Текст книги "Все ради тебя (СИ)"
Автор книги: Ария Тес
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
«Как все тайное стало явным»
Лиза; сейчас
Мое утро начинается с неприятного.
– Она в Москве.
Это мне говорит Паша, который «держит руку на пульсе», когда заходит ко мне в комнату в очередной раз без стука. Я как раз вышла из душа и досушила волосы, так что сидела перед зеркалом, где и столкнулась с ним взглядами.
Он был хмурым. Очень-очень хмурым и злым. Паше не нравится все то, что я делаю, но он понимает. В моих словах ведь есть доля правды, вот она – перед нами. Изи прошла контроль и сейчас заказывает такси, так что скоро будет у Салмановых.
Я в этом не сомневаюсь. Знаю.
С того вечера в опере прошло три дня – ей немного надо. Киваю и звоню Анисе. Она постоянно на связи, все ждет, когда я к ней приеду – очень хочет поболтать, но пока я отказывалась. Ждала. Этого часа. Нет, конечно, ей я рассказывать ничего не планирую, но дом родителей Адама – самое безопасное место. Да и мне не надо, чтобы эта тварь подловила меня где-то в другом месте, а она подловит. Я это тоже знаю. Чувствую.
– Ты готов? – тихо спрашиваю Пашу, он ухмыляется.
– К чему там готовится, господи боже? Естественно!
Вот и договорились. Еще через час я сажусь в машину, он садится рядом. Заводит. Пристегиваемся. Мне на телефон падает еще одна смс-ка от Адама…
Адам
Лиза, возьми трубку!
Прости, малыш, не сегодня. Я перелистываю нашу переписку наверх и слегка прикусываю губу…
Вы
Малыш, сегодня чувствую себя получше и еду к твоей маме)))
Адам
Лиза, нет! Сегодня не вариант! Давай лучше завтра? Или, может быть, вообще на нейтральной встретимся все вместе?
Адам
Лиза!
Адам
Лиза, ты меня слышишь?!
Адам (15)
Прости, малыш. Прикрываю глаза, потом засовываю телефон в сумочку и вздыхаю.
– Звонил?
– Пятнадцать раз.
– Пытается остановить?
– Да.
– А мне стоит?
– Нет.
Вот и поговорили. Паша хмыкает, заводит двигатель и выезжает с территории, а я смотрю в окно на дом. Красивый. Деревянные панели цвета карамельного дерева, ровные линии. Квадраты. Это рай современной архитектуры, обнятый со всех сторон многовековыми соснами.
Очень спокойно.
Будто весь мир подождет.
Мне нравится здесь прятаться от стресса, правда. Но…прятаться больше не вариант. Я хочу раз и навсегда расставить точки над «i», пока Паша будет колдовать над ее техникой.
Что-то мне подсказывает, там мы найдем много чего интересного.
Потому что не верю! Я. Не. Верю! Что Адам был единственным… Эта женщина – отрава; она – яд. А яд любит много жертв. Это его суть – проникать в души и калечить, убивать. И ее суть ничем не отличается.
Я знаю.
Прости, Адам. Я знаю, что ты не хочешь, чтобы я с ней встречалась. Знаю. Но это для твоего и нашего блага. Прости…
В раздумьях не замечаю, как мы останавливаемся перед домом. И все вроде бы так хорошо! Фасад купается в солнце, птички чирикают. Но я чувствую пульсацию вокруг как ореол. Плохую пульсацию, темную.
Смотрю в сторону – машина Адама косо припаркована, будто наспех.
Все-таки приехал…черт. Выдыхаю без облегчения, скорее вешая на сердце гирю побольше, но что поделать? Я, наверно, знала, что он все равно приедет…
Паша смотрит на меня.
– Все нормально?
– Да, пошли.
Выходим. Я указываю ему влево и говорю:
– Там будет дверь для прислуги. Заходишь, поднимаешься на второй этаж. Эта сука всегда останавливается во второй комнате справа. Понял?
– Разберусь. Ты справишься?
– Разберусь.
Брат бросает на меня взгляд, но слишком многое на кону, и он знает – я никогда не передумаю! Потому что не боюсь. Я. Ее. Не. Боюсь! И бежать – не побегу никогда! Так что он уходит, и я ухожу – вперед.
