Текст книги "Прости, если любишь... (СИ)"

Автор книги: Айрин Лакс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 10 страниц)

Глава 30

Виктория

Я ещё раз внимательно посмотрела на эту женщину и замечаю холодно:

– Ты не представилась.

– Что?

– Ты не представилась, – объясняю терпеливо. – Ну, знаешь, фамилия-имя-отчество. Достаточно будет и имени.

В ответ она вскидывает голову и вздергивает подбородок:

– Слишком много чести! И так все понятно. А ты…. Забудь, слышишь, о Женечке! Ты с ним пожила, у вас было много времени. Но твой срок вышел, и он нашел себе…. посвежее, помоложе!

Какая тупость, она не придумала ничего лучше, чем уколоть меня своей молодостью.

– Я бы оскорбилась, будь ты причиной нашего развода, – отвечаю спокойно. – Но это не так, поэтому я спокойно могу заверить, что Женя нашел не посвежее и помоложе, а просто… подобрал, что попалось под ноги.

– Что? – ахает.

– Подобрал, что попроще и… – показываю пальцем на лицо. – Ничего не замечаешь, м? Ты похожа на меня.

– Нет, наоборот! Это ты на меня похожа! – возмущается.

Я открыто смеюсь: теперь мне становится понятно, что Женя просто соврал, сказав, что у него есть «любимая женщина». Он хотел меня позлить, и это сработало. Меня триггернуло от этих слов, но… теперь я понимаю, что тогда он просто хотел вывести меня на эмоции и что он не лгал, сказав, что та женщина для него ничего не значит.

– Над чем ты смеешься? Ты, мерзкая, старая… – сжимает кулаки. – Воспользовалась тем, что у сына проблемы или, может быть, даже подговорила его и вперед…. Понеслась ложиться под бывшего! На ностальгии сыграла! Женечка – мой!

– Ты не в курсе, да?

– Не в курсе чего?!

– Евгений терпеть не может, когда его называют «Женечка». Есть причины.

– Интересно, какие?

– Весомые. Если он тебе о них не рассказал, то и я тебя посвящать не стану, такие дела, – развожу руками. – Теперь будь добра, отойди в сторону, у меня назначена встреча со свекром.

– Он тебе больше не свёкр, он… – активно начинает говорить она.

– Конечно, не свёкр, – раздается за нашими спинами скрипучий голос вредного старика. – Папуля, как минимум! Папочка! И жена моего сына опаздывает на встречу к папочке. По какой-то нелепой причине…

Свёкр смерил неприязненным взглядом эту девушку с головы до ног и рассмеялся.

– Ты смотри-ка, Вик, сходство имеется! Теперь-то ты понимаешь, как Женя локти кусал, что продолбал тебя, если решился… на эту дешевую мочалку.

– Что? Ах… Послушайте, я…

– Нет, это ты послушай. Шлендра! Выпендрилась, как проститутка, приперлась без приглашения. Пошла вон, дешевка. У меня по плану встреча, а я терпеть не могу, когда нарушают мои планы.

– Да неужели вы не понимаете?! У них все давно закончилось, умерло! Между ними нет ничего. Она… Она просто за кормушку цепляется! – возмущается девица.

Вот хабалка!

– Тебя по телефону бросили, – напоминаю ей. – А ты прилетела за Женей на другой континент. Совсем нет никакой гордости, – качаю головой. – И кто тут цепляется?

– Стерва!

– Что здесь происходит? Ты как, вообще, здесь? Зачем?! – раздается голос Жени с другой стороны.

Мне даже хочется рассмеяться вслух от нелепости происходящего. Бывшая Евгения меняется в лице, натягивает на него улыбку, а в глазах появляется беспокойство.

– Женеч.… – начинает и обрывает себя. – Женя, мы не договорили, и я решила…

– Я тебя бросил. Все четко. Решение свое не меняю. Ты какого хера прилетела? Ещё и в офис к моему отцу приперлась! Хотела ему втереть о неземной любви между нами? Так нет ее. И, кстати, было забавно услышать про кормушку. Твои мотивы ясны. Так что… Свали по-хорошему.

– Ну уж нет! Неужели ты не понимаешь, что происходит. Оглянись, эта старая…

Евгений делает шаг вперед и накрывает ладонью рот своей бывшей девушки, медленно приближает свое лицо к ней.

– Уверена, что хочешь продолжить начатое? – встряхивает бедняжку так, что ее всем телом передернуло. – На выход.

Он утягивает ее за собой, свёкр касается моего локтя, уводя в кабинет.

– Начнем? – говорит бодро. – Ты же видишь, какая жалкая пародия тебя завелась у моего сына. Смех, да и только!

– Зачем вы меня пригласили? – спрашиваю настороженно.

Потому что не жду ничего хорошего от свекра.

Он ещё и сына своего позвал, явно что-то задумал.

– Есть одно дельце, – произносит свёкр, когда мы оказались в его кабинете.

Он с трудом опускается в кресло, не скрывая, каких усилий ему это стоит.

– Проклятый артроз. Совсем замучил, – улыбается слабо. – Да, я позвал тебя не просто так. Женю, тоже. Чего я не ждал, так это появления клоунессы. Невеста, твою мать… Назначила же себя! – усмехается. – Это жалко настолько, что даже разозлиться не получается. А ты? – смотрит на меня внимательно из-под кустистых бровей.

Легко качаю головой.

– Для меня ясно одно – подобным образом я бы никогда не унизилась. И да, он ее бросил по телефону, при мне. Это было настолько легко, он будто он фантика избавился, и я возмутилась, как так можно? Ведь он называл ее «любимой женщиной». Просто мне назло, очевидно.

– Вот и славно, – потирает ладони.

– Что, славно?

– Славно, что тебе все понятно, что на дополнительные разборки времени тратить не придется. И… Славно то, что это недоразумение между вами не встанет.

– Мы не вместе, – очерчиваю границы.

Упрямо.

Да, пока не вместе!

– Когда?

– Уместнее будет слово «если».

– Нет, именно «когда вы будете вместе» Это очевидно! – уверенно заявляет. – Ладно, сами разберетесь, не маленькие. Мне важно другое.

Он делает паузу и придает себе торжественный вид.

Даже я немного оробела, чувствуя, что он сейчас произнесет что-то важное.

– Ты унаследуешь весь мой бизнес, – произносит он. – В ближайшее время.

Повисает гулкая тишина, в которой мое сердце удивленно и оглушительно громко бахает, его стук слышен далеко за пределами грудной клетки.

– Что? Это шутка такая?

– Я похож на шутника? Нет. Ты станешь наследницей.

– Почему? У вас вообще-то сын имеется.

– Сын, который крутит носом и до сих пор играет в самостоятельного и крутого сынулю.

– Внуки есть.

– Аааа… – машет ладонью. – Одна по заграницам учится, у второго блажь на уме. Может быть, даже хорошо, что он следует желаемому, вопреки всему, но бизнес ему не доверю. Нет, ни за что. Хоть и отдаю себе отчет, что передать нажитое в руки семьи – моя истинная цель. Но… нет… Не сейчас, рано. Ты – идеальный кандидат, гарант того, что все достанется семье.

– Я ничего не смыслю и воротить таким бизнесом… нет, увольте.

– Мой управляющий тебе в помощь. Надежный мужик. Быкует иногда, но мне кажется, что у тебя есть на него управа.

В кабинет после короткого стука входит Евгений.

– Вик, извини! – сразу говорит он. – Я и понятия не имел, что она припрется. Липучка!

– Вот, – хлопает в ладоши свёкр. – Я же говорю, у тебя есть на него управа. На встречу плевать, перед бывшей женой за появление другой бывшей оправдывается!

– Постойте, так это… – смотрю в шоке на Евгения.

Он хмурится.

– В чем дело?

– Мой управляющий – Евгений! – заявляет свёкр и переводит взгляд на Женю. – Ты согласен?

– Что? О чём речь?

– Вике нужна будет твердая рука и грамотное управление всем капиталом, который она от меня унаследует. Я решил, что если ты отказываешься владеть всем, пусть будет по-твоему, владеть моими капиталами ты не будешь. Так, что… ты согласен стать управляющим для Виктории? Или мне подыскать другого расторопного кандидата? Главное, чтобы под юбку состоятельной и красивой женщине не полез, конечно, ведь это такой соблазн, три в одном… Красивая, свободная и состоятельная женщина! Лакомый кусочек!

Глава 31

Виктория

Скрип зубов Евгения эхом разносится по всему кабинету.

Я смотрю на него, он смотрит прямо перед собой, прожигая отца взглядом.

На меня даже не взглянул, подлец.

Не мог расстаться со своей мочалкой, как следует, и она притащилась сюда…

И сейчас на меня даже не посмотрит, кипит от злости на отца, а я…

Снова где-то на периферии его интересов.

Достало, боже!

– Не хочу я этого управляющего, – говорю я.

– Другого – нет, – заявляет вредный старик. – Либо Женька, либо…

– Значит, я откажусь от ваших заводов-пароходов.

– Как?! – ахает свёкр, выпучив глаза от удивления. – Ты, может быть, не понимаешь, какое богатство плывет тебе в руки…

– А вы.… – поднимаюсь. – Кажется, так ничего и не поняли. Я не осталась с вашим сыном ни ради богатства, ни ради того, чтобы сохранить уровень жизни, к которому привыкла. И больше года жила, как обычная смертная. Как видите, с голоду не померла, так что… Оставайтесь на своих горах сокровищ один. Или на пару с сыном…

Забросив сумочку на плечо, я резко выхожу из кабинета.

– Женя, а ты чего молчишь?! – раздается из кабинета.

– Ты все испортил, папаша. Доволен? – рявкает Евгений и выбегает следом за мной.

Я спешу к лифту, нервно жму на кнопку несколько раз, быстро проскальзываю внутрь.

Откидываюсь спиной на стену, створки съезжаются.

Евгений не успеет.

Я с облегчением закрываю глаза и вдруг…

Вжух!

Он всё-таки успел!

Втиснулся, раздвинул двери и влез, бахнув ладонью по кнопке.

– Какого черта?! Я, что, даже уйти спокойно не могу? Без преследования!

– Клянусь, я об этом не знал.

– О чем именно, Жень? Многовато событий для одного дня, ты не находишь?

– Я не знал, что у отца на уме. Мы должны были встретиться, я и не подозревал, что он это выкинет.

– А про девку свою?! – меня аж колотит. – Тоже не знал?

– Она кинула смс, что прилетела, – отвечает нехотя. – Но я и не…

– Господи, да заткнись ты уже! – бью его своей сумочкой по плечам. – Надоел! Это ты не знал, об этом не подозревал… Это вообще не в твоей компетенции! – ещё раз бью его сумочкой, теперь уже по шее прилетает удар. – С каких пор ты таким деликатным стал?!

– С таких, что я перед тобой эти церемонии развожу! – кричит так, даже шея покраснела. – И пытаюсь соответствовать, быть сдержанным, а не переть напролом, как обычно! Херня получается! – выдает и бросает жарко. – Лучше по старинке!

Евгений адресует мне взгляд, от которого колени подкашиваются, а через миг жестко впечатывает меня в стену лифта.

– Отпусти, дурак! На нас смотрят! Тут камеры.

– Завидуют! Не отпущу! Задолбала меня пинать!

– Уходи! – почти рычу в его горячий рот, слизывая языком требовательный жар его губ.

– Не могу, лифт уже едет вниз. Мы должны поговорить.

– Нам не о чем говорить.

– О, есть о чём, – он нагло хватает меня за задницу, сжав ее до боли. – Очень даже есть.

– Отпусти мой зад!

– Самый роскошный зад, что я трогал. Мммм… И ты самая роскошная, желанная, моя единственная и любимая.

– Звездишь, Женя! Твоей единственной мне уже никогда не стать! Ты баб перелопатил… хрен знает, сколько.

– Единственная, – выталкивает упрямо. – Королева всегда одна. Единственная.

Ох, черт… Его комплименты всегда такие неотесанные, а хватка грубоватая и жесткая, но как же мне этого не хватает!

О, я даже себе признаться не желаю, как сильно по нему скучала, а это время в разлуке, будто в тумане бродила – то ли жила, то ли плутала во снах, откуда не было выхода.

Чувства притуплены, эмоций почти не было, но сейчас каждая стычка – как откровение, проникает прямиком под кожей.

Терпко и горячо.

На грани ожоги.

Сладость с щедрой горстью жгучего перца.

От жадных, грубоватых поцелуев Евгения стягивает все узлом, низ живота ноет, рябь по телу, возбуждение превращается в острые мурашки на коже. Дотронься до обнаженного участка – и все вспыхнет, даже под прицелом видеокамер.

– И не подумаю тебя отпускать.

Он впечатывает в меня свои бедра, я с трудом сдерживаю стон.

Его брюки и мое платье – точно не заслон, а хлипкая преграда, которую так легко сорвать.

– Ты знаешь, что делаешь со мной?

– Я с тобой?! – поднимаю на него глаза. – Нет, наоборот! Это все ты! Ты играешь со мной, как кот с мышкой.

– Неправда.

– Ещё какая правда.

– Закрой рот, – прошептал почти нежно. – Или я его закрою.

– Не смей.…

Мое дыхание учащается с каждой секундой.

Мне изо всех сил приходится бороться с собой.

– Знаешь, что я хочу сделать? – хрипло выдыхает, касаясь губами моего ушка.

– Не надо… – отзываюсь слабо.

– Надо. Я больше не смогу остановиться. Твоя близость сводит с ума. Сейчас мы приедем, и я проведу пальцем по твоим трусикам, собирая с них влагу. И потом.… Попробую все то, что под ними.

У меня перед глазами темнеет от этого порочного обещания.

Цепляюсь за плечи Евгения, чтобы не упасть.

Он целует меня с настойчивостью урагана, сметающего все на своем пути. Поцелуй вышел грубым, почти жестоким. Но я, послав все сомнения к черту, ответила – так же отчаянно, так же жадно.

Эта история меня порядком измотала, выпила много крови и иссушила немало нервов.

Наши языки сплелись в яростном танце.

– Давай покончим с этим? – предлагает Евгений. – Ласточка, ты же видишь, я весь твой, и сердце к твоим ногам, и всего себя… Да бери уже, блин!

– Взять? – губы опухли.

– Возьми! – требует.

Осоловело моргаю, внезапно поняв, что лифт уже остановился.

Двери распахнуты, и наши объяснения стали достоянием общественности – несколько офисных работников наблюдают за нами, не дыша.

– Чё встали, бесплатное кино закончилось!

Евгений утаскивает меня за собой, сев в его машину, начинаем синхронно смеяться, как ненормальные.

– Ты их рожи видела?

– Да!

Новый поцелуй.

Мы тянемся за ним синхронно и с трудом разрываем рты.

Евгению кто-то звонит.

– Если это снова твоя мочалка или…

– Дочь, – отвечает Евгений, едва бросив взгляд на экран. – Подождет. Пусть весь мир подождет.

– Лучше не скажешь.

Глава 32

Виктория

– Кажется, я до дома не доеду, – хрипло выдыхает Евгений. – Давай на заднее? Взорвусь?

– Я тоже, – признаюсь.

Но через миг становится страшно: вдруг я зря решила дать нашим отношениям шанс? Хоть ещё и не озвучила это прямо, но все же…

Женя мгновенно отзывается, почувствовав мои сомнения.

Он прижимается лбом к моему, часто дышит, опаляя выдохами мое лицо.

– Не сомневайся. Прошу. Я докажу, что достоин второго шанса.

– Я ещё не озвучила.

– Мммм… Словами не озвучила, но глаза, жесты, поцелуи… Сказали больше, чем слова. Ты просто опасаешься.

– Да.

– Я тоже боюсь, – признается он сиплым голосом.

– Что? Тебе-то чего бояться?

– Что снова облажаюсь. Нет, не про измену сейчас говорю. Про другое. Вдруг не справлюсь? Не вывезу твой уровень… Снова сделаю что-то не так, не так скажу, не так посмотрю… – смеется напряженно. – Не так подкачу. Обидишься. Уйдешь в оборону…

Его признания звучат откровенно и тронули меня за живое. Я-то думала, он непробиваемый и была уверена, что его самооценка и мнение о себе выкованы из титана, не поддаются сомнениям.

Но, оказывается, мы ошиблись.

Оба.

Подумали друг о друге не так, пришли к неверным выводам.

– Я слышала, что там, где страх, там всегда самый большой ресурс.

– Да-да, я тоже что-то такое слышал, – Евгений смотрит мне на губы, потом в глаза, снова на губы. – Предлагаю пойти туда вместе. Рискнем… И, если что, то твои страхи мне понятны.

– А мне – твои.

– Тогда лезь на заднее! – целует горячее.

Это занимает всего несколько секунд.

Не больше!

Мы горячие и несдержанные, хихикаем, как озабоченные подростки, разогретые опасностью быть застуканными.

Вот только кое-что мешает предаться страсти окончательно.

Звонок телефона.

Сначала – телефон Евгения, потом – мой.

Они не умолкают!

– Да что такое! – сердито порыкивает он.

Приходится немного прерваться. Я проверяю свой телефон.

– Мне тоже дочь звонила.

– Может быть, реально что-то стряслось? Ответить надо. Черт… Я думал, со взрослыми детишками не бывает проблем в стиле «помешали маме с папой словить кайф»!

– Не поверишь, но я думала точно так же! – смеюсь я, продолжая воевать с тугой ширинкой на брюках бывшего мужа.

– Да. Что стряслось, Милан?

Евгений пытается говорить ровным голосом, но дыхание у него частое и прерывистое.

Мне все хорошо слышно.

– Пап, тут такое дело. Я прилетела.

– Куда?

– Домой. На родину.

Меня безумно развезло от поцелуев и предварительных ласк. Я, словно наркоманка, смотрю на суровое лицо бывшего мужа, касаюсь губами колкой щетины на упрямом подбородке и спускаюсь поцелуями на шею. Ширинка, наконец, поддалась моим усилиям. О, ладонь вкусно скользнула под брюки, пальчики оттянули резинку трусов и сжались вокруг твердой мужской плоти.

– А? Что?

Евгений не понимает слов дочери? Или не воспринял их всерьёз?

Его взгляд плывет, веки прикрываются. Он прикусывает губу, и это смотрится невероятно сексуально. Его сдержанность и напор, жажда…

От нашей страсти даже воздух превратился в кипяток.

– Пап, говорю тебе, я приехала. Домой, в Россию.

– Эмм… Зачем?

– Хочу проведать брата и маму, – голос Миланы задрожал. – Мне надоело, что она видит во мне врага. Ты ведь обещал мне! Ты поклялся, что ничего не изменится, что вы будете вместе… Ты говорил, чтобы я ни о чем не переживала и не смела портить себе будущее из-за ваших ссор, а теперь… Теперь мама видит во мне врага, и Никита со мной тоже общается не так, как раньше! Все стало не так, как раньше, а ты упорно делал вид, что все в порядке! Но ты врешь. И мне, и себе… Я это вижу. Ты тоже другой, дерганый, холодный… Нет, мне это надоело, слышишь? И если после этого ты решишь больше не платить мне за учебу, то пусть так и будет! – высказавшись, дочь шмыгает носом, плача.

– Милан, – вздыхает Евгений. – Ты немного невовремя позвонила, я…

– Ты не приедешь за мной?

– Малыш, ты уже большая девочка, можешь взять такси. Увидимся позднее, ладно? И обсудим все. Ты забронировала отель?

– Нет, – сипит. – Я думала…

– Зря ты так подумала, – отрезает Евгений. – Звони Никите, вдруг брат захочет тебе помочь? Но если он тебе откажет, то ты знаешь, что делать: открываешь сайт, бронируешь свободный номер в гостинице, вызываешь такси. Это реальная жизнь, детка, и она бывает сложной.

– Ты как-то странно со мной разговариваешь.

– Потому что я занят. И я буду занят весь этот день и вечер… И… маме тоже не названивай, – заявляет он, скинув звонок.

– Это было сурово. Какой ты злой папочка, оказывается!

Евгений откидывается затылком на сиденье и громко стонет, дернувшись бедрами вверх.

– Папочка едва не залил тебе кулак. Я.… Хочу тебя… Иди ко мне! – перетаскивает на колени и впивается поцелуем в рот.

Нам о многом нужно поговорить, ещё больше обсудить, сделать.

Сколько дров наломали и ошибок наделали, просто волосы дыбом!

Но когда я позволяю себе хотя бы ненадолго забыть о проблемах, отодвинув их на второй план, я понимаю, что, следуя обидам, страхам и сомнениям, мы с бывшим мужем упускаем важное – саму жизнь.

Со всеми ее взлетами и падениями.

Мы летали высоко-высоко, и мы уже упали… Отказали себе в возможности подняться и предпочли, обидевшись, разбежаться в разные стороны.

Но море всегда после отлива возвращается к родному берегу, и настало время для принятия родного и близкого, любимого – со всеми его недостатками и ошибками.

– Помнишь, как ты потребовал? Если любишь, простишь? – спрашиваю я, на миг прервавшись.

– Болваном был, – признается муж, уткнувшись носом мне в грудь. – Я тогда многого не понимал и бесился, потому что сам себя даже простить не мог.

– Тогда сейчас ты должен простить мне то, что я не захотела тебя прощать вот так, с пол оборота.

– Да-да, согласен! А ты выйдешь за меня? – уточняет он.

– Что? Нет.… Неподходящее время для таких разговоров.

– Я без резинки и хочу наградить тебя ребёнком. Мне кажется, сейчас самое подходящее время…

– Ты просто хочешь отстранить меня от бизнеса своего отца, признайся.

– Так ты согласна?

– На что именно? – я теряюсь.

Слишком хорошо мне сейчас и мыслить здраво не всегда получается.

– На все. Я думаю, ты должна согласиться на все… хорошее, – схитрил бывший муж.

Ох, на такое грех не согласиться, конечно.

– Мы справимся. Теперь я всегда буду рядом и не свинчу, куда подальше, от первых же сложностей. Люблю. Тебя.

Так много непростого в наших отношениях, но я сейчас готова признаться себе, что этот сложный мужчина – любим мной, и что он – единственный мужчина в моей жизни.

*****

Спустя три года

– А вот и наша мамочка-босс! Уф, наконец-то, мам….

Милана спешит мне навстречу и протягивает полугодовалую Валечку.

– Милан, ну, куда? Я только пришла, даже руки не вымыла…

Следом за мной входит Евгений, неся в руках многочисленные покупки.

Шопинг удался на славу. Перезагрузка от будней молодой мамочки прошла успешно. И, откровенно говоря, мне было приятно гонять своего сурового мужика с пакетами и примерять новое белье, невинно интересуясь его мнением.

Как он на меня смотрел, ох…

Я думала, там примерочная сгорит вместе со мной.

– Мам, не знаю, как ты с этим справляешься, но я… точно пас! – признается Милана. – Она тебя ждала и никак не хотела переставать плакать, я уже думала, что поеду к няне и…

– Хорошо, что эта умная мысль так и осталась лишь мыслью! – говорит мой новый муж, который когда-то был бывшим мужем. – Няня сегодня слегла с температурой, именно поэтому мы попросили тебя посидеть с сестренкой.

– Я и посидела, но устала так, будто трое суток на ногах провела.

Я быстро переодеваюсь, умываюсь и с радостью забираю Валюшу. Грудь уже немного ноет от прилива молока. Валя радостно обхватывает губками тугой сосок и сладко причмокивает.

– А ведь ты была намного более капризной и непослушной, чем Валя, – замечаю я, посмотрев на Милану.

Сейчас наша семья снова вместе.

Было непросто воссоединиться после стольких обид, горьких слов, но сила прощения и любви, искренней любви к близким, сделала свое дело. На все каникулы Милана прилетает к нам, а потом ее ждет трудоустройство…

Мы с Евгением снова поженились, но не сразу, а через полтора года.

Полтора года он усердно доказывал, что достоин быть мужем, а не просто страстным любовником.

В конце концов, его упорство и стремление все исправить покорили мое сердце, и я решила сказать ему «да». Потом я забеременела… Было немного страшно: я не самая молодая мамочка, но беременность и непростые роды остались позади, а меня теперь окружают родные и близкие, готовые помочь и быть рядом.

– Готова поспорить, что Никита давал жару больше, чем я.

– Мальчишки, – вздыхаю я.

Сейчас Никита работает на фирме деда, бок о бок трудится рядом с отцом. Я всё-таки приняла предложение свёкра… Он, кстати, клятвенно обещал, что будет загорать на песке и не подойдет и на километр к управлению фирмой, но этот вредный старик всё-таки держит руку на пульсе и постоянно спрашивает, «как дела».

Неугомонный старик…. Хотя, стоит признать, что и он смягчился настолько, насколько позволил его возраст и непростой нрав. Всегда сложно меняться. Меняться, когда закостенел в своем образе и не различаешь дом и семью, сложнее вдесятеро…

Но всё-таки нам это удалось.

И, главное, что мы вместе…

– Красивая, на тебя похожа, – замечает муж, поцеловав меня в шею.

– Да? А я думаю, что у Валюши – твои глаза.

– Тогда понятно, почему она с тебя взгляд не отводит…

Евгений за эти годы здорово поднаторел в том, чтобы говорить и быть более откровенным в беседах, и больше не прячется за мнение «я мужик, как я сказал, так и будет…»

– Если бы ты видела себя моими глазами, то поняла бы, как сильно я тебя люблю, и что я не вижу своей жизни без тебя, – признается он.

Как после такого признания не растаять и не признаться ему в ответных чувствах? У меня вот не получилось остаться равнодушной.