355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Барб Хенди » Ветер в ночи (ЛП) » Текст книги (страница 17)
Ветер в ночи (ЛП)
  • Текст добавлен: 23 сентября 2017, 01:00

Текст книги "Ветер в ночи (ЛП)"


Автор книги: Барб Хенди


Соавторы: Дж. С. Хенди
сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 26 страниц)

Лисил посмотрел на Странницу, и девушка опустила взгляд.

– Как… почему? – требовательно спросила Магьер.

На этот раз Малец просто фыркнул вслух три раза: «не знаю» или «не уверен».

Лисил покачал головой и сел на пол, Магьер вздохнула, наблюдая за Странницей. Но девушка не смотрела ни на кого из них.

Это имело какое-то отношение к тому, что Странница всё-таки отправилась на Поляну Предков для выполнения обряда имянаречения? Это они сделали с ней нечто, или произошло что-то еще?

Лисил и Магьер были точно уверены, что девушка не может уловить их воспоминания. Это работало только с Мальцом, потому что он был… тем, кто он есть? Рядом не было другого маджай-хи, наподобие дочери Мальца – Тени, так что не в их силах было проверить эту теорию.

Некоторые могли бы подумать, что это замечательно, но эти люди были бы идиотами. Девушка и так прошла через многие испытания – слишком многие – так теперь и вовсе рискует стать бессловесным инструментом.

Малец был прав, держа это в тайне от Бротандуиве. Лисил мог только вообразить, как старый убийца мог попытаться использовать девушку. Малец знал то, чего не знает никто другой, в том числе даже сам Лисил, или Магьер.

Например, где именно на севере спрятаны два шара.

Если когда-нибудь Малец упустит контроль над этим воспоминанием, а в это время Странница коснется его…

Лисил обменялся взволнованными взглядами с Магьер и протянул руку, чтобы хлопнуть Странницу по колену. Удивлённая, она, наконец, посмотрела на него.

– Ну, это не так уж плохо, – с усмешкой сказал он. – Некоторые вещи Малец может показать тебе лучше, чем описать на исковерканном языке из нашей памяти. По крайней мере, теперь у этого надоедливого дурака меньше поводов болтать в моей голове.

Малец обнажил зубы, а Странница бросила на Лисила укоризненный взгляд – вероятно, из-за того, что посчитала, будто он неуважительно относится к священному маджай-хи.

– Это я так, просто, – быстро добавил Лисил, поднимая обе руки в знак капитуляции.

Глава 14

Когда Винн проснулась на следующее утро, головокружения не было, но она по-прежнему чувствовала себя слабой и усталой, будто не спала совсем. Тень обнаружилась рядом на кровати, но смотрела в другую сторону. Винн села и, погладив собаку по голове, заметила, что ее глаза открыты и устремлены на закрытую дверь. Ей подумалось, не пролежала ли она так всю ночь.

– Больше нет времени на уловки, – сказала она. – После того, как я вчера всё испортила, мы должны добиться результата.

Откинув одеяло, Винн потянулась за Хранительской мантией на спинке кровати.

Сегодня Юсифф не одержит над ней верх. Теперь она знала его подход: идти в атаку и стоять на своем. Она сама прекрасно умела играть в эту игру. Одевшись, она убрала волосы в хвост, но когда подошла к двери, Тень тихо зарычала, спрыгнула с кровати и встала перед ней.

Винн была не в настроении терпеть это:

– У нас есть дело. Сейчас же отойди.

Тень не сдвинулась с места, и Винн обошла ее, с почти полной уверенностью, что собака не будет кусаться и пытаться оттащить её. И была благодарна судьбе, что это оказалось правдой. Хоть Тень и рычала, Винн беспрепятственно вышла из комнаты и сразу же обнаружила, что была не совсем права.

В дополнение к уже привычному охраннику у каждого конца прохода, суманец в длинном желтом плаще стоял и перед дверью Оши и Чейна.

Что-то случилось ночью?

С растущим чувством тревоги она подошла к мужчине, перекрывающему вторую дверь. Он был молод, чисто выбрит и смотрел прямо поверх ее головы.

