444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Анна Бруша » Среди корон и клыков. Том 1 (СИ) » Текст книги (страница 1)
Среди корон и клыков. Том 1 (СИ)
  • Текст добавлен: 13 ноября 2026, 12:30

Текст книги "Среди корон и клыков. Том 1 (СИ)"


Автор книги: Анна Бруша



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Среди корон и клыков. Том 1

Начало

Верховный маг Миравингии был мрачен, в раздражении отодвинул серебряную тарелку, и обвел тяжелым взглядом сидящих за столом: Кьяру, своего сына Луку, магистра боевой магии Дагберта Ханта и еще нескольких магов в мантиях чернокнижников.

– Тролли, – это слово Бальтазар Тосса выплюнул, – Очень не вовремя.

Лука выдержал взгляд своего отца и ядовито заметил:

– Не похоже, чтобы они удовлетворились парой приграничных крепостей. На этот раз им нужна вся Миравингия.

Дагберт Хант откашлялся, его желтоватые щеки порозовели:

– Мы немедленно должны выступить против этих тварей. Выбить их, пока не успели закрепиться. Всей мощью…

– Всей мощью… – перебил его Бальтазар Тосса, – Хорошо сказано, Даг. Полюбуйтесь, что пишет эта безумная женщина. Надо было удавить ее, пока она сидела…

Он выложил письмо и продолжил, плохо сдерживая гнев.

– На мое предложение забыть на время наши распри и объединить войска, чтобы дать отпор тролльим захватчиком, королева пишет, что примет моих магов под свое командование и дарует им прощение. «Магам предоставится возможность кровью искупить свое предательство короны». Далее она называет себя единственной правительницей и требует мне, верховному магу, прибыть к ней для покаяния… В противном случае верные ей войска останутся на севере и «пусть тролли попробуют сунуться, они узнают, что сталь побеждает магию».

Бальтазар Тосса вздохнул и поднял взгляд к небу, призывая терпение.

Темные глаза Луки блеснули весельем:

– Что ж… если вы все еще сомневаетесь, применять или не применять «Легкое дыхание», то сейчас самое время.

– Глупо сейчас убивать людей, которые могут встать на защиту страны от троллей, – холодно сказала Кьяра.

Эти двое обменялись такими взглядами, что по комнате как будто пронесся звон скрещенных мечей.

– Это все из-за твоей нерешительности, – накинулся на нее Лука, – Тролли не посмели бы напасть, если бы до них дошли слухи, о том, как мы умеем убивать!

Кьяра расправила плечи:

– Нельзя расходовать такую мощную магию ради забавы. Я сберегла то, что должна для настоящего врага.

– Да. Вот только, этот настоящий враг сейчас возьмет ворота и пойдет дальше, захватывая все больше.

– Хватит, – прервал их перепалку Бальтазар Тосса, – Ситуация опасна. Мы можем потерять все. Без магов какими бы храбрецами ни были королевские дворяне не выстоят против туманов. Но и магам придется нелегко. Нас не так много, и мы не сможем разделить силы, вздумай тролли атаковать на разных направлениях. А именно так они и поступят.

За столом повисло тягостное молчание.

Лука закинул в рот кусочек яблока и захрустел им. Прожевав он с интересом спросил:

– И что же, отец, ты отправишься к королеве? Подойдешь босой, в грубой мантии к стенам ее цитадели и упадешь лбом в пыль? Будешь стоять под солнцем или дождем, пока государыня не соизволит отворить ворота и милостиво впустить недостойного?

Меньше всего Бальтазар Тосса походил на человека, способного на такой поступок. Он как будто не заметил колкость сына и продолжил:

– Среди дворян многие колеблются, не принимая нашу сторону, так как благодаря Этельреду они крепко усвоили неприязнь к магии…

– Особенно после того, как ты отец отбирал их титулы и земли, раздавая своим людям.

