Текст книги "Развод. Закон бумеранга (СИ)"

Автор книги: Анна Зубавина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 42

Попросила Романа высадить меня возле здания солидного медицинского центра.

В холле внимательно изучила прайс-лист и направилась к выходу.

Окинула парковку внимательным взглядом. Автомобиля Романа не заметила. Значит, уехал.

Внимание Генерального директора мне сейчас ни к чему.

Быстро перешла на другую сторону улицы и взошла на крыльцо здания фирмы, где работали Артем и Вероника.

– Вы к кому? – поинтересовался дежурный охранник.

– К мужу, – соврала, не моргнув глазом, и протянула свой паспорт.

Поднялась на третий этаж, и пошла не к кабинету Артема, а свернула от лифта в противоположную сторону, к приемной руководителя.

– Добрый день, – поздоровалась с секретаршей. – Я хотела бы попасть на прием к директору.

– К Вячеславу Ивановичу? Вы записаны? На какое время? – она окинула меня внимательным взглядом.

– Я не записывалась. Но знаю, что сегодня день приема.

– По какому вопросу? – вздохнула секретарша.

– По личному.

– А подробнее? Хотя бы в общих чертах… – она взяла блокнот для записей и авторучку.

– Даже в общих чертах… не могу. Это очень личное.

– Ну что же... Сейчас доложу.

У меня заныло под ложечкой. А вдруг Вячеслав Иванович откажется меня принять?

Ничего, подожду его в приемной. Рано или поздно он выйдет.

Я упрямо сжала губы.

Но на мое счастье, все обошлось.

Или удача была на моей стороне, или директор был в хорошем расположении духа, но секретарша любезно пригласила меня войти.

Только предупредила, что бы надолго я не задерживалась.

* * *

Из-за стола поднялся стройный молодой блондин со строгим лицом.

– Присаживайтесь. Чаю, кофе? – спросил Вячеслав Иванович на удивление приятным голосом.

Поймала на себе его внимательный, доброжелательный взгляд и сразу успокоилась.

Не может человек с таким взглядом не выслушать меня…

– Нет, не надо кофе спасибо, – отказалась я. – Мне необходимо с вами поговорить.

– Вы не работаете в нашем офисе. Я бы вас запомнил.

«Начинай… пора», – напомнила самой себе.

До боли сцепила пальцы в замок.

– Угадали, не работаю. Меня зовут Варвара Петровская, – постаралась, чтобы голос не дрожал. – В вашей фирме работает мой муж … бывший. Петровский Артем Сергеевич. И его… женщина – Вероника Николаева. Отчество не знаю. Кажется, она возглавляет отдел маркетинга.

Директор фирмы нахмурился. Глаза потемнели.

– Я слушаю вас. Продолжайте.

И я рассказала все. Говорила взахлеб, сумбурно, стараясь не пропустить ничего.

Мне было стыдно исповедоваться перед незнакомым молодым мужчиной, тем более руководителем фирмы.

Я старалась быть предельно искренней. И даже показала ему фотографии, хотя испытывала неудобство и душевную боль.

Наконец, я замолчала.

Он протянул пачку бумажных платочков.

– Вытрите слезы и успокойтесь.

С недоумением дотронулась до лица. Оно было мокрым от слез.

Даже не заметила, что плачу!

– Для меня семья это святое. Знаю, что в семьях отношения складываются по-разному. – Вячеслав Иванович побарабанил пальцами по столу. – Но то, о чем рассказали вы, Варвара, просто не укладывается в голове! Манипулировать детьми, использовать их в корыстных целях… – На лице директора фирмы заходили желваки. – Я обязательно разберусь!

Он углубился в какие-то свои размышления, при этом задумчиво перелистывая страницы ежедневника.

Складывалось впечатление, что он забыл обо мне.

Я поднялась со стула, помня о просьбе секретарши.

Вячеслав Иванович оторвался от бумаг. и виновато произнес:

– Извините, отвлекся! Начал прорабатывать в голове ситуацию и решил кое-что обсудить с юристами.

– Спасибо за то, что выслушали. И за предложение помощи тоже спасибо. Но я хорошо зарабатываю. Нам хватает.

