Текст книги "Рассвет Авроры (СИ)"

Автор книги: Айша Бат

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)

Рассвет Авроры

Глава 1.

Интересно, что чувствует животное, убегающее от охотника? Страх, отчаяние или все же надежду на спасение? Подобно раненой лани, я неслась сквозь чащу, и сердце мое было полно молитв. Погони не было, но спиной я ощущала пристальный взгляд, будто за мной следили. Лес, конечно, служил укрытием, но он же и мешал: овраги и поваленные деревья замедляли бег. Сердце бешено колотилось, и в голове была одна мысль – убежать как можно дальше!

Весенний ветерок обдувал лицо, лунный свет едва освещал путь. Я ужасно вспотела, одежда неприятно липла к телу. Подол моего платья тянулся по земле, намокнув в ручье и испачкавшись в грязи, он отяжелел. Я мчалась без остановки около часа, в груди пылало, дышать было трудно. Ноги, явно не привыкшие к таким нагрузкам, ныли и отказывались слушаться. Все тело ломило, но страх за жизнь придавал сил, ведь каждому хочется вопреки всему остаться в живых.

В голове подобно молотку стучало: “Бежать, бежать, бежать…” Но мысли путались, превращаясь в горькие и ядовитые побеги. Моя жизнь могла бы сложиться иначе, как и судьба этого мира, если бы в людях, подобно сорнякам, не прорастала жажда власти, превращающаяся в стремление стать земным богом. Я росла и жила не в лучшее время. Из рассказов я понимала, что до моего рождения жизнь в Королевстве Элендор была куда лучше, когда королем являлся Османт Ворн. Вагрус Ворн, его двоюродный брат, убив законного правителя, занял трон. Ходило много слухов о том, что он чудовище, творящий ужасные вещи. Его люди бесчинствовали в деревнях: убивали, грабили, а простой народ был беззащитен. Но та, что выросла в Обители, не знала и не видела всего ужаса, творящегося за стенами. Она лишь слышала о них и представляла. Обитель была моим домом, но теперь его больше нет…

Отогнав мысли, я продолжила путь, всматриваясь в темноту. Пробиралась сквозь заросли кустарников, замедляя шаг. Ветки больно царапали лицо и открытые участки тела. Платье цеплялось за стебли; отдергивая подол, я слышала, как ткань рвется. Последняя ветвь, словно прощаясь с горячо любимым гостем, провела сломанным концом от кисти до локтя. Обессиленная, я рухнула на землю. Перевернувшись на спину, я судорожно глотала воздух.

– Больше не могу, пусть умру здесь и сейчас, – прошептала я, закрывая глаза, и в глубине души вновь проснулся осиротевший ребенок. Покатились слезы, и соленые капли обожгли ссадины на лице. Свернувшись калачиком, я рыдала в ночной тишине. Травинки щекотали кожу, а прохладный ветер, словно шелковый платок, коснулся меня.

“Не медли, беги, постарайся убежать как можно дальше. Я тебя найду, ты только не останавливайся.”

Сквозь пелену слез я приоткрыла глаза. В памяти всплыли слова спасителя, а следом – вопрос: почему этот странный стражник помог мне сбежать? Без него я бы не выбралась оттуда. Затем я разозлилась на саму себя.

– Тебе другие помогают, Аврора, а ты сама себе помочь не в силах. Не будь тряпкой, соберись, вставай! – Поднявшись на усталые ноги, я заставила себя двигаться дальше.

Как мне и было велено, я бежала на восток около двух часов. Понятия не имела, зачем, ведь поблизости не было поселений. Но мне было уже все равно. В той темнице сидела не я одна – около тридцати девушек, почти все мои ровесницы. Стражники, смеясь, предрекали нашу гибель. Я тоже думала, что так и будет, пока мой спаситель не вывел меня из замка. В сердце, словно кинжал, вонзилась совесть: я выбралась, а они остались. Но что я могла поделать? Я не успела ни рта раскрыть, как он вытолкал меня и заставил бежать.

