Текст книги "Слишком хорошая (СИ)"
Автор книги: Анна Шнайдер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)
93
Наташа
Под мерный стук вагона всегда хорошо думалось – наверное, просто по привычке, ведь Наташа, как и многие трудящиеся, проводила в общественном транспорте по пару часов в день. Иногда этот стук и покачивание убаюкивали, но не сейчас – слишком уж красноречиво горящим был взгляд стоящего рядом Влада. Почти вплотную, но не потому что ему очень этого хотелось – просто иначе здесь было невозможно разместиться.
Да уж, лучше бы они поехали на машине.
И кстати… Вполне возможно, Влад этого и добивался своим настойчивым поведением – понимал, что Наташа откажется садиться с ним в автомобиль, ну и ладно: в метро можно быть ещё ближе друг к другу без всякого напряга. Тем более в час пик.
Хотя скорее всего, Влада устраивал любой вариант. Машина – хорошо, метро – тоже прекрасно. В проигрыше осталась одна Наташа, которой просто не выдали козырей. Хотя какая-нибудь Диана наверняка заявила бы, что Влад сам по себе козырь – такой парень, и ухаживает за тёткой старше себя больше чем на пятнадцать лет! Чем не козырь?
И чего она, дура, сопротивляется?
Усмехнувшись, Наташа мысленно переключилась на недавний вопрос Влада. «Заключим сделку… Ты проведёшь со мной сегодняшний вечер и ночь, и если тебе не понравится, я отстану».
Не понравится, ага. Женщине, у которой миллион лет не было свиданий, а уж про секс и говорить нечего. Как может не понравиться встреча с горячим парнем, который наверняка от души расстарается? Наташа была уверена, что она к утру имя своё забудет, не говоря уж о всём остальном.
Уговаривать на отношения Влад её будет долго, он должен это понимать. А если она согласится на подобную «сделку», и уговаривать не придётся, всё и так будет понятно. Да после совместной ночи у Наташи даже язык не повернётся отшивать парня, она иначе воспитана.
Нет уж, никаких ночей!
– Знаешь, что это мне напоминает? – спросила Наташа, приподнимаясь на цыпочках, чтобы достать до уха Влада. – Совет в Филях и решение Кутузова сдать Москву. Мало одержать победу – надо ещё удержать её.
– И кто же из нас Кутузов? – поинтересовался Влад, забавно закрыв ладонью один глаз – Наташа не удержалась от фырканья.
– Ты, разумеется. Ты же предлагаешь сдаться.
– Только не говори, что ты Наполеон.
– Нет. В нашей ситуации Москва принадлежит самой себе, и Наполеон – это моя нынешняя жизнь. Ты надеешься, что как только я сдамся, тут же откажусь от прежнего существования. Скорее всего, так и будет, поэтому – нет, никаких сделок.
Влад вообще не расстроился, рассмеялся только и, наклонившись, коснулся тёплыми губами Наташиной щеки.
– Ни на что другое я и не рассчитывал, честное слово. Хотя был бы рад, не скрою. Но я умею ждать.
Наташа думала, что в дальнейшем Влад будет настаивать на том, чтобы зайти к ней в гости, но парень удивил – всего лишь проводил её до дома, а затем, улыбнувшись, ушёл. Только поцеловал напоследок, не обращая внимания на недовольный взгляд, и неожиданно вручил два билета в театр на завтрашний вечер.
– Подумай, хочешь ли ты идти со мной, – заявил он слегка растерявшейся Наташе. – Я завтра буду ждать тебя у выхода в шесть, как ждал сегодня. Если скажешь, что пойдёшь со мной, буду рад. Если нет, смирюсь.
– Что-то смиренным ты не выглядишь, – вздохнула она, глядя на билеты. Большой театр, «Щелкунчик».
Глаза сами собой полезли на лоб.
Наташа хотела поинтересоваться, не сошёл ли Влад с ума, но не успела – он, рассмеявшись, коснулся ладонью её щеки, а потом развернулся и отправился обратно к метро чуть пружинистой походкой, как настоящий мальчишка.
Впрочем, мальчишка и есть. Что с ним делать-то?
94
Наташа
Думать о Владе долго в тот вечер не получилось. И не только потому что сердце Наташи он не задевал – просто дома оказался мрачный Дима, который не желал рассказывать, из-за чего переживает, но она не сомневалась – вновь дело в его бывшей девушке. Сказал только, что причина дурацкая, и мать тревожить из-за ерунды он не будет. Наташа сделала вывод, что Дима просто увидел или услышал нечто, его расстроившее, но не переживать не могла. Скорее бы её мальчику понравилась какая-нибудь другая девочка, нормальная! Вроде неё – слишком хорошая. Должны же гены в конце концов взять верх над гормонами?
«Уж молчала бы», – проворчало подсознание, напомнив Наташе неудачный первый и единственный брак, и захотелось нервно рассмеяться.
Хоть Егор радовал – спокойно учился, читал и предвкушал собственный день рождения.
Второй причиной, по которой о Владе не очень думалось, стал Карелин. Он и до этого писал Наташе, то приглашая на обед, то извиняясь, что не получается вырваться, но добравшись наконец до дома, кажется, решил компенсировать неудавшуюся встречу и… позвонил.
Да, вот так просто – взял и позвонил, чтобы поинтересоваться, где всё-таки они планируют встречать день рождения Егора.
– В кафе, – ответила Наташа, невольно косясь на закрытую дверь в свою комнату: убеждалась, что подслушать невозможно. – Я забронировала столик уже давно. Будем мы и четыре Егоркиных одноклассника. Ну, теперь ещё ты.
– Предлагаю немного переиграть, – сказал Макс, и Наташа нахмурилась.
– Переиграть? В смысле?
– Заменить кафе на кое-что другое. Если ты мне доверяешь… хотя бы немного… Разреши, я этим займусь?
Подобное предложение было похлеще предложений Влада. Тот не претендовал ни на что другое, кроме Наташиного времени и тела, а Карелин… Он-то чего хочет? И зачем?
– Зачем? – выдохнула она свой последний вопрос и замерла, ожидая ответа.
– Да просто так, хочу порадовать мальчишку, – в голосе Макса слышалась улыбка. – Не знаю, как объяснить… Но я, когда смотрю на твоих ребят, вижу себя в том же возрасте. Как в прошлое вернулся, честное слово. От этого и отталкиваюсь… Когда мне исполнялось четырнадцать, мы с мамой и Янкой, считай, в нищете жили. У меня не то, что кафе на день рождения – даже подарки были не всегда. Мама очень старалась, но сама понимаешь – помочь было некому, двое детей, то одно, то другое. И мне просто хочется сделать Егору отличный сюрприз. Обещаю, ему понравится. И тебе, и Димке, конечно, тоже.
– А говорить, что это за сюрприз, ты не собираешься?
– Я могу рассказать, но тебе тогда не будет интересно. Давай прям полноценный сюрприз устроим, а? Пожалуйста.
Наташа открыла рот, чтобы отказаться – ну потому что с чего вдруг она должна соглашаться, кто для неё Карелин?! – и тут же его закрыла.
Дура влюблённая! Отказывать Владу ты горазда, а тут что – расклеилась?
Она вновь открыла рот, чтобы произнести нечто вроде: «Макс, тебе бы своего ребёнка завести, а не с моими нянчиться», но вместо этого почему-то негромко проговорила:
– Хорошо. Давай.
А он так обрадовался, будто она ему звезду с неба достала.
Хотя зачем Максу звезда? Ему земная женщина нужна, дом – полная чаша, с большой семьёй, несколько собственных детей. И тогда, возможно, из него наконец уйдёт вся та боль и безысходность, с которыми он существует уже давно – с тех пор, как похоронил маму и сестру.
Она должна его оттолкнуть, а не привечать!
Должна же?..
95
Макс
Завоевать сердце женщины, на взгляд Карелина, не так сложно, как убедить её, что ради отношений с ним можно попытаться оставить в прошлом прежний образ жизни. Вот где настоящая сложность! Одиннадцать лет Наташа в разводе, она привыкла быть одна, сама решать проблемы, без мужчин ей спокойно и комфортно. А если и появится рядом мужчина, то уж явно он не должен быть похож на Макса – того ещё кобеля, который наверняка не сможет ни месяца прожить без походов налево.
