Текст книги "Реквием по шаманке (СИ)"

Автор книги: Анна Мегерик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Глава 14

Кейлех всё еще не отпускала контроль над туманом. Это давалось ей удивительно легко, словно управлять туманом было так же просто и естественно, как и дышать.

– Ты уверен? – спросил один из анданов. Кажется, это был Верховный Жрец воинственного Эсидиса.

– Да, – Эрнан кивнул на свиток, – Когда описывались подобные ритуалы, то для верности и сохранности в чернила добавлялась капля княжеской крови. Мы, те, в чьих жилах течет княжеская кровь, можем определить наличие подобной крови как у людей, так и в предметах. Это даже не магия, не сила, это заложено в наших ипостасях. В данном случае капля моей крови просто бы начала хоть немного двигаться к буквам.

В голове Кейлех ручейком побежали мысли. Большая вероятность была, что свиток подделывал именно демон. И, видимо, после длительного пребывании в теле княжича, кровь последнего стала «портиться». Наверное, так сказывалось влияние демоновой магии.

Если не лже-Сантар подделал свиток, то он не исключал варианта, что его поймают. Или он намеренно дал себя поймать? Но зачем? Ответ пришел сам: туман межмирья. Если следовать указаниям свитка, то он должен сдержать демона. Но на самом деле, туман был идеальным средством переноса. Не раз уже Кейлех сам так им пользовалась, перенося себя и окружающих.

Ручеёк мыслей превратился в горную каменную реку, сметающую всё на своём пути.

– Ты не боишься, – громко в слух произнесла Кейлех, обращаясь к демону, – Ты этого хочешь. Ты хочешь, чтобы мы завершили ритуал.

Присутствующие замолчали и обратили своё внимание на лотти.

– Ты специально собрал нас всех здесь, отрезанных от внешнего мира сильнейшими защитными экранами. Ритуал не изгонит тебя. Наоборот, он откроет врата для более сильных демонов. Ты задумал уничтожить всех анданов. А мы с Эрнаном? – Кейлех усмехнулась. – Мы тебе для чего-то нужны? Или ты просто уничтожишь нас?

Демон еще шире растянул рот в нечеловеческой улыбке.

– Нет, я передумал убивать вас так быстро. Я использую ваши тела, чтобы вырастить себе новое тело. Вы оба – идеальный материал. В Эрнане течёт княжеская кровь. А ты дочь двух анданов: Улаары и Эсидиса.

Кейлех не смогла сдержать удивления. Значит, вот от кого зачала Таира? И, между тем, демон не знал про истинное происхождение самой Кейлех…

– Одно из видений дираты Ирвины, которым она чисто случайно поделилась только с княжичем Сантаром было о том, что более никто из княжичей или лотаров и лотти, кроме вас, не продолжит славный княжеский род, – не замолкал демон: – Я убедил её не говорить об этом никому. Говорил, что найду решение проблемы. Но на самом деле, я же и перекрыл их детородные потоки. В Дангоре и так с деторождением проблемы, так что, никто не удивится, что Боги, – последнее слово демон произнес с издевкой, – решили обновить княжескую кровь, не пресекая княжеского рода.

Неожиданно по помещению разнесся тихий гул. В наступившей тишине, он был услышан очень отчетливо.

– Несколько не вовремя, – вслух сказал демон и скривился, – Или это ты оказалась умнее, чем я думал.

– Что это? – подала голос одна из Верховных Жриц.

– Переворот, – демон громко рассмеялся.

Эрнан и один из анданов рванул к двери, но не смогли её открыть.

– Она забаррикадирована.

Андана Улаары выругалась, и гневно произнесла:

– Мой туман нестабилен. Здесь везде помехи.

Кейлех быстро подошла к мужу. Женщина нахмурилась и сжала его руку.

– Я смогу помочь перенести Вас в любую точку замка. Сила Улаары еще ощущается во мне. Но для этого мне надо ослабить контроль над демоном. Я останусь здесь, чтобы поддерживать защитный контур.

