Текст книги "Темное искушение"

Автор книги: Бренда Джойс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 23 страниц)

– Как вы можете говорить, что страница бесполезна? – воскликнула она. – Это какая-то молитва для исцеления. Почему вы думаете, что она бесполезна? Где вы нашли ее, Эйдан? Она бесценна.

Он подошел к ней.

– Я нашел ее в твоем магазине, Клэр, – прошептал он.

Клэр хотела, чтобы он перестал пытаться обратить ее внимание на то, какой он сексуальный.

– Где именно в моем магазине? – потребовала она ответа.

Эйдан начал смеяться.

– В Библии короля Джеймса.

Клэр встала, совершенно ошеломленная. Среди ее книг была только одна Библия короля Джеймса, и она была опубликована в 1728 году. Она получила книгу всего месяц назад из одного имения в Лондоне.

– На задней стороне обложки было потайное место, – сказал Эйдан. – Не знаю, как я нашел его. Сибилла первая смотрела Библию. Я почувствовал ее отпечатки на ней. Я шел по ее следу.

Клэр изумленно посмотрела на единокровного брата Малкольма. Он мог чувствоватьотпечатки пальцев?

Она сосредоточилась.

– Это великоеоткрытие, – подчеркнула она и обратилась к Малкольму. – Чем быстрее мы переведем эту страницу, тем лучше. Но как эта страница попала в мой магазин? Была ли она спрятана в Библии с самого начала?

Она пока не смотрела на Ройса.

– Она могла находиться в той Библии веками, Клэр, – тихо сказал Малкольм.

– И судьба привела меня к Библии, а страницу в мой магазин? – она, наконец, взглянула на Ройса.

Он отвел взгляд в сторону.

– Я могу перенести тебя обратно, если ты хочешь заняться некоторыми поисками, – сказал Эйдан, ухмыляясь.

Прежде, чем Клэр смогла вежливо отказаться, Малкольм рявкнул:

– Ты никуда не перенесешь Клэр, Эйдан. Никуда.

Эйдан лишь пожал плечами, сверкнув глазами:

– Это было просто предложение.

Затем он успокоился и сказал:

– Страница не имеет силы, леди Клэр. Я довольно хорошо могу читать ее. Это молитва и благословение о спасении смертельно раненого от смерти, если раны нанесены мечом или подобным режущим оружием. Мой оруженосец сам заколол себя. Я пытался спасти его от смерти, но потерпел неудачу. В этой странице нет никакой силы.

Клэр не сразу поняла, о чем он ей рассказывает.

Но Малкольм посмотрел на Эйдана и заговорил. Он сказал:

– Ты наполовину Димхаан. Димхааны разрушают. Они не могут исцелять. И все же ты попробовал исцелять? – спросил он едко.

Эйдан очевидно не хотел разговаривать с ним, но все же холодно ответил:

– Я могу быть наполовину Димхааном, но я внукФаолы. И я исцелял, Малкольм, вот этими руками и ярким белым светом.

Он поднял вверх руки, трясущиеся от гнева.

Ройс подошел и встал между ними.

– Я рад, что ты можешь немного исцелять, Эйдан, – он свирепо глянул на Малкольма. – Сейчас вам нужно отбросить в сторону свою личную неприязнь. Есть более важные вопросы, требующие вашего внимания.

Клэр села обратно на скамью. Эйдан обладал некоторым даром исцеления, а Малкольм нет. Это было весьма интересно. Значило ли это, что разные Повелители наследуют характерные особенности так же, как и обыкновенные люди?

Эйдан сжал губы.

– Эта сила в новинку для меня. Как-то раз я вылечил очень больную девушку. Я не очень хорошо осознавал эту силу, и она ослабила меня. – Покраснев, он посмотрел на Ройса. – Не думаю, что буду использовать такую ослабляющую способность снова.

Клэр застыла как вкопанная. Он излечил женщину, но при этом потерял часть своей силы?

– Может быть, со временем сила вернется, и тебе станет легче ею пользоваться, – Ройс пожал плечами. – Я рад, что ты спас жизнь.

Клэр встала.

– Малкольм, – она подошла к нему и пылко улыбнулась. – Неважно, есть ли у этой страницы сила исцеления или нет. Важно то, что она может быть из Кладдаха. Эта страница невероятно ценная, если она подлинная. Ее следует хранить в храме или вернуть в мое время с остальной частью восстановленной рукописи. Таким образом, она может быть сохранена.

