Текст книги "Эволюционер из трущоб. Том 11 (СИ)"

Автор книги: Антон Панарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Лёха кивнул и в задумчивости сел на край матраса. Внезапно у него заурчал живот.

– Пока будешь думать, можешь пожевать сухпаёк, – улыбнулся я и извлёк из хранилища пару коробок пайка.

Мы молча жевали, глядя в пустоту. Каждый думал о своём. Я, к примеру, раздумывал о том, как же мало я могу передать доминант ребятам. Всего семь штук. Одно дело, если это будут семь конгломератов, но в нашем случае конгломераты – это та ещё роскошь. Ими раскидываться я пока что не собираюсь.

– А если… – начал было Леший и покачал головой. – Нет. Это ерунда.

Пока он думал, у меня отросла левая рука. Я занял сидячее положение и привалился спиной к стене, продолжив жевать. Умял всё, что было, кроме ненавистных мне галет. Вот уж мерзость так мерзость. И не важно, намажешь ты на них печеночный паштет или варенье. Галеты останутся всё той же несъедобной гадостью.

Закончив трапезу, я швырнул галеты на пол, а после потянулся разумом к двум крысам, прятавшимся в трещинах бетонных стен. Грызуны выскочили и принялись пожирать галеты. Да, нелёгкая у них жизнь. Худющие, злые, голодные. Хммм… А давно я начал сочувствовать крысам? Чёртова доминанта. Того и гляди, помешаюсь на сыре и стану устраивать набеги на зернохранилища.

От этих мыслей я расплылся в дурацкой улыбке и заметил, что Леший смотрит на меня. На его лице отпечаталась решительность.

– Миха. Я выбрал, – уверенно заявил Лёха.

– Надеюсь, ты решил взять «Преждевременное облысение». Лысина тебе бы пошла, как никому другому, – улыбнувшись, сказал я.

– Ага. Очень смешно, – фыркнул Лёха. – Себе её оставь. Я же возьму…

Глава 18

– Значит, так. Я подумал и решил, – начал Леший, улыбаясь, и сделал театральную паузу.

– Ага. Записываю, – кивнул я, едва сдерживая смех, уж больно забавно выглядела в этот момент физиономия Лёхи.

– Пи-пи-пи!!! – раздался вопль двух крыс, дерущихся за пачку галет.

– Тишина в аудитории! – прикрикнул на них Леший и погрозил грызунам кулаком, но те не обратили на него никакого внимания. Пришлось перехватить контроль над телами грызунов и заставить их сесть на задницы и внимательно посмотреть на Лёху. – Чего это они? – удивлённо спросил он.

– Ждут начала лекции, – усмехнулся я.

– Опять твои фокусы? – догадался Лёха и покачал головой. – Ладно. Я хочу избавиться от доминант Всеядность и Ментальная связь. А вместо них…

– Погоди. Ментальная связь ведь полезная доминанта, – остановил его я.

– Ага. Но её можно заменить рацией или сотовым, на худой конец. Сам понимаешь, покойнику связь будет без надобности.

– Согласен, – кивнул я. – И что ты хочешь вместо этих доминант? Надумал взять Преждевременное облысение?

– Возьму доминанту Остроумия, если ты ею поделишься, остряк, блин, – хихикнул Леший.

– Увы, эта доминанта в единственном экземпляре, – развёл я руками.

– Жаль. В таком случае беру «Неуловимого» и «Целебное касание».

– Мудрый выбор, – оценил я. – Теперь у нас будет свой паладин.

– Какой ещё Аладдин? – нахмурился Лёха.

– Какой-какой? Из Аграбы. С макакой на плече, – вздохнул я.

– Чего? Какая ещё макака?

– Забей, – отмахнулся я от Лешего, который, судя по всему, никогда в жизни не смотрел мультфильмов, да и сказок, видимо, не читал. – Паладин – это святой воин, борющийся с тьмой силами света. Он также промышляет целительством, благословениями и прочим.

– А. Светляк, типо? – почесав затылок, спросил Леший.

– И пивняк, – усмехнулся я, а после схватил Лешего за руку. – Готов?

– Готов любить котов… А-а-а!!! – заорал он, но завершить свою шутку всё же успел.