Выбившись из сил, я остановилась и, найдя укромное место между корнями больших деревьев, рухнула на землю, пытаясь отдышаться. Первые несколько минут дались тяжело. Странно, как такая слабачка, как я, смогла столько пробежать? Видимо, жить мне все-таки хотелось больше, чем умереть в заточении. Постепенно жгучая боль в груди отступила. Сделав глоток воды из фляжки, которую дал мой спаситель, я промочила пересохшие губы и горло.

Мои бело-золотистые волосы, намокшие от пота, прилипли ко лбу и щекам. Дрожащими пальцами я заправила их за ухо и, растирая лицо ладонями, изо всех сил пыталась не уснуть. Хотя слова того человека о том, что лес безопасен, немного успокаивали, засыпать было страшно. Уставшее тело нашло опору, прислонившись к шершавой коре дерева. Я прижалась к ней головой и прикрыла глаза. Усталость взяла верх, и через несколько мгновений я провалилась в сон.

***

Замок Элендор был погружен в тишину. Величественное строение гордо возвышалось среди некогда прекрасного сада. Многочисленные полукруглые ступени, образуя несколько широких площадок, вели к его подножию. Огромные колонны стройными рядами подпирали длинный балкон на втором этаже. Серые каменные стены сменялись черной крышей, а в темных окнах поблескивал лишь голубой отблеск луны. Мрачное умиротворение окутало замок. Лишь стук ботинок по беломраморному полу нарушил эту идиллию. Главный наемник элитного отряда спешил с докладом.

– Ваше величество, могу ли я войти? – раздалось в тишине.

– Проходи, Ричард, – грубый, с хрипотцой голос Варгуса эхом раскатился по огромной зале. На троне восседал Владыка Тьмы; в полумраке, озаренном свечами, был виден лишь его силуэт. У ног, содрогаясь от страха, сидела юная девушка.

– Какие новости ты пришел мне поведать, Ричард? – Острые кончики пальцев поглаживали голову девицы, и та, сжимаясь, затряслась сильнее. Подчиненный, склонившись в глубоком поклоне, прошел по залу и начал отчет.

– Девушка, которую вы приказали посадить в камеру у выхода, сбежала. Никто не мешал ей и не препятствовал, как вы и велели. – Голос его звучал уверенно и твердо.

– Скольких убрали? – заинтересованно спросил темный король.

– Пятерых. – Голос наемника даже не дрогнул.

– Надеюсь, ума у тебя хватило, чтобы это были не люди из твоего отряда?

– Конечно, ваше величество! На те посты я сегодня поставил королевских стражников. Все идет по плану, как вы и желали, они ничего не заподозрят.

– Прекрасно… Аха-ха-ха-ха! Пусть бежит, моя золотоволосая девочка. – Продолжая смеяться, Варгус протянул руку к дрожащей девушке. Его жуткий хохот громовым эхом разнесся по залу. Он протянул к ней когтистую лапу, и она, издав последний крик, растворилась в воздухе. Частицы ее стана, словно пылинки, впитались в ладонь Варгуса. Та, что еще мгновение назад была жива, исчезла. А ненасытная утроба тьмы, вобрав в себя очередную порцию чужой жизни, на время утолила свой голод.

Глава 2.

Наступило неприятное пробуждение, усталость кричала во мне, каждый сантиметр тела ныл и протестовал. Мышцы затекли от неудобной позы, голова была тяжелой после сна на твердой поверхности, а на щеке болезненно отозвался отпечаток коры. С тихим стоном я пошевелила ногами и потянулась, пытаясь распрямить одеревеневшую спину.

Открывать глаза не хотелось, хотя солнечные лучи настойчиво требовали пробуждения. Разлепив веки, я тут же зажмурилась от яркого света. Через пару секунд я открыла их снова – и вздрогнула, увидев неподалеку молодого человека. А следом подпрыгнула от неожиданности и страха, позабыв о боли.

– Как спалось? – весело улыбаясь, спросил он.

– Нормально, – растерянно выдавила я.

Он рассмеялся, и его смех, словно звонкая птичья песня, эхом расстелился по лесу.

– Не бойся! Я не причиню тебе вреда, можешь быть спокойна. – Сказав это, он подмигнул, и в карих глазах блеснул озорной огонек.

Я поежилась; в мыслях промелькнуло, что у него не всё в порядке с головой. Но, с другой стороны, если бы это было не так, разве стал бы он помогать мне с побегом?

– Хочешь, чтобы тебя услышали все в округе? – раздался голос с другой стороны. – Вдруг уже заметили, что ее нет, и прочесывают местность.

Я обернулась и увидела высокого темноволосого мужчину. Он шел к нам расслабленной, но уверенной походкой. Подойдя ближе, он внимательно, почти бесстрастно окинул меня взглядом. Его ледяные голубые глаза быстро скользнули по мне сверху вниз и обратно, а затем его взгляд стал таким холодным, словно он пытался покрыть меня инеем. Его темные волосы взъерошил ветерок; он казался глыбой льда, охлаждающей даже своим присутствием. Его телосложение было идеальным – казалось, Матерь жизни вдохнула в него всю красоту этого мира. Плечи были гордыми скалами, глаза – острыми снежными пиками. Эта холодность отталкивала и манила одновременно.

– Не будь таким хмурым! – сказал ему светловолосый юноша. Я наконец узнала в нем того самого ночного стражника. – Скоро тучи соберутся вокруг тебя, и пойдет дождик! – продолжал он хохотать. – Здесь поблизости никого нет, мы все проверили, когда шли за ней, – уверенно заявил он.

– Осторожность никогда не бывает лишней. Ты знаешь это не понаслышке, – парировал темноволосый.

Я все еще стояла между деревьями, вжавшись в ствол. Кто они? Что им от меня нужно? Страх прочно засел где-то глубоко внутри страшным осадком.

– Меня зовут Леон, а этого ворчуна Илай, – представился светловолосый, с усмешкой глянув на своего спутника.

Тот в ответ лишь закатил глаза с таким возмущением, будто его обозвали самыми плохими словами.

– Аврора, – ответила я, не отрывая взгляда от Леона.

Его светлые волосы под солнцем отливали золотом и ниспадали на плечи. Если Илай казался льдом, то Леон был пламенем. Высокое мускулистое телосложение, загорелая кожа. Казалось, рубашка вот-вот лопнет по швам. Синяя форма на них была точь-в-точь как у тех, кто напал на Обитель. В ножнах у каждого красовались парные мечи, на рукоятках которых был изображен лев с пышной гривой. Оружие выглядело дорогим и статусным, явно не для простого народа. Мои размышления прервал голос Илая.

– Поболтаете потом! – сказал он сурово. – Нам нужно спешить.

– Могу я узнать, куда вы меня отвезете и кто вы такие? – Мне отчаянно хотелось ясности. Конечно, я была благодарна за спасение из темницы, но что ждет меня дальше?

– Не вижу, чтобы у тебя был выбор, – буркнул Илай. – Так что шевелись, если жизнь дорога.

Он, конечно, был прав, но все же хотелось знать, что меня ожидает. Словно прочитав мои мысли, он добавил.

– Мы доставим тебя к Артуру, смотрителю Обители. А сейчас нужно поспешить! В любой момент нас могут нагнать псы Варгуса.

– А где же он, почему его нет с вами? – взволнованно спросила я, отгоняя мысль, что с ним что-то случилось.

– Встретимся с ним завтра. – Илай развернулся, чтобы уйти.

– А что с остальными девушками, вы им не поможете?

– Мы и тебя вытащили с трудом. Им помочь не сможем. Артур велел вызволить именно тебя, – тон Илая мягкостью не отличался, он был подобен металлу.

Осознав, что меня спасли по велению смотрителя и моя жизнь вне опасности, я отложила остальные вопросы. Сделав пару шагов, поморщилась от боли, но нужно было разминать затекшие ноги, и я медленно пошла вперед.

Илай шагал впереди, он был выше Леона, а я и вовсе ниже обоих. Бросив взгляд по сторонам, я осмотрелась: вокруг густой сосновый лес. Воздух был напоен их ароматом, таким свежим и чистым казался после сырой темницы, что хотелось вдыхать его полной грудью и сохранить в себе надолго. Но сейчас было не до наслаждений...

Вскоре впереди показались две лошади – вороная и рыжая с белой пышной гривой, привязанные к дереву. Парни подошли каждый к своему скакуну: Леон – к рыжему, Илай – к вороному.

– Поедешь со мной, – сказал мне Леон.

– Давайте быстрее, нужно поторопиться! – проворчал Илай, легко вскочив в седло.

Увидев двух лошадей, я, конечно, поняла, что ехать придется с кем-то из них. В Обители я несколько раз каталась – конюх иногда разрешал мне это. Я поставила ногу в стремя, ухватилась за седло и попыталась подняться, но Леон легко подхватил меня за талию и усадил, а сам сел сзади, и мы тронулись в путь.

Поначалу было неловко от такой близости, я чувствовала себя скованно. Со временем просто перестала обращать на это внимание, хотя легкий дискомфорт не покидал меня.

Лошади неслись быстро, ловко огибая деревья. Лес постепенно редел, сильные потоки воздуха трепали и без того растрепанные волосы. Ехали молча, лишь изредка Илай и Леон перебрасывались парой слов о направлении. Остановились на короткий привал только к обеду. Я ужасно устала, ведь никогда раньше не доводилось так долго ехать верхом.

– Поешь, ты наверняка голодна, – Леон протянул мне сумку.

Я взяла ее и, поблагодарив, принялась за еду. Внутри были хлеб, сыр, мясо и яблоки. С аппетитом утоляя голод, я уселась на траву. Парни тем временем хлопотали вокруг лошадей. Но вскоре мы снова двинулись в путь.

Глава 3.

К полуночи мы наконец подъехали к какой-то хижине, затерявшейся в лесу. Было так темно, что виднелись лишь ее смутные очертания. Рядом едва слышалось журчание ручья. Слезть с лошади мне снова помог Леон. Забрав поводья, он повел животных за хижину и скрылся из виду.

– Пойдем, – взяв меня за локоть и слегка подталкивая вперед, поторопил Илай.

Поднявшись по ступенькам, он толкнул дверь; та со скрипом отворилась, и мы вошли внутрь.

– Проходи сюда, будешь спать здесь. Найдешь все необходимое. Ложись, отдыхай, обо всем поговорим завтра.

Илай показал на одну из дверей, потом протянул мне подсвечник с зажженной свечой и развернулся, чтобы уйти.

– Почему только меня вытащили оттуда? – мой голос прозвучал измученно, что полностью соответствовало моему состоянию.

Илай тут же обернулся. Свет свечи озарил его лицо, и в голубых глазах вспыхнули золотые искорки. Он молча смотрел на меня несколько секунд, а затем твердо произнес.

– Завтра поговорим!

С этими словами он вышел. Я легонько отворила деревянную дверь и прошла в комнату. В полумраке медленно обвела ее взглядом: старая кровать, небольшая скамья со сложенной одеждой, два маленьких окна, сквозь которые пробивался слабый лунный свет. В углу на столике я нашла кувшин с водой и таз.

Принявшись приводить себя в порядок, я умылась и протерла мокрой тряпкой шею и плечи. Мое платье, если его еще можно было так назвать, пребывало в ужасном состоянии – грязное и оборванное. Вот бы сейчас увидела меня воспитательница Мэри, упала бы в обморок, схватившись за сердце, как делала всякий раз, когда я проказничала.

В мыслях снова возникли воспоминания об Обители, где я выросла, о всех, кто там работал и жил. О девочках разных возрастов, у которых, как и у меня, не было родителей. В груди все сжалось от боли. Мой дом, единственный, который у меня был, и люди, хоть и не родные по крови, но ставшие семьей. А теперь ничего этого нет: ни дома, ни тех людей. По лицу побежали дорожки из горьких слез, воспоминания нахлынули с новой силой. Не удержавшись на усталых ногах, я рухнула на пол и зарыдала, не в силах больше сдерживать боль.

И вместе со слезами всплыло одно воспоминание...

В тот день я, как обычно, проказничала и, убегая от воспитательницы, пустилась наутек. Мне тогда не было и двенадцати лет. Прилежной воспитанницей я не была, хотя училась довольно неплохо, несмотря на то что часто сбегала с уроков. Но поведение мое оставляло желать лучшего. Возможно, потому, что не считала себя в душе будущей монахиней.

Не зная, куда спрятаться, я вскарабкалась на высокое дерево в саду Обители. Нога соскользнула с ветки, и я полетела вниз. Пытаясь упасть удачнее, я повернулась боком, глупо выставив вперед руку. Переломов, к счастью, не было – высота была небольшой, – но руку я ушибла сильно. Позже целительница, сестра Грэмми, обрабатывала мои ссадины и царапины, наносила на ушиб мазь. От боли я не переставала плакать, громко шмыгая носом. И не заметила, как подошел наш смотритель Артур.

– Плачешь? – спросил он.

Увидев его, я резко вскочила со стула, на котором послушно сидела. Подняв на него виноватый взгляд, я быстро вытерла слезы тыльной стороной ладони.

– Простите, я не увидела вас раньше, смотритель, – виновато опустила я глаза.

– Знаешь, Аврора, слезы – не знак слабости, они доказательство того, что у человека есть душа... И все же твои прекрасные изумрудные глаза должны сиять не от слез, а от счастья.

Смотритель всегда хорошо относился ко всем воспитанницам, но ко мне он был особенно добр. То, что мои проделки часто оставались безнаказанными, говорило о многом.

Будучи магом, его внешность отличалась от обычных людей, как и у всех, владеющих магией. Белые волосы ниспадали ниже плеч, даже брови и ресницы были белоснежными. Бороду он не отращивал, поэтому на щеках красовалась лишь легкая щетина. Гордая, прямая осанка и невозмутимое выражение лица говорили о его благородном происхождении и глубокой мудрости.

– Я плачу, потому что мне больно, – посмотрев на руку, сказала я. – При чем тут моя душа?

Мой ответ явно развеселил его. Он рассмеялся и ответил.

– Иногда даже боль дает нам силу и делает сильнее...

В последний раз многозначительно взглянув на меня, смотритель развернулся и ушёл.

Усталость брала верх, отгоняя воспоминания. Я почти отключилась, из последних сил сняв с себя грязную одежду. Натянув чью-то чужую рубашку, найденную на скамье, я провалилась в глубокий, беспамятный сон…

Глава 4.

Утром я проснулась от громкого разговора – парни с кем-то спорили, и голос оказался знакомым. Голова раскалывалась. Нехотя я поднялась с кровати. Снова ныли ноги и спина, чувствовалась ужасная усталость во всем теле. Будто я вовсе не спала и не отдыхала. Оставалось лишь утешать себя мыслью, что скоро боль отступит.

На краю кровати лежали несколько платьев. Достаточно скромных, как мне всегда нравилось. И, возможно, это говорило о привычке носить именно такую одежду. Переодевшись в темно-зеленое и собрав волосы в небрежный пучок, я направилась к двери.

До меня доносились обрывки фраз.

– Всё получилось сделать тихо?

– Да, мы убили тех, кто мешал, и закопали в лесу.

– Почему одну отправили бежать через лес? Вдруг напали бы дикие звери?

– Лес спокойный, к тому же мы не видели там диких зверей. Начальник стражи Илая отправил по поручению, его долго не было, Аврору нужно было вывести. Его я бросить тоже не мог, вот и отправил я её одну.

– С ней всё в порядке, к чему эти разговоры теперь?

Выйдя из комнаты, я увидела парней за столом: они сидели друг напротив друга, а спиной ко мне – смотритель Артур. Его-то голос я и слышала. На нем был длинный плащ с капюшоном. Заметив меня, они сразу замолчали. Я с удивлением посмотрела на них – у всех был недовольный вид. Илай, оторвав от меня взгляд, поднялся из-за стола.

– Сам ей все объясняй, – бросил он. Комната была достаточно просторной, и, сделав несколько шагов, он подошел к окну. Смотритель тут же встал и повернулся ко мне. В душе сразу разлились спокойствие и тепло.

– Смотритель… – Я приблизилась. – Я так рада вас видеть. На глаза навернулись слезы, когда я вспомнила, как люди короля Варгуса ворвались в обитель, убивая почти всех подряд. Они забирали лишь девушек моего возраста, а остальных – женщин, детей – безжалостно уничтожали. Слезы текли сами собой, и я не могла остановиться.

– Они убили всех… даже маленьких. Зачем? Почему? Что они от нас хотели? – Смотритель помрачнел, в его взгляде читались боль и горечь. Он тяжело вздохнул и снова сел.

– Теперь я не смотритель, отныне я просто Артур. – Он снова глубоко вздохнул. – Обители “Святого древа”, которую я когда-то построил, больше нет. Все разрушено. Присядь, Аврора. – Тихим голосом проговорил он и указал на стул.

Я послушно опустилась на него, не отрывая от него глаз. Он опустил взгляд и провел ладонью по лбу. Выглядел он уставшим, под глазами виднелись темные круги – следы бессонной ночи. Прежнее спокойное выражение сменилось тревогой и грустью.

– Видишь ли, Аврора, ты не обычная бедная сиротка, которая просто появилась в обители, как другие. Я хранил эту тайну много лет и, если бы не нападение, возможно, продолжал бы молчать.

– Какая тайна? О чем вы? – я с недоумением смотрела на него.

– Твои родители были могущественными магами, состоявшими в Ордене Древа. Они возглавляли его вместе с двумя другими. До того как Варгус захватил трон, маги занимали особое место в королевстве и обладали властью, сравнимой с королевской, – уверенно сказал Артур, его белые брови на мгновение взметнулись. Я никак не ожидала такого о себе услышать, а он продолжал.

– Твою звали Летисия, а отца – Роберт. Их связь поначалу была принята в штыки, ведь это было запрещено. Но король Османт Ворн поддержал их, и они смогли пожениться. Шло время, они наслаждались семейной жизнью… Но наступили темные времена.

Варгус организовал покушение на Османта. Собрав опытных наемников, он уничтожал всех, кто вставал у него на пути. Расправившись с королем ночью во сне, также убил его жену и двух сыновей, проложив кровавый путь к трону. Так он стал единственным наследником.

Орден, конечно, не поддержал узурпатора и хотел его свергнуть. Тот, понимая, что может проиграть, искал решение. И, к сожалению, нашел – в дальних мрачных землях он отыскал книгу темных магов и стал могущественным Темным Владыкой. Впустив в себя тьму, он окончательно обезумел. Беспощадно лишал жизни всех, кто хранил верность Османту. Когда очередь дошла до Ордена, он не дрогнул.

Убив Кэтрин и Кэтти, он начал охоту на твоих родителей. Ты была рождена от двух главных магов, и они считали, что ты – особенный ребенок, почему – мне неизвестно. Варгус разыскал могущественную предсказательницу, и та поведала ему, что именно ты станешь его концом.

Он несколько месяцев не мог найти твоих родителей. Тебе не было и двух лет, когда им пришлось скрываться с ребенком на руках. Наш общий друг, главнокомандующий Грэгор, помог им укрыться и прятался вместе с ними, но их всё же нашли. Как позже выяснилось, их предал друг семьи, у которого они прятались. Мне известно лишь, что потом Варгус сделал его своим верным слугой и щедро вознаградил.

Твои родители знали, что не смогут победить его. Вступив в последний бой, они отдали тебя Грэгору, чтобы выиграть ему время на побег. Преодолев нелегкий путь, он смог добраться до меня. О нашей дружбе мало кто знал, поэтому у меня его вряд ли бы искали. Грэгор был тяжело ранен, все это время скакал верхом, истекая кровью, но держал тебя из последних сил. Поведав эту историю, он через пару дней умер. После его смерти я вернулся в обитель. То, что я привез нового ребенка, ни у кого не вызвало подозрений – мы всегда брали к себе сирот. Я скрывал правду все эти годы, не зная, стоит ли тебе ее открывать. Варгус искал тебя повсюду, но, не зная, кого именно искать, так и не преуспел. Не знаю, как, но он все же узнал, где ты… Его целью была именно ты!

Я словно растворилась в воздухе – настолько была шокирована услышанным. Вся моя жизнь, которую я прожила, думая, что я никому не нужная сиротка, оказалась обманом. Но и правда не стала утешением. Немного придя в себя, я посмотрела по сторонам. Леон сидел напротив. Вчерашний улыбчивый парень исчез – передо мной был серьезный юноша, в глазах которого я заметила сочувствие. Илай, сложив руки, стоял у окна и смотрел куда-то вдаль. Оправившись от шока, я с возмущением посмотрела на Артура.

– Как вы могли скрывать это столько лет? – спросила я.

– Это было для твоего же блага. – Эти слова возмутили меня ещё сильнее.

– Какого блага? Я всю жизнь думала, что я никому не нужна! Вы разве не понимаете?

– Я прекрасно понимаю, Аврора. Но ты должна быть благодарна, ведь спокойна жила все эти годы.

– Я благодарна вам за все! – мой голос стал тише. – Но не за ваше молчание. – Молчавший до сих пор Илай повернулся и спросил.

– Что теперь будем делать, Артур? Ее могут найти и здесь. Его предсказательница, скорее всего, уже ищет.

– Не знаю, Илай… Нужно все хорошо обдумать. Я не предвидел такого поворота. – с досадой ответил Артур.

Все вокруг потеряло значение. Я ничего не чувствовала, не слышала, что обсуждалось. На меня обрушилась опустошение. Пустым взглядом я смотрела по сторонам, мне стало дурно, захотелось глотнуть свежего воздуха. Я поднялась и, даже не пытаясь услышать, о чем они говорят, вышла.

Словно понимая мое желание, ветер тут же дунул в лицо свежим потоком. Я подняла голову к небу. Тучи сгущались, небо темнело – природа словно отражала мое настроение. Что я чувствовала? Боль? Страх? Или меня пугала неизвестность? А может, во мне проснулся тот самый ребенок, который всегда спрашивал: “Почему меня бросила мама?”

Повзрослев, я часто думала, что, возможно, меня оставили из-за безвыходности положения. Мне хотелось в это верить. Но сейчас, когда правда, словно хлыст, ударила по самому больному, стало еще невыносимее. В груди все сжалось, в горле встал ком. Хотелось выплюнуть его, как что-то ненужное. Возможно, человек, не знающий, что такое быть сиротой, не понял бы моих чувств.

Раскаты грома добавили драматичности моменту, когда я осознала, что во второй раз стала сиротой. В первый – когда была обиженным ребенком в обители. А во второй – сегодня, узнав, что моих родителей убили… Казалось бы, как можно чувствовать боль от потери людей, которых ты никогда не знала? Но, возможно, существует кровная связь? Или во мне теплилась надежда, что когда-нибудь я смогу их увидеть? Теперь и этой надежды не стало.

Первые капли дождя упали на лицо. Я закрыла глаза, наслаждаясь их холодом. Ноги предательски задрожали. Боль давила изнутри, пытаясь вырваться наружу. Не выдержав, я обессиленно рухнула на мокрую траву.

– Нет, нет, нет… Я не хочу снова через это проходить, не хочу! Не хочу! – словно молитву, я повторяла эти слова снова и снова.

Из глаз текли слезы, но внезапно хлынувший дождь словно пытался скрыть их своими каплями… Чьи-то руки аккуратно взяли меня за плечи. Подняв глаза, я увидела Леона.

– Вставай, ты промокнешь. – В этот момент мало что меня волновало. Холодные капли дождя, холодная земля и моя в очередной раз истерзанная душа… Я словно безвольная кукла позволила поднять себя и повести. Войдя в комнату, я переоделась и рухнула на кровать. Но мои мысли, как и мое состояние, так и остались там – на холодной мокрой траве, под дождем…