Текст книги "Контроль (СИ)"
Автор книги: Анна Одувалова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)
Глава 5
Пока идем к бассейну, я немного успокаиваюсь. С утра в Верещагино чудесно. Уже тепло, но еще нет опаляющей жары, и одуряюще пахнет сосновым лесом. Тихо. Лишь стрекочут кузнечики, и чирикает над головой какая-то птичка.
– Лучше, чем в санатории! – мечтательно вздыхает Машка. – Хотела бы я бывать здесь чаще.
– Это уже без меня, – отзываюсь я. – Поговорю с Ником, как только он проснется, и уеду домой.
– Может, сначала уедешь домой, а в понедельник спокойно поговоришь? – предлагает Машка. – Просто будет очень странно смотреться. Возникнут вопросы, на которые, думаю, ты не очень хочешь отвечать.
– А если уеду, странно смотреться не будет? Тут, как ни крути, будет нехорошо, – вздыхаю я.
– Ну придумай, какую-нибудь причину, по которой тебе надо срочно свалить. Извинись. А в понедельник Ник обязательно появится сам, и ты ему скажешь, «прости, подумала и поняла, ничего у нас не выйдет».
– Не знаю… правда, не знаю, – отзываюсь я. – Подумаю. Но надеюсь, ты не будешь меня отговаривать и просить остаться? Или все забыть и все равно встречаться с Ником, потому что я не смогу. Да и не хочу пытаться.
– Я в самом страшном сне не могу себе представить ситуацию, когда окажусь между отцом и сыном. Они-то поругаются-помирятся, а вот ты навсегда останешься камнем преткновения. Беги от них обоих. И я понимаю твое желание уехать, но можно причина будет такая, из-за какой мне не придется уезжать с тобой? – взмолилась подруга. – Мне тут так понравилось!
– Конечно. – Я киваю. – Оставайся. Тут реально здорово. Просто мне нужно оказаться как можно дальше от этих двоих.
Мы занимаем два пустых шезлонга у бассейна, и пока Машка ходит за вином, я даже успеваю искупаться. А потом мы просто лежим, болтаем и по чуть-чуть отпиваем из бокалов, не замечая, как первая бутылка сменяется второй. Машка хорошая подруга, но коварная. Подливает она в основном мне, а сама тихонечко тянет все еще первый бокал.
Я на нее не злюсь. Меня сейчас алкоголь почти не берет, а мне нужно хотя бы немного расслабиться. Я хочу напиться, а Машка нет. Поэтому у нас компромисс, который устраивает обеих.
Я почти успокаиваюсь и прикрываю глаза, чувствуя, как начинает клонить в сон, когда слышу со стороны полное восторга.
– Ух! Хорошо побегали! Скажи? Просто отлично!
Мимо меня проносится здоровый бугай в красных плавательных шортах и мощной бомбочкой ныряет в бассейн – Макс. За брызгами я не сразу успеваю разглядеть, кто составляет ему компанию на утренней пробежке.
– Даша, только дыши… делай вид, будто дремлешь или не видишь, не узнала, только не срывайся не убегай. Не пались. Отец Ника ведь не один! Просто не привлекай к себе внимания, не думаю, что он кинется к тебе общаться.
– Вот черт, – ругаюсь я, радуясь, что глаза скрывают солнечные очки.
– О, девчонки тоже ранние пташки! – радостно кричит нам Макс и машет рукой. – Пойдемте с нами купаться?
– Мы поздние! – салютует ему бокалом Машка. – Мы еще не ложились. Точнее, почти легли, но тут было очень громко, мы проснулись и решили не издеваться над собой и сделать вид, будто вечер еще не закончился.
– Ну тогда веселого продолжения. Не переусердствуйте, а то похмелье весь день – это гадко!
– А, можно подумать, ты знаешь, что такое похмелье, спортсмен? – Глаза подруги горят, и она, не стесняясь, флиртует с Максом. Парень довольно поворачивается и опирается на бортик бассейна, демонстрируя нам загорелые бицепсы.
