Текст книги "Анафема (СИ)"

Автор книги: Антон Шелипов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

– Выступая перед Богом и публикой… – начал было произносить клятву Энтинус, но магистр его прервал:

– Погоди! Может, отложим дуэль? – сказал мэтр, с жалостью глядя на руку Энтинуса – такую обычную, такую не магическую.

– Мне не нужны подачки.

– Но ты ведь совсем не готов и можешь серьёзно пострадать! Иди ко мне в ученики и лет эдак через двадцать…

– Вы слишком добры к сопернику, это может стоить вам репутации, – холодно подчеркнул Энтинус.

– На «нет», как говорится… – вздохнул старик.

– Выступая перед Богом и публикой, я клянусь оправдать труд и терпение своего учителя.

– Отстаивая свою честь, я клянусь уважать своего противника.

Когда Дитя истины закончил свою фразу, амулеты дуэлянтов вспыхнули, и меж ними, переплетаясь, потекли тонкие полупрозрачные нити маны. Контракт был заключён.

Магистр поднял руку, направив указательный палец на оппонента, один из оберегов вспыхнул. Слепящей вспышкой вырвался шар иссиня-белого пламени, заставив зрителей зажмуриться, а Энтинуса – исчезнуть в струях волшебного огня. Закончилось заклинание оглушительным хлопком.

– О-о-о! Я заинтересован, чтоб тебя…! – удивился магистр, глядя как пришелец развеял пламя движением руки и уже приготовился контратаковать.

Вжух!

Из ладони Энтинуса вылетел маленький голубой шарик, оставляя в воздухе мерцающий след. Дитя Истины сделал несколько пасов руками, но шарик легко пробил его защитные чары, сорвал капюшон мантии и опалил волосы. Улетев за пределы арены, заклинание молодого мага ударилось в крепостные врата. Дрогнула земля, тяжелые, обитые сталью створки врат рухнули вовнутрь. Воцарилась тишина, прерываемая лишь стонами тех, кого сбила с ног ударная волна.

– Ваш ход, уважаемый магистр.

Дитя истины имел репутацию мягкого, добросердечного человека. Ему часто бросали вызовы и каждый раз мэтр обходился без крайних мер. Он предпочитал побеждать противников, не нанося им серьёзных увечий. В итоге, бывший оппонент шёл к нему в ученики, пополняя ряды студентов. Сегодня, к большому сожалению всех присутствующих, тактика оглушения не сработала. Доброта старика сыграла против него самого.

Одной из причин, конечно же, стала необычная внешность противника. Магия – это набор ритуалов, любой чародей должен посвятить много лет штудированию книг, созданию оберегов и вычерчиванию сложных линий. Такие маги, как магистр, щербили даже собственное тело. Выйти и начать ворожить просто так, без ничего… невозможно. Мэтр ошибся, увидев в Энтинусе новичка.

– Я… сдаюсь, – оценив все за и против, решил Дитя Истины. Он понял: в следующий раз пришелец не станет нарочно промахиваться.

Многие, окончившие Академию высокого волшебства, шли на курсы преподавателей, им хотелось подарить юным умам чудо магии. Увы, гильдия магов существует не первое столетие и уважаемых, всем известных учителей в ней хватает. Некоторые профессора собирали вокруг себя сотни, а то и тысячи молодых дарований, не оставляя и шанса тем, кто недавно получил лицензию. Это вызвало не один конфликт, пока Академия не решилась официально разрешить дуэли между учителями. Проигравший дуэль маг должен отдать своего лучшего ученика победителю.

Энтинус обвёл взглядом толпу, но ни одни глаза ему не улыбнулись. Студенты отворачивались, прятались друг за другом. Закон знали все, но уходить от мэтра неизвестно к кому…

– Далта, мальчик мой…

– Не-ет! Не отдавайте меня!

Стоило магистру назвать имя, как из толпы выбежал рослый, сухощавый парень. По грубым чертам лица и квадратному подбородку в нём сразу можно было распознать сына местного пастуха.

– Прошу, умоляю! Я всё сделаю… – Далта пал ниц перед учителем и принялся долбить землю лбом.

– С этими дуэлями настали непростые времена… однако букве закона обязан следовать каждый, иначе в ней не будет толку, – старый маг вздохнул.

– Я могу сам выбрать, – предложил Энтинус, видя, как слёзы смешиваются с грязью на щеках пастушка.

