355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Барбара Картленд » Неотразимый Кавалер » Текст книги (страница 10)
Неотразимый Кавалер
  • Текст добавлен: 14 мая 2021, 19:31

Текст книги "Неотразимый Кавалер"


Автор книги: Барбара Картленд



сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

– Не соблаговолите ли вы просветить меня, кто сейчас направляется сюда? – спросил лорд Мельбурн.

– Как будто… вы сами не знаете… ответа! – с упреком произнесла Кларинда. – Это герцог… Кингстон и… его сиятельство… будет здесь… в любую секунду!

Неторопливо, с достоинством, лорд Мельбурн пересек комнату и дернул за шнурок колокольчика. Почти сразу же за спиной Кларинды открылась дверь и появился мажордом.

– Кто бы ни приехал, – сказал милорд, – меня нет дома, и я вернусь не раньше шести часов.

– Хорошо, ваша светлость.

Дверь снова закрылась.

– Вы выглядите в высшей степени растрепанной, Кларинда, – холодно заметил лорд Мельбурн. – Может быть, вам следует немного заняться собой перед тем, как мы продолжим наш разговор.

Подняв руки, Кларинда вцепилась в ленты шляпы и швырнула дорогой головной убор на пол.

– Нет! – гневно бросила она. – Мой внешний вид… не имеет ни малейшего… значения. Я хотела бы знать… почему вы нарушили свое обещание… спустя несколько часов после того… как дали его. Почему вы пытаетесь… выдать меня замуж за мужчину… который мне даже не нравится… которого я… боюсь.

Девушка уже успела восстановить дыхание, но слова по-прежнему отрывисто срывались с ее губ, и лорд Мельбурн, подойдя к столику с напитками, налил стакан лимонада.

– Сначала вы все-таки сядете, – тихо произнес он, – а затем мы все спокойно обсудим.

– Я не выйду… за него… замуж… я не… выйду, – скрипя зубами, выдавила Кларинда.

Взяв из рук лорда Мельбурна стакан, она жадно выпила лимонад.

– Не будет ли слишком нескромным, – спросил его светлость с веселой искоркой в глазах, – спросить вас, почему вы так запыхались? Возможно ли это, что вы бежали всю дорогу от Девоншир Хауза?

– Мне нужно было… попасть сюда… до его… сиятельства, – объяснила Кларинда.

– Я всегда полагал, что герцог переоценивает достоинства своих лошадей, – сухим голосом произнес лорд Мельбурн, однако глаза его смеялись.

– Не издевайтесь… надо мной! – в ярости воскликнула Кларинда. – Вы обманули меня… обещав, что никогда… не навяжете мне… ни одного мужчину… а теперь вы дали… свое согласие на мой брак… с герцогом.

– Я не делал ничего подобного, – ответил лорд Мельбурн.

Кларинда посмотрела на него, ее глаза светились недоверием.

– Но его сиятельство… сказал мне, что вы… дали согласие… Он сам… только что сказал!

– Я дал его сиятельству разрешение просить у вас согласия на брак с ним, – поправил ее лорд Мельбурн. – В этом я не мог ему отказать, Кларинда. Он полностью дееспособен, и не в моей власти запрещать безо всяких оснований кому бы то ни было делать вам предложение руки и сердца. Но исключительно в вашей воле принимать или отвергать это предложение.

– Но он… сказал мне… – начала Кларинда.

– Герцог – и это не удивительно – очень тщеславный человек, – тихо сказал лорд Мельбурн. – Ему и в голову не может прийти, что какая-либо женщина, особенно не имеющая положения в свете, подобно вам, Кларинда, сможет отказать ему.

– Значит… я не должна выходить… за него? – очень тихо спросила Кларинда.

– Я здесь ни при чем, все зависит исключительно от вас, – ответил лорд Мельбурн.

– Тогда не скажете ли… это… ему? – спросила Кларинда. – Ибо я знаю, его сиятельство не станет… меня… слушать.