А я не могу оторвать взгляд от другого мужчины и радуюсь, что в солнечных очках могу наблюдать за ним, не палясь. Я не знаю, чего хочу больше. Сбежать или же прирасти к шезлонгу. Потому что меня Саша цепляет. Нереально, необъяснимо и от этого больно. Мужчина, который намного старше, хоть и выглядит лучше, чем многие двадцатилетние. Суровый, харизматичный и недоступный. Желание разглядывать его неправильное, противоестественное и пугающее. Мне нельзя пялиться на его поджарое тело, руки рассекающее воду мощными гребками и сильную загорелую спину, но и отвернуться нет сил.
Пока он плавает, выпиваю еще бокал, и единственная мысль в голове – это как бы сбежать, но Саша не обращает на меня внимания, и я молюсь, чтобы все так и осталось. Машка о чем-то болтает с Максом. Она даже сползла с шезлонга и сейчас сидит на краю бассейна и болтает в нем ногами. Эти двое не обращают ни на кого внимания, и когда это понимаю не только я, Саша поворачивает голову и внимательно смотрит в мою сторону, а я чувствую волну жара, который затапливает мое лицо и шею. Как хорошо, что при случае красноту можно списать на солнышко, которое с каждой минутой жарит все сильнее.
Уже наливаю себе сама и это плохой знак. Вина во второй бутылке остается немного, зато меня почти отпускает, и я немного расслабляюсь. Мне уже не страшно бросить Ника, хотя мы не начали толком встречаться, главное, выбрать правильный момент. И меня не так сильно пугает его отец.
Я даже нахожу в себе силы встать и сбежать. Дожидаюсь, когда он вылезет на бортик на другой стороне бассейна. Не могу удержаться и скольжу взглядом по загорелым плечам, красивой спине с проходящей вдоль позвоночника ямкой, по стройным ногам и чувствую, как пересыхает во рту.
Кажется, он замечает мой взгляд, потому что оборачивается, но я прячу глаза за солнечными очками и тоже начинаю собираться. Глаза слипаются, пить я больше не могу и хочу скрыться, пока кто-нибудь не проснулся и не застал меня в таком состоянии. Машку решаю не трогать. Она уже вовсю резвится в бассейне с Максом, который активно уговаривает ее сходить потренироваться чуть позже, когда проснутся остальные.
Натягиваю сарафан и начинаю свой путь к дому. Оказывается, вино коварно, а бессонная ночь на пользу мне не пошла. Идти сложно, меня мотает, и поэтому совсем неудивительно, что в один прекрасный момент нога подворачивается и я почти лечу на коротко-стриженный газон.
– Осторожно! – Я узнаю голос, вздрагиваю и попадаю в кольцо сильных, горячих рук. Пытаюсь от них ненавязчиво избавиться и едва не падаю.
– Да ты пьяна в дым! – В голосе Саши брезгливое изумление. – Черт! Сейчас девять утра!
– Ну простите, – пьяно фыркаю я, хотя мне жутко стыдно. Но это ощущение не покидает меня с ночи. – Не каждый день узнаешь, что тебя отымел папочка твоего парня. Два раза, – зачем-то уточняю я. После вина просыпается перфекционизм.
Саша матерится мне на ухо и подхватывает на руки, а я почему-то безропотно обнимаю его за влажную шею и прислоняюсь к мощной гладкой груди, в которой уверенно и громко бухает сердце. Он не надел майку после бассейна, да и вытерся, видимо, наспех. Поэтому прижимаюсь пылающими щеками к прохладной влажной коже плеча и мне хорошо.
Так и мы и идем в сторону дома. Я чувствую горячее дыхание у виска и поднимаю глаза. Упрямый подбородок с едва заметной черной щетиной, сжатые в тонкую полоску губы. Наверное, я очень пьяна, потому что смотрю, не отрываясь, пока Саша не поворачивается ко мне. В серых глазах пустота, я не понимаю, о чем он думает, и что сейчас чувствует. А его губы так близко, что невольно облизываю свои и чуть подаюсь вперед. Он с виду совершенно безразличен, но сердце в груди делает скачок, и я слышу, как ускорился его ритм. Значит, как бы ни пытался казаться безразличным, все же чувствует. В какой-то момент он замирает на дорожке и просто изучает меня. Я тону в сером дыме его глаз, теряю связь с реальностью и пьянею еще больше. Сейчас от близости мужчины рядом.
Не знаю, сколько мы смотрим друг на друга. Кажется, я даже чувствую тепло дыхания на своих губах и понимаю, что поцелуй неизбежен, потому что мы, как два магнита, которые тянет друг к другу и остановиться невозможно.
