Текст книги "После развода. Я тебя верну (СИ)"

Автор книги: Арина Громова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

=30=

Компьютера здесь не было, но на это я и не рассчитывала. Арсанов пользовался ноутбуком, причем все время брал его с собой, чтобы всегда иметь все самое важное под рукой в нужный момент. Так что он бы не оставил его в своем кабинете.

Да и как бы я включила компьютер? Как бы разблокировала? Там же наверняка пароль, причем очень сложный. Сразу и не разберешься.

Прошлась по комнате, начала изучать каждую полку. Книги. Папки с документами. Просматривала все подряд.

Обернулась и глянула на часы. Сколько времени займет полный обыск? Могу не успеть. И хоть мне было плевать, если Арсанов застанет меня за подобным занятием. Будет возмущаться? Да пусть возмущается!

Главное для меня сейчас – найти детей. И если это хоть как-нибудь поможет, то я сделаю все, только бы добиться цели.

Впрочем, когда он появится, возможности обшарить каждый угол уже не будет. Лучше действовать сейчас. По максимуму.

Отошла от шкафов и приблизилась к его рабочему столу. Тут наверняка все самое серьезное хранится.

Опять множество самых разных документов. Строчки расплывались перед глазами. Меня трясло от волнения, оказалось практически невозможно сосредоточиться.

Графики. Таблицы. Всякие отчеты.

Важные бумаги, да… но к разгадке они меня ни на секунду не приближали.

А вообще, дурацкая идея. Если бы Арсанов похитил моих детей, разве стал бы он хранить доказательства в своем кабинете?

Ну а если за похищением стояли его родители, то это информация совсем свежая. И получил он ее в офисе, так что каких-то зацепок в его доме не будет.

К тому же, он переехал недавно. Специально, чтобы расстроить мою свадьбу с Михаилом.

Сколько жил во Франции? Наверняка, меньше месяца.

Я вздохнула и обессиленно опустилась в кресло. Ощущала себя абсолютно измотанной. От собственного безделья.

Хотелось бежать, делать хоть что-нибудь, но в то же время у меня словно ноги отнимались от тех эмоций, которые на меня накатывали.

Толкнула один ящик стола, после второй. Ничего интересного в глаза не бросилось. Очередные папки. Канцелярия.

Откинулась на спинку кресла. Нервно дернула ногой и от этого прокрутилась вокруг своей оси.

Взгляд зацепился за картину на стене. Прямо позади рабочего стола.

Странно. Давид бы никогда не повесил такую картину в своем кабинете. Современное искусство. Какая-то абстракция. Бывший муж всегда выбирал классику. А тут вдруг…

Ну может, вкусы поменялись.

Или…

Я резко поднялась и подошла к картине.

Стоило проверить шальную догадку.

Подвинула кресло, забралась на него, чтобы была возможность снять картину со стены. А после с трудом перевела дыхание, осознав, как оказалась права.

Сейф. Вот, что скрывалось за изображением.

В нашем старом доме тоже было нечто подобное.

Поставила картину на пол. Провела пальцами по кодовому замку. От негодования закусила губу.

Код для сейфа в нашем доме помнила до сих пор. Наизусть. Когда-то именно Давид заставил меня выучить его на память. Так, чтобы даже посреди ночи могла вдруг проснуться и сразу назвать.

– Зачем? – удивлялась тогда требованию мужа. – Давид, я не пользуюсь сейфом. Нет смысла мне эти цифры запоминать.

– Это важно, Ира, – твердо произнес он. – Ты должна быть в курсе, где у меня хранится все самое важное.

Код к этому сейфу можно только попробовать угадать.

И я начала с того, чтобы ввести наш старый. Слабо верилось, что с тех пор Давид ничего не поменял. Но вдруг?

Какой же у меня был шок, когда послышался характерный щелчок.

Дверца отъехала, а я отдернула руку, будто обожглась.

Повезло.

Да, мне просто повезло сейчас.