– Тебя обманывают, юноша! – громко произнесла внезапно объявившаяся женщина, ведущая за собой рыжую веснушчатую девочку.

– В смысле? – пришелец заломил бровь.

– В прямом! Магистр собирается подсунуть тебе бездарность!

– Белла… – одними губами, сконфуженно произнёс Дитя Истины.

– Молчи, брат! Как же низко ты пал… Неужто слово «честь» для тебя боле ничего не значит?

– Сестрёнка… – Дитя Истины скривился, в выражении его лица переплетались стыд, разочарование и гнев. Он будто получил хлёсткую пощёчину.

– Лжёшь коллеге при всём честном народе… Да здесь каждая собака знает, кто твоя лучшая ученица! – дворянка лёгким, поглаживающим движением, положила руку на голову Россы.

– Это правда, мэтр? – спросил Энтинус.

– К моему величайшему стыду – да. Дочь моей сестры… я не хотел её показывать.

– Конечно, не хотел! Профессора Академии оценили потенциал Астры в два полнолуния! Она не просто умная, красивая и чудесно воспитанная девочка! – Белла говорила нарочито громко, делая значительные паузы между словами.

– Два полнолуния?! – удивился пришелец.

– Представь себе! Это много больше, чем у всего этого сброда вместе взятого! – дворянка презрительно обвела тонким пальчиком окруживших магистра студентов.

В ночном небе Лампары можно увидеть две луны: большую белую и маленькую лиловую. Вторую, с незапамятных времён, окрестили «луной магов», считалось, будто именно она наделяет этот мир чудесами. Академия высокого волшебства, потворствуя древнему поверию, ввела систему оценок на основе фаз лиловой луны. Если кому-то ставили «полную», такой студент уже считался гордостью Академии и лакомым кусочком для любого преподавателя, а обладатель двух был практически чудом.

– Твоё поведение, брат, это плевок в лицо всему нашему роду. Не выстоял против какого-то неофита, так ещё и сдался. Трус! Да тебя повесить за это мало!

Белла продолжала натиск, безжалостно взращивая в душе магистра чувство вины. Вмешиваться никто не смел, ведь они, Заубер, имели здесь верховную власть.

– Ну, чего умолк? Мой тебе совет: отрекись от титула, не гневи Господа. Это ты должен понести наказание за поражение, а не двенадцатилетний ребёнок. Если посмеешь отдать мою единственную дочь незнакомцу, то завтра вся империя будет знать, каков, на самом деле, «великий» Дитя Истины…

Воздух вокруг мэтра магии всклокотал, он с такой силой сжал посох, что побелели костяшки пальцев.

– Правду говорят: дорога в ад вымощена благими намерениями, – глаза старика налились свинцом, а тихие слова, процеженные сквозь сжатые зубы, заставили Беллу сделать шаг назад. – Да, я трус, да, обманщик, признаю. Однако удара в спину я не ожидал. Мстишь за то, что я увёз тебя от пьянок и разгульной жизни?

– Замолчи! – взвизгнула дворянка.

– И не подумаю! Глаз за глаз, сестрёнка! – мана, окутавшая тело магистра, тяжёлыми каскадами потекла вниз, оставляя иней на траве. – Пусть все знают о твоих скабрезных делишках, о том, что мне пришлось переехать сюда, дабы спасти тебя от греха!

– Т-ты…! – присев под натиском ауры, Белла дрожащими руками обняла дочку.

– То, какой жизнью ты жила в столице, да при живом-то муже… Ну ничего, обещал спасти – спасу любой ценой. Из моих целебных когтей не убежишь! Эфенди!

– Я! – командир стражей появился позади мэтра, словно лоскут тьмы, оторвавшийся от черноты наступающей ночи.

– Заприте мою сестру в её комнате, пусть подумает над своим поведением.

– Есть!

Даже подавленная аурой, Белла хотела возразить, но южане сработали молниеносно, она и рта не успела раскрыть. Пришелец всё это время стоял, подняв брови. Выиграв бой, он никак не ожидал стать свидетелем семейной сцены.

– Всем разойтись… немедленно, – почти шёпотом произнёс магистр. Зрители не посмели ослушаться, толпа начала расходиться.

– Дядюшка! – Росса, видя, как Дитя Истины заваливается на бок, подбежала чтобы подать ему руку. Мэтр прерывисто дышал, ему тяжело дались эти эмоциональные изливания.

– Ну-с, пройдём в замок? – предложил старый волшебник.

– Сожалею, однако учить девочку я собираюсь в другом месте.

– Уверены? Не сомневаюсь, ваши владения, наверняка, не хуже моих будут…

– Уверен.

– Что же…

Дитя Истины тяжело опустился, на заботливо предоставленный прислугой стул. Своих детей у него не было, и он направил всю свою заботу на племянницу. Проиграв дуэль, магистр наивно решил, что сможет приютить Энтинуса в своём замке и наблюдать, как растёт Астра.

– Мэтр, если это неудобно, я готов взглянуть на других студентов…

– Полно играть в благородство, молодой человек. Вы показали истинную силу и непревзойдённое мастерство, у меня уж глаз намётан. Не подумайте, что на жалость давлю, но для меня Астра – последний лучик счастья в этом мире. Если вы сможете воплотить её чаянья, то о большем я и мечтать не смею.

Дитя Истины посмотрел на Россу, в уголках его глаз навернулись слёзы. Несколько секунд они не сводили друг с друга взгляд, опасаясь тех слов, что вот-вот прозвучат, нарочито оттягивая неизбежное.

– Дядюшка…

– Племяшка моя… Кхм, но прежде, мы должны уладить один вопрос: ты действительно хочешь учиться магии?

– А? Нет… то есть, да, но… неможно же… – пролепетала девочка, беспокойно оглянувшись в сторону замка.

– С твоей мамой я поговорю, как поостынет. Думай в первую очередь о себе.

– Н-но… Если я не соглашусь учиться у… – Астра перевела взгляд на Энтинуса. Амулеты дуэлянтов до сих пор связывали потоки маны. – Если откажусь, тебя же разжалуют!

– Ты добрая девочка, – улыбнувшись, магистр погладил племянницу. – Думать о других – важно, однако сегодня решается твоя судьба, поэтому, разрешаю проявить эгоизм. Да, отказавшись передать ученика, я потеряю звание магистра, не говоря о солидном денежном штрафе… Ну и пусть! Коли моя кровиночка будет счастлива, я готов прожить остаток дней обычным стариком!

– Ну… а… вы, получается, знакомы?

– С Энтинусом-то? Впервые его вижу! – усмехнулся старик. – Помнишь, как я учил тебя фокусировать внимание на заклинаниях? Соберись! Отбрось лишние мысли, прислушайся к своему сердцу. Контракт заключённый перед дуэлью – вещь незыблемая, теперь ты имеешь право обучаться только у него. Откажешься от Энтинуса – не видать тебе волшебства.

– Я-я хочу учиться… – Астра мяла подол и жевала губы, слова давались ей с трудом. Решать свою судьбу девочке доселе не доводилось.

– На том и порешили! Энтинус, может, хотя бы на чашечку чая зайдёте? Мне хочется узнать вас получше.

– В другой раз. Боюсь, дела в моей резиденции не терпят отлагательств.

– Ох, как я вас понимаю… – покачал головой Дитя Истины.

– Позже я отправлю вам письмо с адресом, чтобы вы выслали вещи девочки. Здесь есть телепорт?

– Да-да, конечно. Магический круг там, за деревней, ближе к лесу… И, прошу, берегите Астру.

– Обязательно.

– Увидимся через месяц в Лофосе, дорогая.

– Угум…

С каждой секундой магистр всё больше колебался, поэтому кивнув собственным мыслям, поспешил как можно скорее удалиться. Представление закончилось, люди разошлись, и на поляне перед замком остались двое: молодой маг и маленькая волшебница. Астра стояла к Энтинусу спиной, до последнего провожая дядюшку взглядом, её плечи дрожали.

Наконец, тщательно промокнув глаза платочком, девочка повернулась. Выражение её лица уже было не то, что прежде. Подле родных юная леди держалась скованно, всем своим видом демонстрируя полную покорность. Энтинус такого отношения не заслуживал. Волшебница задрала нос, скрестила руки на груди, и оценивающе оглядела пришельца, будто смотрит на худую клячу.

– Идём? – слегка наклонив голову, спросил Энтинус.

– Если кавалер прежде, чем командовать, соизволит представиться, он сделает своему доброму имени великое одолжение, – поджав нижнюю губу, фыркнула девочка.

– Энтинус Дзе.

– Хах, и всё?

– Вроде…

– Ни рода, ни племени? Ясненько… то-то я сразу приметила, что ты чурбан неотёсанный. Ни манер, ни воспитания. Значит, так… Ты куда?

– Идём, у нас мало времени, – маг накинул капюшон и направился к деревне.

– Чего?! Ты мне даже переодеться не дашь?! На мне платье…!

Астра сжала кулачки, топнула, но всё оказалось тщетно. Пусть проступившие на скулах жвала вкупе с заострёнными кверху уголками глаз, помогли в полной мере выказать её гнев, спина учителя продолжала удаляться.

– Гад!

2. Северный лес

Астра:

Бывало ли у вас такое, что всё идёт не по плану, а реальность начинает превращаться в цирк? Энтинус – мерзавец! Оставил благородную леди одну, и ушел! Неужели он надеется, будто я, наплевав на гордость, брошусь за ним? Дочь дворянской семьи никогда… Проклятье!

Да-да, пришлось подобрать подол и бежать за этим… «учителем». Нет слов, одни эмоции. Все безродные обязаны склоняться предо мной! Почему же Энтинус ведёт себя так, будто ему плевать на все правила?!

– Стой! Я не позволю тебе забрать с собой мою мечту!

Деревня гудела, всем хотелось поглазеть на виновников дуэли. Спокойно, девочка, ты справишься, должна справиться. Картина вышла глупая до абсурда: Энтинус спокойно идёт, сунув руки в карманы, а позади, натужно пыхтя, семеню я, еле как перебирая ногами. На каблуках, по криво уложенной мостовой… Ну ничего, час расплаты настанет, не будь я Заубер!

Вы же понимаете, что двулунная волшебница не может скандалить с учителем на улице, каким бы дрянным этот самый учитель не был? Дворянка обязана показывать пример в окружении менее именитых студентов! Да и слухи, чего доброго, поползут, а тогда, с хорошей репутацией при дворе императора можно будет распрощаться.

– Учитель, должен ли мужчина считаться с потребностями леди, как считаете? – процедила я сквозь зубы, когда поспевать за наставником стало невмоготу.

– Мы спешим, забыла…?

Флегматичное замечание моего «понимающего» учителя прервал визг. Я отвлеклась больше, чем следовало, запнулась о предательски выпирающий камень, и… упала бы, но Энтинус успел схватить меня за шиворот. Естественно, увидевшие этот позор зеваки захихикали, и принялись тыкать в нашу сторону пальцами.

– Да как ты посмел?! – вновь обретя равновесие, злобно зашипела я. – Деревенщина не смеет прикасаться к леди!

Меня разозлило даже не то, что над нами смеялись, а реакция учителя. Красавица-дворянка со стыда готова сгореть, а он стоит, лыбится, плечами пожимает, словно ничего плохого не сделал!

– Папе на тебя пожалуюсь, – тихо, так, чтобы только Энтинус слышал, пригрозила я.

– Твоё право.

– Хах, ну-ну, все вы так говорите, пока жареным не запахнет.

– Твой отец – инквизитор? – догадался наставник.

– Бери выше, умник, папенька – командир первого легиона церкви. Лишний костёр для тебя у него найдётся.

– Вот оно, что… Ты уже достаточно отдохнула. Идём.

Понятно. Мои угрозы ему, что с гуся вода. Пришлось опять догонять этого длинноногого.

***

Астра:

– Поговорим? – с нажимом спросила я.

Не выдержав тишины, я решила завести беседу. Всё-таки Энтинус какой-то странный, молчит всю дорогу. Учителя обычно радуются, когда им хороший студент попадается, глаз не сводят, пылинки сдувают, из штанов выпрыгнуть от счастья готовы, а этот… Я, между прочим, ноги натёрла!

– Тебе есть, что сказать? – не оборачиваясь, бросил наставник.

– Для начала, прекрати мне тыкать, нас, чай, не одной грудью кормили!

Энтинус остановился. Фух… Отлично, смогу перевести дух… Как же ноги болят… Может, босиком пойти? Эти туфли меня в могилу сведут…

– Как же юная леди прикажет к себе обращаться?

– Раз безродный, обращайся соответственно: госпожа фон Заубер, иного позволить не могу, увы. Да, ты мой учитель, но тебе придётся чтить мой статус.

– Послушай, Астра… – Энтинус, нахмурившись, почесал затылок.

– Не называй меня так!

– Разве это не твоё имя?

– Нет! Меня зовут: Росса-Белия-Астрату фон Заубер! «Астра» – это прозвище такое в кругу семьи, понимаешь? Так что повторять не смей!

Выражение лица учителя не изменилось, осталось таким же недоумевающим.

– Дело в том, что имена дворян принято облагораживать именами родителей. Прозвав меня Астрой, семья хотела почтить моего отца, паладина святой церкви. «Астрату» жестковато звучит для леди, поэтому его сократили.

– А что насчёт магистра? Судя по твоему рассказу, его имя должно быть в три раза длиннее твоего.

– Ты из какой дыры вылез? – против правил хорошего тона, я заломила бровь и приоткрыла рот.

– Мне уже задавали этот вопрос… – усмехнулся маг.

– Если совсем коротко: волшебник, ставший магистром, может взять себе новое имя. Этим он показывает свою исключительность. Всему-то учить приходится…

– Хочешь, я тебя понесу? – заметив, как я болезненно переминаюсь с ноги на ногу, предложил учитель.

– Обойдусь!

Резкими движениями я сняла туфли и, подбоченившись, перекинула их за ремешки через плечо. Ишь, чего удумал, будто леди позволит себя лапать! Кричать и злиться – без толку, этот чурбан – непрошибаем! М-да… тяжко будет.

***

Астра:

Знаете, когда происходит нечто непонятное и жуткое, всё равно продолжаешь надеяться на лучшее. Сложно вот так просто принять, что жизнь летит под откос…

Мы шли к магическому начертанию, чтобы телепортироваться, правильно? Оказалось – нет. Вместо этого учитель потащил меня в сторону северного леса. На все мои вопросы он отвечал сухо и коротко, ничего не объяснял. Я до последнего надеялась, что Энтинус одумается, свернёт, но нет…

С запада на восток тянулась непроглядная стена толстых стволов. Деревья, сцепившись кронами где-то за облаками, напоминали огромного тысяченогого монстра, а из глубин чащи доносились переливистые трели неведомых птиц. Жуть! Лес предупреждал: внутри случайных путников ждёт не самый радушный приём.

Когда лесные великаны обступили нас со всех сторон, моё терпение лопнуло. Помните, я говорила, что моя бытность начала превращаться в цирк? Забудьте. Я отказываюсь выступать на манеже этого безумца! Думаете, я злюсь? Не-ет, я в ужасе!

– С-стой! Т-ты…

– Что-то не так?

– Всё не так! В этот лес ходить нельзя! Нас разорвут!

Энтинус, прислонившись к стволу древней сосны, одарил меня взглядом, полным нетерпения. Я тебя раздражаю? Прекрасно. Может, хоть так смогу достучаться.

– Я слышал, что люди извели большинство химер, а те, что остались, пугливы…

– Верно, в лесах империи относительно безопасно, однако здесь, на границе… Как ты думаешь, откуда появились деревни, подобные той, в которой поселился дядюшка?

– Понятия не имею, – Энтинус равнодушно пожал плечами.

– Недоучка! Кто тебе только сертификат учителя выдал?! Слушай, раньше действительно было хуже, выходишь из дома и хрясь, сожрали, даже костей не осталось. Тогда престол совместно с Академией приняли решение о создании охотничьих лагерей, и повышении цен на материалы, получаемые при разделке волшебных зверей.

– Понятно, значит, лагеря охотников со временем превратились в деревни?

– В точку. Лампара росла, звонкой монетой, да сильным словом подстёгивая людей убивать чудовищ. Знаешь поговорку: «Проснулся – убей химеру», нет? Ну, не важно. Главное, что в итоге, охотники наткнулись на этот самый лес. Здешние твари куда больше и опаснее, люди не смогли их извести.

Уф, у меня аж огонь в груди вспыхнул от гордости, не зря я книжки читала! Сердце колотится, мана голубым сиянием окружила тело. Хах, пусть знает, невежда, кто из нас настоящий волшебник!

– Астра…

– Тихо! Не «Астрай», а слушай. Люди не способны покинуть полуостров: на севере – непроходимый лес, а в океане… Там ещё опаснее зверьё живёт, ни одна экспедиция не вернулась. Престол и Академия не могут открыто признать поражение, вот и молчат…

Продолжить не удалось. Всё моё нутро сжалось от внезапно налетевшего ледяного ветра. Магия?! Но кто…? С трудом повернув голову к источнику ауры, я увидела два глаза цвета рапса с вертикальными зрачками, наблюдающие за мной из кустов… Заложило уши, начало тошнить.

Я попыталась вырваться из оков, но тщетно. К горлу подкатил ком, а каждый сустав будто пронзило стальным стержнем: не двинуться, не закричать. Одним длинным прыжком химера настигла меня, широко разинув клыкастую пасть. В тот миг, когда я решила, что всё кончено, между мной и монстром возник Энтинус.

Хрясь!

С оглушительным хрустом зубы химеры погрузились в левую руку учителя. Тварь была огромна! Нечто среднее между тигром и лосем с сияющими ветвистыми рогами.

– Я же говорила…! – из моего горла вырвался писк, приправленный слезами.

А? Я снова могу говорить? Аура монстра пропала?! Нет! Её вытеснил другой поток маны, тёплый, как летний бриз… Освободившись, я сделала шаг назад и плюхнулась на пятую точку. Химера замерла, разжала окровавленную пасть, а затем чуть ли не скуля, поспешила убраться восвояси.

– Во дела-а…!

Язык меня не слушался, да и всё остальное тоже. Издав нервный смешок, я отключилась.

***

Астра:

Уют и покой, тепло и нега. От дуновения лёгкого ветерка шумит листва, лучи солнца касаются моих век. Да, таким и должно быть утро благородной леди. Как жаль, что скоро ворвутся бонны… Стоп! В мой ещё дремлющий разум секущим шквалом ворвались воспоминания, заставив открыть слипшиеся от усталости глаза. Я не дома!

– Доброго, – безмятежно поприветствовал меня учитель.

– Э-эй! Ты чего удумал?!

Чтобы вы понимали, я злюсь не просто так, а потому, что проснулась, чёрт знает, где! Не в кровати, не в палатке и даже не на голой земле… а у Энтинуса на руках! Его лицо так близко… неестественно чистые голубые глаза…

– Пусти! Сейчас же!

Я попыталась вырваться, но не смогла. Дождавшись, пока я успокоюсь, Энтинус опустился на одно колено, предоставив мне возможность самостоятельно встать. Похвально, конечно, что он сделал всё по правилам этикета, но… Я ведь только что нежилась на руках едва знакомого мужчины! Какой стыд! Залившись краской до самых ушей, я отвернулась, прикрыв руками лицо.

– Как самочувствие? – поинтересовался учитель.

От нахлынувших эмоций я и двух слов связать не смогла. Промямлила что-то себе под нос… Чёрт!

– Астра?

– Для тебя: госпожа фон Заубер! Неужели сложно запомнить?!

Во-от, хорошо, злость помогла оправиться. Обернувшись, я упёрла руки в бока, изо всех сил стараясь походить на светскую леди. Кхм, то есть, я и так леди, но лишний раз подчеркнуть не помешает.

– Ну-с, рассказывай, учитель.

– Что ты хочешь услышать?

Оценив мою боевую стойку и пронзительный взгляд, Энтинус заметно поёжился. Понял, значит, что разговор будет не из приятных.

– Не притворяйся! Как ты посмел иллюзии на мне использовать?!

– Иллюзии…?

– За дуру меня держишь?! Химеры людей в клочья рвут, а на тебе ни царапины!

– И зачем мне это?

– А кому не хочется перед девушкой покрасоваться? Думал, что я, как проснусь, начну твоей смелости петь дифирамбы? Зря. Слишком большую зверушку «нарисовал», была бы размером с козу, я бы ещё поверила, а так… Простушку во мне увидел, шарлатан?

Белобрысый, вместо ответа, только брови поднял. Шокирован моей гениальностью?

– Ты ведь сам ещё студент, верно?

– С чего ты взяла?

Мои кулаки сжались… Этот безродный раз за разом продолжает мне «тыкать». Ладно, неважно, криком делу не поможешь. Сделав глубокий вдох, я продолжила вбивать гвозди в гроб этого наглеца:

– Ясно же, как день: ты неотёсанный, история Лампары для тебя пустой звук, даже в вопросах, касающихся гильдии магов, я и то лучше разбираюсь. К тому же, чтобы молодой, никому не известный маг, без начертаний на теле и артефактов, щелчком пальцев ворота выбил…

– И ты решила…

– Сразу поняла. Дядюшка во мне души не чает, он видел, как я хочу стать волшебницей. Маменька против учёбы была, поэтому магистру пришлось нанять прилично выглядящего парня, подделать все документы, и начертить заклинание взрыва на воротах замка. После вы разыграли правдоподобную дуэль, такую, чтобы толпа поверила. Тебе оставалось только шарик светящийся кинуть.

– Считаешь, Дитя Истины заранее знал, что Белла тебя приведёт?

– У них… непростые отношения. Легко догадаться.

Чем дольше Энтинус меня слушал, тем выше задирал брови. Жаль парнишку, но, ему придётся постараться, чтобы переубедить умненькую волшебницу. А ещё…

– Хм… судя по пению птиц, сейчас полдень, так?

– Примерно.

– Понятно… я была без сознания почти двенадцать часов…

– И что?

– А то! Ты мог сделать с благородной леди любую мерзость, пока та была столь беззащитна!

– Например?

– Ых! Мой рот не помойка, чтобы такие вещи произносить!

Учитель задумчиво потёр подбородок. Неужто его так легко загнать в тупик?

– Хм, твоя версия звучит интересно, исключая тот факт, что «студент, едва поступивший в Академию», создал иллюзию химеры, способную излучать подавляющую ауру. Получается: либо твой дядюшка помог мне «сделать леди беззащитной», либо…

– Либо?

Лицо Энтинуса растянулось в улыбке, больше напоминающей оскал. Не проронив ни слова, он пошёл дальше.

– Стой! Не смей убегать от ответа!

***

Астра:

Столько всего случилось… Мне неспокойно. Стоит обернуться, сердце подпрыгивает. Северный лес, непреодолимый рубеж – остался позади… Тот самый, в который боятся ходить сильнейшие рыцари и маги Лампары. Я оказалась там, где доселе не ступала нога имперского подданного.

Тяжёлые стволы хвойных громадин сменили нежные берёзки. Чёрно-белые красавицы, изгибаясь в причудливом танце, напоминали фарфоровые статуэтки. Суждено ли мне вернуться домой? Увижу ли родных…? Стоп, хватит! «Волшебник должен держать цель в поле зрения, нельзя отвлекаться» – так дядя учил. Буду решать проблемы по мере их поступления.

– Предлагаю обмен.

Услышав мои слова, Энтинус вопросительно наклонил голову.

– Я готова признать, что химера была настоящей и ты – настоящий маг, если честно ответишь на мои вопросы.

– По рукам.

– Для начала скажи, как твоя рука, болит?

– Беспокоишься обо мне? – вопросом на вопрос ответил Энтинус, показательно пошевелив кистью.

– Нос не задирай! Плевать я на тебя хотела! Спрашиваю лишь потому, что учитель-калека мне ни к чему! Почему нельзя было просто сказать: «Да»? Ладно, забыли. Я ещё про ауру твою спросить хотела, она такая…

– Какая?

– Ты подумаешь, что я спятила…

– Не подумаю, – нахмурился учитель. Он, порой, такое серьёзное лицо делает, ему даже верить хочется.

– Для начала скажи, ты действительно способен скрывать ауру?

– Да.

– Бред… Это ведь как дышать! Мана всегда выделяется, её поток можно только сильнее сделать и… что?

Каждый раз, когда учитель слушает меня, он… действительно слушает. Другие взрослые, стоило мне разойтись, тут же переводили тему, но Энтинус… Прямо в глаза смотрит, кивает. Бесит неимоверно! Дурой себя чувствую!

– Не волнуйся, я научу тебя управлять аурой.

– Упра…влять? Я не хочу!

– Почему?

– Потому! Даже если это возможно, нас ведь засмеют! Маг без ауры, да где такое видано! Тебя потому слабаком и считают!

– Зато зверьё волшебное не чует.

– А?

Слушать учителя было физически больно. Хотелось крикнуть: «Шарлатан! Чушь несёшь! Твоё место в цирке!». Я столько книг прочла, и в каждой есть опровержение его словам…

– У всякого создания с душой есть аура. Обычные люди её почти не чувствуют, а вот животные, наоборот. Звери с сильной душой полагаются во время охоты на магическое чутьё, ведь ему не страшны ни погода, ни время суток.

Впервые его разговорить получилось, однако… Душа? Чего? Энтинус маг или священник? Мы договорились, конечно, что я ему верить буду, но… никогда бы не подумала, что держать обещания так сложно!

– Раз так много об ауре знаешь, научи от неё защищаться.

Вот он, момент истины. Эту тему в каждом трактате успели по десять раз пережевать. Пусть только попробует ляпнуть глупость, клянусь, пешком обратно в замок уйду!

– Аура… – Энтинус подвигал нижней челюстью подбирая слова. – …поток микрочастиц, возникающий в результате катаболизма ядер…

Увидев, как я открыла рот и выпучила глаза, учитель замолк. Ага, да, из того, что он сказал, я поняла… ничего. Это какие-то витиеватые ругательства?

– Мана как бы… тлеет внутри тебя, покидая тело в виде дымки. Это и есть аура. Её задача отражать направленные в твою сторону чары. Чем этот щит плотнее, тем сложнее тебе навредить.

– Понятно…

Другое дело! Хотя бы звучит логично, а то ишь, матерится при детях!

– Ты пока мне про ужасы леса рассказывала, так перевозбудилась, что всю ману из тела выбросила, вот химера тебя и почуяла. Без маны ты лишилась ауры – защиты, дарованной тебе от природы. Волшебные существа не только превосходно ощущают чужую ауру, они способны ловить жертву с помощью своей. Попав под удар дикой, чуждой организму маны, твоё нутро получило сильный шок. Продлись давление немногим дольше, начались бы внутренние кровотечения.

– Уточнять было необязательно! Мне и без подробностей жутко! Запугать хочешь?!

– Ты ведь раньше ощущала ауру других магов?

– Конечно! Я всю жизнь провела в кругу волшебников!

– И как? Видела их мысли?

Сейчас, когда он упомянул…

– Иногда, неразборчиво.

– Мана движется по всему нашему телу. Проходя через мозг, она цепляет обрывки мыслей и воспоминаний.

– Хочешь сказать, если я не научусь прятать ауру, мои мысли станут достоянием общественности?

– И не только. Существа с хорошим чутьём способны по испускаемой мане читать противника. Скажи, что химера увидела в твоём выбросе?

У меня было, что ответить, но я предпочла промолчать. Не хочу произносить вслух…

– Зверь увидел маленькую, испуганную, слабую девочку. Добыча – что надо.

Да-да, именно это я и не хотела озвучивать.

– Получается, ты специально вложил в свою ауру сильные воспоминания и эмоции? – поджав губы, я продолжила допрос. Энтинус напрочь лишен чувства такта, однако вопросы никуда не делись.

– Верно. Что тебе удалось увидеть?

– Мхм… ты обещал не смеяться… в общем: я словно оказалась посреди залитой солнцем пустыни. Сухие деревья, обожжённые скалы и… в тени кустарников дремлет зверь с роскошной гривой. Он не был голоден или зол, просто отдыхал. Заметив меня, большой кот приоткрыл один глаз. В этом жесте был немой вопрос: «Какое дело у тебя к королю?».

Я вздрогнула. Рассказ вернул меня в тот миг… Никогда не чувствовала себя настолько слабой и ничтожной! Учитель, что ты, чёрт возьми, такое?!

– Замечательно, твоё магическое чутьё на высоте, раз смогла понять древнейший из языков.

– Я двулунная, забыл…?

В следующую секунду моё лицо столкнулось с прозрачным полотном. От неожиданности я чуть воздухом не подавилась.

– Это… – хотел было объяснить Энтинус.

– «Барьер-граница», знаю, не учи! Защищает область от чужих глаз, заклинаний поиска средней ступени и ниже, а также преграждает путь живым существам, без разрешения хозяина. Стоимость: двадцать аур за гектар.

– Ответила, как на уроке, – в этот раз учитель улыбнулся по-доброму.

***

Взору девочки предстал небольшой, поросший мхом, деревянный домик с тонкой металлической трубой. У входа, по двум сторонам от двери, висели на ниточках сушёные грибы и кабачки.

– Зачем накрывать защитным заклинанием такую халупу? И так никто в здравом уме не сунется. Выглядит, как жилище старой ведьмы.