– Папа? – слышу недоуменно удивленный голос и вздрагиваю, кажется, моментально трезвея.
Дергаюсь, пытаясь понять, насколько двусмысленна ситуация, в которой мы оказались, и что видит Ник, но Саша только сильнее сжимает объятия, не позволяя мне сбежать.
– Что «пап»? – отвечает Саша, и от его голоса по рукам бегут мурашки. Он спокоен и, кажется, безразличен. Даже сердце замедлило ритм. – Нужно следить за своей девушкой. Еще нет девяти утра, а она у тебя уже… ну даже не знаю, как кто.
– Она же спать пошла… – отзывается Ник, несколько виновато. Словно и, правда, то, что я в говно – это его промах.
– Ну как видишь, не дошла. В какой комнате ее поселили? Так как ты не заметил ее отсутствия, полагаю не в твоей.
– Не в моей, – ровно отвечает Ник. – Давай я ее провожу.
– Иди уж, куда шел. Там Макс тебя и парней ждет, весь извелся. У него недостаток фитнеса в организме.
Макс вовсю флиртует с Машкой и если у него и есть чего недостаток в организме, то это точно не фитнес. Но Нику об этом знать не обязательно.
– А ты? Не пойдешь с нами тренироваться?
– А я уже. Вот видишь, у меня силовая заминка.
Ник кивает, я это вижу из-под опущенных ресниц. Очень странно на меня смотрит и уходит, а я выдыхаю и уже полностью открываю глаза. Слава богу, он не стал со мной говорить. Может, обиделся за такое поведение? А может, просто подумал, что я совсем в отключке.
Саша не говорит ни слова просто устремляется в сторону дома, и только уже сгрудив меня на кровать, выдыхает и опустившись рядом произносит.
– Я не могу даже думать о том, что он тебя трахает.
– А меня никто еще не трахал… кроме тебя, – с усмешкой отвечаю я. Врать почему-то не могу, но все равно немного поддеваю. – Но у Ника хорошие шансы.
– Не делай этого.
– Что не делай?
– Не спи с моим сыном. Не делай это с нами.
– Иначе что?
– Иначе я расскажу, что спал с тобой. Все ясно?
– П-ф-ф-ф, – пьяно отвечаю я и падаю на подушку, успев подумать, что если Саша все расскажет Нику, получится и правда гадко. Но я совершенно не могу сегодня об этом думать. Как хорошо, что я напилась. Или все же плохо? Потому что голова кружится адово.
Взгляд фокусировать получается все хуже и я закрываю глаза. Наплевать. Пусть говорит, кому хочет и что хочет. Наверное, мне будет очень стыдно и неловко перед Ником, но зато все закончится само собой. Без моего участия. Я слишком пьяна, чтобы о чем-либо думать. Слышу над ухом печальный вздох и чувствую теплые пальцы на своей щеке. Во сне с мурчанием тянусь к ним, как кошка и пытаюсь прижаться к ладони, но мужчина ее убирает. Накидывает на меня сверху покрывало, и я погружаюсь в глубокий сон, в котором не слышу никого и ничего.
Когда открываю глаза, за окном еще не сумерки, но полуденное солнце скрылось и понятно, что вечереет. На тумбочке стакан воды и две таблетки шипучего аспирина. Выпиваю все залпом, потом немного лежу, молясь, чтобы прошла головная боль, а вместе с ней желательно пропала память и когда понимаю, что лучше уже не станет, со стоном ползу в душ. Холодная вода отрезвляет, а таблетки прогоняют головную боль. Я собираю рюкзак с одеждой и решительно спускаюсь на первый этаж. Ника нахожу вместе со всеми возле бассейна. Он уже немного пьян, но трезвее остальных. Даже ЗОЖник Макс сейчас уже глотает виски прямо из горла и, не таясь, целует Машку, прежде чем сигануть с бомбочкой в бассейн.
– Даша пришла! – радостно вопит Никита и кидается ко мне, явно намереваясь заключить в объятия, но тут же тормозит, увидев мою кислую физиономию и рюкзак за плечами. – Эй, ты что?
– Никит, мне очень нужно уехать, – выдавливаю из себя я. – Я зашла, чтобы попрощаться и спросить, сейчас реально добраться до города на автобусе? Если нет, вызову такси.