И терять возможность я не собиралась. Потянула дверцу, чтобы открылся полный обзор на содержимое сейфа.

Внутри лежал планшет.

И я опять ощутила горечь разочарования.

На таком устройстве тоже должен быть пароль.

Подхватила планшет, провела пальцами по экрану. И тут же от неожиданности присела в кресло, на котором стояла.

На заставке мое фото. С малышами.

Как ножом по сердцу. Сейчас такой момент…

Только зачем это фото Давиду? Он же вышвырнул нас. А это фото даже не одно из новых. Старое. Из прошлой жизни, до нашего развода.

Ладно, пока не время об этом размышлять.

Начала изучать, что есть на планшете. Не просто так же Арсанов хранит его в сейфе. Там должна быть ценная информация.

Только я ничего не обнаружила.

Кроме галереи фото и видео.

Начала листать и ощутила, как защипало глаза. Множество наших фотографий. Меня и детей. Разные годы, разные места.

Давид следил за нами все это время…

Но зачем?!

Выгнал. А из вида не выпускал.

Все это не укладывалось в голове.

Да, был момент, когда мы встретились. Всего один раз – вот после этого мне и пришлось бежать из страны. Помог Монах.

Но тогда мне казалось, Арсанов хочет отобрать моих детей, потому что в нем взыграла сиюминутная ревность, злоба. Он не захотел смириться с фактом, что я начала жизнь заново. Больше не лила слезы по нему.

Теперь же все это никак не складывалось.

В галерее планшета было огромное количество материала. За нами буквально следили каждый день. Люди Арсанова контролировали шаг за шагом.

От прошлых лет я дошла до последних дней.

Тут были снимки из отеля. Фото, где есть и Михаил.

Но на похищение ничего не указывало.

Просто сердце болезненно сжалось. Теперь изучив содержимое планшета, я вовсе перестала понимать Арсанова.

Поднялась и вернула планшет на место. Но тут пальцы натолкнулись на что-то еще. Сейф лишь показался мне пустым, а на самом деле, все самое главное скрывалось под стенкой.

=31=

Что это за странный предмет?

Какой-то футляр. Или небольшая коробка. Пока трудно было разобрать, что именно я ухватила. Потянула на себя. Нахмурилась, внимательно изучая находку.

Прямоугольная форма. Обита кожей. Темный цвет.

И правда – коробка. Или шкатулка. Только совершенно непонятно, как такая штука открывается.

Повертела в руках, но не обнаружила ни классического замка, ни какого-то более сложного механизма. Осторожно тряхнула – внутри что-то брякнуло.

Только что?

Пока слабо верила, будто содержимое этой секретной коробки поможет мне в поиске детей, но других вариантов не видела.

Нужно разобраться…

Позади послышался протяжный звук – и от неожиданности я чуть не свалилась с кресла. Сползла на сиденье. Осмотрелась.

Сперва перепугалась, будто это Арсанов вернулся. Застал меня “на горячем”. Но вскоре стало ясно, что это сработал автоответчик. На столе замигал телефон.

Давид всегда пользовался стационарным телефоном. Говорил, его намного тяжелее прослушать, чем мобильный.

Лампочка потухла. Видимо, звонивший решил не оставлять никаких сообщений. Хотел пообщаться с Давидом в режиме реального времени, а не просто записать для него послание.

Жаль. Вдруг там была бы зацепка?

Разочарованно выдохнула. Снова занялась коробкой, но как ни старалась, не могла ее открыть. Опять глянула на часы. Неизвестно, когда вернется мой бывший. Вдруг он уже на подходе в свой кабинет?

Посмотрела по сторонам.

Что же делать?

И тут в мои мысли снова ворвался сигнал автоответчика. Протяжный звук заставил нервно сжаться от напряжения.

Опять звонят…

Но на этот раз одним сигналом и тишиной дело не ограничилось. Послышался до боли знакомый мужской голос:

– Здравствуй, Давид.

У меня сердце оборвалось.

Клим…

Столько времени не слышала его, а все равно сразу узнала даже по таким коротким словам.