Малкольм покачал головой.

– Клэр, это важно, есть у нее сила или нет. Это чрезвычайно важно. Если она подлинная, то сможет исцелять.

Он не понял ее, подумала Клэр. Ученые XXI века умоляли бы о возможности изучить эту страницу.

И она также не понимала, чем страница ценна для него.

– Вы забираете жизнь, чтобы исцелиться. Почему Кладдах так важен?

Малкольм хмыкнул:

– Потому что нам не нужно отнимать жизнь, если у нас есть силы Кладдаха, Клэр. Книга может лечить сама по себе.

Клэр тяжело задышала.

– Так значит, книга может исцелить умирающего?

Повелителю не придется отнимать жизнь для того, чтобы выжить. Теперь она все прекрасно поняла. Книга совершенно бесценна.

Неудивительно, что Морей хотел ее получить. С ней он смог бы исцелять свои демонические орды. Черт возьми!

– Да. Если ты читаешь нужную страницу. Для каждой страницы есть своя причина.

И внезапно Клэр пробрала дрожь, потому что в зал ворвался ледяной ветер. Кто-то должно быть оставил входную дверь открытой.

Но когда температура упала так же, как на поляне в лесу, когда они впервые оказались в XV веке, Клэр начала понимать, что происходит.

Малкольм шагнул к ней, настолько встревоженный и напряженный, что Клэр почувствовала это. Со страхом она проследила за его взглядом, направленным к открытой двери. Черная тень заполнила ее.

Смерть, подумала Клэр, не в силах вздохнуть.

Но черная тьма рассеялась, открыв взору золотоволосого человека в темно-красных одеждах. И граф Морей улыбнулся ей.

– Привет, Клэр.

Глава 12

Клэр почувствовала, как задрожали ее колени. Ей не нужно было представлять этого человека, чтобы понять, что перед ней Морей.

– Откуда вы знаете мое имя?

Она смутно поняла, что все в комнате подтянулись, встав рядом с ней и Малкольмом.

– Я знаю все, – ответил он, сверкнув белыми зубами.

Ни один человек не мог быть более прекрасным. У него было лицо греческого бога, нет, кельтского бога, к тому же, он и был им, или почти был. Клэр знала, что его тело идеально, его красота благоговейна, и также знала, что у него нет души и смерть следует за ним по пятам, а он наслаждается этим.

И пока она там стояла, парализованная страхом, оставшаяся тьма в ее мыслях рассеялась.

Входная дверь открылась. Но это была не мама. Внутрь проскользнул темный призрак.

В ужасе Клэр вскочила в стенной шкаф, сильно хлопнув дверью, но сначала она оглянулась и увидела человека, стоящего посреди гостиной и пристально смотрящего на нее.

Клэр всхлипнула от страха.

Дверь открылась.

Клэр закрыла глаза руками, съежившись под свитерами и жакетами, висевшими там. И он потянулся к ней и схватил за руку. Клэр вытащили на свет. Она подняла голову и заглянула в его черные, бездонные глаза.

Я скоро приду за тобой.

Клэр задохнулась от ужасного воспоминания.

– Тебе нет никакого дела к Клэр, – резкий голос Малкольма ворвался в ее мысли.

Сейчас он стоял прямо перед ней.

– У тебя дело только ко мне. Только ко мне.

– Вообще-то ты ошибаешься, – мягко ответил Морей с красивой улыбкой на лице. – Судьба Клэр в моих руках. Каков отец, таков и сын, – добавил он.

Клэр замерла.

Малкольм вынул меч из ножен, но Ройс схватил его за руку.

Морей засмеялся над всеми ними.

– В этой комнате так много страха, что моя сила возрастает. – Он облизал губы, глядя на Клэр, и она почувствовала его возбуждение и ужаснулась. – Я буду наслаждаться тобой гораздо больше, чем Мейрид.

Малкольм с яростью кинулся вперед.

Эйдан встал перед ним, чуть не напоровшись на лезвие меча. Ройс и Иренхат схватили его, но Малкольм пытался сбросить их всех. Клэр бы завопила на Малкольма, но ее голосовые связки не могли произвести ни звука. Она только и могла думать о том, что однажды Морей смертельно ранил его, и что он может сделать это снова.