Времени на препирательства не было. На долгие прощания – тоже. Кейлех и Эрнан лишь сжали ладони друг друга и обменялись пристальными и многоговорящими взглядами, заменившими тысячи слов. В глазах друг друга они читали и любовь, и надежду, и пожелание победы… Прощание любящих друг друга воинов.

Перед переносом Аркот, Верховный Жрец воинственного Эсидиса подошел у Кейлех. Широкоплечий немолодой дангорец был брит налысо. При этом нижняя часть его лица была скрыта в густой, но короткой бороде. Лицо, испечённое морщинами, говорило о значительном возрасте мужчины. Глубокие дангорские глаза под кустистыми черными бровями были полны тоски и печали. Он уже давно оплакал любимую женщину и дочь, но боль не покинула его сердце. Он легко сжал плечи Кейлех и прошептал:

– Такой дочерью, как ты, можно гордиться.

Пару минут, и в помещении остались только Кейлех и два андана: Саргола и Алерея. Сильные Жрецы, но далёкие от военных действий, мужчины, между тем спокойно могли сдерживать защиту ритуального круга конкретно и помещения в целом.

Потянулось тягостное время ожидания.

Кейлех внимательно всматривалась в мимику демона. А демон не отводил своего жуткого взгляда от Кейлех.

Демоны не лгут…

– Ты ведь чего-то ждёшь? Чего ты ждешь, демон?

– Да, жду, жрица, - снова эта гадкая усмешка, которая уже не пугала Кейлех. – Жду, что мои детки придут и спасут своего папочку.

– Они не смогут пройти сюда.

– О, девочка моя, я терпелив… а вы, людишки, такие хрупкие… Ваши жизни так быстротечны. Вы заперты вместе со мной. Но только я могу жить еще пару сотен лет. А ты и твои друзья, без воды и еды... – он приложил кисть ко лбу, театрально изобразив мыслительный процесс, – О, вы, даже подпитываемые вашими Богами, умрете меньше, чем через месяц.

– Ты не увиливаешь от ответа.

– Демоны не лгут.

– Да, я знаю это, но демоны переиначивают информацию, играют словами, манипулируют. А ты отвечаешь открыто и максимально правдиво. Почему?

– Я хочу, чтобы ты меня поняла… Поняла, что ты всё равно проиграешь, – демон склонил голову к плечу и по-театральному тяжело вздохнул, – Ты всё равно не выдержишь и умрёшь, твой супруг тоже обречен – даже если он выживет сегодня, твоя смерть убьёт его. Такова участь всех отбретших энитэ. Но, если ты покоришься мне, я тебя будет шанс выжить.

– Ты говорил, что мой муж важен.

– Это было до того, как я понял, что ты беременна. Срок очень мал, но плод будет очень одарен. Еще бы, когда он только сформировался, с ним соседствовала Богиня. Возможно, я даже не буду использовать его как сосуд. Я думаю, воспитать его как своё дитя. И только от тебя зависит, будет ли у него любящая мать.

Кейлех глубоко вздохнула и медленно выдохнула.

Дитя. Она беременна. И снова она может потерять ребёнка на таком раннем сроке. Какой тяжёлый выбор: сохранить дитя и погубить окружающих, отдав его на милость демону, или умереть, убив и его. Если выберет первый вариант, возможно, сможет сбежать вместе с ребенком… Но вряд ли этот мир будет таким, что в нём захочется жить. Как тяжело выбрать.

Прости меня, мой малыш.

Кейлех развернулась к напряженным анданам:

– Это очередная ловушка. Доверьтесь мне и держите круг, чего бы вам это не стоило.

Женщина оттолкнулась от пола в бешенном прыжке, и её тут же поглотил туман. Приземлилась она уже внутри круга рядом с демоном. Да, сейчас у неё уже не было секиры и другого волшебного оружия. Да, это место блокировало её способность к обороту. Но у неё был её дар. Меньше, чем вздох понадобилось по времени, и всю Кейлех укутал тонкий слой тумана, создавая самые прочные на этом свете доспехи.

Её будущий ребенок не станет пешкой в чужих руках. Да, был еще вариант. Можно было сражаться. Была вероятность, что, уничтожив демона, она уничтожит и связанных с ним марионеток. Мизерная, но всё же была.

