Текст книги "После развода. Я тебя верну (СИ)"

Автор книги: Арина Громова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

=25=

– Простите, господин Арсанов, эта безумная женщина напала на охрану и вломилась в зал для совещаний, – пробормотала секретарша позади меня. – Сейчас ее заберут отсюда.

Послышался топот в стороне.

– Эта женщина моя жена! – резко произнес Давид.

И кажется, даже воздух заледенел от его тона.

– Убирайтесь! – прибавил Арсанов еще более угрожающе. – Что такое? Оглохли?! Пошли вон.

Секретарша исчезла. Охранники тоже схлынули.

– А вы чего тут расселись? – обратился Давид к остальным присутствующим в зале, обвел всех вокруг очень выразительным взглядом. – На выход!

– Но у нас же не все вопросы еще решены… – начал было кто-то.

– Пошли прочь! – зарычал Давид.

И очень быстро мы остались наедине с ним.

От волнения едва соображала. Бессильно опустилась на ближайшее кресло. Тупо смотрела в одну точку.

“Если не Давид… то кто?!”

Мысль приводила в панику.

Все-таки пока я считала, что похищение устроил мой бывший, была намного спокойнее, чем теперь, когда осознала реальность, в которой Арсанов не имел никакого отношения к данному похищению.

Одно дело, если дети у отца. Пусть и такого. Хоть Давид и ублюдок, равных которому нет. Он все же их папа. А значит, вреда бы не причинил.

Но теперь… где мои дети?

Господи…

С кем?!

Мир качнулся. Почва ушла из-под ног. Казалось, все тело парализовало. Ничего не чувствовала. Меня колотила безумная дрожь.

– Ира, пожалуйста, расскажи, что произошло, – сказал Давид.

– Не знаю, – выдохнула с трудом. – Не понимаю. Если это не ты, то кто и зачем выкрал моих малышей?

– Мы их вернем.

– Давид, – всхлипнула и закрыла лицо ладонями.

Слезы душили, но я осознавала, что сейчас не время рыдать и биться в истерике. Если расплачусь и расклеюсь, то как смогу найти малышей?

Нельзя быть слабой. Нужно собраться, сосредоточиться. Нужно действовать.

– Рассказывай, Ира, – повторил Арсанов.

И я рассказала ему обо всем. Как мы с няней поужинали, как нас обеих начало резко клонить в сон, и все случилось настолько быстро, что я даже не поняла, как именно отключилась.

А дальше меня разбудил Миша. Детей уже не было в номере.

– Этот уголовник, – мрачно произнес Арсанов. – Первый в списке подозреваемых.

– Что? О ком… – прошептала рассеянно.

Но Давид уже не слушал меня. Отдавал приказы своим людям.

– Проверьте камеры в отеле. Все. Да. Каждую чертову запись! Начальника охраны уволить.

Уголовник. Странно, что…

– Отчеты по транспорту. Ну конечно! Перекройте аэропорт. Проклятье, все аэропорты и поезда. Все под контроль. И министра ко мне. Плевать, где он. Сейчас же!

Когда Арсанов закончил разговор, тихо спросила:

– А кого ты назвал уголовником?

– Ну этого твоего, – брезгливо скривился. – Михаила.

– Он никогда не был в тюрьме. Ну если не считать того “приключения”, которое ты сам для него устроил.

– На твоем Михаиле уголовный срок.

– А ты откуда знаешь?

– Думаешь, я не собрал на него досье? По-твоему, мне наплевать, что за урод вокруг моих детей крутится?

Телефон Арсанова завибрировал, и он отвлекся на звонок.

– Да. Берите в разработку все версии сразу. Если это был бы шантаж, то я бы уже получил требования. Но и такой вариант исключать нельзя. Ничего не исключаем. Ясно? По всем направлениям работаем.

Шантаж.

Арсанов влиятельный человек. И конечно, у него полно врагов.

Он отдал еще несколько распоряжений и убрал телефон в карман брюк, посмотрел на меня.

– Так это все твои дела, да? – с горечью спросила. – Моих малышей похитили из-за твоего бизнеса?

Арсанов молчал.

– Говори! – воскликнула я.

– Нет, Ира, с моим бизнесом это не связано, – хмуро произнес он. – Но есть то, что я должен тебе сказать.

=26=

И снова раздалась вибрация мобильного телефона.

Арсанов беззвучно выругался и ответил на звонок. Не знаю, что именно ему говорили по телефону. Из динамика было ничего не разобрать. Но мой бывший еще сильнее побледнел, крепко стиснул челюсти.

