Текст книги "Антология сатиры и юмора России XX века. Том 24. Аркадий Инин"

Автор книги: Аркадий Инин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 16

Матвей открыл глаза, посмотрел на окно, за которым серело пасмурное мартовское утро и выдохнул. В постели он лежал один – Алисы рядом не было. Утром всё случившееся вечером и ночью почему-то воспринималось несколько иначе. Нет, Воскобойников ни о чём не жалел, прошлое всё равно никому не дано изменить, но только вспоминая тихий шёпот и женские стоны, он неожиданно почувствовал… вину. И не перед Алисой, а перед…

– Матвей, доброе утро, – раздался голос из коридора. – Вставай, студент, завтрак готов, поговорить надо.

Он быстро поднялся, вышел из комнаты, совершенно не стесняясь своей наготы, принял душ и натянул джинсы и свитер. На кухонном окне, поджав под себя ногу, сидела Почаева и маленькими глоточками пила кофе. На столе были разложены тарелки с оладьями, сметаной и мёдом, салфетки и приборы. Алиса внимательно осмотрела молодого человека и улыбнулась.

– Садись, поешь. Мёда со сметаной хватит или варенье предложить? Извини, но ничего мясного у меня нет, холодильник я практически освободила. – Она с улыбкой смотрела на жующего парня и всё так же внимательно рассматривала его, будто хотела запомнить это серое утро.

Матвей быстро умял предложенное угощение, сделал первый глоток крепкого кофе и замер, услышав тихий голос:

– А кто такая Лидочка, Матвей?

Он медленно поднял глаза и хрипло ответил:

– Моя двоюродная сестра. А ты откуда знаешь её имя?

– Ты сегодня утром назвал меня Лидочкой, парень. Вот мне и стало интересно, кто же эта девушка, что снится нашему Казанове? – Воскобойников аккуратно поставил чашку на стол и опустил голову. Вот и стало понятно, перед кем он чувствует вину. – Расскажи мне всё, Матвей, и мы вместе решим эту проблему. Мы с тобой уже столько вопросов решили, а вдруг и тут наш тандем сработает.

– Не сработает, Алис. Дело в том, что мы с Лидой родственники, поэтому наши отношения не могут быть близкими по определению.

– Ну это как посмотреть. Двоюродные… это родственники не первой родственной линии, так что можно попробовать. А для начала пей свой кофе и рассказывай. Всё. От состава вашей семьи до ваших родственных пока ещё отношений.

И Матвей начал свой рассказ. Алиса сползла с подоконника, налила себе ещё кофе и села за стол напротив. Она задумчиво теребила волосы и иногда прищуривалась. Когда Воскобойников умолк, Алиса побарабанила пальцами по столу и спросила:

– Исходя из твоего рассказа, я правильно поняла, что у вас Лидой общих родственников только бабушка по линии матери, так?

– Да, это так, но ты же понимаешь, что наше с ней близкое родство делает наши отношения и наш брак невозможным.

– Это кто тебе такое сказал?

Матвей удивлённо посмотрел на врача и неуверенно пожал плечами:

– Но, Алис, достаточно вспомнить царскую семью и всё.

Почаева хмыкнула и заметила:

– А ты не дурак, ишь хватил! Себя с Николаем сравнивает. Матвей, это были династические браки «между своими», которые заключались в течении столетий. Там такого накопилось за все эти года и десятилетия, что болезнь Алексея Романова ещё цветочки. Да и о любви там редко когда говорилось. Такие браки заключались из политических интересов или сложившихся традиций. Что касается людей более низкого социального положения, то тут играли роль экономические причины. Как бы захапать побольше или своего не упустить. Кстати, существуют более дальние примеры кровосмесительных браков, например, в Древнем Египте, ведь Клеопатра была замужем за своим братом Птолемеем, который к тому же был младше её. Но если не брать во внимание Древний мир и Средние века, то вспомни Книгу книг. Дети Каина и Авеля кем друг другу приходились? Поскольку все люди произошли от Адама и Евы, некоторые сыновья Адама, женились на своих сёстрах. Конечно, брать в жёны сестру не приветствуется, но на тот момент это было необходимо для продолжения рода.

– Ты так хорошо знакома с этим вопросом?

