444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Анна Бруша » Среди корон и клыков. Том 1 (СИ) » Текст книги (страница 7)
Среди корон и клыков. Том 1 (СИ)
  • Текст добавлен: 13 ноября 2026, 12:30

Текст книги "Среди корон и клыков. Том 1 (СИ)"


Автор книги: Анна Бруша



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 12

Ида сидела напротив Галарда и внимательно смотрела на его губы, как будто силилась увидеть слова, которые они произносили.

– За тебя предлагают золото, тролльчанка, – сообщил он, читая письмо, – Весьма щедрое предложение. Стоит согласиться?

По интонации она понимала, что человек, захвативший ее, о чем-то спрашивает. Она одернула рукава платья, сшитого по миравингийской моде, закрытое, похожее на такое, что носят матери почтительных семейств. Но все равно в нем тролльчанка выглядела ярко и броско. Украшения остались при ней, их не отобрали.

Я придирчиво рассматривала ее, подмечая каждую деталь. Моя подруга была цела и невредима.

Ида подняла глаза и взглянула на рыцаря.

– Молчишь. Не знаешь. Вот и я не знаю.

Его угрюмое лицо приобрело угрожающее выражение.

– Тебе стоит отпустить меня, – сказала она на тролльем.

Он также не знал тролльего языка. В этом тюремщик и его заложница были равны.

Нахмурился, прислушиваясь.

– Проклятый человечешка, твою голову отрубят и насадят на пику, – она улыбнулась, как будто сказала что-то приятное.

– Ведьма? Ты колдунья? Знай, на меня не подействуют твои заклинания!

Он стукнул кулаком по столу.

– Молчи!

Ида поджала губы, отвернулась.

Рыцарь помахал перед ее носом письмом.

– Они думают, что могут купить меня! Глупцы!

Я не раз и не два была свидетельницей их странных разговоров. Рыцарь выводил из комнаты Иду, они располагались по разные стороны стола. И он начинал говорить. Часто грозился. Или обещал, что тролли будут повержены, они-люди вышвырнут их обратно в туманы.

Сначала тролльчанка молчала, но потом поняла, что он не понимает тролльего и позволяла себе насмехаться над ним. Должно быть, это уменьшало ее страх перед жутковатым бородачом. Ведь смешное не может пугать по-настоящему.

В комнату вошел слуга.

– Простите, что вмешиваюсь в вашу беседу, господин. Но прибыли маги.

– Вот отродья. Что им надо?

– Они хотят поговорить о пленнице.

– О чем?

– Если вы их примите, то узнаете, – слуга не слишком почтительно обращался со своим хозяином.

– Отведи ее обратно и запри хорошенько.

Кажется, Галард не слишком доверял магам.

Он смотрел на вошедших с такой же ненавистью, как будто перед ними были тролли. Посланцев было двое. Оба мужчины в летах, держались с непринужденным достоинством. Их мантии были белыми, точнее серыми от пыли. Грудь и спину перечеркивали красные и черные полосы.

– Давайте без ваших обычных скользких уловок.

Рыцарь взял кувшин с вином и кубок, рассеянно повертел его в руках и сделал глоток прямо из горлышка.

– Как прикажете, сэр Галард. Мы слышали, что вы захватили одну особу. Тролльчанку.

– У кого-то длинные и острые уши, – с тяжелым смешком сказал рыцарь.

Его обнаженная рука напряглась.

– Мы также знаем, что вы ведете переговоры.

– Ничего я не веду. Это тролли хотят ее выкупить, – он бросил письмо на жаровню.

Угли жадно вспыхнули, бумага начала чернеть по краям и скукоживаться.

– О нет, они не понимают, что благородство не купить.

– А вы, значит, понимаете? – зло рыкнул он, – Так вот. Ни вы, ни они не понимаете!

Маги переждали эту внезапную вспышку ярости и продолжили.

– Тролли кажется, дорожат девушкой.

– А я вот нет! Мне все равно, что с ней будет.

– Раз так, вам будет не трудно помочь в нашем деле. Один из наших магов попал в плен к троллям. Мы бы просили вас помочь с обменом.

– А мне это зачем?

– Маг сильный…

– Не такой уж и сильный, раз его взяли, – парировал Галард.

