Текст книги "Ученик для мага, или Я тебя не отпущу (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Глава 36. Энни Дайрут

Дознаватель слушал меня очень внимательно, но я так и не смогла вспомнить ничего конкретного. Кстати, Лиам при нашем разговоре не присутствовал, потому что его срочно отозвали во двор поместья встречать какие-то важные товары для дома.

Господин Альберт записал всё, что я рассказала, и пообещал помочь. Ушёл, постукивая тростью, а я осталась в кабинете герцога совершенно одна.

От волнения у меня тряслись руки, в горле пересохло.

Увидела на столе у Лиама кувшин с ягодным компотом и налила себе целый стакан. Выпила залпом, чувствуя, как становится легче, но послевкусие у напитка оказалось странным. Скривилась. Потянуло брагой. Неужели скис?

Куда только слуги смотрят?

Выдохнула и решила вернуться к себе, чтобы попытаться хоть что-то вспомнить, но застыла у окна, глядя на суету во дворе и… утонула в эмоциях.

Лиам принимал… целый сундук новых платьев, обувь, женские аксессуары. Я вспомнила, как он упоминал недавно, что купит всё это для меня, и на глаза навернулись слезы.

Почему? Почему он так заботлив и добр со мной? Я ему никто. Я обманывала его, скрывалась. А он не перестаёт прощать и одаривать милостями.

Любовь в моём сердце вспыхнула с новой силой, и по щеке покатилась одинокая слеза.

В голове странно зашумело, мысли начали путаться. Я погрузилась в странное состояние отрешённости от мира, но от этого собственные эмоции стали только острее.

Мне бы надо оставить всё это, забыть Лиама, сосредоточиться на том, чтобы построить жизнь правильно. Учиться, работать, чтобы потом ответить на доброту герцога какой-то весомой отдачей, но…

– Тимерия... – голос Лиама за спиной стал для меня невероятной неожиданностью. Почему я не услышала, как он вошёл???

Резво развернулась, сердце подскочило до самого горла, но голову мгновенно повело, и я начала заваливаться назад.

Герцог успел обхватить меня за талию и удержал на месте. Я несознательно схватила руками его плечи и с глубоким трепетом увидела, что наши лица оказались вплотную.

Мы замерли оба, глядя друг другу глаза, и в этот момент меня окончательно покинула всякая сила воли.

– Милорд... – прошептала страдальчески. – Не будьте со мной так добры, прошу вас! Вы рвёте моё сердце на части!!!

Лиам сглотнул, определённо смутившись, чем даже меня слегка удивил.

– Тимерия, я... – начал он, а я поняла, что другого шанса у меня не будет вообще никогда. Потянулась к нему, приникая к его губам с робким, но пылким поцелуем, и почувствовала, как Лиам ошарашенно замер.

Его губы были мягкими и нежными, как я всегда себе и представляла. На меня накатило ощущение блаженства, влечения и боли одновременно. Лиам несколько мгновений не двигался, а потом вдруг... осторожно ответил на поцелуй. Его губы коснулись моих снова, вызывая просто табун мурашек по телу, руки сильнее обвили талию, затянутую в корсет. Меня унесло окончательно в состояние восторга и нестерпимой жажды. Жажды стать к нему ещё ближе, всегда чувствовать его губы, его руки…

– Тимерия… – то ли прошептал, то ли простонал герцог, осторожно отстраняясь от меня. – Это... не совсем правильно…

Я почувствовала, как счастье сменяется болью и тоской.

– Почему? – шепнула, глядя в его глаза с легким укором. – Потому что я… нищенка?

