и узкий – даже всаднику не проехать – проход из ущелья в долину, где жили люди. Ни ступени, ни тропа не вели к вершинам Вирхарда, лишь драконы и птицы могли взлететь сюда, да иногда забирались горные козы. Идеальное место для таких, как мы.
Внизу, в долине, крошечными звёздочками тускло светились огоньки. Стражники со служанками на себе улетели вниз, и я вспомнила о Рейле. Весной прислуживать драконам будут уже другие, и я больше её не увижу. Вспомнились её печальные глаза, прозрачно-голубые, словно льдинки. Что же скрывалось в этой хрупкой девушке, какие тайны она хранила?
Пора было идти в пещеру, но я решила немного полетать над ночным Вирхардом. Небо, густо усыпанное звездами, казалось таким близким, что его можно задеть крылом. Диадема Элины, созвездие, привычное для этого времени года, светило прямо надо мной. Внизу гасли огни в зданиях Вирхарда, а драконы цепочкой тянулись к входу в пещеры на склоне Серебряной горы. А в долине гуськом брели служанки, озираясь по сторонам.
Я сделала круг над Вирхардом и вдруг увидела Рейлу на горе. Она пряталась в тени Дома служанок, и я спустилась вниз, решив выяснить раз и навсегда, что происходит.
Приняв человеческий облик, я побежала по узким, плотно застроенным улицам Драконьего города, мимо складов и хозяйственных построек. Когда я внезапно выступила из мрака, Рейла вздрогнула и укусила себя за палец, чтобы не закричать.
– Почему ты здесь, Рейла? Разве ты не должна быть дома?
Девушка задрожала, и в голубых глазах я увидела готовые пролиться слёзы, которые она сдерживала изо всех сил.
– Ты плачешь? Неужели из-за этого дурака Вариса? Я хотела найти тебя, но меня отвлекли. Почему ты молчишь?
Рейла только покраснела и ничего не ответила. Как ни билась, я ни слова не смогла из неё вытянуть. Отчаявшись, я передала её начальнику королевской стражи, и вскоре дракон с Рейлой на спине ухнул во тьму. Я тихонько проследила за ней и видела, как она нерешительно шагала по ночной долине, как скрылась за дверью своего дома на окраине деревни. Что ж, надеюсь, в родных стенах ей станет легче.
Созвездие Драконьего крыла взошло на небо, когда я направилась к пещерам. Все драконы уже были внутри, лишь Вардис, начальник стражи, ждал у дверей.
– Ещё десять минут, Марика, и тебе пришлось бы зимовать наверху. Сама знаешь, как это опасно. Снова смотрела на звёзды?
Все в Вирхарде знали мою страсть к любованию ночным небом, из-за чего я часто ложилась спать последней.
– Извини, Вардис. Спасибо, что дождался, – смутилась я.
Он впустил меня в тёмный коридор и привалил камень к входу изнутри. Мы двинулись в недра Серебряной горы, поворот за поворотом удаляясь от неба и звёзд, а так хотелось засыпать под серебряный блеск ночных светил. По крайней мере, зимовка пройдёт быстро, думала я, шагая за начальником стражи. Я закрою глаза, а когда через секунду открою, будет весна.
Огромный каменный зал со свисающими сверху сталактитами был словно создан для зимовки. Таких залов здесь было не меньше десяти, они переходили один в другой, способные вместить столько драконов, сколько в Вирхарде даже не рождалось. Лишь король с семьёй зимовали отдельно, под королевским замком.
Большинство драконов уже приняли свой истинный облик и улеглись, свернувшись в клубок. Я увидела Лиалу и подошла, чтобы попрощаться.
– Доброй зимы, Лиала, – прошептала я, наклонившись к чешуйчатому уху.
Она приоткрыла глаза и медленно кивнула головой. Я пошла дальше в поисках уединённого места. Наверное, если бы мои родители были живы, я зимовала бы рядом с ними. Но, увы, они давно покинули этот мир, не успев увидеть, как их дочь повзрослела.
Наконец я нашла пустой зал. Каменная стена поделила его на две неравные части, и, если лежать за стеной, в дальней части пещеры, от входа не было видно, что там кто-то есть. Узкий проход за стену терялся во мраке, пролезть в него можно было только боком и только в человеческом облике. Я с трудом протиснулась туда, прикинула, хватит ли места для превращения. Удивительно, но пространство как раз вмещало одного дракона. И вскоре я, довольная, засыпала в оглушающей тишине.
Сквозь дрёму я слышала чьи-то голоса и шаги, но тело отяжелело, и не хотелось проверять, кто нарушает мой сон. Шум длился недолго, а потом я упала с высокой горы, почему-то забыв поменять облик на драконий. Я смешно махала руками, будто крыльями, и с ужасом считала секунды до встречи с землёй. Сердце зашлось в страхе, и в самый последний миг перед ударом я очнулась.
Глава 2
Всё та же звенящая тишина царила в пещере, но что-то в ней мне не нравилось. Разве могло быть так тихо в пещерах, где одновременно проснулись две сотни драконов? Приняв человеческий облик, я выбралась из своего убежища и побежала по коридорам. Шаги мои гулко отдавались под сводами. Я так быстро бежала, что мои ноги заплетались, и я упала на входе в следующую пещеру, больно ударившись лбом о холодный каменный пол.
Но физическая боль показалась мне ерундой по сравнению с тем, что я увидела. Все драконы, что лежали там, были мертвы. Застывшие в тех же позах, в которых заснули, полуразложившиеся, покрытые плесенью. В холодной пещере тела разлагались медленнее, но, по-видимому, они умерли в самом начале зимы. И все они погибли одинаково – им, беспомощным, перерезали горло. Должно быть, они даже не поняли, что происходит. В других залах было то же самое – я обошла их все, медленно, боясь поверить, боясь убедиться. Слёзы лились из моих глаз, и я их не вытирала – пусть льются.
Дойдя до тела Лиалы, я долго стояла над ним, вспоминая подругу живой и полной сил. Кто же посмел вот так просто уничтожить весь драконий род? И почему я осталась жива?
Нужно похоронить их, мелькнула мысль. Вытащить тела из пещер было бы трудно, но я знала, что нужно сделать.
Выйдя на свежий воздух, я огляделась – и пришла в ужас от открывшейся передо мной картины. Драконий город, творение Эрдэра Великого, исчез с лица земли. Груда обломков – вот что осталось от города. Кто-то сжёг все, что можно сжечь, и разрушил остальное. Лишь королевский замок уцелел, но потерял прежний облик и теперь смотрел пустыми глазницами окон.
Главная башня с галереей, где мы отмечали праздник Последнего Солнца, покосилась, каменная кладка во многих местах треснула. Главные ворота, покорёженные, были приоткрыты, мост опущен.
Изнутри замок выглядел не лучше: обгорелые обломки мебели и картин, усыпанный осколками пол, закопчённые стены. В некоторых комнатах провалилась крыша, и весенний ветерок гулял в завалах. Особенно сильно пострадала галерея, которую я с трудом узнала.
Я бродила по замку с тоской и надеждой в сердце. Зашла в каждую комнату, в кабинете Его Величества забрала карту мира, руководствуясь смутным ощущением, что она мне пригодится. Королевской семьи нигде не было, и, может быть, они сейчас выбирались из пещер, где зимовали. Мне так хотелось, чтобы хоть кто-то из драконов остался жив. Увы, я не нашла в замке ни живых, ни мёртвых. Не смогла я и найти вход в подземелье, словно его и не существовало вовсе. Если члены королевской семьи и выжили, в горах они не остались.
Опустошенная и раздавленная горем, я вернулась на плато и, приняв истинный облик, привалила огромный валун к входу в пещеру, ставшую склепом. Больше никто не потревожит их даже случайно.
Поднимая камень, я задумалась: как люди смогли отвалить его от входа? Даже для меня, драконицы, он был достаточно тяжёл. Загадка, которую мне предстояло отгадать. Хотя так ли это важно теперь, когда ничего нельзя изменить?
До конца жизни буду помнить, как я стояла посреди Драконьего города, безмолвного, всеми покинутого, ощущая себя персонажем страшных историй, что мы так любили рассказывать друг другу на ночь. Вот сейчас Лиала скажет: «Да не кричи ты так, Марика, это же всё выдумки! Сказка, да и только!». Из всей нашей ватаги я была самой впечатлительной и неопытной. Другие часто летали в Рамеру и Ормеон – соседние государства, платившие нам дань и периодически поднимавшие восстания, которые мы успешно подавляли. Я же вечно оставалась дома и ждала. С горящими глазами слушала подругу, когда та рассказывала о страхе в глазах чужестранцев при виде дракона, об их нелепых попытках найти наши слабые места. Я хотела увидеть хоть кусочек мира за пределами наших гор и долины внизу, но мне не везло. И вот Лиала мертва, страшная сказка превратилась в реальность, и мне хотелось кричать и плакать навзрыд от боли, что навеки поселилась в моём сердце. Я плакала, лёжа на голых камнях, отчаянно, долго, не желая останавливаться никогда.
Существует легенда, что наш мир был создан из семи игральных костей, что уронили боги с небес. И каждая кость, упав на землю, породила одну из семи рас этого мира. Кость с изображением драконов упала в горах, которые потом так и назвали – Драконьими. Боги наделили нас силой и способностью принимать человеческий облик и словно в насмешку лишили мудрости. Если бы мы знали, чем всё это закончится, лучше хранили бы наш секрет.
Выплакав все слёзы, я затихла, не понимая, как теперь жить, что делать дальше. А в душе медленно, но неотвратимо рождалась злость – на себя, на неведомых убийц и даже на мёртвых. Иррациональная, глупая, слепая злость, но она помогала справиться с болью и опустошённостью. Мне нужна была цель, чтобы продолжать жить, и злость подкинула эту цель. Месть – застучало сердце, молотком заколотилось в рёбра. Узнать, кто и зачем уничтожил мою расу, и отомстить.
Дракон во мне злорадно ухмыльнулся – ему тоже нравилась идея. Но сначала было бы здорово подкрепиться, ведь я не ела всю долгую зиму. Я вернулась в замок, обследовала кладовую под кухней. Кухня выглядела разгромленной, но вполне целой, а люк в полу легко открылся, впуская меня внутрь. Мои ожидания оправдались: я обнаружила запасы вяленого мяса и сушеного сыра, а в бочках нашлось отличное вино.
Пережёвывая прошлогоднюю козлятину, я снова и снова пыталась понять, что не так с самой многочисленной расой этого мира – людьми. Наглые, назойливые, как комары, человечки всегда были для нас костью в горле. Они пришли в наши земли, поселились на них, присвоив себе. Со страхом взирали на драконов, страдали от пожаров и голода (мы жгли их посевы и поедали их скот), но не уходили. Они врастали в почву Вирхарда, как корни деревьев; возможно, им просто некуда было идти. Мы выкорчёвывали их снова и снова, но приходили другие, и все повторялось сначала.
Предание утверждает, что драконы тогда были одиночками, не способными объединиться ради общего врага. Люди оказались более сплочёнными: они вывели армии трех королевств (Анерона, Рамеры и Ормеона) в долину, и воины заполнили её всю, от края до края. Мы могли бы сжечь их своим пламенем, но наш будущий король, Эрдэр, прозванный впоследствии Великим, предложил иной выход.
Эрдэр собрал драконов вместе в единое войско, часть оставил сражаться в долине, а остальных повёл через горы в столицы соседних Рамеры и Ормеона, оставленные без защиты. Драконы легко захватили королевские замки, частично разрушив их и уничтожив многих защитников. В это время в долине драконы тоже хорошо постарались: жгли пламенем воинов, поднимали их в когтях и бросали наземь, разбивая о землю.
Испуганные правители согласились обсудить условия сдачи. Анерон сначала сопротивлялся, но сдался, когда драконы напали и на его столицу. Летом 3465 года от Падения Костей Эрдэр Великий подписал договор Трёх королей. Драконы Вирхарда уступили долину людям, а взамен должны были каждый год получать дань: золото, драгоценные камни и девушек-служанок, молодых и выносливых, для обслуживания драконов.
И вот, двести вёсен спустя, человечки решили уничтожить нас. Почему? За что? Я не могла понять.