Мысленно я отдал Ут приказ «Активировать модификатор „Реконструкция генома“» и началась перестройка. Первым делом я пустил в переработку доминанты Ментальной связи и Всеядного. Переработал их в пользу «Контроля маны», только его Леший не смог развить до третьего ранга за семь лет тренировок.

Кстати, процесс «Реконструкции генома» выглядел весьма занимательно. Перед глазами появилась карта Лёхиного тела, на которой имелись семь ячеек, расположенных сверху вниз от головы до промежности. Как обычно, два кристалла лопнули, а на их месте сформировались новые. Третьего ранга. К моменту, когда процедура завершилась, Леший тяжело дышал, а лицо его заливали крупные капли пота.

– Никогда к этому не привыкну, – выходнул он.

Я лишь улыбнулся и со всей силы врезал ему подзатыльник. Точнее, попытался это сделать. Леший инстинктивно пригнулся, а после вскочил на ноги.

– Ты чего⁈ – возмутился он.

– Проверяю, работает ли доминанта «Неуловимый», – пояснил я с довольным выражением лица.

– По ходу дела, работает, – радостно кивнул Лёха и подошел ко мне. – Посмотрим, как обстоят дела с Целебным касанием.

Он положил руку на мою берцовую кость, ниже которой ступня до сих пор отсутствовала. Ещё не успела отрасти. По телу Лёхи прокатилась волна маны вместе с зеленоватым свечением и… Ничего.

– В смысле? – нахмурился Леший.

– В коромысле. Концентрируйся не на собственном теле, а попытайся представить, как выбрасываемый тобой поток маны проникает в тело пациента и восстанавливает его ткани.

– Да я чё, в анатомии шарю, что ли? – возмутился Лёха, всплеснув руками.

– Дубина. Держи руку на моей коже и закрой глаза. Сосредоточься и попытайся ощутить мой энергетический контур. Несмотря на то что я лишился ног, контур остался неизменным. Тебе нужно его воссоздать с помощью своей маны.

Леший выполнил мои инструкции и расплылся в улыбке.

– Хрена се. Никогда подобного не ощущал.

– Я ещё сделаю из тебя архимага, – хмыкнул я и почувствовал, как мана Лёхи вливается в моё тело, неторопливо восстанавливая повреждённые участки тела и ускоряя регенерацию. – Молодец. Всё правильно сделал, – похвалил я друга. – Поздравляю, теперь ты сертифицированный паладин.

Я протянул Лешему руку, и он тут же её пожал. Однако, когда он захотел расцепить рукопожатие, я его не отпустил. Вместо этого резко поддёрнул Лёху к себе и грызанул его за бицепс, туда, где была артерия. Тугая струя крови ударила мне в лицо, а Леший заорал от боли.

– Ты чё наделал⁈ – взвизгнул он, отпрыгнув назад.

– Ты должен научиться исцелять себя. Иначе эта доминанта бесполезна. Поторопись, у тебя примерно полторы минуты, после ты потеряешь сознание и умрёшь, – предупредил я его настолько буднично, что сам испугался своего тона.

Лёха с выпученными глазами стал судорожно вливать ману в рану, но она не закрывалась. Он зыркал то на меня, но на струи крови, вырывающиеся из его тела.

– Успокойся и сосредоточься, иначе умрёшь.

Леший, тяжело дыша, кивнул и закрыл глаза. Зеленоватое свечение разлилось по его телу и собралось в районе бицепса, заполнив собой рану. Знаете, а Лёха настоящий талант! Второй раз в жизни использует магию исцеления, и так виртуозно остановил артериальное кровотечение. Браво! Хотя, был ли у него выбор? Да и у меня выбора не было. Нет времени на долгое обучение. Только встав на грань жизни и смерти, можно сделать качественный рывок вперёд.

– Красавец. Ты справился. Я в тебе не сомневался.

– А вот я в себе сомневался, – пошатываясь, произнёс Лёха и плюхнулся на матрас. – Если ты не против, я немного посплю, – затихающим голосом произнёс он и отключился.

– Отдыхай.

Я похлопал Лёху по плечу, а после призвал Огнёва, чтобы он обогрел наше убежище.

– Спят усталые ребята, Мишки спят? – нахмурившись, спросил старшина.

– Мишка бодрствует, – ответил я, привалившись спиной к стене. – Коньяк будешь?