– Ты никогда не притронешься к ней, – проревел Малкольм.

– И кто остановит меня? – промурлыкал Морей. – Такой слабый Повелитель как ты? Твой собственный отец потратил одиннадцать лет, преследуя меня, или как он там думал. Я устроил ему веселую охоту, а все это время Мейрид оплакивала свою измену, неверность и вероломство.

Малкольм вырвался из рук Ройса и Иренхата и с боевым кличем ринулся вперед:

–  A Bhrogain!

Клэр закричала.

Эйдан развернулся и схватился за его меч рукой.

– Не таким способом! – закричал он.

Малкольм его оттолкнул, но его снова схватили Ройс с Иренхатом, оттаскивая назад, в другую сторону. Он опять умудрился стряхнуть их с себя. Морей засмеялся.

Клэр вскрикнула от ужаса, когда Малкольм пошатнулся, словно его ударили. Но он стоял один, и физически его никто не ударял.

– Даже не пытайся, – свирепо сказал Ройс, и она увидела, как Морей побледнел и крякнул, словно его тоже только что ударили.

– Нас здесь четверо, – добавил он холодно.

Клэр огляделась. В комнате витало так много мужской, разгоряченной силы. Она поняла, что находится в самом центре некоего кинетически безвыходного положения. С висков Ройса капал пот, его глаза горели. И у всех мужчин в этой комнате был такой же вид, даже у Морея.

Эйдан с суровым видом встал напротив Морея, широко расставив ноги:

– Я порядком устал от твоих визитов, – выпалил он. – Ты сейчас в моем доме. Здесь я хозяин, и я не давал тебе позволения войти в мой зал. Убирайся.

Морей безрадостно улыбнулся.

– Три года назад я предпочел оставить Малкольму жизнь, хотя мог оборвать ее. Он вкусил восхитительное наслаждение, которое мы находим в смерти, таково было мое желание, и вскоре, он снова испытает такое удовольствие. Он будет моим.

Морей обхватил рукой Эйдана за лицо и слегка провел своими длинными ногтями по щеке. Он прошептал:

– И ты, мой мальчик, тоже будешь моим. Это всего лишь вопрос времени.

Он отпустил его и улыбнулся Клэр. А затем исчез.

Клэр хотела подбежать к Малкольму, но не могла двинуться с места. То, что Морей замыслил для всех, было хуже, чем смерть. Все-таки, он Сатана.

Она почувствовала тошноту и упала на колени.

А затем Малкольм опустился на колени рядом с ней.

– Все кончено, – резко сказал он, заключая ее в объятия. Он крепко сжал ее.

– Кончено? – выдохнула Клэр, едва способная говорить. – Нет, не кончено, ничего не кончено. Все только началось.

– Я защищу тебя, – ответил он, сжимая руки, и взгляд его был суров.

Она отпрянула от него, ее страх сменился возмущением.

– Как? Как ты сделаешь это? Ты слышал его? Меня он изнасилует и наградит ребенком. Тебя он превратит в повелителя зла. Эйдан? Эйдан также отмечен. Пока нет способа уничтожить его, мы все будем страдать от судьбы, намного худшей, чем смерть.

Малкольм тяжело дышал.

– Ты имеешь полное право бояться, Клэр. Ты только что в первый раз увидела лорда тьмы. Я понимаю, как ты обеспокоена.

– Обеспокоена? – она подумала, что это весьма сдержанное высказывание для этого века. Она посмотрела на Малкольма. – С тобой все в порядке? Что только что произошло?

Малкольм заколебался.

– Он ударил меня своей силой. Я был связан ей, но он не смог сокрушить меня. Когда мы все вместе используем свою силу против его силы, он не может причинить большого вреда.

Клэр содрогнулась.

– Но почему тогда вы, четверо, не объедините свои силы и не убьете его?

Взгляд Малкольма ожесточился.

– Если бы его можно было так победить, мы бы уже сделали это.

– Отлично! У него хватает силы, чтобы противостоять вам четверым!

Клэр пыталась дышать глубоко и равномерно. Но не получалось. До этого момента, она не осознавала, что зло действительно есть. Оно всесильно, ужасно, пугающе, и оно собиралось погубить всех до полного уничтожения. Точнее говоря, зло хотело использовать ее, использовать против Малкольма. Оно хотело душу Малкольма.

Подозрения Ройса подтвердились.

Малкольм сказал:

– Я скорее умру, чем обращусь во зло. И я окажу тебе ту же услугу, прежде чем позволю ему прикоснуться к тебе.

Он поднялся и протянул руку.

Малкольм обещал убить ее прежде, чем позволить Морею воспользоваться ею. Она попыталась думать разумно. Его слова не помогли, потому что он собирался сделать то, что сказал. Но смерть лучше, чем вечные муки от прикосновения того человека. Продолжая неудержимо дрожать, она встала.

– Ты сам так сказал. Ни один Повелитель столетиямине мог его победить.

– Да, но всегда бывает первый раз. Я прошу тебя верить.

Его лицо было жестким и решительным, без какого-либо признака страха. Малкольм развернулся и вышел в ночь.

Клэр уставилась ему вслед, совершенно замерзнув. Она хотела верить в него, но это казалось самоубийством. Лучше перестраховаться и быть осторожным. Это новая действительность, и она не поддавалась воображению.

Морей охотился на Малкольма.

Ее сердце больно екнуло.

Эйдан подошел к ней.

– Он продал душу Сатане тысячу лет назад, а может и больше, его силе покровительствует дьявол. Многие Повелители объединялись, но не смогли отнять ее у него. Мы пытались. Некоторые Повелители обладают большей силой, чем другие. Морей отнял жизни у более слабых. Он ослаблял Повелителя смертельными ударами, а затем зло делало свое дело. Я уверен, что есть смертельный удар, который может ослабить Морея, – глаза Эйдана вспыхнули. – Я уверен. Он живет в полусмертном теле. И у него течет кровь.

Клэр изумленно взглянула на него, понимая, что Эйдан прав, все не так безнадежно. С другой стороны, Морей настолько могущественен, кто сможет так смертельно ранить его?

Кто-то сунул ей бокал. Это был Иренхат.

– Выпей немного вина, Клэр, – сказал он резко. – Оно избавит тебя от страха. И ты неправа, девушка.

Клэр встретилась с его взглядом, и увидела там только твердую решимость. Выражение его лица было таким же, как у Малкольма. В нем не было никакого страха, только отвага.

– Хотя Малкольм и молодой Повелитель, он обладает огромной силой. Он защитит тебя. Не думай о нем так плохо. И я тоже защищу тебя. Но обычно если есть какой-либо способ, Малкольм находит его. Честолюбие горит в нем.

Клэр вздохнула.

– Я не хочу, чтобы он горел честолюбием, а затем оказался мертвым, – сказала она резко.

Она посмотрела на лица мужчин. Для них это был всего лишь очередной эпизод, касающийся обязанностей Братства.

– Как вы говорите, он молод, слишком молод, чтобы умереть! Или еще хуже! – сглотнула она. – Морей должен быть остановлен. Вы уверены, что нет нужных нам знаний, а только то, что сказано в Каттахе?

Малкольм стоял на крепостной стене, больше уже не гневаясь, но с тоской в душе.

Он перенес Клэр в свое время, чтобы защитить ее, но теперь знал, что из-за своей непредусмотрительности совершил ужасную ошибку. Она была бы в большей безопасности в своем магазине, сталкиваясь с такими, как Сибилла или Эйдан, чем с тем, с чем она столкнулась сейчас. Эйдан не сделал бы ничего плохого, только соблазнил бы ее и вооружил современным оружием. Клэр достаточна сильна, чтобы бороться с Сибиллой, и может даже победить ее. Морей же совершенно другое дело.

Это полностью его вина, что сейчас она является объектом страсти Морей. Если бы он решился тщательно изучить причины того, почему он перенес ее в прошлое с собой, ему пришлось бы признать, что сильное влечение, которое он к ней чувствовал, было таким же важным фактором, как и его желание защитить ее.

Угрозы Морея были ясны. Он планировал использовать Клэр против Малкольма так же, как использовал Мейрид против Брогана. Ройс и МакНил предупреждали его не увлекаться ею, но было слишком поздно. Он внезапно представил обнаженную Клэр, извивающуюся под Мореем в агонии страсти, пока мужчина пользовался ею и забирал ее жизнь.

Что он наделал?

Что он мог сейчас сделать?

Ему нужно больше силы и больше мудрости. Три года назад он охотился за Морем, загнав его в угол в башне Уркхарта, и был легко побежден. У него не хватает силы победить Морея, как и не хватает у других Повелителей, иначе Димхаан давным-давно был бы отправлен в ад. Морей устроил ему ловушку, но может быть, сейчас у него получится стать охотником.

Сзади него раздался смех Морея.

Малкольм собрал всю свою силу против Димхаана и развернулся, вынимая звенящий меч из ножен. Все это было ужасно знакомым, словно они вновь танцевали тот смертельный танец в Уркхарте.

– Думай усерднее, Малкольм, и ты увидишь ее, умоляющую меня о все большем и большем наслаждении, которое я с удовольствием буду ей дарить. Она будет просить мое семя в исступлении забытья. Я буду входить в нее сотню раз каждую ночь. А когда отошлю ее обратно к тебе, ее чрево разбухнет от моего ребенка, и она не захочет покидать меня. Она будет ненавидеть тебя за то, что ты принял ее обратно.

Здравый смысл покинул Малкольма. Он закричал:

– Клэр!

Морей обнажил свой меч и встретил его яростную атаку, восторженно улыбаясь.

Малкольм размахивал мечом снова и снова, и это было дежа вю. Подсознательно он знал, что Морей хотел этого сражения, и точно знал почему. Три года назад Морей предпочел оставить ему жизнь.

Он знал, что это была западня.

Ему было все равно.

Его охватила жажда крови.

Он нанес удар, и клинок Морея скрестился с его собственным. Мечи зазвенели.

Вино определенно возымело успокаивающий эффект, на который так надеялся Иренхат, подумала Клэр. Она перестала дрожать, ее дыхание выровнялось. Страх остался, но он был под контролем. Морей наполовину человек. Морей может истекать кровью.

Сделав еще один небольшой глоток, она вздохнула, закрыв глаза. Она была умной женщиной. Должен быть способ ослабить силы Морея, или смертельно ранить его. Малкольм говорил, что демоны никогда не входят в святые места, так как там они теряют свои силы. Отсюда был очевидный вывод, но Морей наверняка хорошо подумает, прежде чем войти в церковь или часовню. Если бы его можно было заманить в такое место, он был бы уничтожен давным-давно.

Ее мысли вернулись к пугающим словам Эйдана. Она была готова поверить, что Морей был самим Сатаной, но Эйдан сказал, что Сатана защищал его, поэтому Повелители не могли лишить его силы. Хорошо, она поверила во все остальное, и теперь уже была готова принять точку зрения Эйдана.

Черт подери. Если Морей не может быть смертельно ранен и таким образом ослаблен, то боги их единственная надежда.

Это не очень успокаивало. Ей стало интересно, видел ли за последнее время какой-нибудь Повелитель кого-нибудь из Древних? Они, вероятно, обитали на Далриаданской [20]20
  Dalriad – Далриад, древнее гаэльское царство.


[Закрыть] версии горы Олимп, как боги в греческой мифологии.

И где Малкольм? Разве он должен быть снаружи, один, в темноте?

Клэр задрожала. Она боялась за Малкольма, действительно боялась. Она открыла глаза и несколько раз глубоко и неторопливо вдохнула. Малкольм великий герой, защитник всего хорошего в этом мире, а Морей пытается обратить его к злу. Ей надо как-нибудь помочь ему. Она не могла представить мир без Малкольма, Повелителя, веками защищающего Невинность.

Должен быть способ.

Она внимательно оглядела комнату. Красивый овальный обеденный стол, рассчитанный на двенадцать человек, со стульями, обитыми бархатом, цвета сапфиров, был сервирован для ужина и заставлен позолоченным фарфором и столовыми приборами. Иренхат и Ройс ели так быстро и расторопно, как только могли. Так как заправка едой, вероятно, была критична для их самочувствия и силы, она не осуждала их за такое фактически некультурное поведение. Эйдан сидел во главе стола, в отдалении от других мужчин, и потягивал вино, его тарелка была пуста. Очевидно, он над чем-то размышлял.

Внезапно Клэр почувствовала ужасную жгучую боль в боку. Она задохнулась, едва не потеряв сознания, и прижала руку к талии. На мгновение, она подумала, что ей в бок вонзился меч.

Эйдан вскочил на ноги.

– Клэр?

Клэр посмотрела на свою руку, ожидая увидеть на ней кровь. Но ее там не было.

Малкольм.

Она пошатнулась.

– Малкольм ранен!

Клэр побежала первой, пересекла зал и рывком открыла дверь. Ночь была иссиня-черной, а небо Нагорья усеяно звездами, среди которых светилась нарастающая луна, яркая и золотистая. Ее взгляд сразу же метнулся к крепостным стенам, и там, слева, выше того места, где она стояла, она увидела две фигуры.

Одна из них упала, тогда как вторая стояла прямо, возвышаясь над поверженной. Даже при свете звезд, Клэр увидела его идеальное загорелое лицо, блеск его белых зубов и золотые, как солнце, волосы. Встретившись с ней глазами, он улыбнулся. А затем Морей исчез.

Клэр закричала и взбежала по ступенькам, а Эйдан следом за ней. Спотыкаясь, она влетела наверх, и упала на колени возле ничком лежащего Малкольма. На секунду он показался ей таким умиротворенным, словно спал. Она посмотрела на его левый бок, и увидела только тяжелый шерстяной плед, который он носил поверх металлической кольчуги. А затем она заметила, что шерсть была необычно темная, пропитанная кровью.

Глаза Малкольма открылись и встретились с ее взглядом. Она отпрянула. Его серебристые глаза безумно горели, он схватил ее за запястье. На один ужасный миг Клэр подумала, что он хочет причинить ей вред.

– Убери ее! – резко выкрикнул Малкольм, его лицо исказилось от боли.

Эйдан опустился на колени рядом ней, отодвинув в сторону плед и кольчугу. Он расшнуровал кожаный жилет, под которым оказалось пропитанное кровью лейне.

– Клэр, сейчас же уйди, – твердо сказал Эйдан.

– Я никуда не уйду! – вскричала Клэр, пока Эйдан разрывал ткань. Она ахнула, увидев ужасную рану. Так много крови. Если Малкольм истечет кровью, или будет задет какой-нибудь внутренний орган, или произойдет заражение, то он умрет.

– Убери… ее, – повторил Малкольм, очень грубо сжав ее запястье, его глаза пылали.

– Ты умрешь, если будешь продолжать двигаться, – сказал резко Эйдан. – Лежи спокойно и береги силы.

В то время как Малкольм держал ее за руку, Клэр заглянула в его горящие глаза и увидела там неудержимое вожделение. Он уже убил одну женщину, чтобы сохранить себе жизнь, и в этот момент, она все поняла. Ему нужно жить. Ему нужна жизнь, чтобы жить.

Она испугалась, но не сдвинулась с места.

– Я не уйду, – прошептала она. Ее сердце сильно колотилось. – Я хочу, чтобы ты жил. Возьми мою жизнь. Возьми… то, что тебе нужно.

– Я… я не…возьму тебя, – выдохнул он. Его глаза закрылись, а голова скатилась на бок, когда он потерял сознание.

Эйдан выругался, свирепо глядя на Клэр:

– Он умирает! А ты сейчас помеха и соблазн!

– Тогда исцели его! – выкрикнула она в ответ. – Ты говорил, что обладаешь этой способностью, сделай это!

Она зажала рану, пытаясь остановить кровотечение голыми руками.

Сзади раздался топот ботинок, и Клэр повернулась.

– Скорее! – крикнула она Ройсу. – Дай мне повязку!

Ройс опустился на колени, протягивая ей свой стеганый плед. Клэр немедленно закрыла рану, прижав ее руками Ройса, а сама попыталась нащупать пульс Малкольма. И не смогла его найти. Она была на грани паники, но каким-то образом сдерживалась.

– Я не могу нащупать пульс, Эйдан, – предупредила она. – Если ты не исцелишь его, он умрет!

Эйдан с ожесточенным выражением на лице положил руки на плечи Малкольма. Клэр начала молиться, голова Малкольма покоилась на ее коленях, а его лицо она держала руками. Иренхат стал на колени рядом с ними.

Ройс хрипло сказал:

– Он ускользает, Эйдан.

Клэр видела страх в его глазах. Она посмотрела на лицо Малкольма, уже сейчас ужасно бледное. Камень, который она носила, жег ей горло, и что странно, она бормотала молитву, которую только что прочла, то короткое обращение к некой кельтской богине. Похоже, она запомнила его наизусть. Латынь легко слетала с ее языка, абсолютно осмысленно, и ничто так не успокаивало. Она тихо бормотала себе под нос. Похоже на то, что у нее нет никакого желания. Она закрыла глаза, и сильно потея, начала теперь говорить нараспев, спокойно и громко. Только латинская литания [21]21
  Литания – молебство, молитва.


[Закрыть] слышалась в ночи.

Клэр остановилась и взглянула на Эйдана, который отпустил Малкольма:

– Что ты делаешь? – выдохнула она.

Их взгляды встретились.

– Я не чувствую в нем жизни. И, кажется, не могу вдохнуть в него жизнь. Морей наложил на него заклятие. Ройс, ты можешь остановить кровотечение?

Ройс не ответил, он выглядел сейчас таким же бледным, как Малкольм.

Клэр боролась с паникой. Малкольм не может умереть! Она сорвала кулон с шеи и зажала его в руках, отпихнув Ройса в сторону, который все понял и отодвинулся подальше от нее. Шерстяной плед под ее руками пропитался кровью. Сейчас она распевала молитву быстрее, и заканчивала ее уже в четвертый или пятый раз, когда Ройс быстро сменил плед под ее руками. Ее разум кричал, что Малкольм не умер. Она бы почувствовала, если бы это произошло.

Ройс посмотрел на лицо Малкольма.

– Эйдан, он не дышит.

Эйдан снова возложил на него руки, пот стекал по его лицу.

– Я ничем не могу помочь ему, – сказал он. – Если у меня и есть эта способность, то сейчас она либо заблокирована, либо исчезла.

Клэр зарыдала. Она схватила Ройса за руку, заставляя его остановить кровотечение в ране, а сама склонилась над лицом Малкольма. Она закрыла ему нос, открыла его рот и начала делать искусственное дыхание. Он не дышал.

У нее есть электрошокер в кармане юбки, под ее лейне.

Клэр, которой адреналин придал сил, разорвала его тунику от ворота до самых ребер. Она уже собиралась приложить электрошокер и толкнуть с его помощью сердце, как вдруг увидела, что его грудь заколыхалась.

Она поднялась… опустилась.

Клэр склонилась над ним, держа его голову в руках. Она почувствовала его дыхание на своей коже и ослабла, слезы покатились из ее глаз.

– Клэр, – сказал осторожно Ройс, – Кровотечение остановилось. Он дышит. Дыхание неглубокое, слабое, но он дышит.

Клэр почувствовала, как дрогнули его ресницы.

– Не шевелись. Ты ранен, – удалось ей сказать, глядя на него.

Малкольм уставился на нее, выглядя несколько ошеломленным. Клэр не была уверена, узнал ли он ее вообще.

– Эйдан, рана открытая и глубокая, – сказал Ройс. – Тебе нужно полностью его исцелить. Иначе, он не сможет выжить.

– Я же говорил тебе, что вообще не исцелял его, – ответил Эйдан хрипло. – Это сделала Клэр.

Ройс с Эйданом переглянулись, а затем оба Повелителя посмотрели на нее.

Клэр не обращала на них внимания. Малкольм был ужасно бледным от потери такого большого количества крови. Она боялась, что он все равно умрет. Клэр жалко ему улыбнулась.

– Ройс. Рану нужно прижечь.

Может, кровотечение и остановилось, но как мог он выжить после такой раны без современной медицинской помощи?

– Я иду за МакНилом, – сказал Иренхат и исчез.

Клэр начала дрожать. Несомненно, они остановили кровотечение и вернули его к жизни, но кризис еще не прошел. Она так боялась, что он может умереть в любой момент.

– МакНил сможет спасти его? Он сможет его вылечить?

– Он обладает этой силой… если он доберется сюда вовремя.

Ройс вскочил и поспешил прочь от крепостной стены.

Она не могла понять, куда он направился, и в этот момент Малкольм произнес:

– Девушка, иди сюда.

Она подскочила от его соблазнительного голоса. Он пронзил все ее тело, сразу вызвав прилив теплоты и возбуждения. Ошеломленная, она посмотрела в его сверкающие глаза. Его голос был хриплым, задыхающимся от боли:

– Ты нужна мне, Клэр… Я умираю…

Он не отводил от нее напряженного взгляда.

Она и сама не могла отвести от него глаз. Клэр замерла, на нее нахлынуло сильное желание и растеклось внутри. Невозможно было ошибиться в его намерениях. Он хотел взять ее жизнь, глубоко вонзившись в ее лоно, источник жизни. В этот миг наступило полное понимание и все обрело абсолютный смысл. Он отчаянно нуждался в ней, так же отчаянно, как и она в нем. Ее глаза скользнули мимо зияющей кровавой раны, и она увидела его возбужденное мужское достоинство. Ее пристальный взгляд встретился с его глазами.

Ей следовало бы быть шокированной, но нет. Она знала, что может его исцелить. Она бы отдала ему тело и всю свою сущность, пока он дарил бы ей невероятный экстаз. Ее сердце забилось еще безумнее. Почему-то она поняла, что произошло в магазине. Могущество. Власть… Она облизнула губы, наклоняясь к его лицу. Ахнула, когда ее губы нашли его рот. От этого простого поцелуя удовольствие было прямо как от оргазма. И Клэр почувствовала, как он захватил ее жизнь.

Он тяжело дышал, а она плескалась в волнах ослепительного, сильного наслаждения, манящего экстаза…

Внезапно, чьи-то сильные руки оторвали ее от Малкольма. Клэр вырывалась из рук Эйдана, все ее тело отчаянно трепетало:

– Нет! Дурак! Он умрет!

– И ты умрешь, потому что ему нужна твоя жизнь, и он сейчас не осознает, что делает. Ты отдашь ему жизнь, и Малкольм будет принадлежать Морею, – огрызнулся Эйдан.

Клэр не понимала. Ее переполняло отчаяние и вожделение, словно она была сукой в течке. Она уставилась на Малкольма, распростертого на камнях, терзающегося от боли, тяжело дышащего, отчаянно нуждающегося в ней, немедленно желающего ее. Она должна идти к нему. Разъярившись, она попыталась вырваться из рук Эйдана.

– Я могу помочь ему! – Она была в бешенстве. – Оставь нас одних!

Не обращая на нее внимания, Эйдан с легкостью тащил ее к ступенькам.

– Что ты делаешь? – недоверчиво вскричала Клэр, но ее поразительное вожделение немного утихло. В глубине души, она стала понимать, что выходит из транса.

– Малкольм умрет, если я не помогу ему! Он нуждается во мне… Отпусти!

– Ты сейчас не в себе… как и он. Морей второй раз заманил моего брата в ловушку. Но он не станет Димхааном.

Он обхватил ее рукой за талию, его тиски были как сталь.

Отбиваясь от него, Клэр бросила взгляд назад. Малкольм оставался лежать ничком, как охотник в лесу. Его сверкающий взгляд был устремлен на нее, следя за тем, как Эйдан заставляет ее уйти.

Ты нужна мне, Клэр… не уходи. Не слушай их… Вернись ко мне…

Его губы ни разу не пошевелились, но она слышала его, словно он говорил вслух.

И снова на нее нахлынуло ужасное желание.

Я приду, пообещала она. Я всегда прихожу, когда ты зовешь…

Ройс взбежал по ступенькам и прошел мимо Эйдана и Клэр, держа в руках раскаленное железо, которое светилось в ночи адским пламенем.

И Клэр снова начала дико бороться с Эйданом.

– Ему это не нужно, – закричала она. – Ему нужна я!

Клэр увидела, как Ройс дал Малкольму кинжал.

Она перестала отбиваться, задохнувшись от страха. Малкольм зажал рукоятку между зубами, крепко сжав костяную рукоять. Его серебристый взгляд был неотрывно прикован к ней.

Клэр крепко схватилась за Эйдана. У Малкольма вырвался стон. Ужасный запах горящей плоти наполнил ночь.

Клэр закрыла руками рот, колени подогнулись. Эйдан поймал ее, крепко прижимая к своей груди.

– О, Господи, – она задыхалась в слезах. Она должна сейчас же пойти к нему. – Пожалуйста, Эйдан, – вскричала она, – Пожалуйста!

– Он без сознания. Сейчас ты не можешь ему помочь.

– Я могу, – всхлипнула она, – могу.

Эйдан оглянулся на Ройса. Тот кивнул.

– Башня наверху, – сказал Эйдан. – Там только один вход. Я поставлю на дверь замки.

Они собирались запереть его словно животное, с ужасом подумала Клэр.

– Я клянусь, что буду держаться от него подальше, – солгала она. – Пожалуйста, не запирайте его.