– Если вы уполномачиваете меня отказать герцогу, я сделаю это, – сказал лорд Мельбурн, – хотя я убежден, что даже моим словам его сиятельство поверит с трудом.

Кларинда поставила стакан с лимонадом на стол и подняла руки к волосам.

– Я не должна была… убегать из… Девоншир Хауза, подавленно проговорила она. – Ваша бабушка очень… рассердится на меня, но я так… перепугалась.

– …и так разозлились на меня, – добавил лорд Мельбурн.

– Я решила, что вы… предали меня.

– Неужели вы действительно решили, что я могу заставить вас выйти замуж за этого хвастливого болтуна! – воскликнул лорд Мельбурн.

Девушка уставилась на него широко раскрытыми глазами.

– Я полагала, что вы… как и ваша бабушка… хотели бы… чтобы я заключила… выгодный брак.

– Я хочу, чтобы вы были счастливы, Кларинда, – ответил лорд Мельбурн, – но я не выполню свой долг опекуна, если не обращу ваше внимание на положительные моменты подобного союза.

Кларинде показалось, что он уже сожалел о том пренебрежительном тоне, которым отозвался о герцоге. Лорд Мельбурн некоторое время походил по комнате, затем сказал:

– Вы понимаете в полной мере, от чего отказываетесь – если не брать в расчет самого мужчину? Вы займете высочайшее положение в обществе, Кларинда. Вы приблизитесь к королевским особам настолько близко, насколько это вообще возможно простому смертному. Вы станете баснословно богатой, вам будут завидовать, льстить, восхищаться везде, где бы вы ни появились. Я уверен, что по всем городам и весям нашей страны не найдется девушки, которая не запрыгала бы от радости, услышав предложение от его сиятельства.

– Но я же не… люблю его, – тихо произнесла Кларинда.

– И вы полагаете, что это имеет большее значение, чем все остальное? – спросил лорд Мельбурн.

Девушка видела, что он пытливо смотрит на нее своими проницательными серыми глазами, которые всегда заставляли ее чувствовать, что они смотрят в самую глубь человека, ища то, чего нет на поверхности – глядят в сердце и душу.

– Я не могу выносить… даже его… прикосновения, – поежившись, прошептала Кларинда.

– Тогда от вашего имени я откажу почетному предложению его сиятельства, – твердо заявил лорд Мельбурн. – Не беспокойтесь, Кларинда. Обещаю вам, герцог больше не будет докучать вам.

– Но ваша… бабушка… – Кларинда запнулась.

– С бабушкой я тоже все улажу, – сказал лорд Мельбурн. – Она тоже желает вам счастья, Кларинда. К сожалению, как и большинство людей ее поколения, бабушка считает, что брак для девушки, в первую очередь, это возможность занять более высокое положение в свете, а вовсе не радость любить и быть любимой.

Кларинда глубоко вздохнула, словно ее облегчение от слов лорда Мельбурна невозможно было выразить иначе. Затем, повернувшись к нему, она застенчиво улыбнулась и мягко произнесла:

– Я прошу… прощения.

– За что? – спросил он.

– За грубость, – ответила она. – Похоже, мне всегда приходится извиняться перед вами, милорд, как только мы остаемся одни.

– Наверное, вас к этому вынудили, – сказал лорд Мельбурн.

– Вы очень великодушны, – ответила Кларинда.

Наступила тишина, и девушка, видя, что он смотрит на нее, почувствовала себя смущенной. В волнении она подняла руки, чтобы поправить растрепавшиеся локоны и кружева на груди.

Кларинда сейчас как-то особенно остро почувствовала молчание, лежащее между ними – молчание, однако, было наполнено каким-то смыслом, который она не могла понять, и, чтобы скрыть свое смущение, девушка торопливо заговорила, не глядя на милорда.

– Вчера ночью я думала о вас, ваша светлость.

– Обо мне? – спросил лорд Мельбурн.

– Я размышляла о тех вещах, о которых мы говорили с вами, – сказала Кларинда. – И, в основном… о вашей… скуке.