– Пожалуйста, отойдите, – попросила она. – Мне нужно поговорить с моими охранниками.

Он даже не глянул вниз, будто ничего не слышал.

– Вы не можете держать меня вдали от моих товарищей, – настаивала Винн. – Пожалуйста, отойдите.

Он продолжал смотреть подчёркнуто поверх ее головы.

Винн в отчаянии огляделась, и ее взгляд остановился на двери, ведущей в комнату Николаса. Она под внимательным наблюдением Тени шагнула туда и постучала.

– Николас, могу я войти?

Никто не ответил, тревога и замешательство Винн выросли. Она попыталась повернуть ручку, и, обнаружив, что не заперто, неуверенно приоткрыла дверь.

– Николас?

Ответа не последовало и на этот раз, так что Винн распахнула дверь полностью. Комната была пуста, на кровати никого не обнаружилось. Сумка Николаса все еще нетронутой стояла на полу у дальнего конца кровати.

Что произошло?

Обернувшись, она сосредоточилась на суманском страже у двери Чейна и Оши. И опять направилась к нему.

Из прохода у лестницы послышались шаги, а затем из-за угла появился Николас с Опшей прямо за спиной. Оба выглядели измученными. При виде Винн и Тени, Николас остановился, не дойдя до них нескольких шагов.

Оглянувшись через плечо на Опшу, он произнёс:

– Ты проводила меня. Можешь быть свободна.

Его тон был удивительно холодным, почти царственным, и Винн задумалась, не из-за того ли это, что Николас рос здесь – пусть и не как один из знати, но и не как слуга. Его манера держаться сейчас весьма отличалась от того молодого человека, с которым она познакомилась в Гильдии.

Без слов или какой-либо реакции, Опша повернулась и ушла вниз по лестнице.

Николас двинулся мимо стражника и прошептал Винн:

– В мою комнату.

Озадаченная еще больше, она последовала за ним и закрыла за Тенью дверь.

– Что происходит? – спросила она. – Почему там этот суманец?

Юный Хранитель провел рукой по лицу, став немного похожим на прежнего Нервного Николаса:

– Кажется, Чейн и Оша выскользнули из комнаты прошлой ночью и направились… осмотреться. Чейна поймали где-то у задней части крепости, а Оша вернулся позже. Они оба в беде.

– Осмотреться? Вот идиоты!

Да, Чейн всегда думал, что всё знает лучше остальных, и имел склонность «разведывать обстановку», но Оша-то должен был понимать, что они не могут дать герцогу повод вышвырнуть их отсюда. Или ей так только казалось… Потом кое-что еще показалось ей странным.

– Николас… откуда ты узнал об этом?

– От Шери, – ответил он, а затем сглотнул, выглядя абсолютно несчастным. – Не беспокойся. Она не позволит, чтобы тебя отослали прочь, по крайней мере, сделает всё возможное. Я пошёл к ней, как ты просила, и попытался поговорить, но, видимо, как раз в этот момент капитану Холланду донесли о скитаниях Чейна и Оши… а он сообщил Шери. Местные стражники и эти новые суманцы, которые здесь всего несколько месяцев, не слишком ладят.

Винн нашла это подозрительным, но у нее были более важные вопросы:

– Ты узнал что-нибудь еще от герцогини? Что-нибудь о том, как было отправлено сообщение и кто его отнес?

Ее упорство в этом вопросе также вполне могло вызвать подозрение, но она должна была спросить.

– Не так уж много, – Николас покачал головой. – Это все очень странно. Либо она не знает, либо не говорит мне, но у меня создалось впечатление, что она в замешательстве из-за способа доставки, – он отвернулся. – Это… сложно говорить с ней, но по крайней мере она думает, что я здесь, чтобы помочь Карлу.

– Что еще она сказала?

Боль исчезла с лица Николаса, он слегка нахмурился:

– Отец решил послать за мной, пока он и Опша были в добровольном карантине. Видимо, они ходили в селения, чтобы посмотреть, чем могут помочь. Когда они вернулись, Карл приказал страже открыть для них ворота, но словно с цепи сорвался. Он был так зол, что в конце концов отец и Опша оказались в изоляции.