– Были обстоятельства, почему эти отродья смогли его захватить. Он в одиночку стоит полусотни. Но их была тысяча. Да еще чудовища.

Галард слушал.

– После обмена, если он состоится, конечно, он будет в вашем отряде на один год. Под вашим командованием.

– И как его имя? Ансельм…

Я вынырнула из видения и перешла «из спальни» в «гостиную» нашего с Йотуном шатра, где совещались маги. Покровитель Иды Китон был здесь. Как он не старался, но его лицо сильно осунулось, он был бледен.

– Я увеличу вознаграждение, – сказал он, – Ида должна вернуться.

Йотун хмурился.

Кальф же выступил вперед и в своей обычной манере сказал:

– Мы все скорбим о потере вашей яло эманта, но в данном случае единственный выход —штурм. Мы обложим замок туманами так, что люды задохнуться. Их тела будут терзать чудовища.

Китон еще больше побледнел. И я послала ему ободряющую улыбку.

– Нет! Там же Ида! – он говорил с такой горячностью. – Ее убьют. Силы магии, что с ней сделают!

Он укусил костяшку пальцев.

– Скорее всего уже сделали, – безжалостно заметил Кальф, – Поэтому нужно просто принять эту жертву. Но разрушенный замок и трупы этих… этих… отродий на стенах позволят отстоять вашу честь, Китон.

Он взглянул на Йотуна, ожидая, что тот его поддержит. Йотун же хранил внешнюю невозмутимость, но его сдержанность не была равнодушием.

– Решение за тобой, – он кивнул Китону, – Твоя яло эманта.

– С Идой обращаются достойно, – сказала я и мой тихий голос прозвучал оглушительно громко.

– О, а вот и знаток человеческих нравов, – заметил Кальф с язвительной улыбкой.

Но Китон повернулся ко мне с просил:

– Вы, яло эманта, знаете что-то о рыцаре, который ее пленил? Я могу увеличить выкуп.

Я взглянула на Йотуна, он чуть заметно кивнул, разрешая мне говорить.

– Сэр Галард обращается с Идой хорошо. Она невредима.

– Как будто ты можешь это знать, – хмыкнул Кальф.

Но я не позволила себя сбить:

– Возможно, он захочет обменять Иду на одного из захваченных магов.

– Вот так наглость! Женщину на боевого мага? – Кальф потемнел, дурная кровь прилила к его голове, – Нет. Это невозможно!

– Почему? – спросила я.

Он не стал опускаться до ответа, лишь резко отвернулся и презрительно выдохнул воздух.

А Китон задумался. Нервно прошелся по шатру. Он все время вертел кольцо на пальце, будто в этом движении искал опору, но голос его прозвучал неожиданно ровно и твердо:

– Действительно, почему?

Кальф даже задохнулся от возмущения.

– Мы серьезно будем это обсуждать?

***

Да. Китон заставил других серьезно обсуждать возможность обмена. Для этой цели под защитой охранной грамоты, в наш лагерь явились маги в белых мантиях с красными и черными полосами.

Кальф ярился, но, видя, что Йотун не препятствует, угрюмо замолчал.

Переговоры материя тонкая. И дело осложнялось тем, что требуемый маг, находился в другом лагере и захватил его один из надзирателей. Также Галард, который первоначально дал согласие, временами начинал колебаться. Он то требовал увеличить выкуп, то, как истинный хозяин своего слова, брал его обратно, заявляя, что деньги его не интересуют. После разговоров с «белыми мантиями», он рычал, что желает оставить тролльчанку при себе.

Китон был готов отдать за Иду что угодно. Но некоторые тролли роптали: отпускать чернокнижника, все равно, что выпустить бешеную собаку: она снова начнет бросаться на них. Поэтому, командиры хотели получить клятву, что маг не станет воевать против Туманов после своего освобождения. Это условие было почти невыполнимо, поскольку Галард хотел, чтобы маг «отработал» свое освобождение, целым годом службы в его отряде.

Преданность Китона трогала меня, и я желала скорейшего возвращения Иды.

И в этом случае Йотун не возражал, чтобы я передала подруге послание. Я написала письмо, которое передала одному из белоплащников, когда они уходили из лагеря.

Выслушав мою нехитрую просьбу, он принял у меня конверт и пообещал сделать все возможное, чтобы послание дошло до адресата.