– Даш, ты что? – потрясенно выдыхает он. – Это из-за того, что произошло утром?
Я сглатываю, на миг становится страшно, что он узнал, но тогда бы вел себя иначе. Пока мысли проносятся в голосе бешеным галопом, Ник поясняет, и я понимаю, о чем он.
– Ну подумаешь, выпила лишку. Поверь, тут и не такое видели. Не переживай, папа все равно уезжает… Да и не подумал он ничего плохого.
– Ник… – останавливаю я его словесный поток. – Это не из-за утра. Нет, просто… – замолкаю, прикидывая, как лучше соврать и говорю. – Просто Наташка звонила, она забыла ключи дома. Захлопнула дверь и спохватилась, только когда стала возвращаться, а запасные у меня. Мне нужно в город, правда. Иначе сестре придется ночевать на лавочке. И даже это не самое страшное. Ей на работу, а ключи от рабочего кабинета и еще куча важных вещей тоже дома.
– Блин! – сокрушенно вздыхает Никита и, кажется, искренне расстроенным. Мне даже становится неловко за откровенную ложь. – Если бы знал, то не стал бы пить и тебя отвез.
– Не заморачивайся, я прекрасно доеду на автобусе, – улыбаюсь я, радуясь, что с Ником прошло без эксцессов.
– Нет, – парень мотает головой, обнимает меня за талию и ведет к выходу, отмахнувшись от Артема, который что-то кричит вслед и вопроса Алины: «А вы куда?». Машку я решаю не отвлекать, она и так знает, что я собираюсь уехать. Напишу ей, как сяду в автобус.
– Даш, ты не поедешь на автобусе. Я вызову тебе такси. Хорошо? – предлагает Никита.
– Ну автобус мне удобнее, если он ходит…
– Автобус просто дешевле, – прерывает меня парень. – Не обманывай меня. Я способен оплатить своей девушке такси, если не могу отвезти ее сам.
– Верю, что способен, не я буду неловко себя чувствовать. – Я стою на своем. Не хочу, чтобы Никита за меня платил, к тому же я планирую завтра его бросить. В связи с этим вообще все выглядит как-то на редкость гадко. – Так что я лучше на автобусе.
– Даш… – начинает Ник, а потом переводит взгляд мне за спину и радостно орет. – О, пап! Ты же в город? Захвати, пожалуйста, Дашу. Ей тоже туда срочно надо. Ладно?
Я бледнею и хочу просто провалиться сквозь землю, а сияющий Ник оборачивается ко мне со словами.
– Видишь, получилось найти компромисс. Ты не поедешь на автобусе, а я не буду платить за такси. Так тебя устроит?
– Но это неудобно, – лепечу я, надеясь, что Саша поддержит мою версию, но вместо этого слышу холодное и уверенное.
– Моя машина удобнее автобуса. Гарантирую.
– Ну видишь, как все здорово! – радуется Ник, целует меня, к счастью, только в щеку, потому что успеваю увернуться и разворачивается спиной, направляясь к бассейну, а мы остаемся с Сашей наедине, и от его взгляда между лопаток у меня бегут мурашки. Я даже повернуться к нему не могу, не то, что ли два часа сидеть в одной машине.
– Сбегаешь? – спрашивает он все так же без единой эмоции.
– Ты тоже, – замечаю я и поворачиваюсь. На его губах едва заметная улыбка. – Мне кажется это лучшее решение,
– Поехали, – приказывает он и направляется к черному внедорожнику, припаркованному рядом со спортивной машиной Ника.
Глава 6
Сажусь в машину, словно иду на смертную казнь. Дорогой кожаный салон, даже тут я сама себе кажусь инородным телом. Ник тоже ездит на дорогих тачках, может быть, я видела его и в этой, но с ним я не чувствовала себя так. Саша за рулем подавляет, сразу видно, что мы из разных миров. Мне страшно оставаться с ним в замкнутом пространстве. Я не знаю, что принесет эта поездка, она кажется неправильной. Все кажется неправильным. Сложно поверить, что происходит со мной.
– Куда тебе? – спрашивает он, едва мы выруливаем с территории поместья. Александр ведет уверенно и ровно, позволяет обогнать себя какой-то развалюхе, хотя я знаю, многие мужчины в этой ситуации начинают беситься. Даже Ник, как бы аккуратен ни был, не любит, когда его обгоняют.
