Текст книги "Планета Багровых Туч. Часть первая (СИ)"

Автор книги: Артур Багровский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

По тем же причинам на станцию продолжали пребывать не только металлоконструкции и оборудование, но и люди.

Большинство из них работают по найму. Одни являлись вольнонаемными и могли уволиться в любой момент. Другие были контрактниками и подписывались на определенный срок от пяти лет. Как правило, это были молодые семьи, у которых не было средств для достижения желаемого, но были силы и амбиции. Немало среди населения "Авроры" было и тех, кто попал в "долговую яму": они отрабатывали кредиты, так легко полученные на Земле.

К удивлению были здесь и бомжи, кто прижился на базе. Так выполнялась социальная программа по реабилитации маргинальных слоев населения, присутствие которых на Земле становилось всё менее желательно. Планета постепенно приобретала вид райского сада, а присутствие подобных элементов портило взоры эстетов. Для простоты решения подобного вопроса нежелательные элементы просто отправлялись в космос. Их было полно и на Луне, и на любой мало-мальски освоенной планете, и на спутниках этих планет. Разумеется, они тоже привлекались к работе по своим силам и умению. Это был самый дешевый труд в сфере коммунального хозяйства: почти что за еду и воздух.

Особую группу, и немалую, составляли уголовные элементы. Самых отпетых отсылали от Земли подальше, на строительство новых баз, за Небесный Клондайк и далее. На "Авроре" трудились те, кто совершил преступления средней и легкой тяжести.

Первые были достаточно опасны, им в принципе не светило возвращение на Землю, да и условия на станции – не сахар. Вторым же год шел за три, режим был легче, и запрета на возвращение не существовало.

Работали здесь и условно осужденные, у кого свобода ограничивалась только пределами станции. Для этой группы главное – отбыть свой срок без происшествий. И хотя возвращение им было гарантировано законом, многие оставались работать по контракту.

До поры до времени, о существовании всех этих людей на станции Элисей даже не подозревал. Он словно бы оказался в прошлом планеты.

И вся это разноязычная, разношерстная масса умещалась в относительно небольшом пространстве орбитальных модулей. В большинстве своем это были малоквалифицированные кадры или вообще люди с ненужными здесь профессиями. Особенно это касалось тех, кто оказался здесь не по своей воле. Но и им приходилось находить занятие – никто не сидел без дела. Воздух, еду и долги, приходилось отрабатывать. Кто-то даже надеялся заработать на билет к Земле, но это было иллюзией.

Вот почему на станции был недостаток в кадрах при переизбытке людей. Что ж, получалось как в Библии: "Много званных, да мало избранных". Кем был среди них Элисей? Как он сам себя определял? Таких как он – шабашников – здесь действительно было мало. Наняться, чтобы разбогатеть и вернуться, чтобы вести праздный образ жизни? Это мог сделать только человек недалекий и Элисей уже не раз и не два покаялся в необдуманности своего решения и собственной недальновидности. Но что он мог поделать сейчас? Только доработать до конца обусловленного контрактом минимального срока. Он отрабатывал, и неплохо, для своего уровня знаний, возраста и навыков. Но что потом? Все эти мысли смутно проносилось в его сознании. Сейчас ему было хорошо. Пусть он не на Земле, но сейчас у него хорошая работа и он неплохо проводит время в классной компании в уютном и веселом заведении.

Тому, что на космической станции, где ведется серьезная и напряженная работа, могут находиться бары, рестораны и иные увеселительные заведения Элисей поразился еще тогда, когда Дамир впервые помянул об этом. В тот раз Элисей решил, что товарищ шутит. Во время учебы он о таком даже помыслить не мог. Но, постепенно знакомясь с обитателями "Туза", вникая в подробности работы этого модуля, понял – подобное положение вещей скорее закономерно, чем исключительно.