– Вы чересчур близко воспринимаете это.

– Я думала о том, – продолжала Кларинда, – что в то время как я вынуждена скрывать то, что у меня есть хоть какой-то разум, у вас нет причин стыдиться вашего ума; и существует множество занятий, которым вы можете посвятить себя, заинтересоваться ими.

– В настоящий момент я нахожу, что мне едва хватает времени, чтобы заниматься вашими проблемами.

Кларинда нахмурилась.

– Я говорю с вами серьезно, милорд.

– Прошу прощения, если мои слова прозвучали легкомысленно, – ответил он, – но они соответствуют действительности.

– Я думала о вашей жизни вообще, – сказала Кларинда. – Вам же очень хорошо известно, что, хотя я и отнимаю сейчас часть вашего времени, это будет продолжаться лишь очень недолго. Вскоре мне придется покинуть Лондон. Что вы будете делать тогда?

– Полагаю, то, что я делал раньше, – ответил он. – Развлекаться.

– В том-то и дело, что по-настоящему вы и не развлекаетесь, – сказала она. – Это-то меня и заботит.

– Я глубоко признателен за столь лестное внимание с вашей стороны, – с деланной почтительностью произнес лорд Мельбурн.

– О, ну не будьте же столь язвительны! – воскликнула девушка. – Разве вы не видите, что я стараюсь помочь вам? Я обдумала ваши проблемы и нашла – если вы соблаговолите выслушать – по меньшей мере одно или два решения.

С затаенным блеском в глубине глаз лорд Мельбурн уселся напротив нее. Его голос, однако, прозвучал совершенно серьезно:

– Я снова прошу извинить меня за то, что мои слова прозвучали легкомысленно. В действительности мне в высшей степени интересно узнать, какое лекарство вы собираетесь прописать мне против нападающих на меня временами приступов непреодолимой скуки.

– Ну, в первую очередь я подумала о всех тех вещах, – ответила Кларинда, – которыми вы сможете заняться в Мельбурне.

– В Мельбурне?! – спросил лорд Мельбурн, подняв брови. – Надеюсь, вы не собираетесь предложить мне перестроить дом после того, как это так великолепно сделал мой отец? Или вы полагаете, что Фостер неудовлетворительно справляется со своими обязанностями?

– Я убеждена, что майор Фостер очень хороший управляющий, – ответила Кларинда, – но он содержит имение в том превосходном состоянии, в котором оно находилось еще при вашем отце. Он никогда не предпримет что-либо действительно новое без вашего разрешения, точнее, я уверена в этом, без вашего указания.

– А какие новшества, по-вашему, мне необходимо ввести? – спросил лорд Мельбурн.

Кларинде показалось, что в его голосе прозвучала неприязнь, словно его раздражал тот факт, что девушка заметила погрешности в ведении хозяйства.

– Разумеется, это только мои мысли, – робко произнесла она. – Я совершенно уверена, что ваша светлость найдет гораздо лучшие решения.

– А какие предложения можете сделать вы? – спросил лорд Мельбурн тоном человека, который полагает, что дальнейшее обсуждение вопроса больше не имеет смысла.

– Ну, во-первых, – сказала Кларинда, глядя в сторону, – строевой лес на северо-западной окраине поместья уже выродился – его пора пересаживать. Он занимает площадь в двести акров, но вам будет удобнее построить лесопилку прямо на месте и проложить дорогу напрямую к тракту. Невдалеке располагается карьер гранита, и эта часть вашего поместья практически не застроена.

После минутной паузы лорд Мельбурн спросил:

– Что еще?

– Все люди со значительным положением, с которыми я успела побеседовать после приезда в Лондон, – продолжила Кларинда, – например, генерал сэр Дэвид Дандас, кажется, убеждены, что заключенный мир для Наполеона – лишь предлог для того, чтобы заново вооружиться. Если снова начнется война, наша страна опять будет испытывать острую нехватку продовольствия. Если вы раскорчуете ни на что не годные заросли с востока от низины Кумба и осушите болото, вы сможете ввести в землепользование свыше двух тысяч акров земли.