Называю адрес и все же, не удержавшись, озвучиваю свой вопрос.
– Почему ты позволил ему обогнать себя?
– А это важно? – усмехается он и поворачивается ко мне. Стальной взгляд лишает воли. У Саши невероятные глаза – серебряные, без вкраплений, удивительно чистый цвет, я никогда таких не встречала. И я смотрю в них, забывая, о чем идет разговор.
– Не знаю… у тебя машина круче.
– Какой же ты ребенок… – тянет он и тут же мрачнея, добавляет. – Как я только мог тебя трахнуть?… При свете дня это кажется особенно противоестественным. Как вообще мог не разглядеть, насколько ты маленькая?
– Я не маленькая, – обижаюсь и на грубые слова, и на тон.
– Это иллюзия всех, кому около двадцати.
– Ну, я могу вступать в брак, покупать алкоголь и спать с кем хочу, – уверенно заявляю я.
– Это не делает тебя большой.
– Только в твоих глазах. И все же ты так и не ответил на вопрос, почему позволил себя обогнать? Он же так старался, прилагал усилия, а тебе просто нужно было чуть-чуть нажать на педаль газа.
– А в чем интерес, Даш? У меня машина мощностью в несколько раз больше, чем его. Она быстрее и мощнее, даже если за рулем сидит водитель, только сдавший на права. Зачем мне показывать превосходство над старой разваливающей «ладой» и человеком, рискнувшим выехать на ней из гаража? Мне неинтересно состязаться с теми, кто слабее. Никогда и нигде. Мне лень тратить на них свое время. Хочет обгонять с черным дымом из-под капота? Да ни вопрос, пусть. Я, может, день его сделал, он будет сидеть вечером в двушке со старым ремонтом и рассказывать своим друзьям или жене, как круто сделал «порша», а я поеду в свою квартиру на семьдесят первом этаже и открою коньяк, который стоит примерно столько же, сколько его машина. И кто после этого победитель? И нужно ли доказывать свое превосходство?
– Никогда не думала, в таком ключе, – признаюсь я, а Сашка хмыкает и переводит взгляд на дорогу. Мы выезжаем на трассу, и его лицо становится более сосредоточенным. Мне бы тоже отвернуться и смотреть в окно, но не могу. Как завороженная пялюсь на него. На красивый и четкий аристократичный профиль с прямым носом и неулыбчивым ртом. Черты лица жесткие, словно вырубленные, Ник смазливее, мягче, а может, просто моложе. Почему я не могу сходить с ума от него? Впрочем, сейчас преступно думать о любом из этих мужчин. Но могу же я позволить себе малость, просто посмотреть за Сашей? Это ведь не преступление?
– Так внимательно смотришь, – говорит он, не поворачивая голову. – Не разглядела раньше? Или было не до того? Ночью, все кошки серы? Не так ли?
– Не знаю, это у вас надо спрашивать, – шиплю я и обижено отворачиваюсь.
– Ну почему же. Я тебя запомнил хорошо. И еще, когда ты злишься, переходишь на «вы». Это забавно.
– Потому что это единственно-правильное обращение между нами.
– Не спорю. Но давай уже признаем, что между нами все изначально пошло неправильно.
– Так зачем же согласился меня подвести?
– Причин много. Во-первых, просил Ник. Если бы я отказался, выглядело бы невежливо. Не в моем стиле.
– Я вот тоже поступила невежливо, уехав, – бурчу я.
– Ну хотя бы я должен был повести себя как обычно, не находишь?
– А во-вторых? – Я игнорирую вопрос.
– Во-вторых, – послушно продолжает Александр. – Мне тоже не нравится идея автобуса. Да и такси, если есть, кому отвезти лично.
– А в-третьих, есть?
– Есть и в-четвертых, но можно их я оставлю при себе?
Александр
Дуется и кусает губу. Какая ж она маленькая, и в нее влюблен Ник. Просто два моих личных табу, нарушать которые нельзя. Если сначала я еще надеялся, что это просто мимолетная интрижка, то потом, поймав обожание во взгляде сына, понял – все серьезно. Если бы не эти огромные «но», пожалуй, я бы трахнул ее прямо в машине. Обычно, у меня получалось довезти женщин до постели. Секс в машине казался чем-то неудобным и глупым.
С чего же хочется сейчас? Впиться поцелуем в губы, свернуть на обочину и перетащить ее себе на руки, усадив на колени. Или просто расстегнуть ширинку и позволить ей… черт! Не те мысли, совершенно не те. Ехать с каменным членом в джинсах, ну так себе удовольствие, особенно когда Даша рядом и на ее лице все эмоции и чувства, а их много. Страх, желание, вина и все искреннее, неподдельное. Я давно отвык от такого.
Я хотел бы выставить ее шлюхой, так проще. За то, что соблазнила меня, потом очаровала Ника и поставила нас всех в эту дерьмовую ситуацию, но не могу. По ней вижу, что сама не рада. Сама бы отдала все, лишь бы убрать из этого треугольника… вопрос кого. Подозреваю все же меня. С Ником у них один возраст, одни интересы, только вот до постели почему-то не дошло. Не хочу думать почему. Вообще, не хочу думать о собственном сыне в контексте того, с кем он спит и почему еще не трахнул эту девушку. И не хочу думать о Даше, в объятиях другого. Даже если другой – мой сын. Точнее, особенно если другой мой сын.
Я вообще не знаю, чего хочу. Одновременно забрать ее себе и не трогать. Отойти в сторону, позволив им развивать отношения с Ником, и заставить девчонку его бросить, пофиг как. Шантажом, угрозами, деньгам… лишь бы вытравить ее из сердца и головы, ну и, заодно из жизни нас обоих.
Я хочу ее отвезти домой, и уехать к себе в пустую квартиру, где есть дорогой коньяк и тишина. Может быть, даже позвонить Ольге, потому что мой организм настойчиво требует секса. Только вот я себя знаю, если хочу женщину, то хочу конкретную женщину. Ольга сегодня не поможет.
Когда намеренно еду в центр Москвы, веду внутренний диалог, и мне не нравится, что даже себе не могу признаться, зачем это делаю.
– Мы куда? – испуганно подскакивает она, понимая, что эта дорога точно не приведет нас к ее общаге.
– Я хочу есть.
Правда ведь, хочу, и не скажешь, что ложь.
– А при чем тут я?
– Одному есть неинтересно.
– Но у меня, мягко сказать, вид не для ресторана или ты предпочитаешь Макдональдс? Правда, и там на меня будут коситься.
– Да, у тебя вид не для ресторана, – спокойно отвечаю я, стараясь, чтобы на лице не дрогнул ни один мускул и не выдал, ту бурю чувств, что бушует у меня в душе. – Поэтому мы едем в магазин. Тебе за платьем.
– Ты вообще нормальный? – спрашивает Даша и смотрит и, правда, как на умалишенного.
– Нормальные мужики тридцати семи лет не западают на малолеток, – отвечаю я.
– Ты на меня не запал.
– Как знать?
– А как же Ник? – выкладывает она последний козырь. Эти слова, как ушат холодной воды.
– Ника тут нет – это раз, – пытаюсь вернуть себе хваленый контроль. – И я же тебе предлагаю не секс, а ужин.
– А прозвучало, как секс.
– Даш… – Устало поворачиваюсь к ней. – Не нагнетай. Я знаю, какая у нас дерьмовая ситуация. Мне самому не по себе, оттого что хочу трахнуть девушку сына. Но я просто везу тебя ужинать, а потом домой в общагу и все. Дальше ты меня увидишь, только если сможешь встречаться с Ником и вы приедете ко мне в гости, а я не успею придумать благовидный предлог и свалить.
– То есть ты не будешь запрещать мне с ним встречаться? Надо же.
– Я хотел бы это сделать по сотне причин, и одна заключается в том, что ты хочешь меня, а не его. Я не желаю сыну таких отношений. Это путь в никуда. Но он влюблен в тебя, и… поэтому я не вправе давить.
– А если я разобью ему сердце?
– Когда ты разобьешь ему сердце, – поправляю ее, и она сглатывает, испуганно посмотрев на меня. Понимает, что я прав. Бросит сейчас – ему будет больно, бросит позже еще больнее. Но это не моя жизнь и не мой выбор. – Просто поужинай со мной и все. Я не прошу о большем, раз уж в прошлый раз продинамила завтрак.
