Текст книги "Папа для мамонтенка (СИ)"

Автор книги: Аня Истомина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

30. Повод

– Серьезно? – гляжу на нее подозрительно. Любимова решительно кивает. Откладываю недоеденный кусок пиццы в коробку и тщательно отряхиваю руки от крошек. – Так… Стоп. Как у нас принято с мамами знакомиться? Надо, наверное, цветы купить… И шампанского с тортом. Это же база.

– Торта будет достаточно, – усмехается Любимка. – У меня простая мама.

– Нет, ну в гости к женщине без цветов ехать – показатель дурного тона, – спорю. – Нам нужно очаровать твою маму с порога.

– О, ну с этим ты справишься, – хмыкает Люба, запихивая в себя новый кусок.

И как, интересно, поедая столько сладостей и фастфуда, она умудряется оставаться такой худой и подтянутой? Загадка природы. Я вот впахиваю в спортзале постоянно, три раза в неделю минимум, и как только позволяю себе расслабиться на пару недель, тут же становлюсь мягеньким и жирненьким по бокам. Прямо бесит.

Когда я заберу Катю, заниматься придется дома, наверное, потому что я вряд ли буду успевать добираться на тренировки.

– В смысле? – хмурюсь, возвращаясь к разговору.

– Ну, ты же у нас котяра, – подмигивает Любимка весело.

Закатываю глаза так, что аж больно становится. Котовье прошлое уже год в прошлом, но все вокруг свято верят, что я до сих пор тот ещё ходок.

И вообще, не сказать, что я особо афишировал свои похождения – да их и не было таких уж эпических, – но в отделе, конечно же, слухи расползаются и видоизменяются со скоростью света.

– Ладно, – вздыхаю, смиряясь с неизбежным. – Поехали.

Выезжаю с парковки и включаю поворотник. Где живёт мама Любы, я знаю. Я несколько раз заезжал за Любимкой, когда нас срочно дёргали на работу среди ночи, но никогда не поднимался в квартиру. Это уже потом Люба переехала на съёмное жильё поближе к работе и подальше от родительской заботы, обретя желанную независимость.

По пути всё же настаиваю на своем и заезжаю за цветами и тортом. Прикинув, что маме Любы от пятидесяти до шестидесяти лет, беру классический торт с бисквитом и шоколадным кремом, а букет прошу составить из красных роз и белых хризантем.

– Ты бы хоть позвонила маме, сказала, что мы приедем, – предлагаю Любимке, возвращаясь в машину и укладывая презенты на заднее сидение, где лежат пакеты с нашими покупками для Катюли.

– Я уже предупредила, – вздыхает она тяжело.

– Судя по всему, маме не рада? – уточняю аккуратно.

– Да нет, все нормально, я ей просто сказала, что у меня сюрприз и чтобы она никуда не уходила.

– Да уж, сюрприз тот ещё, – усмехаюсь.

Чем ближе мы подъезжаем к дому мамы, тем все заметнее нервничает Люба. Припарковавшись возле знакомого подъезда коммунального дома, пропускаю мою “невесту” в подъезд. Поднимаемся на третий этаж в гробовой тишине, прерываемой только звуками наших шагов.

Люба звонит в дверь и шумно выдыхает, зажмурившись.

– Да не переживай, нормально всё будет, – обнимаю её за плечо, дружески поглаживая по руке. Хотя, кажется, сам вот-вот впаду в панику.

Замок изнутри со скрежетом поворачивается, и дверь приоткрывается.

– Ох ты ж, батюшки! – восклицает мама Любимки, увидев меня в проеме. Ее глаза округляются от удивления.

Я пристально смотрю в лицо женщины и понимаю, что Люба совсем на неё не похожа. Разве что цветом волос – такой же темно-русый. Мама Любы – невысокая, пышненькая, с короткими кудрявыми волосами.

– Что же ты не сказала, что будешь не одна? – возмущается она, распахивая дверь шире и пропуская нас внутрь. – Господи, да зачем вы тратились-то? У меня же и борщ стоит, и котлеты. Я уже даже погрела.

– Ммм, – не могу сдержать счастливую улыбку. – Котлеты.

– Идите руки мойте и за стол.

– Нет, – с улыбкой протягиваю маме Любы цветы. – Я сейчас из машины смазку принесу – замок нужно смазать. А потом можно и котлеты.