– Получается, герцог не знал, что они собираются покинуть крепость… или как?

Николас снова покачал головой.

– Думаю, нет.

Винн встала перед ещё одной загадкой, но, не желая прерывать мысли Николаса, промолчала.

– Пока они были заперты, – продолжил он, – слуги оставляли еду у порога. Однажды ночью отец, не открывая, попросил слугу привести Шери. Она, естественно, пришла и обнаружила под дверью маленький бумажный свёрток. Отец из комнаты попросил, чтобы она отнесла его к северной стене и перебросила через неё.

– Подожди, что? Перебросила? – Винн усилием воли заставила себя остановиться и сказать: – Ничего, продолжай.

– Она так и сделала, но зачем он это просил? В свёртке, должно быть, было сообщение для меня и премина Хевис, но кто там, за стеной, мог об этом знать? Лишь Шери, отец и, возможно, Опша, так как она была заперта с отцом.

Винн опустилась на кровать. То, что она услышала, объясняло, как Юсифф отправил сообщение, минуя караул на воротах, но не как оно было доставлено в Колм-Ситт. Опша была того же роста, что и посыльный, и могла быть потенциальным вором, пробравшимся в подземелье Ходящих-сквозь-Камень. Но здесь были и другие люди такого же роста и телосложения, а служанка была в карантине с мастером-Хранителем.

– Сожалею, – произнёс Николас. – Я хочу помочь отцу с Карлом, но, кажется, это всё, что Шери знает.

– Это должно было быть трудно для тебя, – благодарно кивнула она. – Ты сделал все возможное. А теперь мы должны вызволить Ошу из комнаты.

Вдруг она поняла, что не упомянула Чейна. Она привыкла, что до захода солнца он спит, но, к счастью, Николас, похоже, не заметил этого промаха.

– Тут я не могу помочь, но может Шери, – сказал он. – Она собиралась поговорить с Карлом, так что я постараюсь перехватить её.

Винн с облегчением кивнула, потому что не смогла придумать ничего лучше или безопаснее. Она и Тень последовали за Николасом в коридор к её двери. Он быстро шагнул к стражнику на вершине лестницы – насколько помнила Винн, не тому, что дежурил ночью. Этот был с широкими плечами и седеющими волосами. И совершенно точно не был суманцем, которые сторожили их накануне.

– Лейтенант Мартелл, мне нужно увидеть герцогиню, – заявил Николас.

Стражник кивнул.

То, что Николас знал людей крепости по имени и должности, показало Винн, что его должны были уважать здесь, по крайней мере, как сына Юсиффа. Стражник скрылся на лестничной площадке и крикнул:

– Комю? Ты там?

Мгновение спустя Мартелл показался в лестничном проёме с другим стражником и кивнул Николасу, указывая на своего спутника:

– Гвардеец Комю сопроводит вас к герцогине, мастер Николас.

Винн в отчаянии вздохнула – даже Николасу не разрешали ходить одному. Когда юный Хранитель и новый стражник исчезли на лестнице, она повернулась к суманскому охраннику. Возможно, ей следует попробовать что-то чуть более… громкое?

Не обращая внимания на охранника, она крикнула:

– Оша! С тобой все в порядке?

Охранник едва успел нахмуриться, когда дверь резко открылась вовнутрь. Оша попытался сделать шаг наружу, но суманец тут же развернулся, положив ладонь на рукоять меча.

– Вернитесь, – приказал он на нуманском.

Оша не пошевелился.

– О, ради бога! – Винн невероятно устала от всего этого, но вдруг вспомнила упоминание Николаса об отношениях между суманцами и стражниками крепости. – Лейтенант Мартелл? – позвала она. – Могу ли я поговорить с моими личными охранниками, пожалуйста? Я обещаю, что мы все останемся в гостевых комнатах.

Лейтенант сделал несколько шагов в коридор, посмотрел на неё и с явной неприязнью глянул на охранника:

– Впустить ее.

Суманец был раздосадован, но нерешительно шагнул в сторону.

Винн задумалась о субординации в крепости. Старая стража всё ещё способна отдавать решительные приказы? Казалось, что это так… по крайней мере в отсутствие герцога.