Даша
Я не могу понять, почему соглашаюсь на это безумие. Ведь точно знаю, что не имею права быть с ним. И неважно, что это ужин или секс. Как просто обозвать свидание ужином и чувствовать себя невиновной. Просто и в то же время гадко, но я не могу отказать Александру. Тону в холодных стальных глазах, в которых лишь иногда на миг проступают искренние чувства, и тогда я совершенно беззащитна перед ним.
Мы едем в самый центр. Несмотря на вечер и пробки, добираемся на удивление быстро, но чем дальше, тем сильнее я сомневаюсь. Я уже готова пойти на попятную, но Александр тормозит перед магазином, в который я никогда бы не зашла одна. Все начиная с расположения до оформления витрин, говорит о том, что он не для простых смертных. Мужчина открывает дверь, и когда мы оказываемся в просторном прохладном зале, делает ленивый жест консультанту подзывая.
Девушка сияет так, словно мы пришли покупать бентли, а не платье.
– Чем могу помочь? – вежливо уточняет она и безошибочно обращает свой взгляд не на меня, а на Сашу. Я испытываю едкое и неприятное чувство, потому что ее взгляд буквально кричит: «Ну, трахни меня прямо тут!», но Саша его словно не замечает. Он гораздо с большим интересом разглядывает диван.
– Мы собрались в ресторан, – сообщает он консультанту. – Подберите девушке платье, чтобы она чувствовала себя комфортно.
Девушка кивает, приклеив к лицу вежливую улыбку, тут же убегает подбирать варианты, и на ближайшие полчаса я выпадаю из реальности.
Ей-богу, пока не оказываюсь здесь, то думаю, что Виктория Бэкхем просто жена футболиста. Не знаю, что меня поражает больше, то что я выбираю платье ее бренда или то, сколько это платье стоит? Взгляд, которым нас одарили на входе, становится понятнее. Если платье стоит, как бентли (ну ладно утрирую), то отношение соответствующее. Мне кажется, ценник обжигает меня сквозь материал. Не может кусок ткани с воланами стоить столько. Не в моем мире.
Наверное, я слишком долго стою в примерочной. Несколько вариантов я отметаю сразу же, потому что они сидят на мне, скажем так, странно. А вот красное, почти без декольте и длины миди очень даже ничего. Оно не вульгарно и не обтягивает, как вторая кожа, сообщая всем окружающим, что я очередная молоденькая эскортница с папиком, хотя в нашей ситуации это недалеко от правды. Платье простое, изысканное и дорогое, юбка спускается воланами до середины икры. Строгий силуэт, но в то же время я в нем не выгляжу старше.
– Это подходит, берем, – припечатывает Саша, появившись у меня за спиной, и я подпрыгиваю от неожиданности.
– Вообще-то, я могла быть тут раздетой! – возмущаюсь на его вторжение, и тут же ловлю насмешливый, ничуть не смущенный взгляд в зеркале.
– У тебя отрос хвост с нашей прошлой встречи? Или ты набила себе тату с моим профилем?
– Зачем мне тату с твоим профилем? – теряюсь я.
– Представления не имею, – пожимает он плечами. Этот мужчина умудряется смотреться стильно в простых джинсах и черной рубашке с коротким рукавом. – Как и представления не имею, чего я мог увидеть в примерочной такого, чего не увидел в прошлый раз или с утра.
– С утра я была в одежде, – шиплю, как злая кошка. – А в прошлый раз, ты был пьян и вряд ли вообще разглядел меня!
– Поверь, я разглядел очень хорошо, – хрипло говорит он, и его дымчатые глаза темнеют, заставив меня испуганно сглотнуть. Слишком неприкрытое в них желание. – И запомнил. Но если ты хочешь освежить память…
– А ты хочешь освежить память? – разворачиваюсь к нему лицом и смотрю с вызовом.
– Нет, – сглотнув, отвечает он и отступает, плотно задернув шторку примерочной. А ведь мне с ним еще покупать туфли. Вряд ли мои вьетнамки со стразами будут смотреться уместно с этим платьем.
– Если туфли, то «Джимми Чу» – говорит Александр, когда я появляюсь в зале магазина опять в своем легком сарафане, неизвестного бренда. Он уже словно забыл о нашем наэлектризованном противостоянии в примерочной. – Что ты на меня смотришь так недоверчиво? Это придумал не я, а моя мама.