Быстренько смазав замок и для профилактики петли, через пять минут сижу за столом перед тарелкой с настоящим наваристым борщом и салом. А на плите ждут своей очереди ароматные жареные котлеты с чесночком и картофельным пюре.

Кажется, я уже люблю эту женщину. Потому что последний год дома я ел исключительно полезную и правильную пищу. Было грустновато.

– Люб, а твоя мама замуж не вышла? – тихо уточняю у Любимки, пока Нина Григорьевна отвлекается на звонок телефона в соседней комнате. Я знаю, что отца Любы, полицейского, убили на задании, и мать осталась вдовой с двумя детьми.

– Нет, – хмурится она. – А что?

– Может, я на ней лучше женюсь, пока не поздно? – шепчу ей на ухо.

Люба закатывает глаза и тяжело вздыхает, а я толкаю ее плечом, пытаясь хоть немного снять напряжение. – Не, ну а что? Готовит отлично, хозяйка прекрасная, да еще и за Катюлей, если что, присмотрит. Идеальная жена.

– Так а что за повод-то такой? – возвращается в кухню мама, садится напротив нас и с нескрываемым интересом разглядывает меня.

– Мам, – тяжело сглатывает Любимова и опять начинает нервно теребить кольцо на пальце.

– Нет, давай я, – ловлю её руку, перехватывая прохладные пальцы в свою ладонь и сжимая их. – Нина Григорьевна, я пришёл просить руки вашей дочери. Но, попробовав такой шикарный борщ, решил, что буду просить вашу.

31. Планы

Нина Григорьевна начинает заливисто смеяться, а Люба буквально цепляется пальцами в мою ладонь. Чувствую, что кожа на ее руке влажная от волнения. Бросаю на нее короткий удивленный взгляд. Работа опера предполагает периодический риск и внештатные ситуации, в которых Любимова всегда действует четко и без лишних эмоций, а тут… Неожиданно, что она может так волноваться из-за того, что привела домой фиктивного жениха. Не похоже на нее.

– Юморист, – все еще посмеиваясь, отмахивается мама Любимки и смотрит на бледную дочь. Замирает и хмурится. – Что, он не шутит?

Люба отрицательно качает головой. Нина Григорьевна переводит взгляд на меня и задумчиво молчит несколько бесконечно долгих секунд.

– У меня квартира, машина, работа хорошая. – добавляю на всякий случай и мы снова молчим. Что-то теперь и я начинаю немного нервничать.

– Ну, квартира и машина это большой плюс, конечно, – вздыхает мама спустя мгновение. – Ладно, уговорил. Так уж и быть, выйду за тебя замуж.

Теперь уже я хохочу.

– А что ты смеешься? Меня ж позвал. – щурится она, сдерживая улыбку.

– Ладно, один-ноль в вашу пользу, – улыбаюсь. – Свадьба послезавтра.

– Как послезавтра? – ахает Нина Григорьевна, прикладывая ладони к губам. – Где ж я свадебное платье за один день на свой размер найду? Это на Любашку можно легко найти. Прищепочками если великовато подцепить – и готово. Любаш, придется тебе меня все-таки подменить.

Облегченно выдыхаю и отпускаю руку Любы, поймав себя на том, что я уже изжамкал все ее пальцы в ожидании вердикта. Любашка… Хорошо как звучит, нежно очень.

Взамен ладони обхватываю Любу за плечи и прижимаю к себе. Потихоньку-помаленьку, но мы с ней преодолеваем все препятствия на пути к общей цели. Осталось пережить вопли генерала – и все, считай, Катюля у нас в кармане.

– Что ж вы так долго тянули, не рассказывали ни о чем? Кошмар, конечно. Узнала, что у дочери есть жених за два дня до свадьбы. – причитая, Нина Григорьевна встает и накладывает мне пюре с котлетами.

– Да Любаша просто боялась конкуренции, – усмехаюсь, пробуя жирненькую сочную котлету и закатывая глаза от удовольствия. – Ммм, а пюре какое!

– Люб, ты что, Тимура не кормишь что ли? – хмурится мама, оборачиваясь на Любу, а я замираю, понимая, что кажется, перестарался с восторгами. Нина Григорьевна замечает это и тут же гладит меня по плечу. – Ты кушай, кушай, не стесняйся. Я это к тому, что Любаша еще вкуснее готовит. Если только не разленилась, сбежав из дома. – повышает голос.

– Да ничего я не разленилась, мам, – возмущается Люба. – Просто твои вкуснее.