Винн взмахом руки указала Тени вперед и поспешила последовать за ней, Оша отступил и закрыл за ними дверь. Чейн, полностью одетый, даже в сапогах, лежал на дальней кровати. Без дыхания он казался абсолютно мертвым, каковым, собственно, и являлся.

Оша выглядел измученным настолько, насколько Винн себя чувствовала.

– Во имя семи адов, что вы двое натворили ночью? – резко прошипела она на эльфийском. Скорее всего, эта небольшая экскурсия была идеей Чейна, но он не проснется, только чтобы выслушать её ругань.

Оша проигнорировал ее гнев и спокойно ответил:

– Тень увидела в памяти герцога, как тот смотрел на охраняемую дверь.

Это лишь еще больше разозлило её. Тень показала ей, что дверь эта, скорее всего, находилась в подземных помещениях, и Оша с Чейном явно искали ее, прежде чем были пойманы. Но что они могли найти? И всё же она спросила.

– Не дверь… во всяком случае, не ту, что описывала маджай-хи, – Оша провел рукой по грязным волосам на макушке, чтобы пригладить их, и продолжил. – Мы достигли коридора возле задней стены крепости. Я слышал шум волн рядом и увидел свет из темного прохода впереди. Не-мёртвый… Чейн сказал, что там был Хранитель. Я видел старого ученого с металлическим предметом в руке, и он, кажется, что-то искал, часто останавливался, будто бы сверяясь с ним. С советником был высокий человек, он нес кристалл, хотя я не видел его лица. Оба были полностью закутаны в плащи с капюшонами. Затем послышались шаги в боковом проходе. Я выглянул из-за угла на звук, и резкий порыв ветра ударил мне в спину. Когда я обернулся в главный коридор, там не было света, вообще никого.

Он продолжил рассказывать, как избежал задержания, обследовал запертую дверь со смотровым окошком в конце коридора, а также арку справа и другую запертую дверь у каменной лестницы.

Иногда Винн забывала, что он когда-то был анмаглаком – шпионом, если не убийцей.

– И ты никого не нашел? – спросила она.

Оша покачал головой.

Усталость накатила на Винн, но она понимала, как все это важно.

– Закрой глаза и попытайся вспомнить то, что видел. Так много, как сможешь, – сказала она Оше, а сама протянула руку, чтобы коснуться Тени. – Покажи мне.

Когда маджай-хи погрузилась в воспоминания Оши, перед глазами Винн появился тёмный коридор. За считанные минуты Винн увидела больше, чем он описал. Она и в самом деле почувствовала порыв ветра, а потом Юсифф и его высокий спутник каким-то образом исчезли. Когда она увидела тупик прохода и запертую дверь, ведущую на улицу, то уверилась, что это не та самая, что Тень видела в памяти Карла.

– Достаточно, – покачала головой Винн. – Николас сказал мне, что, когда Юсифф и Опша были в карантине, советник вызвал к себе Шери. Её попросили, чтобы она забрала свёрток, лежащий у двери, и перебросила его через северную стену. Чтобы его смог подобрать посыльный, прежде чем отправиться в Колм-Ситт. Вот как сообщение из двух писем покинуло крепость, минуя стражников и герцога.

Оша внимательно слушал, затем повернулся и сделал несколько длинных шагов:

– Я думаю, что спутником старого Хранителя там, в коридоре, была служанка Опша. Только не могу понять, зачем бросать послания через стену.

– Что ж, мы знаем, что Юсифф и Опша очень хотят помочь Карлу, – вздохнула Винн и в отчаянии скрестила руки. – Но они крались по задворкам крепости, разыскивая что-то, о чём герцог и герцогиня могут вообще не знать. Как Юсифф и его спутник вышли из прохода с двумя закрытыми дверями… одна из которых, возможно, ведёт вниз, под крепость?

– Как долго Опша и Юсифф были изолированы? – спросил Оша. – Кто за пределами крепости мог принять и доставить письма? Логичнее всего предположить, что кто-то из деревень, но как он связывался Юсиффом?

Винн расслабила руки:

– Да, возможно…

– И почему Карл не хочет, чтобы кто-то ходил в деревни? – перебил её Оша. – Из-за чумы или опасаясь, что обнаружат его невнимательность к делам? Если последнее, то знал ли Юсифф, что никакой чумы нет? Если не знал, то почему не отправил сообщение, пока был за пределами крепости? А…

– Оша, хватит! – воскликнула Винн. – Я и сама знаю, что у нас полно загадок.

Он задавал правильные вопросы, но слишком много сразу. Когда Чейн не участвовал в разговоре, Оша, как правило, менялся. Он становился более уверенным, охотнее озвучивал свои мысли и идеи… делался решительнее и нетерпеливее. Тем не менее, он каким-то образом чувствовал, как отвлечь Винн, будто хотел, чтобы все это в данный момент казалось незначительным.

Но почему? Он что-то еще хотел от нее?

– Возможно, реакция Карла после их возвращения вызвала у Юсиффа желание отправить письма, – предположила она. – Если так, то это вполне себе причина, почему он не отправил их до. Но это также означает, что советник не мог придумать, как организовать всё так, чтобы посыльный подобрал переброшенный через стену свёрток.

Оша покачал головой.

– Нет, если он обнаружил, что там нет никакой чумы, а затем захотел вызвать своего сына, зная о его отношениях с герцогом, он… Я бы позаботился о посыльном прежде, чем вернуться в замок. Существует также вероятность, что герцог знал о ложности чумы и использовал это, чтобы запереть всех здесь. Если так, то герцог знал и причину самовольного карантина старого Хранителя, который тоже был ложным.

На мгновение Винн показалось, будто она спорит с Чейном, и она, глядя на Ошу, замолкла. В нём произошли разительные перемены, и это заставило её задуматься, как год с Бротаном мог настолько изменить его.

– Да, многое изменилось, – прошептал он, заметив её реакцию. – Для нас обоих, кажется.

Внезапная печаль захлестнула его лицо… кроме глаз. Его взгляд скользнул в сторону Чейна.

– И ты по большей части знаешь, почему всё изменилось для меня, – добавил он. – Но что касается тебя…

У Винн внутри разлилась боль.

Слишком много стоило сказать, но большую часть этого было трудно объяснить, а кое-что она не осмелилась бы озвучить. Не здесь и не сейчас.

– Ты превысил свои полномочия!

Снаружи раздался суровый женский голос, Винн и Оша посмотрели на дверь, а Тень подобралась поближе. Воспользовавшись заминкой, Винн бросилась к двери. Она приоткрыла ее достаточно, чтобы выглянуть, но без риска быть обнаруженной – учитывая текущее состояние Чейна, так было лучше.

В коридоре стояли Николас и герцогиня, последняя наступала на суманского охранника, который почти отшатнулся от двери. Лейтенант Мартелл с плохо скрываемым удовлетворением расположился в нескольких шагах позади герцогини. Там же была Опша, как обычно застывшая ближе к лестнице.

– Меня не волнует, что приказал твой начальник, – продолжала Шери, наступая на суманца. – Ты не являешься частью войск крепости. Вон отсюда. Живо!

Профиль мужчины ничего не выражал, но он посмотрел на Мартелла, который в свою очередь опустил ладонь на рукоять меча.

Для Винн стало очевидно, что обычные стражники повинуются герцогине. Может быть, они доверяли ее решениям даже больше, чем приказам её брата, особенно учитывая иностранных чужаков, которых привел сюда герцог.

Медленно кивнув, суманский охранник повернулся и пошел к лестнице. Лейтенант Мартелл бдительно наблюдал за каждым его шагом. Может быть, в этом было нечто большее, чем напряженные отношения между стражей крепости и суманцами?

Винн собиралась поблагодарить герцогиню за помощь, когда кое-что еще привлекло ее внимание.

Когда охранник проходил мимо Опши, он повернул голову к ней. Даже смотря ему в спину, Винн заметила, что мужчина не сводил с нее глаз, пока не прошел мимо. Опша не ответила, её внимательный взгляд остался прикован к герцогине.

Винн была слишком захвачена этим кратким моментом, поэтому крайне поразилась, когда герцогиня отпустила Мартелла.