Алиса помолчала и тихо ответила:

– Мы с Ильёй тоже родственниками были, и почти в такой же степени, как и вы с Лидочкой. Наши отцы имели общего папу. Поэтому мы всё очень тщательно изучили, перерыли массу литературы. И поженились. Хотя вырывали своё право на счастье зубами, поэтому и были счастливы. Слушай меня внимательно, Матвей. Если у тебя есть шанс – бери его. Если этот шанс меняет всю твою жизнь – позволь ему случиться. Сейчас, подожди.

Она сорвалась с места и почти бегом умчалась куда-то, через несколько минут появилась с какими-то тетрадками и большим блокнотом. Она разложила их на столе, перелистывая страницы и что-то бурча себе под нос.

– Вот оно! – Алиса торжественно повернула исписанную страницу к Матвею. – Слушай. «Исследования показывают, что риск появления детей с врождёнными уродствами в браках двоюродных братьев и сестёр совсем ненамного выше фонового – всего на 1,7 %. Запреты на такие браки вводились исходя из экономических и социальных нужд, а вовсе не в целях снижения вероятности проявления наследственных заболеваний. Риск появления детей с врождёнными недостатками существенно выше у других категорий населения – людей старше 40 лет или алкоголиков, браки которых не контролируются государством. Эти три довода обосновывают допустимость браков между кузенами». Понятно? Плюс ко всему нет юридических запретов на такой брак. Вот рукой Ильи написано: «Согласно статьям Семейного кодекса, не допускается заключение брака между:

– лицами, из которых хотя бы одно лицо уже состоит в другом зарегистрированном браке;

– близкими родственниками (родственниками по прямой восходящей и нисходящей линии (родителями и детьми, дедушкой, бабушкой и внуками), полнородными и неполнородными (имеющими общих отца или мать) братьями и сестрами);

– усыновителями и усыновлёнными;

– лицами, из которых хотя бы одно лицо признано судом недееспособным вследствие психического расстройства». Понимаешь? То есть, исходя из этого всего, браки между двоюродными братом и сестрой возможны. ЗАГС, во всяком случае, обязан вас расписать. К тому же, у вас есть возможность проконсультироваться в Институте генетики.

– Осталось всё это донести до родителей и убедить саму Лидочку.

– А тут уже всё зависит от тебя, студент. Одно могу сказать. Если ты будешь любить её так же как меня сегодняшней ночью, тебе простят всё, даже общую бабушку. А теперь тебе пора, Матвей. И я хочу, чтобы ты знал – ты очень помог мне, возможно, даже спас. От меня же самой. А теперь уходи. Иди, иди, давай!

Матвей обулся, накинул куртку и уже в дверях обернулся, чтобы тихо сказать:

– Ты классная чудачка, Алиса Дмитриевна Почаева. И я горжусь, что ты была в моей жизни. Береги себя, коллега.

***

– Как смена прошла? – Богдан выкрутил руль и бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида, глядя на Лидочку.

– Мат пропускать?

– Да.

– Молча прошла.

Шанин хмыкнул и притормозил перед светофором.

– Отвозим Лидочку, а потом тебя, Соня. – Он вопросительно посмотрел на любимую и подмигнул, Соня неожиданно покраснела и молча кивнула.

– А братец наш где? – поинтересовалась Платова. – Опять где-то шляется?

– Почему это сразу шляется? Он отсыпается сегодня, я его освободил от тяжкой доли вас отвозить, привозить, охранять и прочая, и прочая.

Лида недоверчиво хмыкнула и отвернулась к окну. Последний их с Матвеем разговор по её мнению поставил жирную точку в девичьих мечтах о взаимности, любви и будущем счастье. Хотя, может быть, это и к лучшему. Ничего хорошего из этого всё равно бы не получилось. Во-первых, они брат и сестра. А во-вторых, Лидочка была уверена, что их родители будут против их с Матвеем близких отношений. И даже если допустить, что её мама как-то поддержит дочь, то мама Катя с точки зрения врача точно будет против. Опять из-за их родственных связей. А посему надо смириться и безропотно принять тот факт, что им никогда не быть вместе. Несмотря на то, что в последнее время Лида поняла, кого она любит, к кому тянется её сердце. Поэтому и рассталась с Валерой, который страшно раздражал её в последнее время. Только вот знать об этом некоторым совсем необязательно.

Через некоторое время машина остановилась перед домом Платовых, Лидочка вышла и попрощалась с друзьями до понедельника – учёбу никто не отменял. Она медленно прошла по дорожке к дому, обернулась вслед отъехавшей машине и глубоко вздохнула. Надо бы в комнате убрать, всё равно Кирюхи сегодня не будет, он всегда у деда Кирилла пропадает или у Саши Морозова зависает, Инна его уже разбаловала всякими вкусностями. Она вошла в свою комнату, опустилась на кровать и огляделась. Когда-то Лидочка прочла, что ежедневно на Землю падает около 27 тонн космической пыли. И она была твёрдо уверена, что тонны две-три падают именно в её комнату. Иначе как объяснить вечное скопление космического артефакта на книжных полках и столе?

Лидочка прикрыла глаза и пружинисто поднялась. Пока не пришли родители, а они каждую субботу ездили по магазинам, а затем навещали бабушку Таню, надо вытереть пыль, снять шторы, помыть цветы. А если хватит сил, то и разобрать исписанные листы со шпаргалками. Она переоделась, притащила стремянку и включила погромче музыку. Она так увлекалась уборкой, что не услышала, как щёлкнул замок и в дом кто-то вошёл. Лидочка сунула снятые шторы в стиральную машину и вернулась в комнату, пританцовывая под заводную музыку. Побрызгала разлапистые фиолетовые листья королевской бегонии, подбросила вверх мягкую тряпочку для пыли и испуганно вскрикнула – брошенную вверх салфетку поймала крепкая мужская рука.

– Что за… Матвей, я тебя убью! – Лида замахнулась на смеющегося брата и улыбнулась. – А ты чего приехал?

– Так просто. Увидеть тебя захотел. – Матвей расстегнул куртку и сел в кресло. – А чего это на тебя чистота напала? Нечем заняться после ночной смены? Поспала бы, не так много у нас времени на сон остаётся.

– Чистота напала? – воскликнула возмущённо девушка, бросая в сидящего Матвея очередную салфетку. – Я точно тебя когда-нибудь прибью!

– Поверь профессионалу – судебные медики работают классно, тебя враз вычислят!

– Я тебя защекочу до смерти, ни одно вскрытие не установит причину твоей скоропостижной смерти, понял? – Она опустилась на диван и внимательно посмотрела на Матвея. – У тебя всё хорошо? Зачем ты всё-таки приехал?

Матвей с мягкой улыбкой смотрел на любимую девушку и думал, как ей всё рассказать, чтобы поняла, поверила и согласилась.

– Зачем приехал… Если бы сказать об этом было так просто. А почему ты одна? Где твой помощник?

Лида резко встала, подошла к столу и начала бесцельно перекладывать на столе исписанные мелким почерком листы бумаги. Матвей встал и скинул куртку, подошёл ближе и аккуратно повернул её, всматриваясь в покрасневшее лицо.

– Лидуш, что с тобой? Тебя кто-то обидел? Это он тебя обидел? Я его уничтожу, – прошипел Матвей, прижимая сестру к себе. Лида глубоко вдохнула и прижалась к брату, чувствуя, как вдруг навалилась усталость, глаза сами собой закрылись, и она замерла в таких привычных и уютных объятиях. – Что он сказал или сделал?

– Ничего, – прошептала Лида. – Просто я опять наступила на привычные уже грабли и чуть не разрушила наши с тобой мосты.

– Старые мосты могут ещё пригодиться, – весело хмыкнул Матвей. – Лучше сжечь старые грабли. Лид…

– М?

– Лидка, я соскучился. Очень. – Матвей наклонил голову и прикоснулся губами к девичьему уху. Затем чуть отстранил Лидочку от себя и быстро начал покрывать поцелуями её лицо, шепча «прости меня, прости», на что девушка лихорадочно ему отвечала, пытаясь целовать его в ответ и тихо шепча «нам нельзя, слышишь, нам нельзя»…

Через некоторое время Лида сидела на плечах у подпрыгивающего Матвея и со смехом вешала чуть влажные шторы, пытаясь попасть петельками в тонкие держатели. Когда со шторами было покончено, Матвей аккуратно снял любимую с плеч, прижал к себе и тихо прошептал:

– Ложись отдохни, Лидуш. Тебе надо отоспаться, – и добавил с лукавой улыбкой: – а то ты мне за последние дни вынесла весь мозг!

Лида фыркнула и вздёрнула подбородок вверх:

– Что это за выражение такое – «ты вынесла мне весь мозг»? Так и скажи: «Дорогая, у меня не хватает аргументов, чтобы парировать твоим блистательным доводам». – Она посмотрела на Матвея и тихо спросила: – Что нам делать дальше?

– Дальше? Мы с тобой для начала поедем в Институт генетики. А потом… потом будем убеждать всех окружающих, что только вдвоём мы сможем быть счастливыми. Потому что я люблю тебя, Лидочка, только тебя. Тебя одну.

– И я, Матвей. Люблю. Только тебя.

Глава 17

Игорь Шанин налил коньяк в пузатые бокалы и протянул один из них своему давнишнему другу:

– Не понимаю, Алексей, и как ты так резво променял хирургию брюха на торакалку?

Алексей Петрович Фадеев, известный хирург, доктор наук, который приехал в родной город на международную хирургическую конференцию, пожал плечами и широко улыбнулся:

– Да я сам не знаю, Игорь. Но когда занялся хирургией сердца, меня как подкинуло, ей-богу! Я и инструменты со своей бригадой новые начал придумывать, и новые подходы к лечению ишемии сердечной мышцы. А тебе рассказывать не надо, сколько сейчас людей болеет этой заразой. Да и мы тоже без инфарктов не останемся, поверь.

– Я тебе сейчас язык вырву и скормлю его бездомным собакам в виде гуманитарной помощи, – раздался голос Анны из кухни. – И прослежу, чтобы твоё сердце перестало пульсировать! – Шанин и Фадеев рассмеялись, Анна в это время зашла в комнату, неся поднос с чашками. – Игорь неисправим, даже при высоком давлении продолжает пить кофе. А тебе, Лёша, чай, как ты любишь.

– Анюта, ты чудо! Кстати, о пульсе. Я тут статейку одну интересную во вражеском журнале прочёл, в которой говорилось, что человек может жить без пульса. Это обнаружили врачи, которые установили вместо больного сердца пациенту экспериментальный кардиостимулятор. Он качал кровь без пульсов. Кровь шла потоком. К сожалению, больной умер через месяц от болезни печени, не связанной с заболеванием сердца. Так что мораль сей истории такова: хочешь жить со здоровым сердцем – береги печень!

Шанины и Фадеев опять рассмеялись. Алексей откинулся на спинку кресла и глубоко вздохнул:

– Хорошо у вас, ребята, уютно. И пацан у вас высший класс. А как Инночка?

Игорь посмотрел на Анну, та улыбнулась мужу и с гордостью ответила:

– Иннуля наша уже врач высшей категории, старший ординатор рентгенологического отделения в нашем госпитале. Ма-а-ма, между прочим. Замечательный внук у нас растёт Ванька Морозов. Так что мы с Игорем, Алексей, бабушка с дедушкой. А давайте соберёмся у нас после докладов?

– Спасибо, Анют, но я к сестре должен заехать, лет пять, наверное, уже не виделись. И к родителям на могилу обязательно сходить надо. А то всё бежим, летим, а жизнь проходит. Работа, работа, работа, а кроме неё ещё и что-то другое существует. А ты постепенно превращаешься в загнанного циника. А ведь внутри каждого циничного человека живёт разочарованный идеалист, у него даже эмоция есть – улыбка разочарования. Но самое страшное в жизни любого медработника состоит в том, что со временем он постепенно перестаёт улыбаться. И тогда ты понимаешь, что пришло время подумать о чём-то ещё. О чём-то высоком…

– Ага, о давлении, например, – быстро ответила Анна, чем вызвала улыбки на мужских лицах. – Хорошо, я согласна, едешь домой, но до пятницы должен вернуться! А мы в пятницу устроим шабаш, позовём всех наших, шашлыки замутим, может, погода устаканится. А то уже надоела эта серость, хмарь, хмурь и хрень одновременно. Давай?

Фадеев улыбнулся и согласно кивнул. Только как он посмотрит на Катю по прошествии стольких лет? Да, он уже дважды был женат, что-то искал, хотел, требовал, сравнивал. У него подрастали два сына, но забыть единственную женщину, которую любил, он так и не смог. И простить себя за предательство не смог тоже.

– Дети у нас уже взрослые, мешать не будут, соберёмся своим старческим коллективом, пошамкаем, повспоминаем, пожалуемся. Алёшка, ты меня вообще слушал? – Анна нахмурила брови и грозно посмотрела на друга.

– Да, конечно, дыхание везикулярное, хрипов нет, – с улыбкой ответил Фадеев, за что тут же получил прилетевшей подушкой в голову. – Я, конечно, согласен, ребята. Даю слово, что вечером в пятницу я ваш с потрохами, копытами и какашками.

Они ещё немного поговорили, затем попрощались и Шанины проводили Алексея Фадеева в гостиницу. Оставаться у друзей он категорически отказался, дабы не смущать и не стеснять. Да и просто прогуляться по городу тоже хотелось.

Начало недели в Центре травмы началось с праздничной суеты, долгожданных встреч, воспоминаний и серьёзных докладов. Коллеги делились своими знаниями, рассказывали о своих достижениях, вспоминали интересные клинические случаи. Прошло два дня, докладчики разъехались, но Анна Викторовна Шанина успела шепнуть доктору Фадееву, поглаживая его по плечу и голове, что она помнит его обещание, и чтобы он не обольщался – если женщина гладит вас по голове, она просто проверяет, в какую сторону у вас башка откручивается. После чего громко хохочущий Фадеев поклялся, что будет в пятницу как штык, поцеловал жену друга и прошептал «Анютка, ты просто прелесть».

***

Матвей снял куртку и бросил её на заднее сиденье. Погода будто вспомнила, что уже прошло почти полтора месяца весны, и наконец-то показалось солнце, подул тёплый ветер, зацвели деревья, показались первые клейкие листочки. Лидочка побежала в библиотеку за какой-то заказанной монографией, Соня задерживалась на кафедре педиатрии, Богдан уже угнал на ночное дежурство. Воскобойников усмехнулся – сегодня Лидочке надо отдохнуть, ей завтра на сутки. Но скоро праздники, а это значит, что они смогут провести вместе целых два дня! Два дня, когда они смогут не думать ни о чём, а просто быть вместе, любить друг друга. Матвей улыбнулся, он недавно понял, что нужно не тосковать в ожидании, а радоваться в предвкушении – это очень влияет на результат. А результат всегда отличный.

Они по совету Алисы съездили в Институт генетики и были приятно поражены, что их сразу приняли, потому что об этом попросила сама доктор Почаева. Матвей ещё раз мысленно поблагодарил этого светлого человека за помощь – даже находясь далеко, она продолжала незримо поддерживать его. Они честно рассказали консультанту о своей проблеме, о болезни и гибели брата Матвея, вспомнили о всех известных болезнях в их родах. В конце их визита сдали анализы и были успокоены работниками института, что по их мнению у молодых людей не было никаких причин для беспокойства. Лидочка тогда неожиданно расплакалась в парке, она так до конца и не поверила в то, что они с Матвеем смогут быть вместе. В тот вечер они тайно целовались, ласкали друг друга, и только присутствие дома Платовых-старших останавливало влюблённых от решительного шага. Но у них ещё вся жизнь впереди, они всё успеют.

– Матвей, мы готовы, – Лидочка и Соня сели в машину, болтая об учёбе и предстоящих праздниках, смеялись и подшучивали друг над другом. Вскоре Лида нежно поцеловала брата и побежала к дому, а Матвей и Соня направились домой.

– Мэт, давай сегодня вечером сходим куда-нибудь, а? Богдан дежурит, Лидочке завтра на дежурство, а мы с тобой свободны аж до понедельника.

Матвей согласно кивнул:

– Давай, сейчас только домой заедем, что-то жратеньки хочется. А то с тобой как куда завеешься, сестрёнка, забудешь как еда выглядит.

Соня игриво покачала головой и закинула руки за голову. Они быстро проехали по загородному шоссе, свернули на свою улицу, Матвей притормозил у ворот, и тут Соня вдруг ударила себя ладонью в лоб:

– Вот же балда! Я хлеб купить забыла! Мэт, ты загоняй машину, а я метнусь в магазин. Я быстро.

Соня выскочила из машины и побежала в сторону небольшого поселкового магазина, Матвей улыбнулся ей вслед и завёл машину во двор. Он не успел заглушить мотор, как услышал громкий визг тормозов и крик. Молодой человек выбежал со двора и с ужасом увидел, как его сестру пытаются силой запихнуть в уже знакомую синюю иномарку. Матвей оглянулся и вспомнил, что сегодня не видел машину сопровождения с людьми Сперанского, и понял, что помощи ждать неоткуда. Он рванул к стоящей неподалёку машине, моля Бога, чтобы Соня смогла продержаться ещё несколько секунд.

Уже подбежав ближе, Матвей резко наклонился и схватил лежащий на земле камень, сильно размахнулся и бросил булыжник в заднее окно автомобиля. Треск разбившегося стекла отвлёк преступника, и Соня смогла вырваться, но не рассчитала и, потеряв равновесие, упала в кусты, что росли вдоль дороги. Матвей с ходу толкнул похитителя, стараясь отстранить его от барахтающейся в густой растительности сестры.

– Ты кто такой, мать твою? Чего надо? Я сейчас полицию вызову! – Воскобойников ещё раз ударил неизвестного мужика в лицо.

В это время с шоссе свернула чёрная машина, Матвей отвлёкся, и в следующий момент его пронзила дикая боль. Он видел перекошенное от ненависти лицо и окровавленный нож, будто в замедленной съёмке повторно входящий в его тело. Позади раздался истошный крик сестры, шум мотора и шелест шин удаляющейся машины. Последнее, о чём успел подумать Матвей, что мама не переживёт… А потом его затопила чернота…

Соня выбралась из кустов, на ходу вытаскивая телефон и нажимая на кнопку быстрого вызова. Через секунду раздался весёлый голос любимого:

– Сонюшка, ты без меня не можешь и дня прожить?

Соня прикрыла глаза и дрожащим голосов ответила:

– Богдан, приезжайте срочно! Только что ранили Матвея. Богдан, он умирает, слышишь? – Соня вдруг разрыдалась, стараясь положить голову брата на свои колени. Она слышала, как Богдан что-то прокричал, потом спокойно и чётко выговаривая слова спросил: – Скажи мне точно, что произошло, только не плачь, не кричи, мы уже едем. Вы где?

– Мы у нашего дома, я пошла в магазин, а тут эта машина, а Матвей кинулся меня защищать, а тот его ножом в живот ударил. Господи, Богдан, тут столько крови!

– Соня, слушай меня внимательно. Постарайся чем-то прижать рану. Не дёргай его, не позволяй никому и никуда его везти. Саня, быстрее! – к кому-то обратился он. – Мы совсем близко, Соня, будем минут через десять-пятнадцать. Глеб, звони в Центр травмы.

– Нас не примут, они сегодня не ургентируют, – услышала Соня чей-то голос.

– Примут, – уверенно ответил Богдан. – Я отцу позвоню! Соня, я отключусь, позвоню папе, чтобы они готовились встретить нас. Ничего не бойся, мы скоро будем!

Соня мелко трясла головой, будто Богдан мог её видеть, сунула телефон в карман и прижала голову брата к себе. Она как во сне увидела двух молодых парней, подбежавших к ним. Один что-то говорил по телефону, другой прижал пальцы к шее Матвея и успокаивающе произнёс:

– Ничего, девочка, всё образуется. А этого гада мы поймаем. А вот и ваши показались, давай я его подержу, у тебя рука ранена. – Соня непонимающим взглядом уставилась на свою руку с длинным порезом, из которого сочилась кровь. Но тут рядом остановилась машина «‎скорой помощи», из неё выскочил Богдан и ещё какие-то люди, и Соня заплакала, вытирая слёзы, размазывая их по лицу вместе с кровью, судорожно заглатывая воздух и громко крича. Она не поняла, как оказалась в машине, как ей забинтовали руку, как напоили чем-то дурнопахнущим. Она смотрела на лежащего на носилках Матвея с кислородной маской на лице и слышала слабый писк кардиомонитора, понимая, что её брат пока жив, что он борется за жизнь. Соня видела, как Богдан ввёл иглу в вену, как побежал по трубочке прозрачный раствор, кто-то громко ругался, машину трясло, но они всё ближе и ближе подъезжали к больнице, где их ждал дядя Игорь. Соня закрыла глаза и впервые в жизни тихо прошептала:

– Господи, помоги ему! Не оставь его своей милостью!