Бальтазар Тосса чуть сдвинул брови и повысил голос:

– Но также они не поддерживают королеву-мать. Поскольку в их глазах она никак не может претендовать на трон. А вздорная старуха сама разрушила возможность одного из бастардов Этельреда занять трон. Нам нужно сплотить народ. Иначе, эти дворяне предпочтут отвернуться и не явится на службу, кто бы их ни призвал.

– И как же это сделать? – заинтересованно спросил Лука, – Преданность каждого стоит на его собственных интересах. Дворян волнуют лишь их земли и возможные богатства. Можно попробовать их подкупить.

Кьяра холодно улыбнулась:

– Твой отец говорит, что нам нужен король.

– Вздор! – воскликнул Лука, – Такая идея ему противна!

Он вел себя дерзко и расслабленно.

Верховный маг поморщился и махнул рукой, призывая всех собравшихся успокоиться.

– Я также получил послание из Даригона. От их так называемого верховного мага.

– От Захарии Ламми? – Дагберт Хант вскочил со своего места.

Стул с грохотом рухнул на пол.

Бальтазар Тосса сделал знак рукой. Слуги убрали со стола. Вернули стул на место. Все это время магистр боевой магии продолжал стоять. На его щеках горел лихорадочный румянец, губы нервно подрагивали.

– И вот, что удивительно, он не просто предлагает помощь и поддержку в отражении атак троллей, а даже в знак дружбы прислал несколько весьма неплохих пиритов.

Лука присвистнул.

А верховный маг выложил драгоценные кристаллы причудливых форм.

– Ему нельзя верить, – казалось, еще немного и Дагберта Ханта хватит удар.

– Нельзя, – откликнулся Бальтазар Тосса, – Он обещает отправить нам своих капюшонов…

– Это уловка. У него есть план, – сказал Дагберт.

– Согласен, – закивал Лука, – Он хочет, чтобы его королева стала нашей королевой. А сам он будет верховным магом Миравингии.

Бальтазар Тосса по старой привычке наблюдал за собравшимися из под полуопущенных век, но вдруг он стряхнул с себя сонное выражение. Его глаза полыхнули гневом.

– Мы собрались не для того, чтобы обмениваться банальностями, – резко сказал он, – Конечно, у него свой интерес и при первой же возможности он попытается нанести удар. И только глупец не способен понять это.

Он весьма выразительно постучал себя пальцем по виску и продолжил, возвращая спокойствие.

– Но за что мы должны быть ему благодарны, так это предупреждение. Весьма любезно с его стороны.

Дагберт Хант выдохнул:

– Захария попытается вновь вторгнуться в Миравингию через Брегунд, чтобы оттяпать кусок. И судя по настрою королевы, это мы должны будем давать отпор.

– Или сдадим город, – заметил чернокнижник с мрачным лицом.

Это был крупный мужчина, с бычьим лбом и глазами на выкате. Он сдвинул рукава мантии явив миру толстые, точно бревна, руки, поросшие густой темной шерстью.

Кьяра поджала губы.

Лука не спешил с остротой.

Заполучив внимание, чернокнижник сказал:

– Да, сейчас мы между трех огней: тролли, королева и Даригон. Если попытаемся рассредоточить силы, то сгорим.

– Именно поэтому нам нужно действовать решительно, – сказал Бальтазар Тосса, – И поступиться некоторыми принципами.

Лука расхохотался.

– Принципами можно поступиться, когда они есть.

– Ты закончил? – спросил Бальтазар Тосса.

– Молчу, – парень состроил покаянную гримасу.

– Что касается короля, – он обратил свой взор на Кьяру, – Мы не станем приглашать к себе монарха. Все равно, что пустить козла в огород. Я нашел другой способ. Мы должны помирится с королевой и получить поддержку аристократов, – провозгласил верховный маг.

Бальтазар Тосса многозначительно замолчал, хмуря брови.

Все ждали.

Но между собравшимися повис вопрос: «Как это сделать?»

