Текст книги "Симранский Цикл Лина Картера"

Автор книги: авторов Коллектив

Соавторы: Генри Каттнер,Лорд Дансени,Адриан Коул,Гари Майерс,Роберт Прайс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Как Тонгор завоевал Заремм

I. Нападение с небес

В одну минуту стая летающих ящеров затмила лазурные небеса над золотой Патангой. Редко видали, чтобы птерозавры летели так плотно. У людей на улицах Города Огня от ужаса волосы встали дыбом, оповещая о надвигающейся необычной опасности. Громадные твари начали опускаться среди объятых ужасом горожан, которые безнадёжно и тщетно пытались сбежать. Не было спасения от алчных утроб хищников. Тут же на улицы и широкие проспекты высыпали лучники, и выпустили по тварям оперённый залп. К их удивлению все стрелы разбивались о покрывающую чудовищ чешую. Подобные случаи не были совершенно неизвестны, учитывая естественные доспехи этих тварей, но этот был исключительным. Люди давно узнали уязвимые места сохранившихся в лемурийских дебрях древних рептилий. Но эти летающие ящеры все до единого были прочны, словно камень! Как же они могли хотя бы взлететь?

Тонгор из клана валькаров, Император Запада, наблюдающий с балкона дворца, не терял ни мгновения, направив в бой флотилию воздушных кораблей. Некоторые из них быстро погибли, поскольку их антигравитационные корпуса из урлиума по необходимости были тонкими и без труда крушились от ударов летающих громадин. Но эти чудища и сравниться не могли с установленными на воздушных кораблях Ситарлами. Бестии из ожившего камня разлетались в пыль и зазубренные осколки, если их хоть задевали лучистые молнии, испускаемые этими силовыми кристаллами. Куда больше патанганцев погибло от упавших осколков.

Солдаты начали расчищать завалы, складывая в груду трупы и отдельные части тел, разбивая большие каменные обломки на мелкие кусочки. Тонгор созвал на совет своих помощников, Лордов Королевства. Разодетый князь Дру, ворчливый лорд Мэл, старый Баранд Тон и прочие, все ветераны множества битв и очевидцы множества необычных случаев, признались в своём невежестве. Некоторые предложили послать за Шаратом, но Тонгор, всегда ближе прочих соприкасавшийся со своим чародеем-покровителем, ответил: – В эти дни он занят другим, жизненно важным делом и остаётся недоступен, иначе я бы уже искал его помощи.

Тонгор, варвар с гористого севера континента, не любил наряд цивилизованных людей, считая их изнеженными и выродившимися. Поэтому он сидел во главе огромного стола из древесины лотифера облачённым в свою привычную кольчужную тунику и широкий чёрный плащ, спадавший с его могучих плеч. Как и у многих мужчин рядом с ним, его кожа была бронзовой от загара. Золотой венец опоясывал его широкий лоб над внушающими трепет золотистыми глазами, выпирающими скулами и носом с небольшой горбинкой. На столе перед ним, вместо королевского скипетра, лежал его обнажённый палаш, Саркозан. Его советники, как подданные, не только не смущались его варварской внешности, но даже считали это обнадёживающим: это был человек, обладающий первобытной силой и жаждой битвы, который никогда не впадёт в трусливую робость королей, слишком цивилизованных для своего же блага. Это было перенесённое во времени создание более суровой эпохи.

Когда минул час, потемнели тени и оплыли свечи, Тонгор велел пополнить экипажи на воздушных кораблях и отправить их патрулировать в округе – следить, чтобы Патангу снова не застали врасплох. Убеждённый советниками немного вздремнуть, пока есть возможность, Тонгор ощущал естественную усталость, но также и странное предчувствие, что во сне его может ждать некое откровение, возможно телепатически посланное Шаратом.

Соомия, его возлюбленная королева, смотрела на сразу же захрапевшую фигуру со смесью тревоги и восхищения. Она тоже уступила дремоте, но ненадолго. Она пробудилась толчком, от судорожной дрожи её могучего супруга, явно пребывающего во власти какого-то ночного кошмара. Соомия знала, что будить кого-то подвергающегося подобным страданиям, может быть опасно, так что она помедлила, обдумывая, как лучше действовать. Она решила, что возможная беда явно не будет хуже того, что её муж испытывал во сне, поэтому Соомия сперва попыталась мягко говорить и подтолкнуть его к пробуждению, но безрезультатно. Затем она пыталась трясти его, пока он не придёт в себя и тоже безуспешно. Как вдруг, ни с того, ни с сего, неистовые судороги Тонгора утихли и он впал в расслабленное, но бессознательное состояние. Соомия воспользовалась этой возможностью, чтобы накинуть платье и броситься по залам в поисках придворного лекаря.

II. Чужой бог

Обо всём этом спящий Сарк ничего не знал. Он понимал лишь, что Соомия ушла. Он лежал в постели, в глубокой темноте, не рассеиваемой ни светом лампы, ни свечи. Но вдруг, невзирая на это, королевская опочивальня наполнилась звуком и сверканием. Грохотал гром, но, казалось, он исходил из какого-то источника внутри комнаты. Перед ним встала величественная фигура, это был черногривый циклоп, единственное око которого испускало странное свечение. Эта ужасная фигура сжимала огромную боевую секиру, из которой раздавались громовые раскаты и вырывались трещины молний. Отдающийся эхом гром всё больше походил на внятную речь.

– Я – Шадразур, Повелитель Воинов. Ты – один из моих детей.

Тонгор, скатившись с ложа, ухватился за рукоять своего меча, ножны которого, висели на стойке балдахина и, держа его на вытянутых руках в жесте верности, преклонил колена на толстом ковре перед Существом, которое обращалось к нему.

– Я не узнал Тебя, Повелитель мой. Ты не из Девятнадцати Богов Лемурии, верно? И не один из Властелинов Хаоса?

– Ты верно рассудил, о Тонгор, Сарк Патанги. По правде говоря, редкий смертный, который видел своих Богов лицом к лицу, может распознать, что ему явилось нездешнее Божество. Я и мои собратья вершим суд на священных горах над царством, именуемым Симрана, что известно людям других измерений лишь как страна грёз. Она рядом с вами, но всё же очень далеко. Наш мир обратился в руины, его Боги бессильны, его герои давно мертвы и обратились во прах. И та тень, что омрачила нас теперь, угрожает вашему миру. Я искал тебя, о могущественный муж, чтобы отмстить за один мир и спасти другой.

– Тогда расскажи мне больше, Великий Господин Лезвия и Тетивы!

– Века тому назад, мои божественные собратья встретились, чтобы обсудить участь алебастрового города Неол-Шендис, древней столицы великих достоинств и безмерной гордыни. Подобная гордыня заставляет людей пренебрегать своими Богами и осмелиться считать богами самих себя. Если бы мы истребили их за такую дерзость, то разве не стали бы выглядеть ниже них, разбушевавшись во вспышке гнева? Но, если мы не сделаем этого, то разве не подтвердим их превосходство, словно их чудеса угрожают нам? Долго спорили мы на вершине Горы Суждения, но не смогли прийти к решению. Ныне другие посягнули на нашу привилегию, стерев древний город во прах.

Тонгор изумился, ибо никогда не слыхал о таком городе, что особенно странно, если он славился своей высокой культурой.

– Мне знакомо только внутреннее море Неол-Шендис, которое омывает Драконовы Острова.

– О да, встарь люди звали его Ниранианским Морем. На его берегу и стоял сияющий алебастровый город и, когда его слава возросла, люди назвали внутреннее море в честь самого города.

– Но Внутреннее Море находится здесь, в Лемурии. Ты же, видимо, говоришь о каком-то другом мире.

– Тебе известны острова, где некогда правили Короли-Драконы. Я знаю, что это ты виновен в их гибели. И поэтому я знаю, что ты – тот, кто может исполнить мою волю. Если кто и сможет совершить такое, то лишь ты один. Эти змеелюди были великими мастерами чародейства. Они обнаружили уникальный портал между соседствующими мирами. Там до сих пор возможно пройти из одной сферы в другую. Некогда Короли-Драконы прошли в Симрану и обучили своей магии старейшин города Заремм. Как правдиво говорится в легендах, волшебники применили те чары, чтобы сделать свой город неуязвимым для нападений. Много кто пытался атаковать город, ибо слава Заремма превращала его в желанную награду для королей и полководцев. Но все они равно вкусили поражения и гибели.

Некогда ожидающие своего часа в укреплённом городе, в последнее время они предпочли распространить свою власть на всю Симрану и соседних с ней мирах. Прекрасная Бабдалорна стала вторым их завоеванием после Неол-Шендиса. А затем ещё и ещё, пока вся Симрана не была захвачена.

Тонгор опередил следующее откровение Шадразура.

– Значит, это они послали оживших горгулий в Патангу, не ведающую о мощи и изощрённости наук той земли. Но они к тому же и хитроумны, и без сомнения нападут снова. – Циклоп безмолвно кивнул.

– Я отправлюсь на Драконовы Острова, где смогу попасть в Симрану и каким-то образом одолею чародеев Заремма, там, где другие потерпели неудачу. Но, если это могу я, то почему Боги Симраны не в силах сразить правителей Заремма?

Не приняв явного вызова, Бог Войны терпеливо ответил: – Сын мой, Богам всегда приходится действовать через смертных, ибо даже в Симране их горное обиталище столь же далеко от Симраны, как Симрана от вашей земли и они не могут прийти туда, чтобы вмешаться напрямую. Как видишь, люди столь же необходимы Богам, как и людям – Боги!

III. Принц-Дракон

Пробуждённый лучами полуденного солнца, Тонгор обнаружил себя в окружении большинства своих советников и сотоварищей. Все так и просияли от облегчения, увидев, что он вновь пришёл в чувство. Он потянулся к Соомии, прижав её стройную фигурку к груди и впившись в её полные красные губки.

– Что случилось в Патанге, друзья мои? Наши враги ударили снова?

Франтоватый Дру сообщил: – Нет, Повелитель Тонгор. И наши люди не заметили ничего необычного на много лиг вокруг. И мы всё ещё не узнали источник этого нападения.

– Тогда позволь мне удовлетворить твоё любопытство, мой друг. – Множество глаз удивлённо расширились.

– Боги милостиво раскрыли мне суть этого дела. – Он поведал о своём видении и важности этого откровения. Ни один из слушателей не выказал и малейшего признака недоверия. Древняя Лемурия была настолько удивительным местом, что даже чудеса стали повседневностью (хотя и не менее опасной).

Тонгор отклонил предложения своих товарищей разделить с ним это приключение. Иноземный Бог поручил эту задачу ему одному. Соомия сопровождала его в конюшни, где Тонгор оседлал летающего ящера для путешествия ко Внутреннему Морю. Он не осмелился взять воздушный корабль, на случай, если они понадобятся для отражения второй атаки. А стражи в Заремме могли и не заметить его приближения на привычно выглядящем звере.

Пока птерозавр пролетал весь путь через континент, Тонгор испытывал трепет, как было всегда, когда он, словно бог, взирал на землю с вышины. Прошло уже много тысяч лет с того времени, как человек заново открыл возможность летать, но, осуществлённая, она быстро превратилась в рутину. Но в основном валькара занимало то, с чем он может столкнуться, когда доберётся до Драконовых Островов. Ведь он же искоренил расу змеелюдей? Если кто-то из них выжил, могли они воспрепятствовать его задаче? И даже, если подобные опасения не оправдаются, какие опасности поджидают его в разорённой Симране, с её властолюбивыми магами? В итоге он положился на доверие, оказанное ему Повелителем Шадразуром. Обычно считается, что человек должен верить в своего Бога, но здесь Бог поверил в человека.

Через несколько дней, с перерывами на ночь, чтобы и человек, и зверь смогли отдохнуть, перед глазами предстало внутреннее море Неол-Шендис. Когда Тонгор направил своего чудовищного скакуна в планирующий спуск, то узнал знакомые очертания крохотного архипелага. Приблизившись ещё, он различил постройки, знакомые ему по предыдущей миссии. Единственные различимые движения, видимо, происходили от того, что в кустах шныряли мелкие зверьки. Приземлившись, Тонгор привязал птерозавра к ветви дерева и собрался наудачу искать любой признак врат между измерениями. Его чувства не уступали чувствам любого дикого зверя. Так и следовало или же их обладатель не смог бы долго прожить в подобном мире. И сейчас эти острые чувства предупредили его о приближении высокой фигуры, скрывающейся за завесой первозданной растительности.

– Покажись, друг ты или враг! – Его рука нащупала рукоять Саркозана, опережая саму мысль об этом.

Из кустов появился рослый юноша. Он заговорил дружелюбным тоном, хотя и со странным выговором. Это было свистящее шипение, некая шепелявость. Его благородная голова увенчивалась копной растрёпанных каштановых волос. Он был одет в простую синюю рубаху и неокрашенные выцветшие штаны. Парень держал свежевальный нож, означающий, что он промышлял такой дичью, какую только мог добыть.

– Так ты тоже охотник, добрый господин?

– Верно, я за кое-кем охочусь. Но ответь мне, друг: почему я обнаружил тебя в этом проклятом месте, логове древних Королей-Драконов?

Парень рассмеялся, но без издёвки. Несмотря на особенность голоса, смех каким-то образом выразил его добродушную натуру.

– Почему? Потому что я – один из них!

Облик незнакомца замерцал и растворился, открыв одного из змеелюдей! Скулы поднялись и расширились, нос уменьшился до открытых ноздрей, череп уплощился, глаза пожелтели, зрачки сузились в вертикальные щёлки. Голова стала треугольным клином. Из безгубого рта показались клыки. Глаза скрылись под выступающими надбровными дугами. Чешуя, покрывающая это существо, конечно же, оказалась изумрудно-зелёной. Тонгор машинально принял боевую стойку, хотя тот, другой, уже не держал оружия. Поспешно заговорив сквозь усилившееся шипение, чтобы предотвратить угрожающую атаку Тонгора, человекообразное существо вытянуло пустые руки: – Стой! Я боялся, если ты увидишь мой истинный облик, то нападёшь прежде, чем я смогу объясниться. Я не причиню тебе никакого вреда!

– Почему нет? Ваших королей истребил я! Не говори, что совсем не помышляешь о мести!

– Значит, ты – Тонгор из клана валькаров? Меня зовут Зилак и кровь Королей-Драконов течёт в моих жилах. Но я тоже ненавижу Друидов Заремма, ибо они предали мой народ с помощью сильной магии, которой их научила моя раса! Я знал, что ты придёшь. Одноглазый Бог явился мне и велел, когда ты появишься, присоединиться к тебе. Он считает, что ты найдёшь меня довольно полезным. Ты видел, что я обладаю некоторыми магическими познаниями, которые могут пригодиться. И, вдобавок, я знаю, где находится Портал.

В безмолвном ответе Тонгор вложил меч в ножны, а затем, через мгновение, протянул руку и пожал пятнистую лапу Зилака.

IV. Меч Древней Доблести

Портал в Симрану на вид оказался совсем непримечателен. Это была заключённая в раму арка в одном из обветшавших зданий поселения. Кто угодно мог бы подумать, что она ведёт в кладовую или чертог для собраний. Но, когда два спутники прошли через неё, то увидели, что оказались в совершенно ином месте. Извне они попали в закрытые пределы того, что когда-то было громадным лесом. Огонь прогрыз в нём обширные проплешины, оставив плодородный пепел, из которого уже выглядывали несколько новых побегов. Зилак выглядел полностью уверенным, какого направления нужно придерживаться.

– Какова наша цель здесь, друг Зилак? Мы поблизости от города Заремма? Я в нетерпении.

– О нет, Повелитель Тонгор. Сперва нам нужно посетить мёртвый город, некогда многобашенную Бабдалорну. Там нас ожидает могучее оружие. – Тонгор посмотрел на свой меч Саркозан, покоящийся в ножнах и удивился, почему этого было недостаточно. Но он может подождать и увидеть сам.

Тонгор вытащил свой клинок и продолжил прокладывать дорогу через рассыпающиеся стволы деревьев. Валькар понимал, что настолько хрупкая растительность никак не повредит мечу и рьяно расчищал путь. Там и сям виднелись уцелевшие рощицы. Одна из них оказалась достаточно густой, чтобы скрывать маленькую группку нападавших. Оружие у них было жалким, ломким и ржавым, и почти бесполезным, если только против равного ему. Тонгор обнаружил, что перерубать его так же легко, как обугленные деревья.

Тонгор остановился, посчитав бесчестным по-настоящему защищаться от столь ничтожных врагов. Тех осталось всего двое. Эти лесные обитатели, как ему пояснил Зилак, были последними представителями Атрибов, древних врагов народа Бабдалорны. Большинство их погибло при нападении зареммцев на город, что впервые заставило лесовиков действовать сообща с городскими жителями. Тонгор оценил их на ступень или две повыше Лемурийских Зверолюдей, с которыми несколько раз сталкивался. Зилак отчасти понимал их примитивный язык (видимо, повстречав их в предыдущих путешествиях через Портал). Когда Атрибы уяснили, что больше им ничто не угрожает и узнали о цели Тонгора, они восторженно попросили разрешить им присоединиться. Когда Зилак перевёл их слова Тонгору, тот просто пожал плечами. – Отчего бы и нет?

Лес давно подточил некогда крепкие стены Бабдалорны. Деревья, а теперь их останки, так же густо заполоняли пределы стен, как и вне их. Сухие древесные ветки и пепел сплошь покрывали землю под ногами. Не было никакой возможности двигаться бесшумно. Зилак уверенно повёл их к городскому чертогу с древним оружием. Почти неповреждённая, над окружающими грудами каменных блоков высилась каменная цитадель, уцелевшая до сих пор, хотя не осталось никого, чтобы её посещать – доныне. Четверо пришельцев ощутили, что поёживаются, сравнивая свой рост с высотой стен внутри и впечатляющими размерами оставшихся экспонатов. Многое было разграблено, но одно оставалось в удивительной безопасности. Некие чары защищали его, возможно, кроющиеся в стеклянном колпаке, где покоились реликвии и добыча героев истории и сказаний. Четвёрка в безмолвном трепете застыла перед священной историей, где теперь уже им предстояло занять место.

Наконец Зилак указал на это особенное оружие и прошептал: – Это – великий меч Зингазар. Его носили величайшие воины: юный Анарбион поднимал его против Атрибов-захватчиков. Ионакс Храбрый изничтожал им налётчиков с холмов. В руках Диомарданона он утолял свою жажду крови. Затем он перешёл к Бельзимеру Смелому. И к Конари Отважному. Теперь он твой. – С этими словами Зилак разбил стекло, заставив троих прочих вздрогнуть. Он вручил древний меч своему спутнику-королю.

Тонгор ничего не сказал, лишь осторожно поднял огромный клинок, восхищаясь его блистающей протяжённостью и бритвенно-острой кромкой, которая почти прорезала окружающий воздух, будто молния. Прочная рукоять, обтянутая высохшей, просолённой от пота кожей, казалось, почти сама по себе укрепляла поднявшую меч руку. В навершии был вставлен изумруд, сперва тусклый, будто слепой глаз, но затем оживившийся от пульсирующего сознания. Даже Саркозан не шёл с ним ни в какое сравнение. Валькар взвесил оба меча в руках, Саркозан в левой, Зингазар в правой. Он ощутил протекающий между ними ток таинственной силы. Он даже почувствовал гипнотическое послание покрытого рунами клинка.

После нескольких минут молчания Тонгор повернулся к Зилаку и спросил: – Как же пала Бабдалорна, если она обладала таким оружием?

– Не нашлось человека, чтобы его поднять. В период упадка города ни один человек не смог расслышать призывающий глас Зингазара. Человек владеет мечом. Меч владеет человеком. И ты – этот человек.

Тонгор обдумал это. Внезапно он понял, что Зилак был всего лишь рупором для Шадразура, Симранского Бога Войны. И был им всё время. Он припомнил, как божество сказало, что Боги могут проявлять свою волю лишь через смертных посредников. И он лишь уверился в своей правоте, когда, через несколько минут, увидел своего летающего ящера, приземлившегося снаружи. Он знал, что ни он, ни Зилак не проводили его через Портал. Но Кто-то это сделал.

Зилак без промедления оседлал крылатого зверя, пока два Атриба смотрели на это с неприкрытым ужасом. Это мог быть страх перед чудовищем или же перспектива полёта высоко над их древесными прибежищами. Тонгор усмехнулся. Он жестом поманил к себе Зилака, уже привязавшегося к сбруе летающего ящера. Зилак спрыгнул на землю и последовал за Тонгором, который велел двоим лесовикам тоже идти вместе с ними.

Лишь несколько минут потребовалось, чтобы отыскать королевский дворец, ныне опустевший. Пробравшись через выпавшие каменные блоки и прочие обломки, маленькая компания добралась до тронного зала, где в прежние дни короли Бабдалорны выслушивали дела и вершили правосудие. Тонгор взглянул на Атрибов, затем тронул за волосатую грязную руку того, который был повыше, кивнув ему и указав на свободный трон.

– Мне говорили, что многие века ваш народ тщился войти в город и захватить его в своё владение. Вас останавливал Зингазар. Но теперь Зингазар исполнит вашу судьбу.

Бедняга корчился и ёрзал на троне, не уверенный, что же Тонгор имел в виду, особенно, когда пришелец-валькар вытащил рунный меч. Но это обезьянье поведение завершилось, когда Тонгор коснулся плоской стороной клинка макушки Атриба и обоих его плеч.

– Узри: Я, Сарк Запада, произвожу тебя в короли Бабдалорны! – И, обернувшись к другому изумлённому лесовику, он добавил: – А ты, молодец, станешь его визирем!

Когда два Атриба начали приплясывать и расхаживать с важным видом, как дети, восторгаясь своим новым, хотя и пустым, титулам, Тонгор преувеличенно поклонился им, махнув рукой удивлённому Зилаку, чтобы тот тоже это повторил.