– Нет, что ты! – оскорбился Лиам. – Твой статус не имеет никакого значения! – выдохнул как-то обречённо, вдруг поднял руку и нежно коснулся пряди моих волос, которая выбилась из прически. – Ты моя воспитанница. И ты очень молода…

– Ненамного моложе вас... – сегодня я была особенно дерзкой, но что-то добавляло мне решимости, потому что я знала: это мой единственный шанс в этой жизни получить его взаимность. – Я люблю вас, милорд! Очень давно люблю. Почти с самого первого дня, как оказалась в этом доме…

– А вдруг это просто благодарность, дитя моё? – аккуратно спросил Лиам, но из объятий меня не выпустил. – Ты так чиста, так наивна, что можешь не отличить обычную благодарность от более зрелых чувств…

– Нет! – решительно заявила я. – Я не настолько глупа, как вам кажется. Не один месяц я борюсь с этими чувствами и знаю их силу. Я много раз пыталась избавиться от них, но... не смогла. На самом деле я ничего от вас не жду, милорд, – опустила взгляд, борясь с подступающей к горлу горечью. – Я вам не пара, и осознаю это очень ясно. Спасибо за этот поцелуй и что не оттолкнули меня. Я буду помнить о нём вечно…

– Тимерия... – голос Лиама почему-то дрогнул, а его рука снова коснулась моего лица, невесомо погладила щёку… – Я немного растерян. Ведь… ты мне тоже очень дорога… Я тоже всегда любил тебя. Тим был очень важен для меня и не только из-за своего дара. Мне казалось, что я не переживу, если с ним… то есть с тобой что-то случится…

Я изумлённо посмотрела в глаза герцогу и увидела в них море трепета, разбавленного горстью сомнений.

– Я сам себя не понимаю, честно говоря, – продолжил Лиам, – но очень боюсь навредить тебе и твоему будущему…

И тут я поняла, что пора хвататься за своё счастье обеими руками. Вцепилась Лиаму в плечи в прямом смысле слова и взволнованно приблизила к нему свое лицо.

– Вы не можете навредить... – прошептала дрогнувшим голосом. – У меня вообще нет будущего без вас, милорд! Я готова на всё, лишь бы быть с вами рядом! Мне всё равно, что скажут люди, я стерплю любые унижения… Мне даже не важно, чего я достигну, как магиня, потому что для меня имеет значение только одно – вы, милорд! Я хочу быть рядом с вами в любом качестве всю свою жизнь!!!

Лиам смотрел мне в глаза не менее взволнованно, и во взгляде его отражалась просто безумная гамма чувств. Кажется, мои слова коснулись его сердца, потому что крепкая грудь под белоснежной рубашкой начала часто вздыматься.

– Тимерия... – шепнул Лиам и вдруг... снова припал к моим губам.

В этот момент я поняла, что победила. Что бастионы сомнений были сметены моими словами и моей искренностью. С восторгом ответила на поцелуй, хоть и не умела этого делать совершенно.

Лиам первым попытался углубить поцелуй, и я впервые в жизни узнала, что это вообще такое. Было странно, приятно, волнительно до безумия. Я дрожала в крепких мужских руках, не веря своему счастью.

Когда герцог наконец отпустил меня, его глаза удивительно блестели.

– Я… всё понял, – прошептал он с мягкой улыбкой. – Я наконец-то понял самого себя. Ты станешь моей законной супругой, Тимерия, и наше обоюдное желание исполнится!

Я открыла рот от изумления, боясь, что услышанное мне просто почудилось.

– Это правда? – прошептала я, чувствуя, как подрагивают колени. – Вы не шутите?

– Нисколько, – ответил герцог, наслаждаясь зарождающимся на моём лице восторгом. – Это то, чего я действительно очень хочу!

Кажется, от счастья я потеряла голову окончательно. Потому что с силой обхватила его туловище руками и уткнулась лицом в его грудь. Как будто всё ещё боялась, что Лиам исчезнет.

Он рассмеялся и обнял меня в ответ.

О Боже я надеюсь, что это не сон!

***

В последующие дни я летала просто на крыльях. О наших с Лиамом планах ещё никто не знал, и это было к лучшему. Госпожа Рут меня больше не трогала, но обходила десятой дорогой. Её мнение меня больше ни капли не волновало, потому что счастье затмевало собою абсолютно всё.

По вечерам Лиам звал меня на прогулку в сад, и мы уединялись с ним в самой дальней беседке, как настоящие влюблённые. Разговоры о магии мягко перетекали в нежные поцелуи, и я парила на крылья непередаваемого восторга так сильно, что дважды несознательно вызвала цветение парочки плодовых деревьев, воздействовав на них своей вырвавшейся магией.