Клим Молотов. Когда-то этот человек очень сильно помог мне. Поддержал. Сразу после моего расставания с Арсановым, после того, как бывший муж выбросил из дома меня и детей. Именно Клим оказался рядом. Будто бы случайно.

Он жил по соседству. Помог мне решить вопрос по ремонту, а еще “успокоил” излишне буйного супруга моей родственницы, который напал на меня.

Долгая история. Сейчас это не имело никакого значения. Особенно после того, что я узнала о Климе.

Он работал на Арсанова. Все время, пока играл роль моего заботливого соседа. Он докладывал про каждый мой шаг.

По сути моя сегодняшняя находка в очередной раз доказывала это. Давид никогда не выпускал меня из-под присмотра. Незримо находился рядом в моей жизни. В жизни наших малышей.

Но почему? Было невозможно понять. Мысли окончательно спутались. И я уже не могла ни в чем разобраться.

– Есть разговор, Давид, – продолжил Клим. – Время не ждет. Нам нужно встретиться как можно быстрее и решить это.

Пауза. Но запись не прервалась. Лампочка продолжала мигать, а значит, Молотов не положил трубку.

Тогда почему молчал?

Его слова напрягали меня. Да, пока ничего не прозвучало насчет детей, не похоже, будто Клим в принципе был в курсе похищения. Но мое сердце буквально заледенело от звука его голоса. Внутри поднялась сильная тревога.

Шестое чувство. Иначе это объяснить нельзя. Моя реакция не поддавалась никакой логике.

И только когда Клим продолжил, я услышала то, чего боялась сильнее всего…

=32=

– Твоя семья в опасности, – заявил Клим. – Твои дети.

Значит, он знает?

Я дернулась. Коробка выпала из моих пальцев на пол, откатилась куда-то в сторону, но я уже даже не следила за ней. Стало наплевать.

– Ты знаешь, где твои дети сейчас, Давид? – резко спросил Клим.

Очередная пауза.

А меня прошиб ледяной пот. Насквозь.

– Предлагаю решить вопрос, – продолжил он ледяным тоном. – На нашем месте. Сегодня вечером. Второго шанса у тебя не будет.

Анализировать слова Клима не получалось. Не находилось моральных сил для этого. Но в голове не укладывалось, будто такой человек как Клим может заниматься чем-то подобным. Шантажировать детьми.

Однако что еще тут оставалось думать? Единственный возможный ответ на поверхности.

– Конечно, ты можешь отказаться, – прибавил Клим. – Но тогда я уже не несу никакой ответственности за вероятные последствия.

Да как же не несет? Это ведь он все устроил?

Или кто?!

– Ты знаешь, слишком многое поставлено на карту. Пора определиться и сделать окончательный выбор. За кого ты, Давид? Играть за самого себя не получится. Там серьезные люди. Их не проведешь.

Здесь паника стала бить настолько сильно, что я уже едва ли разбирала слова. Не складывалось у меня ничего.

Если моих детей украл именно Клим, то почему он завел разговор о ком-то еще? Какие люди? Какая игра? Во что Арсанов ввязался? И как мы с малышами оказались в эпицентре этого кошмара?

Проклятье.

Совершенно ничего не понимала.

– Ты сумел одурачить всех в прошлый раз. Вышел сухим из воды. Но нельзя дважды войти в одну реку. Оцени риски. И приготовься отдать то, что должен.

Мое сердце колотилось настолько сильно, что в ушах зашумело. Вся тяжелее становилось воспринимать речь. Фразы доносились как через вату, очень отдаленно и приглушенно.

Ох черт… мне следовало сосредоточиться. Ловить каждое слово.

Клим явно замешан. Много знает. Хотелось сорвать трубку с аппарата, принять его звонок и заорать, что на телефоне сейчас я. Не Давид.

Верни моих детей, урод! Что ты натворил?