Я села на доски моста меж двух гор, кинула взгляд вниз, в долину. Люди как ни в чём не бывало жили там, для них ничего не изменилось. Они радовались весне, собирались распахивать землю и сажать зерно и овощи, как всегда. И, наверное, радовались, что тень драконьего крыла больше не падёт на долину, и не нужно больше отправлять девушек в горы.
Проклятые человечки! Это из-за них наш мир сузился до двух высоких гор, это из-за них мы потеряли лучших драконов и отдали людям почти всё, требуя взамен лишь немногого. И вот так они поступили с нами!
Дракон внутри яростно взревел, и я обернулась, забыв об осторожности. Сжечь проклятых человечков, начать вот с этой деревни, а потом пролететь по всему Анерону, истребляя всех!
Я взлетела, расправляя затёкшие крылья, с удовольствием отдавшись воздушным потокам. Огонь клокотал в груди, готовясь вырваться на свободу, а сердце обливалось кровью, словно в нём была рана.
На руины Вирхарда опустилась ночь, но я прекрасно видела в темноте.Я зависла над деревней, готовясь выпустить пламя, раскрыла пасть, и вдруг…
И вдруг я услышала песню. Высокий женский голос выводил медленную, усыпляющую мелодию, по-видимому, убаюкивая ребенка.
– Мой прекрасный сильный сын, – пела невидимая мать. – На весь свет такой один. Изумрудные глаза, А в глазах стоит слеза. Ты не плачь, родной сынок, Будь ты цепким, как вьюнок, Никогда не унывай И меня не оставляй.
Голос показался мне смутно знакомым, и я опустилась на землю, а потом приняла человеческий облик и двинулась на звук. Пели в крайнем доме, самом дальнем от гор.
Мягко ступая вдоль домов, прячась в тени,я добралась до цели, встала у окна. Внутри было темно, но не для меня. Я осторожно заглянула внутрь и увидела Рейлу. Да, это была она, хотя голос звучал совсем иначе, увереннее и громче. Она держала на руках ребёнка, нежно укачивая его.
Внезапно дверь трактира в центре деревни отворилась с лёгким скрипом. Рейла даже не обратила внимания на этот звук, но ребёнок открыл сомкнувшиеся было веки, и я увидела ярко-зелёные глаза с вертикальным зрачком.
Я замерла в изумлении: без сомнения, это был полукровка, результат скрещивания дракона и человека. Теперь странное поведение Рейлы летом и особенно осенью, в день праздника, стало понятным. Она носила под сердцем дитя, и отцом, скорее всего, был Варис.
Она обязана мне всё объяснить, и сейчас же. Я решительно постучала по подоконнику, еле сдерживая свою злость. Отметила, как Рейла вздрогнула и осторожно подошла к окну – она кого-то опасалась. Ужас отразился на её бледном измождённом лице – надо же, она так боится меня, а я ведь была к ней так добра. Я жестом приказала ей открыть входную дверь.
Она медленно кивнула, положила сына в люльку, а через минуту заскрежетал засов.
Войдя в комнату, я мельком огляделась – узкая кровать с какими-то тряпками, колченогий стол у стены и простой некрашеный табурет. Бедно, но чисто, полы подметены и начисто вымыты. В люльке, подвешенной к потолку, тихо лежал младенец, сосредоточенно рассматривая меня.
– Алейя Марика, – Рейла с трудом выговаривала слова, тяжело дыша. – Вы живы.
– Жива, как видишь. Так вот какой секрет ты скрывала от меня, Рейла. Я и не думала, что всё так далеко зашло. Ты и Варис.
Рейла непонимающе смотрела на меня.
– Варис?
– Твой сын, Рейла. Он ведь от Вариса?
– Д-да, алейя Марика, – заикаясь, ответила она.
– Не называй меня так, какая я теперь алейя. Драконов больше нет на земле. Только я и этот мальчик.
Словно почувствовав, что речь идёт о нём, ребенок начал лепетать на своём детском языке.
– Вы ему понравились, але… простите, Марика.
Рейла упрямо прятала глаза – что-то ещё скрывала? – но на малыша смотрела ласково и с любовью.
– Можно, я возьму его?