Лиам смеялся и обещал порекомендовать мои услуги садовникам, чтобы поместье могло собирать плоды с деревьев два раза в год. Я краснела от лёгкого смущения, но смеялась вместе с ним.

Всё казалось совершенно безоблачным, пока однажды не возвратился дознаватель Токкиен с некоторыми новостями. Лиам выехал в город по делам, поэтому на сей раз мужчину я принимала сама.

Тот был учтив и сразу же перешёл к делу. Протянул мне лист бумаги с аккуратными записями и сказал:

– Это список дочерей аристократов, пропавших в нашем королевстве в тот год. Посмотрите внимательно имена, возможно, вы что-то вспомните, леди.

Такое обращение было непривычным, но я была слишком взволнована, чтобы протестовать или скромничать. Дрожащей рукой взяла список и начала внимательно изучать. Первые два имени ничего для меня не значили, описания тоже не совпадали.

– Третьей в списке стоит Энни Дайрут, – вдруг произнес дознаватель. – Младшая сестра Его Светлости и госпожи Рут. Вы, кстати, похожи с ней по описанию, да и возраст тот же…

Я оторвалась от изучения теста и посмотрела на дознавателя с легким испугом. Он глядел на меня испытующе, словно заново изучая, и мое сердце начала всё сильнее бить тревогу.

«Энни… Энни… – пронеслось в голове. – Энни Дайрут»

И снова вспышки воспоминаний, размытые лица родителей…

Лист бумаги выпал из ослабевших рук и с тихим шорохом упал на пол.

Я застыла, не имея сил сделать даже вдоха, после чего ощутила, как начинаю дрожать.

– Вы хотите сказать... – начала я едва слышно, – что я… сестра Лиама?

Дознаватель не выглядел удивленным.

– Данные об этой девочке удивительным образом сходятся с вашими. Остальные дети не подходят ни по описанию, ни по возрасту, ни по месту пропажи. Но сказать о том, ваше ли это имя, можете только вы, леди…

Энни… Энни…

Это имя стучало в голове, как приговор.

Энни… Энни…Энни…

Нет! Этого не может быть!

По щеке скатилась слеза отчаяния.

– Прошу вас дать мне время, – прошептала, не глядя на дознавателя. – Давайте поговорим в другой раз.

Альберт Токкиен не стал спорить. Он с трудом поднялся на ноги, опираясь на трость, коротко поклонился и поспешил к выходу. Когда же я осталась одна, мою душу просто разорвало на части от ужаса. Я плакала, кусая губы в немом отчаянии.

Я сестра Лиама??? Нет, этого не может быть!!! Я ведь люблю его! Люблю далеко не как брата…

Неужели судьба сыграла со мной настолько жестокую шутку? Как же это можно пережить???

И в голове все громче звучало неумолимое:

«Мое имя Энни… Энни Дайрут!»…

Глава 37. Как такое возможно?

Лиам

Я возвратился домой уставшим, но одно только воспоминание о прекрасной деве, трепетно ждущей меня у окна, согревало сердце.

В один миг моя жизнь перевернулась. Когда узнал, что Тим – мой дорогой братишка и воспитанник оказался девушкой, я просто впал в ступор. В памяти возникли десятки моментов, которые теперь казались понятными и смущающими донельзя. Я вспоминал их ежедневно. Всплывали всё новые и новые эпизоды, где я… обнимал его… то есть её, целовал в лоб, даже впускал в кровать, чтобы вместе почитать книгу.

А она жалась ко мне с трепетом, которого я не понимал.

О Боже, она же невинная девушка! Так же нельзя...

Нежные братские чувства, которые я испытывал к Тиму, неожиданно… видоизменились. И напугали меня.

Тимерия казалась мне слишком хрупкой, словно драгоценная ваза. Смотрела на меня своими доверчивыми глазами, полными всё той же печали, и выворачивала сердце наизнанку.

Я помнил о том, как она призналась мне в чувствах, но всё время боялся, что для неё это лишь мимолётное, ничего не значащее увлечение, что она перепутала благодарность с любовью.

В своё собственное сердце заглядывать откровенно боялся, что там в нём? А вдруг... то же самое?

Она слишком юна и впечатлительна, я не могу...

А потом она меня поцеловала. Дерзко, трепетно, жадно.

