Текст книги "Прости, если любишь... (СИ)"
Автор книги: Айрин Лакс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц)
Прости, если любишь...
Айрин Лакс
Глава 1
Виктория
Я не поверила своим глазам, когда увидела в дверях ресторана…
Его.
Моего бывшего мужа.
Евгений.
Мужчина, от чьих прикосновений у меня перехватывало дыхание.
Любимый, растоптавший мое доверие в грязи измены.
Разорвавший сердце в клочья.
Я не ожидала, что на встрече с будущей женой старшего сына появится и бывший муж.
Что он здесь делает?
Разве он не уехал за границу? Черт…
Хотелось бы мне держать лицо невозмутимым, видя, как бывший муж приближается.
Но мое потрясение слишком велико.
Он почти не изменился: те же пронзительные зеленые глаза, те же мужественные черты лица, те же каштановые волосы, небрежно уложенные. Только морщины у губ стали глубже, да взгляд стал ещё более пронзительным и тяжелым.
Евгений неспешно приближается.
С каждым его шагом мне становится все труднее дышать.
Телефон падает из моих пальцев на пол.
Сын подскакивает, поднимает мой телефон и подает его мне, немного нервно улыбается при этом.
– Мам, я просто забыл тебе сказать. Папа тоже будет здесь.
Никита смущенно улыбается, не замечая, как мое сердце готово выпрыгнуть из груди.
Неужели забыл?
– Разве о таком можно забыть?! Или ты просто не хотел меня предупреждать?!
Признаюсь, я зла. Очень.
Смотрю на сына, он отводит взгляд в сторону и дергает мочку уха. Раньше там была серьга, проколол в подростковом возрасте и хотел сделать себе тоннели, даже начал, потом перерос эту придурь. Но при сыне осталась привычка дергать ухо, когда сильно нервничает.
– Мам, – вздыхает. – Ну, прости. Просто вы оба – мои родители. Я… Хотел бы, чтобы вы оба были рядом в такой ответственный день.
Конечно, все просто!
Все настолько просто, до жути…
Мой бывший муж стал для меня врагом.
Мы не общались и не пересекались. Я отказывалась появляться там, где был он, потому что справлять нужду бы на одно поле с таким, как он, не села.
Но сын решил столкнуть нас носом к носу!
– Мам.
– Не мамкай, – шиплю я, как кошка, которой прищемили хвост.
Смотрю на сына зло.
– Ты же знаешь…
– Виктория Сергеевна, не ругайте Никиту! Он хотел вас предупредить, но я попросила его этого не делать, – вмешивается Рита, невестка.
– Что?
– О, сами посудите, Виктория Сергеевна. Вы бы сразу отказались, это знакомство снова отложили бы в сторону. А мы… У нас важные новости….
Никита дергает ее за рукав, и Вика скромно добавляет:
– В общем, мы уже не можем тянуть дальше и просто встречаться. У нас все очень серьёзно.
Она ничего не произнесла, и сын тоже не сказал об этом вслух, но я как будто догадываюсь: неужели она залетела?!
– Виктория Сергеевна, это ведь не конец света, – противно тянет эта наглая девица. – Или я уже могу называть вас мамой?
Признаюсь честно, от будущей невестки у меня дергается левый глаз. Не нравится мне эта девушка!
Есть в ней что-то неприятное, то ли глаза слишком близко посаженные, то ли этот короткий, вздернутый нос, который напоминает свиной пятачок, или наигранная улыбка слишком пухлых, перекачанных губ?
Я точно не знаю, что именно в ней не так, но.. мне она не нравится.
На интуитивном уровне не нравится.
Я не хочу быть свекровью, про которую говорят, вот же стерва! Но и теплых отношений с этой девочкой у меня не получится. Мой потолок – снисходительное терпение и уважение к выбору моего сына, не более того.
Евгений подходит ближе, и я почувствовала знакомый аромат его парфюма. Тот самый, от которого когда-то кружилась голова.
Самое противное, что кружится и сейчас.
Ноги в коленях немного дрожат.
Как назло, на мне платье, чуть выше колена.
Взгляд бывшего мужа неспешно скользит по моим ногам.
Ах, подлец… Мне всегда становилось жарко от его взглядом.
Не стал исключением и этот раз.
Мерзавец, пусть на девок своих таким образом пялится, а не на меня.
– Добрый день.
Он здесь!
Это не галлюцинация. Он из плоти и крови, живой.
Ещё более матерый, настоявшийся, как дорогой коньяк.
– Виктория….
Его голос становится тише, интимнее, и я почувствовала, как дыхание перехватило.
Ненавижу эти длинные паузы и многозначительные взгляды.
Как тот, которым он сейчас впивается в меня.
У меня такое чувство, что он поймал меня на крючок.
Он поймал, а я… пропала.
Пропала в его глубоких, зеленых глазах, в негромком хриплом голосе, в его словах, которые всегда были чем-то большим для нас.
И черт возьми, как же сильно я его ненавидела…
Так же, как же сильно когда-то любила.
В этот момент я поняла, что ничего не изменилось.
Ни на секунду. Ни на миллиметр.
Мы все те же.
Эта неожиданная встреча – как удар током.
Как напоминание о том, что некоторые раны никогда не заживают.
Некоторые страсти никогда не угасают.
– Вик…. – его шепот пробирается под кожу.
Я закрываю глаза, пытаясь собрать остатки самоконтроля.
– Что? – выдохнула, зная, что тону.
– Выглядишь чудесно, – говорит он отрывисто.
Евгений отводит взгляд в сторону, у меня появляется свободный миг, чтобы вздохнуть посвободнее.
Но это длится недолго, потому что Евгений, мазнув взглядом по сыну и его невесте, снова возвращается ко мне.
В его взгляде мелькает что-то, похожее на блеск молнии.
Через миг его пальцы крепко обхватывают меня за локоть и дергают с места.
– Что ты творишь?! Эй!
Он тянет меня за собой, словно на буксире.
Я едва за ним поспеваю.
– Ты сошел с ума?! – шиплю я. – Отпусти меня, придурок! Ненавижу!
– Не знал, что ты будешь здесь! – цедит он сквозь зубы. толкнув к стене в узком коридоре, который ведет в служебные помещения.
– Ах, представь, я тоже тебе не рада.
Бывший мотает головой в сторону, зло сверкнув глазами.
– Я не горю желанием с тобой видеться, если ты ещё не понял, дорогой! – выплевываю последние слова.
– Я тоже не в восторге, до-ро-га-я! Ну? – спрашивает он. – Будут ещё сюрпризы? Или на этом закончим?
– Скажи спасибо своему сыну. Если бы не он, я бы и.…
– Да-да, я в курсе. Ты бы и срать на одно поле не села! – выпаливает, взмахнув рукой.
Долгий, пронзительный взгляд мне в глаза. Губы дергаются, словно он собирается сказать что-то.
Я узнаю эти взгляды и мелкие жесты, по которым понимаю: сейчас новость, которую Евгений скажет, будет похожа на разорвавшуюся бомбу, не меньше.
Мне заранее страшно, потому что после этого наша жизнь никогда не будет прежней…
Глава 2
Виктория
Волна сильной, мощной дрожи сотрясает мое тело. Бывший муж, словно охотник, почуявший след дичи, тянется ко мне.
За эмоциями?
Стараюсь отступить и вырвать, но коридор слишком узкий.
Единственное, что мне остается, это выставить ментальный барьер и провести невидимую границу.
В надежде на то, что этого будет достаточно.
Но я не могу быть в этом уверена.
Евгений – мужчина с очень сложным, тяжелым характером. Если он выбирает давить на оппонента, то у собеседника появляется ощущение, будто попал под многотонный пресс.
– Что ты творишь? – злюсь. – Отпусти! Что о нас люди подумают?
– А тебе не плевать, что о нас люди подумают? – спрашивает Евгений. – Тебе было плевать, что люди подумают, когда ты на разводе настаивала, а все кругом качали головой и говорили: «Вик-Жень, вы такая пара чудесная, зачем вы расходитесь? Пожалеете!»
– Плевать! Мы разошлись, потому что ты мне изменил! – повышаю голос.
Я напоминаю ему, с чего все началось. Евгений шумно и размеренно дышит, его грудная клетка вздымается и опускается. Он контролирует дыхание, но все равно заметно, что он на эмоциях, как спящий вулкан, который начинает просыпать и глухо воркотать.
Хочет поднять тему прошлого?
Вот только я не хочу!
Это пройденный этап.
Все.
Мы разошлись, разбежались, живем каждый – своей жизнью.
Здесь не о чем разговаривать.
Единственная причина, по которой я согласна терпеть его присутствие рядом – это то, что его пригласил сын.
Тайком.
Об этом я ещё поговорю с Никитой, а пока нужно держать себя в руках.
– Давай вернемся в ресторан. Если ты не заметил, то Никита хочет познакомить нас со своей девицей!
Я с трудом сдерживаю истинное настроение. Эмоции все-таки прорываются сквозь безразличную маску.
Евгений отлично меня знает, потому что ловит эту искру недовольства во мне и говорит:
– А! Ты тоже не в восторге от этой… девушки.
Последнее слово он не просто говорит, но выплевывает!
Ого!
Что это с ним такое?
Впервые вижу, что он так открыто выражал свое пренебрежение.
– Что значит, тоже? – цепляюсь к словам. – Евгений. Отвечай.
– Ответ предполагает диалог, но ты не очень настроена со мной говорить, не так ли?
Он отстраняется.
Евгений прижимается спиной к стене, между нами совсем немного расстояния, которое я не спешу увеличить. Бывший смотрит сверху вниз и обратно, снова пялится на мои ноги.
Он их обожал, в моей памяти, к сожалению, слишком живы воспоминания о том, как он целует мои ноги, начиная с пальчиков и ступней, поднимается выше, лижет языком под коленом и забрасывает мои ножки себе на плечи, широко раскрывая: «Ццццц, какая отзывчивая, розовая девочка… Для меня потекла, красивая?»
Стараюсь держаться ровно, но жар все равно просачивается через поры моей кожи.
Такое чувство, будто Евгений читает меня, как раскрытую книгу.
Его взгляд опасно мерцает в темноте. Качнувшись, он делает шаг вперед. Крупный нос щекочет мою щеку, задевает скулу.
– Ты все такая же голенькая под трусиками? Как девочка? Или оставляешь немного пушка?
Вот это вопросики!
Если бывший муж хотел сбить меня с толку и ввести в ступор неожиданной сменой темы, то ему это удалось.
Я настолько растерялась, что не успела ничего сделать, он уже прижимается ко мне. Горячая большая ладонь с крепкими мужицкими пальцами тянется вверх.
От моей талии, выше, под грудь.
Сердце предательски екает. Дышать совсем нечем!
Отталкиваю бывшего мужа за плечи, но он никуда не движется.
Он – твердая скала, которая даже не пошатнулась от того, что ее коснулся маленький мотылек.
Горячие губы задевают мое ушко.
По шее ползут мурашки.
Водопадом стекают вниз по спине, теряясь где-то в трусиках.
– Возбудилась,– тихо рыкает. – Вика, девочка моя…
От таких нежных и в то же время снисходительных интонаций по привычке тянет закрыть глаза.
Некоторые привычки до того твердо вжились под кожу, что выгнать их оттуда – вопрос длительного периода времени. На это потребуется больше, чем несчастные полтора года в разводе.
Жаль, что я всё ещё помню, как хорошо нам было вдвоем с Евгением.
И в миллион раз хуже, что мой твердый панцирь на деле оказывается лишь хрупким ледком.
– Ты вся дрожишь, – продолжает бывший.
В его голосе сочится наслаждение. Он не отказывает себе в удовольствии потискать меня за талию, чуть-чуть коснуться груди.
Если он сожмет меня и начнет трогать за соски, я врежу ему между ног!
– Что за мужик у тебя сейчас? Хреновый, однозначно! Не справляется. Едва дышишь от меня.
– Да пошел ты… – отвечаю хрипло. – Ты здесь ни при чем.
– А кто?
Он удивлен.
Недоумевает.
– Господи, какой ты нарцисс, Женечка.
Бывший задышал чаще, даже зубами скрипнул: он терпеть не мог, когда его называли «Женечка». Он, в целом, не любил свое имя, которым можно было называть и девочек.
– Прошло полтора года! Думаешь, за это время у меня не было никого, кроме тебя, м? – щелкаю языком. – Какой ты…
– Какой?!
– Недалекий. Самовлюбленный.
Делаю паузу и припечатываю, глядя в глаза:
– Жалкий в лживой уверенности, будто ты для меня остался номер один во всем.
Он смотрит на меня так, словно вот-вот сожрет.
Вонзит клыки мне в шею, сомкнет челюсти и будет рвать кожу, мышцы, пить ещё горячую кровь.
Таким взглядом не просто трахают, таким взглядом жестко дерут.
И я, к сожалению… Иногда так скучаю по сексу с ним, хоть никогда ему в этом не признаюсь.
Я лучше откушу себе язык, чем признаюсь, что моей любимой сексуальной фантазией для быстрой разрядки стал… он.
Это отклонение от нормы.
Мой маленький грязный секрет.
Едва дышу.
Взгляд сам скользит вниз, опускается на ширинку брюк.
Они красноречиво оттопырены.
Ох, нет… Секрет совсем не маленький.
Большой, толстый, с выпуклыми венами…
Я отвожу взгляд в сторону, но Евгений уже заметил, куда я смотрела.
Он опускает ладонь, проводит вверх и вниз по своей ширинке, спрашивая:
– Хочешь?
– Нет.
– Мммм… Твои взгляды голодной кошки говорят о другом, дорогая Вика. Предлагаю поступить, как взрослые люди.
– И как же поступают, по-твоему, взрослые люди? Впрочем, не отвечай.
– Давай ты ответишь.
Он смотрит мне в глаза.
Манкий, матерый хищник.
Чуть более полутора лет за границей только придали ему лоска и отточили стиль до совершенства.
Откровенно говоря, бывшего мужа сложно назвать красивым, но нельзя не назвать мужиком.
Настоящим мужиком, от которого подкашиваются колени.
Рядом с ним легко быть слабой девочкой, он способен укрыть за спиной от всех невзгод, но… от собственных измен не спас.
– Не буду я отвечать, Евгений. Если ты забыл, нас сюда позвали не для того, чтобы я слушала о твоих сексуальных фантазиях на мой счет. Причина вообще не в нас.
– Да-да, я помню! – перебивает. – Помню! Там наш сынуля решил, что если у него женилка выросла, то пора жениться. Ничего, подождет! – он как всегда, отмахивается от всего, когда на кону стоят собственные интересы. – Вернёмся к нам.
– Мы?! Нет никаких нас, ты…
Он резко приближается и накрывает мой рот ладонью. Свободной рукой тянет вверх мое платье.
– Слишком много лишних слов ты произносишь, дорогая. Либо дай высказаться, либо.…
Прижимается.
– Я после длительного перелета, с пересадками. Я хочу секса так, как будто только что дембельнулся. Могу и здесь тебя отыметь до трясущихся коленок. Мигом забудешь обо всех своих короткоствольных недотепах! Кто там у тебя? Сколько? Похрен. Всех побоку! Обо всех забудешь. Снова на секс со мной молиться будешь.… – хрипит взбудоражено. – Ну?
Я хорошо знаю Евгения. И, к сожалению, он может так поступить.
Ткань платья трещит от напряжения...
Глава 3
Виктория
Евгений может наплевать на мои протесты, на то, что совсем рядом шмыгают служащие ресторана.
Вот только что прошел расторопный официант, неся поднос, заставленный тарелками с едой.
Но Евгению на это плевать с высокой колокольни.
Беспредельщик…
Такой мужик берет, что захочет, и когда захочет.
Когда-то это жутко заводило, о да…
В свое время я от него была без ума. Мне казалось, он вообще не признает чужих правил, создает свои собственные.
С ним можно было летать.
Даже без крыльев.
С последствиями чужих взглядов и сплетен Евгений разбирается так лихо, что никто косо и не посмотрит, и не шепнет плохого слова.
Но это давно в прошлом, напоминаю себе.
Я больше не зависима от этих больных отношений.
Он – больше не мой мужчина, которым я восхищалась, в которого была влюблена, как кошка.
Евгений – мужлан, который показал темную сторону медали.
Наши пути с того времени разошлись.
К тому же я поумнела и не нарываюсь, зная, как его заводят протесты.
– Ну?!
Я молчу, сверля взглядом его лоб.
В районе между глаз.
Представляю, что вкручиваю туда штопор, медленно-медленно перемалывая лобную кость и его мозги… в фарш.
Не получив желаемого, бывший муж с некоторым разочарованием одергивает вниз мое платье.
– Бесит, когда ты такая послушная, – цыкает. – И не накажешь.
Значит, я выбрала верную тактику.
Вежливый игнор способен охладить его пыл.
– Кажется, ты хотел что-то предложить, – напоминаю ему.
– Быстро заканчиваем с этим цирком, – коротко кивает в сторону зала ресторана. – Едем в отель и трахаемся. Пока не вытрахаем все претензии друг к другу.
Я поперхнулась кашлем.
Думала, он вернется к теме сына, но он….
Все о том же!
– Это и есть твой план? – спрашиваю с холодком.
– Это не план. Это… его начальная стадия, – добавляет он. – План в другом.
– И какой же он?
– Не скажу, – ухмыляется. – Считай, что я – твой последний шанс и крутой продюсер, и все проблемы решаю только через постель.
– Я не нуждаюсь в продюсере, Евгений.
Мой телефон звонит.
Бывший быстрее меня лезет в мою сумочку.
– Кто бы там ни был, шли на хрен! – требует. – Мы болтаем. Ты знаешь, я терпеть не могу, когда прерывают, когда я с тобой.
Кое-что не изменилось с тех самых пор, когда мы были вместе.
Если мы контактируем, беседуем, он терпеть не мог, когда нас прерывали, мог жестко сорваться.
Я смотрю на экран.
Евгений мрачно пялится в аватарку контакта.
Там лицо мужчины.
Его, кстати, в отличие от Евгения, можно назвать красивым.
Холеный, ухоженный, благородное лицо, легкие, правильные черты. Выглядит моложе своих сорока пяти, кстати. Все в плюс.
Олег Демин, который смотрит на меня с экрана, тот ещё городской пижон.
Евгений его знает, кстати, и не может скрыть своего удивления.
– Ты с ним мутишь, что ли?
– Не твое дело! Я же не спрашиваю у тебя, с кем ТЫ мутишь!
– Очевидно, я так же, как и всегда, имею все, что движется, – разводит он руками и усмехается грязно. – Твой ненавистный шлюхан. Довольна?
– Нет! Ещё сто лет твою мерзкую рожу бы не видела.
– Придется, – обрывает резко. – Скидывай звонок.
– Нет.
– Что ты сказала?
– Я сказала, что нельзя сбрасывать звонки… своего мужчины.
– У тебя кто-то есть? – резким тоном интересуется Евгений.
– Ты удивлен? Неужели ты думал, что я буду страдать по тебе, неверный?
Вообще-то это не так.
Я ни с кем не встречаюсь.
Есть только этот мужчина, Олег Демин, хороший знакомый нашей семьи.
Он меня поддержал во время развода, и после него.
Мы до сих пор общаемся, он оказывает мне знаки внимания, намекает о чувствах. Но у меня на него не горит, совершенно.
Может быть, ещё слишком рано для новых отношений?
Но с появлением бывшего во мне будто разгорелся костер.
Как это объяснить? Сумасшедшее влечение дало о себе знать.
Остатки былых привязанностей?
Просто отголоски привычки?
Бывший сверлит меня жутким взглядом.
Я всё-таки струсила и не решилась ответить под таким взглядом. Хотя бы потому, что с Деминым у меня ничего нет, и Евгений, не дурак, это быстро поймет по разговору.
Не хочу выглядеть дурой.
Поэтому я сбрасываю и прячу телефон в сумочку.
– Давай вернемся в ресторан? Сын позвал нас, чтобы познакомить со своей избранницей. Скрываться сейчас невежливо.
– Мы не скрываемся. Беседуем. Проясняем кое-что.
– Выясняем отношения? Нечего выяснять, Женя. Мы все уже выяснили, забыл?!
Собравшись с силами, я выхожу, и Евгению не остается ничего другого, кроме как последовать за мной. Он идет на некотором расстоянии позади меня, сверлит спину пристальным взглядом.
***
Сын усердно пытался делать вид, будто в нашем с Евгением длительном отсутствии не было ничего необычного.
Рита, напротив, посмотрела на нас с нездоровым интересом. У нее был такой вид, будто мимо нее прошла незамеченной классная сплетня.
Никита выглядел взволнованным, представляя свою невесту отцу.
Было сложно сказать, что думает Евгений по поводу Риты. Но бывший муж сидит с мрачным видом, почти не участвуя в разговоре.
– Как вы познакомились? – достаточно резким тоном интересуется Евгений у сына.
– В клубе. Я там миксовал музыку.
Наш сын не пошел по стопам отца, в бизнес.
Никита – музыкальный мальчик, с идеальным слухом и чувством ритма.
Отношения между отцом и сыном – натянутые, но Евгений старается, как может, не задевать сына лишний раз. Поэтому, даже если он хочет сказать что-то резкое, то придерживает это, а мне остается только ломать голову в догадках.
Евгений недоволен именно этой девушкой сына?
Или недоволен, в принципе, потому что прошло более полутора лет, как он покинул страну, а сын… так и не взялся за ум, так и продолжает заниматься музыкой и творчеством.
То есть, болтается у семьи на шее – таков вердикт мужа.
– Рита была на испытательном сроке, – Никита находит руку своей девушки и нежно целует кончики ее пальцев. – Это была любовь с первого взгляда.
– Кем работала Рита?
– Официанткой, – отвечает девушка.
Евгений хмыкает неопределенно.
– Рита недавно похоронила бабушку и занимается младшей сестрой, – добавляет Никита.
– До сих пор сердце болит, – вздыхает невеста сына. – Как жаль, что бабуля не дотянула до знакомства с твоими родными.
Ну вот! Теперь, если мы будем недовольными родителями, Никита вспенится и бросится грудью на защиту своей трогательной девушки, она ведь такая бедолажка!
Евгений замолчал, медленно отпивая спиртное из бокала. Его мрачность создавала давящую атмосферу, нервирует всех.
– Пап, ты чего такой хмурый? – Никита попытался разрядить обстановку.
– Все нормально, – отвечает Евгений. – Просто перелет был сложным.
Бывший задумался.
Гадать не нужно, чтобы понять: он взвешивает за и против, но решение никак ему не дается.
***
Встреча прошло напряженной.
Первым ушел Евгений. За ним – мой сын со своей невестой. Теперь он официально озвучил планы и под нашим пристальным взглядом надел на палец девушки помолвочное кольцо…
Последней ресторан покидаю я.
Потом целый день пытаюсь отвлечься на работу, после работы – массаж, завершающий сеанс. Но и массаж с аромамаслами не дал мне желанного расслабления.
В воздухе витает напряжение.
Оно же проникло в каждую капельку крови, которая несется по моим венам.
***
Поздним вечером я переступаю порог квартиры, оставшейся нам с сыном после развода.
В коридоре – темно.
Я неожиданно спотыкаюсь о чью-то обувь, брошенную на пороге.
– Вот черт, – шиплю. ушибив колено об острый угол тумбы под обувь.
Щелкаю ладонью по выключателю и вздрагиваю от фигуры мужчины, застывшего в коридоре.
В одном полотенце.