Интересно, а Наташа на самом деле думает, что он не сможет прожить без других баб, или это его фантазии? Почему-то Карелину казалось, что возможен любой вариант. Наташа – не Диана, вот уж кто уверен в кобелиности мужской натуры на все сто процентов, но чего ждать от бывшей эскортницы? А что думает сама Наташа? Спросить бы её, а потом объяснить, как он на самом деле чувствует, но не сейчас. Позже. Сначала следует сделать всё, чтобы она по крайней мере решила дать им обоим второй шанс. Пусть думает, что это ненадолго – неважно, он её потом переубедит. Главное, чтобы Наташа дала ему такую возможность, перестала отказывать, позволила себе близость – и духовную, и телесную.
Лучшим способом будет, если Макс понравится её детям, подружится с ними – Наташе, если она не станет встречать сопротивления со стороны мальчишек, окажется легче решиться на отношения. И первым шагом к этому решению должен послужить день рождения Егора.
Макс сказал правду: он действительно видел в Наташиных сыновьях себя. Точно так же, как они были привязаны к матери, он боготворил свою маму, считал её лучше всех на свете. Старался оберегать, мечтал поскорее вырасти и начать помогать ей полноценно, чтобы она наконец перестала считать копейки. Наташа копейки не считала, но Макс не обольщался – легко ей не было.
Он хотел, чтобы теперь, когда у него наконец мозги встали на место, ей стало легче. Во всём. Чтобы она больше не была одна со своими мальчишками, не ложилась вечером в холодную постель, чтобы знала: даже когда Дима и Егор покинут родительский дом, она не останется наедине с призраками своего прошлого.
Макс тоже не хотел больше оставаться один, и сейчас, договариваясь по телефону об аренде помещения на день рождения Егора, смотрел на пушистый снег, который всё никак не прекращался и укрывал тёплым белым одеялом весь окружающий мир, и думал: мама и Яна были бы рады, что он перестал морозиться.
Только бы всё получилось. Только бы…
96
Макс
Где-то Карелин слышал фразу, что каждая пятница – это маленькая смерть, и что-то истинное в этом утверждении было. В конце недели, перед выходными, всегда было особенно много работы, но накопившаяся за прошедшие дни усталость порой мешала принимать быстрые решения, из-за чего Максу порой казалось, что он слышит, как скрипят его замученные мозги.
А сегодня Эдуард ещё и ждал его на совещание по поводу предложения Влада Шмидта, поэтому с утра Карелин заранее чувствовал себя выжатым лимоном. И пожалел, что вновь не увидел Наташу в холле у лифтов – ему бы пригодился заряд бодрости, который непременно посещал Макса каждый раз после того, как он видел Касаткину.
Однако Эдуард накануне попросил его прийти пораньше, посетовав, что иначе времени на другие дела не останется, и Макс был вынужден подъехать в офис к девяти. Наташи не было не только на первом этаже, но и на рабочем месте, и Карелин, вздохнув, что не довелось перекинуться с ней хотя бы парой словечек, шагнул в кабинет Акопяна-младшего, перед этим постучавшись и дождавшись краткого «да!».
– Ну, как успехи? – поинтересовался Эдуард, откидываясь на спинку кресла. Повёл плечами, будто долго сидел, таращась в монитор, и теперь чувствовал дискомфорт в спине. Впрочем, возможно, так и было.
– Успехи… – протянул Макс, садясь напротив своего начальника. – Весьма противоречивы. По контенту не придраться, Эд – чисто. Но сам понимаешь, я в код подробно залезть не могу, так что тут возможны сюрпризы в будущем. Ребята проверили деятельность компании Шмидта-старшего… Он недавно прогорел с одним проектом, в который очень вкладывался, не выдержал конкуренции с гигантами. Есть долги, поэтому ему выгоднее было бы получить большую сумму разово за обман, заплатить долг, снять сливки с «Неона» сейчас, а потом, когда начнутся проблемы… сам понимаешь. Это домыслы, разумеется, но я не могу гарантировать, что они не окажутся реальностью, потому нам надо быть очень осторожными с договором и обезопасить себя по максимуму.
– Составишь? – уточнил Эдуард, задумчиво прищурившись. – Вместе с юристами и Наташей подготовьте мне проект к понедельнику.
К понедельнику, прекрасно. Впрочем, разве можно было ожидать чего-то иного?
– Договорились.
– Ты-то сам что думаешь? Брать или не брать?
Карелину очень хотелось сказать, что ну к чёрту этих Шмидтов, слишком рискованно – просто чтобы больше не видеть Влада рядом с Наташей. Но он был профессионалом, поэтому ответил правду.
– Брать однозначно, Эд. Честно говоря, даже если изначально был договор на подставу, надо сделать всё, чтобы переманить Влада на нашу сторону. Чтобы он понял: выгода тут, а там – какая-то ерунда, ещё и уголовно наказуемая. Предлагаю сделать то, что когда-то провернул твой отец со мной, когда понял, что я могу сорваться с крючка. Доход Шмидтов должен зависеть от успешности «Неона». И привлекай этих энтузиастов к другим проектам. Что у тебя и Лилит с тем бизнес-планом, о котором ты мне рассказывал пару месяцев назад?
Осенью Эдуард активно искал свободные деньги, чтобы вместе с сестрой открыть совместное дело. Лилит горела идеей давно, а Эдуард просто решил ей помочь – заодно доказать и самому себе, что он чего-то стоит без собственного отца, чьими активами до сих пор распоряжался. В итоге кое-что продал Давиду, но как дальше развивались события, Макс не имел понятия – его обязанностью был маркетплейс, а не фирмы по пошиву дизайнерской одежды.
– Пока ничего, – вздохнул Эдуард. – Мне катастрофически не хватает времени на все идеи Лилит, сама она разбазарит все средства за пару суток, сам понимаешь. Нужна команда. Я клятвенно обещал сестре вплотную заняться её проектом после Нового года, но не уверен, что успею.
В этот момент что-то в голове Карелина будто бы щёлкнуло, и он, улыбнувшись, сказал:
– Знаешь, а у меня есть идея. Слушай…
97
Наташа
Утром перед уходом на работу её взгляд случайно упал на билеты в театр, лежавшие в спальне на столе – и Наташа, чертыхнувшись, что едва не забыла их, взяла две разноцветные бумажки в руки.
Она всегда считала, что её нельзя подкупить – и не зря, потому что сейчас в ней ничего не колыхнулось. Несмотря на то, что сходить в Большой на «Щелкунчик», разумеется, хотелось, но не настолько, чтобы переступать через себя и принимать приглашение Влада. Так что Наташа всерьёз намеревалась вернуть парню билеты – пусть найдёт себе другую компанию, вон хоть Диану пригласит, она точно будет счастлива.
А потом Наташа подумала о Максе. С ним всё-таки надо что-то решать, причём в ближайшее время, хватит качаться, будто маятник – если нет, то нет, если да, то да. Но как это сделать? Как заставить себя перестать сомневаться во всём?
А может, и не надо заставлять? Вот же он – выход. Лежит на ладони.
Если Наташа начнёт встречаться с Владом, Макс отстанет сам. Ни один мужик не перенесёт такого оскорбления, когда его предпочитают какому-то молодчику. И Карелин быстренько вспомнит, что вокруг множество других женщин, с которыми можно попробовать построить отношения. Гораздо моложе! А ведь молодость – это существенное достоинство, особенно когда речь о детях.
Не должна она быть эгоисткой. Не должна!
Билеты дрожали в руках, губы поджимались, глаза непроизвольно зажмуривались – поступать так с Максом всё же не хотелось. Хотелось быть честной, но разве он отступит, если она честно признается, что хочет как лучше? Хочет, чтобы у Макса появился ребёнок, а лучше два или даже три. Конечно, нет!
Фыркнув, Наташа покачала головой.
А ведь ещё неделю назад она искренне считала, что Карелин к ней равнодушен! Сейчас же стоит и думает, что предпринять, чтобы отвернуть его от себя. Ну не дура ли?
Дура. Конечно, дура. Надо хвататься и хватать мужика, а то, что Наташа не решится забеременеть в третий раз в сорок с хвостиком – мелочи. И вообще проблемы Макса, разве нет?
Господи, что же решить? Как правильно-то?
Пойти на поводу у собственного желания и сказать Максу, что готова на свидание с ним?
Или сообщить Владу, что согласна на Большой театр?
Так ничего и не решив, Наташа пошла в прихожую, сунула билеты в сумку и вздохнула. Она, конечно, не Скарлетт, подумать завтра не сможет – но сможет подумать позже.
До вечера ещё есть время. Немного, но есть.
98
Наташа
Утром Наташа с Максом не столкнулась, хотя и знала, что он приходил к Эдуарду на совещание ещё до начала её рабочего дня – всё потому что Акопяну-младшему нужно было уехать по делам после полудня. Это значило, что у Наташи, скорее всего, получится вырваться на обед – но не факт, что получится у Карелина. И что вообще стоит соглашаться.
Однако отказаться она не смогла – не вышло, и всё. И когда почти сразу после ухода Эдуарда Арамовича из офиса Наташе написал Макс и поинтересовался, не собирается ли она на обед, она ответила, даже не задумавшись: «Собираюсь».
Вот и что ей делать с собой? С одной стороны – сомнения, а с другой – в гостях он накануне побывал, а теперь вот обед. И за обедом наверняка напомнит про своё приглашение на свидание.
Значит, надо решаться. Отринуть в сторону все сомнения, отдать Владу его билеты и отправиться с Максом вечером на свидание. Наташа даже знала, чем оно закончится – всё-таки они слишком долго исполняли свои ритуальные танцы, чтобы сдерживаться.
В общем, она на самом деле решила: хватить переливать из пустого в порожнее, раз их тянет друг к другу – надо попробовать. И всерьёз думала, что это решение – окончательное.
Но Максу приспичило повести её во время обеда не в столовую, а в кафе в соседнем бизнес-центре, куда они дошли по подземному переходу. Кафе называлось «Аист» и было семейным, с игровой зоной для детей.
– Сюда тоже любит ходить Ольга Тимофеевна, – пояснил Карелин, как будто даже немного смутившись после удивлённого взгляда Наташи. – Она говорила, что здесь самая вкусная пицца, которую она когда-либо пробовала.
– А ты хочешь пиццу?
– Да, что-то вот тянет сегодня на вредную еду, – улыбнулся Макс, и Наташа пошутила:
– Я так с тобой превращусь в колобка. То мы картошку фри едим, то пиццу…
– Обещаю исправиться, на следующей неделе будем есть на обед лобстера, – подмигнул ей Карелин. – Но вообще, Наташ, всё это ерунда. Я тебя любой буду любить.
– Уверен? – она пыталась подначить его, подразнить, но Макс не поддался.
– Уверен, Наташ. Одиннадцать лет – достаточный срок для того, чтобы всё понять. Даже для такого тугодума, как я.
С ответом она не нашлась, да и поддразнивать больше не хотелось – Наташа чувствовала, что Карелин говорит правду.
И наверное, всё бы закончилось её полной и безоговорочной капитуляцией, но… кафе ведь было семейным. И сели они недалеко от игровой зоны. Поначалу там никого не было, а после пришли три семьи, сели на соседние диванчики, и их дети разного возраста – трое мальчиков и две девочки, – пошли в бассейн с шариками и принялись прыгать там, хохоча и швыряясь разноцветными маленькими мячами.
И в какой-то момент Наташа, подняв глаза от своей куриной лапши, поймала взгляд Макса, направленный на играющих детей. И столько в нём было эмоций, что Наташа едва не упала, почти не узнавая Карелина. Она и не подозревала раньше, что он может так смотреть…
Это был взгляд человека, который очень хочет семью, но знает, что его чаяния не сбудутся. Что он так и будет смотреть на чужих детей со стороны… без шансов завести своих. Потому что между возможностью родить детей и Наташей он выбрал Наташу – но это не умаляло его тоски.
«Чёртова эгоистка!» – подумала Касаткина о себе с неожиданной злостью и опустила глаза.
Билеты в театр, несмотря на то, что находились в её сумке, которая лежала в офисе, словно обожгли ладонь…
99
Макс
В кафе был момент, когда Карелину показалось, что Наташа решилась. По крайней мере взгляд её светился таким искренним и светлым чувством, что Макс чувствовал себя способным на подвиги и вообще благословенным.
Но потом что-то случилось… и она потухла. Стала отводить глаза, смотрела больше в еду, чем на него, и словно о чём-то думала.
А когда Макс напомнил, что приглашал её вечером на свидание, ответила каким-то полумёртвым голосом:
– Прости, но Влад позвал меня в Большой театр. На «Щелкунчик». Я не могу упустить такой шанс.
Это было настолько не похоже на Наташу, что Карелин аж оторопел.
С каких пор она ходит на свидания просто потому что ухажёр подарил удачные билеты?!