– А вы госпожа? – спросил он.

Я удивленно взглянула на него.

– Можем ли мы что-то сделать для вас? – он понизил голос, – Может, ваша семья разыскивает вас.. Или ваш орден?

Второй белоплащник кивнул.

– Мы могли бы провести переговоры от вашего имени, естественно соблюдая предосторожности?

– Или передать что-то на словах?

Они смотрели на меня без осуждения, но с любопытством.

– Нет, благодарю. Для меня ничего не нужно. – Я похолодела от ужаса, представив, что моя мать узнает о моем положении.

– Вам нечего бояться.

– Несчастье, которое вас постигла, не ваша вина.

– Ваше милосердие делает вам честь, – сухо сказала я, – Но мне пора возвращаться.

Один из магов бросил красноречивый взгляд на мой живот, который впрочем был не заметен из-за пышных юбок.

– Надеемся увидеть вас вновь, госпожа.


Вечером я села рядом с Йотуном и сама потянулась к нему. Он немного удивился, но быстро привлек меня к себе, я уткнулась ему в шею.

– Тебе плохо? – спросил он.

Я мотнула головой.

– Неужели переговоры так и не сдвинутся с места? Ида останется в плену у этого… этого рыцаря?

Йотун усмехнулся и успокаивающе погладил меня по спине.

– Вряд ли. Маги очень хотят получить своего. Надзиратели согласились его отдать. Китону это дорого обойдется, но чего не сделаешь ради своей драгоценности.

Я вздохнула, чувствуя его силу и тепло. И все равно никак не могла унять дрожь. Еще меня растревожил вопрос о семье. Между нами лежала пропасть. Я не могла бездумно подвергать их опасности, из-за меня они и так натерпелись. А если после всего, что они пережили, после… Кристы, еще выяснится, что я с троллями, их жизнь может сделаться невыносимой. Я не имею права рисковать.

– У меня есть новость, которая тебя развлечет, – вдруг сказал Йотун.

Я чуть отстранилась и взглянула на него с любопытством.

– Мне написали из ордена. Представь, король охладел к ведьме Ории и больше ее не посещает.

– Думаешь, он решил, что она обманщица?

– Не знаю. Но он давно не был в Белом замке. И как будто совсем не вспоминает о ней.

– Странно.

Йотун победно улыбнулся.

– Видимо, Тени удалось повлиять на его величество.

– Или они договорились, – сказала я, – Чтобы правда не выплыла наружу раньше времени. В Белом замке поселилась бездна. И Ория не хочет, чтобы Аму Вайо об этом узнали раньше времени.

Тролль заинтересованно взглянул на меня.

– Или король узнал у магов о затмении, и выяснил, что ничего подобного не предвидится. Он бы не смог простить столь наглую ложь.

– Мне все это не нравится, Йотун. В замке бездна ведет себя довольно тихо, а вот вокруг Гнезда… образовалась темная стена из тумана, не проходимая для троллей, из нее выходят только чудовища. И их все больше расходится по округе.

– Ты опять это делаешь!

– Что именно?

Он обнял меня и сказал, поддразнивая:

– Моя маленькая ведьма, опять искушаешь меня неведомой магией. Хочешь, чтобы я повернул назад?

Я не ответила, лишь усмехнулась.

***

Наконец-то Галард согласился обменять Иду. Я была вне себя от радости. И следила за приготовлениями к этому событию. Обмен должен был произойти в полдень на следующий день.

Китон старался сохранять внешнее спокойствие, но у него не слишком получалось.

Он то и дело прохаживался около палатки, где держали человеческого пленника, словно проверяя, не исчезнет ли маг. А я то и дело возвращалась к Иде.

Ей велели привести в порядок тролльское платье. И маг белоплащник сказал ей о предстоящем обмене. В глазах девушки блеснула надежда и радость.

Галард был мрачен и пил вино. Он быстро дошел до состояния ярости и принялся искать повод, на ком сорваться. Его оруженосец получил пинок под зад, потому что стоял на пути хозяина.

Тут как раз появилась Ида в окружении магов.

Рыцарь взревел и из его глотки изверглись такие ругательства, заставившие белоплащника, что был помоложе, покраснеть.