Когда меня коснулись нежные девичьи губы, я подумал о том, что слаще их я не знал ничего в этом мире. Страстно захотелось сжать её в объятьях и больше никогда не отпустить…

Моя привязанность к Тиму превратилась в безумное влечение к девушке.

И я решился. Да, это произошло весьма стремительно, но в сердце загорелась полная уверенность: Тимерия моя судьба. Я единственный смогу защищать и оберегать её, как она того заслуживает. Я защищу её от бед, со мной она будет счастлива…

С некоторых пор её счастье стало для меня целью…

Я сделал девушке предложение в тот же миг, и она согласилась. Её нежные искренние глаза засияли от счастья, и моё собственное сердце наполнилось ощущением бурлящего восторга.

Так должно быть…

Я улыбался, думая об этом, и спешил подняться на второй этаж, где была комната моей любимой.

Но её спальня оказалась пуста.

Я нахмурился. Спустился вниз, вошёл в кабинет и нашёл его тоже пустующим.

Сердце тревожно забилось…

Вдруг дверь в кабинет резко открылась, и в помещение влетела Рут.

– Лиам! Что происходит??? Я только что узнала, что у тебя роман с этой бродяжкой! Ты с ума сошел??? Как ты мог???

Моё лицо заледенело. Сестра, как всегда, отчаянно осуждала мои решения и мой выбор.

– Не смей так называть Тимерию! – гневно ответил я. – Она моя невеста!!!

Сестра побледнела.

– Идиот... – простонала она. – Ты же загубишь нашу репутацию на корню. Все знают, что ты опекал мальчика, Тима, а когда пойдут слухи, что он оказался девушкой и что ты на ней теперь женишься, решат, что вы развлекались на всех парах!

– Придержи язык, сестра! – процедил я, чувствуя самую настоящую ярость. – Мне плевать, что скажет обо мне общество. Оно никогда ничего хорошего не говорит. И я не собираюсь положить на алтарь людскому мнению своё собственное счастье...

– Счастье? – Рут презрительно хмыкнула и переплела руки на груди. – Это будет сущий позор, причём и для твоей пассии тоже.

– Переживём как-нибудь, – бросил я отворачиваясь. Этот разговор мне уже надоел…

Рут ещё кричала мне что-то в спину, пытаясь задеть колкими словами, но в этот момент дверь робко открылась и в проходе появилась Тимерия.

Она выглядела страшно бледной, просто изможденной.

– Простите... – проговорила она, делая шаг вперед, и я мгновенно увидел, что её магия нестабильна, а глаза красны от слёз.

Рут насупилась, глядя на девушку, я же бросился к любимой, хватая её за плечи.

– Тимерия, не бери голову. Ничто не омрачит нашего счастья!!! – я решил, что она услышала жестокие слова сестры и теперь была в отчаянии, но девушка устало мотнула головой и ответила:

– Есть кое-что, что я должна сказать вам, милорд... – прошептала она, вновь обращаясь ко мне официально, хотя мы уже давно перешли на «ты». – Возникла одна огромная проблема…

И протянула мне листок, исписанный мелким почерком.

Этот почерк я узнал сразу. Он принадлежал дознавателю Токкиену – моему приятелю. Начал вчитываться в смысл текста и… застыл.

Альберт писал о том, что подозревает в Тимерии мою сестренку Энни, пропавшую много лет назад.

Мой разум начал молниеносно сопоставлять факты, изложенные в этом письме, и сердце аритмично дернулось в груди.

Всё сходится!

Оторопело посмотрел на Тимерию и увидел, как по ее бледным щекам стекают слезы. Слезы невыносимой боли и отчаяния.

Рванул к ней, обнял крепко-крепко и начал шептать успокаивающе:

– Не плач, дорогая, прошу тебя! Ведь это не точно! Возможно, это просто совпадение и не более того…

– Нет, Лиам... – прошептала девушка, всхлипывая. – Я вспомнила... вспомнила свое настоящее имя. И родителей тоже. Я действительно Энни Дайрут.

Эта новость просто прибила меня.

Я всю жизнь мечтал найти свою сестру, приложил колоссальное количество усилий для этого, иногда грезил этим, и вот теперь, когда она здесь, я был просто уничтожен.