– Здрасте-здрасте! – притворно весело тяну, как только толкаю их большую дверь, – Аниса, вы в доме?
– Лизонька!
Слышу.
Во второй гостиной.
Ну, хорошо…
Я их дом теперь отлично знаю. Очевидно. Делаю пару шагов, потом толкаю двустворчатые двери и вот тут-то замираю.
Мизансцена странная.
Посередине комнаты стоит Адам. Нет, не так. Он не стоит – он буквально в землю врос. Надулся будто. Кулаки сжаты, напряжен до предела…
Напротив него она. Мерзкая сука! В шикарном платье пастельно-розового цвета. Оно облегает ее тело, как вторая кожа, а волосы создают жгучий контраст.
И улыбка…
Эта проклятая улыбка, чтоб ее! Я столько раз видела эту улыбку, и как же она меня раздражала… Мне всегда казалось, что она смотрит на меня с долей иронии, знаете? Так, снисходительно-подчеркнуто-надменно. Но я думала, что это отношения связано с ее дочерью, а точнее с тем фактом, что я Адама у нее «увела». Как все получается, да? Плевала эта тварь на свою Ясмин. Это была не злость из-за неудавшегося брака. Это была злость из-за ревности.
И сейчас я вижу ее. Вместе с ненавистью, которая клубится на дне ее жестоких, черных глаз.
– Ооо… Елизавета, – тихо тянет, а точно шипит!
И я хмурюсь. Делаю неловкий шаг вперед, мол, не понимаю же, что происходит! Аккуратно спрашиваю.
– Здравствуйте? Адам, что ты…
Аниса пару раз моргает. Тут явно что-то происходило, пока меня не было, но она явно не понимает что…
Так жаль.
К сожалению, она единственная, кто не понимает… Аниса не знает. Это очевидно. Наверно, Адам просто что-то сказал? Может быть, как тогда с Ясмин? Он потребовал, чтобы Изи покинула дом? Но его мама не знает, откуда такое желание? Если бы она знала – разговор был бы другим, совершенно точно!
– Лизонька, проходи и…
– Нет, – раздается глухой голос Адама.
Его мама тихо цыкает.
Я вижу, что она тоже старается спустить очень накаленную ситуацию на тормоза. Улыбается – только улыбка эта больше испуганная. Она боится, потому что чувствует! Тут что-то не так… Аниса же мать. Она хорошая мать! И она знает – ее сын не просто так встал в позу. Но она старается…
– Адам, ну прекрати, пожалуйста. Ты ведешь себя…
– Я сказал! – рычит, резко переводит взгляд на маму, – Лиза не будет находиться в одном доме с этой сукой!
Тишина звенит всеми колоколами мира. Оглушает.
Мда…я не это планировала, честно! Не это! Но, как обычно бывает, ничто не идет так, как мы задумали…
И все же я стараюсь, как Аниса, сгладить ситуацию. Что-то исправить…потому что мне кажется, что сейчас грянет молния. А этого нельзя допустить! Мама такого не заслужила…
– Адам? – делаю маленький шажок, но он тут же оборачивается и рычит уже на меня.
– Стой на месте!
– Адам! Это не серьезно! – Аниса начинает выходить из себя и повышает из-за нервов голос, – Прекрати себя так вести! То, что произошло между тобой и Ясмин давно в прошлом!
Изи имеет наглость усмехнуться.
Боже…какая же ты сука! Ну как?! Как это возможно?! Чтобы моя мама умерла от болезни, а ты…ты жила?! КАК?!
Но это вопрос риторический…
Я шепчу.
– Адам, посмотри на меня…
Не реагирует. Он смотрит только на Изи, как будто…ты боишься? Он ее боится? Да, точно…он как будто ее боится!
– Адам? – шепчу еще тише и делаю маленький шажок, а она наконец-то открывает свой рот.
– Адам, брось. Это и правда несерьезно. Столько лет прошло…или ты ее не забыл?
Меня обдает мурашками от такого жирного намека, и я вдруг вспоминаю…сколько этих паршивых намеков было за пять лет…господи! Их столько было! Почти каждый раз, когда она приезжала в Россию, что случилось, конечно, нечасто, но было! И каждый раз она…смотрела на него странно, глубже, чем допустимо! И намекала…примерно, как сейчас!