– Выезжаю, – бросил, наконец, и направился на выход.

– Давид!

Помчалась следом, схватила его за руку.

– Что случилось? Детей нашли?

Боялась услышать плохие новости. В голове мелькали сводки криминальных новостей. Париж – далеко не самый безопасный город на планете. А я понятия не имела, где сейчас находились мои дети. Кто все это устроил?

Но лучше правда, чем неизвестность.

– Давид, что ты узнал?

– Тебя отвезут в мой особняк, Ира.

– Нет, – нервно замотала головой. – Даже не думай. Поеду с тобой. Иначе никак. Я же вижу. Тебе сказали что-то важное. Есть новости. Какие новости? Давид!

– Ира, пожалуйста.

– Скажи мне!

– Ничего определенного, а пустыми предположения терзать тебя не стану.

– Прошу, – прошептала срывающимся голосом. – Мне надо узнать.

– Ира!

Он крепко сжал мои плечи.

– Ты поедешь домой.

– Нет… нет!

Истерика захлестывала. Просто сидеть и ждать? С ума сходить от неведения? И хуже всего – о чем молчит Арсанов? Что он скрывает?

– Ты собирался мне рассказать. Вместе поедем. По дороге объяснишь.

– Тот разговор подождет.

– Значит, другой…

– И другой тоже.

– Что твои люди выяснили?

– Ира, мне нужно поехать на важную встречу. К поиску нужно подключить всех. Не только официальные инстанции, но и… скажем так, теневые ресурсы. Необходимо задействовать абсолютно все связи. Понимаешь? Ничего нельзя исключать.

– У меня тоже есть знакомый бандит, – произнесла сдавленно. – Монах. Вот его номер. Смотри…

Опять начала набирать Монаха, однако вызов так и не проходил.

Черт побери, до сих пор отключено.

Почему?!

– Ира, мои охранники тебя отвезут. Женщине совсем не место там, где будет проходить моя встреча.

Арсанов подхватил меня за локоть, потащил за собой, а дальше усадил в машину и отдал приказ своим людям.

Мое сопротивление значения не имело.

Но… наверное, он прав. Что я могу сейчас сделать? Что я могу сделать… ТАМ?

По дороге листала список контактов и зацепилась за один из них.

Варвар.

Моментально нажала на “вызов”, затаила дыхание.

– Да, – послышался в трубке голос Рустама.

– Это Ирина, – поспешно пробормотала я. – Мне нужно срочно связаться с Монахом. Где он?

– Занят.

– Но…

– Ира, твоих детей уже ищут. Самые лучшие специалисты подключены к делу.

– Ты знаешь?

– Слишком поздно узнал.

– Но как, – запнулась. – Как же так вышло? Ты занимался охраной. И как выяснилось, люди Арсанова тоже следили за отелем, но никто ничего не заметил.

– Ты с Арсановым? – резко спросил Варвар.

– Нет, в его машине, но… мы только что виделись. Когда я узнала, что детей похитили, первым делом подумала именно на него.

– Арсанову нельзя доверять.

– К похищению он не причастен.

– А я сейчас не про похищение.

– Тогда…

– Ира, будь осторожна, – оборвал меня Варвар. – Где ты сейчас?

– В машине, – ответила чуть слышно. – Еду в его особняк.

– Понял, заберу тебя оттуда.

– Подожди, он что-то узнал, но не сказал мне. Пока не пойму, что именно Давид скрывает, не могу уехать оттуда.

– Это не обсуждается.

– Но…

– Приказ Монаха.

=27=

Варвар прервал разговор. А я автоматически убрала телефон в сумку и смотрела прямо перед собой. В голове не было ни единой разумной мысли. Невозможно сосредоточиться и хоть в чем-то разобраться. Меня дико колотило от волнения за детей.

Монах приказал…

Что-то здесь не складывалось, и я пока не понимала, что именно меня смущало. Возможно, если бы нервы были спокойнее, я бы реагировала иначе. Могла лучше во всем разобраться. Но как можно быть спокойнее в моей ситуации?

Конечно, я старалась справиться с эмоциями. Понимала, что моя тревога никак делу не поможет. Пробовала оценить происходящее трезво. Однако все бесполезно.

Нет, пока мои малыши не будут рядом, я дышать не смогу.

Посмотрела на часы – и кровь ударила в затылок.

Дети наверняка проснулись. Уже поздно. Они голодные.

Их покормили?