Потому что… любил ее всей душой, как женщину.

– О Боже... – прошептал отчаянно и ощутил, как внутри поднимается самая настоящая паника.

Этого не может быть…

***

Около полуночи того же дня…

Я сидел в кабинете, прихлёбывая дурманящий напиток из бокала. Выбрал самый жгучий, самый крепкий, чтобы он заглушил мою боль.

Тимерия уже спала в своей спальне: она настолько вымоталась после всего произошедшего, что просто отключилась.

Смотрел перед собой и… ненавидел свою жизнь.

Как такое вообще могло произойти??? За что??????

Посмотрел в потолок, словно в небо, и мучительно прикрыл глаза.

Почему я влюбился именно в нее – в свою собственную сестру? Почему мои чувства не смогли остаться братскими??? А она… с ней это случилось еще раньше, и теперь… нас больше нет.

Как жить после этого и смотреть друг другу в глаза? Как думать о будущем и мечтать о счастье, если… от сердца остались одни ошметки?..

В груди болело так неистово, что я понял: ничем эту боль не заглушить. Отставил бокал, откинулся на стуле…

Приглушено скрипнула дверь, но я даже не стал открывать глаз. Кто бы это ни был, я не хотел его видеть.

– Лиам… – голос Рут прозвучал на удивление жалобно.

– Чего тебе? – ответил я с легким раздражением, не открывая глаз. – Уйди, пожалуйста!

– Я должна кое-что тебе показать…

На стол с шорохом опустился лист бумаги, и я едва нашел в себе силы, чтобы открыть веки.

Рут выглядела... пришибленной и смотрела мне в глаза с небывалой жалостью. – Прости меня... – прошептала она вдруг, изумляя до безумия. – Я не понимала, как сильно ты ее любишь. Я не хочу твоих мук, брат, да и… я рада, что Энни нашлась. Это действительно она. У нее родимое пятно за ухом, как было у сестренки…

Эти слова не смягчили моей боли, а ударили еще больше.

– Оставь меня, пожалуйста... – прошептал отчаянно, но Рут упрямо подтолкнула ко мне лист бумаги.

– Прочти, брат. Думаю, это тебя однозначно утешит. Нашла несколько лет назад в спальне родителей. Там был сейф с документами. Я не стала ничего рассказывать, зачем бередить прошлое? Но не выбросила ни одного листочка, а сейчас вижу, что не зря. Прочти же!!!

Я не хотел читать, но устало потянулся за документом. Сощурился, пытаясь разобрать почерк, но уже через пару мгновений широко распахнул глаза и выровнялся на стуле. Дыхание перехватило, хмель, как рукой сняло.

– Что это? – прошептал неверяще. – Это правда???

Посмотрел на Рут.

– Документ подлинный, посмотри на печать… – подсказала она.

И правда, сомнений не было: это подлинник.

– Выходит... меня усыновили? – прошептал неверяще. – Я не родной тебе?

Рут печально хмыкнула:

– Главное, что ты не родной ей! – она указала в потолок, имея в виду второй этаж, где находилась Тимерия. – По крови она родня только мне. Поэтому иди... осчастливь ее, братец.

Я сорвался с места и рванул к двери, но потом замер. Развернулся и поспешил обратно, чтобы обнять склочную, сварливую, порой совершенно невыносимую, но все равно родную Рут.

– Спасибо, сестра... – прошептал ей в шею, сжимая тонкий стан девушки. – Спасибо.

– А ты меня прости... – ответила она. – Я… была не права.

Мы расстались примиренными, и я птицей взлетел наверх.

Когда вошел в спальную Тимерии, она как раз металась в каком-то кошмаре. Стонала, вертелась, и я поспешил разбудить ее.

Открыв глаза, она мгновенно всхлипнула и потянулась ко мне, как раньше. Но потом вспомнила недавнее открытие, ужаснулась и тут же опустила руки.

– Лиам... – прошептала отчаянно.

Я ободряюще улыбнулся.

– Все хорошо, любимая. У меня для тебя отличные новости…

Девушка замерла, всматриваясь мне в глаза без особой надежды, после чего слабо прошептала:

– Какие?