– Убирайтесь отсюда, проклятые маги! Слетелись, как стервятники. Нечего вам делать в моем замке. Не хочу видеть ваши постные рожи.

Маги не желали испытывать терпение рыцаря, и посовещавшись, решили отправится на ближайший постоялый двор.

Ида нахмурилась, но не стала с ними спорить.

– Идите к себе, госпожа. Завтра все закончится, – пообещал маг.

Галард сплюнул себе под ноги.

Когда маги ушли он протянул Иде кувшин с вином.

– Выпей, – приказал он, – Скоро ты перестанешь пользоваться моим гостеприимством.

Она стояла неловко прижимая к себе сосуд.

– Давай же!

Ида поняла, чего он хочет и сделала глоток.

Галард растянул губы в улыбке.

Он оказался не настолько пьяным, каким выглядел до этого. Его гнев улетучился. Теперь он рассматривал Иду с нехорошим интересом. Быстро коснулся ее волос.

Ида отступила, прижимая к себе кувшин, точно щит.

Рыцарь расхохотался, ему понравилось ее вспышка страха. Но тролльчанка уже поняла свою ошибку и вернула своему лицу спокойное выражение, выдержав взгляд Галарда.

Я не могла отделаться от ощущения опасности и какой-то неправильности происходящего.

Зачем он отослал магов?

Из-за своих подозрений я снова и снова возвращалась в замок.

Вечером, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо золотыми и пурпурными полосами, во двор въехал небольшой отряд.

– Пора, – сказал Галард Иде и решительно взял ее за руку, потянул.

Она заволновалась, судорожно вздохнула.

Перед выходом из замка Галард накинул на Иду свой плащ с капюшоном. Девушка утонула в нем полностью. Полы мели каменные плиты, точно мантия.

Ида взглянула на лица наемников, которые ее ждали и отшатнулась. Но Галард удержал ее и устрашающе рявкнул:

– Мне тебя связать? Так я свяжу.

Он поднял ее, подсаживая на на коня, Ида оказалась прижата к одному из солдат.

– Ее величеству поклон, – сказал Галард и ушел обратно в замок, не оглядываясь.

Всадники сразу же сорвались в галоп, увозя с собой пленницу.

Глава 13

– Йотун!

Я огляделась, но в шатре тролля не было.

Гитте шагнула ко мне.

– Он ушел, тайрис. К одному из командиров.

– Идем, нужно его предупредить. Иду увозят к королеве.

Но охрана не позволила мне выйти из палатки.

– Отдыхайте, яло эманта, темнеет. Регуутор скоро вернется.

Тролль был новый и силился исполнить возложенную на него миссию наилучшим образом. Спор с ним тратил бесценное время.

Что ж, у меня есть другой способ рассказать Йотуну. Я вызвала видение, оказавшись в шатре одного из командиров. Йотун бросил на меня чуть раздраженный взгляд, видно совещание было весьма важным, и не предназначалось для моих ушей. Но его лицо сразу разгладилось, когда он услышал: «Иду увозят к королеве. Обмена не будет».

Регуутор прервался на несколько мгновений:

– Китона ко мне, – приказал он, а когда маг явился, коротко извинился перед командирами, и передал мое послание.

Не прошло и получаса, как лагерь пришел в движение. Снаружи раздавались окрики, лязг оружия, рев чудовищ. Тролли собирались в спешке, и все же… удача была на стороне людей.

Всадники разделились на несколько отрядов, сбивая преследователей со следа. Видно, Гарард давно планировал все это: наемников, которые везли Иду, ждали свежие кони. И они не боялись их загнать, двигаясь впереди подступающего тумана. Их путь лежал к переправе, где они погрузили тролльчанку в лодку, которая с мягким плеском ускользнула в темноту.

Туман стелился по берегу, в нем вспыхнули магические светильники и факелы. Китон вынырнувший из него, застыл на берегу, глядя во тьму.

Человеческие маги были в ярости, что их так легко провели, мало того, что унизили, так еще все договоренности с троллями пошли прахом. Галард лишь посмеивался. Его забавляло их негодование.

Рыцарь не объяснил причин своего поступка. Зато последствия были хорошо известны.

Тролли казнили пленного чернокнижника и осадили замок.

Китон почернел и осунулся. Он то и дело повторял: «Я ее потерял. Навсегда».