Малыши напуганы. Они никогда не оставались надолго без меня. А теперь…

И самое жуткое – я даже не представляю, где они находятся. Куда их увезли.

Про страшное мысли пресекала.

Детям не должны причинить вред. Если их похитили, чтобы повлиять на Арсанова, то будут беречь.

Если…

А разве есть другие варианты?

Я точно никакой властью не обладаю. Меня шантажировать абсолютно бесполезно.

Да. Это все из-за Арсанова. Других версий не вижу. Кто-то хочет повлиять на него, а страдают мои малыши.

Ох, лучше бы бывший вообще не появлялся. Жили же спокойно.

Пока мы ехали, я не могла отделаться от одной смутной мысли.

Столько охраны. Постоянный контроль. Причем и от Монаха, и от Арсанова.

А детей упустили.

Как такое могло случиться?

Подозрительно. Если не сказать больше.

Чем больше я об этом размышляла, тем сильнее становились подозрения.

Первым делом я подумала на бывшего. Обвинила именно Давида. И это был самый очевидный из вариантов.

Но был в моей жизни другой мужчина.

Нет, не Миша. В его причастность я бы точно никогда не поверила.

К тому же, его встревоженный взгляд, взволнованный голос. Когда Михаил будил меня, он искренне переживал. Это не сыграть. Ну и мы достаточно давно знакомы, чтобы я могла сразу же распознать ложь или лицемерие в его поведении.

Речь шла о совсем другом человеке.

Монах.

Именно он снял для меня отель. Установил везде охрану. Первым. Он все держал под контролем.

А накануне исчезновения детей и сам вдруг резко пропал. Отменил встречу, которая была для него важна.

И сегодня не отвечал.

Но Варвар получал от него приказы.

Что если Монах забрал моих детей? А на связь со мной не выходил, потому что не хотел пока в этом признаваться?

Возможно, такая идея звучит надуманно. Только почему нет?

Он не хотел лгать. Просто не говорил всей правды.

Внутри разливался холод.

А доверяю ли я Монаху?

Да я уже никому не доверяю. Но этого человека хотя бы как-то знаю, имею о нем представления. Лучше так, чем абсолютный чужак. Чем какой-нибудь влиятельный враг Арсанова.

Я была настолько напряжена, что даже не заметила, как мы приехали в совершенно другой округ Парижа. Элитный загородный район вдали от центральной части.

Роскоши, в которой жил Арсанов, удивляться не стоило. Мой бывший никогда не экономил на своем комфорте.

Ворота открылись, и машина заехала на частную территорию.

Я невольно отметила серьезную охрану. Раньше такой у Арсанова не было. Все выглядело проще.

Хотя прошло много времени. Его жизнь наверняка поменялась. Уровень власти вырос. И опасность тоже возросла.

Он от кого-то защищался?..

Мой бывший мог уже знать, кто похитил наших малышей. Что-то же ему сказали. А мне он не выдал ни единого слова.

– Следуйте за мной, госпожа Арсанова, – заявил мужчина, ожидавший меня на пороге.

Обращение покоробило, но не было никаких сил спорить или хотя бы возразить.

Плевать как меня тут называют. Задерживаться надолго не собираюсь. Сейчас самое важное найти детей.

– Хотите пообедать? Повар как раз…

И мужчина начал спокойно перечислять блюда.

А я недоуменно распахнула глаза. Обедать? Сейчас?

Да меня трясло так сильно, что казалось, еще немного и вывернет наизнанку. О какой еде могла идти речь в такой момент?

– Нет, я не хочу ничего есть, – сказала в ответ на предложение.

– Если поменяете свое решение, то просто спуститесь в гостиную. Стол будет накрыт в любом случае.

– Благодарю.

– Весь дом в полном вашем распоряжении. Господин Арсанов распорядился открыть абсолютный доступ. Поэтому к вашим услугам бассейн, СПА-центр на нулевом уровне и, разумеется, другие…

Опять было сложно сосредоточиться на его словах. Я просто прошла вперед и опустилась на диван.

– У вас есть номер господина Арсанова? – спросила.

– Конечно, однако он просил не беспокоить…

– Дайте мне номер.

Мужчина с явной неохотой протянул мне свой телефон. И я забила цифры в мобильном, нажала на кнопку «вызов», но ответа не получила.

– Если вам что-нибудь потребуется, то вот клавиша на приборной панели.

– Хорошо.

Мужчина ушел, оставляя меня в одиночестве, а я продолжала звонить Арсанову снова и снова. Но никакого результата это не приносило.