Я ее убью.
У меня никогда не возникало желания кого-то убить! Даже тех сук…которые лезли к Адаму – нет! Побить? Возможно! Но убить?! Никогда…А эту! Она же до сих пор его за горло держит и давит-давит-давит. Я раньше этого не понимала, но теперь, когда знаю правду...мне так...до ярости больно! Что моего любимого человека мало того, что заставили поверить в какую-то херню, так продолжают нашептывать! Она же в его голове до сих пор! Она там! И она шипит змеей в самые сложные моменты его жизни. А еще сжимает-давит-крушит...
Хватит!
Срываюсь и быстро подхожу к Адаму. Беру за руку. Не могу допустить, чтобы он и дальше был против нее один! И встаю прямо перед ним. Решительно, бескомпромиссно.
– Не смей говорить с ним, ты усекла?! – рычу, перенимая его манеру, – И смотреть не смей! Намекать! Закрой свой блядский рот и…просто…не нарывайся, старая, вонючая сука!
– Лиза! – Аниса в ужасе прикрывает рот рукой, но мне себя затормозить – не вариант вообще.
Сердце колотится, как бешеное. Я часто дышу. Смотрю на нее, сама до боли в пальцах держусь за Адама.
Как же я тебя ненавижу, тварь…
А она усмехается! Вы представляете?! Потом голову назад закидывает и натурально ржет! Доводя меня до вибрирующих, красных точек перед глазами…
– Лизонька…Я же просто пошутила. Конечно, он давно забыл мою дочь. Это так…просто…
– Закрой рот, – хрипло шепчу, – Я советую тебе заткнуться сейчас.
– Ты мне советуешь?
Изи вздергивает черную бровь и наклоняет голову набок.
– А немного на себя берешь? Советы раздавать?
– Даже мало.
– Вон оно как…– кивает пару раз, но улыбается только шире, – Я спишу твои слова на беременность. Видимо, ты не готова услышать мои извинения…
– Засунь их себе в задницу!
– Ничего. Я понимаю. Тоже была на твоем месте…кстати, об этом. Так чудесно…
Господи, да ты больная, да?!
Ее взгляд опускается на мой живот, и мне натурально стремно. Она же на самом деле больная! Что же с тобой сделали, чтобы так жестко сломать психику?!
– Ребенок, значит…мои поздравления.
Пошла ты.
– И какой срок?
Молчу. Она не отрывается от моего живота, который я хочу защитить. Укладываю на него руку.
– Не твое дело!
– Да брось, – бросает на меня наглый взгляд с кривой усмешкой, – Я же буду почти бабушкой…
Дальше все происходит, как в замедленной съемке. Я вижу, что Изи тянет руку к нашему малышку, Адам за спиной каменеет еще больше. А потом бах! И взрывается. Резко шагает вперед, хватает ее за запястье и с такой силой толкает, что она падает на пол и прокатывается чуть ли не до стены.
А я уже за другой стеной. Его спина – вот моя защита.
Одной рукой Адам сильно прижимает меня к себе, загородив от опасности, еще и теснит в сторону. Его мама кричит…
– Адам! Ты совсем с ума сошел! Что же ты творишь и…
Я слышу, как она делает пару быстрых шагов в сторону своей подруги, но замирает.
Потому что это наконец-то происходит. Тайное становится явным…
– Когда мне было семнадцать, она меня растлила!
Бам!
И я прикрываю глаза, упираясь лбом ему между лопаток…
«Прости меня»
Адам; сейчас
Не верю, что я это сказал.
Губы горят, как будто я лавы выпил, тело меня не слушается! Кажется, я даже на мгновение теряю нить со своей реальностью, готовый брякнуться в обморок, как гребаная принцесса! Но нет! Нет! Здесь Лиза. Я должен ее защитить.
Это выше меня.
Адреналин. И одна только мысль – я должен ее защитить.
Кажется, это что-то животное…
Я никогда не позволял себе бить женщин – это правда. Отец воспитал меня иначе. Он всегда говорил, что как бы себя ни вела оная, ты не имеешь на это прав! Никаких! Потому что ты сильнее априори. Какой бы женщина ни была – физически ты всегда будешь ее превосходить. Поэтому не смей даже думать об этом!
Но сейчас другая ситуация.
Изи для меня больше не женщина. Она – угроза. Лизе и моему ребенку. Я же знаю, на что она способна. Я помню, как ей нравилось. К сожалению, я этого никогда не забуду…
Картинки острыми краями вонзаются в мозг.
Темная комната одного из борделей Москвы, где каждый посетитель – глубокое инкогнито. Круглая кровать посередине. Крики вокруг.
Им всем это нравится, Адам. Это секс. Тот самый секс, который ты пока не понимаешь, но он поможет. Ты станешь чувствовать себя лучше…
Хлыст с острыми краями. Белая спина. Она скоро станет кроваво-красной и синей от ударов. А потом будет секс. Опять. И кинжал. Опять.
Я уже чувствую железный запах, который будто въелся в мою кожу, и сколько бы я ни принимал душ после, от меня все равно разит кровью и ее духами из кислых лимонов. Настолько кислых, что они жгут вены изнутри.
А на ухо:
Тебе же стало легче…
– Что ты сказал?
Возвращаюсь в реальность, когда еле слышный шепот мамы разбивает звенящую тишину.
Блядь.
Я так хотел тебя защитить от этой информации, мам. Прости меня…
Но мой психолог говорит, что это не выход. Прятать голову в песок невозможно больше! И если я хочу излечиться – я должен рассказать. Конечно, едва ли он имел в виду «так», но как уж вышло, да? А вышло откровенно скверно.
– Прости меня, – говорю также тихо, а сам Лизу к себе сильнее прижимаю.
Она не сопротивляется. Вкладывает свою ладошку мне в руку и сжимает, чтобы я знал: она рядом.
И усмехнуться бы, но как? Мама так смотрит на меня…с таким ужасом…
Лиза; сейчас
Я держу его крепко, чтобы он знал, что не один. Я рядом, малыш. Я всегда буду рядом с тобой.
Адам дышит тяжело. Я слышу, как это дыхание ворует буквы, а потом выглядываю и смотрю на Анису. Она вся побелела…мне даже страшно, что с ней что-то случится, но…я говорила вроде? Нет? Скажу сейчас. В любом случае это лишним не будет: Аниса – хорошая мать; она сильная женщина, и она боец.
Мы встречаемся с ней взглядами.
Наверно, она ищет во мне помощи? В смысле…отрицания? Или чего-то, что скажет ей…этого не было! Моего ребенка не могли! Его не могли…! Но я слегка киваю.
Так нужно.
Раз уж так случилось – так просто нужно…она должен знать, потому что она – мать. Я бы хотела знать, чтобы помочь. Я и хотела знать, чтобы помочь! А если бы это был мой сын? Совершенно точно.
Изи как будто не существовало в эти мгновения. Только мы втроем. И жаль, что это не так…
Вдруг комната взрывается ее смехом.
– Растлила? – фыркает, и я слышу, что поднимается на ноги, – Ты с ума сошел?
Аниса молчит. Я молчу. И Адам тоже. Но смотрим на нее – на змею, которая пытается выкрутиться…
– До чего ты дошел, мальчик мой, в попытках отомстить моей дочери. Теперь будешь клеветать?
Адам сильнее сжимает мою ладонь.
– Это…правда? – тихо шепчет Аниса, но змея смотрит только на Адама.
– Ну? И что же ты молчишь?! Ты отомстить мне так решил?! Ясмин была девчонкой всего лишь! Она…
– Я спросила! – вздрагиваю от крика мамы, – ЭТО ПРАВДА?!
– Аниса, ты сумасшедшая, да?! – резко отвечает Изи, – Ты что…веришь в этот бред?! Да я…
– Мой сын о таком не стал бы врать!
– Ха! Да ну?! Напомнить, о чем он врал когда-то…
– О таком он никогда не врал! И не стал бы! Он – хороший мальчик!
– Ты многого не знаешь о своем… «хорошем мальчике»… – шипит с улыбкой она, – Ты слепая, если в это действительно веришь. Твой сын…
– Заткнись!
Ого…
Я в жизни Анису такой не видела. Она сейчас похожа на воительницу! Делает шаг вперед, еще секунда – точно кинется! И выглядит просто потрясающий…глаза горят, щеки, губы! Великолепна…как любая мать, которая защищает своего ребенка.
– Не смей говорить про моего ребенка неправду!
– Может быть, ты сама у него спросишь? М? Про…Тамару, например?
Адам сжимается, как будто его плетью щелкнули. Я тут же обнимаю его за торс и рычу.
– Какая же ты тварь…
Хочу добавить что-то еще. Что-то, что узнала от Сая, например, но не успеваю. Аниса чеканит.
– Мой сын допустил ошибки в своей жизни, и я это знаю, но я никогда в жизни не поверю, что он мог участвовать в той истории! Он просто не мог этого сделать! Адам никогда бы не поступил так с женщиной!
– Ты понятия не имеешь, что твой сын делает с женщинами.
Звучит так ядовито…
А потом…
– Так это правда…
Тишина режет. Смешок – накаляет.
– Растлила ли я его? Нет, дорогая подруга. Он сам этого хотел.
Бам!
Это признание похоже на…раскат грома. Оно бьет прямо в середину комнаты, прямо в сердце, из-за чего я обдаюсь мурашками и шумно выдыхаю.
Подлая, мерзкая сука…
– Я этого никогда не хотел, – глухо хрипит Адам, на что получает еще один смешок.
– Да ты что? Мальчик мой…
– НЕ СМЕЙ НАЗЫВАТЬ ЕГО ТАК!
Аниса делает пару стремительных шагов, но Изи, как дикая кошка, отпрыгивает в сторону и заходит за светлый диван.
Взгляд ее совершенно сумасшедший…маски пали. Теперь она – как она есть. Больная тварь…
– Не приближайся ко мне! Аниса! Ни шагу!
Аниса тяжело дышит и сжимает кулаки. Изи тихо усмехается, блеснув недобро глазами.
– У меня есть пара козырей, ты же знаешь. Понимаешь, о чем я…
– Закрой рот…
– Зачем? Ты так беспокоишься о своем сыне. Забавно, да? Он не мог, а старший сын, он мог?
– Я СКАЗАЛА – ЗАТКНИСЬ!
– Я уйду! И ты никогда не расскажешь Натану о том, что здесь сегодня было. Ясно?! Или…пеняй на себя. Ты же не хочешь этого, да? Чтобы кое-что всплыло на поверхность…
– Мам? О чем она? – спрашивает Адам, но Аниса молчит.
Только крепче кулаки сжимает, но молчит.
А мне страшно. Потому что я-то знаю о чем она…
– А правда. О чем я, Аниса? Расскажем? Или, конечно, можем подождать... Натан скоро приедет. И Сай, возможно? Давай им позвоним? Пригласим?
– Мам?
– Адам, я… – растерянно шепчет Аниса, и на это больно смотреть!
Чтоб тебя!
Просто ужасно… использовать такую тайну – высшая степень уродства человеческой души…
– Если ты хочешь свалить, – встреваю я, глядя на нее исподлобья, – У тебя есть ровно пять минут, чтобы это сделать. И да, без вещей.
– Маленькая дворняжка все еще лает? Лизонька, тебе бы молча стоять. Чтобы не казаться такой идиоткой, как в последние пять лет…
– Не смей с ней так…
– Разговаривать? Почему, Адам? Она же верила в твою любовь. Забавно, да?
– Я в нее верю, потому что это правда!
– Да ты что? Правда? Тупая идиотка! Да он не любит тебя и никогда не любил! Он всегда будет только моим…
– Ты больная. Лечиться надо. Серьезно.
– А ты, Адам? – игнорирует меня, переведя взгляд на Адама, – Помнишь, я же тебе говорила, что она тебя бросит? Ты помнишь? Она никогда не примет тебя таким, какой ты есть… никогда!
Эти слова звучат особенно жалко, учитывая, что я здесь и крепко сжимаю его руку. Но мне страшно, что он все-таки в это поверит, каюсь. Поэтому я ласково глажу его большим пальцем и говорю.
– Малыш, не слушай ее. Это неправда. Я здесь. И я тебя не брошу никогда…
– Я знаю.
– Дурак!
Наша нежность бесит ее больше. Выносит землю из-под ног. Кажется, она даже готовится к прыжку, как королевская кобра! Но я перевожу на нее взгляд и ухмыляюсь.
– А время-то идет… Кстати, я не сказала? Мой брат сейчас на втором этаже имеет твой ноутбук во все отверстия разом.
Изи резко замирает.
– Кажется, я вижу страх в твоих глазах? – со смешком тяну дальше, – О да. Это он. Интересно, что же мы там такого найдем?
– Как ты…
– Ты же любишь шантажировать, да? И я, оказывается, тоже очень люблю это делать. Он вскроет его, если уже не вскрыл, и тогда польется дичь. Готова поспорить – ее там на три жизни вперед хватит! А твой козырь? Ха! Ты серьезно думаешь, что он сработает?
Изи щурится.
– Ты понятия не имеешь...
– Так уж вышло, что имею. Помнишь Андрея?
Лицо натягивается маской, а я триумфально расширяю глаза и киваю.
– О да. Помнишь. Так вот, он – мой отец.
Шумный выдох. Она резко леденеет, а я тихо усмехаюсь.
– Вот так-то лучше, дорогая. Все козыря бьет один хитрый джокер. Я все знаю. Он мне все рассказал...
– И что?! – пытается держать лицо, – Я...
– Они уже едут сюда. Он и Натан Альбертович, старая тварь. Подождем? Посмотрим вместе, что же Паша найдет в недрах твоей больной башки?
Нет, не подождем. Я вижу по глазам, что она хочет со мной сделать, но знаю, что не сделает. По крайней мере, сейчас.
Изи стоит еще мгновение, а потом кидается к двери. Еще секунда, и ее нет – остался только шлейф ее духов с кислым привкусом лимона.
Теперь я, кажется, знаю, почему Адам ненавидит лимоны…
– О господи…
Аниса грузно опускается на диван, а мы так и стоит. Посреди безумия, боли и тайн прошлого…
Адам не поворачивается. Заслоняя меня от ее духа, вдруг роняет тихое…
– Ты знала, да?
Я прикрываю глаза и прислоняюсь к его спине, шепчу в ответ.
– Я ничего не знаю, малыш. Пока ты мне сам не расскажешь – я ничего не знаю…
Бонус: «Это судьба»
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! Глава обещает быть жесткой, но ее читать необязательно. Только если вам интересно заглянуть в голову к Изи. Только если вам интересно хотя бы немного ее понять. И только если вы к этому готовы…
Она
Водитель везет ее в аэропорт, а она считает про себя от ста до нуля.
Изи знает, что только так сможет вернуть себе благоразумие, а его вернуть нужно.
Неужели он рассказал?...
Этого она никак не ожидала. Это плохо. Нет, на Анису ей по большому счету всегда было плевать. Она считает ее жалкой в какой-то мере, слабой в другой, в третьей – обычной наседкой, но вот ее муж…Натан – это проблема. Когда-то давно он не представлял угрозы, как младший брат. Слабый брат. Тот, кому не суждено было получить компанию, поэтому и не нужно было наращивать массу брони. Другое дело Кристиан…
Сердце Изи начинало биться быстрее, только когда она вспоминала о Кристиане.
Идеальный. Вот каким он был. Высокий, прямой взгляд, чувственные, полные губы. Он – образец надежности, силы, мужественности. Как она и говорила, идеальный мужчина. Если бы не одно, жирное «но»: Кристиан был игроманом.
Это обнаружилось внезапно. Резко она бы сказала. Все шло так хорошо, а потом, когда Альберт поставил его во главе фирмы – как подменили. Он стал пропадать в казино и не признавал своих проблем. Из-за этого он и умер еще спустя пару лет. Нет, конечно, не из-за этого, но карты стали началом длинной цепи событий. И да, у него был не один недостаток, конечно же…
Изи не любила вспоминать о втором. Но как о нем забыть, если все эти годы он мелькал перед глазами? Рос? Становился мужчиной? Как же она ненавидела его…блядский выродок от блядской телки. Нет, это она его убила.
Усмехнувшись, Изи потерла свое кольцо с огромным рубином и самой себе кивнула. Она. Это она его убила, а кто держал пистолет так ли важно? Нет, совсем нет.
А сейчас это вообще дело давно забытого прошлого. Сейчас она чувствует взгляд Натана себе в лопатки, и это уже очень плохо. Ведь да, время ушло, оно многое поменяло и перевернуло: Натан тебе не мальчишка, он – мужчина. И ради своего сына? Он сотрет ее в порошок…когда он узнает – черт, как же все плохо…
Прикрыв глаза, Изи позволяет себе откинуться на спинку мягкого сидения и немного успокоиться. Восемьдесят пять. Восемьдесят четыре. Восемьдесят три.
Нет! Какого хера, собственно?! Она должна будет прятаться всю оставшуюся жизнь! А они?! Жить?! И эта тварь! ЛИ-ЗОНЬ-КА! Такая же сука. Какая же она сука! Посмела! Угрожать! Мне?! Да ты берега перепутала, дорогая!
Отняла у нее Адама…
Она отняла у нее Адама! Он ее! Только ее!
Поддавшись порыву, Изи быстро достает телефон и усмехается, когда находит нужное имя в списке контактов. Ну, раз ей все равно прятаться, да? Почему бы не оставить после себя действительно достойную память?
Несколько коротких слов.
Приказ по-простому. Ну ничего. Ясмин справится. Она знает. Изи хорошо воспитала свою дочь…
– Не заезжай в аэропорт, поезжай дальше, – командует она, – Там будет скрытый заезд на частную полосу. Слева.
Фу. Какая мерзость.
Изи морщится от приступа гадливости, что ей – ЕЙ, ТВОЮ МАТЬ! – пришлось заказывать машину через какое-то там приложение! Где это видано?! Сколько унижений…
Ну ничего. Вы еще за все мне ответите, твари!!!
Семьдесят пять. Семьдесят четыре. Семьдесят три.
Когда машина останавливается у частного бизнес-джета, на который Изи указала, она и не думает обмениваться любезностями. Выходит, громко хлопнув дверью, и быстро идет в сторону самолета.
Ее уже ждут.
Ее маленький мальчик. Один из многих. Но самый верный. Она его недавно приобрела. Познакомились на частной вечеринке в Ницце, куда он прилетел с семьей. Молодой, зеленый, еще даже не окончил университет! Ну и что? Ей нравятся молодые мальчики. Они более выносливые.
И послушные, конечно же.
– Изи, что случилось? – стоило ей переступить порог, как мальчишка вскакивает и хмурится.
Волновался? Господи, какая трогательная забота.
Изи натурально передернуло от этих соплей, и она не собирается сейчас скрывать своего отношения.
Опускается на сидение и рыкает.
– Давай только без драмы. Взлетаем!
Мальчишка хмурится сильнее, делает к ней шаг и тихо шепчет.
– Изи, у тебя проблемы? Ты только скажи! Я тебе помогу! Я…
– Блядь! Я сказала! Завали и давай команду, Коля!
– Любимая, ты можешь со мной обо всем поговорить!
Она натурально рычит. Терпения, которого и без того было на донышке, совсем не хватает. Изи резко поворачивается и ядовито цедит.
– С чем ты мне поможешь?! Убьешь эту суку и ее выродка?!
– О чем ты? – не понимает, а ее только больше распаляет его огромные глаза, наполненные ненужными ей чувствами.
Любовь, граничащая с обожанием.
Подкидывает дров тот факт, что Адам, как бы она его ни дрессировала! Никогда так на нее не смотрел. Никогда!!! Мало того, ей пришлось шантажом заставлять спать с ней! В первый раз, конечно же. Изи – искусна в сексе. Она любит многое, знает многое, и уж точно больше этой вонючей Лизы! Что она может?! Постанывать в такт в миссионерской позе?! Адаму этого никогда не будет достаточно! Ему нравится жестко. Ему нравится по-разному. Он любит брать ее голову и трахать, пока та не начинала захлебываться слюной. Душить. Он любит жестко… Лиза – его, блядь, Лиза! Ничтожество! Пустое место! Но он смотрит на нее так, как сейчас смотрит на Изи этот щенок – с любовью, и это бесит.
Ненависть опаляет кости, крутит внутренности, и она поддается ей. Она всегда ей поддается. Она любит ей поддаваться.
– Не понимаешь? Все ты хорошо понимаешь, милый мой, – сладко тянет она, сама взгляд-нож вонзает прямо в сердце.
Очень жаль, что это всего лишь долбанная метафора.
– Лизонька. О ком еще может идти речь? Об этой мелкой, зарвавшейся суке! И ее пузе!
Николай резко дергает головой назад и молчит. Изи он моментально перестает интересовать.
Нет, она не выдохлась, просто он – слабак. Скучный, пресный мальчишка.
Хмыкает и отворачивается, открыв свою сумочку.
– Неважно. Ты – слабак, Коленька, поэтому будь душкой. Дай команду и заткнись, я…
Речь неожиданно обрывается самым что ни на есть фееричным образом. Изи поначалу даже не понимает, что происходит, она будто просто утратила какие-то очень важные связи.
В ушах еще так противно звенит…что происходит?
Медленно подносит руку, которую почти не чувствует – просто знает, что она есть! – к голове. Там что-то влажное и горячее. Что это?
Смотрит на свои пальцы. Снова не понимает. На них…это кровь? Но откуда?
Поднимает глаза.
Напротив стоит Коля. В его руках бутылка с шампанским, а сам он дышит часто и хлестко.
Вот тогда-то нейроны и метнулись резко ракетой: Изи начала соображать.
Она выставляет руки перед собой и шепчет, пока кровь капает на ее красивое платье. Ну это ничего…говорят, солью надо, да? Хотя какая разница? Изи никогда не стирала собственную одежду, и почему сейчас об этом думает?
– Коля…я…
Язык не слушается. Заплетается. Она прикрывает один глаз, его заливает кровь.
Вдруг становится дико страшно. Забавно. Когда ей в последний раз было страшно? Наверно, когда-то очень-очень давно. В самом детстве. Пока отец не уничтожил ее невинность, размазав кровью по собственным простыням с ромашками.
С тех пор Изи ненавидит ромашки. Серьезно! Она их видеть не может, тошнит сразу, появляется аритмия, позвонки скручивает холодом.
Сейчас ей позвонки тоже скручивает, а Коля наступает.
– Слабак, значит?! – орет так, что Изи сжимается.
Ее снова бросает в прошлое, когда на нее так же орали.
Пожалуйста, не надо…
– Я – слабак, сука?!
Он хватает ее за волосы. Голову простреливает боль. Беспомощно расставив руки в стороны, Изи летит на красный ковер.
Тогда ковер был синим, но в принципе это неважно. Она и синий видит, и красный видит, и все мешается в сознании, как если закинуть в миксер все ингредиенты ее любимого коктейля.
Сзади наваливается тяжелое тело. Она чувствует, как в спину давит колено, и страх накатывает новой волной.
Все было точь-в-точь… все было так же.
Нет-нет!
– Да, сука!
Коля остервенело рвет подол ее платья, трусики. Она барахтается. Кровь идет из носа, а может, нет? Она не может понять. Пытается бороться, но как? Он сильнее. Папа сильнее…
– Отпусти, папа!
– Да! Называй меня папочкой! Это я, не он! Я! Вот зачем ты захотела в Россию, да?! К НЕМУ?! К НЕМУ, СУКА?!
Изи орет, но крик – это просто бульканье. Она ничего не может сделать. Это выше ее сил.
Только скрести ковер ногтями. Только надеяться на чудо.
– Я ЖЕ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, СУКА! ЛЮБЛЮ! Я! А НЕ ОН!
Толчки похожи на раскат грома над маковым полем. Также кроваво и паршиво…или нет? Она чувствует, как внутри зарождается то, что неправильно. Это неправильно…так не должно быть…
– Я БЫЛ С ТОБОЙ! Я ТВОЙ! ЗАЧЕМ ОН ТЕБЕ НУЖЕН?! Сука-сука-сука!
Шею обвивает толстый ремень. Он затягивается, душит, а воспоминания окончательно соединяются с реальностью. И она уже не знает, где правда, а где выдумка. Она улетает и слышит только…
– ВОТ ТАК, СУКА! ТОЛЬКО Я ЗНАЮ, КАК ЗАСТАВИТЬ ТЕБЯ КОНЧИТЬ! Только я! Только я…
Это судьба, наверно? В последний раз Изи усмехается и падает во тьму, где так приятно быть…неправильно, но приятно. Хорошо. Она в этой тьме с четырнадцати лет. Во тьме с настойчивым запахом лимонов…