Другие считали, что его «вернет к жизни» падение человеческой крепости. И он действительно ринулся туда в первых рядах.

Человеческие маги предпочли не заметить эту осаду, предоставив рыцарю и его людям самим сдерживать ярость туманов. Произошло то, что в хрониках высокопарно называют «защитники проявили героизм», означающее нелепые и жестокие смерти.

Но «справедливость», как ее понимали тролли, не принесла Китону облегчения.

***

Иду доставили на север, в цитадель, где в окружении союзников и своего двора пряталась королева.

Она оглядела тролльчанку с ног до головы, поджав губы.

– Что это? – спросила она.

– Чистокровная тролльчанка, ваше величество. Сэр Галард дарит вам ее, как залог будущей победы над нелюдями.

Наемник надавил на плечо Иды, вынуждая ту опуститься на колени. Она была измучена дорогой, ее платье запылилось, волосы были собраны в простую косу. Но все равно девушка не потеряла присутствия духа и исподтишка рассматривала королеву, которая была несколько озадачена «подарком».

– Она не опасна? – спросила королева тихо.

– Нет, ваше величество. Смирная.

– Ну что ж… Полагаю Бальтазар Тосса не может похвастаться, что среди его свиты есть настоящий тролль.

– О таком нам не известно.

По лицу королевы скользнула тонкая улыбка.

– Мы не боимся троллей. Что известно об этой девушке?

– Она дочь тролльего графа, – уверенно сказал наемник, – Она была обещана в жены их магу, поэтому за нее предлагали гору золота. Но сэр Галард посчитал, что такая редкость должна украшать ваш двор, даже если ему придется пожертвовать своей жизнью.

Королева пропустила речь о самопожертвовании рыцаря. Ни что не изменилось в ее лице. Да и для нее то, что кто-то пожертвует жизнью ради ее удовольствия или славы было обычным делом.

– Что ж… будет нашей фрейлиной. Можешь встать.

Ида кажется уловила знакомое слово и поднялась.

– Устройте ее, накормите и отмойте, как следует. И пусть сменит это платье… на что-то более подобающее, – приказала королева.

***

Я вздохнула, выныривая из видения. Что ж… Ида избежала многих опасностей. Как ни странно, но я полагала, что рядом с королевой, она в большей безопасности, чем была с Галардом, не говоря уже о банде наемников. Мне хотелось сообщить об этом Китону. Сил не было смотреть, как он мучается, погружаясь все глубже в черную меланхолию.

Мы с Гитте отправились к его шатру.

Китон был мрачен, в его глазах стояли слезы, но он приветствовал меня весьма радушно.

Я не стала тянуть и, старательно подбирая слова, рассказала ему, что Ида жива и находится при дворе королевы.

– С ней будут обращаться достойно. Королева сделает ее своей фрейлиной.

Он чуть склонил голову.

– Благодарю, яло эманта, Мальта, что поделились со мной.

Он откинул резную крышку шкатулки и достал брошь тонкой работы.

– Это принадлежало Иде. Возьмите себе. Думаю, она была бы рада.

Я покачала головой.

– Уверена, она вернется, и будет рада, если все ее украшения будут в целости и сохранности.

Китон не стал настаивать, осторожно положил брошь на место. И закрыл шкатулку.

Он был неразговорчив и, кажется тяготился, моим присутствием. Я поспешила его оставить, радуясь, что мне не пришлось выкручиваться и объяснять, откуда узнала подробности о судьбе его наложницы.

Я рассчитывала, что мои слова принесут ему успокоение. Но на следующий день лагерь всколыхнула весть: Китон мертв. Когда его нашли, тролль сидел в кресле, как будто задремал. Его голова безвольно упала на грудь, лицо посинело, а рядом валялась пустая чаша…

– Яд. Яд. – Слухи о том, что он предпочел смерть бесчестью наполнили лагерь.

Тем более была записка.Йотун и другие маги сделали все возможное, чтобы их пресечь, уничтожив следы. Но между собой они обсуждали произошедшее, не стесняясь.

Кальф презрительно кривил губы и хмурился, сидя в кресле в шатре Йотуна.

– Высшая глупость! – взорвался он, – Из-за девки. Тем более, после того, как эту проклятую дыру разрушили, а дурня, что ее захватил сожгли.

