Текст книги "Глупая жена. Как попаданка утёрла нос Дракону (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

Глава 23. Новый дом...

Я смотрела на унылое здание, теряющееся среди десятков точно таких же в узкой тёмной улочке, и испытывала лёгкое недоумение.

И вот здесь живут мелкие чиновники? Как странно: выходцы обычно из богатых семей обязаны ютиться в этих… ну, не скажу лачугах, но небольших квартирках. Домики, конечно, в два этажа, но настолько маленькие, что для этого мира это даже удивительно.

Боже, и мне тут жить с двумя мужиками! Нет, конечно же, будет и прислуга… одна-единственная. Та самая Марта, которая выглядит очень-очень подозрительно. Даже не представляю, что меня ждёт.

Рафаэль, стоявший рядом, смотрел на это безобразие с таким лицом, будто потерял в жизни всё. Анджело же тихо посмеивался в сторонке, переплетя руки на груди и, очевидно, придумывая гадость, которую сейчас выскажет брату.

Гадость не заставила себя долго ждать.

– Да это просто хоромы – от слова хоронить!!! – понеслось нам в спину. – В тесноте, да не в обиде. Будем очень мило встречаться за завтраками, обедами и ужинами. А ещё слушать друг друга через стенку. Надеюсь, вы по ночам не слишком шумите? Ах да, вы вообще не шумите. Как же я мог забыть! Интересно, а будет для каждого отдельная комната? Или вам всё-таки придётся вспомнить, что вы муж и жена, и наконец-то спать в одной постели?

Рафаэль повернулся к брату со свирепым выражением лица.

– Слушай, заткнись, а? – бросил он гневно.

Но Анджело и не собирался замолкать.

– Да ну, чего дуешься, как дитя малое, честное слово? Я здесь, чтобы помочь. Если тебе не хочется исполнять супружеские обязанности, я с удовольствием возьму эту функцию на себя!!!

Братец расхохотался, а Рафаэль, вспыхнувший яростью, едва не бросился на него с кулаками.

Остановила его неожиданно встрявшая в ссору Марта. Она посмотрела Рафаэлю прямо в глаза и строго произнесла:

– Господин, держите себя в руках. Если вас увидят в недолжном состоянии, могут быть проблемы на новом посту. А проблем у вас и так хватает.

Я удивилась. Даже не столько тону, которым она это сказала – будто служанке позволительно так разговаривать, – сколько тому, что Рафаэль её послушал и послушно отступил.

У меня возникло подозрение, что между ними что-то не так. Слишком уж близкими казались отношения служанки и господина. По крайней мере, она точно имела на него какое-то влияние.

Анджело больше не стал шутить – хотя бы потому, что Рафаэль решительно двинулся вперёд и ногой толкнул возмущённо заскрипевшую калитку…

***

Внутри домик оказался не лучше, чем снаружи. Сырой, холодный – он был безликим и довольно-таки обшарпанным. Побеленные стены выглядели серыми, пол давно не крашен. Кажется, здесь периодически кто-то жил, и после каждого нового жильца никто не делал ремонта.

На первом этаже находились небольшая кухня, крохотная столовая, холл и кабинет. На втором этаже располагалось несколько спален. Их насчиталось три. Но проживать в доме будут четверо. Конечно, если не считать служанку, то на троих нам как раз хватит, но Марту деть было некуда.

Я была уверена, что заботиться о прислуге никто не станет, но Рафаэль снова удивил. Когда Анджело, посмеиваясь, сообщил об этой проблеме, муж, не особенно напрягаясь, заявил:

– Соня будет жить со мной. Марта заберёт комнату напротив. Как раз будет на подхвате, если что. А ты пойдёшь вон в ту, которая дальше всех. Чтобы… не слушал ничего через стенку…

Последней фразой Рафаэль брата передразнил, но тот ничуть не оскорбился. Лишь расхохотался и продолжал хихикать, хитро поглядывая то на меня, то на Рафаэля. Я возненавидела каждый миг, проведённый рядом с ним. Честно говоря, не так страшно наказание, данное Рафаэлю, как… присутствие рядом этого клоуна.