Он не отвечал.

Наверное, телефон на тихом режиме.

Не знаю, как долго я просидела на диване. Время потеряли всякий смысл. Сперва казалось, прошла целая вечность, но глянув на часы, я болезненно простонала. Прошло не больше получаса.

В неведении минуты тянулись особенно долго.

Наконец, не выдержала, устала просто сидеть без дела и решила пройтись. Тело требовало движения. Поднялась и пошла по коридору, заглядывая то в одну комнату, то в другую.

Бесполезное занятие. Никак не помогало. Но мне нужно было делать хоть что-нибудь.

Вот только я еще не подозревала, какую шокирующую находку вскоре обнаружу там, где совсем не жду.

...

Уважаемые читатели, добавила больше текста в главу 13. Там немного настоящего и воспоминания о прошлом.

=28=

Толкнув дверь очередной комнаты, невольно застыла. Взгляд уперся в огромный портрет между окнами в пол. Картина практически на всю стену. Причем нарисована настолько хорошо и качественно, что мне почудилось, будто передо мной живой человек.

Жутковатое чувство.

На картине была изображена до боли знакомая мне женщина. Очень надменная и холодная. Красивая, но при этом отталкивающая. Странное сочетание. Казалось бы, привлекательные люди располагают к себе, а не вызывают отрицательные эмоции. Но это явно был не тот случай. Или же все дело в моем личном отношении? Все же беспристрастной, я оставаться никак не могла. Слишком многое всплывало в памяти, лишь стоило глянуть на эффектную даму, которая даже с этого портрета будто оценивала меня. Пристально. Придирчиво. Старалась отыскать недостатки.

Холодок пробежал по коже.

Дернула плечами, непроизвольно поежилась. Но все равно ступила вперед. Подошла ближе к портрету.

Юлиана Арсанова. Так ее звали. Высокая брюнетка и идеальным, кукольным лицом. Мать Давида. Моя бывшая свекровь.

Мы с ней сразу не поладили. Первая наша встреча прошла отвратительно, а остальные еще хуже.

Бывает, встречаешь какого-то человека и подсознательно считываешь от него неприязнь. Бывает, любовь с первого взгляда. А бывает – ненависть.

У нас был последний случай.

Юлиана меня возненавидела, лишь только глянула. Причем ненависть у нее была жгучая. А когда Давид сообщил о том, что собирается жениться на мне, женщина и вовсе не стала сдерживать эмоций.

– Только через мой труп! – воскликнула она с негодованием. – Да как тебе вообще в голову пришло жениться на этой оборванке? Ты хоть со стороны ее видел? Эти вещи. Просто дешевка. Как и она сама. В ней никакого намека на “ля класс” не ощущается. Постыдись. Ты что творишь? Зачем позоришь нас?

“Ля класс”.

Вроде бы и понимала, что это означает. Французский немного изучала в школе. Но все же… не до конца до меня доходила суть.

Да, я не была из какой-то дворянской семьи. Мои родители обычные люди. Мама совсем простая. А папу я не знала, но…

Разве это повод, чтобы вот так цинично втаптывать меня в грязь?

– Хватит, мать, – оборвал Давид. – Мои решения не обсуждаются.

Он крепче сжал мою руку, будто пытался передать всю поддержку и защиту. но даже этот его жест едва ли мог спасти положение.

Меня трясло и колотило от напряжения.

– Посмотрим, как ты заговоришь, когда отец вычеркнет тебя из списка наследников. Посмотрим, Давид, – процедила Арсанова. – И я не шучу. Твой папа еще не слышал о твоем сумасшедшем решении жениться на этой… хм, ущербной. Но будь уверен, он никогда нечто подобное не одобрит. Никогда! Понял? Да что вообще на тебя нашло?

– Я веду бизнес сам. Обойдусь без наследства.

– Давид… это… – она не находила слов, задыхалась от возмущения и ничего толком не могла вымолвить. – Это твой протест? Ты не собирался жениться. Когда отец стал настаивать, заявил, что никогда не свяжешь себя узами брака. А теперь вдруг привел в наш дом… “это”.

Она окинула меня выразительным взглядом. С головы до ног. И я почувствовала себя так, будто меня облили помоями.

– Ты бунтуешь против решения отца? – спросила женщина. – Ну так никто не требовал, чтобы ты сыграл свадьбу в ближайшие месяцы. Можно было бы подождать. Еще пару лет, а то и дольше. Развлекайся со своими девками, но совсем нет нужды тащить каждую под венец.

