Текст книги "Соперники (СИ)"

Автор книги: Ася Федотова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 22

London Grammar – Nightcall

Вот чувствовала, что не нужно было идти на эту ночную смену, подменять тетку. В душе такая тревога разрасталась, как будто моя интуиция так и кричала: «Не ходи!».

Хотела рассказать Максу, попросить посидеть со мной, проводить до дома, но постеснялась.

А зря.

Смену я закончила в полночь, сдала кассу, поставила объект на сигнализацию и уже собралась закрывать киоск, как позади замаячили две фигуры. Боковым зрением вижу, что окружают с двух сторон. На вид обычная гопота с района. Походка вялая, пошатывающаяся. Значит пьяные. За добавкой пожаловали. Я таких кучу перевидала. Только вот так никто еще не подкрадывался.

Обычно приходят после десяти, когда продажа алкоголя уже официально запрещена. Тогда начинается торговля из-под полы и только для знающих. Всем попало не отпускаем, потому что легко нарваться на проверку.

Первая мысль забежать обратно и вызвать охрану. Потом вспоминаю, что толстогубый запретил понапрасну их вызывать. Поэтому беру себя в руки и орудую ключами, как ни в чем не бывало. Затем убираю их в поясную сумку и выхожу на тротуар, ведущий к аллее вдоль домов, где хотя бы фонари освещают.

Парни за мной.

Меня уже колотит, потому что они идут следом и тихо переговариваются. Достаю телефон и собираюсь звонить Кетлеру, как эти двое подлетают. Один хватает меня сзади за шею, зафиксировав голову в локте. Другой же сдирает поясную сумку и выхватывает из рук мой телефон.

До огней каких-то несколько шагов, и горячие слезы текут по щекам. Я взвизгиваю, и тот, что позади сует мой же шарф мне в рот, как кляп.

– Не брыкайся – шипит мне на ухо. – И отпустим с миром, а то отхватишь, как взрослая.

Второй, наконец, добирается до ключей от киоска.

– Говори код от сигналки, а то живого места не оставим – тычет мне ими в лицо.

Вот дилемма! Мне и так, и так попадет.

Выбираю все же второй вариант, но не успеваю назвать код, потому что нас освещает фарами проезжающего мимо внедорожника, выворачивающего из-за угла. Он тормозит рядом с нами, и гопники ту же разбегаются, бросив мои вещи прямо в лужу. Обычные ссыкуны!

Из автомобиля выходит парень в одной футболке без куртки. Он подбегает, встревоженно осматривая с головы до ног, первым поднимает мою сумку и протягивает мне. Стою, точно под гипнозом, потому что в откровенном шоке от всего происходящего.

– Ты как? – приятный низкий голос разрывает ночную тишину. – Не тронули тебя?

В растерянности мотаю головой. Лицо парня освещают фары. У него коротко стриженые темные волосы. Глаза тоже темные, а правая бровь пробрита посредине, будто на ней шрам или так, для понтов. На вид ему, может, чуть больше двадцати.

– Не успели – очухиваюсь и застегиваю сумку на поясе.

– Чего одна в такое время? – спрашивает, а сам оглядывается по сторонам.

Да, принц, ты явно не из этих мест, судя по тачке и шмоткам.

– Подрабатывала в киоске – киваю на кирпичный самострой.

– Может, тебя подвезти? – смотрит на меня сверху вниз.

– Нет, я тут рядом живу, спасибо – собираюсь уже выйти к фонарям, но этот парень быстро кидается к машине, хватает куртку и бежит вслед за мной.

– Тогда я провожу – нагоняет и идет рядом. – Влад – косится на меня.

– Рита – отвечаю чисто из вежливости.

Выходим на аллею. Нас освещает фонарями. Стараюсь идти быстрее, чтобы, наконец, отвязаться. Мне и так на сегодня хватило. Подходим к моему дому. Останавливаюсь возле подъезда. Парень тоже. Он оглядывает дом, задирает голову к фонарю, а потом переводит взгляд на меня.