Я вздрогнула. Подробности смерти Галарда не были мне известны.

– Он решил, что не сможет ее вернуть, – заметил Йотун, качая головой.

Его как будто обидело, что Китон не верил в то, что тролли в скором времени захватят всю Миравингию, а значит, доберутся и до убежища королевы.

– И что? Невелика потеря! – рявкнул Кальф и махнул мне бокалом, который я поспешила наполнить, – Это даже не племенное чудовище, потеря которого трудно восполнима.

Мое мнение никто не спрашивал, но я терзалась, не могли ли мои слова как-то толкнуть Китона к краю пропасти. Снова и снова, повторяя наш краткий диалог, я старалась найти признаки катастрофы и возможности ее предотвращения.

– Он хотел защитить свою честь. Его гордость получила смертельный удар, когда яло эманта была украдена. И вернуть ее не представлялось возможным, – сказал надзиратель.

Лицо Кальфа потемнело:

– Как можно ставить свою честь в зависимость от женщины, тем более наложницы? Но даже и жена… Сама мысль смехотворна.

Надзиратель вдруг рассмеялся, подтверждая слова Кальфа:

– Не часто я соглашаюсь с Аму Вайо, но наши мнения схожи. Как бы там ни было действенных способов изменить сущность женщин нет. Добродетель женщины весьма ненадежна.

Он стал серьезен и добавил:

– Но это не значит, что мы должны оставить попытки.

Я не выдержала и спросила:

– Простите меня, мэтр, но я никак не могу взять в толк. Разве вина не ложится на людей, которые похитили Иду?

«Или на тех, кто не слишком хорошо организовал защиту собственного лагеря».

Надзиратель взглянул на меня затуманенным взглядом, как будто не был в состоянии понять. Смысл слов не был способен проникнуть сквозь толщу глупости и предрассудков, которыми он окружил свой разум.

Поэтому он пробормотал что-то вроде:

– Не стоит забивать себе голову странными мыслями.

Тролли вернулись к осуждения Китона, беседа потекла плавно и свободно.

Сначала я жалела тролля, а потом начала злиться на него.

Как он мог, с его смертью, больше никто не беспокоился об Иде. Троллям не пришло в головы вернуться к переговорам.

Всем было все равно, что случится с тролльчанкой у королевы.

Кроме меня.

***

Лука спешился и с неприязнью оглядел замок королевы. Это было суровое серое здание, распластанное по земле. Окна смотрели черными провалами, как будто удивлялись, что кто-то мог добровольно прибыть в это унылое место.

– Тролли сюда просто не дойдут, – бросил Лука, подошедшей Кьяре, – Кому нужна эта проклятая дыра.

Целительница вздохнула и поправила мантию.

Порыв ветра бросил ее волосы вперед, и она зябко поежилась.

– Холодно, – сказала она, – Покончим с этим побыстрее.

Они прошли в замок, в окружении небольшой свиты из солдат и магов.

Вместо того, чтобы дать отдохнуть и привести себя в порядок после долгой дороги, их проводили в гулкий зал, в котором гуляли сквозняки. Королева заставила их ждать около получаса.

Лука не скрывал своего раздражения и громко жаловался.

Кьяра же была образцом терпения.

Наконец-то появилась ее величество. Лицо государыни было сильно напудрено, от чего казалось мертвенно бледным, выделялись только ярко-красные губы и глаза, подведенные темно-синим.

Рядом шествовали ее дамы, среди которых была Ида. Ей очень шло платье, сшитое по человеческой моде. Оно было довольно скромным, но белизна отделки красиво оттеняло почти черную кожу тролльчанки. Ее яркие волосы собраны в высокую прическу.

Ида бросила оценивающий взгляд на магов и замерла.

Лука и Кьяра поклонились королеве. Она не спешила отвечать на приветствие, но кивнула одной из своих фрейлин и та кашлянула, жестом указывая на пол.

– Приклоните колени перед истинной королевой.

Лука вскипел, но обуздав себя, опустился на колени.

Королева улыбнулась.

– Это действительно сын Бальтазара Тоссы? – спросила королева, и когда получила подтверждение обратилась непосредственно к Луке.

– Я не верила, что вы прибудете.

– Как и я, ваше величество, – не остался в долгу маг.