Он расплачивается и ведет меня в другой магазин. Примерка туфель проходит без эксцессов. На цену я не смотрю, выбираю исходя из своего понимания прекрасного. Останавливаюсь на обычных бежевых лодочках с открытым мыском и на шпильке. Тут же в примерочной переодеваюсь в платье и выхожу к ожидающему меня мужчине.
– Я готова.
– Отлично, – сухо замечает он, даже не поворачиваясь в мою сторону. Его настроение резко поменялось, и, кажется, что он уже не рад поездке в ресторан.
– Давай вернем платье и туфли, и ты просто отвезешь меня в общагу? – предлагаю я. К тому же телефон настойчиво вибрирует. Сыплются сообщения в вайбер.
– Нет, – отрывисто отвечает мужчина. – Мы совершенно точно не будет возвращать ни туфли, ни платье. Они подходят тебе значительно лучше, чем сарафан и то непонятное, что у тебя было на ногах.
– Вообще, я просто была одета для отдыха на даче. Ник так описал место, куда мы едем.
– Нда… – на губах Александра мелькает улыбка, искренняя. Она делает его лет на десять моложе. – Никто еще Верещагино не называл дачей.
– Сама была в шоке, – бурчу я. – Так что по поводу общаги? Я серьезно. Ты же понимаешь, этот ресторан ошибка.
– Ресторан не может быть ошибкой. Ресторан – это просто еда, Даш. Не усложняй и не накручивай. К тому же я знаю, с утра ты пила, но что-то не видел, чтобы потом ела.
– У меня есть бэпэшки, – оправдываюсь я, понимая, что и правда голодна.
– Бэпэ… что? – морщится он, то ли силясь понять, что это, то ли как это можно есть.
– Ну да, не ресторанная еда. Не поспоришь.
– Вот давай и не будем спорить.
Я собираюсь упрямо ответить, но у Саши звонит телефон. Он чертыхается и раздраженно отвечает.
– Да, Никит. Да, отвез. Ну откуда я знаю, почему она не кинулась сразу отвечать на твои стописят тыщ сообщений. Я же не нянька.
Он отключается, а я снова чувствую себя сволочью.
– И все же…
– Даш, если ты сейчас заикнешься снова про общагу, ну ей-богу, наору. Сиди уже спокойно.
– Мне просто стыдно из-за всей этой идиотской ситуации. Я неправильно поступаю по отношению к Нику.
– Давай начистоту. – Он вздыхает и поворачивается ко мне. – Нужно было стесняться, когда кончала от пальцев левого мужика, а не своего парня. Да, ты не знала, что я его отец. Но как бы, ты не находишь, что уже тогда была допущена тактическая ошибка?
– Нахожу. И не хочу сделать еще хуже, чем есть, – соглашаюсь я, а к щекам приливает горячий румянец от воспоминаний. – Вот и ты теперь из-за меня врешь сыну.
– Я стал отцом в неполные восемнадцать. Думаешь, я первый раз вру Нику? А потом мы все решили. Мы едим, я отвожу тебя, куда скажешь и на этом все. Почему ты все усложняешь?
– Потому что все ну пипец как сложно! – раздраженно выдыхаю я.
Саша привозит меня в дорогой ресторан и помогает выйти из машины. Нас встречают у дверей и без вопросов проводят за свободный столик. Впрочем, ажиотажа тут нет. Возможно, ранний вечер воскресенья просто не то, время когда здесь собирается толпа народа.
– Я специально выбирал такое место, где мы не встретим знакомых, – поясняет он, открывая меню.
– Ты не встретишь, – поправляю я. Чтобы встретить моих знакомых, нужно идти в Макдональдс, причем тот, который расположен недалеко от общаги.
– Нет, туда я точно не готов идти, – морщится он. – В моем возрасте мне нужно сбалансированное полезное питание.
– В тебя вселился Макс? – подозрительно спрашиваю я, а Саша улыбается снова по-мальчишески открыто.
– Да, иногда бывает, вселяется. Он официально числится моим тренером и любит указывать на возраст и необходимость тренироваться регулярно и питаться правильно.
– И ты следуешь его правилам?
– Ты удивишься, но в большинстве случаев, да. Моя жизнь подчинена определённому ритму и графику. Я стараюсь не нарушать ни режим питания, ни режим тренировок, ни режим жизни.