– И еще, Варвара. Оставьте свой номер телефона для связи.

Я продиктовала цифры и попрощалась.

* * *

Я вернулась на фирму перед концом рабочего дня.

Динара уже одевалась перед зеркалом.

– А ты что домой сразу не пошла? – удивилась она моему возвращению. – С детьми бы лишнюю минутку побыла!

– Так получилось, – улыбнулась я. – Роман Александрович меня не спрашивал?

Диана бросила на меня пристальный взгляд.

– Нет, не заходил. Но вы ведь, кажется, вместе уехали? – спросила вкрадчиво.

– А ты как узнала? – поразилась я.

– Это что – секрет? – напряглась Динара.

– Нет, конечно! Но как-то странно… – пожала я плечами, но тему развивать не стала.

Вряд ли Динара следила за нами. Кто-то явно сообщил ей. Зачем?

Мне не хотелось думать об этом.

Я села за стол и начала наводить порядок в бумагах, мысленно возвращаясь к встрече с Вячеславом Ивановичем.

После разговора с ним, с души будто камень свалился.

Я не чувствовала никаких угрызений совести из-за того, что «заложила» Артема директору его фирмы.

В конце концов, я сказала чистую правду! Бывшего мужа грязью не поливала, старалась быть объективной в оценках его поступков.

Да и вряд ли решилась бы на такой шаг, если бы не знала, что Вячеслав Иванович – многодетный отец и очень холодно относился к тем работникам, кто разрушал свои семьи, бросая детей, или изменял женам напропалую.

Однако, про связь Артема с Вероникой он ничего не знал.

Видимо, парочка очень тщательно шифровалась.

А если бы узнал раньше? Может любовники не вели бы себя так нагло и не зашли в своих претензиях так далеко?

* * *

Вечером решила приготовить на ужин что-то вкусное.

Разговор с Вячеславом Ивановичем вселил в меня уверенность, что все образуется, и впервые после заседания суда на душе у меня сделалось спокойно.

Дети на удивление вели себя сносно, не дрались и не кричали, а мирно смотрели по телевизору приключения Незнайки на Луне.

Мама в своей комнате слушала аудиокнигу. Кажется, что-то детективное. Любила она такое! И интрига захлестывает и зрение напрягать не надо.

Я решила воспользоваться моментом и приготовить на ужин что-то вкуснее любимой жареной картошки и отварных сарделек.

Разморозила и запихала в духовку курицу, на гарнир поставила вариться рис. На скорую руку сделала салат из тепличных огурцов и помидоров и из пекинской капусты с ветчиной.

По дому расплывались соблазнительные ароматы…

В дверь позвонили.

Я вздрогнула. Спина покрылась горячей испариной, а лоб, наоборот, холодной.

Артем с Вероникой со скандалом явились? Неужели Вячеслав Иванович успел вызвать «сладкую парочку» на ковер?!

«А почему я, собственно, испугалась? – разозлилась на саму себя. – Ну, пришли, и что? Как пришли, так и уйдут!»

Метнулась в гостиную.

Переоделась в новый, модный, ни разу ненадеванный домашний костюм, сменила шлепки на легкие домашние туфельки.

Взглянула на себя в зеркало.

Стянула резинку с волос, тряхнула головой, что б волосы непринужденно рассыпались по плечам…

Звонок повторился. На этот раз более длинно и нетерпеливо.

Наверное, парочка решила застать меня врасплох. А вот не получилось!

Не спрашивая кто, распахнула дверь и остолбенела.

– Роман?! Но… как?

– Не ждала? – выдохнул он, довольно улыбаясь, и протянул букет… пионов.

Я подхватила букет и, закрыв глаза, уткнулась лицом. Они, пионы. Как же божественно пахнут!

– Обожаю пионы! Но как ты догадался?

– Можно войти? – вежливо спросил он и протянул огромную коробку с тортом.

– Спасибо, – прошептала я и осторожно пристроила коробку на тумбочку.

Из гостиной выглянула мама.

– Здравствуйте! – она с восхищением посмотрела на пионы, потом перевела укоризненный взгляд на мое пылающее лицо.

– Варя, зачем гостя на пороге держишь! Не сватать же тебя пришли!

Роман изумленно сверкнул глазами.

– А как вы догадались?

– О чем? – теперь впала в недоумение мама.

– Ну что я … сватать?

– А вы разве сватать? Это же присказка такая – недоумение на ее лице сменилось растерянностью.

– Так, хватит шутить, – строго скомандовала я, чувствуя, что разговор скатился куда-то не туда.

– Дядя, а ты кто? – выглянула из-за дверного косяка хитрая мордашка Кирюши.

– Ты в гости? – решил внести ясность Дениска.

– Ну да, – неопределенно пожал плечами Роман. – И с вами заодно познакомиться.

– Так это для тебя мама вкусный ужин приготовила? Курицу в духовке, – доложил он шепотом.

– А еще два салата, – по-взрослому хмыкнул Кирюша.

Я сделала строгое лицо.

– Мой руководитель Устинов Роман Александрович, генеральный директор фирмы, – представила его маме официально.

– Татьяна Николаевна, – протянула она руку для пожатия.

– А это мои сыновья, – кивнула на мальчишек.

– Кирилл, – с серьезным видом назвал себя старший.

– Дениска, – радостно улыбнулся младший.

– Для вас, друзья, – дядя Роман, – обнял он мальчиков за плечи.

– Пойдемте ужинать, – пригласила я. – Но сначала руки мыть …

… В ванной обиженно ткнула Романа в бок:

– Почему не предупредил?

– Не захотел.

– А если бы у меня курицы в морозилке не случилось? – рассердилась я.

– Нажарили бы картошки, – беспечно улыбнулся он.

Глава 43

Когда ужин закончился, под присмотром мамы выдворила сыновей укладываться спать, а сама занялась «допросом с пристрастием».

– Роман, что случилось? – приступила я.

– А должно что-то случиться? – поднял брови Генеральный директор.

– Но зачем-то ты пришел, на ночь глядя? – решила прояснить ситуацию до конца.

– А что, непонятно? Пришел познакомиться с твоей семьей.

– Зачем? – недовольно спросила я.

– Уже объяснял. Ты мне нравишься, очень! И я тебе тоже, как бы ты не отговаривалась какими-то дурацкими психологическими заморочками.

– Динара тебе тоже нравилась! И все начиналось также. Она рассказывала.

Глаза Романа сердито потемнели.

– И что? Да, нравилась. Но я никогда ничего ей не обещал! Она тебе об этом не забыла упомянуть? Я сразу четко обозначил границы в наших с ней отношениях. Что же касается того, как у кого что начиналось… Всегда у всех начинается с комплиментов и любезностей. Разве не так?

– Так, – согласилась я. – Но…

– Но! – перехватил инициативу в разговоре Роман. – Знакомиться с семьей Динары желания никогда не испытывал. И связывать с ней свое будущее не планировал!

– А она надеялась.

– Это ее проблемы.

– Я немного не поняла про будущее…

Роман неожиданно заволновался.

– Варь, давай с мальчишками в ТЮЗ сходим? Пьеса новая, неделю уже аншлаг! – Мне тут билеты на субботу принесли. Места удобные.

– Спасибо, – кивнула я. – Но, наверное, не стоит. Это ведь дети…

– Так я не на эротическую пьесу приглашаю! – вспыхнул Роман.

– Я не об этом. – нетерпеливо мотнул головой. – Они все воспримут всерьез, начнут к тебе привыкать! И когда ты наиграешься в благородного рыцаря, как я буду смотреть в их несчастные глаза?

Роман рывком поднялся со стула.

– Так и я всерьез! Или ты думаешь, что я негодяй?

– Я этого не говорила.

Роман вынул из кармана четыре бумажных прямоугольника и положил на стол.

– Вот билеты. Это мой подарок Кирюше с Дениской. А лишний билет отдай Татьяне Николаевне. Думаю, пьеса ей придется по душе. Всего доброго, не надо, не провожай.

Через минуту услышала, как Роман закрыл за собой входную дверь.

Я уронила голову на руки и беззвучно разрыдалась.

* * *

На следующий день у меня все валилось из рук. Сердце ныло, в груди ворочался стыд.

Зачем я так обошлась с Романом? Он ничего плохого не хотел. Наоборот. Взялась читать мораль… И кому! Генеральному директору фирмы! Как теперь себя вести? Хотя, конечно, должность здесь ни при чем! Или все-таки… этот факт имел значение?

– Ты не заболела, случайно? – спросила Динара, и кинула на меня пристальный взгляд. – Прямо сама не своя.

– Нет, абсолютно здорова. Так, бытовые неурядицы… Они иногда портят настроение.

– Тогда ладно. Я что хотела сказать… Можешь начинать к поездке с китайской делегацией готовиться!

Я застыла.

– А когда они приезжают?

– В пятницу! Ты разве не слышала? – удивилась Динара. – Игорь Олегович шепнул, когда пришел к нам чай пить.

– Отвлеклась, наверное, – пробормотала обескуражено.

– Да ты вообще сегодня странная, – махнула рукой Динара. – Думаю, что повезете китайцев на следующей неделе, не раньше. Им же еще акклиматизироваться надо.

– Роман Александрович скажет, когда конкретно, – уткнулась я в компьютер невидящим взглядом. – Только понимаешь… у меня суд на следующей неделе, в четверг. Все справки собрала и комиссия уже приходила из опеки. Акт составили. Не хотелось бы переносить. Я и так вся на нервах!

– Кстати, – встрепенулась Динара. – Что-то Генеральный тебя сегодня не вызывал. И сам не заглядывал… – Она подалась ко мне с жадным любопытством. – Поссорились?! – выдохнула она шепотом.

Я почувствовала, как защипало щеки от нахлынувшей волны жара.

– Откуда ты взяла? – постаралась придать голосу безразличие. – Вызовет, еще не вечер…

Динара понимающе усмехнулась. И я поняла, что провести мне ее не удалось.

Под рукой вдруг завибрировал сотовый.

Роман, наверное. Легок на помине!

Взяла телефон в руки и в недоумении уставилась на экран. Звонила Анна, помощница по дому у Филиппа Алексеевича.

Я похолодела. Неужели плохие новости?

Сердце отчаянно забухало.

Дрожащим пальцем мазнула по экрану и приняла вызов.

– Варя, добрый день, – раздался ровный голос Анны. – Филипп Алексеевич хотел бы видеть тебя сегодня вечером. Если ты сможешь, то он пришлет за тобой машину.

– Смогу! – выпалила в трубку и взмолилась: – Анна, я не выдержу до вечера. Скажите, что-то случилось?

– Да.

– Филипп Алексеевич… С ним все в порядке?

– Сейчас да. Варя, наберитесь терпения. Он все расскажет сам.

– Хорошо.

Помощница по хозяйству отключилась. Я положила сотовый на стол и вытерла влажные ладони о юбку. Меня начал колотить нервный озноб, но усилием воли я взяла себя в руки.

Главное, старый банкир жив. А остальное… Остальное решаемо!

Глава 44

Когда вернулась с работы, Павел, шофер Филиппа Алексеевича, уже ждал у подъезда.

Я попросила разрешения подняться до квартиры, занести сумки с продуктами и проверить все ли в порядке с детьми.

Маме сказала, что мне нужно отлучиться по рабочим делам.

По ее скептическому взгляду поняла, что она мне не поверила, но расспрашивать не стала.

Павел всю дорогу хмуро молчал, и я поняла, что расспрашивать шофера о чем-либо бесполезно.

Анна встретила меня в холле и сразу провела в гостиную.

– Подождите, Филипп Алексеевич сейчас будет.

Старый банкир появился через несколько минут. Его ввез на коляске Павел, устроил возле стола и сразу удалился.

– Добрый вечер, Варюша! У меня к тебе разговор.

Выглядел он плохо. Запавшие глаза, серый, землистый цвет лица, исхудавшие руки… Но голос… голос звучал как всегда ласково. И взгляд провалившихся глаз лучился добротой.

Сделалось не по себе. Когда мы виделись последний раз, Филипп Алексеевич выглядел совсем по-другому. О коляске, во всяком случае, речь не шла. Пусть опираясь на трость, но он ходил сам. И был вполне бодр.

Сердце сжалось от боли и беспокойства.

– Филипп Алексеевич, что случилось? – я понимала, что веду себя бестактно, но мне не терпелось знать правду.

– Неважно выгляжу? – усмехнулся старый банкир. – Не обращай внимания, Варенька. Это просто резонанс… некоторых поступков племянника, то есть твоего бывшего мужа.

Я почувствовала, как кровь отлила от лица и заледенели пальцы.

Что за страшную игру затеял Артем? Филиппа Алексеевича не так просто сбить с толку…

– Что он натворил? – спросила непослушными губами.

– Именно об этом собрался с тобой поговорить, моя дорогая. Дело в том, что Артем оказался прожженным негодяем не только по отношению к тебе и детям. Но и ко мне. Беспринципный мерзавец! – старый банкир стиснул зубы так, что на скулах заходили желваки. На впалых старческих щеках проступили яркие пятна румянца.

В таком состоянии я не видела Филиппа Алексеевича ни разу. Но он быстро взял себя в руки.

– Мой племянник любит деньги и красивую жизнь. Но отказывается понимать, что деньги на такую жизнь нужно заработать. А если сил и ума не хватает, терпеливо ждать, пока деньги упадут с неба. Или, проще говоря, дождаться наследства. Дождаться, а не заграбастать все алчными ручонками при жизни того, кто тебе это наследство оставит. – Глаза старого банкира пылали гневом. – Если еще захочет оставить!

– Артем покушался на вас? – хрипло озвучила я свое предположение, леденея от его нелепости.

– До этого не дошло! Он всего лишь украл картины из моего кабинета. Когда-то рассказал ему, что они довольно дорогие, а со временем цена их будет только расти. Не Леонардо да Винчи, конечно, но все же. Их охотно приобретают для частных коллекций, как у нас, так и за границей. Я рассказал и забыл, а Артем, оказывается, запомнил.

– Это картины, что высели на стенах? Советские художники середины прошлого столетия, кажется? – припомнила я.

– На стенах висела мизерная часть. Остальные полотна хранились в тайнике, за скрытой дверью. Артем видимо, когда-то сумел подглядеть цифры кода замка.

– Но ведь в доме у вас всегда кто-то есть. Как Артем сумел проникнуть в кабинет незамеченым?

– А он и не проникал! Он нанял профессионалов, специализирующихся на кражах произведений искусства. За процент, или как там еще называется…

Я прижала холодные пальцы к пылающим щекам. Артем, конечно, плохой человек, но чтобы опуститься до откровенного примитивного воровства у собственного дяди… Мне не хотелось в это верить.

– А как же сигнализация? Неужели не сработала? – решила уточнить.

– Я не устанавливал сигнализацию. За что и поплатился.

– А как вы узнали, что это Артем? Заявили в полицию? Картины он вернул? – начала расспрашивать жадно.

– Что ты, Варюша, какая полиция? – искренне удивился Филипп Алексеевич. – Зачем нашим с тобой мальчикам отец-уголовник? Я нанял частных сыщиков, профессионалов. Поверь, деточка, эти люди умеют искать. Через двое суток все картины, кроме двух, были мне возвращены.

– А две куда исчезли?

Старый банкир усмехнулся.

– Воры отказались вернуть причитающуюся им за работу долю. Зато заказчика, то есть дорогого моего племянника, сдали с потрохами. Как ты видишь, Варенька, такое потрясение, даже для моей, как я думал, крепкой нервной системы не прошло бесследно. Сердце подвело. До инфаркта, правда, не дошло, но прединфарктое перенес.

– Боже, какой ужас, – прошептала я. – Как Артем мог…, – я с трудом сглотнула перегородивший горло колючий комок.

– Он смог легко! Но расплата за эту легкость будет тяжелой. Артем лишен мною наследства, как недостойный наследник. Это юридически не совсем правильная формулировка, но суть она отражает точно. Я переписал завещание сегодня, в присутствии двух врачей, которые перед этим сделали заключение о моей полной вменяемости и дееспособности, а также адвоката и нотариуса. Большую часть моего состояния наследуют твои мальчики, то есть мои внучатые племянники. Если меня не станет до их совершеннолетия, опекуном и распорядителем наследуемого имущества назначил тебя.

Я глухо охнула.

– Именно чтобы сообщить тебе об этом и попросил приехать. Решил, что ты должна быть в курсе.

Меня забило крупной дрожью.

– Нет, пожалуйста, не надо…, – забормотала сбивчиво, держась рукой за горло. – Артем страшный человек. Он не пощадит ни меня, ни детей. На все пойдет… Он… Он… – я начала задыхаться от избытка эмоций. – борется в суде за опеку над сыновьями. Хочет доказать, что детям с ним лучше. Собирает компромат, ко мне приходят с проверками из опеки. Я знаю, что это все из-за наследства. А если вас не станет…

– Почему молчала? – вскинул брови Филипп Алексеевич. – Не надо бояться Варенька. Не примеряй на себя роль жертвы. Не нужно давать хищнику шансов. Уверяю, ничего Артем тебе не сделает. Не волнуйся, твоим делом займется мой юрист. Все будет хорошо, дорогая моя. Тебе пора! Павел сейчас отвезет.

Я встала.

– Подойди, Варенька, обниму тебя.

Наклонилась и прижалась щекой к его лицу.

– Поправляйтесь, Филипп Алексеевич. И спасибо за все.

Глава 45

Перед работой позвонила Динара, сослалась на плохое самочувствие и попросила разрешения сходить к врачу. Пообещала прийти после обеда.

Вязкая тишина пустого кабинета давила.

Оторвалась от экрана монитора и задумалась, глядя в окно.

К Динаре я испытывала двойственные чувства.

Специалистом она была неплохим. Разбиралась в программах компьютерного перевода, отлично справлялась с техническими текстами. На достойном уровне владела китайским разговорным

Да и человеком оказалась неплохим. Умела успокоить, поддержать.

Динара не скрывала, что разрыв с Романом дался ей тяжело, но винила в этом почему-то меня.

Иногда я замечала в ее глазах слезы. Но верила, что рано или поздно она смирится с потерей. Ведь жизнь продолжалась, а Динара молода и красива.

Однако в последние дни она вела себя странно.

Отвечала невпопад, при разговоре со мной упорно отводила глаза. Определенно, ее что-то мучило.

Я терялась в догадках, не зная на что думать.

Накосячила с переводом? Так все поправимо. Может, я обидела ее неосторожным словом? Нет, не помнила такого.

Или все дело в плохом самочувствии?

Но тогда зачем надо прятать от меня взгляд?

На фирме не возбранялось следить за здоровьем, главное перед походом к врачу поставить в известность руководителя…

В кабинет заглянула Лира.

– Варвара, Роман Александрович просил зайти.

– Хорошо.

Поднялась со стула и подошла к зеркалу.

Коснулась волос, всмотрелась в беспокойные глаза на бледном напряженном лице. Сжала в замок задрожавшие от волнения пальцы.

После того, как я отказалась сходить с детьми в театр в компании Романа, он упорно избегал со мной встреч.

Виделись с ним только на общих планерках.

Его глаза равнодушно скользили по моему лицу. Лаконичные заданные вопросы, без проблеска эмоций ответы…

Ни обаятельными улыбками, ни искрящимися взглядами Роман меня больше не удостаивал.

А я … жадно смотрела на него и пыталась поймать хоть какой-то проблеск чувств. Сердце сжималось от его показного безразличия.

Меня не покидало чувство вины. Я понимала, что должна извиниться и объяснить, что вовсе не собиралась его обижать.

Но Роман не желал предоставлять мне шанса.

В зеркале отразилось, как затряслись от обиды губы, как налились слезами глаза и вспыхнули пятнами румянца скулы.

Надо взять себя в руки!

Рвано выдохнула и отошла от зеркала.

Через минуту с крепко сжатыми губами и гулко колотящимся сердцем распахнула дверь в кабинет Генерального.

Роман что-то быстро набирал на компьютере.

– Присаживайтесь, Варвара Максимовна, – пригласил официальным тоном, не отрывая взгляда от монитора.

– Спасибо.

Жадно рассматривала Романа. Казалось, мы не виделись наедине целую вечность.

Словно и не было требовательных поцелуев его ненасытных губ, прикосновений страстных рук, даривших наслаждение, жаркого дурмана ярко синих глаз…

Усилием воли стряхнула морок. И вовремя.

Генеральный директор откинулся в кресле, расслабленно положил руки перед собой. И, наконец, «осчастливил» меня равнодушным взглядом.

– Завтра вы едете в командировку на два дня. Новые китайские партнеры мечтают ознакомиться с нашим производством. План рабочей поездки я скинул вам на электронную почту.

– Во сколько выезжаем? – решила уточнить.

– Полшестого утра за вами заедет микроавтобус. Заберете из гостиницы китайских коллег и поедете… В отеле Калиновска вас встретят.

Я растерялась.

– А вы… разве не с нами?

– Нет. Я приеду позже.

Даже не нашлась, что ответить, настолько меня захлестнули обида и непонимание.

Вот как… Проучить меня решил, значит, Генеральный директор!

«Налаживайте международные связи самостоятельно, Варвара Максимовна! Посмотрим, на что вы способны без моей поддержки!» – Эту мысль Роман хотел до меня донести?

Иначе как понимать его «приеду позже»?

– Я могу идти? – поинтересовалась с вызовом.

– Да, конечно.

* * *

Когда вернулась, Динара уже сидела за рабочим столом.

– Пришла! – выдохнула я с облегчением. – Как твое самочувствие? Что врач сказал?

– Врач? – рассеянно пробормотала она. – Ах, да…

Динара резко поднялась со стула.

– Нам нужно поговорить!

Я растерялась.

– Что случилось? Не паникуй раньше времени, сейчас все лечится!

Динара усмехнулась.

– Когда совесть мучает, то врачи не помогут!

Она подошла ко мне со всем близко. Глаза ее лихорадочно блестели, пальцы нервно сцепились в замок.

– Ничего не понимаю… – пробормотала я. – О чем ты?

– Сейчас узнаешь. И… если ты плюнешь в мою сторону, я приму.

– Так что же ты такого натворила, что я плеваться должна? Неправильно перевела? Перепутала бумаги? Запустила в программу вирус? – Я улыбнулась.

– Это я пустила в сеть твое фото! Ну, где ты пьяная…

Улыбка сползла с моего лица.

– Да не пьяная я, – пояснила раздраженно. – Объясняла же…

Но Динара упрямо покачала головой.

– Я сейчас расскажу тебе, как все было. У меня приятельница – фанатка приколов. У нее целая галерея снимков. Не знаю, откуда в галерее взялась эта твоя фотка, но я тебя сразу узнала. И тут мне пришла в голову бредовая идея, как отомстить. Я очень злилась на тебя, считала, что ты украла у меня Романа, лишила карьеры… И пустила фотку в сеть! Фотка тысячи лайков и комментов набрала, типа, пьянству бой.

Она закрыла лицо ладонями.

– Позлилась и забыла! Но когда ты показала снимок… пришла в ужас. Ведь я тебя подло подставила! Могут пострадать твои мальчики… А вдруг фотка повлияет на решение судьи и деток передадут отцу? – Динара снова заплакала.

Я потрясенно молчала.

– Попросила приятельницу убрать фото из галереи, уничтожить! – сказала она, всхлипывая.

– Мы все в жизни совершаем гадкие поступки, за которые потом нам стыдно. Так устроены люди. Главное, осознать, что совершил гадость.

– Ты простишь меня? – Динара не сводила с меня умоляющего взгляда.

– Уже простила, – вздохнула я.

– А если ты пострадаешь?

– Уже нет. Артем подписал досудебное мировое соглашение, по которому превратился в банального «воскресного папу». Суд снял вопрос с повестки.

– Я ведь спать совсем перестала от переживания. Решила сегодня к неврологу сходить. Но поняла, что против нечистой совести медицина бессильна. Главное, что бы ты меня простила!

– Все будет хорошо, у тебя, Динара.