– Мать, – хмуро бросил Давид. – Прекращай.

– Что ты в ней нашел? – не унималась она. – Что? Скажи! Ты встречался с первыми красавицами страны. Безродные, но хотя бы внешность на уровне. А это… ну прямо недоразумение. Как ты в нее вляпался?

Давид ступил вперед, чтобы закрыть меня собой.

– Мы уезжаем, – холодно произнес он.

– Куда? Подожди. Отец еще не…

– Я услышал достаточно.

– А как же праздник, Давид?

– Вы и без нас отлично проведете время.

Тогда Давид сразу дал понять, что не потерпит оскорблений в мой адрес.

Но конечно, его мать не стала относиться лучше. Просто замолчала. При мне. А вот при самом Давиде всякий раз пыталась меня очернить. Позже выяснилось, она даже наняла частного детектива, который следил за каждым моим шагом. И когда ничего компрометирующего собрать не удалось, решила действовать хитрее.

=29=

Юлиана подстроила специальную сцену. Для камер.

Какой-то неизвестный парень бросился ко мне на улице. Зажал. Попробовал поцеловать. И хоть я вырывалась, никакого поцелуя не получилось. Давид все равно получил фотографии. Кадры были подобраны так умело, что казалось, я ничего не имею против тех горячих объятий.

Тогда Арсанов показал мне снимки.

Но прежде чем я успела отреагировать, вымолвить хоть слово, он сам произнес:

– Знаю, это подстава. Ложь. И знаю, кто это заказал.

Неизвестно, как именно Давид пообщался со своей матерью, но с того момента она прекратила преследование. Больше не пыталась представить меня продажной предательницей.

Мы даже пару раз приезжали в особняк Арсановых, проводили там по несколько дней. Атмосфера лучше не стала. Большинство встреч проходили в полном молчании. Или же разговор шел только на отвлеченные темы.

Но Юлиана не приняла меня. Продолжала настаивать на том, чтобы Давид меня бросил. Просто немного поменяла тактику.

Она действовала хитрее.

– Мой мальчик, – доносился ее приглушенный голос через стенку. – Ты же привык к самому лучшему? Ну зачем тебе… такая как она? Хочешь выбрать жену сам? Будь по-твоему. Считай, что проучил и меня, и отца. Женишься на какой-нибудь модели, актрисе. Да хоть на певичке. Но тут даже смешно сказать. Кто она? Продавщица!

– Хватит.

– Давид…

– Что плохого в продаже цветов?

– Ну да, хорошо хоть она не колбасой торгует и не апельсинами на рынке. Цветы это красиво. Только… зачем тебе жена из обслуги?

– Завязывай, мать.

– Что за выражения, Давид? От кого ты нахватался? От этой своей… хм, от нее?

Юлиана воистину обладала настоящим талантом. Даже ума не приложу, как это получалось, но и самое банальное местоимение “нее” звучало из ее уст очень оскорбительно. Будто ругательство.

– Мы все решили, – отчеканил Давид. – Я приехал сюда, потому что ты дала слово закрыть рот.

– Сыночек, но я…

– Так ты свое слово держишь?

– Просто стараюсь тебе объяснить. “Старые деньги”, Давид. Ты понимаешь, что это означает? Какую ответственность мы на себе несем? Задаем тон. Уровень. Мы не имеем права рухнуть вниз по социальной лестнице.

– “Старые деньги”? – издевательски переспросил Давид. – Видно, ты забыла, как именно отец нажил свое состояние, на чем построена наша империя.

– Давид, тише, – прошипела Юлиана. – Она же может услышать… Твоя… хм, она в соседней комнате!

– Ну что-то пару секунд назад тебя это не особо волновало.

– Давид! – прозвучало практически страдальчески.

– Наши деньги никак не “старые”. Твоя родня самая обычная. Как и родня отца. Так что хватит корчить из себя аристократов. То, что вы купили титул и заказали себе личный герб не делает нашу кровь особенной. Даже наоборот. Все это не перекроет ту грязь, которую отец мечтает скрыть. Такое скрыть невозможно. Искупить тоже.

– Давид! – а теперь в голосе Юлианы прорезалась уже угроза. – Тебе лучше остановиться прямо сейчас.

– Тебе бы остановиться. Самой! Сразу. Только то, что ты моя мать, и не дает мне сказать все, о чем я действительно думаю. Но еще одно дурное слово в адрес моей Ирины – и я забуду обо всех своих принципах.

– Девка важнее меня? Важнее родной матери?