Возможно, это будет моё последнее сражение, но я готова рискнуть.

- Потанцуем, демон?

Кейлех ударила демона еще до того, как фраза была полностью произнесена. Уже было не важно, произойдёт ли отсоединение крови демона и княжича. Жрица была уверена, что больше силы крови князей Дангора в этом теле нет. Да, сейчас с ней не было волшебной секиры, но были туманные плети, туманные сабли, туманные метательные ножи. Было любое оружие, которым когда-либо пользовалась Кейлех, материализованное туманом по её воле. Руки привычно направляли орудия смерти. Демон, отвыкший от сражений своего мира, ведущий для демона достаточно праздный образ жизни, был не готов к такому. На его оболочке появились раны-язвы, из которых, вместо крови, сочилась какая-то черная субстанция. Эти раны на глазах становились больше, словно туманное оружие, подобно кислоте, разъедало оболочку, которая была когда-то младшим княжичем Сантаром.

Демон взревел, и рев этот был на столь громок и пронзителен, что Кейлех не выдержала. Казалось, этот вопль проникает в каждую жилу, в каждую каплю крови. Ослабленная звуком, жрица пропустила удар незримой чужеродной силы. Тело, перестав подчиняться жрице, сломанной куклой упало на пол. Женщина изгибалась в конвульсиях и истошно кричала.

С демоном тем временем производили метаморфозы: он увеличивался и терял человеческие черты, остатки человеческого тела сползали с него, как куски порванного платья. Плоть красными лоскутами опадала на пол.

Низший демон!!!??? Это вряд ли. Явно один из высших!

В то время, что Кейлех корчилась на полу, он вырос почти до потолка и потерял всяческое сходство с человеком. Теперь он больше походил на дитя паука и скорпиона, только без хвоста с ядовитым жалом. Хотя, в этом создании всё было смертоносным. Яйцеобразное туловище, покрытое хитиновыми красными пластинами, опиралось на четыре паучьих ноги, и венчалось шаром. Из этой пародии на голову, напрваленные в разные стороны, вылезали, прорывая кожу, больше десятка тонких длинных изогнутых рогов, а между рогами мигали круглые огненные глаза. Единственное сходство с прежним демоном оставалось в клыкастой пасти. Только теперь, при каждом вздохе существа, из пасти вырывалось пламя.

– Потанцуем, жрица! – пророкотал демон.

Кейлех изогнулась в очередном приступе боли, и это спасло её от обрушившейся лапы демона. Если бы она не дернулась, то лапа, оканчивающаяся острым когтем, пробила её череп. Демон опять взревел и занес лапу для нового нападения.

Здесь нельзя было дозваться до Богини. Они сами сделали так, чтобы из этого круга можно было открыть переход только в мир демонов. И в который раз за свою жизнь Кейлех приходилось рассчитывать на себя. Осознание того, что когда-то нечто подобное с ней уже случалось, помогло Кей взять себя в руки. Женщина обратилась к своей ауре, всё еще хранящий часть силы Улаары. Теперь по её «доспехам» пробежались серебрист-голубые всполохи, словно маленькие молнии. Боль никуда не ушла, но временно Кейлех перестала её чувствовать. Жрица усилием воли словно отсекла это чувство. Она перекатилась в сторону, уходя от новой атаки демона, и, материализовав новый туманный клинок, нанесла удар по ближайшей опорной лапе. Демон опять взревел, то сейчас настал его черед страдать от боли в перерубленной конечности.

Кружась на своей предельной скорости, жрица рубила туманными клинками неповоротливое, но такое живучее тело демона. К ужасу своему, она понимала, что постепенно сила Улаары покидает её, исчерпывая себя. Тогда она опять решилась рискнуть. Она собрала вокруг демона весь присутствующий в зале туман, оставив на себе только «доспехи».

– Открывайте переход! – проорала она анданам и медленно стала отходить к краю защитного круга.

Анданы, которые всё это время поддерживали контур, стали вливать в уже заранее нанесенные шестеркой Верховных Жрецов символы свою силу. Слава Богам, этого оказалось достаточно. Туман, движимый волей Кейлех, приподнял демона над полом. В это время под ним стало образоваться пятно, похожее на лужу из застывающей лавы. Когда пятно достигло нескольких метров в диаметре, лава стала окрашиваться огненными всполохами, становясь похожей на лаву в жерле действующего вулкана. Лава бурлила, и то и дело из этой лавовой лужи вылетали огненные брызги.

Кейлех уже стояла у самого края защитного круга, когда пару капель почти долетело до нее.

– Пора! – крикнула женщина.

Одновременно с этим она, управляя туманом, направила демона в самый центр лужи. Буквально в паре миллиметров от лавы туман растаял, и освобожденный демон по инерции рухнул в самый центр лужи-перехода. Кейлех сделала шаг спиной назад и, перенесённая туманом, оказалась за пределами огненным брызг. Оказавшись за защитным контуром, она поняла, что уже еле сдерживаемая боль пропала, а вместе с ней стали пропадать и силы. Кейлех тяжело осела на руки подхвативших её Верховных Жрецов. Краем глаза она видела, как демон, барахтаясь, словно в трясине, медленно погружается в лаву. Но больше всего её занимала своя аура. Она снова была привычной, хотя по выбившимся из прически прядям, Кей видела, что цвет их не изменился. Но в самом центре ауры Кей видела два едва различимых пятнышка, окруженных тонкой божественной оболочкой. Демон слегка ошибся. Детей было двое.

Едва демон полностью погрузился в переход, лава исчезла, оставив после себя выгоревшее пятно на каменном полу. В это же время все символы, руны и рисунки, нанесенные на пол и стены помещения, вспыхнули и исчезли.

– Всё закончено, – прошептал один из анданов.

– Позже проведем чистку, – пробормотал другой.

*****

Потом от Эрнана Кейлех узнала, что за то время, когда она была с демоном, в замке проходило настоящее сражение. На территорию были открыты заранее подготовленные предателями переходы, которые перенесли небольшое войско, возглавляемое братьями Великого Князя. Такое не предвидела даже дирата Ирвина. Да и никто не мог подумать, что дират Веллер и дират Эйнар окажутся предводителями восстания. Причем, одержим был только один из братьев, а именно – дират Эйнар. То есть, если прочие были одержимые, то Веллер намеренно предал Князя, вступив в сговор с демоном.

Кейлех потом вспоминала этого улыбчивого мужчину, поотечески относившегося к ней, и долго не могла поверить, что на столько ошиблась в дангорце.

Нападение на замок было стремительным и внезапным, но значительного ущерба удалось избежать именно благодаря тому нападению лже-Сантара на Великого Князя. Стража была начеку и усилила незримую охрану, подтянув силы в замок. Также и анданы прислали своих жрецов. К сожалению, было много раненных, но погибших было меньше, чем могло быть. Ужасно, но человеческие оболочки погибли. Мятеж закончился также стремительно, как и начался. Когда демон покинул этот мир, все его «дети», которые захватили людские тела, погибли, отрезанные от «отцовский» силы. Оставшиеся воины были обычными наемниками, которые, увидев, что пали их наниматели, обратились в бегство.

*****

Уже через несколько часов солнечные лучи озарили заснеженные крыши столицы Дангора. Постепенно на главную площадь собирался народ. Люди, живущие в Аларессе, уже который день пребывали в неведении: до них долетали слухи о происходящем во дворце, и каждый, кто пересказывал наделял свой рассказ новыми красками. Поэтому, из уст в уста передавались жуткие рассказы, сеявшие панику и страх.

Едва часы на главной башне пробили восемь часов, появился глашатай. Народ замер. Пока служитель замка зычным поставленным голосом вещал о несостоявшемся перевороте, который возглавляли два дирата, пособниками которых были их сыновья и младший княжич, люди пребывали в ступоре. Единственными, кто оказались невиновными, что подтвердил артефакт правды, оказались женщины княжеского рода (кроме дочери Эйнара Вайры), а из мужчин: лотар Эрнан и лотар Гинер, проявившие свою доблесть, защищая Великого Князя.

