Текст книги "Турнир тысячи талантов"

Автор книги: Анна Руэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

Глава 15

Я пыталась снова вспомнить всё, чему меня учил Даан, но мне было трудно сосредоточиться и воспринимать с помощью ароматов чувства и мысли людей.

Рафаэль сидел недалеко от меня, и я пыталась уловить остатки ароматов, которые, возможно, ещё держались на его одежде. Их почти не осталось, но даже крошечного количества хватило бы, чтобы больше узнать о нём.

Он испытывал одновременно страх и гордость. Ну да, я могла бы это понять и без своего дара – по его глазам и по скованности движений.

Тем не менее меня впечатлило, как успешно он справился с «Ароматическими побегами зелени». Ведь в той экстремальной обстановке было непросто подобрать нейтрализующий аромат. У Рафаэля всё– таки был талант. И ему справедливо присудили высший балл.

Я украдкой взглянула на Даана; его чужое лицо смотрело на меня из зрительного зала. Интересно, как он оценивает участников и их способности? Но он сидел слишком далеко, и я не могла прочесть его мимику.

В течение следующих часов Элоди без перерыва запирала в стеклянном домике всё новых и новых участников. Там вспыхивали фейерверки, сгущался туман, появлялся на секунду огнедышащий дракон, создавались всевозможные иллюзии в виде огненного дождя, шаровых молний и других страшилок. Но в целом было скучновато, и участники справлялись с магическими флаконами не слишком успешно. Никто из них так и не смог сравняться с Рафаэлем.

Потом вызвали Леона, и ко мне мгновенно вернулось беспокойство за него и остальных. А вдруг он ошибётся с флаконами? Он ведь никогда не экспериментировал с ними – лишь открывал под моим руководством тот или иной флакон, да и то не очень часто. Но Леон, как всегда, изобразил на лице невозмутимую и уверенную победную улыбку и направился прямо к Элоди. Я даже не была уверена, не почудилось ли мне. Неужели он в самом деле подмигнул Элоди – как подмигивал почти каждой девочке на школьном дворе?! От возмущения у меня даже перехватило дух. Не мог же этот дурачок всерьёз флиртовать с Элоди!

– Ведь он наверняка не всерьёз, – шепнула я Матсу. Неужели Леон, ослеплённый её внешностью, забыл, что она сделала с Матсом всего пару месяцев назад?! – Очень надеюсь, что Леон ведёт себя так потому, что уверен, что Харви Хаттингтон сделал бы именно это.

– Не думаю, – фыркнул Матс и поднял брови. – Леон слишком любит флиртовать в любой ситуации.

В тот момент, когда Элоди открыла перед Леоном дверь в стеклянный домик, он, видимо, пошутил, проходя мимо неё. Во всяком случае, Элоди тихо засмеялась.

В домике Леон небрежно взял в руки пару флаконов – так, словно это были пустяки, о которых не стоило и думать. Дверь за ним захлопнулась, и стеклянный домик наполнился ароматом, выбранным Элоди.

Леон с такой же усмешкой разглядывал этикетку на флаконе, а вокруг него уже клубились пары. По светло-лиловому цвету я сразу поняла, что это за аромат – и тут же мысленно ощутила запах ромашки, лаванды и валерианы. Матс с озабоченным видом потёр ладонью лицо – этот запах он уже не раз видел в действии.

Не прошло и минуты, как Леон ткнулся лицом в стекло, сполз на пол – да так и остался там лежать.

– Ой! Ведь это «Храпящий бриз»! – хихикнула рядом со мной Элла и подтолкнула меня в бок. – Он просто заснул.

Я не смогла сдержаться и тоже засмеялась. Всё случилось так быстро, что даже ассистент с табличкой, на которой действительно был обозначен «Храпящий бриз», не успел пройти по кругу, когда Элоди поспешила приказать включить вытяжку. Когда внутри всё было очищено, два лакея отнесли Леона на его место. Это было нелегко, потому что разбудить его было невозможно. Громко храпя, он так и продолжал спать на своём кресле.