Рафаэль и Марта отправились искать кладовую. Я же осталась стоять посреди коридора, задумавшись о том, какую линию поведения стоит выстроить в данном случае. Вокруг одни неприятели. С каждым нужно держать ухо востро.

Приближение Анджело я заметила слишком поздно. Он бесцеремонно ухватил меня за талию и притянул к своему боку. Губы зашептали мне на ухо:

– Я слежу за тобой, детка. Слежу каждое мгновение, замечая каждый твой жест и взгляд и прекрасно понимая, что ты ведёшь двойную игру. Но знаешь, мне даже нравится. Нравится видеть то, чего не видит этот глупый Рафаэль. И однажды… однажды ты будешь принадлежать мне. Я решил это совсем недавно, но теперь никогда не отступлюсь…

Я ткнула его локтем в грудь. Анджело со стоном согнулся и отпустил меня. Я развернулась и стремительно направилась в ту спальню, которую Рафаэль определил для нас. Зашла, заперлась и выдохнула, чувствуя, что дело принимает всё более серьёзные обороты.

Что-то откровенно запахло «мэрисьюшностью». Это когда героиня собирает слишком много призов за просто так. Уже трое мужиков меня хотят. Может, всё дело в том, что я не говорю ни слова? Мужчины штабелями будут ложиться перед женщиной, которая умеет держать язык за зубами?

***

Марта хлопотала на кухне, пытаясь приготовить нам ужин. Анджело умчался по своим делам. Рафаэль пытался осмыслить смысл своего бренного существования, сидя на диванчике посреди холла.

Однако начавшееся паломничество соседей прервало его думы. Приходили ближайшие – такие же мелкие чиновники, каким отныне был и он сам. В основном молодые, отпрыски различных аристократических семей. Кто-то поступил на службу, потому что это было единственное, что могла предоставить ему семья. Кого-то, как и Рафаэля, наказали такой работёнкой. А кому-то эта должность перешла по наследству. Но каждый считал своим долгом прийти и поздороваться с новым соседом.

Я наблюдала за всем этим из холла, слушая витиеватые приветствия, поздравления и прочую чушь. Иногда соседи приходили с дамами. Многие – с жёнами, у кого-то были служанки, а один из незнакомцев привёл попаданку, лицо которой поразило меня своей отрешённостью и безысходностью.

Он прямо заявил Рафаэлю:

– Друг, будем знакомы, меня зовут Антонио, а это моя любовница. Тоже попаданка, как и у тебя. Эх, хороши они и горячи, если их разогреть, конечно!

Он причмокивал губами, с гордостью глядя на свою спутницу, а та глупо смотрела в пол, больше напоминая безликую куклу.

Я злилась, просто кипела от ярости, но пока ничего сделать не могла. Рафаэль откровенно скучал и вскоре нашёл повод выставить навязчивого соседа со двора.

Потом он повернулся ко мне и сказал:

– После ужина пойдёшь со мной гулять…. – Он даже не пытался уловить какую-либо реакцию в моём взгляде. Скорее, разговоры со мной превратились для него в некий ритуал, которым он сам себя успокаивал. – Марта подсказала, что достаточно просто пройтись по этой улице, чтобы удовлетворить любопытство местных одним махом. И тогда они отстанут и перестанут наносить свои глупые визиты.

Я напряглась.

И снова Марта!

Служанка, смотрю, становится центром вселенной. К каждой дырке затычка. Кто же она такая на самом деле?

Глава 24. Врезала...

Наша с Рафаэлем прогулка была в разгаре. Он держал меня под руку, чтобы не сбежала – не иначе, чинно прохаживался по утоптанной дорожке, нацепив на голову цилиндр, а на плечи – утеплённый плащ.

Я набросила на голову капюшон. Немного мёрзла, хотя солнце сегодня светило не хуже, чем летом. Солнечные блики, отражаясь от снега, слепили глаза.