– Конечно, – улыбнулась молодая мать, и эта улыбка преобразила ее напряжённое лицо.
Сейчас она снова стала той красивой девушкой, что пришла к нам весной прошлого года. Варис определённо не дурак, что выбрал её.
С младенцем на руках я присела на кровать, жестом указав Рейле место рядом с собой.
– А теперь рассказывай, только не ври.
Варис крутился возле Рейлы с первого дня её взяли прислуживать королеве. Немногословная и тихая, новая служанка работала споро и ловко, и этим понравилась Её Величеству. Казалось, Рейла умела всё: укладывать волосы, подбирать по цветам наряды и делать расслабляющий массаж. Иногда королева даже делилась с ней сокровенными мыслями – как выяснилось, Эрдэр Великий был не самым лучшим мужем. Рейла терпеливо выслушивала жалобы, выполняла мелкие поручения.
Рейле даже казалось, что служить драконам не так уж плохо, если бы не грязные намёки Вариса. Он не принимал отказов, выраженных нетвёрдым, тихим голосом, и ни в грош не ставил честь какой-то человечки. Однажды, устав ждать, он просто затащил её в пещеры и изнасиловал. И продолжал это делать снова и снова, а однажды, напившись допьяна, сболтнул, что в пещерах драконы спят зимой. Конечно, он тут же забрал свои слова назад, сведя всё к шутке, но Рейла запомнила.
Не сразу девушка поняла, что ждёт ребенка. Когда же в сентябре её внезапно стало выворачивать после еды, догадка пришла сама. Рейла не знала, что и думать: мало того, что она должна была вернуться в родную деревню опозоренной, так ещё и с драконом в животе. Ни родителей, ни родственников у неё не осталось, а если бы и были, они ничем не могли бы ей помочь.
– Но ты ведь могла рассказать Её Величеству, – перебила я. – Союзы между людьми и драконами строжайше запрещены.
– Я не подумала. Разве это так важно теперь?
В глаза мне она не смотрела, и я снова заподозрила подвох. Но сейчас я должна была выслушать всё до конца.
Страх грыз Рейлу изнутри вплоть до дня Последнего Солнца, и в тот вечер она малодушно спряталась от драконов-перевозчиков.
– А потом Вы нашли меня, алейя. И у меня не осталось выбора. Каждый день я жила, как в последний, пока живот стало невозможно скрывать.
От неё отвернулась вся деревня: женщины плевали в её сторону, проходя мимо, а дети дразнили драконьей шлюхой. А потом, когда она уже хотела покончить с собой, к ней пришёл местный староста, Коул Махерно.
– Не думал я, Рейла, что ты принесёшь с гор драконьего ублюдка, – начал он, любуясь побледневшим лицом девушки. – Ты должна была стать моей невесткой, а теперь ты не просто порченый товар, ты хуже прокажённой. Ты ведь знаешь это, Рейла?
Она кивнула, не в силах говорить.
– Я должен бы убить тебя и твоё отродье, зачатое проклятыми драконами, – продолжил староста.
Он подошел к Рейле вплотную и положил грубую шершавую ладонь на её живот. Ребёнок внутри беспокойно забился о рёбра.
– Нет, только не его, прошу тебя.
Рейла испугалась, но не за себя, а за нерождённого малыша.
– Ты так печёшься о нём. Что же его папочка не оставил тебя в горах?
– Потому что он ничего не знал! – выдавила из себя Рейла. – И я не хотела его, он взял меня силой.
– Разумеется, Рейла, мы же все ненавидим драконов, и ты тоже. Но что нам теперь делать, не подскажешь? Пожалуй, я должен рассказать о тебе князю Герберту, пусть он решает, судьбу твоего ублюдка.
– Пожалуйста, не надо, Коул. Он даже не дракон. Не настоящий дракон.
– Что значит не настоящий?
Коул убрал руку, и Рейла облегчённо выдохнула.
– Драконья кровь теряет силу, смешиваясь с человеческой. Так гласит их легенда.
– Интересно, – задумчиво проговорил Коул. – Очень интересно. Хорошо, если это так. Но ты ведь понимаешь, что твой ребёнок, – добавил он с отвращением, – всё равно не должен родиться.