Легко догадаться, какие оценки поставили судьи. Леон провалился, получив все нули.

– Что ж, это было хотя бы безопасно, – пробормотал Матс, и я кивнула. Мне даже трудно вообразить, что делал бы Леон, если бы ему достались «Ароматические побеги зелени».

Зазвучала музыка, и Элоди громко назвала следующего участника:

– Элла Фредерикс!

Элла, от волнения белая как мел, с трудом поднялась с места.

– Доверься своей интуиции, – шепнула я, пытаясь ободрить её. – Если ты не уверена в действии аромата, открой флакон чуть-чуть. – Я хотела сказать что-то ещё, но огни над нами уже померкли, и только один луч прожектора повёл Эллу к стеклянному домику. Барабанный ритм музыки сопровождался ритмичными же аплодисментами зрителей.

С нетерпением дождавшись, когда Элла наконец подойдёт к ней, Элоди заперла её в домике.

Ассистент сунул в клапан узкий синий флакончик, при виде которого я тяжело вздохнула. Нет, это невозможно! Элле придётся иметь дело с «Запахом бури», а он относится к категории опасных. Элоди не имеет права применять его в небольшом помещении! К тому же Элла ещё совсем маленькая и наверняка не справится с ним. Я готова была вскочить и выбежать на арену, чтобы спасти Эллу, но Матс крепко схватил меня за руку и удержал:

– Подожди!

– Но ведь...

– Знаю, – прошептал он. – Но ты не можешь себя выдать! Помни, что с Элоди ты сразишься потом.

Я согласилась, хотя на сердце у меня было тяжело. Музыка играла всё громче, как это было с Рафаэлем.

Элла уже выбрала несколько флаконов и открывала один за другим. Вокруг неё бушевал маленький ураган, а я ещё не могла определить, что это за ароматы. Я лишь видела, как из флаконов курились разноцветные струйки, наполняя пространство за стеклянными стенами. При этом облака смешивались и закручивались: мне даже казалось, что они сплетались в косички.

Ураган за стёклами бушевал всё сильнее – так, что стеклянный домик шатался. Я пыталась высвободить руку из пальцев Матса – кто-то ведь должен помочь Элле! – но наконец поняла, какой она выбрала флакон. И открыла рот от удивления.

С ума сойти! Элла держала в руке «Плывущее облако»! Она медленно-медленно поднималась в воздух и в конце концов уселась в позе лотоса в середине стеклянного домика. Казалось, будто она сидит на невидимом ковре-самолёте. Публика ликовала. А я ничего не понимала. Каким образом Элла могла так спокойно парить среди урагана?! Ведь он должен был швырять её от стенки к стенке! Но не успела я додумать эту мысль до конца, как уже сообразила, какую комбинацию составила Элла. Она не просто парила в воздухе – она была в своего рода мыльном пузыре, и всё это в центре торнадо, который бушевал вокруг, но не пошевелил и волоска на её голове!

Наконец я догадалась, в чём дело. Элла нашла в качестве ответа на «Аромат бури» не только «Плывущее облако», но вдобавок ещё и «Защитный пузырь»! Гениальная девочка! Так быстро понять, как взаимодействуют эти ароматы!

Защищённая крепким пузырем, Элла всё ещё парила среди урагана. Но вскоре ураган постепенно затих, и Элла спланировала на пол.

Через пару минут раздался шум вытяжки, и всё, что было недавно в домике, без остатка исчезло. Под шквал аплодисментов Элоди открыла дверь, и Элла, всё такая же робкая и неприметная, пошла на своё место рядом со мной. Одновременно поднялись в воздух таблички судей. Все поставили Элле пять баллов, высшую оценку, и я предположила, что творится сейчас в голове у Элоди.