В окнах домов, по обе стороны улицы, то и дело дёргались шторы – да, на нас смотрели. Так сказать, удовлетворяли любопытство.

Рафаэль пытался казаться важным и уверенным в себе, хотя я прекрасно видела, что он дико зол и растерян. Проводить здесь несколько месяцев, а то и лет – ведь неизвестно, как долго продлится наказание, – ему однозначно не хотелось.

Да и Анджело постоянно напрягал обстановку своими подколками и насмешками. Я люто ненавидела обоих, но Анджело всё-таки больше…

Наконец, наш променад закончился в конце улицы, и мы, развернувшись, отправились обратно. Боже, какая всё-таки глупость! Детский сад…

Когда мы миновали середину улицы, одна из дверей у соседей распахнулась, и оттуда вывалился знакомый субъект – тот самый молодой аристократ, который хвастался перед нами попаданкой-любовницей. Вывалился он не один. Следом выволок свою несчастную жертву и бросил её прямо в снег.

На нас не обращал никакого внимания. Лицо его было искажено яростью. Он громко ругался, унижая её последними словами, от которых у меня повяли уши.

Рафаэль собрался идти мимо, а я замерла на месте, заставив его вернуться и нахмуриться.

– Ты чего? Пойдём. Чужие разборки – это не наше дело, – раздражённо пробормотал муж.

Но я выскользнула из его хватки, с ужасом глядя на происходящее безумие.

Не знаю, в чём бедная девушка провинилась, но она лежала в снегу и не шевелилась, только сжалась в комок, ожидая, наверное, удара. И когда этот недомужчина действительно бросился к ней и занёс ногу для пинка, я заорала во всё горло и рванула вперёд, подхватывая замёрзшими пальцами тяжёлую юбку.

Заборов у этого дома, к счастью, не было. Я стремительно перемахнула через сугроб – как мне это вообще удалось, я не знаю – и остановилась перед разъярённым мужчиной в тот миг, когда он уже собирался ударить свою попаданку.

«Я не позволю!!! – кричало всё внутри. – Только попробуй!!!»

Но сосед не обратил на моё присутствие никакого внимания.

Тогда я размахнулась и что было силы врезала ему кулаком в челюсть. От удара взвыла от боли – настолько каменным показалось его лицо.

Однако удар мой не прошел даром: мужчина пошатнулся и осел в снег, не сопротивляясь и даже не пытаясь подняться.

У меня по щекам текли слёзы боли. Кажется, я перестаралась. Без тренировок такие удары всегда происходят с очевидной отдачей.

Но я смахнула влагу с лица и бросилась к бедной девушке. Той рукой, которая была цела, я попыталась приподнять её, но она оказалась вялой и безучастной. И только заметив в уголках её глаз застывшие, но так и не пролившиеся слезинки, я почувствовала, как что-то внутри меня окончательно сломалось.

А может, не сломалась, а наоборот – родилось?

В груди будто сверхновая вспыхнула – так стало горячо и жарко. Волна жара прокатилась по телу, неожиданно исцеляя повреждённую руку и заставляя пальцы слегка засветиться. Мелкие искорки вырвались из-под ногтей, а кольцо отчаянно зашипело на коже, оставляя ожог.

Искры рванули к девушке, мгновенно впитавшись в кожу её лица, проникнув в нос, в глаза, в рот, и свечение тут же погасло.

Я ощутила, что из меня изошла сила.

Причём огромная, невероятная, такая, что заставила почувствовать слабость. Но больше ничего не происходило. Попаданка как лежала в снегу, так и осталась лежать. Даже не моргала, хотя исправно дышала.

И в этот момент кто-то сдёрнул меня с места.

– Ты с ума сошла! – зашипел Рафаэль, хватая меня за руку и разглядывая полученные повреждения от удара.

На этой же руке красовалось кольцо, и я в каком-то отупении подумала, что он разоблачил мои способности и сейчас снимет этот странный артефакт. Но муж как будто его не заметил. Он осматривал содранную кожу и застывшую кровь.