– Ты и твой подчинённый также свободны, – сказала Шери. – Я беру на себя ответственность за наших гостей.

– Да, миледи, – с поклоном ответил лейтенант. Уходя, он махнул рукой стражнику в конце коридора, призывая следовать за собой. Герцогиня повернулась к Винн в дверях.

– Прошу прощения. После последнего разговора с Николасом, я хотела увидеться с братом, но он… ему нездоровится сегодня. Я пришла, как только смогла.

Она тоже выглядела усталой, но держала спину прямо, а одежду – опрятной. Ее иссиня-черные волосы были расчесаны и плавно струились по плечам, укрытым тканью бордового платья. Независимо от произошедшей стычки, теперь она казалась менее жесткой, а когда произносила имя Николаса, в ее голосе почти не было горечи. Опять же, может быть, это только потому, что ей встретилось много других осложнений. В любом случае, попытка Николаса поговорить с ней не привела к катастрофе, как предполагал он.

– Опша и я проводим вас на поздний завтрак, – добавила герцогиня.

Статус Винн здесь все еще оставался неопределенным.

– Что ж… вы отпустили нашу стражу, но как надолго?

Герцогиня выпрямила и без того идеально ровную спину:

– Раз брату нездоровится, всем распоряжаюсь я. Вы – наши гости, пока остаетесь на верхних этажах крепости или внутреннем дворе. Не пытайтесь уйти куда-либо еще или проскользнуть мимо личных охранников герцога. Они… защищают неприкосновенность его частной жизни и действуют быстро, без согласований с капитаном Холландом или лейтенантом Мартеллом. Пока вы избегаете подземных этажей, это не должно быть проблемой.

Винн была рада, что она и ее спутники теперь могут свободно ходить по крепости, что облегчало ей задачу. После ночной выходки Чейна и Оши это было гораздо больше, чем она ожидала. Она пропустила мимо себя Ошу и Тень, прежде чем закрыть дверь. И тут же пожалела, что не может её запереть.

Герцогиня сверху вниз осмотрела Ошу:

– А что с вашим мечником?

– Он поздно встает, так как обычно бодрствует в ночное время, – поспешно ответила Винн, понимая, как смехотворно это звучит посреди всего этого хаоса и шума.

– Как скажете, – Шери последовала за Опшей в проход, а Николас поплёлся за женщинами.

Винн сделала шаг и обнаружила, что Оша и Тень уже идут впереди. Да, теперь она свободно может ходить куда угодно, кроме подземелья.

* * *

Войдя в кухню, Оша испытывал удовлетворение от того, что Винн будет свободна до заката. Она пришла к нему, чтобы посоветоваться, подумать и найти выход, приняла его помощь, а он снова поддался печали. Было неправильно давить на нее, попрекая прошлым, теперь, когда в поисках посланника и – или – вора они столкнулись со скрытыми угрозами. Но он надеялся в ближайшее время узнать, почему она так сильно изменилась.

Теперь же у Оши был целый день, чтобы оказать ей помощь. Всю, какую только сможет.

Сгэйльшеллеахэ не научил его традиционным методам допроса анмаглаков, ибо не верил в разумность применения пыток. Но он начал обучать Ошу другим вещам, например, как задавать неожиданные, казалось бы, ничем не связанные вопросы, как полезно молчание, даже после того, как дан ответ.

Оша никогда не опробовал всё это, но до наступления ночи, прежде чем проснётся не-мёртвый, он ухватится за любую возможность, чтобы помочь Винн. Сидя в кухне за столом, он ощущал некий дискомфорт из-за того, что темнокожая женщина слишком часто смотрела на него.

Если Опша была в коридоре со старым Хранителем, видела ли она его?

– Ты можешь идти, Опша, – распорядилась герцогиня.

Склонив голову, высокая женщина ушла тем же путем, каким они все пришли. Винн с Тенью, Оша, Николас и герцогиня остались сидеть за столом. В минуту неловкого молчания все смотрели друг на друга.

Через арку в глубине кухни прошла раздосадованная повариха.