Конечно, модуль "Т" был передовой космической станцией, входящей в комплекс "Аврора", являющийся собственностью одной из ведущих международных корпораций. Но по своей сути "Трёшка" или "Туз" был ничем иным, как рабочим поселком, пусть и висящим на орбите другой планеты, и как любой рабочий поселок имел свои отличительные черты. Бо?льшую часть населения модуля составляли малоквалифицированные рабочие. Те, что принимали челноки, разгружали челноки, принимали транспортники, выгружали транспортники, загружали транспортники. Проще говоря, эти люди имели дело с контейнерами и техникой не сложнее погрузчика. Они никогда не были ни на других модулях, ни тем более на поверхности Венеры. Они даже не стремились к этому: в них не было ни желания, ни любопытства, ведь в космосе большинство из них оказались либо случайно, либо не по своей воле. Всё рабочее время они проводили либо в приемных ангарах, либо на складах. Всё свободное время – отдавали сну, еде.

Часть этого времени, несомненно, отводилась развлечениям, из которых здесь были библиотеки, кинозалы, спортзалы, бассейны. Всё это предоставлялось бесплатно, но рабочие предпочитали им платные заведения иного характера. Столовые, в которых рабочие питались в дневное время, вечером чудесным образом превращались в кафе, бары, ресторанчики, где можно было бесхитростно скоротать остаток времени за кружкой пива с друзьями-приятелями или в компании веселых девиц. В них словно Золушки в принцесс превращались некоторые сотрудницы станции и многочисленный отряд, обозначенный в реестре короткой, но емкой фразой "вспомогательный персонал". С ними можно было либо просто поболтать за стаканчиком вина или легко уговорить на интим, платный. Разумеется, в штатном расписании станции проституток не было: "Венерен Консолидешн" не набирала шлюх на станцию, но, учитывая, сколько сюда сплавлялось неудобных социальных элементов, недостатка в этом сегменте обслуживания не было. А были и те, что нанимались кем угодно, но прилетали сюда именно с одной определенной целью: заработать в сфере интимных услуг. Даже женщины, работающие диспетчерами, поварами, консьержами, учетчиками, нормировщицами, кастеляншами, уборщицами, порой не брезговали дополнительным заработком на этом поприще.

Как-то Элисей поинтересовался, отчего такая разница в персонале на двух соседних модулях? Почему на модуле "К" многое роботизировано и автоматизировано, а на модуле "Т" до сих пор ручной труд?

– Он еще и малопроизводительный, малоквалифицированный, малоэффективный и много чего мало, – ответил Костик в своей манере выражаться. – Сам-то как думаешь? Чем-то надо занять эту бесполезную в своей массе толпу. Даже робот-поломойка сначала должен окупить себя, а здоровая тетка начинает приносить прибыль уже с первого часа работы. А если робот чего доброго сломается? Ремонт потребуется? Потребуется. А взамен сломанной тетки всегда найдется годная. Понял? Это пример с одним роботом, а у корпорации на балансе грузовики-рудовозы и прочее, прочее, прочее... ферштейн? Пойми, шабашник, сейчас к вещам надо относиться бережливее и рациональнее, а люди это... так, расходный материал. Как картриджи в принтерах. – Шульга в тот раз был выпивши и шутил, но последнюю фразу он произнес совершенно трезвым и серьезным голосом. И когда позднее Элисей обдумал его слова, то вполне согласился с доводами Константина. Да, во главе корпорации стояли люди серьезные и предприимчивые, стремящиеся к обогащению. Такие не станут тратиться лишний раз, для них прибыль – главная цель.

Предпринимательство вообще здесь не запрещалось, а скорее поощрялось, поскольку выуженные из работников деньги оседали в карманах предпринимателей, то есть здесь же, на станции, а предприниматели, разумеется, делились своими доходами с владельцами компании. "Венерен Консолидешн" обеспечивала своих работников лишь самым необходимым, а все остальные излишества были сосредоточены в руках частных деятелей.

Дойными коровами в основной массе были одинокие мужчины-работяги. Для этой серой и непритязательной массы и были созданы соответственные условия: кафе, бары, ресторанчики, игорные заведения и притоны.