Её взгляд, пронзительный и любопытный, впился в Эллу, словно пытаясь выяснить, не сентифлёр ли она.

Честно признаться, я тоже задавала себе этот вопрос.

– Ты потрясающе выступила, – шепнула я ей.

Элла улыбнулась, но отвечать ей было некогда – прозвучало имя следующего участника:

– Константин фон Хоэнфлиз!

У меня бешено заколотилось сердце, а Матс поднялся – и началось новое шоу с музыкой и прожекторами.

– Удачи, – шепнула я. – И будь осторожнее!

Глава 16

Мне стало плохо при мысли о том, что у Матса всё закончится неудачей. После провала Леона я тревожилась за него ещё больше.

Однако я ничем не выдала своего волнения, когда он под ритмичную музыку шёл к Элоди. Так же спокойно Матс ждал, когда Элоди запрёт его в стеклянном домике. Вскоре пространство за стеклом наполнили тёмные клубы магического аромата.

Я напряжённо наклонилась вперёд. За стеклом ничего не было видно. Казалось, что кто-то лил и лил в стеклянный домик чёрную краску, пока не наполнил его доверху.

А потом я поняла, что это «Аромат тёмной ночи». Ну конечно! И Матс давно его знает – он даже помог нам с его помощью бежать из дома баронессы.

С минуту в шатре было тихо: все ждали, что произойдёт, когда снова станет видно, что творится за стеклом. И тут чёрная краска начала бледнеть. В ароматическом тумане, теперь светло-сером, Матса – то есть Константина – нигде не было видно.

Стеклянный домик был пуст.

Даже Элоди, обойдя вокруг домика, покачала головой. Должно быть, она поняла, что сделал Матс, но не верила, что он на это способен.

Я задумалась и тут же улыбнулась. Матс по-прежнему был в домике, но этот аромат позволил ему на какое-то время стать таким незаметным, что его никто не видел.

Да, наш учитель прав. Матс, хоть он и не сентифлёр, превосходно разбирается в ароматах. Похоже, он экспериментировал с ними больше, чем мне казалось. Вряд ли он когда-нибудь сможет интуитивно, как я, подбирать компоненты ароматов – а ароматы никогда не откроют ему чувства людей, – но это не означает, что он не умеет с ними обращаться.

– Включи вытяжку! – приказала Элоди ассистенту, и вытяжка снова зашумела.

Когда Матс вышел из стеклянного домика, раздались аплодисменты и я почувствовала за него невероятную гордость. Но судьи, несмотря ни на что, поставили лишь две тройки и даже одну двойку. У «вечных» было не всё в порядке с юмором – но кого это волнует?

– Анастасия Владимастова! – прогремел в шатре голос Элоди, когда Матс снова сел рядом со мной.

Итак, пришла моя очередь. Я твёрдо решила не нервничать и не проявлять страха, но полностью взять себя в руки всё же не сумела.

– Не считаю нужным желать тебе удачи, – прошептал Матс. – Ты всё знаешь.

Я быстро улыбнулась ему и встала. Барабанная музыка задавала темп моим шагам, а я радовалась, что «Аромат изменений» не улетучивался от моего волнения.

– Желаю успеха, Анастасия, – пропела мне Элоди и открыла стеклянную дверь.

Стоя в луче прожектора, я слышала, как щёлкнул замок – точно так же, как это слышали все участники турнира, стоявшие тут раньше. Потом всё вокруг вдруг стихло и потемнело. Остался лишь направленный на меня луч прожектора.

В ожидании аромата, с которым мне придётся иметь дело, я рассматривала стоящие передо мной флаконы. Ассистент вставил флакон в клапан. Мне не понадобилось много времени, чтобы узнать приплывший ко мне волной аромат. Это был «Подводный запах».