– После такой кормёжки – ясен хрен, буду, – буркнул Огнёв, и перед ним в ту же секунду материализовалась пара бутылок с янтарной жидкостью. – Вот это другое дело, – довольно заявил он, откупорил обе бутылки и залпом осушил их. – Ха! Хорошо пошло! Хочешь песню?

– Собственного сочинения? – спросил я.

– Типа того. Группа «Мятеж» называется! Я, Дэнчик и Женёк группу как-то сколотили. Ну, всё как надо. Барабаны, хреновый усилок, дребезжащая гитара и я на вокале. Я ж, это. Стихи пописывал порой.

– И покакивал, – усмехнулся я.

– Очень смешно, – передразнил меня Огнёв. – Ну и короче, писали мы песни, писали, да так нигде и не выступили. Считай, что это мой творческий дебют!

– Тогда молчу и внимательно слушаю творца, – произнёс я и изобразил, будто закрываю рот на замок, а ключ выбрасываю.

Огнёв вытянул руку вбок, и в ней тут же материализовалась из пламени электрогитара. Кашлянув, он начал играть ритмичную бассовую партию, а после переключился на так называемый дребезжащий дисторшн, звуки которого лились из пламенного усилителя.

– С детства я жил в низинах Двуречья.

И пред волками был страх… не человечий! – срывая глотку, заорал он.

– Как-то в лес я пошел,

Но волк след мой нашел,

Укусил он меня,

И теперь ему подобен я!!! Ау-у-у!!! – Огнёв взвыл так, что даже Леший вздрогнул, но не проснулся.

– Шерсть блестит в лунном свечении,

Перед богом нет мне прощения,

Я боюсь серебра,

Но ты… Не доживёшь до утра-а-а!!!

– Если вы будете так орать, то точно не доживу. Заткнитесь, пожалуйста, – буркнул сквозь сон Леший и затих, перевернувшись на другой бок.

– Какая благодарная публика, – фыркнул Огнёв. – Ладно, чё там насчёт дамы сердца? Я уже устал напоминать.

– Если устал, то ручной труд тебе в помощь, – хихикнул я. – А если серьёзно, то я в процессе поиска. Найти элементаля Огня женского пола, знаешь ли, не самая простая задачка.

– Задачка, блин, – с досадой выдохнул старшина. – Видал я, как ты её ищешь. То яйцеголовым морды бьёшь, то в столице по балам шляешься. Поисковик хренов.

– Можешь сам попробовать поискать. Мы в глубине аномальной зоны. Пугать тут некого. Лети на все четыре стороны, ищи любовь, заботу и ласку. Когда сдохнешь, вернёшься обратно.

– Да ты это, не обижайся. Эт я так. Ворчу для проформы, – примирительно произнёс Огнёв. – Сам же знаешь, что в этом дурдоме особо не с кем пообщаться. Галя, хоть и начала нормально говорить, интеллект остался на уровне пятилетки, да и она по тебе с ума сходит. С Мимо так и вовсе каши не сваришь, как сельский дурачок, право слово.

– Это ведь хорошо. А то я по первой опасался, что ты из-за спермотоксикоза попросишь Мимо принять форму портовой путаны, ну и… – пошутил я, но Огнёв воспринял шутку всерьёз.

– Тьфу, блин! Ты чего несёшь? Я кто, по-твоему? – возмутился он, а после с интересом спросил. – А ты это… Уже пробовал? Ну, в смысле…

– Так, это была шутка. Весьма паршивая шутка. Начнёшь приставать к мимику, я тебя в реке искупаю, чтобы охладился основательно, – предупредил я, пригрозив старшине пальцем.

– Да иди ты, – ухмыльнулся он. – И всё-таки, знаешь… Гораздо приятнее жить в пещере в окружении идиотов, чем сдохнуть, – философски произнёс старшина и посмотрел куда-то вдаль.

– Знаю. Ещё как знаю, – согласился я и закрыл глаза, плавно провалившись в сон.

* * *

Глубокая ночь укутала Кунгур. Свет прожекторов лениво скользил по водной глади и асфальту, выискивая тварей. На улице комендантский час. Жителям запрещено выходить за пределы города днём, а ночью и подавно. Однако, не все в городе спали.

Сергей, прижавшись к холодной стене, затаил дыхание. Он ждал подходящего момента. Стоило лучу прожектора скользнуть мимо, как Сергей мгновенно сорвался с места и метнулся через улицу. Проскочил между двумя патрулями, нырнул в подворотню и неторопливо пошел в сторону моста.

Дорогу по мосту преграждала каменная стена, однако под самим мостом имелись стальные балки, по которым Серый и собирался переправиться на противоположную сторону. Огромный, как горилла, он висел под мостом, раскачивался на балке и перехватывался за следующую, продвигаясь всё дальше. С виду настоящая обезьяна. Подумав об этом, Сергей улыбнулся и порадовался, что его друзья не видят этого побега, иначе новая кличка прилипла бы надолго.

Выскользнув за пределы охраняемой зоны, он облегчённо выдохнул. Зыркнул по сторонам и побежал через незаселённую часть города в сторону густого мрачного леса. Серый двигался быстро и бесшумно, словно призрак, ведомый лишь лунным светом.

Спустя полчаса он оказался в глубине лесной чащи. Сергей остановился и глубоко вдохнул, чувствуя, как его лёгкие наполняются влажным ночным воздухом, пропитанным запахами мха и сырой земли. Серый вытянул руку в сторону и улыбнулся. Вокруг его пальцев начала сгущаться тьма, принимая облик чёрного как смоль топора с гравировкой в виде чёрного солнца на лезвии.

Сергей крепко сжал оружие в руках и медленно поднял его над головой, позволив лунному свету коснуться лезвия. Из теней деревьев потянулись нити темноты, густея и сплетаясь в силуэты звероподобных существ. Через несколько мгновений перед ним уже стояла стая из пяти теневых вервольфов. Их глаза мерцали бледным холодным светом, а пасти оскалились в безмолвном рыке.

Сергей окинул взглядом своих зверушек и улыбнулся, удовлетворённый результатом. Он не знал, что это – души тварей или их энергетические слепки. Это было не важно. Благодаря топору Серый мог сотворить нечто прекрасное. Новую жизнь, чья мрачная красота пугала своей мощью, но в то же самое время завораживала.

– Время поохотиться, – властно произнёс Сергей, указывая вперёд топором.

Вервольфы беззвучно сорвались с места. Скользя между деревьями, они исчезли в ночи. Сергей проводил псов пристальным взглядом, ощущая, как тьма из топора проникает в сердце, наполняя его ощущением силы и безграничной власти.

* * *

Югорск.

Столица Черчесовского графства.

За окном светило яркое солнышко. Лучи ласково проникали сквозь стекло, освещая комнату тёплым золотистым светом. Макар сидел у окна, лениво подпирая рукой подбородок, и мечтательно смотрел наружу. Мимо пронеслись ребятишки, громко смеясь и перекидывая друг другу мяч. Весёлый гомон на улице звучал так заманчиво, что Макара невольно потянуло присоединиться к ним.

В это самое время позади него возникла Маргарита Львовна. Старушка строгим уверенным голосом методично объясняла основы финансовой грамотности:

– Повторяю ещё раз: главное в управлении деньгами – это планирование бюджета и контроль над расходами. Если ты не умеешь грамотно распоряжаться даже малой суммой…

Старушка вдруг замолчала, заметив, что её ученик абсолютно не слушает и с мечтательным лицом продолжает смотреть в окно. Маргарита Львовна тяжело вздохнула, быстро подошла к Макару и отвесила ему такой подзатыльник, что у парня даже зубы клацнули:

– Куда это мы опять уставились? Я что, ради стен тут распинаюсь? – недовольно произнесла Маргарита Львовна.

Макар медленно и устало повернул голову, с лёгкой укоризной глядя на свою наставницу.

– Да я всё это уже знаю наизусть. «Главное в финансах – бюджет и контроль расходов. Если не умеешь распоряжаться малой суммой, то крупные деньги тоже удержать не сможешь. Финансовая грамотность начинается с дисциплины и бережливости», – монотонно и без запинки отчеканил он, повторяя слово в слово недавнюю речь старушки.

Маргарита Львовна нахмурилась, сложив морщинистые руки на груди. Она приложила уйму усилий, чтобы скрыть улыбку, и с напускной строгостью произнесла:

– Ну что ж, раз это ты запомнил, то перейдём к более сложным вещам. Диверсификация рисков это… – Маргарита Львовна отвернулась, шагнув к доске, делая вид, что крайне недовольна успехами своего ученика.

Но стоило ей повернуться к Макару спиной, как на лице Маргариты Львовны тут же расплылась добрая улыбка. Она гордилась своим учеником, хотя никогда не сказала бы об этом вслух.

Макар тихонько вздохнул и снова повернулся к окну, усмехнувшись про себя. Раскосый парень смотрел не только на улицу, но и видел в отражении улыбку старушки. В конце концов, пусть уж лучше Маргарита Львовна ворчит и слегка ругает, чем переживает за будущее рода и Михаила.

* * *

Ночь была восхитительной и весьма занятной. Когда я поглотил доминанты аристократов, погибших на балу, то неслабо удивился. Модификатор «Коллекционер воспоминаний» должен был передать мне фрагменты памяти, знаний и навыков погибших. Но я ничего не получил. По крайней мере, пока бодрствовал.

А вот провалившись в сон, я будто очутился в многомерной реальности. Вот перед глазами бежит графиня Бестужева, смотрит в окно, машет уезжающему мужу ручкой, а в этот самый момент дворецкий задирает её платье и… Ну, вы понимаете, что было дальше.

Картинка меняется. Передо мной барон Астафьев. Гордый статный мужчина! Славится любовью к благотворительности. Помогает нищим и убогим. А у самого в подвале алтарь, на котором этот чудик проводил жертвоприношения, стремясь достичь бессмертия.

Ещё один аристо с немецкой фамилией Фейштель любил марочное вино. И как-то раз заглянул к соседу, чтобы распить бутылочку красного. Сосед в это время прятал во дворе золотые слитки. Так уж вышло, что в вырытую яму слитки не попали, зато попал их владелец. Фейштель забрал золото, прикопал бывшего друга, а сам спустил всё на курортах Краснодарского края.

И таких видений были десятки! А хуже всего то, что я не увидел ничего хорошего. Такое ощущение, что этот модификатор показывает мне лишь страшные тайны людей, у которых я отобрал доминанты. А может, на балу были лишь редкостные твари. Однако, этот кошмар завершился сильным тычком в бок. Лениво открыв глаза, я увидел недовольную морду Лешего.

– Мы жрать сегодня будем или нет? – спросил он, сверкая голодными глазами.

Судя по всему, парень давно бодрствует и уже устал ждать, пока я проснусь.

– Слюну подбери, товарищ паладин. Сейчас выдам паёк, – зевнув, потянулся я. – И вообще. Ты, когда за мной увязался, решил не брать с собой провиант?

– Я надеялся, что мы в столицу отправимся, а не к чёрту на кулички, – буркнул Лёха и увидел на полу две пустые бутылки коньяка. – Ты чё? Бухал в одно лицо? Михаил Константинович, не знал, что ты алкоголик, – удивлённо выпалил Леший, поглядывая то на меня, то на бутылки.

– Ты так храпел, что пришлось выпить во имя потери сознания. Иначе выносить это было невозможно, – пошутил я, бросив на кровать две коробки сухого пайка.

– Да иди ты. Не храплю я вовсе, – буркнул Леший, достал нож и стал потрошить коробку.

Я собирался присоединиться к трапезе, но в следующее мгновение сверху что-то громыхнуло.

Глава 19

В народе говорят «Свято место пусто не бывает». Вынужден согласиться. Поговорка отличная, а ещё она чертовски подходит к нашей незавидной участи. Использовав Всевидящее Око, я посмотрел наверх, а там… Три десятка ярко-синих силуэтов носятся по городу, круша здания. Видать, твари учуяли наш запах и пытаются найти столь вкусные куски мяса.

– Какого чёрта там происходит? – спросил Леший, когда земля в очередной раз содрогнулась.

– Сейчас узнаем, – задумчиво сказал я и потянулся к разуму крыс, сидящих на полу рядом с пачкой галет.

Грызуны издали протяжный писк и через вырытые норы выбрались на поверхность. Их глазами я увидел трёхметровые фигуры, купающиеся в рассветных лучах. Тела покрыты многочисленными острыми костяными иглами, длиной около тридцати сантиметров. Окрас кожи – буро-серый. Клыки огромные и острые, а глаза маленькие и злые. Скалясь, эти твари забавно визжали, как поросята, что совершенно не соответствовало их виду.

Я узнал их. В Академии рассказывали про подобных существ. Насколько помню, их называют иглокожими вепрями. По сути, это гигантский кабан, гораздо крупнее обычного, злой, плотоядный кабан. Крайне агрессивное животное. Иглокожий вепрь атакует без предупреждения, бросаясь на врага с огромной скоростью.

Помимо удара клыками, он способен выстреливать своими иглами в противника. Иглы не только остры, но и могут содержать слабый паралитический яд или быть инфицированы гнилостными бактериями. Хряк свиреп и бесстрашен, предпочитает сражаться до конца. Если резюмировать всё вышесказанное, то это идеальные противники для проверки навыков Лешего.

Лёха заметил улыбку на моём лице, и она ему явно не понравилась.

– Миша, не пугай меня так. Что там?

– Сослуживцы нашего Артёма, – едва сдерживая смех, сказал я.

– Какие ещё сослуживцы? – нахмурился Лёха.

– Ну, соображай быстрее. Артём у нас рядовой свинина. А значит…

– Сверху кабаны? – робко спросил Леший.

– Браво! За правильный ответ ты получаешь право пойти и разобраться с ними, – сказал я, хлопнув друга по плечу.

– А ты?

– А я чертовски устал. Всё же вчера мне пришлось сражаться с огромным дендроидом. Это тебе не поросят гонять, – зевнув, произнёс я и толкнул Лёху к выходу. – Давай-давай. Топай. Как закончишь, разбуди.

– Ну капец, блин. Ты бы хоть ради приличия присмотрел за мной, – буркнул Лёха, открывая дверь бомбоубежища.

– Зачем? Ты уже взрослый, а за семь лет твои навыки выросли до невероятных высот. Удачи. – Договорив, я лёг на матрас и отвернулся лицом к стене. – Хотя, стой, – позвал я Лешего. – Дай руку.

Лёха лишь вздохнул и выполнил мою просьбу. Я сосредоточился и задал Ут один-единственный вопрос: «Мы можем объединить какие-то доминанты в конгломерат?». Ласковый голос моей помощницы тут же сообщил:

«Это возможно. Доминанты: „Танцор“, „Неуловимый“, „Ускоренная реакция“, „Ножевой бой“ можно объединить в конгломерат „Клык хищника“. Данный конгломерат позволит носителю интуитивно ощущать где находятся болевые точки, а также нервные узлы противника».

Услышав это, я тихо присвистнул.

– Ну и почему ты раньше молчала? – спросил я в пустоту.

– Мих, ты с кем разговариваешь? – встревоженно поинтересовался Лёха.

– Объединить доминанты, – сказал я, не желая ничего объяснять.

На удивление, создание конгломерата прошло безболезненно, а ещё у Лёхи появились аж три свободных ячейки. Это просто шикарно! Уверен, из него я смогу создать настоящего монстра!

– Ну, чего застыл? Топай. Кабанятина сама себя не добудет, – буркнул я и снова отвернулся к стене.

Леший, покачав головой, отправился сражаться. Его шаги разносились гулким эхом по бетонному нутру бомбоубежища, а я постепенно утонул во мраке, так как единственный источник света Леший забрал с собой.

Разумеется, я не собирался спать. Я что, дурак – пропускать такое зрелище? На одной из крыс уже висела моя пространственная метка. Отдал грызуну приказ подняться на крышу трёхэтажного здания, а после поменялся с ней местами.

Сидя на краю крыши, я любовался разрушительной мощью вепрей. Они брали приличный разгон, а после врезались массивными мордами в стены, проламывая их. Некоторые здания сразу складывались, как карточные домики, поднимая в воздух облака пыли. Другие же падали лишь после третьего или четвёртого удара.

Как понимаете, тридцать хряков очень быстро уничтожали постройки. Здания с грохотом рушились, а свины становились всё ближе к нашему бомбоубежищу. И вот наконец на свет божий вышел Лёха. Учуяв его аромат, вепри, завизжав, ринулись в атаку. Некоторые кабаны неслись напролом через здания, превращая бетонные конструкции в мелкое крошево.

Сразу было понятно, что Лёха растерялся. Оно и немудрено. Грохот и визг доносятся со всех сторон. А он стоит на пути трёхметровых образин, приближающихся со страшной скоростью. Один-одинёшенек. Крепко сжимает в руках два армейских ножа и, судя по движению губ, молится.

Из-за поворота вылетел первый хряк. Разинув клыкастую пасть, он, взрывая копытами асфальт, полетел прямиком на Лёху. Ножи Лешего вспыхнули ярким светом, ослепив тварь. В следующее мгновение парень ловким движением ушел в сторону и вогнал нож по самую рукоять в шею твари. Кабан бежал очень быстро, из-за чего нож распорол не только его шею, но и бок до самой задницы.

Кровь ручьём хлынула из раны. Хряк завизжал и покатился кубарем, врезавшись в стальную дверь дома культуры. Суча ногами, он попытался подняться с земли, но ничего не вышло. Копыта скользили по луже крови, а силы стремительно покидали гордого жителя разломов. Не успел Лёха отпраздновать победу, как на поле боя появились ещё пять существ.

Ну что тут скажешь? Это было красиво. Леший неуловимо ускользал от обезумевших зверей, раздавая уколы и порезы. Одному нырнул под брюхо и вспорол его, умывшись кровью твари. Второму перерезал сухожилия на задних лапах. Третьему вогнал нож в глазницу. Четвёртого уколол в район задницы, от чего ноги кабана перестали двигаться.

Пятый развернулся на бегу, выпустив в Лёху десяток острых игл. От каких-то Леший уклонился, какие-то отразил с помощью ножей, а последнюю даже умудрился перехватить и швырнуть обратно. Игла попала в кабана, но шкуру пробить не смогла. Через мгновение на поле боя вылетели остальные вепри.

Визги, удары со свистом рассекают плоть. Яркие всполохи магии света то ослепляют противника, то прожигают в нём огромные дыры. Казалось, что Леший превратился в машину смерти, которую уже ничто не остановит. Но он заигрался. Очередная свинина массивной мордой врезалась в бок Лёхи, отправив его в полёт.

Леший кувыркался по асфальту, сдирал кожу на руках, лице, коленях, а после врезался в угол стены. Врезался весьма удачно. Так, что пара рёбер сломалась и вылезла сквозь рубаху наружу. Захрипев, Лёха поднялся с земли и с трудом запрыгнул в окно здания, разбив его своим телом. Сделал он это вовремя, ведь кабан через мгновение вломился в стену и застрял в ней.

Я почувствовал мощный всплеск маны, а из окна показалась ярко-зелёная вспышка.

– Исцеляешься? Молодец. Голова работает, – удовлетворённо похвалил я друга и достал из кармана шоколадный батончик.

Вепрь, упираясь копытами, с трудом вытянул голову из бетонного здания и побежал назад, чтобы набрать разгон и проломить чёртову преграду. Зверюга успела отбежать на добрых пятьдесят метров. Взвизгнув, она понеслась в бой. Леший же решил не отсиживаться в ожидании нападения. Он выпрыгнул из окна и, хищно оскалившись, побежал навстречу хряку.

– Сила ног!!! – заорал Лёха, заставив меня ударить себя ладонью по лицу.

– Надеюсь, ты не собрался отбить ему яйца? – спросил я в пустоту, и в следующий миг бой завершился.

Лёха подпрыгнул вверх, ухватился за шипы твари, а после вогнал нож прямо в позвоночник. Вепрь сделал пару шагов и рухнул замертво. Леший скатился по жестким иглам кабана, привалился к нему спиной и, шумно дыша, закрыл глаза. Я осмотрелся по сторонам, поднял небольшой камешек, после чего использовал на нём пространственный обмен и швырнул камень вниз.

Обменявшись с ним местами, я смог в полной мере оценить работу, проделанную Лёхой. Даже лёжа на боку или животе кабаны в высоту были около двух метров. Из открытых ран щедро лилась кровь, а ещё воняло испражнениями и жженой плотью. Я остановился рядом с Лёхой и пнул его по подошве ботинка.

– Отлично сработано, – похвалил я друга, залитого кровью с ног до головы.

– Знаешь что, Михаил Константинович? – строго спросил Леший, сверля меня взглядом.

– Что, Алексей…? – я замялся, не зная, какое у него отчество, поэтому решил даровать ему нового отца, раз уж Лёха принадлежит к моему роду. – Константинович.

Леший улыбнулся и, коротко кивнув, произнёс:

– Спасибо тебе.

– Ого. А я думал, что сейчас в мой адрес полетит ворох матерной брани, – усмехнулся я и сел рядом с другом.

– Да ну. Ты чего? Я же вечно полагаюсь на тебя. Как и ребята. Мы для тебя всего лишь балласт. – Я собирался возразить, но Лёха меня остановил. – Дай договорить. Так вот. Ты с момента нашего знакомства превосходил меня во всём. Я порой злился, завидовал, а ещё… – он посмотрел вдаль и вздохнул. – Хотел стать таким, как ты. Понимаешь?

– Понимаю. Передам тебе ген зелёных глаз и блондинистых волос, – пошутил я.

– Ха-ха. Очень смешно, – передразнил меня Лёха. – Если бы ты не приехал в Михайловск, я бы, наверное, уже отправился на каторгу или с голоду подох.

– А сейчас ты жрёшь от пуза и каждый день можешь подохнуть с куда большей вероятностью.

– Есть такое дело. Но знаешь. Ты заставил меня развиваться. Желать чего-то большего. Правда, следовать за тобой нелегко. Как бы я ни старался, сколько бы времени ни посвятил тренировкам, ты всё равно остаёшься недосягаемо сильнее меня.

– Знаешь армейскую мудрость на этот счёт? – спросил я, улыбаясь.

– Ага. Бери больше, кидай дальше, – хмыкнул Лёха. – Да понятное дело, что мой уровень развития ограничивается семью доминантами. Но я хочу просто не быть обузой, – с грустью заключил он. – На твоих плечах тяжелая ноша. Я был бы рад разделить её с тобою.

– Благие намерения, мой друг, – я хлопнул Лёху по колену и добавил. – Кстати, о доминантах. У тебя появились три свободных ячейки. Я всё же настаиваю на том, чтобы ты взял преждевременное облысение.

Услышав мои слова, Лёха разинул рот.

– Э-э-э. А как? В смысле? Мы же с тобой удалили две доминанты и вживили две новых. Откуда ещё три свободных ячейки взялось?

– Есть такая штука как «конгломераты». Если собрать сходные по значению доминанты, то их можно объединить в единую конструкцию.

– Как кусочки пазла?

– Типа того, – кивнул я. – Так что сегодня тебя ждёт боль. Жуткая боль.

– Тогда чего мы сидим? Давай разделаем свиняку, а пока будет жариться шашлык, передашь мне парочку доминант, – воодушевлённо предложил он, вскочив с места.

Леший подал отличную идею. Да, поедание разломных тварей может пагубно сказаться на здоровье и обернуться мучительной смертью. Но мой желудок с лёгкостью переварит что угодно, а если Лёха траванётся, то сможет поупражняться в магии исцеления. Так что я только за!

– На тебе шашлык, я же соберу образцы, – согласился я, и процесс пошел.

Пока собирал образцы, заметил, что у кабанов все внутренние органы дублированы. Четыре почки, два сердца, четыре лёгких, две печени и так далее. Эти свинюки могли бы стать отличными донорами органов, жаль наши виды несовместимы. А ещё у них нашлись жемчужины третьего ранга. Внутри зелёных кругляшей переливалась перламутровая жидкость. При этом оболочка Слезы Мироздания была на порядок прочнее, чем оболочка перворанговой жемчужины.

Кстати, Слёзы тоже были с сюрпризом. Одна жемчужина пряталась в сердце вепря, а вторая – в мозгу. Честно говоря, я не особо понимаю, почему расположение Слёз Мирозданий в тушах этих созданий именно такое. Может, одна жемчужина стимулировала работу сердца, а вторая мозговую деятельность? Если так, то интеллекта это им не прибавило. Ведь Лёха без особых проблем разобрался с кабанами.

Вернувшись в бомбоубежище, я приволок с собой три десятка клыков. Да, проще было бы, как обычно, намочить тряпку в крови тварей, вот только свободных ячеек у меня маловато. Да и кладовка почти заполнена. Я плюхнулся на влажноватый матрас и сжал в руке первый клык. Ласковый вибрирующий голос Ут сообщил:

«Обнаружен образец ДНК, желаете ознакомиться?»

– Конечно, желаю.

'Образец содержит следующие доминанты:

«Острый нюх»,

От этого Лёха точно откажется. Он то знает, как Серый намучался с этим нюхом. Интересно, как бы себя ощущал Сергей, если ему пришлось бы ехать в плацкарте на койке рядом с туалетом? Думаю, он до первой остановки вышел бы в окно.