Весть про Гинера была удивительной – никто не ожидал, что сын мятежного дирата Веллера Варинтейна окажется невиновным, в отличие от сестры, которая видела себя будущей Княгиней, и планировала самолично зарезать брата, с которым делила утробу матери, и, казалось, была крайне дружна. На самом деле Вайра была той самой подлой гадюкой, на которую никто не мог подумать. Веллер обещал ей, что вместе с демоном сделает так, что княжеская кровь больше не будет необходимым условием для наследования трона. Как именно он это сделает, девушка не знала, эту тайну демон унес в свой мир.

Допрос на камне истины раненного, но плененного дирата Веллера, открыл все его секреты и мотивы. Банально хотел власти. То, что Сантар одержим, дират понял практически сразу, но помогал демону скрывать это, пользуясь благами, которые это создание Бездны сулило. Более того, они с дочерью помогали подселять демонические сущности в тела княжеской семьи.

В народ же пошла более «причёсанная» версия. О демоне никто не упоминал. Зато было троекратно расписано благословение Богини Улаары, вселившейся в жрицу Кейлех Трайверан, спасшей Великого Князя и старшего княжича.

Итак, изменниками были признаны: младший княжич Сантар, дират Веллер Варинтейн, лотара Вайра Варинтейн, дират Эйнар Варинтейн, лотар Норий Варинтейн, лотар Астэр Варинтейн. Все они, кроме дирата Веллера были мертвы.

Дират Веллер Варинтейн был казнен на следующий день: ему отрубили голову на той же главной площади, а потом сожгли останки.

Эпилог

Фамильный колумбарий Князей Дангора находился в пещере под землей. Дангорцы предавали своих соплеменниках огню, а потом или развеивали прах в памятных местах, или хоронили в родовых или городских колумбариях.

Десятки небольших ниш, запаянных железными табличками с выгравированными именами, скрывали прах Княжеской родни. Кейлех дотронулась до таблички с надписью: «Кейлех Волчья Вьюга Трайверан из дома Дамионов, первая жена лотара Эрнана Трайверана». Когда-нибудь их с Эрнанам прах займёт две соседние ниши. Она уже посмеивалась, представляя, как потомки сломают головы из-за их проделки, читая имя второй жены лотара. Хотя, будет ли им потомкам дело до них? Возможно, они будут всего ли именами на табличках, которые со когда-нибудь сотрёт время.

Мужчина, стоящий рядом с Кейлех судорожно вздохнул.

Уго Серый Дуб, посол Орлении, заметно постарел на то время, что они не виделись.

– Вы скучаете по ней? – спросила Кейлех, играя свою роль. – Я скучаю. Она много для меня значила.

Маг прокашлялся, выигрывая время на ответ.

– Она была выдающимся во всех смыслах человеком, отважным воином, искусным шаманом. Её вклад в спокойную жизнь Орлании неоценим. И, да, – он словно кивнул своим мыслям, – мне её не хватает. Хорошо, что её наследие не пропало, а переродилось в нового приемника.

Всё то время, что маг гостил в Дангоре, он пытался следить за Кейлех. Изучал её. О, Кейлех прекрасно понимала, почему Уго уже не в первый раз приезжает в Орлению. Он до сих пор надеется (или боится), что лотти Кейлех и шаман Кейлех один человек. Но, нет, уже нет.

Слишком много произошло за это время.

Оказывается, самым тяжёлым были не сражения и грозящие опасности. Самым трудным было убедить заботливого и любящего мужа, что она переносит беременность не так, как обычные дангорки. Нет, конечно, она безропотно согласилась на традиционные уединение в женском крыле. Всё-таки не хотелось привлекать внимание своей непохожестью. Но там она видела, как истощалась аура дангорок в положении, как практически на глазах увядали беременные наложницы-шаралы. Это было печально. В одну из ночей, когда Таира посетила её сон, Кейлех спросила, почему так происходит.

И неожиданно Таира, постигшая истину в ином мире, дала четкий ответ, что еще века назад были нарушены связи беременных с Богами. В процессе беременности появлялась не только новая жизнь, творились ауры, зарождались ипостаси. Женщина становилась маленьким творцом своего личного чуда. А для создания чуда надо было божественное вмешательство.

На следующее же утро она подробно записала всё, что сказала покойная Верховная Жрица Улаары, и просила передать её совету анданов. После этого больше года все жрецы Дангора маялись над решением данного вопроса. Кто постиг истину, Кейлех уже не знала. В то врем ей было сильно не до того. Максимально вовлеченная в заботу о двух непоседах, которые с рождения и в люльке не могли спокойно лежать, она слышала гомонящих придворных в пол-уха.

Решили проблему, и замечательно. Ах, не совсем решили – на восстановление связей пойдет пара столетий, ну и ладно. Её больше занимали дети: Тарий и Рания. Рожденные с зелеными глазами, как и у их отца. Когда стало понятно, что ни Беригор, ни его сын Риган не смогут больше иметь детей, что и маги, и лекари, и жрецы тут бессильны, на её детей было обращено пристальное внимание Великого Князя.

В первое время Кейлех ревнивой пантерой постоянно находилась рядом с ними, боясь, что малышей заберут. Проблему решил Эрнан. Он договорился с Князем и княжичем, что детей, будут обучать как будущих правителей. При этом открыто никто не будет признавать их наследниками хотя бы до из совершеннолетия. Да и была большая вероятность, что анаданы что-нибудь придумают, и княжич Риган всё-таки сможет сам продолжить свой род.

– Спасибо, что составили мне компанию в этой скорбной прогулке, – голос Уго вывел Кейлех из размышлений. – Боюсь, нам уже пора возвращаться. Тем более, этот грозный юноша так пристально смотрит на меня.

– О, вы же знаете, как дангорцы оберегают женщин своей семьи, – Кейлех кивнула и взяла под руку стоявшего рядом молодого лотара Гинера.

Никто не мог бы в нем теперь признать того красивого парня, который так удивил Кейлех своей худобой и изяществом при первой встрече.

За прошедшие годы он подрос и возмужал. Ночь мятежа пробудила в нём спящую до сего мига мужественность. Шрам, полученный в ту злополучную ночь, чуть не лишил его правого глаза. Теперь ровная белесая полоска рассекала его левую бровь, шла через чуть прикрытое теперь веко и по загорелой щеке спускалась к подбородку, где терялась в короткой бороде. Он больше не был тем смазливым мальчиком. Тело давно обросло мышцами. А сам Гинер стал тих и нелюдим. Нет, никто не обвинял его в предательстве отца (во всяком случае, в лицо). Но юноша был в таком плаченом состоянии, что готов был стать отшельником, принять аскезу и уйти в пещеры.

Занятие ему нашел Эрнан – охранять Кейлех. Тогда Эрнан сам испытывал постоянную тревогу за жену, детей и мать. Он возглавлял преследования и разоблачения оставшихся мятежных дворян. Да, большая часть погибла тогда при распечатывании дара Дагонта. Еще часть убили при мятеже. Но явно остались еще те, что струсил или специально не явился. Несколько лет понадобилось, чтобы найти оставшихся в тени заговорщиков. Хорошо еще, Веллер не успел заручиться поддержкой Орлении… или не смог.

Тогда Гинер, неожиданно, почувствовав свою нужность, приступил к своим обязанностям настолько рьяно, что в первое время дико смущал Кейлех. Постепенно она стала принимать этого лотара, как младшего брата, учить воинской простой премудрости.

Едва Уго распрощался с Кейлех и ушел в свои покои, Гинер спросил:

– Ты не устала? Тебе отдыхать надо, – нахмурив здоровую бровь, он едва заметно стрельнул глазами на живот Кейлех.

Пока еще живот был не таким большим, поэтому плащ мог скрыть новую беременность. Но Кейлех готова была признать, что действительно устала. Ей натерпелось встретиться с заботливой свекровью и самым лучшим в мире мужем… И конечно хотелось обнять свои маленьких непосед.