Облегчённо выдохнул и мягко улыбнулся:

– Я тебе не брат…

Глава 38. Эпилог

– Ты усыновленный? – я бездумно пробегала глазами по строчкам, потому что не выходило сконцентрироваться. Наконец, тряхнула головой и вчиталась.

Да выходило так, что Отец Лиама ещё до женитьбы усыновил ребенка своего почившего друга. Мальчик был мал, всего пару лет от роду, но уже являл весьма впечатляющие магические способности. Вскоре герцог Дайрут женился, и супруга приняла Лиама как родного сына, но сама позже родила двух дочерей – Рут и Энни, которых Лиам очень любил…

Я подняла глаза на любимого и увидело на его лице светящееся счастье.

– Так тебя не смущает, что… твои родители не родные тебе? – задала глупый, но назойливо вертевшийся на языке вопрос.

– Я счастлив! – ответил Лиам по-простому. – Безумно счастлив, что я им не родня…

Потянулся ко мне, коснулся пальцами моей щеки, после чего нежно поцеловал.

Я вздрогнула, всё ещё ощущая последствия прежней боли в груди. Неужели... теперь не нужно страдать? Неужели наша любовь непротивоестественна? Всхлипнула от вновь накативших чувств и дерзко углубила поцелуй.

Лиам вздрогнул: кажется, такому он меня не учил. Его поцелуи всегда были весьма целомудренными, но сейчас мои чувства заставляли дерзко выплескивать наружу всю накопившуюся боль и отгонять её чем-то таким же сильным и бурным.

Лиам замер на мгновение, а потом и сам ввязался в это действо. Его губы накрыли мои снова, язык проник в рот, смущая и одновременно волнуя меня.

Но ласка его не продлилась долго. Лиам медленно отстранился, заглядывая мне в глаза с сияющей улыбкой.

– Моя милая юная невеста весьма спешит... – прошептал он, слегка пожурив за чрезмерное проявление страсти. – Осталось недолго, дорогая моя госпожа, и я подарю тебе ласки, которых ты так жаждешь...

Я зарделась от смущения, прекрасно понимая, о чем он говорит. Думать о том, что у нас всё-таки случится первая брачная ночь было очень нелегко, хотя я… очень хотела её. Боялась, но желала…

– Рут оттаяла... – проговорил Лиам, поспешно меняя тему. – Это большое счастье для нас обоих. Однако… – пришедшая ему в голову следующая мысль постепенно вытравила веселье. – Нужно узнать, кто виноват в твоём похищении. Это очень важно.

Я кивнула, тоже становясь серьезной. Тем более, мне было о чём рассказать…

***

Дознаватель Альберт Токкиен аккуратно вынул целую стопку бумаг из своего саквояжа. Я наблюдала за его неспешными движениями с волнением.

Прошло уже больше месяца с тех пор, как Лиам начал расследование моего похищения, и сегодня мы должны были получить результаты.

Я сидела на диване вместе с герцогом, Рут расположилась в кресле. Кстати, мы с ней неплохо поладили. Сперва она меня избегала, хмурилась, но потом однажды пришла и попросила прощения за своё прошлое поведение.

Я понимала, что причина перемены в ней была сокрыта в нашем родстве. Оставшись я Тимерией, никакой милости точно не получила бы. Но меня устроил тот факт, что склочная сестра Лаима... а теперь и моя сестра смогла смириться хотя бы в чём-то.

В принципе, она была неплохим человеком. Правда, её характер отпугивал потенциальных женихов, как коты мышей, так что с годами сварливости становилось всё больше.

Альберт Токкиен откашлялся и начал чинно читать. Никто его не перебивал, хотя проще было бы рассказать своими словами, но дело было слишком серьёзным, чтобы в такой момент проявлять нетерпение.

Картина с моим похищением вырисовалась не сразу, но в вскоре я с замиранием сердца всё поняла.

Изначально было четыре мага. Выпускники академии, лучшие из лучших – они считались неразлучной четверкой и мечтали о том, чтобы победить всех монстров в мире. Одним из этих магов был Аарон Дайрут – мой отец, вторым некий Сашим Наиро, а остальными двумя – Анри Лайот и Рихтер Шерми. Все четверо регулярно встречались даже тогда, когда закончили Академию, поступили на королевскую службу и создали собственные семьи. Точнее, семьи были у двоих первых, а Лайот и Шерми предпочитали продвигаться по карьерной лестнице.