– Нет, твои тоже очень вкусные, – оборачиваюсь на Любу, подыгрывая. – Но у Нины Григорьевны они… какие-то… как у мамы.

Вообще, с трудом помню, чтобы у нас было что-то кроме макарон с сосисками в холодильнике. Но, грех жаловаться. С голоду не подыхали – и на том спасибо. Блин, у меня же еще брат!

Он в другом городе сейчас живет. Успеет приехать или нет? Вроде как фиктивная свадьба и смысла звать его нет, я же только ради Любимки это все затеял, а с другой стороны, обидится же, если узнает. Ладно, позвоню ему вечером и объясню ситуацию, а там уж пусть дальше сам решает, что делать.

Люба знает про то, что детство у меня было не сахар – в слежках и подготовках к облавам мы проводили вместе много времени и конечно делились чем-то из жизни. И смотрит она на меня сейчас не то, чтобы с состраданием, но с пониманием однозначно. Улыбаюсь ей.

– Так расскажите хоть, вы кого звать-то решили? И почему так поздно сообщили?

– Да мы просто решили подать заявление, а все даты заняты. Вот чудом одна освободилась, решили, что успеем. – на ходу сочиняет Любимка. Ну, это мы умеем, по работе положено.

– Ты беременна? – Нина Григорьевна так громко и неожиданно ахает, опадая на стул, что мы едва не подпрыгиваем с Любой одновременно.

– Да нет, мам! – успокаивает ее Любимова. – Нет, так правда просто совпало. Что ты так волнуешься-то?

– Ну вот когда к тебе дочь придет и скажет, что замуж выходит через два дня, я посмотрю на тебя. – сердито усмехается Нина Григорьевна и переводит взгляд на меня. – Смотри, не обижай мне дочку.

– Ни в коем случае, – поднимаю ладони, сдаваясь. – Она сама кого хочешь обидит.

– Это точно, – усмехается мама и молча качает головой каким-то своим мыслям. Интересно, она вспоминает скелетики в шкафу Любимки или думает про свадьбу? – Добавки положить?

– Нет, спасибо. Я сыт.

– А котлетку?

– Ну, если только котлетку. – соглашаюсь.

– Кажется, я сейчас лопну, – стону, спускаясь по лестнице.

– Держись, Тимур. Думай о Катюле. – подбадривает меня Любимова, спускаясь следом.

– Кстати, Люба, – оборачиваюсь. – А почему это я не пробовал твои вкуснейшие котлеты ни разу?

– Потому что жил с Алиной, – губы Любы растягиваются в широкой сочащейся ядом улыбке.

– Я требую котлет. – икаю. – Мясо с меня.

– Я бы на твоем месте такие долгосрочные планы-то не строила бы. – усмехается Любимка. – Нам еще к Николаю Егоровичу идти.

– Мне, Любаш. – вздыхаю.

– Что?

– Мне идти, говорю, не нам. Это мой бой. – усмехаюсь. – Но, к нему нужно подготовиться, поэтому сейчас мы заедем с тобой в пару мест.

32. Марш-бросок

– Это куда? – с интересом смотрит на меня Любимова.

– За платьем. – усмехаюсь. – И за пригласительными. Гулять так гулять.

Ипотека нам уже не грозит, а кредитку я закрыть не успел.

– Да ты что, Кот? Ну смысл какой деньги тратить?

– Чтобы все выглядело по-настоящему. Сможем убедить генерала – с опекой точно проблем не возникнет. Кстати, надо позвонить в школу приемных родителей и уточнить, когда можно приступить к занятиям, – достаю из кармана листок и протягиваю Любе. – Звони, ты у нас мисс обаяние. Точнее, уже почти миссис.

Слушаю, как Любимка щебечет нежным голосочком и всячески очаровывает собеседника, придумывая причины, почему нас должны взять на учебу. Занятия уже идут и мы опоздали, но судя по тому, как Люба строит диалог, я понимаю, что у нас есть все шансы попасть.

– Огромное спасибо, Никита Михайлович! Мы в понедельник пришлем документы и сегодня же вечером начнем слушать лекции. Вы нас спасли! – тянет медовым голосом она, а после сбрасывает вызов и широко улыбается, глядя на меня.

– Знаешь, Люб, – дергаю бровью. – Если бы ты так на работе разговаривала, я бы тебя на руках носил. А вот на месте Никиты Михайловича, я бы напрягся такому сладенькому тону. Тоже мне, будущая мать и верная жена, которая флиртует со специалистом.

– Я не флиртовала! – возмущается Любимова, выпучив на меня свои глазищи.

– Флиртовала, – сердито усмехаюсь.

– А, ну конечно, экспертное мнение знатока флирта, – закатывает она глаза.

Вздыхаю.

Вот разница мне какая? Главное же итог.

– Да нет, классно все, молодец, Люб. – натягиваю улыбку. – Это комплимент был.

Паркуюсь возле торгового центра. Заходим с Любимкой в свадебный салон. Охреневаю от белоснежного блеска вокруг. Будто в зимнюю сказку попал. Аж глаза начинают болеть. Но в душе впервые зарождается странное волнение. Будто все по-настоящему.

– Какое бы платье вы хотели? Пышное или более лаконичного кроя? – слушаю разговор Любы и консультантки, сидя за столиком и разглядывая варианты пригласительных.

– Попроще. Покажите бюджетные варианты, – просит ее Люба.

– Девушка, не слушайте ее, – кричу, не глядя. – Покажите ей самые красивые.

– Тимур, ты издеваешься? – уточняет Люба из-за вешалок.

– Один раз женимся, – отвечаю ей громко и усмехаюсь.

Ну, я так точно.

– И фату не забудь, – откладываю понравившуюся открытку на стол и встаю. – Я пойду покурю.

– Куда покурю? – возмущается Люба. – А оценивать кто будет?

Захожу за вешалку и смотрю на нее пристально.

– Видеть невесту в платье перед свадьбой – плохая примета, – усмехаюсь и ухожу.

– Тогда пиджак иди себе выбирай, я твой тоже уже видела! И вообще, он тебе в плечах мал! – кричит мне Люба вдогонку.

Вздохнув, выхожу из свадебного бутика. Иду не курить, и не за пиджаком, а за кольцами. Не могу я смотреть, как Любимка теребит кольцо Алины. Бесит меня это.

Торопливо иду мимо витрин в поисках ювелирного. Притормаживаю возле магазина с украшениями. Выглядит необычно, все какое-то нестандартное. Помедлив, захожу внутрь и подхожу к витринам.

Я не любитель всяких безделушек, но тут прям подвисаю: таких необычных украшений я никогда не видел. Черные, разноцветные и металлические, с какими-то невероятными узорами. Будто инопланетные.

– А это из чего? – смотрю на молодую продавщицу с пирсингом, дредами и татуировками.

– Из титана.

– Вау, – усмехаюсь, мысленно представляя реакцию Любы. – Такое кольцо не погнется, да?

– Ну, если вдруг где зацепитесь, то оторвёт с пальцем, – без тени юмора отзывается девчонка.

– Супер, – хмыкаю. – А свадебные есть?

– Да, сейчас покажу.

Разглядываю кольца. Просто матовый серый металл. На женском выгравированы полевые цветы. Ромашки, незабудки, еще какие-то. Минималистично и необычно. Мне безумно нравится. И я понимаю, что Алине бы такое никогда не подарил – просто бы ей не зашло: мало пафоса да еще и не драгметалл, а вот Любимке оно пойдет куда больше золотого с брюликом. Не уверен, что нам придется долго их носить, конечно. Но, в любом случае, теперь у Любы будет выбор.

Неожиданно быстро определившись и освободившись, все же иду искать костюм. Мой мне на самом деле уже маловат, потому что я раскачался в спине и плечах. Конечно, я ношу его раз в год по обещанию, но в ресторан такой не оденешь.

Бля. Ресторан. Где найти ресторан и тамаду за два дня?

“Тамада” – ввожу в поисковике и, вместо того, чтобы выбирать пиджак, зависаю, обзванивая всех по порядку. По классике жанра, никого не нахожу. Все заняты. Предлагаю двойной тариф – фигушки. И что делать двум придуркам, решившим устроить свадьбу за два дня до росписи?

Все же захожу в магазин мужских костюмов и задумчиво рассматриваю модели, стараясь выбрать побюджетнее (я ж не невеста, мне не обязательно быть невероятно красивым), продолжая на автомате перебирать номера и, уже не сильно расшаркиваясь, уточнять свободные даты.

– Добрый день, – отзывается тоненький, будто детский голосок в трубку.

– Здравствуйте, я по поводу организации праздника, вы свободны в эту субботу? – стаскиваю штаны в примерочной и натягиваю брюки. М – многозадачность.

– Да, я свободна, – радостно сообщает тамада, и я от неожиданности растерянно замираю.

– Серьезно? – уточняю, переводя телефон на громкую связь и воюя с белой рубашкой. – Это просто прекрасно! Адрес сообщу позже. Предоплата нужна?

– Было бы неплохо, – пищит девчонка. У меня складывается ощущение, что ей лет четырнадцать, но выбирать не приходится. – А гостей сколько?

– Нууу, – задумчиво поднимаю глаза к потолку, – человек двадцать-тридцать.

– Многовато, – вздыхает.

– Я доплачу, – испуганно хватаюсь за эту пищащую тамаду, как за спасительную соломинку.

– Ладно, хорошо, – соглашается она. – Я вам пришлю номер карты и сумму.

– А программу не будем обсуждать? – подозрительно уточняю.

– Ой, а она у меня стандартная, я совсем недавно начала работать, – теперь напрягается собеседница. – Конкурсы, танцы, фокусы. Четыре часа. Если хотите, можно и без предоплаты.

– Окей, пойдет. – отмахиваюсь, потому что все свадьбы реально похожи друг на друга. – А вы, случайно, помещения не украшаете?

– Украшаю. Могу шариками, могу растяжками, флажками.

– Шариками, – соглашаюсь, понимая, что цветами мы все равно бы не успели украсить и тут же стону, потому что же еще нужен букет невесты. – Блин.

– Что-то не так?

– Нет, простите, это не вам. – кручусь перед зеркалом и понимаю, что костюм не сел. – В общем, скиньте номер карты, а я пришлю адрес и время.

Отключившись от разговора, выглядываю из примерочной.

– А пиджака побольше нет? – уточняю у консультанта.

– Только если в другой модели, но она дороже.

– Давайте, – обреченно вздыхаю.

Выйдя из бутика с новым костюмом, я просто всем нутром ощущаю, что жутко устал и у меня начинается какая-то тихая истерика. Это не подготовка к свадьбе, это марш-бросок. А впереди еще букет, ресторан и разговор с генералом.

Бросаю взгляд на какой-то кондитерский бутик.

Блин. И торт.

33. Пригласительный

Люба уже ждёт меня у выхода. В её руках непрозрачный чехол с платьем и пакет.

– Люб, ты что, сама что ли оплатила? – хмурюсь. – Почему меня не дождалась?

– Кот, у меня нет цели тебя разорить, – усмехается она скромно.

– Так, говори сколько денег, я тебе переведу, – возмущённо смотрю на неё. – Совсем обалдела.

– Давай потом сочтёмся, – вздыхает Люба. – У нас дел с тобой выше крыши.

– Ладно, – соглашаюсь. – Тамаду я нашёл. Осталось дело за малым: торт, ресторан. Что ещё?

– Подумать, кого будем приглашать, – усмехается Любимка. – Иначе мы не поймём, какого размера торт и ресторан нам нужны.

– Логично, – киваю. – Давай тогда по пути на работу напишем список тех, кто сразу на ум приходит. А я постараюсь вспомнить, какие у нас рестораны есть поблизости.

– Тимур, я всё понимаю, хочется попонтоваться, но, может, всё же выберем кафе? – подмигивает Любимова. – Тем более есть очень классные и бюджетные места.

– Да какие понты, Люб? – возмущаюсь. – Я хочу просто, чтобы было красиво. А так, я знаю классное кафе.

– Давай сначала определимся с гостями, – вздыхает Любимка, отдавая мне чехол с платьем и залезая в машину.

Загружаю наши покупки в багажник и запрыгиваю следом. Достаю из подлокотника ручку, блокнот и тяну ей.

– Кто с твоей стороны будет? – смотрит на меня Люба.

– Возможно, брат, – пожимаю плечами.

– Всё? – удивлённо хмурится она. – А друзья?

– Вообще не знаю, есть ли смысл их звать.

С условием, что все они, наверное, ещё уверены, что я встречаюсь с Алиной, вот это будет сюрприз, когда на свадьбе вместо неё они увидят Любу! А если учесть, что большинство их девушек с Алиной хорошо общаются, то ей буквально организуют прямое включение с нашей свадьбы.

– Нет, друзей не будет. Ну, один, максимум два. А у тебя?

– Мама, – задумчиво перечисляет Любимка. – Так как мама думает, что всё по-настоящему, то придётся ещё пригласить тётю с мужем, сестру… Ну и двух лучших подруг, хотя бы.

– Слушай, у нас половина отдела холостые, подруг нужно больше, – усмехаюсь.

– Ладно, я подумаю. Может, ещё кого-нибудь позову, но мне нужно время, чтобы прикинуть. Давай теперь по коллегам.

– Да что тут думать? Нужно всех звать, иначе обидятся.

– Если… если они все придут, то нам помещение потребуется человек на семьдесят, – стонет Люба, закрыв лицо блокнотом.

– Ну, будем надеяться, что за два дня до свадьбы смогут не все, – усмехаюсь. – Артёма можем не приглашать.

– Кот! – повышает Люба голос.

– Да шучу я, – фыркаю недовольно. – Давай, пиши список. Бери только наших. Не думаю, что нам нужна бухгалтерия.

– Слушай, ну я прикинула и вспомнила, кто ходит на корпоративы с жёнами, а кто без. У нас выходит человек сорок вместе с родственниками.

– Терпимо, – пожимаю плечами, хотя на самом деле хочется сказать “нихуа себе!” и все отменить, пока не поздно.

– Где такое кафе найти только? – вздыхает Любимка.

– Разберемся, – усмехаюсь, доставая телефон. – Ты, давай, начинай пригласительные подписывать.

Набираю номер одного давнего знакомого.

– Вай, Тимур-джан, здравствуй, дорогой, – слышится после первого же гудка.

– Армен, привет, – усмехаюсь. – Мне очень нужна твоя помощь.

– Для тебя – все, что угодно, дорогой! – вскрикивает он так, что я морщусь.

Несколько лет назад у Армена пытались отжать сеть кафе: поджоги устраивали, подставляли. Я косвенно поучаствовал в спасении его бизнеса. Денег брать отказался в силу скромности, но Армен настоял, что теперь он в неоплатном долгу передо мной. Ну и, раз у нас безвыходная ситуация, грех этим не воспользоваться.

– Армен, у меня тут внезапно свадьба через два дня.

– Внезапно это как? Тебя похитили и заставляют жениться? Диктуй адрес.

– Нет, – усмехаюсь. – Нужно приютить и накормить сорок человек.

– А, – отмахивается он. – А я уже настроился тебя спасать.

– Ты не представляешь, как меня выручишь, – вздыхаю. – Я понимаю, что слишком мало времени осталось.

– Да ты что?! Тимур-джан, для тебя и твоих гостей всегда есть место! Шашлык, долма, хачапури, вино, – все сделаем!

– Супер, – улыбаюсь. – Предоплату завезти или можно на карту?

– Вай, какая предоплата, о чем ты? – обижается. – Я тебе как брату верю. Ты мне точное количество человек скинь, я тебе сейчас меню пришлю и расчеты.

– Договорились.

– Вау, – косится на меня Любимова.

– Что? – усмехаюсь.

– Какие у тебя связи, Тимур-джан, – усмехается она в ответ.

– Не имей сто рублей, – вздыхаю. – Надеюсь, ты любишь шашлык, хачапури и вино.

– Я сейчас все люблю. – хмыкает, продолжая писать. – Место и время торжества скажи.

– Ща, – тянусь к телефону.

Приехав на работу, расходимся по кабинетам. Люба продолжает заполнять пригласительные, а я разгребаю дела, которые валятся как из рога изобилия. Более-менее раскидав их, захожу к Любимке в кабинет.

– Ну что, капитан, как успехи? – киваю на пустой стол. – Где всё?

– Я спрятала, чтобы раньше времени никто не увидел, – усмехается она, открывая ящик и доставая из него охапку открыток.

– Дай для генерала, а то он скоро на обед уедет. – прошу.

Получив пригласительный для Николая Егоровича, иду к нему. Стучусь в кабинет и сердце замирает от волнения.

– Да, – слышится его голос.

Глубоко вдохнув, захожу. Генерал уже надевает куртку.

– Николай Егорович, я на минуту, – подхожу к нему.

– Что-то вид у тебя такой, будто у нас инопланетяне припарковались на заднем дворе, – усмехается он.

Да лучше бы инопланетяне!

Тяну ему пригласительный.

– Это что? – Николай Егорович берет открытку из моих рук и, удивленно приподняв брови, открывает ее. Хмурится.

Кажется, жить мне осталось несколько секунд.