Впрочем, в стеклянном домике я и без этого аромата чувствовала себя как под водой. Под ногами у меня клубился голубоватый туман. Вода, омыв мне ступни, добралась до коленок и поднималась всё выше и выше. Когда она дошла до пояса, я схватила со стола пузатый флакон из категории вредящих ароматов и открыла его.

По опыту предыдущих участников я поняла, что высшие оценки получают не за то, что аромат нейтрализован. Надо сделать это как можно эффектнее.

Эффектнее? Пожалуйста – получайте!

Из флакона выстрелили огненные струи и заметались вокруг меня. Испарения походили на жидкий огонь.

Внутри стеклянного домика мне совершенно не было слышно, что творится снаружи, но я видела, как некоторые зрители вскочили со своих мест и зааплодировали. Действительно, огненные волны, окружающие меня, выглядели ещё внушительнее, чем я ожидала.

Радуясь, что магический огонь в соединении с «Подводным запахом» не обжёг меня, я снова закрыла флакон и отставила его в сторону. До сих пор о таком эффекте я знала лишь в теории и ещё никогда не применяла эти ароматы вместе.

Я осторожно зачерпнула ладонью огненную волну и встала, как олимпийская статуя, держа руку над водой и ощущая на ладони тёплый дождик из искр.

Зрители не могли усидеть на креслах, когда голубые и красные волны стали снова растворяться в воздухе. Я слышала, как включили вытяжку, и меня охватил озноб. Ощущение было ужасное: последние остатки магии вокруг меня просто проглатывались и уносились прочь. До моего слуха донеслись бурные аплодисменты, и я заморгала от яркого света, снова залившего шатёр.

Когда я вышла из стеклянного домика, жюри уже показывали свои оценки. Все поставили пять баллов. Я с облегчением вернулась на своё место, а баронесса зачитала имена участников, допущенных к завтрашнему решающему туру. Это была лишь крошечная часть тех, кто приехал на турнир, но Матс, Элла и я сумели попасть в их число.

Как и Рафаэль, поглядывающий на нас прищурившись – словно на злейших врагов.

Глава 17

Зрители и участники встали со своих мест и поочерёдно покидали шатёр. Элла не сводила с меня глаз, а Матс пытался поднять с кресла всё ещё храпящего Леона. Я подошла к нему, и мы вдвоём подхватили его под руки и потащили во двор замка.

– Наверное, таланты Харви находятся где-то в другой области, – пошутила я, и Матс подмигнул мне так, как это всегда делал Леон. Вместе с потоком участников и гостей мы вернулись в вестибюль.

Всех пригласили на ужин в большой зал. Я увидела на стоящих у стены столах много угощений. Посадив Леона на стул к старинному столу, мы наполнили три тарелки разными вкусностями и, сев рядом с ним, разбудили его с помощью сырного запаха. Леон ещё долго что-то бормотал в полусне, но всё равно начал есть, с каждым кусочком постепенно просыпаясь. И с каждым кусочком Матс всё меньше волновался за брата и уже начал подтрунивать над ним за его номер с храпаком.

Виллем и Даан стояли возле двери, делая вид, что беседуют между собой, но при этом не спускали с нас глаз. Я знала, что они не могли часто подходить к нам, но, увидев, что Даан незаметно улыбнулся мне, поняла, что мы всё делаем правильно.

Мы с Матсом и Леоном ещё некоторое время оставались за столом, наблюдая за другими участниками, сидящими в окружении их родных. Для большинства из них турнир закончился уже сегодня. На лицах многих я видела слёзы, но меня больше удивило, что некоторые разочарованные родители осыпали своих чад упрёками за то, что те, по их мнению, недостаточно старались. Как будто можно овладеть умением применять магические ароматы, если просто хорошенько постараться! Я подтолкнула Матса в бок и показала на рассерженную мамашу с багровым лицом, которая вправляла мозги сыну.

Матс сокрушённо покачал головой:

– Всё это показывает, как мало на самом деле аристократы знают о сентифлёрах. Меня это даже успокаивает.

– Пожалуй, ты прав, – согласилась я и тут увидела, что в зал вошёл Эдгар, всё ещё в униформе и с подносом. Обойдя с десяток гостей, он подошёл и к нам.

– У вас всё в порядке? – спросил он. – С трудом верится, что это был самый лёгкий тур.

Матс вскинул голову. Мы с Леоном тоже вопросительно посмотрели на Эдгара.

– Тебе удалось что-нибудь узнать о завтрашнем этапе?

– Я всё время держу глаза и уши востро, но... – он вздохнул, – к сожалению, ничего конкретного я не узнал. Думаю, что Элоди выложит ещё парочку неприятных сюрпризов. – Эдгар посмотрел на меня. – Приготовься ко всему, Люци. Элоди явно ведёт грязную игру в этом турнире. Некоторые лакеи намекали на это. Скорее всего, она попытается фальсифицировать результаты.

Матс склонил голову набок:

– И что ты предлагаешь сделать?

Эдгар смерил Матса скептическим взглядом:

– Боюсь, что мы не можем ничего сделать. Лакеи тоже не знают точно, что вам предстоит. Единственное, что ты можешь сделать – это помогать Люци.

Матс сдвинул брови:

– Я всегда помогаю Люци. В конце концов, для этого мы сюда и приехали.

Эдгар хотел что-то ему ответить, но явно передумал и, когда прозвучал гонг, вышел из зала вместе с остальными лакеями.

Мы покинули зал в потоке гостей и участников. Во дворе замка было уже темно. Десятки факелов в бледная луна освещали серые стены. Звучало странное пение. Сначала тихо, потом всё явственней – ритмично, глуховато и в такте марша. Точно такая же мелодия, как во время турнира. Только на этот раз она доносилась не из динамика, а от группы людей, входящих во двор.

На них были длинные бархатные тёмно-красные мантии с капюшонами, почти скрывающими лица. В середине двора они остановились и образовали круг. Их голоса стали громче, и мелодия наполнила воздух. Одновременно раздались ещё какие-то звуки. Люди в рясах держали металлические жезлы, которыми они дружно отбивали ритм. Мне был знаком этот такт, я уже слышала его во владениях баронессы, когда мы с Матсом забрались туда, чтобы увидеть встречу «вечных». В конце собрания те в таком же ритме стучали по столу. Может, это их тайный условный знак?

Гости и участники, глядевшие, как и мы, со стен замка во двор, начинали один за другим хлопать в ладоши. А пение, становясь всё громче, создавало жутковатое настроение и казалось барабанным боем перед экзекуцией.

У противоположной стены я заметила Эллу и её родителей. В отличие от большинства гостей эти трое не хлопали и держались скорее поодаль, из-за чего Элла понравилась мне ещё больше.

Внезапно пение смолкло, а вслед за этим стихли и аплодисменты. По камням зацокали каблуки Элоди, и она вошла в круг вместе с баронессой фон Шёнблом и мужчиной с носом картошкой. Певцы в мантиях окружили эту троицу, и во дворе стало тихо.

– Дорогие высокородные! – раздался голос Элоди. – События последних месяцев были ужасными. Состояние здоровья моего отца, главы нашего сообщества, не оставляет надежды на улучшение. Но тем более я считаю за честь заботиться о наследии Сирелла де Ришмона! – Не успели слова Элоди долететь до нас, как от стен замка снова грянули аплодисменты. – С помощью выявленных на турнире талантов мы наконец откроем аптеки ароматов по всему миру, как и планировал отец. Они помогут нам, высокородным, вернуть наши законные права на владение миром, после чего все остальные займут места в своих кастах и смешению крови будет положен конец!

Ещё один шквал аплодисментов. Я посмотрела на Леона и на Матса, взирающих на этот спектакль с мрачными лицами.

До этого момента я ещё не очень понимала, много ли вокруг нас людей разделяют безумную идею о чистоте крови и праве высокого рождения. Оказалось, что много – болтовня Элоди их воодушевляла. Ритмичное пение и ритмичные удары звучали всё громче и громче.

Глава 18

Кто-то остановился за моей спиной и положил руку мне на плечо. Я вздрогнула и обернулась. Это был Эдгар.

– До чего же отвратителен весь этот театр, – шепнул он. – Не могу смотреть на него, мне плохо становится. У баронессы тоже иногда устраивались такие представления.

– Что это за песня? – спросила я.

– Старинные ритуальные песнопения «вечных», ещё с давних времён. Такими гимнами начинались их тайные собрания ещё в прошлые века. Я называю их жутким воем высокородных. – У него дёрнулся уголок губ. – Когда я его слышу – я понимаю, что грядёт что-то ужасное.

Я даже похолодела, поняв, что Эдгар знал всё это ещё во время своего рабства и даже не захотел рассказать, какие воспоминания будил в нём этот ритуал поющих людей в мантиях.

– Мы можем поговорить с тобой с глазу на глаз? – спросил Эдгар, меняя тему.

Матс, услышав этот вопрос, затаил дыхание.

– Всё, что ты хочешь ей сказать, ты можешь сказать всем нам. – Он покосился на меня. – Верно, Люди?

Я уже хотела кивнуть, ведь Матс был прав, но тут Эдгар попросил:

– Пожалуйста. Это важно.

Его тон заставил меня задуматься.

– Люди... – Матс посмотрел на меня так, что я на миг замерла, но потом всё– таки решила пойти.

– Я скоро вернусь. – Я махнула рукой, и мы с Эдгаром стали пробираться сквозь толпу к выходу из замка. Там было тихо и безлюдно.

– Я был не совсем честен, – признался Эдгар, когда мы остались одни. – Кое-что я всё же пронюхал в лакейской.

– И что же?

– Завтра состоятся поединки, – сообщил он. – Дуэли на ароматах.

Дуэли? Я на миг закрыла глаза и обдумала это сообщение. Когда я снова открыла глаза, Эдгар смотрел на меня ещё серьёзнее, чем раньше.

– Это будут нокаут-раунды. То есть ты должна побеждать в каждом поединке – не важно, кто будет твой противник, – до тех пор, пока не победишь всех, чтобы в конце сразиться с Элоди. – Он пронзил меня взглядом. – Тебе понятно, Люци? Только ты можешь помешать Элоди подчинить себе сентифлёров.

– Я знаю. Я буду стараться.

Эдгар улыбнулся:

– Конечно, ты будешь стараться, но, по-моему, ты не совсем поняла, что я имею в виду. Ты должна выиграть каждый поединок! Даже если твоим противником будет кто-то, кто тебе нравится. Например, Матс.

Об этом я до сих пор действительно не думала. Значит, я должна сразиться с Матсом и с помощью какого-нибудь аромата отправить его в нокаут? На глазах у Элоди и остальной публики?

– То же касается и той маленькой девочки, которая была с вами, – продолжал Эдгар. – Я заметил, что ты её немного опекала. Это прекрасно, Люци, но завтра... завтра ты должна выиграть все поединки. – Он тяжело вздохнул. – Если Элоди победит тебя, она сможет сделать с сентифлёрами всё что захочет. И баронесса наконец получит всё, о чём всегда мечтала.

Теперь я поняла, почему Эдгар непременно хотел поговорить со мной наедине. Он считал, что Матс не захочет мне проиграть. Или что я не смогу, вернее, не решусь отправить его в нокаут. А может, он опасался, что Матс нарочно мне поддастся, и тогда нас разоблачат. Хотя мы с Матсом знали, что нужно делать.

Мы должны любой ценой остановить Элоди.

– Мы не допустим этого, – пообещала я. – Мы обязательно остановим «вечных».

Эдгар потёр лоб.