Давид вышел, с грохотом захлопнув дверь.

И это уже был достаточно красноречивый ответ на любой вопрос.

На нашей свадьбе Арсановы не появились. И я не могла расстроиться по этому поводу. Даже Давид расстроенным не выглядел.

До последнего мне хотелось, чтобы все наладилось. Чтобы его семья меня приняла. И хотела я этого не ради самой себя. Ради Давида. Все-таки для него это было наверняка важно.

А еще я мечтала про большую семью. Меня же растила тетка. Маму я почти не помнила. Отца вовсе не знала. И вот наконец появился шанс. Но… как появился, так и пропал.

Помню, как надеялась, что все поменяется после рождения детей. Разве не захотят бабушка с дедушкой увидеть собственных внуков?

Не захотели. Никто не приехал. Ни сразу, ни через неделю. Даже через месяц они не появились на нашем пороге.

Тогда Давид вычеркнули из завещания.

А теперь… надеюсь, вернули.

Он же вышвырнул и меня, и детей. Настолько резко, что мне самой тогда не верилось. Бывало, мелькали мысли, что его мать постаралась, все же нашла некий “компромат” против меня. Точнее – создала. Потому как найти там было нечего, ведь я же ничего плохого не делала. Не изменяла Давиду, не лгала ему, ни в чем его не обманывала.

Но я помнила реакцию Арсанова на первый “компромат” с теми фотографиями. Он знал своих родителей. Все понимал.

Тогда не поверил.

Сейчас я смотрела на портрет Юлианы. В голове снова проплывали непрошенные мысли.

А вдруг без нее не обошлось?

Нет смысла ворошить прошлое.

Но… сейчас я не могла отделаться от того давнего воспоминания. Разговор Давида и его матери про дела Арсанова-старшего. Грязные деньги.

О чем говорил Давид? Почему мать так этого боялась?

Вдруг похищение моих детей с этим связано?

Отошла от портрета. Оглянулась по сторонам.

Эта комната… точная копия той комнаты, в которой жила мать Арсанова. Там, в их огромном поместье. Она приглашала нас к себе на чай. Когда пробовала “терпеть” меня.

Стало муторно на душе.

Значит, она бывает здесь. Юлиана приезжает в дом Давида. Вероятно, их общение возобновилось после нашего разрыва. И это хорошо. Пусть так.

Но вот встречаться с матерью Давида мне совсем не хотелось. Особенно сейчас. В такой момент.

Хотя задерживаться тут не собиралась.

Вышла из комнаты и закрыла дверь. Вот бы из этого дома также быстро уехать. С моими детьми.

А если Арсановы-старшие все это устроили?

Такая идея больно царапнула изнутри.

Сначала хотела отвергнуть этот вариант. Помнила же, как отец Давида орал все, что думал про моих детей:

– Зачем нам эти безродные щенки?! Еще неизвестно, от кого она их нагуляла. Такие девки спят со всеми подряд!

Один раз услышал их телефонный разговор с Давидом.

Хватило надолго.

Фраза врезалась в память как нож.

Нет. Мои дети им не нужны.

Хотя… все могло поменяться.

И я невольно начала сопоставлять фрагменты.

Реакция Давида. То, как он не стал ничего объяснять, хотя казалось, точно ухватил какой-то след. Был на взводе. И в то же время спокоен.

Ну да, если мои малыши у его родителей. То о чем ему волноваться?

А его безумная семья способна на все. И денег у них хватит, и власти, чтобы устроить похищение.

Сама не заметила, как прижалась плечом к очередной двери. И та поддалась. Открылась.

А я едва удержалась на ногах. Чудом сохранила равновесие.

Хотела уже выйти, но в последний момент все же задержалась. Оценила обстановку и замерла. Здесь все буквально вопило о том, что это кабинет Давида.

Каждая мелочь. Каждый предмет мебели.

Во всем читался его стиль. Его вкус. И его аура пронизывала пространство вокруг.

Прикрыла дверь, защелкнула замок, чтобы мне никто не помешал.

Кабинет Давида стоило осмотреть внимательно. Кто знает, какие секреты скрывал мой бывший?

Его реакция на новость о том, что дети пропали, показалась мне натуральной. Будто он понятия не имел о происшедшем.

Но могла ли я доверять самой себе?

Давид умел прятать эмоции.

А я была слишком взволнованна, чтобы рассуждать трезво.

Немного помедлив, приступила к изучению кабинета, еще не догадываясь о том, какая страшная тайна совсем скоро мне откроется.