А потом…

– Ты что творишь, глупая попаданка? – произнёс он, при этом осторожно касаясь пальцев и будто пытаясь определить, не сломаны ли они. – Разве можно бросаться на дракона с голыми руками?

Где-то краем сознания я обратила внимание на странное определение. Я же не на дракона бросилась, а на противного, мерзкого человечишку. Он даже не крепкий и не сильный на вид. Так, пацан пацаном, на Рафаэль гнул свою линию:

– Удивительно, что тебе вообще это удалось, – продолжил он.

Муж покосился на парня, который явно был в отключке, и вдруг удовлетворённо хмыкнул.

– А ведь красиво получилось. Жаль, не могу запечатлеть и показать другим.

Потом он резко переместился ближе ко мне, и в глазах его появились странные искры.

– А ты полна сюрпризов, Соня. И ты молодец! Вот только я этого типа знаю: он будет мстить. И отомстит не тебе, а ей, – он кинул взгляд в сторону несчастной попаданки.

Меня пронзила мысль, что это правда. Теперь, после случившегося, он вообще её убьёт! И мне отчаянно захотелось схватить Рафаэля за грудки и вытрясти из него информацию, как ей помочь.

Однако муж очень удивил меня. Он резко приблизился и зашептал мне на ухо, будто я могла его понять:

– Не бойся, я ей помогу. Да и этого идиота стоит хорошенько наказать.

Отпустив мою руку, Рафаэль поспешил к попаданке, поднял девушку на руки и занёс в чужой дом. Не знаю, где он её оставил, но вышел очень быстро, презрительно взглянул на валяющегося соседа, у которого на губе расползался кровоподтёк, и плюнул в его сторону, после чего подхватил меня под руку, потащив прочь.

– Думаю, я напишу в одну контору. Там очень любят хвалиться тем, что защищают права попаданок…. – бросил Рафаэль напоследок.

Я навострила уши. А что, тут такое бывает?

Это становилось интересным. Кажется, мне нужно попасть именно туда.

– Они прижучат наглеца, так что попаданку, скорее всего, отберут. Если что, я буду свидетелем. Но ты… – он остановился и посмотрел на меня строго. – Не вздумай больше повторять подобные фокусы! Да, я понимаю – женская и попаданческая солидарность, но учти: драконы очень злопамятные. Не успеешь оглянуться, как окажешься в ловушке. И я вместе с тобой.

Да что он заладил – драконы, драконы??? Какие-то людишки величают себя рептилиями! Фу, аж противно. Высокомерие зашкаливает.

Наверное, я слегка надула губы, потому что Рафаэль выдохнул и закатил глаза к небу.

– Ладно, ты же ничего не понимаешь. И тебе мои слова – как горохом об стенку. Как жаль, что я не могу научить тебя говорить…

Сказав это, он вдруг встрепенулся и посмотрел на меня с интересом.

– А может, действительно начать с тобой заниматься? Если ты способна ездить на лошади и давать по морде целым драконам, то, наверное, и речью сможешь овладеть? По крайней мере, хоть в какой-то степени…

Его лицо озарилось светом и радостью.

– Точно! Сегодня же начнём наше первое занятие.

Я остолбенела. Вот это его понесло. Хотя… а может, это мой шанс? Шанс сделать кое-что интересное…

Глава 25. Смеяться могут все...

Я думала, что об обучении Рафаэль говорил не всерьёз. Но уже ближе к вечеру он заявился в выделенную мне комнату с какой-то потрёпанной книжкой в руке.

Ему открыла Марта. Она как раз убиралась у меня в комнате, при этом довольно внимательно меня разглядывая. Я всеми силами делала вид, что изучаю собственные ногти. Чего она хочет от меня? Опять будет испытывать на мне своё псевдогипнотическое воздействие?

Не знаю, на что решилась бы служанка, если бы не пришёл Рафаэль. Как только он появился, она тут же откланялась и убежала.

Муж закрыл за собой дверь, вальяжно расселся в кресле и уставился на меня с немым вопросом в глазах. Вскоре он этот немой вопрос озвучил:

– Ну и что мне с тобой делать?

Я едва не пожала плечами. Уже настолько привыкла молчать, что мне и в голову не пришло отреагировать как-то иначе. Вскоре вообще разучусь разговаривать.

Наконец он выдохнул и, указав на книгу в руке, громко произнёс:

– КНИ-ГА.

По слогам, как первокласснице.

Я смотрела на него несколько мгновений, решая, как же поступить. Учить ли мне язык или нет. Ну а что я теряю? В принципе, создать видимость того, что я способна на некую речь, на данный момент будет, пожалуй, выгодно.

Да и скучно мне.

Сыграю-ка я в очень интересную игру, отточив свои актёрские способности.

Я открыла рот и хрипло произнесла:

– КНИ-ГА.

Почему хрипло? У меня уже голос атрофировался от того, что я постоянно молчу.

Рафаэль хлопнул себя по бёдрам.

– Молодец! – воодушевлённо произнёс он.

И это воодушевление меня реально изумило. Нет, ну складывается впечатление, что ему нравится со мной возиться. Удивительно и на него совсем не похоже. Иногда муж бывает очень даже забавным… пока не начинает выпячивать свой цинизм, вредность и неразборчивость в связях.

– А это стол, – он положил ладонь на столешницу.

Я проследила за его движением и приглушённо произнесла:

– С-Т-О-Л.

– Умница!

Он пошарил в кармане, повозился там и достал завёрнутую бумагу конфетку. Протянул мне с таким видом, будто я собачонка, которую прикармливают после очередного трюка.

Блин, как же это унизительно. Ну да ладно, я уже давно в этой роли, ещё немножко потерплю.

Я забрала конфетку и тут же её слопала.

– Ах ты, сладкоежка, – по-доброму пожурил меня он.

Интересно, чего же он на самом деле добивается? Сейчас – просто сама доброта, но я не верю в искренность таких порывов.

За час мы условно выучили штук пятьдесят слов. Он был в восторге от того, как я легко схватываю всё на лету. В ход пошли простые предложения: я хочу поесть , я хочу попить , я хочу в туалет . Да, он учил меня и этому тоже. Наверное, чтобы я нигде не устроила ему «туалетную» неприятность, как будто уже были прецеденты.

А потом вдруг лицо его сделалось хитрым-хитрым, как у лукавого мальчишки. Он наклонился ближе, словно собирался доверить какую-то тайну, и произнёс:

– А теперь повтори: Анджело – идиота кусок! Одомашненная ящерица! Бескрылая черепаха!!!

Я оторопела, глядя на Рафаэля с недоверием.

Что он сейчас делает? Использует несчастную «глупенькую» попаданку, чтобы насолить братцу?

Впрочем… я и сама не против ему насолить, так что… принимаю правила игры.

***

Анджело устал летать над столицей и, сложив крылья, стремительно спикировал вниз. В этой части неба разрешалось летать только до заката. Сил он, конечно, потратил на полёты немеряно. Просто нужно было немножечко поразмышлять о сложившейся ситуации, а лучше всего думается в полёте.

Играть шута ему безумно надоело. Однако этой роли приходится придерживаться много-много лет. Ведь иначе не достичь той цели, которую он себе поставил.

Дракон грузно опустился на торговую площадь, которая сейчас, в сумерках, была почти полностью пуста.

Обратная трансформация была довольно сложным процессом. К сожалению, его род относился к тем драконам, которые перевоплощаться могли с трудом, тратя на это огромное количество энергии и магии. Поэтому летал Анджело довольно редко и без необходимости в небо не поднимался. Рафаэль же вообще месяцами мог оставаться в теле человека. Лентяй и балагур.

Анджело поморщился, стряхивая с себя остаточное напряжение в мышцах после трансформации. Одежда не пострадала, будучи магически привязанной к его телу.

До его нового дома – пять минут пешком. Площадь резко сворачивала в узкие, непримечательные улочки, примыкавшие к западной части дворца. Дракону благородных кровей было противно находиться здесь, но наказ отца был вполне ясен. Нужно следить за любименьким папенькиным сынком.

От напряжения Анджело сжал кулаки. Он всегда знал, что отец жаждет оставить большую часть своего наследства именно Рафаэлю. Чем этот пустоголовый идиот заслужил такую честь, молодой дракон не представлял. Казалось бы, Анджело был более послушным, покладистым, готовым выполнять все поручения отца, но тот постоянно смотрел только на Рафаэля. И это просто бесило.

Всеми силами он притворялся равнодушным к этому факту, но на деле не собирался оставлять всё на самотёк. Отец должен увидеть, что Рафаэль недостоин той чести, которая ему приготовлена. И нянькой этому идиоту он становиться не будет.

Однако, входя в дом, Анджело нацепил на лицо привычную нахальную ухмылку, решив отыгрывать роль до конца.

Из маленькой кухоньки послышался звон посуды. Наверное, там Марта хозяйничает, гремя кастрюлями. В остальной части дома было тихо. Анджело стремительно поднялся по лестнице, свернул в единственный коридор и, услышав голоса за одной из дверей, остановился.

Это была комната попаданки, на которой женился недалёкий Рафаэль. Какой же он идиот! Просто одомашненная ящерица, честное слово – дальше своего носа не видит ничего. Его жена далеко не так проста, как ему кажется. А он категорически не желает посмотреть правде в глаза.

Впрочем, пусть не смотрит. Пусть его позор станет только глубже. А эту девицу он обязательно разоблачит. Сейчас как раз для этого представится немало возможностей.

С самодовольной ухмылкой Анджело толкнул дверь и, переступив через порог, уставился на необычную картину.

Рафаэль и его супруга сидели на полу, на подушках. Чем он с ней занимался, было неизвестно, но, когда Анджело вошёл, Рафаэль с восторгом вскочил на ноги.

– Брат, ты только послушай, что умеет моя замечательная попаданка! Она может говорить! Оказывается, попаданки становятся способнее, если быть к ним более внимательными. Соня, – он повернулся к девушке. – Скажи что-нибудь. Ну!

Он смотрел на неё с таким выражением лица, что Анджело стало любопытно, чего именно он от неё ждёт. Девушка выглядела недовольной. Губы слегка искривились в раздражении. Однако, когда она повернулась непосредственно к Анджело и посмотрела на него своими большими глазами, от напряжения и проблесков ума не осталось и следа.

Она приоткрыла маленький розовый рот и, чётко выговаривая слова, произнесла:

– Анджело – идиота кусок. Одомашненная ящерица. Бескрылая черепаха…

Повисла гнетущая тишина.

Но уже через пару мгновений Рафаэль взорвался буйным смехом. Он так хохотал, что раскраснелся, слёзы побежали из глаз.

– Вот умора! – смеялся он. – Соня просто потрясающе умна для попаданки! Представляешь, хватает всё на лету! Правда здорово, Анджело?

Рафаэль посмотрел на брата и расхохотался пуще прежнего, потому что тот побагровел от злости и заскрежетал зубами. На щеках начали проступать пятна чешуи – редкостное явление для драконов его рода. Ещё чуть-чуть – и начнётся самопроизвольная трансформация.

Увидев это, Рафаэль перестал так громко смеяться, но продолжил хихикать.

– Да ладно тебе, братец! – насмешливо протянул он. —Уйми свою гордыню. Я просто хороший ученик. Твоей язвительности и иронии стоило поучиться – вот я и начал. Кажется, это сближает нас ещё больше. Ты смеёшься надо мной, и я посмеиваюсь над тобой. Мы квиты!

Рафаэль говорил весело, ребячливо, но Анджело прекрасно понял подтекст. Это была угроза. Братец мстил, показывая, что смеяться может каждый, если захочет…