– Завтрак готов, миледи, – сердито объявила она, – но девушку, Элизу, не разбудили. Мне придется прислуживать вам.

– Элиза больна? – спросила герцогиня.

– Просто ленива, – прорычала повариха. – Говорит, что никак не может проснуться.

Герцогиня нахмурилась, разглядывая повариху, но ответила любезно:

– Мы будем рады, если ты обслужишь нас, Марта.

Оша переглянулся с Винн, она тоже выглядела усталой. Они оба испытали то же самое сегодня утром, и только оклик Винн из-за двери привёл его в чувство.

С ворчанием сердитая повариха подала крепкий чай с молоком, яйца, картофель и не слишком пропечённый хлеб. На последнее Оша и не рассчитывал, так как воспринимал его скорее как клейкую массу, не идущую ни в какое сравнение с зерновым хлебом его народа. Но в остальном Оша нашел здешнюю пищу лучше, чем то, что он ел в Гильдии Хранителей или во время дальнего плавания по морю. Он съел целых три яйца.

Винн поставила на пол тарелку для Тени, и никто не отчитал ее. Девушка то и дело поглядывала на него, и он чувствовал, что её сковывает присутствие герцогини. Молчаливый завтрак подходил к концу.

– Шери, ты сказала, что Карлу нездоровится. Мы можем что-нибудь сделать для него? – неожиданно спросил Николас

Герцогиня через стол посмотрела на юного Хранителя. На мгновение ее лицо омрачилось тоской, которую Оша слишком хорошо понял.

– Я собираюсь посмотреть, разожгли ли огонь в главном зале, – произнесла она. – Может быть, пройдёшься со мной? Тогда и поговорим об этом.

Николас смотрел на нее так, словно неправильно расслышал.

– Ты хочешь, чтобы я… – он почти вскочил на ноги, а затем посмотрел на Винн. – С тобой и Ошей ведь все будет в порядке?

– Всё будет хорошо, – ответила она.

Николас последовал за герцогиней, оставив в кухне Ошу, Винн и маджай-хи, что до сих пор вылизывала тарелку. Повариха топталась у печи и раздраженно бормотала.

Оша ничего не сказал, ожидая, когда это сделает Винн. Она, наконец, моргнула, склонилась к нему и прошептала:

– С трудом могу поверить в это, но кажется, мы свободны в перемещениях по крепости, как и хотели.

Он также едва мог в это поверить, но прошептал:

– С чего начнем?

Винн глянула на повариху:

– Я должна снова поговорить с Юсиффом, попробую застать его врасплох, спросив, что он делал прошлой ночью.

– Не боишься говорить с ним наедине?

– Нет. Даже если он в союзе с приспешником Древнего Врага, сознательно или нет, он никогда не нападёт в открытую, рискуя причинить вред другу сына и посланнику Гильдии.

Оша кивнул, хотя был не так в этом уверен.

– А я поищу Опшу. Мне кажется, есть большая вероятность того, что это она была со старым Хранителем прошлой ночью. Если не найду способ подтвердить это, то… может быть, хоть смогу узнать больше.

На лице Винн появилась тревога:

– Ты уверен? Мы ничего не знаем о ней и ее преданности этому дому, особенно Юсиффу. Вряд ли, конечно, она станет вредить кому-то из нас, но…

– Я буду осторожен, – заверил он. – Встретимся у наших комнат позже, там проще всего поговорить… наедине.

Винн кивнула и встала, а потом посмотрела на повариху и громко проговорила на нуманском:

– Спасибо за завтрак, Марта. Не подскажешь, где мы можем найти Опшу? Нам нужна помощь, чтобы не заблудиться в крепости.

– Эту чужеземку? Не моя работа отслеживать ее приходы и уходы, – буркнула Марта, держа горшок. Но поставив его, она подняла взгляд на Винн. – Я слышала, ей не очень нравится в помещениях, так что она проводит утро во дворе. Попробуйте начать оттуда.

Винн кивнула и повернулась к Оше, шепча:

– Тень и я попытаемся найти Юсиффа, а ты пока посмотри во дворе.

Впервые Оша не чувствовал себя посторонним в мире Винн… в ее жизни.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю