Текст книги "Развод. Закон бумеранга (СИ)"

Автор книги: Анна Зубавина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 27

На выходе из офиса к нам присоединился Игорь Олегович, тот самый шатен из отдела маркетинга, одаривающий меня бесцеремонными взглядами.

Доехали до ресторана быстро, дорога даже не успела мне надоесть.

Игорь Олегович распахнул передо мной дверцу машины. Он явно решил взять надо мной «шефство».

Но Роман бесцеремонно отодвинул его плечом. Аккуратно взял под локоть и повел за собой.

Я оглянулась на шедшего позади нас шатена из отдела маркетинга и перехватила его взгляд, полный досады.

Сделалось не по себе. Как это понимать? Он решил за мной приударить? Или позлить генерального директора?

Перед входом в ресторан быстро осмотрелась, пытаясь понять, где мы находимся. Центр города – это точно. Но название ресторана «Бинго» ни о чем мне не говорило.

Мы миновали стеклянные двери. Возле гардероба, нас встретил администратор и проводил в зал.

Чувствовалось, что заведение из элитных. Нет, здесь не было кричащей роскоши. И все же…

В оформлении чувствовался вкус дорогого дизайнера…

Необычной формы потолочные светильники заливали большое пространство зала мягким уютным светом. Над танцполом же сияла хрустальная люстра в виде диковинного цветка…

Круглые столики сгруппированы и раскинуты «гроздьями» по всему залу. В нишах вдоль стен проглядывались кожаные диванчики. Наверное, для приватного общения.

Нас провели в тихое комфортное место подальше от входа.

Ваймин Ли приветствовал нас стоя. К моему облегчению заминки с рассаживанием не возникло. На столе стояли именные таблички напротив каждого места.

Китаец учтиво поблагодарил за то, что приняли его приглашение и деловой ужин начался.

Все сложилось намного лучше, чем я ожидала.

Ваймен Ли сумел направить разговор в нужное русло. Мы с удовольствием слушали о традициях празднования Китайского Нового года, потом речь зашла о китайской кухне, о достопримечательностях Поднебесной, которые просто необходимо посетить…

Время летело незаметно. От вкусной еды и интересных разговоров я расслабилась, усталость и напряжение отступили.

После второго горячего блюда обстановка за столом неуловимо изменилась. Я заметила, что благодушие на лице китайца сменилось деловой сосредоточенностью. Да и Роман весь как-то подобрался.

Неужели наступил момент, ради которого и затевался деловой ужин? Или это что-то другое?

Но углубиться в размышления не удалось.

– Варвара, разрешите…

От неожиданности вздрогнула и повернула голову.

Шатен из маркетинга, склонившись ко мне, протягивал руку.

– Потанцуем?

Я вопросительно взглянула на китайца, потом перевела глаза на Генерального.

Ваймен Ли поощрительно кивнул, а Роман недовольно промолчал.

«А почему бы и нет? – пронеслось в голове. – Я тысячу лет не танцевала». И я не стала отказываться.

На танцполе несколько пар томно двигались под пронзительную, полной любовной тоски, мелодию.

Шатен из отдела маркетинга танцевал отлично, но слишком увлекшись ритмом, крепко прижал меня к себе. Попыталась отстраниться, но не получилось.

– Игорь Олегович, мне нечем дышать.

– Зачем так официально, Варенька? Для тебя – просто Игорь, – прошептал в ухо, но объятия чуть ослабил.

С облегчением вдохнула полной грудью.

– Ты не находишь, что деловые переговоры – слишком скучно? – иронично заметил он. – Зачем тебе вообще в это вникать?

Я вскинула подбородок.

– Вникать в суть переговоров – моя работа, – ответила холодно.

– Ах, да, ты ведь переводчик, – усмехнулся он. – Знаешь, давно мечтал познакомиться с тобой… поближе. – Его горячее взволнованное дыхание опалило мне висок. – Не против, Варенька?

– Против, – выдохнула возмущенно.

Но наглый шатен из маркетинга сделал вид, что не услышал.

Его рука изучающим жестом медленно прошлась по спине и опустилась на талию. Губы слегка коснулись шеи…

Меня прошило горячим ознобом, противно повлажнели ладони.

– Немедленно прекратите, – прошептала умоляюще.

Он нагло усмехнулся и бесстыдно выдохнул:

– Поехали ко мне? Прямо сейчас…

Нет, ну сколько можно… Хам, наглец! Внутри опалило холодной яростью.

– Не смейте разговаривать со мной таким тоном! Иначе, я пожалуюсь Генеральному, – пообещала срывающимся голосом.

– Не надо жаловаться. Со мной лучше дружить, – посоветовал снисходительно. – Поэтому продолжим наслаждаться танцем.

– Еле сдерживаюсь от желания бросить вас посреди танцпола.

– Это очень дорогое заведение, а не дискотека для подростков. Держи себя в руках. Иначе тебя просто не поймут, Варенька!

Промолчала, сцепив зубы, хотя очень хотелось послать настырного «ухажера» куда подальше.

– Вижу тебя насквозь, девочка! – Он опалил мне ухо жарким дыханием. – Запала на Романа? Зря. Не нужен тебе Генеральный. Я знаю, о чем говорю…

– Не ваше дело. Я советов не спрашивала.

– У него таких как ты – легион. И где они? А я… на руках тебя носить буду. Нравишься ты мне.

– Оставьте меня в покое, – взмолилась я.

Но Игорь Олегович, казалось, меня не слышал.

– А как он с Динарой поступил? Весь офис гудит! Голову ей морочил два года, и в отставку отправил! Ну, это ладно, она переживет, без мужа с такой внешностью не останется. Но надеялась, что хоть в должности повысит! Типа, отступного. А он даже не предложил ей. Тебя взял…

– Зачем вы мне это рассказываете? – почувствовала, как неистово забилось сердце, и предательски загорелись щеки.

– Запомни, Динара тебе отомстит! Такие как она, оскорблений не прощают.

– Да вам какое до всего этого дело?!

– Еще раз повторяю – нравишься ты мне. Не хочу, чтобы страдала…

Мне показалось, что мир вокруг меня стал глохнуть. Но нет, это всего лишь закончился танец.

Игорь Олегович галантно взял меня под руку, и мы вернулись за столик.

Заметив нас, официант принес кофе.

– Кофе здесь прекрасен, – с улыбкой заметил Ваймен Ли. – Нравится?

Я кивнула и встретилась со строгим взглядом Романа.

– У меня для вас новость, Варвара Максимовна, – сухо произнес он. – В середине следующего месяца к нам прибывает китайская делегация. Будете сопровождать ее по нашим производственным объектам.

Замерла. Даже дышать перестала.

– Но я ни разу не посещала объекты, – прошептала, наконец.

– Вот и посетите. Что вы так испугались? Ваше дело – перевод.

– Но специфика мне не знакома… – шевелю непослушными губами.

– На вашем участии настаивает Ваймен Ли, – в голосе генерального директора зазвучал металл.

– Хорошо, – кивнула я.

В сумочке завибрировал телефон. Звонила мама.

– Извините…

Мазнула пальцем по экрану, принимая вызов.

– Варя, это Анна, помощница по хозяйству Филиппа Алексеевича. Татьяну Николаевну только что увезли на скорой.

– Анна?! – изумилась я. Сердце застучало с бешеной силой. – Что с мамой? Мальчики где?! – стремительно поднялась я со стула.

– Они со мной, не переживайте. Приезжайте, все расскажу, – в трубку понеслись гудки отбоя.

Я с мольбой посмотрела на Романа.

– Извините. Мне нужно срочно домой.

Не дожидаясь ответа руководства, стремительно покинула зал и кинулась к гардеробу.

Руки тряслись и не хотели попадать в рукава пальто.

– Я тебя отвезу, – раздался рядом голос Романа.

– Спасибо, но нет, – отказалась я. – Сама доберусь! Сейчас такси вызову.

Взгляд Романа прожег меня насквозь и словно загипнотизировал. Я не смогла даже пошевелиться.

Он смотрел мне прямо в глаза и молчал. Наконец, властно произнес:

– Немедленно в машину. Можешь считать это приказом. Будешь сопротивляться, усажу силой. Давай не будем доставлять удовольствие охране.

Глава 28

Дома Анна ждала меня на пороге.

– Что с мамой? – вырвался у меня тревожный вскрик.

– Сосудистый криз. Неотложке не понравилась кардиограмма и они настояли на госпитализации.

– А вы? Вы как об этом узнали? Как здесь очутились? Я ничего не поняла, – от переполнявшего меня беспокойства я всхлипнула.

– Сейчас расскажу. Мальчики не дождались тебя, уснули…

– Спасибо вам, – на ходу раздеваясь, я устремилась в спальню.

Кирюшка с Дениской тихо спали рядышком под одним одеялом. Их ручки крепко обвивали любимую мягкую игрушку – смешного белого слона с черными пуговками глаз и смешных красных штанишках. Без него спать они не ложились.

Прислушалась к тихому посапыванию детей, поцеловала в теплые, разрумянившиеся щечки, подоткнула одеяло и вышла, крепко прикрыв за собой дверь.

Анна ждала меня на кухне.

На столе стоял разогретый немудреный ужин – куриная отбивная с картошкой пюре и исходил паром травяной чай в кружке.

– Спасибо, – поблагодарила я и вдохнула пряный аромат ромашки. – И все-таки, как вы здесь оказались? Откуда узнали, что с мамой… беда? – спросила нетерпеливо.

Анна вздохнула и рассказала, что Татьяна Николаевна как только почувствовала себя плохо, сильно испугалась за детей и позвонила Филиппу Алексеевичу. Он успокоил ее и немедленно вызвал для нее скорую. А потом распорядился, чтобы Павел привез нас с ним сюда в квартиру.

– Как?! – изумилась я. – Он приезжал сюда? Заходил в квартиру?! Но…

Анна жестом остановила меня.

– Да, он был здесь. А почему ты удивилась? В лифте доехать какая же трудность? Тем более шофер Павел с ним.

Анна кивнула на остывающий ужин.

– Садись, поешь.

Но я так и не смогла притронуться к еде. Нервы были взвинчены до предела.

– Спасибо, только что из ресторана, – отказалась я. – Я маму предупредила, что иду на деловой ужин. И она не словом не обмолвилась, что ей плохо! – тревога по-прежнему захлестывала меня.

Анна успокаивающе погладила меня по руке.

– Кризы иногда развиваются внезапно. Татьяна Николаевна сейчас в руках медиков. Они не допустят… плохого. Скоро узнаем!

Я почувствовала, как резко пересохло в горле. Схватила кружку с травяным настоем и выпила в два глотка.

– От кого узнаем? – выдохнула я.

– Филипп Алексеевич с Павлом уехали в сосудистый центр. Татьяну Алексеевну туда госпитализировали.

У меня заходили ходуном руки.

– Филипп Алексеевич поехал?! Сам? Но ведь мама ему никто!

Ответить Анна не успела. Ее мобильник пискнул входящим сообщением. Она мазнула пальцем по экрану и скупо улыбнулась.

– Филипп Алексеевич уже поднимается на лифте. Сейчас все узнаем!

Я кинулась в прихожую и настежь распахнула входную дверь…

* * *

Мы со старым банкиром вели нелегкий разговор за плотно прикрытой дверью кухни. Нам никто не мешал. Филипп Алексеевич распорядился сначала отвезти домой уставшую Анну, и через час возвратиться за ним.

У мамы, слава богу, не оказалось на этот раз ничего опасного для жизни. Врачи заверили, что в понедельник они сделают дополнительные обследования и если все нормально, отпустят домой.

Старый банкир смотрел укоризненно и с какой-то затаенной тревогой.

– Варя, ты взрослая девочка и мы вроде как не чужие.

Внутренне напряглась. Что он имел в виду? Что я сделала не так? Чем смогла его обидеть?

Я растерянно молчала.

Он шумно выдохнул и спросил:

– Почему ты скрыла от меня, что Артем не содержит детей, не интересуется их жизнью, не навещает?

Глаза дяди недобро блеснули, на лице заходили желваки.

– Мой племянник поступил отвратно, когда бросил прекрасную жену, мать своих детей ради любовницы. Но это еще как-то можно объяснить. Но как он мог отказался от своих детей?! Променял их на какую-то… лощеную кошелку! – произнес он с брезгливостью.

Я замерла. В висках бешено запульсировало, страх сковал меня так, что язык отказывался повиноваться.

Перед мысленным взором встало разъяренное лицо Артема.

«А иначе… я заберу у тебя Кирюшу с Дениской. Затаскаю по судам… С дядей никаких контактов… Никакой дружбы, ты поняла?!» – память отчетливо произвела злобные слова мужа.

А ведь от Артема можно ожидать чего угодно. Он ни перед чем не остановится, сволочь! Ради денег, ради наследства на любую подлость пойдет. На любую…

Что же мне делать? Нет, дяде жаловаться на Артема нельзя! Но и отказать Филиппу Алексеевичу в общении я не смогу.

– Что с тобой? Тебе плохо? Ты побледнела … – как сквозь вату, донесся до меня его встревоженный голос. – Сейчас, я подам тебе воды…

– Нет, не надо, – поспешно поднялась из-за стола. – Я сама…

Старый банкир с тревогой наблюдал как я пила воду, лязгая зубами о края бокала.

Но вода, как ни странно, успокоила меня, придала сил. Мозг заработал четко, как слаженный механизм.

Я постаралась придать лицу бесстрастное выражение.

– Филипп Алексеевич, так получилось. Бог судья Артему. Ну не срослось у нас, полюбил другую… Прошлого не вернуть. Алименты в любом случае я с него получу. А то, что он с детьми не виделся … Ему, наверное, просто стыдно… Ведь не совсем Артем бесчуственный… наверное.

Филипп Алексеевич взглянул на меня с сарказмом и тяжело усмехнулся:

– Ну, хорошо, сделаю вид, что поверил тебе. Проникся. Хотя, насколько я знаю своего племянника, вряд ли ему стыдно. Но пусть… Допустим. А содержать собственных детей, поить – кормить ему тоже стыдно было? Или как?

Тяжело выдохнула. Я не знала, что ответить. Но в свою очередь поинтересовалась:

– А откуда вы знаете про то, что Артем денег не давал? Что не навещал?

– Татьяна Николаевна мне рассказала все. После того, как я встретился с врачом, меня пустили в палату и разрешили с ней поговорить.

Почувствовала, как полыхнуло лицо от чувства вины перед мамой.

Старый банкир словно прочел мои мысли.

– Врач уверен, что сосудистый криз случился от переутомления. Твоей маме нужно, чтобы все вокруг… как бы это сказать… было спокойно. Никаких перегрузок и встрясок. Криз купировали, так что в понедельник заберем Татьяну Николаевну домой.

– Спасибо. Мне стыдно, что я взвалила на вас свои проблемы.

Он покачал головой.

– Мне это не в тягость совсем, а наоборот…, – он замялся. – Варя, у меня к тебе разговор. Даже не так… просьба.

Второй раз впасть в раздрай я себе не позволила.

– Конечно. Все, что скажете, – ответила твердым взглядом.

– Завтра я собираюсь снять тебе с мальчиками квартиру.

– Нет! – подскочила я. – Филипп Алексеевич, поймите, это… неправильно. Я не имею права сидеть на вашей шее. И не просите! – мне было не по себе. Почему-то отчаянно захотелось оправдаться: —Я возьму ипотеку, а пока мы поживем с мамой. Я еще мало проработала совсем. Как только смогу накопить на первый взнос…

– Я тебя понял, – жестом остановил он меня. – А вот что ты меня поняла, сомневаюсь.

Я удивленно всмотрелась в лицо старого банкира.

– Мама должна жить одна, – твердо сказал он. – Ее здоровье пошатнулось после болезни. Но никакие лекарства не помогут, если на ней двое детей-дошкольников и домашнее хозяйство. Татьяну Николаевну нужно поберечь, иначе… ничем хорошим это не кончится.

Я опустила голову вниз и со стоном выдохнула.

– Варя, ведь я не так бескорыстен, раз уж на то пошло. Ты не хочешь быть мне обязанной? Так ты и не будешь. Помнишь наш уговор? Разрешить мне видеть и заботиться о внучатых племянниках? Родство крови – не пустой звук. Когда-нибудь ты это поймешь. А теперь о твоей маме. Мальчикам нужна бабушка. Пусть уже и не пышущая здоровьем, но вполне бодрая и довольная жизнью. И давай не будем больше об этом.

– Ладно, – судорожно выдохнула я.

На лежащем перед Филиппом Алексеевичем смартфоне вспыхнул экран.

Старый банкир тяжело поднялся с табурета.

– Павел приехал за мной. Готовься к переезду, Варя! Скорее всего завтра…

Перед тем как открыть Филиппу Алексеевичу входную дверь, тихо спросила:

– Вы назвали любовницу Антона лощеной кошелкой. Вы ее видели?

Филипп Алексеевич тяжело усмехнулся.

– Так и думал, что обратишь внимание. – И с холодным презрением процедил: – Да, видел! Антон привел ее ко мне в дом, хотел познакомить. Но я отказался принять их.

Глава 29

Я не спала почти всю ночь. Столько сразу всего навалилось…

Хорошо, что сегодня суббота! Дел по горло. Я до того была взволнована, что все валилось из рук.

То бросалась к стиральной машине, то вдруг решала, что пора ставить варить суп, хотя дети еще спали, и до обеда далеко. То вспоминала, что, возможно, уже сегодня придется переезжать, и лихорадочно раскладывала по всем поверхностям стопки детских вещей, чтобы начать упаковывать…

Да, еще нужно успеть прибрать квартиру, искупать мальчиков…

Но главное – навестить маму в сосудистом центре. Поговорить с ней, все объяснить…

Сердце разрывалось на части от мысли, что придется оставить ее в квартире одну. А если вдруг что… Нет, ни к чему думать о плохом. А то такого надумаешь…

Я понимала, что медики и Филипп Алексеевич правы. Маме нужен покой. Она должна жить своей жизнью, а не моей, как бы отчаянно я ни нуждалась в ее помощи. Старый банкир прав – маму надо поберечь.

И в то же время я осознавала, что не справлюсь одна. Временами охватывало отчаяние. О том, чтобы оставить работу, не могло быть и речи: обеспечить детям, да и себе достойную жизнь – мой долг.

Кирюша ходил в детсад, с ним легче. Но как быть с Дениской? Тоже в детсад? Но ведь он сразу начнет цеплять на себя любой чих. Адаптацию никто не отменял. А это значит – бесконечные больничные…

Кому нужен руководитель отдела, погрязший в «детских соплях»?

Я присела в кресло посреди комнатного разгрома, нервно теребя в руках полотенце.

Но ведь должен же быть какой-то выход! Не я первая, не я последняя.

Задумалась. Итак…

Деньги… В понедельник выдадут расчет, посмотрю, на какую сумму могу рассчитывать.

Я все-таки уточнила у Лиры свой оклад. Сумму она назвала весьма внушительную. Плюсом алименты по исполнительному листу от Артема. То есть деньги у меня будут. Но…

Во сколько обойдется съемное жилье? А потом, необходимо откладывать на ипотеку…

Детям к весне нужна новая одежда, они подросли… У меня проблемы с обувью. Да и повседневные траты никто не отменял.

В очередной раз скрутила в тугой жгут полотенце, как будто от этого что-то зависело…

В дверь нетерпеливо позвонили. Вздрогнула от неожиданности. Кто мог прийти в такую рань? Неужели что-то случилось?! С мамой? С Филиппом Алексеевичем? Но тогда бы звонили по мобильному…

Может, соседка за солью? Под ложечкой неприятно заныло.

Дрожащими руками открыла замок, распахнула дверь и… застыла в недоумении.

На пороге стояли «гости», которых я не ждала и совсем не желала видеть – Артем с Вероникой.

– Доброе утро, – муж вежливо улыбнулся.

Вероника отделалась молчаливым кивком.

– Привет, – холодно поздоровалась я. – Что произошло? Почему без звонка?

– Мы за детьми, – с радушной улыбкой объявила Вероника, при этом сверля меня ледяным взглядом. – Артем очень соскучился. Погуляем с ними, в батутный центр сводим…

– Вы в своем уме? – раздраженно прервала я любовницу. – Какой батутный центр, они еще малыши…

– То есть ты, в принципе, не против? – вкрадчиво поинтересовался Артем. – Ну да, как-то мы не учли этот момент. Тогда просто погуляем с ними в парке, покормим обедом, поиграем… А вечером приведем назад, – произнес довольно.

Очень не нравился мне его благодушный тон… И еще Веронику привел. Зачем?

– Давайте в другой раз, – возразила твердо. – Я не подготовила детей. А потом…

– А потом суп с котом! – все благодушие Артема куда-то исчезло. – Сказал же, хочу пообщаться с детьми, или ты оглохла? Собирай Кирилла с Дениской, и мы уйдем. Вечером приведем назад.

– Нет! Общайся только здесь и только в моем присутствии, – отрывисто бросила я.

В очередной раз с силой вцепилась в полотенце, чтобы не раскричаться и не выставить сладкую парочку за дверь.

– Имею право! – Артем грубо отодвинул меня с пути и переступил порог квартиры. Следом за ним скользнула Вероника.

– Дети спят еще, – я загородила вход в спальню. – Ты их испугаешь.

Вероника жадно осматривалась вокруг. Ее губы на несколько секунд скривились в брезгливой улыбке, которую она, впрочем, тут же погасила.

Она взяла Артема под локоть и вежливо попросила:

– Можно мы пока на диван присядем? Ну, пока ты мальчиков соберешь?

– Их еще будить надо и завтраком кормить, – нехотя ответила я. – Может, все-таки в другой раз? И сначала предупредите?

– Извини нас, пожалуйста, – голос Вероники звучал виновато. – Нам было непросто решиться сюда прийти, поверь! Но Артем действительно тоскует по детям. Не волнуйся, мы их не обидим. Дети Артема для меня… не чужие, – голос ее дрогнул, и она отвернулась.

Я растерялась. А может, и правда… пусть побудут с папой. А то совсем… забудут. Вероника не оставит их голодными, да и руки перед обедом заставит помыть.

– Ну хорошо. Только вам придется подождать.

– А где Татьяна Николаевна? – неожиданно поинтересовался Артем.

– Она… в больнице.

– Что с ней? Проблемы со здоровьем? Серьезные?

Я вздохнула.

– Можно сказать, и так. Но все поправимо. Пока мальчики у вас, я ее съезжу навестить, – и поспешно добавила: – Но я на связи! Звоните, если что.

– Не думай ни о чем. Мы справимся, правда? – повернулась она к Артему.

– Еще бы, – хмыкнул муж. – Кто бы сомневался.

Вероника ободряюще погладила его по плечу и вытащила из сумочки смартфон.

– Давай, Варь, занимайся детьми. Мы подождем, – улыбнулась она и уткнулась в гаджет.