– Мы заключим наш брак сегодня же, – сообщила королева, – После чего, ваши спутники уедут, дабы подтвердить, что наш договор с твоим отцом вступает в силу.

– Как прикажете, – сказал Лука, но все-таки его самообладание чуть пошатнулось, голос дрогнул.

Он хотел подняться с колен, но королева довольно проворно шагнула вперед и положила ему руку на плечо, не давая встать.

Продолжая опираться на молодого человека, она обвела взглядом собравшихся, и сказала:

– Королевства рушатся не от силы врагов, а от распрей внутри. Мы знаем это слишком хорошо. А потому я возьму тебя в мужья, Лука Тосса, ради мира между магами и благородными домами. Теперь соединятся корона и сила магии.

Она чуть наклонилась к нему, с улыбкой, в которой было больше холода, чем ласки.

– Ты станешь залогом того, что ни один маг не осмелится подняться против моей власти. А я стану тем щитом, за которым скроется твой род, если люди восстанут против магии. Вместе же мы сокрушим нелюдей, освободив Миравингию от тролльей мерзости.

Ритуал бракосочетания не был ни пышным, ни радостным. Он был очень кратким и неловким.

В воздухе витало сомнение.

Лука не назывался королем, он получил титул герцога.

– Ну, все, – сказала королева, – Твои люди видели достаточно и могут отбыть к твоему отцу.

– На дворе темень. И ветер такой… – Лука попытался возразить, но глядя на язвительную улыбку своей супруги спросил, – Что же, они даже не останутся на пир. Не выпьют вина за наше здоровье и скорейшее появление наследников?

– Нет, это все лишнее, – последовал ответ.

– Тогда я бы хотел проводить их.

Королева кивнула:

– Можешь проститься с ними во дворе.

Лука вышел с удивительно молчаливой Кьярой.

– Что ж… надеюсь, ты и верховный маг будете довольны, – сказал он, скривив губы.

В презрительной гримасе обнажилось его сходство с отцом.

– Лука, – сказала целительница, – Я не желала этого.

Она взяла его за руку.

– Поверь, – с нажимом сказала она.

Его глаза удивленно расширились. Браслет, сдерживающий магию, до этого плотно обхватывающий его запястье открылся.

– Удачи.

Кьяра плотнее запахнулась в плащ.

Лука потрясено молчал, но помог девушке сесть на лошадь.

Когда она уже двинулась к воротам, он выплюнул ей в след:

– Это его воля? Он приказал?

Кьяра не повернулась, но ее спина напряглась.

Лука дождался, когда целительница и ее немногие спутники скрылись из виду и даже огоньки магических светильников, вытянувшиеся вереницей исчезли в ночной тьме.

Он смотрел в пустоту так долго, пока от ветра глаза не начали слезиться, а тело трясло от пронизывающего холода.

Тогда он отмер и вернулся в замок.

– Пора, герцог, – произнесла встретившая его фрейлина, и двое стражников шагнули ближе, словно они должны были отвести не на свадебный пир, а на эшафот.

– Славно. У меня в горле пересохло. Да и поесть…

– После,– прервала фрейлина с презрительной усмешкой. – Вы ведь не настолько устали, чтобы забыть о своем супружеском долге?

Ее слова вызвали смешок среди фрейлин, кровь бросилась Луке в лице.

– Что ж… раз моей супруге так не терпится, то я повинуюсь.

Под конвоем его проводили в спальню. Там правда стояло горячее пряное вино и закуски. Лука сразу же опрокинул кубок себе в рот и подошел ближе к камину.

Королева вошла в сопровождении Иды. Тролльчанка принялась помогать ей с тяжелым пла

– Ты молод, супруг мой, но надеюсь, достаточно опытен, чтобы помочь мне с платьем.

Лука усмехнулся.

Ида попятилась и выскользнула из покоев неслышной тенью. Супруги остались вдвоем.

– Мне уже довелось родить наследника – короля Этелреда. Так что сомневаться в моей плодовитости никому не приходится, – сказала она, – А вот тебе придется доказать, чего ты стоишь.

Он смотрел в огонь, и в его расширенных зрачках, отражалось пламя.

– Что ж, ваше величество, позвольте вам помочь, – он как будто очнулся от видения и прямо взглянул на свою жену.

Чуть помедлив, он принялся с изрядной сноровкой помогать ей с платьем.

Королева улыбалась, наслаждаясь его покорностью.

– Вот так, – сказала она, – услужливый, как мои фрейлины. Меня несколько беспокоит, что мужчина может так легко управится с крючками. Выходит, ты распутник?

– Вовсе нет, – сказал Лука, немного подумав, добавил, – Не более, чем все мужчины.

По лицу королевы пробежала тень.

Она осталась в одной тонкой рубашке. Ее предплечья были покрыты россыпью темных пятнышек. И кожа на груди казалась желтоватой, на контрасте с выбеленным лицом. Королева развернулась к Луке и пристально уставилась на него, пытаясь прочесть в его лице отголоски его мыслей.

Ее губы кривились в презрительной усмешке. Она как будто ждала, что молодой маг взбунтуется.

– Ложитесь в постель, ваше величество, – тихо, почтительно произнес он.

Королева рассмеялась, низко и насмешливо, и, как ни странно, послушно проследовала к широкому ложу. Шелковые покрывала зашуршали, подол ее рубашки растекся по простыням.Она откинула голову, губы ее блеснули в полутьме.

Лука медленно склонился к ней, опершись ладонями о ложе. Он выглядел так, словно собирался ее поцеловать.

– Ты не станешь раздевать…

Она не закончила фразу, его руки скользнули на ее горло. Его спина и плечи напряглись. Королева хотела закричать, но не могла произнести ни слова, из ее горла вырвался хрип. В глазах мелькнула паника и удивление. Пальцы с крупными перстнями, вцепились в запястья Луки, в тщетной попытке оторвать их от горла.

Она дернулась под ним, пытаясь вырваться, но он навалился всем телом. Лицо королевы начало синеть под слоями пудры, глаза вылезали из орбит.

Лука безжалостно давил на ее горло, пока руки с кольцами не упали в бессилии на простыни. Тогда он еще мгновение удерживал хватку, словно проверяя, что жизнь окончательно покинула тело. Лишь затем отнял ладони.

Тишина в покоях нарушалась потрескиванием огня в камине.

Лука тяжело поднялся. Его дыхание было тяжелым. Он подошел к столику и выпил второй бокал вина, с наслаждением, заедая вяленным мясом. Опустошив поднос с закусками, он без стеснения вытер жирные пальцы о полы своей куртки, бросил взгляд на мертвое тело королевы.

Он принялся кружить по комнате, открыл и закрыл дверцы шкафа, помешал кочергой дрова в камине, заглянул под кровать. Затем подошел к окну и, откинув тяжелые портьеры, распахнул ставни. Порыв ветра ворвался внутрь, взъерошив его волосы. Лука свесился с подоконника и уставился вниз.

Затем он вернулся к мертвой королеве и потащил ее к окну. Ее руки волочились по камню камню, кольца на пальцах звякали при каждом толчке. Лука остановился и снял украшения. Не забыл и про серьги.

После того, как маг обобрал покойницу, он не колеблясь, вытолкнул королеву наружу. Белая рубашка мелькнула в лунном свете, как будто призрак отправился в полет, а затем фигура исчезла в ущелье.

Лука закрыл ставни, а потом медленно повернулся к зеркалу у стены. В отражении на него уже смотрела королева, с надменно приподнятой бровью и губами, застывшими в холодной улыбке.

Очень медленно он начал надевать ее кольца.

***

На следующее утро королева встретила своих фрейлин, как обычно. Девушки вошли молчаливой стайкой, неся воду для умывания, выглаженные рубашки и нижние юбки.

Им не нужно было отдавать приказаний, ритуал был выверен и исполнялся без заминок.

Ида подошла к шкафу и достала два платья на выбор.

Лука ткнул в небесно-голубое. И фрейлины заулыбались вздохнули с облегчением.

– Ваше величество, – подчеркнуто радостно заговорила одна из девушек, помогая снять ночную рубашку. – Угодил ли вам супруг?

Лука милостиво позволил фрейлинам облачать себя, наблюдая за всем, глядя в зеркало. В зеркале «королева» довольно улыбнулась.– Более чем, – произнесла она мягко, но с легкой насмешкой. – Юн и старателен. Такой муж не может не радовать.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю