Текст книги "Время безмолвия (ЛП)"

Автор книги: Барбара Фритти

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Сара отвернулась от мучительного взгляда Джейка. Она не хотела говорить о своем исчезновении. Она не желала снова слышать, как уничтожила их жизнь. Вместо этого ей хотелось немного вернуться назад и попытаться понять ту жизнь, о которой ей рассказывал Джейк. Она отключила звук на телевизоре и задала вопрос:

– Как мы познакомились?

Он нахмурился.

– Это не важно, и я не хочу возвращаться в прошлое вместе с тобой.

– Но тебе придется, Джейк. Мне необходимо вспомнить свою жизнь, а ты единственный, кто хоть что-то знает. Может, то, что ты мне расскажешь, поможет мне вернуть память. А мы разве не этого хотим?

Джейк вздохнул и надолго уставился в пол, после щелкнул пальцами на левой руке, а затем на правой. Пока она присматривалась к нему, внутри что-то екнуло. Он и раньше так делал, когда нервничал, и вдруг она ощутила беспокойство, что немало ее удивило. Джейк был крупным и сильным мужчиной, к тому же умным, не боялся высказывать собственное мнение и определенно умел за себя постоять. Так откуда же возникла тревога? Любовь?

Он рассказывал ей, что у них был страстный роман, но в это было трудно поверить, не потому что она не помнила его, а потому что он вел себя так, будто не любил. Он был очень холоден с ней. Когда он подходил ближе, по ней всегда пробегали мурашки, словно от мороза. Неужели с ее поспешным уходом из его жизни исчезла и его любовь? Или между ними пробежала кошка чуть раньше?

– Мы познакомились в кафе, недалеко от моего офиса, – резко начал Джейк, медленно поднимая свой взгляд с пола, что застыл на ее лице. – Ты только начала работать официанткой. А я привык постоянно обедать там. Моя архитекторская фирма находилась вниз по улице.

– И что ты проектировал?

– Торговые центры. Но в день нашего знакомства я работал над личным проектом – домом, который планировал построить. Ты заинтересовалась этим процессом и тогда ты мне сказала, как сильно любишь дома, и что готова умереть за то, чтобы увидеть хотя бы один дом в викторианском стиле в городе. А когда ты сообщила, что только переехала в город и никого не знала, я предложил тебе провести экскурсию. Поначалу ты отказалась, но после парочки приглашений все же сказала «да».

Значит, она изначально осторожничала… правильное решение с ее стороны.

– Продолжай.

– Спустя неделю мы провели целую субботу, осматривая дома, после чего посетили «Трансамерику» (второе по высоте здание в Сан-Франциско, больше известная как «Шпиль» или «Игла»), Койт-Тауэр (башня-мемориал, со смотровой площадки которой открывается уникальный вид на Сан-Франциско) и старинные здания на Маркет Стрит, – продолжил Джейк. – Когда мы закончили с экскурсией, мы пошли обедать и провели за разговором несколько часов. – Он остановился, в его глазах появился странный огонек. – Вообще-то, я даже не сразу понял после твоего ухода, как много я говорил, а ты все это время слушала меня. В любом случае, на следующий день я снова пригласил тебя на ужин, а до начала выходных мы уже успели провести ночь вместе.

Его слова звучали чересчур прагматично, но описываемые действия выдавали в нем романтика, страстную натуру, он был словно ураган и совсем не осторожничал.

– Так быстро? – пробормотала она.

– Ты сказала, что я просто сбил тебя с ног, – ответил он, в его голосе сквозило неверие. – Оглядываясь назад, я понимаю, что у тебя был какой-то скрытый мотив.

– Какой? Ты что, богат? Все дело в деньгах, да? Я тебя обокрала, когда уходила?

– Ты взяла лишь пару сотен из комода, что стоял в нашей спальни, и у тебя не было доступа к моему банковскому счету. – Он вдруг наклонился, его взгляд потемнел. – Но мне было бы наплевать, Сара, даже если бы ты забрала у меня все до цента, оставь ты Кейтлин со мной.

Она хотела оправдать свои действия, но не могла.

– Я продолжал верить, что ты одумаешься, – продолжил он, – что вернешься, позвонишь или напишешь мне письмо. Спустя несколько недель, как ты ушла, я начал получать странные звонки на телефон – кто-то все время дышал в трубку, но молчал в ответ. Я чуть с ума не сошел. Но я не желал менять номер телефона, ведь мне могли позвонить либо ты, либо тот, кто хоть что-то знал о тебе. – Он вдруг замолчал. – А потом ко мне вломились.

Ее сердце пропустило удар.

– О чем ты говоришь? Как это вломились?

– Через две недели после твоего ухода, я вернулся домой и увидел, что заднее окно в квартире было разбито. Кто-то пришел, перерыл всю мебель, стащил немного налички и мой ноутбук. Полиция не нашла никаких отпечатков пальцев, они так и не выяснили, кто это устроил. – Он сделал вдох, встретившись с ее взглядом. – Я знаю, о чем ты думаешь, – что это было связано с твоим исчезновением. Я тоже так подумал, но потом выяснилось, что воры забрались и в другую квартиру в нашем доме. В конце концов, полиция решила, что это был обычный, заурядный грабитель.

– Все это слишком странно, – пробормотала она, особенно когда стало известно, что кто-то хотел ее убить. Неужели они пытались с ней расправиться, уже когда она была с Джейком? Поэтому она убежала? Они вломились в квартиру Джейка, чтобы узнать, куда она ушла, или выяснить, не оставила ли она что-нибудь важное после себя? И если она до своего ухода почистила всю квартиру, значило ли, что она старалась скрыть что-то?

– Все казалось случайным, – признался Джейк. – Но тот факт, что забрались в две квартиры, лишь подтвердил эту случайность.

– Они просто хотели, чтобы ты думал именно так.

– Сейчас это воспринимается по-иному, а тогда я понятия не имел, что у тебя тайное прошлое или что ты в опасности. Ведь у меня осталась на руках лишь записка, говорящая, что из этих отношений ничего не выйдет и что ты уходишь.

Она вдохнула, услышав его непростительный тон.

– А можешь ты что-то хорошее рассказать обо мне? Ну хоть немного, например, что я правильно выдавливаю зубную пасту или отлично готовлю попкорн, хоть что-то?

– Не могу вспомнить, – Джейк не слишком торопился, чтобы выполнить ее просьбу.

– Уверена, что ты гордишься собой. Типа попробуй горечь своих же пилюль?

Он покачал головой в знак подтверждения.

– Ну как, тяжело глотать?

Между ними наступила тишина. Она не могла заставить себя просить о большем, и было ясно, что Джейк все еще зол на нее. От него исходил гнев тонкими, пульсирующими волнами, делая окружающую атмосферу более напряженной и неуютной. Это будет очень длинная ночь.

– Тебе нравилось фотографировать, – наконец, произнес он.

– Что фотографировать? – поинтересовалась она.

– Здания, ландшафт, цветы, животных – все, что вызывало у тебя интерес. Но не людей. Ты никогда не делала снимки людей. Даже когда Кейтлин родилась, казалось, ты не хотела фотографировать ее. К тому же я не знаю, что ты сделала с теми фото, которые у тебя уже были. Они исчезли вместе с тобой.

– Что еще? – спросила она, желая выяснить как можно больше от него. – Что на счет твоей семьи? У тебя кроме Дилана есть еще братья или сестры? Родители? Бабушки и дедушки? Мы проводили с ними время?

Он посмотрел на нее с мрачным выражением лица.

– Мои родители развелись, когда мне было десять. Тогда я в последний раз видел свою мать. Мы с отцом не много времени проводили вместе. Ты никогда не встречала его. Однако, несколько раз мы посещали мою бабушку в санатории. Ты ей понравилась, но у нее болезнь Альцгеймера, так что только Богу известно, за кого она тебя принимала. Мы закончили? Потому что это пустая трата времени. Не важно, кем ты была или что сделала со мной. Главное, что мы сейчас должны выяснить – где ты была последние семь месяцев.

– Понимаю, но как мы это сделаем? Все, что у меня есть, – это глубоко укоренившееся чувство страха и уверенность в том, что я достаточно долго убегаю.

– Хотя бы это есть, – сказал он. – Я должен был глубже копать, когда ты была со мной. Я должен был задавать больше вопросов.

– Почему ты должен был? Мне показалось, у нас были нормальные отношения.

– Потому что не должен был все принимать за чистую монету. Развод моих родителей был жестоким, а месяцы, предшествующие этому, наполнены кошмаром обвинений и лжи. Да и потом было не лучше. Я вырос с уверенностью, что будет разумнее оставаться одиноким и отгородить себя от ненужной боли. Но, нет, я позволил тебе залезть мне под кожу. Я нарушил каждое правило, которое создал для себя, а ты вила из меня веревки.

– Прости, что обидела тебя, – слова вырвались сами собой.

Его взгляд потемнел.

– Как ты можешь просить прощение, если ни хрена не помнишь, что натворила?

– Потому что и так видно, что я причинила тебе боль. И очевидно, я не единственная, кто сделал это. У тебя, похоже, было трудное детство.

– Я не собираюсь рассказывать тебе о своих родителях.

– Тогда расскажи о моих, – попросила она, меняя тему в нужное русло, что могло бы открыть дверь в ее прошлое.

– Я ничего не знаю о твоей семье. Ты сказала, родители умерли, что они погибли в автомобильной катастрофе, а ты жила с бабушкой в Бостоне, но я ничего не смог на нее найти… или тебя. Поэтому это все было ложью.

Она снова вдохнула. Казалось, каждый вопрос, который она задавала, заканчивался тупиком.

– Ты уверен, что я больше ничего не рассказывала о родителях? Ну, где мы жили или как они выглядели, или чем они занимались?

– Ты говорила, что скучаешь по просмотру старых мюзиклов и фильмов вместе с твоей мамой. Я думаю, она была мама-домохозяйка. Ты никогда не упоминала род ее деятельности или работу. Похоже, когда ты была маленькой, мама частенько водила тебя в кинотеатр по вечерам, где…

– …где фильмы стоили всего лишь доллар, – закончила она предложение, и волнение расползлось по ее венам. – Я помню этот кинотеатр. Он – один из тех огромных старомодных кинотеатров. Мы всегда сидели на балконе в первом ряду, и я клала свои ноги на парапет. Странно, что я вспомнила только это и ничего больше.

– Может, ты вспомнила кинотеатр, потому что не почувствовала страха. Но что-то ужасает тебя. Должна быть причина, почему твой мозг блокирует твои воспоминания.

– Ты думаешь из-за этого?

– А ты тогда что думаешь? – возразил он.

– Я потерялась в собственной голове, и это странно. Будто ты мне рассказываешь историю о ком-то, кого я не знаю. Что-то из того, что ты говоришь, чувствуется правильным, но многое – нет. Я пытаюсь положиться на собственные инстинкты, но ощущаю, словно бреду по минному полю.

– Потому что ты смешала ложь и правду, Сара, поэтому ничего и не вырисовывается. Ты должна попробовать уснуть. Возможно, когда ты проснешься, ты поймешь, кто ты есть. И мы сможем вернуть Кейтлин.

– Какой я была с Кейтлин?

Он прочистил горло.

– Хорошей. Ты была очень доброй, – грубо ответил он. – Вас двоих невозможно было разъединить с того самого момента, как я перерезал пуповину и вручил ее тебе.

– Ты перерезал пуповину? – повторила она. Этот нежный образ не шел ни в какое сравнение с жестким человеком, сидящим перед ней.

– Да. Я был рядом все те четырнадцать часов, пока ты рожала. И когда Кейтлин появилась на свет, моя жизнь изменилась. – Его взгляд задержался на ее лице. – Самый лучший момент в моей жизни. Худший, когда пришло осознание, что ты забрала Кейтлин и бросила меня. – Он вскочил на ноги. – Пойду прогуляюсь.

– Джейк…

– Что?

– Мы действительно любили друг друга?

Он остановился у двери.

– Когда вернешь себе память, тогда и узнаешь ответ.

* * *

– Она в новостях, – произнес Шейн Холлис, произошел выброс адреналина, пока он выключал телевизор в своем номере в мотеле. Он не ожидал, что она обратиться к общественности. Это все меняло, и теперь добраться до нее будет сложнее. – Она в этих чертовых новостях, – повторил он.

Молчание на другом конце провода беспокоило его. Он уже провалился несколько раз. Он знал, у него остался лишь один единственный шанс все исправить. Если он ее не убьет, то его жизни придет конец.

Было время, когда они были равны, братья – или так он думал. Но то, что начиналось как игра в юности, превратилась в нечто, что он себе и представить не мог. Он уставился на татуировку на запястье, все еще помня тот день, когда они их накололи. Тигр олицетворял ярость, власть, лояльность, братство. В то время он не понимал, что это также означает убийство.

Теперь он слишком увяз во всем этом, и выхода не было. Ценой за принадлежность к элитному классу была кровь на руках, которую никогда не отмыть. Теперь он мог только продолжать то, что началось несколько лет назад.

– Я разочарован в тебе, – ответил мужчина. – После всего, что я сделал для тебя.

Шейн хотел было указать ему на то, что он сделал намного больше в благодарность, но промолчал. Порядок власти в их группе уже был установлен давно. Человек по ту сторону провода знал, как использовать каждого из них в свою пользу. Но он сделал одну критическую ошибку – женщина с длинными светлыми волосами и голубыми глазами, женщина, которая уже должна была замолчать.

– Я достану ее, – пообещал Шейн. – Мне нужно больше времени. К тому же, она ничего не помнит и сейчас не представляет угрозы. Мы можем подождать, пока все не утихнет.

Пауза на том конце пустила холодок по спине. У него нет права делиться своим мнением.

– Пока она дышит, она – угроза, – произнес мужчина. – Она предала меня и должна за это заплатить. Я слишком долго ждал ее смерти. И не собираюсь больше ждать.

– Я доберусь до нее, но рядом с ней кое-кто есть… мужчина… Джейк Сандерс. Он называет себя отцом ее ребенка, но я никогда не видел малышку.

– Может, ты слишком плохо искал.

– Что вы хотите, чтобы я сделал с этим парнем? – поинтересовался он, игнорируя критику.

– Его тоже убить.

Кровь ударила в голову.

– А что на счет ребенка?

Связь оборвалась, послышался гудок. Шейн отключил телефон, понимая, что никого не волнует то, что он хотел совершить. Он будет делать лишь то, что нужно. Если он не сделает этого, сделает кто-то другой.

Глава 8

Сара почувствовала облегчение, когда, проснувшись на следующее утро, увидела, как сияет солнце. К сожалению, в сознании ничего не просветлело, и ее оптимизм пропал, как только она попыталась вспомнить что-то о себе из того, что Джейк не рассказал ей. По крайней мере, ей стало лучше. Голова больше не болела, а движение туда-сюда не вызывало головокружения. Слава Богу.

Она взглянула на стул, где Джейк провел ночь. Теперь он был пуст, но Сара подозревала, что далеко он не ушел. Ночью она смутно осознавала, как Джейк пытался обустроиться на двух креслах, которые он вместе соединил, но она сомневалась, что ему это вряд ли помогло. Она предложила бы ему пойти в мотель, но было ясно, что пока они не найдут Кейтлин, он не оставит ее в покое.

Выбравшись из кровати, она прошла в ванную комнату умыться. Сара намеревалась выписаться из больницы и начать поиски дочери. Больше ни дня не могла, ничего не делая.

Когда она вернулась в комнату, Джейк и Дилан уже ждали ее. Дилан сменил свой костюм на пару синих джинсовых брюк и темно-синий свитер в тон. Джейк также был в джинсах и черной футболке с длинными рукавами. Несмотря на одинаковые наряды, мужчины совершенно отличались друг от друга.

Дилан был золотым мальчиком, загорелым, красивым. Джейк же выглядел более крепким, менее изысканным и, конечно, серьезным, лишенный какого-либо легкомыслия. Но между ними чувствовалась связь, некий негласный разговор, который, казалось, продолжался всякий раз, когда они находились рядом друг с другом. Они были едины в поисках Кейтлин и своих чувствах к ней. Будучи не до конца уверенной, Сара все же слегка изменила свое мнение, увидев теплоту в глазах Джейка, когда он посмотрел на нее. Между ними тоже была связь, и достаточно сильная, чтобы Джейк пошел против своего брата. Если бы ему пришлось выбирать еще раз, интересно, он бы сделал тот же выбор?

– Рада видеть вас обоих, – сказал она, сделав первый шаг. – Я хочу съездить на место аварии, хочу начать поиски Кейтлин.

– Как и я, – ответил Джейк. – Думаю, нам нужно отследить твои шаги, начиная с этой точки и заканчивая Лос-Анджелесом, а именно побывать по адресу той женщины, что дала тебе свою машину.

Сара понравилась идея принятия быстрых мер, но ее тревожила одна проблема.

– Ты уверен, что это хорошая идея уехать отсюда? Что если Кейтлин где-то поблизости?

– Ее не было в каньоне, – решительно заявил Джейк. – Значит, она где-то еще. А учитывая, что к нам так никто и не приехал, не думаю, что она рядом.

– Есть новости по вчерашнему эфиру? – поинтересовалась она. – Появились какие-нибудь новые зацепки?

– Было несколько звонков, – Джейк взглянул на Дилана. – У тебя же все детали. Почему ей не расскажешь?

– Первый звонок был с заправки, что в тридцати милях отсюда, – начал Дилан. – Они сказали, что ты заправлялась у них и оставила им две двадцатидолларовые купюры за полный бак. С собой ребенка ты не приводила, но и в машине они его не заметили. Заправщик сказал, что он и внимания-то не обратил. Было еще несколько звонков, так по пустякам.

– Что это значит?

– Ну, один человек заявил, что ты его дочь и что должна ему пятьсот долларов. Он бездомный и полиция хорошо с ним знакома, у него нет детей. Еще одна женщина сказала, что ты сбежала из кофейни, не заплатив по счету. Ясно, что она пытается подзаработать на твоей потери памяти.

– Это все? – спросила она, чувствуя смятение. Неужели никто ее не узнал? Никто о ней не беспокоился?

– В общем, была еще одна звонившая, которая сообщила что ты похожа на ее подругу, исчезнувшую восемь лет назад. Она живет на побережье к северу отсюда, в Сан-Луис-Обиспо. Мэннинг говорил с ней, но у нее якобы нет никаких фактов связи относительно тебя и ее подруги, не считая ее ощущений. Она не уверена, что узнала тебя, ведь все ее чувства возникли, потому что она возомнила себя экстрасенсом. Помощник шерифа считает, что это крайне сомнительно – наличие какой-либо связи.

Сердце Сары подпрыгнуло при мысли о подруге, но ни Дилан, ни Джейк не были в восторге от новостей.

– А ты не думаешь, что она может говорить правду?

– Я решил съездить к ней сегодня и лично поговорить, – ответил Дилан. – Просто чтобы убедиться. Не стоит упускать зацепки. В конце концов, попытка – не пытка.

Сара шумно выдохнула, ведь она надеялась получить больше информации о себе, но странным образом испытала облегчение от того, что ее не было. Ее реакция какая-то неправильная, подумала она. Ей нужно было, чтобы кто-то появился и опознал ее, но инстинкты подсказывали, что не все так просто. Она тщательно скрыла свои следы.

– Ну что, мы едем?

Джейк разволновался.

– Ты не хочешь сначала перекусить или показаться врачу до нашего отъезда?

– Я не голодна, и мне не нужен доктор. Очевидно же, память он мне не вернет. Чем раньше начнем, тем быстрее найдем Кейтлин, – она бросила взгляд на Дилана. – Можешь передать ветровку, пожалуйста?

Он взял ее одежду со стула и бросил ей. Она слишком поздно поняла свою ошибку. Когда куртка полетела к ней, из незакрытого кармана вылетели деньги и вихрем зеленых купюр приземлились на пол.

– Какого черта? – удивился Джейк и присел, чтобы поднять деньги. Он удивленно посмотрел на нее. – Бог ты мой, Сара, здесь, наверное, полторы штуки баксов.

– Тысяча четыреста сорок долларов, – поправила она его. – Я посчитала их еще вчера, когда нашла деньги и, прежде чем ты начнешь спрашивать, скажу, понятия не имею, откуда они. Они находились в подкладке куртки в потайном кармане, и там больше ничего не было.

Дилан схватил ветровку и проверил его, чтобы удостовериться в ее словах.

– Ничего.

– Я сказала то же самое, – повторила Сара. – И верните мне деньги.

Джейк с кучкой наличных в руках пристально посмотрел на нее.

– С чего ты решила, что они твои?

– Ну, они ведь лежали в моей куртке, разве нет? – Сара забрала деньги у Джейка и вернула их обратно в карман, в этот раз закрывая его на молнию. – Ты готов?

– Более чем, – ответил мужчина.

– Как только вы покинете больницу, вы станете легкой мишенью, – сказал Дилан. – Джейк, ты уверен, что не хочешь, чтобы я поехал за вами следом в Лос-Анджелес?

– Лучше займись той женщиной, которой Сара показалось знакомой. Может по какой-то причине Сара была в той местности, а я не могу сбрасывать со счетов, что она возможно искала кого-то из родственников или подруг, или место, чтобы спрятаться, – произнес Джейк.

– Согласен, но я все же волнуюсь, – ответил ему брат.

Сара ненавидела эту их манеру речи, словно ее здесь не было, но учитывая, что ей было нечего добавить, она просто молчала. Ей нравилась идея, что Дилана не будет рядом с ними. Справляться с Джейком и так было сложно, поэтому отсутствие агрессивно настроенного против нее младшего Сандерса было лишь на руку. Когда Дилан ушел, она с облегчением выдохнула.

Джейк нахмурился.

– Не стоит радоваться тому, что Дилана не будет с нами, – предупредил он.

– Я и не радуюсь, но и защищаться все время не собираюсь. А теперь ты можешь либо отвезти меня на место аварии, либо я возьму такси. Выбирай!

– Ну, у тебя ведь есть бабки, – произнес он с нотками сарказма в голосе.

– Уверена, они не без причины у меня, – парировала она. Но несмотря на произнесенные слова, она совершенно не была уверена.

* * *

После осмотра медсестры, которая совсем не обрадовалась новости, что пациентка уезжала без официальной выписки от врача, Сара и Джейк направились на больничную стоянку, где мужчина припарковал свой спортивный темно-серый «Джип Чероки». Когда Сандерс открыл для нее дверь машины, Сара оглянулась через плечо, ее взгляд нервно скользил по стоянке. Ей показалось, кто-то наблюдает за ними, но она так никого и не увидела. Тем не менее, волосы на затылке вздыбились, предупреждая ее об осторожности. У нее были лишь инстинкты, и все ее нутро кричало о том, что тот, кто пытался ее убить, был где-то поблизости.

– В чем дело? – вдруг спросил Джейк, следуя за ее взглядом.

– Не знаю… просто что-то… – пробормотала она.

Джейк снял свою кожаную куртку и кинул ее на заднее сидение, затем сел за руль. Оказавшись в машине, Сара сразу же заблокировала двери. Как только она сделала это, неопределенность напала на нее – она сейчас отгородилась от опасности или же приблизила ее?

Впервые с момента своего пробуждения, она осталась одна с мужчиной, без какой-либо помощи извне. Рядом не было медсестер, которых можно позвать на помощь, нет охраны, приглядывающей за ней. Джейк просил никому не доверять, но что на счет него? Ему она могла довериться?

Едва Джейк завел машину, девушка бросила на него быстрый взгляд. Она внезапно будто бы его узнала – его широкие плечи, сильные руки, эти длинные пальцы, державшие руль. Казалось, Джейк всегда выглядел слегка брутально потрепанным. Что-то шевельнулось в ней, затрепетало в животе, кольнуло по спине – Сару накрыло желание. Стоило ее взгляду скользнуть по его рукам, как она почти почувствовала его пальцы, гладившие ее кожу и зарывающиеся в ее волосы, касаясь столь интимно и возбуждающе.

– Что? – вдруг требовательно спросил Джейк, и его голос, наконец, прорвался сквозь ее грезы. – Что ты вспомнила?

Вздрогнув, она подняла на него свой взгляд, чувствуя прилив тепла на своих щеках. Как только Джейк посмотрел на нее, его глаза потемнели, и в них вспыхнуло желание, которое также быстро и потухло. Она вздрогнула от этого взгляда. Он ненавидел ее, но при этом желал, и это чувство заставляло его ненавидеть ее еще больше.

– Черт бы тебя побрал, Сара, – повторялся он. – Что ты пытаешься сделать?

Она приложила пальцы к губам.

– Я… ты… ты меня касался, – мягко произнесла она. – Целовал меня.

– Около миллиона раз, – сказал он хрипло и, прищурившись, уставился на нее. – Ты начала вспоминать, как мы были вместе?

Она знала, что Джейк хотел услышать положительный ответ, но не все так легко.

– Это больше были ощущения, нежели воспоминания. Я смотрела на твои руки и почувствовала их на себе.

Она отвернулась от него, смущенная и растерянная. Она была близка с этим мужчиной. Они занимались любовью. У них есть ребенок. И вот они незнакомцы… не считая того, что тело узнало его, а мозг отказывался слушаться.

– И это все? Все, что ты почувствовала? – спросил Джейк с разочарованием в голосе.

– Это уже что-то, разве нет?

– Не знаю. Может, ты просто решила разыграть меня каким-то изощренным способом.

Она откинулась на спинку и скрестила руки, после чего уставилась в окно.

– И что все это значит?

– Значит, не пытайся флиртовать со мной, – предупредил он. – Не старайся напоминать о том, что было между нами. Все кончено. Поняла? У тебя больше нет надо мной власти. Посмотри на меня, Сара. – Она не хотела, но не смогла сопротивляться его командному тону. – Я больше не хочу тебя, – сказал он прямо, в глазах плескалась злость. – И мне плевать на тебя. Меня волнуют только поиски моей дочери.

– Ясно.

– Надеюсь. – Он повернул голову и посмотрел строго вперед. – Притяжения больше нет. Ты больше не соблазнишь меня и не заставишь забыть, что натворила, поэтому даже не пытайся. Теперь я здесь главный и я тут командую.

– Тогда чего же ты взгляд отводишь? – задала она вопрос. Этот момент между ними нужен был ему. В частности, он его и вызвал. И вот, все произошло, но он не может посмотреть ей в глаза. Он испугался того, что все вскроется?

– Потому что я на дух тебя не переношу, – ответил он.

Была ли это правда? Или он старался скрыть факт, что его чувства к ней не такие, как он утверждает? Она чувствовала, что противоречий в нем намного больше, чем он пытался скрыть.

Повернув ключ зажигания, Джейк запустил двигатель и сорвался с парковочного места. Она схватилась за подлокотник, чтобы не упасть.

– Заметно, как у тебя все под контролем, – колко произнесла она. – Не мог бы ты сбавить скорость?

– Я спешу найти свою дочь. После чего, между нами двумя все навсегда закончится.

Ничего не закончится, а лишь начнется. Она ни за что не отдаст ему Кейтлин без боя. Сара знала, у нее были веские причины забрать дочь, ей нужно лишь вспомнить их.

Джейк замедлился, когда они проезжали через небольшой центр города Лос-Оливос, где огромный баннер на Мейн-стрит гласил о предстоящем фестивале вина. Когда они, наконец, покинули город, направляясь к горам, выходящих на берег, пейзаж стал более сельским. Они проезжали мимо виноградников, оливковых рощ, конных ферм и даже нескольких ранчо знаменитостей. Окружавший их ландшафт был пышным и спокойным, а холмы словно купались в умиротворенном солнечном свете. Трудно было поверить, что всего две ночи назад она пыталась сбежать именно на этой дороге. Хотя по словам офицера Мэннинга, она ехала с побережья, поэтому, возможно, и не могла узнать всю эту красоту. Авария настигла ее намного раньше до того, как она добралась до этого участка трассы.

Когда они свернули с главной дороги на проселочную, Сара напряглась. Дорога шла вверх, превращаясь в серпантин, а местность становилась все безлюдней. Каньоны по краю дороги казались темными и глубокими.

– Место аварии здесь рядом, – произнес Джейк, сверяясь с записями. – Дилан говорил, что, если проехать чуть дальше, через четверть мили есть небольшой кармашек. Там мы можем припарковаться.

Сара не ответила. Ее взгляд сосредоточился на развевающейся желтой полицейской ленте, которая цеплялась за края разбитого ограждения на ее стороне дороги. Из того, что каждый ей рассказывал, Сара поняла, что ехала она с другой стороны – затем слишком резко развернула машину, пересекла шоссе, перевернулась на бок и едва задела машину, следующую прямо за ней.

Джейк замедлил ход, когда они проезжали мимо точки, откуда она сорвалась. Это был довольно крутой спуск до самого дна каньона со скалами, валунами, деревьями и другим мусором. Он продолжил ехать, пока не добрался до того самого кармашка.

Не успел Сандерс припарковаться, Сара уже выскочила и бросилась к краю дороги, где установленные отбойники не дали бы ей соскользнуть со склона. Вглядевшись в глубины скал, она не могла поверить, как ей вообще удалось выжить. Она прикрыла глаза, пытаясь вызвать воспоминания о дороге, каньоне, аварии и о том, как чувствовала себя загнанной в ловушку прямо в машине.

– Сара, – голос Джейка прервал ее мысли.

– Я пытаюсь сосредоточиться, – с недовольством и закрытыми глазами отозвалась она.

Он не ответил, но Сара слышала его нетерпеливое дыхание, которое мешало ей. Она открыла глаза.

– Ты не помогаешь. Отойди, пожалуйста.

– Ты что-нибудь вспомнила? – спросил Джейк, вперившись в нее взглядом.

– Дай мне минуту.

Она снова закрыла глаза, пытаясь хотя бы пережить свой собственный сон, который она видела перед пробуждением в больнице. В зеркале заднего вида показалась машина, фары приближались. Она выжала педаль газа. Она куда-то ехала, искала безопасное место. Но дождь пошел сильнее; стеклоочистители едва справлялись. Поворот на дороге взялся из ниоткуда. Машину занесло. Она ударила по тормозам, но безрезультатно. Свет на встречной полосе ослепил ее. И вот она сорвалась, испугавшись, что, когда приземлится, все закончится.

Но где была Кейтлин в ее сне? Она ни разу не оглянулась за плечо, не слышала детского плача, не пыталась уверить дочь, что все будет хорошо.

Кейтлин не было в машине. Сара внезапно очень ясно поняла это. Когда она смотрела в зеркало заднего вида, она видела заднее сидение… пустое заднее сидение.

Она открыла глаза, ее взгляд сразу же устремился к Джейку.

– В машине ее не было, – сообщила она. – Я видела сидение в зеркале. Там никого не было. Кейтлин не было.

Он мрачно посмотрел на нее.

– Тогда где она?

– Я не знаю. Но разве ты не рад узнать, что она не на дне этой пропасти? – спросила девушка, показывая в сторону дикого обрыва. – Что никто ее не забирал из машины?

– Я до сих пор не в курсе, в безопасности ли она. Мне станет лучше, лишь когда она окажется в моих объятиях.

Как только Джейк закончил говорить, Сара услышала, как по дороге едет машина. Взглянув через плечо и заметив приближающийся к ним темный седан, она вся напряглась. Девушка вдруг поняла, насколько уязвимы они были на этом пустынном отрезке шоссе. С момента их прибытия сюда, мимо ни один автомобиль не проехал. Она чуть здесь не умерла. Кто-то хотел повторить попытку?

Седан начал притормаживать, она заметила человека за рулем.

Джейк схватил ее за руку, подталкивая к своей машине.

– Залезай! Живо!

Она едва скользнула на сиденье и оказалась внутри, как Джейк хлопнул дверью и двинулся к водительской стороне. Когда седан остановился рядом с ними, Сандерс поставил авто на блокировку.

Ее сердце колотилось в груди.

– Ну же, поехали, – настойчиво попросила она.

– Он перекрыл нам дорогу, – пробормотал Джейк.

Сара через него посмотрела на мужчину в другой машине. Тот был одет в темный костюм с красным галстуком и у него были русые волосы. Он начал спускать окно с пассажирской стороны, попросив рукой Джейка сделать то же самое.