– Черт возьми, но откуда вам все это известно? – спросил лорд Мельбурн. – Извиняюсь за свой язык, Кларинда, но вы меня удивили.

– Я всегда интересовалась делами поместья Мельбурн, – ответила Кларинда, – и я не могла не сравнивать новшества, которые мы вводили из года в год, с неменяющимися условиями в Мельбурне. Дядя Родерик и я пришли к выводу, что ваше хозяйство ведется немного старомодно.

– Что ж, определенно вы дали мне пищу для размышлений, – резко произнес лорд Мельбурн. – Что-нибудь еще?

– Это предложение… возможно… вам не понравится, – запинаясь, проговорила Кларинда, – но я слышала, что все скачки, в которых ваши лошади принимали участие в прошлом и позапрошлом году, проводились в Ипсоме и Эскоте. Вам не приходила мысль, что вместо того, чтобы содержать лошадей в Ньюмаркете, который намного дальше от Лондона, чем Мельбурн, гораздо удобнее и значительно дешевле тренировать их дома? К тому же, получив во владение Динглз Райд, вы теперь имеете готовое место для выездки!

Впервые за все время разговора она посмотрела в лицо лорду Мельбурну и увидела по его выражению, что последнее предложение заинтересовало его.

– Вы сказали мне много такого, что стоит обдумать, Кларинда, – помолчав, сказал он.

– Я еще не совсем… закончила, – ответила она.

– Для меня есть еще занятия? – спросил он.

– И очень много, стоит вам только пожелать, – ответила она. – Вы – член Палаты лордов. Вы никогда не задумывались о том, что срочно необходим Билль, запрещающий девушкам тринадцати-четырнадцати лет становиться проститутками?

Лорд Мельбурн от неожиданности выпрямился в кресле.

– Кто рассказал вам о таких вещах? – спросил он.

– Никто, – ответила Кларинда. – Я пользовалась своими глазами. Я видела их, стоящими на Пикадилли – несчастные маленькие создания с накрашенными лицами, неприкрыто пытающиеся привлечь внимание проходящих мимо джентльменов.

– Благопристойная леди не должна замечать подобные вещи, – уверенно произнес лорд Мельбурн.

– Да, но благопристойный джентльмен обязан их замечать. Что-то должно быть сделано по этому поводу. Я также убеждена, что должен быть принят закон, запрещающий заставлять маленьких мальчиков чистить трубы – бывает, они начинают заниматься этим с пяти лет. – Я недавно видела одного такого, у него были обожжены ступни ног, а по лицу струились слезы. Мне стало стыдно, что подобная жестокость допускается в цивилизованной стране.

Лорд Мельбурн, поднявшись, прошел через комнату и остановился у окна.

– Вы правы, Кларинда, – помолчав, сказал он. – Разумеется, вы правы. Мы стали бесчувственными, а иногда просто не задумываемся о подобных вещах. Вас устроит мое обещание поговорить с членами Палаты по поводу этого?

– Возможно, предпринять ничего нельзя, – ответила Кларинда, – но я не могу избавиться от чувства, что умные люди, подобные вам, милорд, должны убеждать общественное мнение обращать внимание на нищету, которую мы замечаем в Лондоне повсюду. С одной стороны, в городе много богатства, много роскоши, и с этим так контрастирует бедность и убогость, которые ужасают меня с тех пор, как я здесь.

– Я думал, что вы здесь веселитесь, Кларинда.

– Это так, – ответила она, – но, хотя ваша бабушка найдет это достойным сожаления, я не могу в то же время не думать.

– Ума палата, – заметил лорд Мельбурн.

– Именно так, – согласилась Кларинда.

Взглянув на часы, она поднялась.

– Ее светлость вернется с минуты на минуту, милорд, и я убеждена, что герцог сообщил ей, что я убежала потому, что он пригласил нас сегодня вечером на ужин. Когда маркиза услышит то, что вы ей скажете, она, вероятно, очень разгневается на меня и, несомненно, очень расстроится. Пожалуйста, постарайтесь сделать так, чтобы она поняла.

– Обещаю, что сделаю все возможное, – сказал лорд Мельбурн. – Не беспокойтесь, Кларинда. Я уверен, что бабушка, как и я, желает только одного – вашего счастья.

В его голосе было столько тепла, что Кларинда смутилась.

– Благодарю вас, милорд, – тихо произнесла она, – и еще раз… простите меня за… грубость.

Не дожидаясь его ответа, Кларинда вышла из комнаты и, очутившись на лестнице, постояла некоторое время, закрыв лицо руками, ощущая, как чувство облегчения заливает ее подобно солнечным лучам. Только теперь она поняла, насколько испугалась, что ее смогут насильно выдать замуж за герцога.

Девушка позвонила, вызывая Розу. Она уже узнала от герцогини, что сегодня вечером будет последний из значительных балов того сезона. Потом будут еще, но тот, который дают граф и графиня Гетрингтон в своем особняке на Парк-лейн, будет, за исключением бала в Карлтон Хаузе, самым роскошным и важным событием светской жизни.

Специально для этого бала маркиза выбрала для Кларинды платье из белого газа. Оборки, которые украшали подол платья, были расшиты бирюзовыми бусинками. Бирюза сверкала среди кружев, обрамлявших плечи, а также была разбросана по крошечным белым туфлям.

– У меня есть для вас подарок, – сказала маркиза, когда Кларинда весьма неохотно зашла в ее комнату перед тем, как спуститься на обед.

– Подарок для меня, мэм! – воскликнула Кларинда.

Она ожидала, что ее встретят упреками. Но по голосу маркизы девушка поняла, что лорд Мельбурн смягчил удар и ее не будут укорять за отказ герцогу.

– Подарок, который, я надеюсь, вам понравится, – сказала маркиза и, открыв коробочку, лежащую на столике, протянула ее Кларинде.

На черном бархате лежало ожерелье из бирюзы и бриллиантов, браслет в пару к нему и маленькие серьги в форме цветков.

– О, мэм, неужели это действительно мне? – воскликнула Кларинда.

– Я собиралась подарить вам это в вечер вашего первого бала, но затем сочла украшения более подходящими к платью, которое на вас сегодня, и придержала их.

– О, благодарю вас! Благодарю! – воскликнула Кларинда. – Это самые прекрасные украшения, которые я когда-либо видела, и самые первые драгоценности, которые у меня появились.

– Я рада, что вы довольны, дитя, – улыбнулась маркиза.

– Как я смогу отблагодарить вас за все, что вы сделали для меня? – спросила Кларинда. – Вы так добры ко мне, и я не могу выразить, насколько я счастлива быть с вами. Иногда мне кажется, что рядом со мной моя мама.

– Вы не могли выразить это лучше, – сказала маркиза. – Благодарю вас, дитя мое. А теперь наденьте драгоценности, и вы будете выглядеть еще прелестнее, чем прежде.

Кларинда, несомненно, выглядела очень веселой и счастливой, спускаясь встретить гостей, которых маркиза пригласила отобедать с ними. Многие уже были ей знакомы, однако из-за ее прекрасного настроения девушке казалось, что сегодня у них собралось самое приятное общество.

Когда обед завершился и все расселись по экипажам, ждущим на улице, Кларинда, как всегда, ехала вместе с маркизой и услышала, как та вскрикнула от боли, опускаясь на мягкое сиденье.

– Ваша нога опять болит, мэм? – спросила девушка.

Маркиза кивнула.

– На этой неделе мне пришлось много стоять, – ответила она, – не беспокойтесь обо мне, Кларинда, но, если боль усилится, мне придется ускользнуть пораньше. Домой вас отвезет мой внук.

– Я найду вам место где присесть, как только мы войдем в танцевальный зал, – прошептала Кларинда.

Гетрингтон Хауз, стоящий на Парк-лейн, был древним и хаотично построенным зданием, которое обладало своеобразным очарованием. В отличие от всех предыдущих балов, на которых присутствовала Кларинда, танцевальный зал был не один, их было целых четыре. Два из них были смежными, в двух других, в каждом, играл отдельный оркестр. Это было новшество, которое очаровало самых требовательных и blases[11]11
  Пресыщенный (фр.).


[Закрыть]
.

В то же время Кларинда нашла обстановку очень красивой, а столовая, отделанная под мавританский шатер, была непохожа на все виденное ею раньше.

Ее партнер еще не подошел к ней после ужина, и девушка в одиночестве прогуливалась по коридору, когда встретилась с леди Ромейн Рамси, которая, как подумала Кларинда, выглядела прекрасной, как никогда. Ее платье из рубиново-красного газа практически не скрывало линии фигуры, а на фоне черных, как вороново крыло, волос великолепно смотрелась крупная диадема с рубинами и бриллиантами. Рубиновое ожерелье блестело на белоснежной шее, и, казалось, пламя драгоценных камней подчеркивало манящий взгляд ее глаз.

– А, мисс Вернон, я искала вас! – воскликнула леди Ромейн, увидев Кларинду.

– Ваша светлость искала меня? – удивленно спросила Кларинда.

Она была уверена, что леди Ромейн невзлюбила ее, так как признанная красавица нарочито избегала девушку с тех пор, как та появилась в Мельбурн Хаузе.

– Ну да! – ответила леди Ромейн. – Один ваш старый друг, мисс Вернон, с нетерпением хочет возобновить знакомство. Он узнал, что вы были в обеденном зале, и попросил меня оказать ему услугу и привести вас к нему. Как раз сейчас я искала вас.

– Думаю, что здесь у меня не может быть старых друзей, – неуверенно сказала Кларинда, недоумевая, с чего это леди Ромейн оказалась столь доброжелательной, и чувствуя себя несколько неуютно от этой перемены отношения к себе.

– Теперь, когда вы имеете успех, вы не должны забывать тех, кого знали до приезда в Лондон, – наставительно произнесла леди Ромейн, – а этот человек говорит, что вы встречались еще в деревне.

Озадаченное лицо Кларинды прояснилось. Она догадалась, кто это был. Разумеется, Джульен! Джульен Уилсдон приехал в Лондон, вероятно получив отпуск на службе.

Сначала девушка удивилась, что молодой человек попросил леди Ромейн разыскать ее, затем решила, что он наверняка просто растерялся в таком шумном обществе. Кларинда вспомнила, что Джульен встретил леди Ромейн, и они говорили друг с другом в Пайори, когда она так глупо убежала в сад.

– Мне кажется, я знаю, о ком вы говорите, – с улыбкой сказала Кларинда.

– Я так и думала, что вы догадаетесь, – ответила леди Ромейн, – но предполагается, что это должен быть сюрприз, так что вы не должны спрашивать меня, правильно ли ваше предположение. Пойдемте со мной, я проведу вас к нему.

С этими словами она взяла Кларинду за руку и увлекла ее в узкий коридор, над которым было написано «Личные покои». Кларинда решила, что леди Ромейн, должно быть, хорошо знала графа и графиню Гетрингтон и поэтому имела разрешение даже на таком многолюдном приеме проходить в личные помещения.

Проход, видимо, не предназначался для гостей. Он был не освещен, но леди Ромейн, похоже, знала дорогу. В глубине коридора она открыла дверь, и Кларинда увидела небольшую уютную комнату, которую, вероятно, занимала экономка или гувернантка.

Сперва девушке показалось, что комната пуста. Затем кто-то закрыл дверь за ее спиной, и она услышала, как в замке повернули ключ.

Кларинда порывисто повернулась и лишилась слов от ужаса, когда увидела, что перед ней стоит не Джульен, а улыбающийся сэр Джеральд Киган.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю