Текст книги "Капкан для невесты (СИ)"
Автор книги: Айрин Лакс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)
Глава 11
Камилла
Сжимаюсь в комочек от его угроз. Но в то же время внутри что-то сладко-порочно пульсировать начинает и тянет приятной тяжестью, волнует картинками запретными. Я в одном белье, его тяжелые ладони на моих ягодицах.
Выдохи. Дрожь. Шлепки. Жарко…
– Выпорешь? – спрашиваю севшим голосом. – Или отшлепаешь?
С губ Лорсанова срывается короткий, жаркий вздох. Он крепко оплетает мой стан ладонями, касается губ, говоря тихо-тихо:
– Даже не знаю. Степень наказания зависит от провинности. Когда ты в моей спальне не прибрала, дерзила… Я тебя отшлепал. Немного! – крепче прижимается губами.
Мои губы дрожат от соблазна приоткрыться под этим давлением.
– Теперь ты подставила свою жизнь под смертельную угрозу. Подставила и меня – тоже. Мне нужно принять меры…
– Как я тебя подставила?
Мы же не целуемся. Просто болтаем. Касаясь губ. Между лицами нет и сантиметра.
Я тихо сгораю… Огонь потрескивает внутри, и я могу лишь надеяться, что Лорсанов не слышит шум разгорающегося пожара.
– Перед твоим отцом. Думаешь, он бы меня по головке погладил, если бы ему принесли новость о том, что ты покалечилась? Или, того хуже, померла?
– Он бы даже не заметил. Слишком сильно занят новой семьей, – говорю с неожиданной горечью и запал гаснет.
Теперь я просто стою у стены, прижатая к ней телом друга отца – знойным, сильным мужским телом, не лишенном привлекательности – и точка.
Он в сговоре с моим отцом, заодно с ним!
Один спихнул, второй подобрал. Третирует меня постоянно…
Кровь во мне теперь не плавится от соблазна, но бунтует от возмущения.
Однако я уже поняла, что идти напролом, силой против этого мужчины не выйдет. Он сильнее, взрослее… Опытнее во всем.
Нужно быть хитрее.
– Есть и другой вариант, – несмело поднимаю ресницы.
Взгляд Лорсанова описать трудно, а вынести еще сложнее. Я мгновенно пунцовею, лишаясь возможности говорить.
– Ммм… Какой же это вариант? – спрашивает мужчина, переместив губы на мою щеку, ведет дорожку дыхания чуть выше, к уху, а его ладони, напротив, сползают ниже.
К попе.
– Извини. Я виновата. Больше такого не повторится. Я, действительно, поспешила. Может быть, в другой раз ты сам расскажешь мне, что к чему? – предлагаю я.
– Я так и планировал. В следующий раз, – тянет Лорсанов. – А что насчет компенсации?
Ох, какие аппетиты.
– Я вкусно готовлю.
– Знаю. Твой отец хвалился. Это твои обязанности.
– Я хорошая хозяйка.
– И об этом я тоже в курсе! – перебивает нетерпеливо. – Порадуй меня другим…
Сознание варится в кипятке. Мысли скачут… Я думала, что стойко держусь, но ладони Лорсанова, поглаживающие мой зад, мешают думать.
– Чем же?
– Не знаю. Ты меня удиви. Тем, что я о тебе не знаю, – говорит взбудоражено.
Он просто со мной играет! Как кот с мышью…
– Я могу делать массаж.
– Массаж, – мурлычет довольно, касаясь губами моей шеи. – Мне нравится. Очень.
– Массаж… головы! – выпалила я, совсем не держась на ногах и от мыслей о теле мужчины.
Лорсанов смеется мне в шею, продолжая обнимать.
– Уверена, что справишься? Я требовательный.
– Уверена. Партнер по танцам говорит, что у меня сильные, но нежные руки.
Лорсанов на миг прижимается ко мне еще крепче, жарко и быстро скользнув губами на шею, а потом вдруг отстраняется.
– Что? Ты сейчас призналась, что другого мужика разминаешь?
– Партнера по танцам. Танцоры – бесполые существа. Я всего лишь икры… – лепечу оправдания.
Кажется, делаю только хуже. Взгляд мужчины мрачнеет. Он медленно отступает назад.
– Что ж, теперь мне захотелось взглянуть на это бесполое существо, – язвит. – Когда у тебя следующая тренировка?
– Когда ты разрешишь и отвезешь меня в город.
– Считай, что уже разрешил. Я буду смотреть на эту тренировку. И не забывай про завтрашний ужин!
***
Довлат Лорсанов
Ловлю себя на мысли, что размышляю о выборе одежды к ужину. Когда я последний раз заморачивался над гардеробом? Просто брал рубашку, брюки, они все на мне сидят отлично, надевал и все. Однако сегодня я думаю, не будет ли слишком мрачно смотреться чернильно-синяя рубашка. Выбрать белую? Ради чего, спрашивается…
Наверное, со стороны это выглядить глупо. Взрослый мужчина мнется при выборе рубашки, как будто впервые отправляется на свидание. Словно назло самому себе, выбираю черную рубашку. То есть еще темнее, чем предполагал изначально. Мрачность образа разбавляют детали – аксессуары из золота. Булавка прижимает галстук, фиксируя его на месте. Потом я решаю снять галстук, не в офис же направляюсь. К чему столько формальностей. Большие, тяжелые золотые часы на правую руку.
К назначенному часу я спускаюсь в столовую, даже издалека различая звуки легких шагов, снующих туда-сюда.
Камилла бегает, расставляя приборы, тарелки, чаши с едой. Она забавная. Попросила отвезти ее на рынок и обнюхивала все, что покупала, прежде, чем взять. Еще она торговалась за пучок кинзы, как будто я был нищ и не мог позволить себе заплатить ровно столько, сколько просил продавец.
– Зачем ты торговалась? – не выдержал я.
– Это тоже часть готовки.
– Не понял, как одно к другому относится.
– В доме отца всегда готовила Надия, старая повариха. Мне нравилось за ней смотреть. Да и вообще болтать с ней, она и маму учила готовить… Я просто последовала ее примеру и все. Надия говорила, что вкусный ужин начинается еще с рынка. Иначе ничего не выйдет…
От этих простых разговоров мой аппетит разыгрался еще в обед. Эти запахи, расползавшиеся с кухни, сводили с ума.
У меня в доме есть прислуга, что прибирает, справляется с уборкой. Если нужно, готовят, но очень редко. Кухня чаще всего стоит без дела, а все эти сковородки, кастрюли, приборы стоят без дела. Все куплено и продумано до мелочей. Еще моей покойной женой. Анель сама делала эскиз кухни, выбирала каждый половник. Я помню, с каким нетерпением ждал новоселья, предвкушая, чем же она меня удивит.
Жена удивила меня тем, что заказала еду… из ресторана. Готовку она терпеть не могла. Кухню оборудовала не под свои нужды, а для прислуги… Готовить Анель умела кое-что другое: умело замешивала коктейль из игры на ожидании и предвкушении. Максимум, который можно было от нее ждать, простой завтрак из двух яиц и лепешек, приготовленных на сухой сковороде. Всегда пересушенные… Нет, не в еде же дело! Жену я любил не за умение вкусно готовить. Еду всегда можно купить, хлам в квартире прибрать. Но чего не исправить – это ощущение своего человека рядом. Того, с кем комфортно в любом бардаке и с желудком, прилипшим к спине от голода.
Каюсь, иногда меня раздражал хаос в нашей жизни. Анель была творческим, увлекающимся человеком. Непунктуальной… Могла сесть за новый проект и забыть обо всем. Как-то она забыла прийти на свидание. Я чувствовал себя кретином обманутым, Анель же всего лишь “добивала” проект к нужному сроку. Она всегда была такой: могла прокрастинировать большую часть времени, отведенного на заказ, а потом нагонять за двое-трое суток огромный объем работы.
Из мыслей меня вырывает звука шагов, направляющихся в мою сторону. Я мигом делаю вид, словно спускаюсь, будто ни к чему не прислушивался.
– Ой…
Камилла чуть не взлетает по лестнице, но легко тормозит, балансируя на ступеньке.
– Я хотела позвать тебя к ужину.
На ее шее бьется венка. Так быстро. Она волнуется?
– Все готово. Можешь садиться, – делает приглашающий жест рукой.
Стол накрыт так, словно у нас маленькое торжество. Даже салфетки скручены как-то по-новому. Мне остается только сесть и наслаждаться: ароматом вкусной еды и видом красивой девушки, которая прислуживает идеально, но без раболепия и желания угодить. Для нее это естественно, понимаю я.
Еда очень вкусная, застолье мирное. Камилла помалкивает и предупреждает мои действия всякий раз, когда я подумываю подлить сока в бокал, подходит с кувшином, наполняя мой бокал тонкой струйкой, не мешая при этом ужинать дальше. Сразу видно, внимательная и, действительно, хозяйственная.
Изнутри поднимается горячая волна… Удивлен, что меня так простой ужин взволновал.
Приятно как за тобой так ухаживают.
Безумно приятно… Я и не знал, что это так важно. Прежде мне столько внимания в мелочах не уделяли. С женой происходило всегда наоборот: я делился – вниманием, заботой, она принимала. И я бы никогда не подумал, что в этом есть что-то неправильное, если бы сейчас не ощутил, как приятно, когда за тобой в быту внимательно ухаживают.
Поймав себя на этой мысли, я разозлися на самого себя. Не по-настоящему же я сравниваю! Камилла, эта притихшая бестия, и рядом с моей женой не стояла.
Подумаешь, пожрать приготовила… Их этому с детсва учат!
Отломив кусок кукурузной лепешки, макаю его в соус острый. Камилла замирает, не уточняет, но я вижу, как пристально она следит за моей реакцией.
– Сносно.
– Что?
– Съедобно. Ты не спрашиваешь, но наблюдаешь. Вышло довольно сносно.
– Значит, съедобно, – стискивает кулачки.
На большом правом пальце виднеется пластырь.
– Что с рукой?
– Порезалась. Ерунда.
– Почему не ешь сама?
– После шести не ем. Мне похудеть надо.
– Похудеть?! Тебе?!
– Да. Надо… Не спрашивай. Это для танцев.
– Ты же не серьезно!
Куда ей худеть? И так стройная, точеная…
– Нет, не серьезно, конечно. Просто в еде – яд. Травить себя не хочется.
Я не донес кусок баранины до рта, застыл.
Откладываю мясо в сторону. Мою жену отравили… Аппетит мгновенно пропал.
– Это шутка. Простая шутка!
– Не смешно. Убери со стола. Живо!
С грохотом отодвинув стул, я быстро удаляюсь.
– В чем дело? Было невкусно?! – смотрит мне вслед Камилла.
Дело в том, что, как раз наоборот, слишком вкусно. Слишком нравится мне компания этой девчонки… Слишком…
– Прибери со стола. Поднимайся к себе и не выходи из комнаты. У меня будут гости.
Гостья…
Глава 12.
Камилла
Что же я могла сделать не так? Почему Лорсанов так сильно обиделся и просто отослал меня прочь! Еще и со стола приказал убрать. Я же так старалась, готовила. Когда пробу снимала, была к себе требовательна, но признала. что приготовила вкусно.
Он же поел совсем немного и приказал убрать. Еще и в комнату отослал, приказал не выходить.
Я словно провинившийся солдат в казарме.
Взаперти сидеть скучно. Я без конца хожу по комнате, меряя ее шагами. От злости и бессилия дышать трудно. Пальцы сжимаются в кулаки, ногти впиваются в ладонь.
Какой мерзкий мне жених достался! С ним ни поговорить, ни поужинать! Чего он хочет? Неясно! Какие цели преследует?! Тоже непонятно.
Примерно через час после ужина Лорсанов появляется в моей комнате. С его появлением в груди вновь всколыхнулись чувства, что едва улеглись. Успокоилась, перестала злиться и обижаться. Решила для себя, что этот чурбан просто отвык ужинать в компании и немного одичал. Только такой вариант мог бы объяснить его поведение.
Чурбан одичавший звучит намного приятнее, чем чурбан бесчувственный. Есть небольшая надежда, что он придет в себя и перестанет быть таким невыносимым. Может быть, даже со мной будет обращаться иначе? С трепетом и заботой, как положено хорошему жениху.
Вот только Лорсанова хорошим женихом назвать сложно.
Выгнал меня из-за стола, явился через час и так бесстыже меня разглядывает, что в жар бросает!
– Готовишься ко сну? – спрашивает он, разглядывая меня в сорочке и халате.
– Да.
Кажется, я кое-что забыла! С этой готовкой совсем закрутилась и забыла…
– У тебя в спальне прибраться перед сном?
Он хмурится, качает головой.
– Нет, не стоит.
– Как же кровать?
– Ты уже переоделась ко сну. Расстели себе и ложись.
– Хорошо.
Лорсанов не движется с места.
– Что, при тебе спать ложиться?
– Да. Завтра утром рано вставать. Тебе лучше выспаться. Потому что если хочешь успеть к началу занятий, нужно будет выехать пораньше. Здесь въезд в город в час-пик всегда загружен невероятно сильно. Плюс я хочу успеть по своим делам раньше.
– Хорошо, я лягу. Через минуту…
– Она уже прошла, пока мы с тобой мило болтали.
– Ты хотел сказать, пока ты мило раздавал приказы?
Все-все, молчу!
Преследуемая пристальным взглядом мужчины, я быстро складывыю покрывало, опускаю его на стул и ныряю под одеяло.
– В халате? – удивляется мужчина.
Натянув одеяло до самого подбородка, я снимаю под одеялом халат, оставшись в одной сорочке, и бросаю халат на стул.
– Спокойной ночи.
Лорсанов делает шаг к кровати, медленно натягивает одеяло повыше, потом оставляет его на полпути. На лице мужчины проносятся тени. Он словно решает, сбросить это одеяло прочь или натянуть повыше. Дыхание у него густое, размеренное, контролируемое.
Он так хорошо владеет собой, а я неизвестно от чего плавлюсь…
Потом его пальцы бережно поднимаю вверх бретельку сорочки, соскользнувшую с плеча. Чиркает шершавой подушечкой по плечу, обводит контур выступающей косточки ключицы и отходит.
– Добрых снов, Камилла.
– Добрых снов.
Он ушел и погасил за собой свет, а я долго-долго не могла пошевелиться, лежала, затаив дыхание. Почему-то я глупо думала, что ему захочется вернуться и сказать еще что-то или сделать. Нет-нет, о втором и думать не стоит… Неприличные мысли в голову лезут! Нужно от них избавиться…
***
Просыпаюсь поздней ночью, услышав шум внизу.
Потом раздался звон разбитого стекла.
Первая мысль – воры! Воры в доме..
Но звон слишком мягкий и высокий. Это точно разбили не окно, а что-то помельче. Потом слышится женский смех, который быстро заглушается.
Я сажусь на кровати, пребывая в шоке.
У нас гости?!
Быстро одевшись, спускаюсь осторожно, не зажигая света нигде.
Выглядываю из-за угла. По затемненной гостиной движутся двое: мужчина и женщина. Танцуют, что ли?! На столе у камина догорает одна-единственная свеча. Но ее света хватает, чтобы разглядеть остатки ужина. Остатки моего ужина!
Моему возмущению нет предела. В мужчине я узнаю Лорсанова, а вот женщина мне незнакома. Она яркая брюнетка, двигается хорошо. На ней довольно откровенное платье, длинное, но с разрезом и открытыми плечами.
– Осторожнее, не шуми! – просит Лорсанов.
– Извини, я думала, ты больше не перезвонишь мне.
– Как видишь, я перезвонил.
– Наверное, ты очень соскучился…
Они говорят еще что-то, снова танцуют под песню, которую фальшиво напевает себе под нос девушка. Объятия в танце становятся все крепче и дольше. Наконец, девушка прижимается к Лорсанову всем телом и опускает ладонь на ширинку его брюк.
– Я больше не могу ждать, а ты?
Лорсанов молча опускает ладонь на ее плечо, надавливая. Девушка без слов опускается вниз, расстегивая ремень на мужских брюках. Следующие несколько минут я наблюдаю за происходящим, сгорая от стыда и ненависти к самой себе, что подглядываю за процессом, впиваюсь взглядом, как меняется лицо мужчины в пик удовольствия.
Гад…
Жених, называется!
Другой девушкой пользуется. В доме, где есть невеста… Еще и ужином моим накормил ее!
Разозлившись, я, громко и сердито топая, спускаюсь по лестнице.
Девушка, которая после того, как доставила удовольствие Лорсанову, начала раздеваться, явно намереваясь переместиться на диван или просто лечь и отдаться мужчине на ковре, вскрикивает, стыдливо прикрывшись платьем.
Лорсанов резко отворачивается, натягивая брюки. Я замечаю его задницу голую и кривой хвостик шрама, явившийся из-под рубашки.
– Не обращайте на меня никакого внимания. Я просто иду пить воды! – говорю громко. – Может быть, вам тоже принести что-нибудь с кухни? Добавки, например!
Камилла
Можно было просто пройти на кухню! Но мне показалось мало, я протопала до столика, собрала тарелки с остатками еды и только после этого ушла. Оказавшись на кухне, я сгрузила грязные тарелки в мойку.
Внутри кипел вулкан.
Лорсанов не захотел есть ужин в моей компании, но зато в компании этой девицц он ел с удовольствием, протер тарелку с соусом кусочком кукурузной лепешки!
Разоззлившись я накладываю остатки по тарелкам, а потом, поддавшись порыву, разрезаю лепешку ножом, лью туда острый соус чили и сыплю туда много-много жгучего перца. После этого я возвращаюсь и молча ставлю тарелки на стол. Лорсанов уже одел брюки и застегнул их, девушка молча пьет вино из бокала, глотая его, словно воду.
Опустив тарелки с новой порцией еды на столик, смотрю только на свои руки. В сторону Лорсанова смотреть опасаюсь. Просто чувствую, что он меня взглядом сжигает, испепеляет дотла. Недоволен, что я вышла?!
Пусть знает, что мне не по вкусу его ночные развлечения с девушками! Мне почему-то даже обмениваться взглядами с другими мужчинами запрещено, а ему можно не просто общаться с девушками, но и сексом заниматься.
– Доброй ночи! – быстро выпалив это, я с трудом сдерживаюсь, чтобы не бежать к лестнице.
Поднимаюсь неспешно, будто никуда не тороплюсь, но чего мне это стоило… Каких трудов! Слышу, как за моей спиной девушка вполголоса задает вопросы, мужчина отвечать не спешит.
Поднявшись на второй этаж, я замираю за углом, переводя дыхание. Оно быстрое и частое, как после длительного, изнурительного бега.
Прислушиваюсь.
До меня доносится лишь звук голосов. Девушка интересуется без конца, Лорсанов отвечает раздраженным и усталым тоном. Потом несколько секунд тишины и слышится кашель, плевки, громкие жалобы, что все горит! Вот так тебе, думаю ехидно и быстро бегу в спальню, запершись изнутри. На всякий случай даже дверь стулом подперла. Теперь, если Лорсанову снова захочется пристроить свои причиндалы в рот этой девице, надо будет сначала промыть ей рот хорошенько от обильного перца. Она схватила лепешку и откусила ее с аппетитом, теперь у нее горит язык, небо, щеки… Я не пожалела ни соуса, ни перца. Так тебе и надо!
Вот только радость от шалости длится не дольше минуты. Лорсанов с девушкой спешно покидает дом и возвращается лишь утром.
Один.
Дома он не ночевал.
Продолжил развлекаться с ней где-то еще? Я ни за что не признаюсь, но эти чувства, что горят внутри, так сильно похожи на ревность, о которой я много читала.
На вкус ревность в сто раз хуже острого перца и напоминает едкую кислоту…
***
Лорсанов появляется точно к завтраку.
Вернее, он приходит на несколько минут позднее, чем я начала завтракать на кухне, и просто садится за стол. Невежливо игнорировать появление мужчины. Хорошая хозяйка не оставит голодным никого.
– Доброе утро. Завтракать будете?
– Спасибо, я уже позавтракал, – отвечает он.
Я быстро запихиваю в себя остатки творога с кусочками фруктов и спешу встать. Однако мужчина останавливает меня жестом.
– Сядь.
Ну вот… Начинается…
Судя по серьезному выражению лица, сейчас он будет учить меня уму-разуму.
– Ожог гортани и верхних дыхательных путей, – прочеканил Лорсанов. – Вот чего ты добилась своей выходкой.
Преувеличивает в желании меня проучить? Или эта дурочка, откусив, поперхнулась и вдохнула перец?!
– Чтобы больше такого не было.
– Взаимно! – роняю я.
– Что, прости?! – удивляется Лорсанов
Глава 13.
– Ты сказал, чтобы больше такого не было. Я ответила: “взаимно”.
Говорю неспешно, а у самой сердце вот-вот из груди выпрыгнет и ноги в коленях слабеют. Хорошо, что я сижу, иначе бы тряслась, как заяц.
– Я понял, что ты сказала, – откидывается на спинку стула мужчина. – Не могу поверить, что ты именно это имеешь в виду, и только.
– Почему же? Ты думаешь, мне приятно знать об изменах?
– Об изменах? Деточка, у нас нет отношений.
– Нет отношений?!
Не верю своим ушам! Нет, просто не верю…
– Как это нет отношений? Я живу в твоем доме, и ты сказал, что возьмешь меня в невесты.
– Да, – уточняет Лорсанов и разглядывает меня своими бесстыжими желтыми звериными глазами. – Возьму в невесты, если уживемся. Все так. Но есть ли у нас отношения? Нет, ничего такого.
– Не понимаю.
– Все очень просто. Я считаю, что отношения, что брак необходимо консумировать. Тогда это считается браком и отношениями.
Консумировать? Переспать, то есть.
– А что, без этого совсем никак?! Не считается, что ли?! – ахаю. – Да как такое возможно! Двойная мораль, получается.
– Деточка, ты, кажется, забыла, в каком мире ты живешь. Слово мужчины – все, слово женщины – ничего. Чем быстрее ты это поймешь и смиришься, тем лучше для тебя.
– А у тебя в это время будут женщины. Падшие, – добавляю, покраснев.
– Интересно, почему ты решила, что она падшая?
– Только падшие женщины будут делать то, что делала она, стоя на коленях!
Краснею, не веря, что вообще обсуждая такое!
– Или раскованные. Те, что хотят порадовать мужчину изысканной лаской.
– Вот еще… Изысканная. Ее голову как будто на шампур насаживали.
Лорсанов смеется громко и расстегивает верхние пуговицы на рубашке под самым горлом, словно ему стало внезапно жарко.
– Доедай и собирайся, невоспитанная моя! – встает, похлопав меня по плечу.
Он направился на выход, но потом вдруг развернулся и опустил ладони на мои плечи. Наклонившись к самому уху, Лорсанов произносит шепотом:
– Задам тебе всего два вопроса. Классические, в нашем с тобой случае. Первый. Тебе понравилось то, что ты увидела?
Я сразу же вспомнила нашу первую встречу.
– Само собой, нет.
– Но ты смотрела. Довольно долго, насколько я сейчас понимаю.
Его губы коснулись уха. Трепет, мурашки по телу волной. Внутри разгорается возмущение. Он понял, что я видела все…
– Если бы понравилось, я бы… Я бы вам поаплодировала!
Лорсанов коротко рассмеялся.
– Хочешь меня поцеловать?
– После увиденного? Нет, разумеется. У нас же нет отношений, – увиливаю в сторону из-под его рук. – Если позволишь, я пойду собираться.
Уходя из кухни, я всей спиной чувствовала, что Лорсанов смотрел мне вслед пристально. Настолько, что у меня затылок горел!
***
В университете ничего нового и необычного. Я не спешу делиться с новостями о своем переезде с девочками, с которыми общаюсь, но охотно обсуждаю их новости. Люди устроены так, что обожают говорить о себе, а если кто-то интерес проявляет, обожает вдвойне. Таким образом, я успешно избежала необходимости делиться о том, что моя жизнь кувырком вниз с горы полетела.
Все так зыбко. Волнующе. Странно очень…
Сразу после занятий у меня танцы.
Натан уже заваливает меня сообщениями:
“Ты точно приедешь?”
Он скидывает фото. Трудоголик уже находится в зале, судя по всему, размялся, разогрел мышцы, а мне только предстоит это сделать, причем, не слишком усердствуя, потому что я повредила ногу на выходных. От ушиба не осталось и следа, но лучше не спешить во всем, что касается мышц и связок. То есть сегодня я буду работать вполноги, а Натан – ворчать на меня. Но потом я обязательно его нагоню. У нас не бывает разрывов в уровне исполнения. Мы – гармоничная пара танцовщиков.
“Приеду!” – обещаю парню, успокаивая его.
***
Послед занятий я отправляюсь на парковку. Обычно там меня ждал водитель отца или я заказывала проверенное такси…
Сегодня впервые не будет ни того, ни другого. Меня будет забирать Лорсанов.
Почему-то я дико нервничаю из-за этого и спешу оторваться от девочек, чтобы они не видели и не задавали лишних вопросов.
Машину Лорсанова я узнала сразу.
Так… Нужно всего лишь быстро сесть в салон, и все!
Направляюсь к машине спешным шагом. Лорсанов покидает салон, обходит машину, галантно распахнув передо мной дверь.
Более того, он мне ладонь протягивает. Было бы невежливо проигнорировать. Я опираюсь на его руку и вдруг понимаю, что меня зовут по имени.
Мои девочки… Они стоят метрах в десяти от меня и смотрят удивленно. Привыкли, что меня забирает такси или водитель отца…
Они смотрят во все глаза на незнакомого мужчину. Я же быстро ныряю в салон. Лорсанов же… чтоб его! Не мог просто сесть в машину, салютует двумя пальцами стайке моих подруг.
Я даже издалека вижу, как их это впечатлило. Вообще все… Дорогой седан спортивной марки, ладный, высокий мужчина… Сам факт того, что мы уезжаем вместе.
Машина едва выруливает с парковки, а мне уже прилетают смски.
“Ками, кто это был?”
“У тебя новый ухажер? Как же Фархат?”
Последняя смс от Дарии, я всегда с ней ладила хуже, чем во всеми девчонками. Она пишет:
“Вау, какой… Познакомишь?!”
Я некстати вспоминаю, что Дария хвалилась отношениями с взрослыми мужчинами, даже про женатого упоминала… Она раскованная очень!
Меня пронизывает насквозь жгучим ощущением.
Представляю на месте вчерашней дамочки свою подругу, и вовсе нечем дышать становится.
Я мрачнею, настроение портится.
Лорсанов же напротив в отличном расположении духа, посвистывает под звуки радио.
Я мечтаю поскорее добраться до тренировочного зала!
***
Добравшись, я не говорю ни слова, молча покидаю салон.
– Я припаркую авто и пойду за тобой. Какой номер зала?
– Ты же несерьезно?!
– Номер зала, Ками. Или садись, и мы уезжаем.
– Третий!
Третий, чтоб тебе пусто было.
Я в раздевалку. Напряжение во всем теле, даже кончики пальцев покалывает. Переодевшись в привычное трико и просторную футболку, под которой находится только спортивный топ, я направляюсь в зал, держа в руках туфли для выступлений.
Натан в зале. Он немного недоволен зрителем и при виде меня подходит стремительно.
– Что, слежка вышла на новый уровень? Какого черта ты притащила за собой охрану?!
– Ох, Нат… Прошу, давай не будем! – обнимаю его за шею привычным жестом. – Либо так, либо никак. Он будет тихим. Ты его даже не заметишь. Обещаю…
– Ладно. Разминайся. Начнем…
Камилла
Все началось с легкой разминки. Как обычно. Ничего особенного. Лорсанов сидел на широком подоконнике, как каменная статуя, поглядывал на меня и Натана.
Я разогревала мышцы, Натан, уже бывший разогретым, горел нетерпением приступить к тренировке, но давал мне время.
– Какая нога болела? – уточнил он? – Не тяни ее слишком сильно. Идет? Калеченная партнерша перед соревнованиями мне не нужна.
– Я не буду рисковать. Главное, чтобы тебе терпения хватило. Я буду потихоньку сегодня.
– Давай подстрахую, – нахмурился Натан и подошел ко мне сзади, когда я растягивалась на станке.
Он стоял близко от меня, я тянула ногу. Одной рукой он придерживал меня за талию, вторую ладонь опустил на колено, контролируя процесс.
– Еще… Еще… Стоп. Так замри. Проверим, насколько выдержишь.
– Как обычно, Нат. Не чувствую дискомфорта.
Он прошел в сторону, провел ладонью по всей ноге и задержал пальцы на щиколотке, нажимая и проверяю ступню. Вел себя сосредоточенно и внимательно, как и всегда. Потом провел рукой обратно и добрался до бедра, похлопал ладонью по внутренней стороне, задержал пальцы, продолжая стоять сзади.
– Вот здесь, – погладил. – Расслабь. Сильно нарягаешься. Давай, ты умеешь лучше…
Я потянулась, ладонь Натана осталась лежать там же, где и лежала.
Все было, как обычно. В рамках тренировки.
– Полегче, парень, – послышалось негромко со стороны Лорсанова.
Натан медленно отстранился.
– Что?
– То.
Лорсанов перевел взгляд с Натана на меня и подозвал к себе ленивым взмахом ладони.
– Подойди.
Я закипела от негодования.
– Что?
– Подойди, нужно сказать тебе кое-что.
Натана цыкнул, хлопнул меня по ноге.
– Давай, беги к папочке. Или кто он тебе…
– Это не папа. Ты чего! Ты же знаешь моего отца!
– Да? А по поведению тот еще… папочка, – фыркнул парень и отошел.
Я поплелась к Лорсанову.
– Слушаю.
– Давайте без этого.
– Без чего? – округлила я глаза.
– Без откровенного лапанья, ясно? – тихим, но дрожащим от гнева голосом произнес мужчина. – И пяти минут не прошло, а он тебе уже чуть ли не в трусы руки засовывает.
– Это тренировка! – возмутилась я. – Рабочий момент. Натан помогла мне растягиваться.
– Сама растягивайся. Он тебе всю промежность потрогал. Если ты не хочешь пропустить соревнования, потому что твой партнер лежит с переломом руки в больнице, будешь скромнее… растягиваться. Все, пошла.
– Вот так, значит?! Ты же ничего не понимаешь! Да и не лапал меня Натан. Проверял… Натяжение и сопровтивление мышцы. Он опытнее, и я ему доверяю.
– То, что он опытнее, я понял сразу. Доверяешь ты ему зря!
– Извини, но без доверия парных танцев просто не выйдет. У нас был уговор. Извини, но ревнивый папочка в контролеры мне не нужен!
Сказав это, я сердито отошла от Лорсанова.
– Давай прогоним часть программы, – обратилась к Натану.
Он, словно не слыша меня, подошел к подоконнику, где лежало его полотенце и бутылка с водой, взял его и вышел из зала.
– Всего хорошего.
– ЧТО?!
Я не могла поверить своим глазам.
Смотрела на спину парня, который удалялся прочь из зала и пребывала в шоке.
– Что случилось?
Я побежала следом за ним. Он вошел в раздевалку, я влетела следом.
– Эй, это мужская раздевалка! – лениво предупредил он, распахнув свой шкафчик.
– В чем дело?
– Ни в чем. Танцевать не выйдет. Ты – первая партнерша, из-за которой я проиграю. Вот и все. Зря я с тобой связался!
– Но почему?!
– Потому! Притащила за собой цепного пса. Короче… – хлопнул дверью шкафа. – Не в этой жизни, Камилла. Ясно? Я так не работаю. Под надзором и из-под палки. Хочешь танцевать? С нравами твоих близких надень платок и спляши под лезгинку.
Натан демонстративно отбил несколько элементов и показал пальцем на дверь.
– Я буду раздеваться. Тебе лучше выйти. Не хочу лежать с проломленной головой из-за предрассудков твоей диаспоры. Все. Разговор окончен.
Натан сел на лавку и начал стягивать широченную майку. Я вышла из раздевалки и поплелась в свою. Где в это время находился Лорсанов, мне было плевать.
Я долго проревела под душем, потом просто сидела на лавочке в углу, стараясь не мешать тем, кто приходил и уходил в центр.
Все кончено…
– Камилла?
Я посмотрела на женщину, что ко мне обратилась. Она обычно обходила центр перед закрытием.
– Да.
– Мы закрываемся. Тебя ждут.
– Да, конечно, – проглотила горький ком в горле. – Спасибо, что напомнили. Я ухожу.
– Все хорошо?
– Да, конечно… – снова повторила я. – Все очень хорошо! Спасибо, что спросили. Я сейчас уйду.
Подхватив сумку, я поплелась на выход. Едва вышла на улицу, поежилась от прохладного вечернего воздуха.
Лорсанов сидел на ступенях крыльца. Я прошла мимо него, на парковку и швырнула сумку на капот.
– Все кончено! Ты доволен?! – прокричала издалека.
Мужчина поднялся невозмутимо и подошел к машине, открыл ее. Я залезла на заднее сиденье и легла ничком, обняв сумку.
Лорсанов сел за руль. Машина тронулась с места.
– Верни меня домой к отцу! – потребовала я.
– Ты его опозорила. Теперь будешь иметь дело со мной. Мы договорились.
– Нет, ничего не выйдет. Ты не держишь слово. Это не по-мужски… Я лучше поеду в монастырь. Завтра же позвоню отцу и попрошу, чтобы он меня туда отправил.
Глава 14
Довлат Лорсанов
По возвращению Камилла, ожидаемо, сразу отправляется в свою комнату. Ловлю себя на мысли, что ужина и уборку от нее и не жду вовсе. По большей части я привык жить так, что заботиться об организации уборки и готовки приходилось самому. Анель часто была поглощена творческим процессом и попросту не успевала это делать. По всем меркам ее нельзя было назвать хорошей хозяйкой. Но зато она научила меня разбираться в ресторанной еде и выбирать самую вкусную еду с доставкой на дом.