– Вот здесь я живу – прячу оледеневшие руки в карманах дутика и пожимаю плечами. – Эм, спасибо, что помог, проводил.

Смотрю на него сейчас при свете фонаря. Парень не так прост. Очень яркий, запоминающийся, высокий и в меру подкаченный. Лицо у него тоже интересное. Не сказать, что красивый, но что-то есть в хитром прищуре, кривоватой ухмылке и носу с горбинкой, будто в драке переломали.

Подходит ближе. У него туалетная вода такая мужская, терпкая с мускатными и древесными нотками.

– Не за что, Рита – тянет мое имя.

Кидаю взгляд на окна своей квартиры и замечаю на кухне свет. Внутри все закипает.

– Ну, тогда пока – бурчу и направляюсь к двери.

– А это? – слышу позади себя и оборачиваюсь через плечо. Влад протягивает мой телефон с ехидной улыбкой, склонив голову на бок.

Боже мой, меня, словно контузили, даже про телефон забыла.

Забираю из его рук гаджет, и Влад, нарочно, как мне показалось, касается моих пальцев своими.

Вежливо улыбаюсь и скрываюсь за дверью, неуклюже бряцая ею напоследок.

В прихожей тоже горит свет. Быстро скидываю кроссовки. Вешаю дутик и заглядываю на кухню.

За столом сидит тот самый Костик, который меня чуть не придушил, а затем обобрал тетку до нитки.

– Ты совсем что ли? – ору с порога на тетю Марину, которая стоит у плиты, помешивая в сковородке жареную карточку.

Тетка чуть не подпрыгивает на месте. Видно, совсем уже забыла о моем существовании.

– Я там пашу за тебя, а ты с этим? Он же у тебя все деньги спер!

– Ритуль, мы случайно встретились в кафе, где день рождения отмечали, честно – оправдывается тетка, вытирая о халат руки, пока это упырь вальяжно развалился за столом и потягивает пиво из банки.

– Да, какая разница, как вы встретились! Зачем ты его сюда опять притащила! – ору, наверное, на весь дом.

Пережитый ужас смешивается с гневом, с яростью, с отчаянием. Какого здесь происходит вообще!

– Рит – вклинивается ухажер недоделанный. – Ты это, извини меня. Больше такого не повторится, слово даю. А деньги Марине я уже вернул, да с процентами – переглядываются влюбленные голубки.

Закатываю глаза.

– Господи, что же за дерьмо! – выкрикиваю в потолок и ухожу к себе.

Позже после душа лежу в кровати, дверь приоткрывается, и заходит тетка. Сразу же перекатываюсь на бок лицом к стене и укутываюсь с одеялом.

– Рит – чувствую, как проминается матрас, а в нос ударяет запах алкоголя. – Ты прости его, пожалуйста. У Костика проблемы возникли, а теперь он их решил, и мы опять вместе. Я люблю его, Рит – толкает меня в плечо.

Игнорю ее.

– Он поживет с нами какое-то время, пока не найдет квартиру, ладно?

Вылезаю из-под одеяла и тут же сажусь в кровати. Тетка смотрит на меня оленьими глазами.

– Ты сдурела? Я не буду с ним жить!

– Я буду с ним жить – говорит тетка, а в голосе уже проскакивают железные нотки.

– Ну, и живи тогда, а я завтра от тебя съеду – шиплю ей и опять ныряю под одеяло.

– Твое дело – холодно заключает тетя Марина и топает к двери.

Когда выходит, шарю по тумбочке в поисках телефона и набираю Максу сообщение.

Я: «Твое предложение еще в силе?».

Макс: «Могу прямо сейчас забрать».

Через секунду.

Макс: «Что случилось? Почему не спишь?».

Я: «Забери) Потом все расскажу».

Макс: «Через 20 минут выходи)».

К лицу сразу жаром прилило.

Быстро вскакиваю с кровати в поисках дорожной сумки. Метаюсь по комнате, закидывая, что под руки попадется. Затем вместо пижамы натягиваю спортивные штаны с толстовкой, волосы прячу под капюшон.

Собираюсь с духом и выхожу из комнаты, чтобы забрать из ванной комнаты свои мыльно-рыльные принадлежности. Тетка меня замечает и пулей вылетает из кухни.

– Куда на ночь глядя, Ритка! – встала, перекрывая проход.

– Какая тебе разница!

Смотрю, все ли прихватила, застегиваю косметичку.

– Дай пройти – рычу на нее.

Тетка не двигается с места.

– Говори, куда собралась? – спрашивает, а у самой глаза злющие.

– Ага, щас! – выплевываю ей в лицо и толкаю в плечо. – Свали, достала! – снова толкаю.

Тетка бьет меня по руке.

– Ты вообще страх потерла, Ритка!

Чувствую, как кармане джинсов вибрирует телефон. Я растерянно оглядываюсь и хватаюсь за маникюрные ножницы.

– Если не выпустишь, вены покромсаю вот этим – маячу перед ее носом ножницами. – Представляю, сколько кровищи будет.

Тетка округляет глаза.

– Силенок не хватит, ты с детства крови боишься – насмехается, но в сторону все же отходит.

Мчусь по коридору к двери, хватаю дутик и не расшнуровывая заталкиваю ноги в кроссовки.

– Все равно приползешь – идет за мной следом, сложив руки на груди.

Отсалютовываю ей рукой и хлопаю входной дверью.

Возле лестничных перилл стоит Кетлер. Мне одновременно и стыдно, и радостно.

На нем Черная бейсболка, черный пуховик и спортивные брюки горчичного оттенка. Макс забирает у меня сумку с рюкзаком и спускается вниз.

Подходим к серебристому Вольцваген Поло. Макс щелкает ключом и открывает передо мной пассажирскую дверь.

– Откуда тачка? – спрашиваю, когда уже устраиваюсь на сидении.

– На работе одолжили – Макс заводит двигатель и смотрит на меня настороженно. – Я слышал, как ты с теткой ругалась. Что у вас случилось?

Недовольно мычу, отворачиваясь к окну.

– Ничего. Просто тетка опять привела в дом того гандона, который меня чуть не задушил, к тому же ее саму еще и обокрал.

Вижу, как руки Кетлера вжимаются в руль, он смотрит перед собой несколько секунд, а затем вылезает из машины, бросив перед этим: «Жди здесь».

Глава 23

Глава 23

Мот – По душам

Выскакиваю следом и несусь, пока еще могу остановить.

– Подожди – хватаю за рукав куртки.

– Не суйся, Томилина –скидывает мою руку. – И сиди в машине.

Дергает за дверь, и та сразу же поддается, потому что замок, как назло, недавно размагнитился.

Жмурюсь от хлопка и хватаю ртом воздух. Стою, как вкопанная, свесив руки вдоль тела, и сжимая кулаки. Мысли хаотично крутятся. Может, послушаться Макса, а вдруг он просто поговорить с теткой хочет. Но, черт знает, что в голове у этого Костика, да и в кармане у таких зачастую имеется кастет или еще хуже бабочка.

Спешно возвращаюсь к машине, вытаскиваю ключи и ставлю автомобиль на сигналку. Залетаю в подъезд и бегу по лестнице, перепрыгивая через одну ступеньку. Адреналин растекается по венам, учащая пульс до предела.

Дверь в квартиру распахнута. Натыкаюсь на сгорбленную спину Кетлера. Позади него прямо посреди прихожей валяется уже распластавшийся на полу Костик, а рядом с ним сидит тетка, хлопая его по щекам, и материт Кетлера, на чем свет стоит.

Макс пинает Костика по ноге и тот постанывает, сморщив разбитый нос.

– Чего орешь? Живой он – рявкает на нее Макс.

Заприметив меня, тетка поднимает ошалелые глаза и тут же скалится.

– А, ну, забирай своего бешеного и проваливай!

На площадке показывается сонная соседка, баба Маша, и запахивает фетровый халат.

– Господи Всевышний, Маринка, когда вы уже угомонитесь то! Сейчас полицию вызову! – причитает во весь голос.

– Пошли – хватаю Макса сзади за куртку, вытаскивая за собой. – Давай быстрее.

Он встряхивает разбитым кулаком и подчиняется. По пути отдаю Максу ключи. Выходим во двор и направляемся к машине.

Не выдерживаю, останавливаюсь посреди двора и разворачиваюсь к нему лицом.

– Зачем ты туда пошел? – срываюсь на Кетлера. – Не нужно было с ним связываться!

– Ты его защищаешь что ли? После того, как этот гандон тебя чуть не задушил? – брезгливо щурится Кетлер и обходит меня.

– А вдруг он теперь в полицию потащится? – так и стою на месте.

Кетлер открывает дверь и удерживает ее, облокотившись предплечьем.

– Мне по*бать, Рит, куда он там потащится, но вот к тебе он больше не подойдет, это факт – садится на водительское место и хлопает дверью.

Иду следом и сажусь рядом с ним.

Макс заводит двигатель и топит на газ, громко выругиваясь. Видимо, забыл, что не на папиной тачке гоняет, а на обычном небольшом седане.

Смотрю в окно. Мне неспокойно.

Тут чувствую, как на бедро приземляется теплая рука. Перевожу взгляд на ногу, рассматриваю сбитые костяшки.

– Может не будем собачитья, а? – косится на меня Кетлер, посматривая на дорогу.

– Просто не нужно было вмешиваться. Это мои дела, моя семья.

Макс убирает руку и сжимает руль.

– А я, бл*ть, к тебе никакого отношения не имею что ли? – агрессирует, взгляд становится острым.

Тру уставшие глаза, шумно выдохнув.

– Блин, я не это хотела сказать. Просто я не привыкла – заглядываю на его напряженный профиль. – С тех пор, как мамы не стало, я сама за себя!

– Но теперь я за тебя!

Поджимаю губы и отворачиваюсь к окну.

– Как мне тете Марине в глаза смотреть!

Макс издает протяжный рык, ударяя ладонями по рулю.

– А зачем тебе вообще ей в глаза смотреть? Тетке твоей глубоко пофиг, раз привела в дом мужика, который тебя чуть не убил.

– Ты ничего не понимаешь – ору на него. – У меня кроме нее никого не осталось.

– Все, проехали – рявкает в ответ.

Больше мы не разговариваем. По пути я пару раз окликаю его, но Макс включает полный игнор.

Квартира у него находится рядом с выездом из города в новом спальном районе. По ночной дороге добираемся достаточно быстро, но я даже не представляю сколько придется проторчать в пробках по утрам.

Паркуемся возле пятиэтажного дома с внутренним двором и сквозными подъездами. Здесь чисто и красиво, а еще очень тихо. И воздух какой-то свежий, не загаженный выхлопами.

Макс открывает дверь в квартиру, заходит и включает свет. Переступаю порог и растерянно оглядываюсь. Небольшая прихожая со встроенным шкафом, плавно перетекающая в гостиную, разделенную со спальной зоной широким стеллажом. Рядом закрытая дверь, должно быть, в санузел. Кругом лежат его вещи, прямо, как в комнате, где я однажды побывала. Здесь такой же творческий беспорядок.

Кетлер молча принимает мою куртку и вешает на свободную вешалку в гардеробной, а затем все также не проронив ни слова уходит в кухонную зону. Достает капсулы для кофемашины и запускает в специальное отверстие.

– Где ванная? – спрашиваю, чтобы хоть одно слово от него услышать.

– Перед тобой – бурчит под нос, даже не взглянув в мою сторону.

Закрываю за собой дверь в санузел и сажусь на край ванны, включив кран с водой. Я так зла на него! Решаю, что ничего уже не хочу и возвращаюсь в гостиную.

Макс сидит на высоком барном стуле и пьет из кружки кофе. Рядом стоит еще одна, видимо, для меня. Заприметив мое появление, он отрывает взгляд от экрана телефона и сосредоточенно меня рассматривает, отпивая горячий напиток.

– Это тебе – кивает на кружку рядом.

– Знаешь – переминаюсь с ноги на ногу. – Зря все это.

– Что зря?

Обессилено рычу.

– Да, блин, все это! – обвожу взглядом комнату. – Ничего у нас не получится. Мы даже не понимаем друг друга!

Макс ту же резко встает со стула, а я пячусь к двери. Забираю из шкафа куртку, и просовываю руки в рукава, но Кетлер тут же срывает ее с меня.

– Ты сейчас прикалываешься? – угрожающе ухмыляется, нависнув надо мной, как скала.

– Нет, Макс, отдай куртку – я пытаюсь ухватиться за ткань, но Кетлер тут же задирает руку вверх и отводит чуть в сторону, чтобы я не достала.

– Ты дурак? Отдай! – кричу на него.

– Рит, подожди – надвигается ближе, остудив пыл. Видно, дошло, что я серьезно.

– Нет, отдай, я не хочу быть с тобой!

Вижу, как раздуваются ноздри, как дергается кадык. Макс швыряет мне в лицо куртку и отходит на пару шагов.

– Да, и вали! Достала!

Тут же хватаю куртку, ныряю в кроссовки и дергаю на себя дверь. Она не поддается. Макс склоняется рядом, щелкнув замком. Меня окутывает его ароматом, а слезы давят на горло. Не хочу даже смотреть, чтобы не прошибло.

Какая дура, боже мой! Я же не хочу от него уходить! Ничего без него не хочу!

Но я открываю дверь и ступаю за порог.

Макс мгновенно дергает меня за плечи и прижимает, сцепив руки на моей груди.

– Вот дурная, не пущу никуда – шепчет в висок и тут же целует. – Прости.

Разворачиваюсь в кольце его рук и обнимаю за шею, уткнувшись носом в район ключиц.

– Ты тоже прости – шепчу в ответ, всхлипывая.

Макс берет мое лицо в ладони и целует. Сначала нежно. Потом мы заводимся. Не отрываясь друг от друга Макс пятится назад, удерживая меня, и прислоняет спиной к дверце шкафа. На миг отрываемся, чтобы отдышаться.

– Сбежать хотела – его хриплый голос оседает в легких. Взгляд совсем мужской, дикий. Руки Макса перемещаются сначала на плечи, потом скользят по предплечьям и оказываются на моих бедрах. – Даже не думай.

Сама тянусь к нему. Такой мой! Целую, шаря по плечам, по волосам.

Макс перемещает нас по комнате, а потом подхватывает меня и усаживает на барную стойку.

Я замираю и отрываюсь от него. Мы дышим, как сумасшедшие, как триатлонисты.

Мое лицо на уровне его глаз. Замечаю, как у Макса расширяются зрачки, как он сглатывает, а затем тянется к моим губам. Одну руку кладу ему на щеку, а другую на затылок. Макс протяжно стонет в мои губы и, вот его руки уже под моей толстовкой обжигают кожу, вызывая покалывания внизу живота.

Он ловко берет за края толстовки, тянет вверх и снимает через голову. Остаюсь перед ним в одном спортивном лифчике, но мне совсем не стыдно, даже наоборот. Что-то такое сумасшедшее просыпается внутри, когда Макс отстраняется и разглядывает голые участки моего тела, задерживаясь на животе. Он уже видел меня топлес, но все равно взгляд такой тягучий, будто смотрит впервые.

– Можно? – осторожно спрашивает, когда его рука зависает в миллиметре от застежки на спортивном лифчике.

Сердце колотится, как ненормальное, но я киваю в ответ.

Кетлер, не сводя с меня глаз, одной рукой расстегивает пластиковую застежку, а затем сдергивает с плеч бретели.

Замираю. Мне так жарко от его взгляда.

– Можно? – спрашиваю в ответ, хватая его за край футболки.

– Агм – мычит он, нервно сглатывая.

Тяну за края, Макс помогает, зацепив за ворот футболки сзади, и стягивает через голову.

Как же давно я подсознательно мечтало об этом. Дотрагиваюсь до бархатистой кожи, и веду вниз от шеи к поясу спортивных брюк. Вижу, как напрягаются мышцы пресса. Кетлер перехватывает ладонь, сжимая в своей, и ловит мой затуманенный взгляд.

– Точно? – склоняется к губам, почти дотрагиваясь до них.

– Точно – шепчу, касаясь его.

Макс тут же хватает меня за талию и придвигает на самый край столешницы к себе вплотную. Игриво кусает за нижнюю губу, и нас уносит.

Глава 24

МАКС

Frou Frou – A new kind of love

Просыпаюсь первым. В просвете между плотными шторами поблескивает фонарь. Голова Риты покоится на моем животе, а левая рука на груди. Осторожно убираю с лица разметавшиеся волосы. Кожа у нее белая, тонкая. Кончиками пальцев провожу по мягкой нижней губе, отчего Рита недовольно морщится и что-то бубнит во сне, вызывая у меня улыбку.

Жадно разглядываю ее. Никогда меня так не колошматило от одного лишь взгляда на чье-либо лицо, никогда пальцы так не дрожали от соприкосновения с чужой кожей.

Надо признать, вляпался я по полной. Хочется закрыть ее в этой комнате и оставить себе.

Пробегаюсь пальцами по скуле. Хочу снова целовать, чтобы стонала, как этой ночью, но Рита зажала меня своим телом, не получается дотянуться. Шарю рукой по прикроватной тумбочке в поисках телефона и смотрю на время. Скоро шесть и надо бы вставать, потому что по утрам дикие пробки, но будить Риту совсем не хочется. Так бы и валялся с ней в обнимку.

Ресницы у нее подрагивают во сне. Длинные. Пушистые. Родинка на подбородке. И какого я застыл с глупой улыбкой?

Рита зевает и сползает с меня на подушку. Сразу становится неуютно. Переворачиваюсь на бок, забираюсь к ней под футболку и кладу руку на теплый живот, прижимая к себе вплотную. Волосы у нее пахнут цветочным полями. Перемещаю руку с живота вверх, вызывая у Томилиной рваной вдох.

– Что ты делаешь? – сипит она, а сама напряглась. Возвращаю руку с груди на живот.

– Доброе утро – целую в макушку.

– Хмм – довольно стонет Рита и поворачивается ко мне лицом. – Привет – целует меня в районе ключицы и утыкается носом. Ее дыхание обжигает кожу, одновременно вызывая дрожь.

Высвобождаю одну руку.

– Посмотри на меня, чего прячешься – осторожно беру Риту за подбородок.

Томилина несмело выглядывает, прыскает и утыкается носом мне в шею.

– Блин, не знаю – коротко целует, и затылок тут же сковывает стая мурашек. – Просто скажи мне еще хотя бы в начале учебного года, что буду вот так лежать с тобой, целовать… Я бы рассмеялась в лицо, до того это казалось нелепым.

Удивленно выгибаю бровь и немного спускаюсь вниз, чтобы наши лица были на одном уровне.

– Почему, интересно?

– Господи, Кетлер, да я на дух тебя не переносила. Ты казался мне выскочкой, выпендрежником и последним засранцем. Ты и вел себя подобающе.

Хмыкаю, закусывая нижнюю губу.

– Хочешь правду?

– Давай.

– Ты мне давно нравилась, еще до того, как я стал встречаться с Даниленко.

Рита округляет глаза.

– Серьезно?

– Ага.

Придвигаюсь к ней ближе и целую, прикусывая губу. Но Томилина хватает меня за скулы, отстраняет от себя и с интересом разглядывая.

– А почему тогда ты ни разу просто не подошел хотя бы поговорить?

Хмыкаю и закатываю глаза.

– Не знаю, ты на меня всегда так смотрела, как на последнего ублюдка.

– Это, потому что ты вечно прикалывался надо мной, высмеивал.

– Есть косяк – снова целую.

Рита подается навстречу и запускает одну руку в мои волосы. Резко подминаю девчонку под себя, разрываю поцелуй и зависаю над ней.

Шарит по моему лицу, останавливаясь на губах, вызывая хищную улыбку. Тянет за цепочку, склоняя мою голову еще ниже и сама целует.

Поддаюсь Рите и запускаю руку под футболку. Мою футболку. Добираюсь до груди и ловлю свое имя на ее губах. Этим утром она невероятно красива.

Будильник надрывается, но нам уже не до него.

Спускаюсь губами по шее к ключицам.

– Пойдем в душ вместе – предлагаю осиплым голосом, задирая ткань до груди и прикасаясь к коже в районе пупка, отчего Рита выгибается в спине, как кошка.

– Агм – мычит в ответ.

Тогда я резко поднимаюсь и тяну Томилину за собой.

На учебу еле успеваем. Провожаю ее до кабинета истории, припечатывая поцелуем прямо у стены возле входной двери, а затем шпарю на третий этаж. Залетаю в класс вместе со звонком.

Вуйчик развалился на стуле, вытянув вперед длинные ноги, и уткнулся в телефон. Но как только заприметил меня, весело оскалился во все тридцать два зуба. Теперь не отвяжется. По пути здороваюсь с пацанами и падаю на стул, взъерошив волосы. Достаю учебник, тетрадь, ручку и вешаю рюкзак на спинку.

– Ну и вид, братан! – подмигивает Вуйчик. – Ты, походу, розовой радуги с утра пережрал.

Устало тру лицо и кошусь на него, сдерживая улыбку.

– Че, так заметно?

Вуйчик кивает головой, морща нос.

– Ну, тихушница, дает!

Сразу напрягаюсь и зыркаю на него.

– Еще раз ее так назовешь, дам в морду.

Друг шлепает меня по плечу.

– Да, ладно, чувак, расслабься.

В кабинет заходит Земфира. Сегодня контрольная, а я вообще не готов. Но, к моему удивлению, заканчиваю быстрее всех. Сдаю работу и выхожу в коридор. Спускаюсь к кабинету истории и забираюсь на высокий подоконник, дожидаясь конца урока. Первым замечаю Девлегарова, только он сегодня какой-то загруженный. Здороваемся и Тим запрыгивает, усаживаясь сбоку от меня.

– Твоя чуть пару по истории не отхватила, еле выкрутилась до тройбана – выдает друг, сгибая ноги в коленях и опираясь конверсами о край подоконника.

– Девлегаров! – окликает его историчка. – Куда с ногами то?

– Исправлюсь, Наталья Васильевна – бухтит Дэв и свешивает ноги, матерясь про себя.

Историчка осуждающе мотает головой и сваливает в сторону лестницы.

Наконец, показывается Томилина. Растерянно смотрит прямо на меня и оглядывается по сторонам, видимо, раздумывая подойти или нет.

Спрыгиваю с подоконника, показывая ей, что именно ее и дожидаюсь.

Сразу семенит ко мне. Расправляю руки, и Рита тут же ныряет в мои объятия, протяжно вздыхая.

– Рит – окликает ее Тим. – Осипова где, не в курсе?

– Нет – прижимается щекой к мне, а сама смотрит на Девлегарова. – А что?

– Да, блокнула меня везде, поговорить хотел, а ее нет сегодня.

Удивленно выгибаю бровь, пялясь на друга.

– Решил все-таки подкатить?

– Я вчера хотел встретить ее после танцев, поговорить с глазу на глаз, а Таня там со своим пацаном отношения выясняла. Борзый такой, орал на нее, мудила. Осипова плакала. Не выдержал, вмешался, а она меня в черный список.

Чувствую, как Рита заметно напрягается.

– Знаешь его? – спрашиваю, запуская руки в шелковистые волосы.

– Да, это сосед ее. Игнат Стафиев. Этажом выше живет. Они с детства знакомы, а встречаться совсем недавно стали – Ритка мнется. – Она любит его уже давно.

Дэв заметно сникает и потирает глаза.

– Макс – Рита поднимает на меня глаза. – Вы идите, а я попробую ей дозвониться.

Целует меня и уходит в сторону туалетов.

– Пойдем – кладу руку на плечо друга. – Не загоняйся ты, Дэв. Может, она рассталась с ним. Сейчас поплачет неделю другую, и вперед.

В конце перемены разошлись по кабинетам на второй урок. А после к нам в класс залетает Ритка вся в слезах, даже не обращает внимания, как девчонки тут же принимаются чесать языками, и говорит, что Осипова в больнице. Траванулась жестко. А Дэв уже укатил туда. Сказал, что замочит пацана этого.

Смываемся с учебы.

В городе наледь на дорогах, и аварий до черта. Еле добираемся на больницы. Дэв трубу не берет, идиот. Только бы ничего не натворил.

В приемном покое сообщают, что Осипова в отделении токсикологии.

Вот дура, ей богу!

В коридоре сидят мужчина с женщиной. Женщина похожа на Таню, только со светлыми волосами, но с такими же карими глазами и кучей веснушек.

– Здравствуйте, Ирина Владимировна, подлетает к ним Рита. – Что с Таней?

Женщина шмыгает носом.

– Привет, Рита. Она сейчас в палате, только к моей девочке пока никого не пускают. Ее промыли, говорят, что вовремя привезли, иначе – она морщится и утыкается мужчине в плечо.

– Ее Игнат нашел – добавляет мужчина.

– А где он? – осторожно интересуется Рита.

– Они тут с вашим одноклассником драку затеять хотели. Вот их медбрат и вывел за территорию.

Опять пытаюсь набрать Девлегарова, но абонент не отвечает.

– Рит, я пойду, поищу их – говорю ей тихо.

Ритка кивает и присаживается рядом с Таниной мамой. Я же ставлю телефон в режим автодозвона и выхожу из здания.

В сквере напротив больницы, замечаю две фигуры.

Бл*ть!

Бегу туда, пока эти два дебила не поубивали друг друга.

С трудом оттаскиваю Тима, хватаю его за лицо, заставляя посмотреть на себя.

– Все, успокойся, харе! – ору на него.

Тим одергивает мои руки и вытирает тыльной стороной ладони кровь из носа. Оглядываюсь на второго парня.

Да, с Тимом они явно непохожи. Разве, что цветом волос. Только у этого патлы висят во все стороны, еще и пирсинг торчит. Он выше, может, даже старше. У него кровоточит скула и немного опухает глаз.

Возвращаюсь к другу.

Тим задирает голову к небу, зажимая разбитый нос рукой.

– Только попробуй в больнице появиться, падла! – орет парню Дэв.

Тот сплевывает на землю.

– Да, пошел ты, гандон. Кто ты вообще такой, бл*ть!

Тим опять рвется. Но я его сдерживаю, пока это парень удаляется в сторону приемного покоя.