Но полной уверенности в виновности Клима не было. Он явно многое знал. Давил на болевые точки Арсанова. Однако речь вел так, словно гораздо сильнее замешаны загадочные “другие игроки”.

Впрочем, теперь я сама себе не доверяла. Никому веры нет в той ситуации, что складывалась.

– Подумай, Давид. Хорошо подумай. Ты же не хочешь, чтобы твоя история закончилась также, как история Монаха.

Мигающая лампочка на аппарате погасла. А вместе с ней погасло и мое дыхание. Грудь обожгло кислотой.

А Монах здесь причем?

Некоторое время так и сидела. Смотрела прямо перед собой и не могла даже немного пошевелиться. Заледенела от потока информации, который на меня обрушился.

К сожалению, родители Арсанова не имели никакого отношения к похищению. Иначе бы Клим подобным образом не выражался. А значит, есть реальная угроза. Сильная опасность.

И Монах вне игры. По словам Клима.

Но что значит его последняя фраза?

Поднялась. Закрыла сейф. Повесила картину обратно на стену. Покосилась на коробку, которая так и лежала на полу. С ней разберусь позже. А вот “очевидные” следы того, как я обыскала каждый уголок кабинета, стоило прибрать.

Отодвинула кресло на прежнее место. Теперь все стало, как и было прежде.

Надо бы включить сообщение от Клима снова. Записать его на свой телефон. Да, верно, сейчас включу диктофон и тогда…

Подхватила свою сумку и замерла.

В сознании будто вспышка промелькнула. Наконец, до меня дошло, что именно означали фразы Клима насчет Монаха.

Мир пошатнулся.

=33=

Монах потерял семью. Из-за криминальных игр. Сам мне об этом рассказывал. По этой причине и решил сделать меня своей наследницей. Всех его близких убили.

Он нарушил правила. “Вор в законе” не должен иметь семью. Ни жены, ни детей ему не положено. А Монах… нет, сознательно он правила не нарушал. Его назначили на эту “почетную” должность и потом все сложилось именно так.

Жестоко. Кроваво.

Но Арсанов… не бандит. Он уж точно не “вор в законе” и не мог бы им никогда стать. Тогда причем здесь судьба Монаха?

Видимо, Клим имел ввиду сам факт гибели семьи. Другим образом объяснить его слова никак не получалось.

Меня морозило от такого осознания происходящего.

Пальцы задрожали, сумка выскользнула на пол, а я даже не глянула вниз. Не отреагировала на глухой звук.

Пульс ударил в голову. Реальность вокруг начала расплываться. Меня затрясло словно в тропической лихорадке.

И тут новый шок. Фоновый. Он уже не воспринимался, однако внимание переключил, пусть и не полностью.

Дверь распахнулась. Темная фигура шагнула вперед.

Конечно, я находилась в таком жутком состоянии, что не слышала ни приближающихся шагов, ни того, как распахнулась дверь. Ничего удивительного здесь не было. Все очень логично.

– Ира? – бросил Арсанов.

Он прошел в кабинет, а я даже не шевельнулась, так и продолжала стоять, глядя перед собой пустым взглядом.

– Что ты здесь делаешь?

Арсанов вплотную приблизился к столу.

Невольно двинула ногой, чтобы отойти, и сразу зацепилась о что-то. Бросила взгляд вниз и меня обожгло, когда я заметила ту самую коробку, которую стащила из его сейфа.

Колени подогнулись. Бедра словно из пластилина стали.

– Ира!

Вздрогнула от его голоса.

– Что? – дернула плечами. – Просто искала свою комнату.

– И нашла ее в моем кабинете?

Нагнулась за своей сумкой. Нервно затолкала туда коробку, застегнула молнию. И поднялась, смело встретила взгляд Давида.

– А что я должна делать?

– Говорят, ты ничего не ела, – начал он.

– Конечно! А как я могу есть? – покачала головой. – Ты узнал что-то и сразу же уехал, а меня отправил сюда, дожидаться непонятно чего.

– Все под контролем.

– Да?

Судя по словам Клима это и близко не так.

Хотя… вдруг он блефовал? Кто разберет эти игры. Мир сильных и опасных мужчин. Здесь можно всего ожидать.

Уже не верилось, что я жила спокойной жизнью совсем недавно. Все было предельно просто и понятно.

– Где мои дети, Давид?

– Скоро будут здесь.

В его хриплом голосе не слышалось и тени сомнений. Он ответил так, словно и вопрос не стоит. Все уже давно решено.

Но это совсем не вязалось с тем, что наговорил Клим.

– Когда? – сглотнула. – Когда они будут здесь?

– Дай мне сутки.

– Что ты узнал?

– Достаточно.

– А мне… так ничего и не скажешь?

– Мы обсудим все позже.

Сухо. Ровно. Четко. По тону бывшего я уже понимала, что продолжать обсуждение совершенно бесполезно. Что бы он не выяснил, мне ничего не расскажет.

– Ненавижу тебя, – пробормотала глухо. – Это же все твои игры. Да? Ну конечно, твои. Кто бы стал похищать моих малышей, если бы ты, мерзавец, не был их отцом.

Арсанов молчал.

Мрачный. Сдержанный. Эмоции его скрывались за ледяным панцирем, а мои чувства бурлили, искрились и разрывали на части.

– Тебе сообщение пришло, – кивнула на телефон. – Видишь? Мигает.

Крепче стиснула ручки сумки, направилась мимо Арсанова прямо к выходу.

– Ира…

Вышла в коридор и захлопнула дверь. Пошла в ту комнату, которую мне выделили, хотела как можно скорее разобраться с коробкой.

Что мне еще оставалось?

Бездействовать не могла.

=34=

Добралась до своей комнаты, закрылась и присела на диван.

Может стоило обсудить все с Арсановым? То, что я услышала от Клима в том его проклятом послании.

А еще лучше включить запись. При нем. Сразу задать все вопросы.

Но бывший не собирался ничего объяснять. Не отвечал мне.

Открыла сумку и снова закрыла. Секретная коробка уже не притягивала внимание. Мысли вращались только вокруг угрожающих слов Клима.

Особенно те фразы про Монаха.

Нет, я какая-то заторможенная сейчас. Слишком много эмоций, поэтому не получалось действовать нормально.

Тело требовало движения.

Нужно все выяснить сейчас.

Забросила сумку под кровать, чтобы никто не нашел там ничего ненужного. Мало ли какие тут порядки у прислуги. С коробкой все же стоило повозиться. Открыть. Но только позже.

Пока что есть дело важнее.

Вскочила на ноги. Бросилась обратно по коридору. Застала Давида в кабинете. Он стоял над телефоном. Уткнул крепко сжатые кулаки в поверхность стола. Склонил голову.

– Ты это слышала? – спросил и поднял взгляд на меня.

– Да.

– Знакомый голос, верно? – мрачно усмехнулся. – Твой дружок.

– Мой? – едва дара речи не лишилась.

– Он за тобой увивался, – бросил Арсанов. – Отлично помню. Даже кольцо обручальное купил. Все мужики вокруг дуреют от тебя, Ира.

– Кольцо? Что ты такое…

– Очаровала ты Клима, а ведь он тот еще бабник. Ни одну смазливую девку мимо не пропускал.

– Ты что за бред городишь? – вспылила я. – Сам его нанял, чтобы он про каждый мой шаг докладывал. А теперь… Клим твой дружок! И нечего тему переводить. Где наши дети, Давид? Кто их похитил?

– С чего ты взяла, будто я его нанял? – помрачнел еще сильнее прежнего.

– Леон сказал.

Не видела смысла скрывать, от кого получила информацию. Да, именно друг Арсанова мне тогда все выложил. В прошлом. Открыл глаза на Клима. Показал его фотографии на встрече с Арсановым.

Мне хватило.

– Леон, значит, – криво усмехнулся.

– Да, еще один твой дружок. Тоже очень мутный. Кстати, он и побег мне тогда предлагал устроить, чтобы от тебя спрятаться. Но к счастью, нашлись другие неравнодушные люди. Помогли.

– Ты про Монаха?

– Не о том ты спрашиваешь.

– А о чем надо?

– А спрашивать вообще не надо! Верни мне моих детей. Это ты нас в это втянул. Твои враги или дружки это все устроили. Похитили малышей.

– Ира…

– Отвечай! – подступила вплотную к столу. – Что ты узнал? Что ты вечно от меня скрываешь?

– Не время для обсуждений.

– Ну конечно.

– Мне пора ехать.

– Опять?

– Клим назначил встречу, – бросил холодно. – Ты же сама слышала.

– Это он похитил детей?

– Нет.

– Тогда кто?

– Все под контролем.

Повторил свою коронную фразу, от которой на этот раз меня буквально на части разорвало.

– Да что под контролем? Что? – схватила его за край пиджака. – Давид, если по твоей вине дети… если хоть немного… если… да я тебя удавлю. Придушу тебя, понял?!

– Ира, – рявкнул. – Я сам себя в клочья разорву!

– Ты…

– Дети будут с тобой. Скоро. Клянусь!

Он произнес это настолько уверенно и твердо, что меня даже как будто отпустило. Хоть и ненадолго, на пару секунд.

– Ты, – с трудом сглотнула. – Ты же вернешь их?

– Конечно, верну.

Арсанов обнял меня. Настолько неожиданно и крепко, что не успела его оттолкнуть, а после уже и не могла. Не хватало сил пошевелиться.

– Утром их привезу, – пообещал он. – Самый поздний срок.

Так хотелось верить.

Потому что если не верить, то тут оставалось только сойти с ума.

=35=

Я вернулась в свою комнату. Заперлась, чтобы никто не беспокоил. Достала сумку из-под кровати, снова решила рассмотреть коробку.

Как ее открыть?

Повертела в руках. Встряхнула. Судя по звуку, внутри точно что-то было. Но что именно? И почему Арсанов держал эту вещь в сейфе?

Медленно осмотрела коробку со всех сторон. Пальцы подрагивали от нарастающего волнения. Провела ладонями по гладкой поверхности. Никак не могла обнаружить ничего такого, за что можно было бы ухватиться.

Но как-то же она открывается!

В детстве любила головоломки, но сейчас накатывало раздражение от того, что мне не удается разгадать секрет и найти путь, чтобы открыть эту коробку.

Никаких рисунков, никаких символов. И даже ни единого выступа. Сердце начало биться чаще, когда я попыталась отыскать замок или индикатор открытия, но не нашла ничего, кроме абсолютно гладкой поверхности.

Проклятье.

Да откройся же ты!

С раздражением отбросила коробку на пол. Не самый разумный поступок. Вдруг внутри нечто хрупкое? Тогда могу повредить…

Раздался едва слышный звук. Точно клацанье.

Подхватила коробку. Заметила крошечный выступ. На одной из стенок. Начала нащупывать нечто похожее на других сторонах. Теперь мои пальцы легко скользили по поверхности коробки в поиске новых зацепок.

И наконец, мне улыбнулась удача.

Оказалось, нужно просто надавить. Когда выступы показались на каждой из сторон коробки, то послышался легкий щелчок и открылся замок.

Сердце забилось быстрее.

Вот тебе и “головоломка”. Секретный механизм оказался вскрыт. Нет в мире ничего тайного, что однажды не станет явным.

Оказалось, Арсанову тоже такое по душе. Загадки.

Теперь посмотрим, что он здесь прятал.

Я задержала дыхание. Волнение затапливало изнутри. Пальцы не слушались, когда старалась поскорее извлечь содержимое.

Нахмурилась, глядя на предмет в моих ладонях.

Что это? Диктофон? Микрофон такой?

Компактное устройство. Корпус из матового пластика. Округлая форма, обтекаемые края.

Смахивало на модную игрушку. Какой-то необычный гаджет.

На передней панеле поблескивал сенсорный дисплей. Попробовала нажать пару кнопок, но сам экран оказался заблокирован. Ничего не происходило, сколько бы я не нажимала.

К загадочному прибору крепился миниатюрный динамик. Он легко присоединялся. Будто на магните.

Отсоединила его. После вернула обратно.

Что за штуковина оказалась в моих руках? Зачем Давиду ее настолько хорошо прятать? Что за предосторожности?

У меня не получалось включить устройство.

Может быть, там записано что-нибудь важное?

Прозвучал стук в дверь. От неожиданности я вздрогнула и поднялась. Стук повторился.

– Госпожа Арсанова? – послышался голос.

Тот самый дворецкий, который меня встречал.

– Да?

– Прошу вас открыть дверь.

– Зачем? – спросила.

И на всякий случай, вернула прибор обратно в коробку, а саму коробку затолкала в сумку. Решила все спрятать.

– Ужин, – он откашлялся. – Господин Арсанов распорядился вам все доставить.

– Не стоит беспокоиться.

– Но позвольте…

– Я не голодна.

– Боюсь, отказаться вы не можете.

– Что?

– У меня четкие инструкции от хозяина.

– Кормить меня насильно?

– Оставить для вас ужин. В любом случае. Даже если вы будете возражать и оказывать активное сопротивление.

Ясно. Просто так от него не избавиться.

Отложила сумку подальше. Открыла дверь. Если продолжу спорить, это вызовет ненужные подозрения. Лучше пока уступить.

– У вас все в порядке? – спросил дворецкий, пока горничные занимались тем, что расставляли еду на столе.

– Вы серьезно интересуетесь?

– Разумеется.

– Мои дети похищены, – процедила гневно, не могла сдержать эмоций и даже не собиралась побороть чувства. – Вы и представить не способны, насколько я “не в порядке”.

– Госпожа…

Начал он, и я поняла что услышать фамилию Арсанова в свой адрес снова, будет уже явным перебором.

– Хватит, давайте обойдемся без разговоров, – оборвала мужчину.

Ужин был на месте. Вскоре я опять осталась одна. Хотя дворецкий, будто почуял какой-то подвох с моей стороны. Так и расхаживал вокруг сумки, но конечно, лезть внутрь, осматривать бы ее не стал.

Сама не знаю, как дождалась, когда он наконец уйдет. И горничные тоже исчезнут следом за ним.

Снова закрыла дверь. Вернулась к изучению непонятного прибора. Прищурилась, внимательно рассматривая его со всех сторон.

Немного помедлила, начала снова жать на кнопки. На все кнопки подряд. И в один момент мне предложили ввести пароль.

Что же делать?

Попробовала самое простое – год рождения Давида. Но мне высветилось уведомление об ошибке. А дальше всплыло сообщение на английском.

Требовалось ввести буквы, а не цифры.

Ну ладно.

Попробовала ввести имя Арсанова. Глупо. Не самая лучшая затея, ведь он бы не выбрал настолько простой пароль. Но с чего-то же надо начать.

И опять – ошибка.

Но хуже того – мне написали, что осталась всего одна попытка до блокировки. Тут теперь либо угадаю, либо окончательно провалюсь с этой затеей.

Мне не пришло в голову ничего умнее, чем попробовать свое собственное имя.

Если так посудить, то кто бы решил, будто пароль имя бывшей жены?

Хотя если верить Арсанову “бывшая” очень сильно под вопросом. Но об этом все равно никто не знал.

Стоило рискнуть. Других вариантов все равно не оставалось.

Зажмурилась. Нажала на “ввод”. А после прозвучал мелодичный звук. Экран разблокировался. Только от этого прибор понятнее не стал.

– Черт, да что же это? – выпалила в сердцах.

Сказала и собственный голос не узнала. Звук прозвучал искаженно. Будто фонил, эхом доносился.

И меня обожгло, когда я осознала другое. Гораздо более важное открытие.

Именно так звучал голос Монаха.