Их встречи всегда проходили бурно, потому что молодые люди мечтали усилить свою магическую мощь до небывалых высот. Но все пошли разными путями. Сашим Наиро ударился в исследования древних текстов. Парни подшучивали над ним, говоря, что это тупиковый путь. Сотни лет ведущие маги пытались добиться того же самого, но у них не вышло, так что сможет сделать всего один человек?

Анри Лайот тоже увлёкся. Создал собственную лабораторию, где находился целыми днями, что-то там искал, открывал, проверял…

Аарон Дайрут был занят семьёй и часто находился при дворе, поэтому не участвовал в гонке за знаниями почти никогда, а Рихтер просто оттачивал навыки своих магических потоков.

В итоге... Анри Лайот сошел с ума. Да, ещё тогда. Он нашёл древнюю рукопись, которая рассказывала, как освоить передачу всех магических даров от одного носителя к другому, если провести над ними особенные ритуалы. Маг загорелся идеей отнять магию у одаренных и присвоить её себе.

С того самого дня он начал похищать людей. Оказалось, что отнять дар у взрослого, состоявшегося человека крайне непросто. С годами магия врастала в своего носителя так крепко, что её невозможно было с ним разделить, не повредив ни того, ни другого. И тогда Анри переключился на детей.

На самом деле по-настоящему одарённых ребятишек в Натании было совсем немного. Те, у кого в груди горели лишь искорки магии, для его экспериментов не годились, поэтому он был весьма впечатлен, узнав, что в семье его товарища Аарона Дайрут растёт весьма одарённая дочь.

Лиам тоже был отличным магом, но поймать крепкого двенадцатилетнего парнишку и не попасться было не так уж просто, поэтому Анри, совершенно не испытывая никаких мук совести, решил украсть малышку Энни.

Он заплатил одному вору из трущоб, и тот выкрал ребёнка вместе с няней буквально из-под носа родителей. Несчастную женщину придушил за углом и утопил в реке, а малышку потащил в свою клоаку. Именно здесь бандит должен был передать жертву заказчику, но на его пути встал сильный маг.

Это был Сашим Наиро.

Сашим совершенно случайно узнал о жутких экспериментах товарища. Он прибыл к нему в поместье, чтобы поделиться потрясающей новостью: ему удалось расшифровать древний язык магов и переписать главные магические постулаты, переведя их на понятную речь. В этих трудах особенно выделялись магические формулы знаменитого Хима-звездочета, ключ к которым считался потерянным навсегда…

Анри не ждал гостей и как раз проводил свои бесчеловечные эксперименты, когда вошел его друг.

Далее всё было просто: каким-то образом Лайот выдал товарищу свои планы об Энни, и Сашим бросился на выручку девочке, использовав тот самый портал древнего мага по имени Хим.

Попав в трущобы и обнаружив похитителя с девочкой в руках, Сашим вступил в схватку. Но эта схватка закончилась не в его пользу: он оказался смертельно ранен и погиб...

«Но перед этим передал мне свой дар… – подумала я и печально выдохнула. – Вот только этот дар оказался слишком мощным для пятилетнего ребенка, и у меня просто отшибло память на очень долгие годы»

Когда Токкиен закончил чтение, в комнате повисла напряженная тишина. Лиам и Рут погрузились в скорбь воспоминаний, я же с трепетом как бы заново осознала тот факт, что они теперь действительно моя семья. Настоящая семья.

А ещё я не простолюдинка. Неужели теперь не нужно чувствовать себя приживалкой? Неужели я имею право быть своей среди аристократов и не опускать глаза?

С трепетом опустила взгляд на свои руки. От волнения по пальцам пробегали искры.

Я дома.

Спасибо, Боже!..

***

Заголовки утренних газет пестрели шокирующими новостями.

– Покупайте! Покупайте! – кричал мальчишка-разносчик. – Герцог Лиам Дайрут нашел пропавшую младшую сестру и теперь... собрался жениться на ней! Как это возможно? Читайте на первой полосе!!!