– Если бы я сейчас тебя не видел, подумал бы, что со мной сидит Диана, – усмехнулся Макс, не веря, что Наташа серьёзно. – Ответ в её стиле.
– Не спорю, – вздохнула Наташа. – И тем не менее…
– Но почему? – поднял брови Карелин. – Я что-то сделал не так? Я ведь прекрасно понимаю, что всё было отлично, ты собиралась идти со мной вечером, а потом вдруг передумала. Я что-то сказал? Наташ, объясни, что именно, чтобы я исправил ошибку.
Макс лихорадочно вспоминал, о чём они говорили, пока шли к кафе, и сейчас, пока ждали заказ и ели – но решительно не мог понять, что такого мог сказать или сделать, что обидело Наташу. Всё казалось нейтральным, да и не говорили они на неоднозначные темы – обсуждали рождественские и новогодние традиции разных стран и собственные гастрономические пристрастия, особенно в пиццах. Ну не могло же Наташу обидеть то, что он заявил – не любит, когда в пицце слишком много ингредиентов? Точно нет.
Тогда что?
– Ты меня ничем не обидел, – покачала головой Наташа и посмотрела на Макса виновато. – Просто так будет лучше.
– Для кого?
– Для тебя, – она вновь вздохнула. – Макс… посмотри вокруг.
Он послушно посмотрел. Столики, диваны, игровая комната, аниматор, дети.
А-а-а…
Карелин никогда не был идиотом, поэтому догадался очень быстро. И засмеялся бы, если бы не понимал, насколько это всё серьёзно выглядит в глазах Наташи.
– Ладно, я понял, – кивнул он, изо всех сил гася иронию в голосе. – Но зачем тебе сразу свидание с Владом Шмидтом понадобилось? Без него никак?
– Чтобы не передумать.
– Ясно. – Макс озадаченно потёр лоб. Да уж, люди их поступки – не программный код… Исправил ошибку – и всё работает. А как исправить то, что случилось много лет назад? Сейчас вообще нет никакой ошибки, есть только страх и желание сделать ему лучше. Причинить насильное добро, короче говоря. – Наташ… но существуют же детские дома, в конце концов.
– Не каждый способен принять приёмного ребёнка. Это совсем другое, Макс. Любовь к своему – она в крови, это гормоны, особенно у женщин. А приёмный ребёнок – в первую очередь работа мозга.
– Я всю жизнь работаю мозгами, справлюсь, – мягко ответил Карелин и поймал Наташину ладонь. – Но есть ещё один вариант – суррогатное материнство. Ты же понимаешь, денег на эту процедуру у меня хватит.
Судя по ошарашенному взгляду Касаткиной, о подобном варианте она не думала. А зря – хорошее решение. По крайней мере куда лучше её предрассудков и впутывания в эту историю ещё и Влада Шмидта.
По мнению Макса, хватит с них посторонних. И так он за все эти годы кучу баб поимел – пора остановиться.
– Впрочем… – протянул Карелин, осенённый внезапной идеей, которая показалась ему удачной. – Если хочешь идти в Большой с Владом – иди. В конце концов, это я много лет трахал всё, что движется, а ты ни с кем не встречалась. Может, и правда тебе с Владом больше понравится, кто знает?
Наташа удивлённо приоткрыла рот, и Макс едва не рассмеялся.
Конечно, она не ожидала. Да он сам от себя не ожидал, чёрт побери! И это риск, безусловно. Но в любом случае, если Влад Наташе на самом деле приглянется, всегда можно его просто-напросто прибить.
– У тебя температуры нет? – хрипловато поинтересовалась Наташа и даже дотронулась ладонью до его лба. – Кажется, нет. А вот бред – есть.
– «Видишь суслика? Нет? А он есть», – чуть насмешливо процитировал Макс. – Ладно, Наташ, я и правда хочу, чтобы ты попробовала другой вариант. Буду ревновать, конечно. Но это моя карма… за то, что я сделал.
– А что ты сделал?
– Бесконечно тупил, – хмыкнул Карелин. – Доедай и возвращаемся в офис. «Щелкунчик» так «Щелкунчик». День рождения Егора, надеюсь, ты отменять не собираешься?
– Нет, конечно!
– Вот и отлично.
А он постарается, чтобы Наташа передумала.
Изо всех сил постарается.