– И вот ещё что. Один из лакеев рассказал мне, что завтра на поединках вы получите такие же флаконы, как и сегодня. – Он поморщился. – Но флаконы, которыми раньше уже пользовались другие участники турнира, будут удаляться со столика. Значит, по мере продолжения поединков флаконов будет оставаться всё меньше и меньше.

– Что?! – вырвалось у меня. – Но... это ведь нечестно!

– Тебя это удивляет? – Эдгар криво усмехнулся. – Судьи специально создают условия, при которых могут победить только сентифлёры. – Эдгар положил руку мне на плечо. – Чем меньше ароматов, тем легче оценивать их взаимодействие, а в случае сомнений смешать из имеющихся парочку новых. Вот, возьми! – Эдгар вынул из жилетного кармана маленькую записную книжку. – Я тут написал пару комбинаций, которые могут тебе пригодиться. Их немного, но...

– Спасибо. – Я провела пальцем по матовой коже переплёта. – Наверняка пригодится. – Я была бесконечно благодарна Эдгару за то, что он здесь. Его многолетние наблюдения за «вечными» теперь действительно помогают лучше оценить их намерения.

– Ты победишь, Люци. Кто, если не ты? – Эдгар усмехнулся. Но прежде чем я успела что-то ответить, в уши снова ворвался шум высокородных. – Я пойду, – сказал Эдгар и кивнул на боковой вход в замок. – Мне надо снова показаться в лакейской. Удачи тебе!

* * *

В коридоре, где находились комнаты участников, я наткнулась на Матса. Скрестив руки на груди, он сидел перед моей комнатой.

– Наконец-то, – сердито буркнул он, глядя на меня исподлобья. – Я уже забеспокоился.

– Эдгар дал мне несколько советов на завтрашний день, – ответила я.

– Ага, а почему только тебе, скажи, пожалуйста? – Матс встал и подошёл ближе. – Разве я не участвую в завтрашних состязаниях? Я думал, что мы действуем вместе, что мы одна команда. Поправь меня, если я ошибаюсь.

Такой вспышки злости я никак не ожидала.

– Я говорила с Эдгаром всего пару минут назад! – возразила я. – Сейчас я бы всё тебе рассказала!

– Ты уверена? – усмехнулся Матс. – Может, тебе нравится, что Эдгар делится информацией только с тобой? Может, теперь он твой...

– Мой что? – Я озадаченно вытаращилась на Матса. Во мне тоже закипела злость. – Когда я могла тебе что-то рассказать, если ты налетел на меня с упрёками? До того, как ты засомневался, что мы одна команда, или после того, как ты предположил, что Эдгар мой кто-то-там!

Сдвинув брови, Матс молчал.

Мимо нас пробежали в свои комнаты несколько участников, но мне было плевать.

– Слушай, – прошептала я. – Не мы должны завтра сделать невозможное, а я одна. Ты что, забыл? Ведь это я должна победить Элоди. Правда, к сожалению, никто не знает, как мне это сделать.

Я тоже скрестила руки, с трудом сдерживая злость. И вдруг почувствовала что– то странное – внутри меня что-то зудело. Ой, не может быть: это заканчивалось действие «Аромата изменений»!

Я судорожно старалась взять себя в руки. Уйти вот так от Матса я не могла. Если мы завтра, так и не помирившись, встретимся на дуэли... Мне даже не хотелось об этом думать. И сейчас я изо всех сил пыталась вспомнить фото Анастасии, чтобы приостановить обратное превращение. Помогло! Зуд стал слабее.

– Скажи хоть что-нибудь, – взмолилась я, но Матс молчал. Плотно сжав губы, он глядел куда-то в сторону.

Я сосредоточилась на аромате, всё ещё остававшемся на пуловере Матса. Он состоял из остатков «Аромата изменений», который смешался с «Ароматом тёмной ночи». Я вздрогнула, когда вдруг ясно поняла всё, что испытывал Матс. Такое с ним бывало, только... когда появлялся Эдгар. И это было... из-за меня.

Матс ревновал к Эдгару. Потому что я ему нравлюсь.

Очень нравлюсь.

Я даже растерялась. Значит, не только у меня учащается пульс, когда Матс рядом со мной. С ним происходит то же самое!

Я с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться, и поблагодарила свой дар за то, что он открыл мне глаза.

– Но тебе не нужно... ревновать меня к Эдгару, – прошептала я и хотела взять Матса за руку. – Ведь я не знала, что нравлюсь тебе так же, как... ты...

Матс повернулся ко мне, сверкнув глазами:

– Ты что, знаешь, что я чувствую?! – В его голосе прозвучало столько возмущения и разочарования, что мне тут же захотелось извиниться:

– Я... Прости, это получилось случайно...

– Но ты ведь обещала, что ни в коем случае не сделаешь этого с кем-то из нас! – воскликнул Матс, и у него запылали щёки. – Ты обманула!

Мои мысли метались в разные стороны. Мне очень хотелось сказать, что я сожалею об этом, что он прав и что мне нельзя было так делать, хотя я и стала ужасно счастливой оттого, что узнала.

Но прежде чем я успела это сказать, я случайно взглянула на свои руки и обнаружила, что красный лак, который носила Анастасия, исчез. У меня не осталось ни одной секунды!

Я потеряла над собой контроль и из-за хаоса чувств никак не могла успокоиться. В панике я помчалась к ближайшему женскому туалету. В свою комнату я зайти не могла, потому что там были другие девчонки. Тут, в коридоре, слишком многолюдно. Мне надо где-то без помех открыть флакон с «Ароматом изменений»! Я мчалась, опустив голову и рискуя на кого-нибудь наткнуться, и надеялась, что на меня никто не обратит внимания. И ещё – что мне не встретится никто из «вечных».

Но за следующим поворотом коридор совершенно опустел, и я просто спряталась в эркере и дрожащими пальцами достала флакон, который дал мне Даан. От волнения мне никак не удавалось его открыть, кончики пальцев скользили по пробке.

Зная, что уже не похожа на Анастасию, я повернулась лицом к стене и в отчаянии пыталась открыть пробку, но она никак не отвинчивалась. Зачем только я так крепко её завинтила! По щекам потекли слёзы. Я всё испортила, буквально всё! Сначала поссорилась с Матсом, а теперь ещё и оказалась на грани разоблачения! Я всех подведу и поставлю под удар! Я больше не...

Почувствовав, что за моей спиной кто– то остановился, я вздрогнула.

– Не бойся, – прошептал знакомый голос.

Я медленно повернулась. Там стоял Матс, загораживая меня от всех, кто мог пройти по коридору. Он открыл свой флакон и протянул его мне.

Я вдохнула коричнево-оранжевые струйки, и «Аромат изменений» мгновенно устранил зловещий Ж зуд в моём теле. Я снова стала выше ростом, мне на глаза упали ухоженные светлые волосы, а на ногтях заблестел красный лак.

Подняв глаза на Матса, я хотела крепко обнять его, потому что была бесконечно ему благодарна. Но не успела открыть рот, как Матс повернулся и стремительно ушёл.

– Ма... – Я спохватилась и быстро исправила ошибку: – Константин!

Но Матс, не оборачиваясь, пошёл ещё быстрее в сторону своей комнаты.

Я прислонилась к стене эркера. Сейчас мне хотелось лишь одного – закрыть глаза и ни о чём не думать. Главное – чтобы поскорее закончился завтрашний день, чтобы всё прошло благополучно и мы вышли отсюда целыми и невредимыми.

Главное – чтобы Матс простил меня.

Всё остальное лежало тяжёлым грузом в моей голове, сковывая все мысли. Сейчас нужно как можно скорее добраться до своей комнаты и уснуть.