У ЯШИ

Самым популярным из подобных заведений на «Тузе» несомненно, являлся ресторан Яши Халимовского, по прозвищу «Бебба». Это заведение, окрыленное мерцающей вывеской «GEBBAY», – единственное на «Тузе» было открыто круглосуточно. Как добился Яша подобного исключительного статуса для своего заведения, неизвестно. Но здесь можно было получить выпивку в любое время суток. Можно было просто посидеть с компанией в задушевной беседе, можно было уединиться с симпатичной и покладистой подружкой. А можно было обсудить дела серьезнее, чем выпивка или секс.

Сам Яша появлялся за стойкой своего заведения, как правило, после семи вечера и оставался до полуночи бортового времени. К удивлению Элисея это был долговязый, худощавый тип с вытянутым лицом, рыбьими глазами и короткими, тронутыми сединой волосами. Обычно он ни с кем из посетителей не разговаривал, просто стоял по стойке «смирно» и осматривал зал невыразительным, словно сканирующим взглядом. Более всего он смахивал на устаревшую модель секс-робота, вышедшую из моды, но по чьей-то оплошности не сданную в утиль, а отправленную в космос.

Как вел себя Яша за пределами бара – оставалось загадкой. По всей видимости, это был единственный еврей на "Авроре", а то и во всём Внеземелье. Но в его руках было сосредоточено великое множество ниточек, подергав за которые он мог предоставить желаемое: раритет, деликатес, молоденькую девочку или секретную информацию.

Как он оказался на "Авроре" и чем занимался всё остальное время, не знал никто. Слухов было много, но, скорее всего, большую часть распускал он сам, чтобы скрыть правду. Да и кому она интересна, эта правда? Главное, что у Яши можно найти то, что тебе было нужнее всего здесь и сейчас. А хорошую компанию найти мог любой.

Нашел ее здесь и Элисей. В заведении было сумеречно, шумно и весело. Играла музыка, сверкали "ежи" и стробоскопы, потолок прочерчивали разноцветные лазеры, словно миражи появлялись и пропадали голограммы. Горели искусственные факелы и камины. Мелькали разноцветные всполохи, мелькали разноцветные люди, говорящие на многих языках. Постоянно кто-то уходил и кто-то приходил.

Дамир отправился поиграть в бильярд, Толик перебрался к барной стойке – поближе к телевизору – посмотреть новости с Земли, Эван пошел потрепаться с земляками. Элисей остался за столиком один. Его взор блуждал от группы к группе, от лица к лицу.

Неожиданно за столик подсел незнакомец – креол, судя по внешности. Он поднял кружку с пивом и что-то весело сказал. Элисей его не понял, кивнул и поднял свою полупустую. Когда он опустил кружку, незнакомца уже не было. Элисей хмыкнул и не успел ни о чем подумать, как за столик опустилась компания из двух молодых жизнерадостных девиц и того же креола, а может и другого: Элисей не особо всматривался в лица. Все они что-то громко говорили и смеялись, время от времени обращаясь к Элисею. Тот не понял обращенных к нему слов и заговорил на эсперанто. Похоже, что на этот раз его поняли: перед носом появилась полная кружка, а незнакомый креол исчез. Девицы заговорили с Элисеем, но он не уловил тему разговора, этого ему не особенно и хотелось. Зато неожиданно он уловил терпкий аромат, который разбудил в его теле задремавшие желания...

Элисей очнулся и взглянул на браслет – до его смены оставалось чуть больше двух часов. «Ого! Скоро смена, а я...» – Элисей осмотрелся: он лежал в незнакомой комнате, в постели между своих новых знакомых девиц.

"Вот попал!" – Элисей потихоньку выбрался из уютного гнезда и оделся. Хорошо, что хоть всё его одеяние было на месте, как и карта. "Надо бы ее проверить, но где тут ближайший терминал. Где я вообще?"

Одна из подружек проснулась.

– Уже уходишь? – спросила она на жаргоне.

– Я на смену опаздываю, – слегка соврал Элисей.

– О да, тебе же еще на "Кол" добираться.

Так Элисей узнал, что он всё еще на "Тузе". Тем не менее, новая знакомая быстро собралась, вывела его к основному лифту и чмокнула на прощанье:

– С тобой было классно. Ты прилетай еще, повеселимся.

Элисей что-то пробубнил в ответ, вымученно улыбнулся и с облегчением нырнул в подоспевший лифт.

Кое-как Элисей добрался до своего модуля и собственных апартаментов. Он принял душ, потом выпил лошадиную дозу кофе и прогулялся по обзорной палубе. Ровно в 12 он сидел на рабочем месте.

После смены он не стал выяснять, отчего его товарищи бросили его одного и улетели без него, наверное, летать на "Трёшку" проветриться было для них привычным делом. Элисей вообще постарался не думать о вчерашних событиях, он просто решил, что такого больше не повторится. Карту он проверил, с ней всё в порядке, но летать на "Трёшку" для развлечений он больше не хотел. Правда, из головы никак не уходили те две подружки. Он так и не узнал их имен, но за всё время пребывания на станции у него впервые был секс. От того он чувствовал себя гораздо бодрее, увереннее, и настроение было приподнятое.

* * *

Как ни зарекался Элисей, но время от времени он вспоминал вечер у Яши. В конце концов, он решил побывать там еще разок, сразу же после смены, чтобы не опоздать потом на работу. И не набираться, а присмотреться для начала: разведать обстановку, так сказать. Так он и поступил.

На этот раз в заведении было относительно тихо: "разгон" еще не взяли. Элисей сидел за угловым столиком в тени, потягивал пиво по глоточку и осматривал посетителей, которых постепенно становилось всё больше. Несмотря на то, что на "Авроре" большинство персонала составляли мужчины, к своему удивлению он заметил немало женщин самых разных национальностей. Учитывая, что большинство мужчин одиноки, женщины здесь, несомненно, пользовались успехом.

В какой-то момент Элисей увидел одну из новоявленных подружек. Та тоже его узнала, но лишь помахала и что-то крикнула в нарастающей шумихе. Когда посетителей стало достаточно, Элисей пересел за стойку бара и дождался, когда рядом появилась дама. Конечно, она была не в красном декольтированном платье, не на шпильках и не с сексуально распущенными волосами. Так, обычное лицо, обычная фигура, облаченная в приталенную униформу. Элисею большего и не требовалось. Они обменялись простыми приветствиями, познакомились, поговорили о работе, перспективах развития космоса вообще и "Авроры" в частности. Затем Элисей предложил Эллине потанцевать. А потом... Потом не нужно было ни о чем говорить, делать какие-то намеки. Узнав, что Элисей с "Кашки", Эллина пригласила его к себе. Всё прошло банально, практично и просто. Еще до полуночи он вернулся домой.

Что ж, теперь у Элисея всё было великолепно. Шумиха вокруг аварии постепенно утихала. Работа на высокой и необременительной должности шла своим чередом. Хоть она и требовала напряжения внимания, но физически Элисей не уставал. У него хватало и сил и времени на спортзал, библиотеку и на дополнительную работу. Он так и продолжал тестирование аварийных модулей и даже разработал программу экспресс-диагностики, которая была с успехом внедрена и неплохо оплачена.

Оставались время и силы на личную жизнь, а главное – желание. Как-то незаметно он стал всё меньше уделять времени на чтение и спорт. Всё чаще он улетал на "Туз" с кем-нибудь из своей команды или бывших соседей по "общаге". Странно, что раньше он их едва терпел, но после того происшествия стало очевидным: вот они настоящие друзья. Они пришли на выручку, когда он их даже не просил об этом. Кто мог так поступить, как ни настоящие друзья?

Элисей улетал после смены с кем-то из них, посидеть и расслабиться. Иногда, когда совпадали смены, он виделся с Шульгой, тогда ему удавалось посидеть в компании местной элиты: летчиков и штурманов. Затем компания расползалась. Кто шел "покатать шары", кто-то к игровому автомату: так иногда удавалось оплатить вечер, а иной раз даже заработать на следующий визит. Товарищи подсказали ему некоторые хитрости. Так они запретили ему брать с собой карту. Скачать с нее деньги целиком было невозможно, но попади она в умелые руки один раз, и с нее можно будет понемногу снимать при каждой проверке. Чтобы попасть на "Туз", эта карта не нужна, достаточно идентификационного браслета, а расплачиваться лучше всего наличкой. Для этого надо всего лишь заблаговременно снять сумму у себя на модуле.

Всё это Элисей намотал себе на ус. Он действительно отпустил усики и бородку посолиднее, чем до этого, что придало ему некоторый шарм. Стал он внимательнее относиться к прическе и внешности. Модная челка отвлекала внимание от ушей. Взгляд теперь был уверенным, а не как у "испуганного ёжика". Вроде бы он даже поправился, по крайней мере, щеки не казались такими впалыми. Обзавелся он выходным костюмом, в котором походил на этакого плейбоя, а не на недавнего выпускника института.

Всё реже Элисей виделся с Гелей. Да, с ней было интересно и приятно пообщаться, но Элисею требовался иной вид общения, а с женой Главного этот номер не прошел бы. У Яши же он перезнакомился со многими женщинами, но отношения ограничил лишь несколькими избранницами. Элисей не спрашивал их возраста, не узнавал, замужем ли они, даже не интересовался работой. Им, как и ему самому, требовался просто здоровый секс, а всё остальное было неважно.

Эти новые знакомые были сродни бескорыстным подружкам по институту. Элисей встречался с ними по очереди, уединялся в жилых комнатах на час, полтора, а затем они расставались. Если позволяло время, он возил их к себе в гости, в свои апартаменты.

С ними было хорошо, по крайней мере, Элисея подобные отношения вполне устраивали. И, несмотря на это, Элисей частенько прибегал к платным услугам многочисленного "особого" персонала.

Более всего он сошелся с двумя веселыми девицами: негритянкой Замби и гавайкой Локелани.

Замби говорила, что родом прямо из Африки, хотя ее происхождение, как и имя, были, скорее всего "легендой", что впрочем, Элисея не волновало. Замби была крупновата и грубовата, хотя прямолинейна, простодушна и безудержна. Локелани или просто Ло была куда хитроумнее. Она всегда знала, чего хотят от нее мужчины. Конечно, что именно им хотелось, угадать было несложно. Однако Ло всегда знала, когда поддакнуть, когда охнуть, кому просто покивать головой или вздохнуть. С кем можно поупираться, а с кем лучше сразу согласиться. Ко всему прочему комплекция ее была как у девочки-старшеклассницы и мордашка миленькая, смугленькая. Круглый ротик и два огромных наивных глаза – озерца. В них она и утопила Элисея.

Соскучившийся по женскому вниманию Элисей забывал обо всём на свете в ее присутствии. Он оплатил ее новое невообразимо короткое платье и туфли на немыслимо высоких каблуках. Как оказалось, во владениях Яши Халимовского функционирует целый магазин дорогих и красивых шмоток.

– Зачем тебе это? – искренне изумился Элисей, когда в примерочной увидел Ло в новом облачении.

– В чем же я буду соблазнять тебя? – искренне удивилась та.

– Ты и безо всего этого хороша. – Элисей улыбнулся, рассматривая складную фигурку подружки.

– Я знаю, Эл, но в бар-то я не могу приходить голышом, – словно не поняв Элисея, ответила Ло.

– Я не это имел в виду, – слегка смутился он.

– Ты бы посмотрел на меня, если бы я была одета в рабочий комбез, как эти твои умные подружки? – подняв наивно-хитрый взгляд, спросила Ло.

"Конечно, нет", – ответил Элисей, но лишь в мыслях.

Элисей понимал, что это всего лишь капризы, но ему было приятно чувствовать себя в роли покровителя. Ему даже стало казаться, что Ло встречается лишь с ним одним: так она умела себя подать – ни слова, ни намека о других мужчинах. Элисей любил потрепаться, и Локелани слушала его, не перебивая, открыв рот и распахнув глаза.

– Ты такой интересный, такой умный! Ты мой герой! Как здорово, что мы повстречались! Я бы осталась с тобой до конца своих дней! – Вот тот нехитрый запас восклицаний, к которому Ло прибегала во время их общения.

То, что он сам встречается с ней и Замби, ее нисколько не смущало. "Она же моя подруга. Мы всем с ней делимся". Порой Ло сама предлагала устроить "а труа". Это происходило в комнате одной из девиц, когда "общага" пустовала. Иной раз Элисей приглашал их к себе на "Кашку". В этом плане отдельное жилье было как нельзя кстати.

Кем работали новоиспеченные подружки и работали ли вообще, Элисей не знал и не интересовался этим. Он словно бы наверстывал упущенное за несколько прошедших месяцев. И совсем не скупился, платя за секс, угощение или подарки. Для него это всё были мелочи.

* * *

Казалось, положение его стабилизировалось. Элисей нашел свое место на «Авроре». Только тогда он поместил информацию о себе на сайте выпускников института, где во всех красках расписал свои заслуги. Он уже подумывал о продлении контракта. Его положения и уловки он изучил до тонкостей и нашел кое-что, что можно было бы использовать в свою пользу.

Неприятности начались как-то исподволь, совершенно нежданно. Элисей работал уже пятый месяц, по венерианскому календарю. Как-то он по обыкновению отправился погулять на "Трёшку". Поболтал со знакомыми "диспетчершами" – как он их называл, но взглядом искал Замби или Ло. Он увидел их обеих в компании незнакомцев, вид которых Элисею не особенно понравился: определенно это были зеки. С ними связываться не хотелось. Они были завсегдатаями бара, и Элисей знал, что они здесь главные зачинщики потасовок, драк, а порой и поножовщины. Как правило, эти выясняли отношения между собой, но под горячую руку могли попасться и посторонние люди. Элисей сегодня решил ограничиться кем-то из бескорыстных подружек, но Замби заметила его и помахала, зовя за столик. Элисей нехотя подошел, поздоровался и собирался уйти.

– Ты спешишь? Айда посидим, – широко улыбаясь, выдал вдруг здоровяк на сленге. – Ло говорит, ты классный чувак. Спасатель, да?

– Просто так вышло, – хмыкнул Элисей.

– Просто так люди драпают от опасности, а не на рожон лезут. Свой зад, он вон ближе к телу, – видимо сострил верзила.

– Элик, посиди с нами. К этим своим занудам всегда успеешь. – Ло состроила глазки. – Глянь, Жорик. Это Эл мне обновку подарил. – Похвасталась Ло новым платьем.

"Жорик" – мелкий тип, который оказался французом Жолио, похвалил наряд: "Козырно! Ты, Ло – Королева!" и предложил Элисею тост за знакомство. Так они понемногу разговорились. Болтали обо всём и о подвигах Элисея, в том числе. Жорик хаял компанию и ее порядки, Элисей больше помалкивал. Немного позднее, за неимением других тем, как-то случайно вышел вопрос о бубновом тузе на корпусе модуля и Элисей пересказал то, что знал от Дамира.

– Да, было дело, – неожиданно подтвердил Жорик. – Вот прямо в этом баре и играли. И не бог весть когда, а вот четыре года назад всего. Только Рассел сам этого туза намалевал, вот. Ага, в память о том, что едва не продулся вот в пух и прах. Это верно, что двое суток резались. Вот так и было. А уперся этот Рассел потому, что не хотел ниггеру уступать. Да, да, второй игрок вот черный был, как его?.. Эдвин Блэк, точно. Прикольно, да? Ниггер Блэк! А Рассел Минс, тот был натуральным янки. Вот и уперся...

Они потом оба одним рейсом на Землю вернулись, вот. И после этого от них ни слуху, ни духу не было, а туз бубен остался вот нам на память. Мол, играй, да не переигрывай. Мол, мозги-то включай, хоть изредка. Ага... Вот так и было, – закончил свое немудреное повествование Жорик.

На этот раз Элисей всё же ушел из-за стола и отправился домой в одиночестве. Что-то его напрягло в отношении к нему новых знакомых. Да, он не любил подобную компанию, такие прилипнут, потом не отвяжешься. Но дело было не только в этом. Жорик уж больно много говорил, много выспрашивал подробностей о "героическом" подвиге Элисея. Зато тот второй, приятель Жорика, которого никто по имени не назвал, всё время сидел молча и, казалось, внимательно слушал всё, о чем говорилось за столом. Но может, Элисей оказался слишком мнительным на его счет.

Прошло, наверное, недели две, если не больше, как Элисей вновь оказался в неприятной компании. Всё это время ни Замби, ни Локелани ему не звонили, но, едва заприметив в баре, тут же оказались рядом. Элисей посидел с ними немного и уже собирался пригласить к себе, как за стол подсел Жорик.

– Привет героям космоса! Я сегодня угощаю! У мамани моей день рождения...

Пришлось задержаться. Элисей не заметил, как за столом появился молчаливый спутник Жорика. Потом к ним присоединился кто-то еще и еще. Замби и Ло незаметно исчезли. Элисей вышел из ступора, когда услышал грубый вопрос:

– Чего это к нам с "Козла" зачастили?

Он не понял сначала ни сути вопроса, ни то, что обращен он был к нему.

– Хорош, хорош, Поп, уймись. Это же Элисей, спасатель.

– Слышь, ты, герой-спасатель?! Чего это сюда зачастил? Бабы наши нравятся? На вашем "Козле" уже трахать некого?

"Так вот как местные называют нашу "Кашку", "Козлом"?" – Элисей поднял взгляд на говорившего. Верзила был еще тот, а судя по акценту – американец. Элисей знал несколько видов рукопашного боя еще со школы, но ни один из них не подходил для потенциального противника. Всё равно, что колотить по карботу голыми руками. Здесь мог выручить один точный и неожиданный удар в болевую точку, но в том состоянии, в котором находился Элисей, вряд ли можно было рассчитывать на точную технику. К тому же неизвестно, как поведут себя приятели этого Попа? Вряд ли они безучастно будут сидеть и смотреть, если вдруг завяжется драка. Всё это промелькнуло в голове Элисея одной яркой вспышкой.

– Как тебя зовут? Поп?

– Не твое собачье дело! Точнее, не твое козловое! Так меня называют только мои друзья, а тебе...

– Мне наплевать, как тебя там называют. Поп или Попа. Или Жирная Америкосовская Задница. Я что-то нигде не видел твоей кликухи: ни при входе, ни в коридоре, ни даже в сортире. Здесь свободная территория – бываю, где хочу. А насчет женщин... Может, они сами приглашают нас? Может тут на "Трёшнике" у кого-то концы усохли?

– Нарываешься, пацан? – набычился Поп.

– Ага. – Элисей понимал, что играет с огнем, но остановиться уже не мог. Или он сейчас прогнет ситуацию под себя или никогда уже не сможет бывать здесь. Поп медленно поднялся... что произошло после этого, Элисей помнил плохо. Он уже был готов нанести точный и молниеносный удар, но из-под него выбили стул. Элисей упал. Его подняли, продолжая держать за руки. Элисей забыл, что честно эти уроды даже драться не могли. Сейчас между ним и Попом никого и ничего не было.

– На баб мне наплевать, а вот, что кореш мой из-за тебя на койке больничной оказался...

– Какой еще твой кореш?

– Такой. Которого ты с паровоза столкнул. За него ответишь.

Элисей еще понять не успел, причем тут какой-то паровоз и чей-то кореш, когда увидел, как блеснуло лезвие. Он дернулся, но держали его всё еще крепко. Потом раздался окрик: "Танкист!" Потом что-то промелькнуло, и Поп покатился по полу, сметая стулья, столики, разбивая посуду. Вслед ему полетел и Элисей. И хотя он сразу же поднялся, в суматохе и мерцающем свете было сложно разобраться, кто тут танцует, а кто дерется. Последних вдруг оказалось не меньше, чем первых...

* * *

Элисей отделался лишь ударом в челюсть и по ребрам. Хотели ли его убить или только порезать? Сейчас выяснить это не было возможности. Всё могло обернуться плачевно, если бы вовремя не вмешался Константин Шульга. Это он сбил Попа с ног. Но и он не сумел бы разрулить ситуацию: подельников Попа оказалось слишком много. На стороне Танкиста оказались пилоты и штурманы. Как ни странно, но на стороне «своих» оказались и немецкие летчики, по какой-то своей причине недолюбливающие американцев только лишь потому, что здесь не было китайцев.

Вот так началось с вопроса о женщинах, а закончилось, чуть ли не межнациональным конфликтом, в центре которого опять оказался Элисей.

Эти подробности он узнал от Эвана и Дамира, выйдя из медицинского блока. Они пришли встретить и проводить его домой. Тем не менее, пришлось задержаться, чтобы дать показания полиции. Элисей столкнулся с ней на "Авроре" впервые. Он вынужденно узнал, что полицейские обязанности выполняют здесь бывшие копы, отстраненные или осужденные за мелкие проступки и халатность в работе. Разумеется, они работали наравне со всеми, но за выполненную дополнительную работу по охране общественного порядка им выплачивалась и дополнительная оплата, а потому от этого никто не отказывался.

"Эх, где вы были, когда драка началась? Не поверю, что вчера у Яши не было ни одного из ваших". – Впрочем, вслух Элисей эти мысли благоразумно не высказал.

Утром Ларягин выслушал Элисея, молча, лишь кивнул и разрешил приступить к работе. Кое-что о ночных событиях Главному накануне подсказал Константин.

– Из-за чего там кипишь начался?

– Один америкос "Кашку" обозвал "Козлом". Элисей и завелся.

– Перед девчонками решил выпендриться? – хмыкнул Ларягин.

– Как раз девчонок-то за столиком не было. Вообще не понимаю, как он среди этих зеков оказался, – пожал плечами Шульга.

– А он прилетел не один?

– Вроде бы со своими, с вашими, "Кашными".

– Да, друг, ты прав на счет него.

– В плане? – вопросительно посмотрел на того Константин.

– Что он всё время не там, где надо, не со всеми, – пояснил Игорь.

– Да, это в его стиле! – рассмеялся Шульга.

– Дела,.. – мрачно вздохнул Главный. – Вот чем приходится заниматься, вместо нормальной серьезной работы! Уже середина 21 века, а мы всё никак не можем вытравить из человека обезьяну.

Шульга не сразу понял, о чем речь и ответил не сразу:

– Эта обезьяна составляет часть человеческой натуры. Она хитрая, коварная и подлая. Она притаилась и выжидает.

– Чего выжидает?

– Своего часа, когда у человека в мозгах наступает полночь.

– Ну, ну. "Как-то в полночь, в час угрюмый..." – процитировал Игорь.

– Типа того, – пожал плечами Константин.

– Но ее же можно как-то вытравить? Нужно!

– Нельзя, – кажется, друзья продолжали чей-то давний спор по поводу этой дикой и хитрой внутренней обезьяны. – Мы можем ее воспитывать, дрессировать, укрощать, но истребить не сможем. Умрет она – умрет человек.

– Я не согласен с тобой.

– Это твое личное мнение, но мне мерещится иное... Ты вот что, ты бы распорядился расследование провести. Я не думаю, что этот обезьянер за нож просто так схватился. Из-за "Козла" или из-за девчонок.

– А что так?

– Сдается мне, зеки разводилово устроили, но не сами, – Константин изобразил, как курит трубку на манер Шерлока. – Нечисто там было. А как вы считаете, коллега?

– Хорошо, прикажу. Так ты говоришь, узнал его?

Шульга кивнул, он признал в Попе одного из картежников, когда они выбивали правду из Буча Кинга. Ниточка потянулась, и вскоре выяснилось, что этот Поп действительно затеял драку неспроста. Его главным доводом было якобы то, что из-за Элисея пострадал наладчик. Тот на самом деле оказался на больничной койке, но Элисей был к этому совершенно непричастен. Более того, если бы ни он, Томас Манн мог вообще погибнуть. Но для Попа эти аргументы не имели значения, ему был нужен повод, чтобы выместить – неважно на ком – свою обиду за всю свою неудачную жизнь и случай подвернулся. Кстати, Поп и Томас Манн не были ни друзьями, ни корешами.

Назад к карточке книги "Планета Багровых Туч. Часть первая (СИ)"