К нему подбегали целыми группами: всем не терпелось узнать, каким образом этот блистательный бесстыдник собрался обойти закон и всё-таки вступить в брак.

Люди замирали тут же, на тротуаре, и поспешно читали статью, периодически удивлённо выдыхая.

– Он не родной семье Дайрут… – говорил кто-то, наконец добравшись до развязки. – Вот это новости!

– Кто же преступник? – вопрошал другой. – Нашли ли того, кто украл его сестру?

– Говорят, этот кто-то – маг, но имени пока не разглашают. Что происходит? Зачем магу воровать детей?..

И ещё очень много толков разносилось вокруг. Люди были взбудоражены, новость удивляла и интриговала.

– О, здесь пишут, что Его Величество Бастиан устраивает приём через две недели. В честь чего, интересно?

– Может, у него намечается наследник?

– Вполне возможно…

– Эх, мне хоть бы одним глазком посмотреть на королевский бал!

– Ишь ты! Иди работай лучше…

– Хочу быть богатым. Желательно, как этот Дайрут. У него же денег куры не клюют…

– Стань магом его уровня, и деньги к тебе потянутся... – хмыкнул кто-то ему в ответ, и их голоса потонули в шуме проносящегося мимо конного отряда, спешащего во дворец…

***

Королевский прием две недели спустя…

Я нервничала. Очень.

Платье с приличным, но всё-таки декольте страшно смущало меня.

Лиам купил лучшие наряды на этот прием. Нежно-голубое платье на мне было украшено драгоценными камнями, а в тон платью на плечи была наброшена накидка, отточенная пушистым белым мехом.

Мы шли по королевскому двору в потоке других гостей, и я страшно боялась споткнуться, отстать и вообще что-то сделать не так.

Лиам поддерживал меня за локоть и периодически с улыбкой косился на мое лицо.

– Не нервничай, – шептал успокаивающе. – Ты прекрасна!

Да, служанки нацепили мне шиньоны, чтобы создать видимость длинных волос. Голова была украшена небольшой тиарой, которая сдавливала виски.

Пальцы, затянутые в белые перчатки, периодически вспыхивали искрами.

– Надеюсь, ты не собираешься сжечь дворец дотла, дорогая, – шутил Лиам всю дорогу, а я смотрела на него уныло:

– Очень надеюсь, что нет... – отвечала и отводила глаза.

Лиам предложил лично переговорить с королём Бастианом и попросить его вернуть меня в Академию на боевой факультет. Да, я буду единственной девушкой среди парней. Лиам остался бы моим куратором, всё было бы отлично. Но без разрешения короля в Академию меня не пускал закон.

За последние недели пришлось выучить несколько женских партий танцев, приноровиться ходить на каблуках и напомнить себе основные правила этикета за столом. Теперь я должна была продемонстрировать все свои знания на практике в глазах у всего светского общества Натании.

Людей было просто море. Они заполонили бальную залу, как рыбы в бочке. Впереди на возвышении стоял его Величество Бастиан с супругой Данелией. Миниатюрная блондинка с длинными завитыми локонами – она показалась мне настоящей красавицей.

Когда объявили наши имена, тысячи взглядов устремились на нас. Ещё бы, всем хотелось посмотреть на ставшую ныне знаменитой некогда пропавшую «сестру» герцога Дайрута, которую он собрался взять в жёны. Неслыханное дело! Но мне плевать, если честно…

Приём начался с речей, продолжился танцами и завершился за столом. Всё это время я пребывала в огромном напряжении, чувствуя себя не в своей тарелке. Наконец, Лиам позволил себе отвести меня в сторонку, чтобы как бы поговорить, но сам сказал:

– Просто идем в сторону выхода прогулочным шагом. Его Величество уже ждёт нас. Но желательно сделать вид, что мы желаем отлучиться максимум в сад…

Выбравшись таким образом из залы, мы свернули в соседний коридор и устремились вперед.

– Там кабинет короля... – пояснил Лиам.

Его Величество – молодой и весьма симпатичный брюнет – встретил нас с улыбкой. Приблизился, протянул мне руку, после чего схватил мои пальцы и мимолётно их поцеловал.