Бальтазар Тосса кивнул Кьяре и потребовал:

– Принеси вон те бумаги.

На красивом лице целительницы вспыхнул интерес. Она поднялась. Ритмично застучали каблуки. Она не удержалась и пробежала глазами по строчкам.

– Метрики? – выдохнула она.

Бальтазар Тосса разложил фамильные древа и родословные.

С таким же видом Йотун рассматривал карты и планировал захват того или иного замка.

– Раз судьба принесла мне дочерей без искр магии, то мой долг, как отца обеспечить им достойных супругов, – сказал Бальтазар Тосса, – Маги и аристократы скрепят союзы кровью.

– Но! Они наши девочки так юны! – воскликнула Кьяра, – Луна совсем еще малышка. И она обещает вырасти в сильную магичку.

– Сейчас куда важней взять под контроль аристократию и заполучить их в союзники. Когда Луна созреет, то выйдет замуж за сына графа Ардора, – он постучал по одной из веток, на котором точно листы витиеватым почерком были выведены имена. Что касается Филиппы, Люции и Сильвии, они образуют династии…

– Ты не можешь решать…– начала Кьяра.

– Могу! – с нажимом сказал Бальтазар Тосса и, повысив голос, – Обязанность человека повеливать своими дочерьми, и если я решил выдать их замуж за представителей блестящих родов нашей страны, то так тому и быть.

– Но Филиппа и этот вдовец! У него шесть детей, некоторые из которых старше нее. Хорошенькая же получится мачеха! – она бросилась в бой, защищая своих детей.

Верховный маг взглянул на Кьяру так, что она замолчала.

– Ты подготовишь ее к замужеству и объяснишь обязанности.

Зеленые глаза целительницы зло заблестели, но она промолчала. Видимо рассудив, что не время перечить и устраивать семейную сцену тем более перед другими магами.

Лука присвистнул.

– Итак, великий Бальтазар Тосса занялся любовной магией.

– Мы говорим о выгодных контрактах и договорах, – парировал Бальтазар Тосса, – Что касается тебя, сын мой, ты женишься на королеве.

Лука моргнул.

– На Марианне? – осторожно спросил он.

Бальтазар Тосса грохнул кулаком по столу.

– Нет! На королеве-матери! – прорычал он.

Маг-оборотень рассмеялся. Никто не поддержал.

Бальтазар Тосса не улыбнулся.

– Что? Но она в два раза старше!

– Вот и прекрасно. Опытная женщина, – парировал Бальтазар Тосса.

– Ты сам назвал ее упрямой старухой! – возмутился Лука.

Холодный взгляд был ему ответом.

– Значит, тебе повезло, и ваш брак не продлиться долго. Но ты постараешься, чтобы союз был заключен по всем правилам.

Лука выдохнул:

– И что же невеста согласна?

– Ты ее убедишь. – сказал верховный маг.

– Как-то жестоко заставлять человека самому копать себе могилу, – Лука резко вышел из комнаты, напоследок саданув дверью.

Глава 1

Мы с Гитте шли через лагерь, этим утром я решила нанести визит яло эманте Аде, чтобы обменяться с ней последними новостями и сплетнями. Тем более Йотун проводил собрание своих командиров в нашем шатре, и не все из них обрадовались бы присутствию человека, хотя и были осведомлены о моем существовании.

Впрочем, тут я не совсем справедлива: раздражение по поводу моей человечности испытывали преимущественно маги Аму Вайо.

Других боевых магов больше шокировал факт присутствия женщины в военном шатре, которая не являлась служанкой. Не помогало даже то, что наше временное жилище было разделено на три части: большая часть использовалась для ужинов, совещаний и официальных аудиенций будущего регуутора; меньшая же служила нам спальней, к которой находилась кровать, медная ванная для купания, наша утварь и сундуки с моим платьями и книгами Йотуна; совсем крошечная принадлежала Гитте.

– И где же, по их мнению, должна будь твоя яло эманта? – поинтересовалась я у тролля.

– Под замком, в туманах, – пояснил он, – А нойё-человечка должна жить на границе лагеря вместе с другими нойё.

Как объяснил мне Йотун, некоторые погонщики чудовищ и магистры управления туманами не допускали мысли, что можно сидеть с женщиной за одним столом. Даже жена и дочери в их домах ели за резной перегородкой, сидя на полу, на подушках. Добропорядочная женщина по их представлению должна проводить жизнь, запертая в стенах дома, сначала родительского, затем в доме супруга. Легко представить, их отношение к занятиям женщиной магией.

А поскольку, я сочетала в себе сразу несколько худших «пороков», являясь человеком, женщиной и магом, то предпочитала лишний раз не раздражать троллей. Тем более даже при очень большом желании я не могла «исправиться».

В общем вторжение в Миравингию свело троллей разных взглядов и привычек. И естественно до единства и взаимопонимания было далеко. Маги из столицы королевства туманов, где нравы были свободнее, смотрели на других как на «деревенщин», которые путают благочестие со скукой. Временами вспыхивали короткие, но яростные ссоры.

Туман бежал рядом. Мое чудовище заметно окрепло: его шерсть сменилась на более жесткую, взгляд стал тяжелым и оценивающим; несмотря на то, что он пока еще сохранял игривость, он все чаще скалился, если кто-то подходил ко мне слишком близко.

У троллей Туман вызывал смех, а вот люди его боялись. Вот и сейчас, девушка-человечка с ведром шарахнулась в сторону, окатив себе ноги водой. Она отвела от меня взгляд, когда я чуть склонила голову в знак приветствия.

В лагере прибавилось человечек. Число служанок и наложниц росло за счет захваченных девушек из разоренных и разграбленных деревень и городков. Я пробовала говорить с пленницами, но в лучшем случае, сталкивалась с недоверием, а то и злостью и презрением. Некоторые замкнулись в своем горе, другие же нашли подтверждение своему предубеждению, что «маги и тролли заодно».

Я не могла их утешить фальшивыми обещаниями о том, что все будет хорошо, но могла дать еду, кусок ткани, а еще мы с Гитте готовили мазь для заживления ран и синяков.

Шатер Идыбыл натянут выше обычного, с тёмными занавесями из шелка и вышитым знаком рода, к которому принадлежал ее покровитель. Возле входа стоял рослый охранник-тролль, завидев меня, молча посторонился, пропуская внутрь.

– Дорогая Ида, – приветствовала я ее, мягко улыбаясь.

– Дорогая Мальта! – она вернула мне улыбку.

Ида сидела в резном кресле, подбитом бархатом, кутая плечи в драгоценный мех. На ней было платье из тончайшей, мягкой ткани нежного бирюзового цвета. Как дань месту и положению, у тролльчанки на поясе, в узорчатых ножнах висел тонкий клинок.

Рядом курилась маленькая жаровня с благовониями. Аромат был слишком резкий, и мой желудок предательски сжался.

– Как я рада тебя видеть, – приветливо сказала она, указывая на второе кресло.

Ее служанки подали нам напитки и сладости. Тролльчанка отщипнула кусочек печенья, отправила себе в рот и пожаловалась:

– Я не могла сомкнуть глаз. Чудовища так выли и рычали.

Ночь за ночью тролли изматывали защитников крепости внезапными атаками, насылая тварей, чтобы обнаружить слабости в обороне.

– Да, спать и правда трудно, – ответила я.

– Эти шатры будто сшиты из тумана. Лагерь воняет гарью и мужским потом, – продолжала жаловаться Ида, – Я уже начинаю скучать по крепким стенам. Скорее бы уже захватили какой-нибудь крупный замок, и мы бы устроились.

– Не думаю, что это получится так уж скоро, – сказала я.

Она покивала.

– Мой город сдался без боя, а вот соседний осаждали год.

Неожиданное признание повисло в воздухе. Я не стала ничего спрашивать.

– Ты не слышала, когда будет настоящий штурм? – Ида протянула мне лакомство, – Попробуй, очень нежное.

– Нет, я ничего не знаю, – Я покачала головой, отказываясь от лакомства.

Тролльчанка вздохнула и закатила глаза, но потом смягчилась.

– Но в ожидании есть своя прелесть. Китан весь в моем распоряжении.

Она усмехнулась.

– Представь, он ведёт себя, как юноша, впервые вкусивший страсть. Опасность явно горячит его кровь.

Я не сдержала улыбку.

Ида стала серьезной и наклонилась вперед:

– Ты слышала, что произошло? Люди напали на наших поселенцев. Говорят, убили всю семью, а дочку так и не нашли. – Она прижала руки к груди, – Как подумаю о бедняжке, кровь стынет в жилах. Я бы лучше умерла на месте…

Мне еще не удалось развить столь избирательную слепоту, но я понимала, что люди будут обращаться с захваченными тролльчанками ничуть не лучше троллей с человечками.

В полумраке шатра глаза Идыярко блестели.

– Нет аппетита? – спросила она, – Неужели так и не соблазнишься?

По ее губам скользнула тонкая понимающая улыбка.

Я сделала меленький глоток воды.

– Удержусь, – ответила я.

Ида кинула печенье Туману. Щелкнула зубастая пасть, казалось, что чудовище улыбается.

Тролльчанка рассмеялась.

– Какой же он славный! Вот! Возьми!

После того, как я поговорила с Идой, мы с Гитте двинулись обратно, петляя между шатрами. Лагерь притих, но продолжал жить своей жизнью: дым костров стлался по земле, стучали котлы, редкие голоса переругивающихся троллей звучали глухо, как под водой. Мои шаги были неспешны, как положено яло эманта.

Гитте молча шла рядом, но когда мы свернули на боковую аллею, она вдруг осторожно взяла меня под руку.

– Ида догадывается, – сказала ведьма негромко. Голос был спокойным, почти ласковым, но в нем звенела уверенность, – Признаки становятся все заметнее.

Я глубоко вздохнула, стиснув зубы. Слова застряли в горле. Не было нужды спрашивать, о чём речь.

Лягушка Гитте подтвердила, что я беременна.

– Ты же понимаешь, – продолжила Гитте, – у тебя почти не осталось времени. Ты должна решить сегодня.

Мой взгляд метнулся вбок. Между палатками была видна наша «площадь правосудия», на которой стояла виселица. Совсем недавно с нее сняли тело, казненного мага.

Ребёнок. Разве стоит приводить его в этот мир?

– Хорошо, – сказала я после паузы.– Сегодня. Приготовь зелье.


***

Мертвячка бросила взгляд с холма на поле и деревню, там точно суетливые муравьи сновали люди и все это под аккомпанемент молотков, пил. Возводили стены и укрепления, копались рвы.

Рядом с мертвячкой на поводках сидели обращенные, которых я называла «псами». Их черные глаза слезились кровью из-за солнечного света, но тварям приходилось терпеть. Они временами поскуливали.

К мертвячке подошел один из красных магов. Он не выглядел одурманенным. Взгляд его темных глаз был цепким и ярким.

– Работы идут. Не так быстро, как хотелось бы, – доложил он.

Она нахмурилась.

– Найдите еще людей, – небрежно бросила мертвячка.

– Не слишком ли, госпожа? Я имею ввиду. Они крестьяне. Зачем им такие крепкие дома? Тем более есть замок. И в случае нападения, хамы могут укрыться за стенами.

– О, скоро понадобятся. Рачительный хозяин не хочет, чтобы его скот, растащили. Так ведь?

– Все так, – подтвердил маг, – Но я не вполне понимаю…

– Увидишь. Скоро.

Он почтительно поклонился.

– Там еще прибыли беглецы.

– Прекрасно. Их накормили?

– Да. Все, как вы приказали. С ними хозяйка Ингар.

– Хорошо, – мертвячка рассеянно коснулась головы ближайшего «пса» и погладила.

Красный маг еще немного помялся.

– Люди рассказывают, что они бежали от варваров из Даригона. Они могут пройти через ваши земли… И я подумал, что не лишним было бы разведать.

Мертвячка повернулась к нему, как будто увидела говорящее животное. В ее красных глазах блеснули искорки веселья.

– И очень хорошо. Пусть приходят. Мы рады всем людям.

***

Рев чудовищ заставил меня вздрогнуть.

– Что происходит?

– Ах, тайрис, ты опять смотрела в будущее! Но теперь лучше вернуться в палатку.

Гитте настойчиво схватила меня за руку и потянула за собой.

– Штурм начался?

– Не знаю.

Мы почти бежали.

Вокруг нас сновали тролли, и мы старались не попадаться им на пути. Йотуна не было в шатре.

Воздух сотрясали рев чудовищ и крики.

Люди, которых тролли согнали на работы, разбегались в поисках укрытия. Туман льнул к стенам, как будто хотел просочится внутрь сквозь камни. Защитники на стенах посылали заклинания, стараясь достать своих врагов.

– Похоже, что да… тролли напали, – без особенной уверенности сообщила я Гитте.

– Хорошо, – откликнулась она, – Мы сможем заняться нашими делами. Хозяин Йотун будет занят.

Она принялась раздувать огонь, в сложенном из камней, очаге, деловито греметь тиглем и склянками, бормоча под нос заклинания и призывая удачу.

– Они же обычно нападают ночью, – наблюдая за уверенными движениями Гитте, сказала я.

Ведьма бросила на дно котелка щепотку черного порошка. Запах разогревшего металла и крови наполнил воздух.

– Судьба. Сегодня благоприятный день. Видишь, как удачно все складывается.

Она ободряюще улыбнулась.

Вряд ли люди, находящиеся в крепости согласились бы с Гитте. Да и я не могла.

– Долго зелье будет готовиться? – деловито спросила я.

Гитте покачала головой и принялась быстро измельчать какой-то сухой корень.

Я отвернулась, стараясь отвлечься от того, что она делала.

И все-таки странно, что штурм крепости начался так внезапно. Когда я уходила из палатки, ни Йотун ни другие тролли не выглядели так, что собирались ринуться в бой.

Насколько я поняла по их разговоров, они собирались и дальше изматывать магов ночными атаками и вдруг прямой штурм. Да еще и днем.

Йотун находился среди других троллей и раздавал приказы. Поглощенный этим делом, он не замечал моего присутствия.

Как я узнала позднее, одна из тварей внезапно вырвалась из под контроля своего погонщика и бросилось на стену. Среди бела дня. Она лезла, цепляясь за промежутки между камнями. Человеческие маги то ли испугались, то ли были недостаточно опытны, но они не смогли сбросить ее со стены. И она пробралась. Перебросила свое гибкое тело через парапет и настигла человека.

Прежде чем подоспело подкрепление и чудовище убили; стоны, рык, крики раззадорили других тварей, и они, обезумев от запаха крови, бросились на стену без всякого приказа. Ощетинившиеся когтями и клыками монстры разрушили первый пост.

Тролли решили воспользоваться ситуацией и также ринулись в атаку.

– Мальта.

Я моргнула, приходя в себя. Отчаянные крики снаружи становились громче. Теперь я не видела битву, но слышала ее во всей полноте. Земля дрожала от гулких ударов – тролли выламывали ворота. Снова и снова разносился боевой клич, но слова были едва различимы. По-волчьи выли сигнальные трубы, направляя чудовищ.

Гитте стояла рядом. Она протягивала мне чашу, наполненную до краев тягучей темной жидкостью.

– До дна. Надо выпить.

Дрожащими руками я приняла зелье.

Я поднесла чашу к губам. В нос ударил слабый гнилостный запах.

– Все закончится быстро, – сказала Гитте, – Никто ничего не узнает. Как будто ничего и не было.

Эти слова превратились в своего рода заклинание, так часто она их повторяла.

Я вздохнула, и уставилась на зелье, теперь оно казалось черным, точно смола. Ладони стали холодными.

Гитте отошла от меня и села в углу, ее лице было в тени, но я чувствовала ее изучающий взгляд.

Она сделала свое дело и больше не могла мне помочь. Ведьма хранила молчание и ждала, предоставляя мне свободу.

Губы пересохли, язык прилип к небу. Все было так ясно, но почему-то я медлила.

Особенно сильный и близкий рык чудовища разволновал Тумана, он привалился мохнатым боком к моей ноге и стал тихонечко подвывал.

Я прислушалась к дальнему грохоту битвы. А потом поняла, что должна увидеть.

***

Тролли уже прорывались сквозь пролом в воротах. Окутанные туманом и дымом, в одинаковых доспехах, серокожие, с искаженными яростью и каким-то странным восторгом лицами – все они выглядели похожим точно братья – и очень мало походили на людей, скорее злобных призраков, вырвавшихся из мира теней.

Туман то и дело прошивали вспышки боевых заклинаний. Люди пытались удержать, рассыпающуюся оборону.

Маги посылали в чудовищ зеленоватый огонь, но те уворачивались и бежали вперед. Даже если какая-то тварь с визгом умирала, то ее место занимала другая: еще проворнее и ловчее. И когда им удавалось подобраться к человеку достаточно близко – спасения не было.

Зеленоглазая магичка погибла, пронзенная костяным наростом. Ее рот открылся в беззвучном крике. Тварь ленивым движением стряхнуло тело в сторону и щелкнула челюстями, роняя на камни длинные нити слюны.

Люди отступали под натиском туманов, чудовищ и воинов, оставляя площадь, обагренную кровью защитников.

Кровь! Она была повсюду: бежала тонкими струйками и собиралась в большие, скользкие лужи.

Среди всего этого ужаса я увидела Йотуна. Высокий, красивый в своих ладно сидящих доспехах, он двигался легко и свободно. В одной руке тролль сжимал меч, в другой – магический хлыст. Мне приходилось видеть, как Йотун сражался на дуэлях, но только теперь в пылу сражения, стало понятно, почему он был Тенью короля.

Йотун нес смерть своим врагам с легкостью, граничащей с изяществом. Он прокладывал себе путь к главной башне. Одно точное заклинание – и щит мага распался гаснущими искрами, удар – и безжизненное тело упало к его ногам. Когда седой чернокнижник бросился наперерез и попытался его остановить, свистнул хлыст, прорезав воздух и врезаясь в плоть.

Вскрик.

Чернокнижник схватился за лицо, где теперь зияла сплошная рана. Завершая начатое, Йотун вонзил клинок человеку в живот…

Совсем молодой маг с растрепанными светлыми волосами, едва держался на ногах у основания лестницы. Почему он не укрылся с остальными? Зачем он…

Йотун подошёл – неторопливо. Лицо парня исказилось страхом, в отчаянной попытке спастись он попытался сотворить щит – и тот дрогнул, рассыпался, прежде чем Йотун поднял хлыст.

Я думала, тролль пощадит его. Чернокнижник явно совсем недавно покинул одну из Башен. Всего один удар – и юноша упал, захлебнувшись собственной кровью.

Я не знала его имени. Я не знала ни одного из тех, кто умирал на моих глазах. Но от этого не было легче.

Йотун повернул голову и посмотрел прямо на меня. Но не знаю, понял ли он, что я наблюдаю. Свет падал ему на лицо, выделяя заостренное ухо и брызги чужой крови на светло-серой коже.

Потом он пошёл дальше. Забирать следующую жизнь. И еще.

Не знаю, сколько продолжалась битва. Несколько часов. Последние оставшиеся в живых человеческие маги оставались в Башне. Но тролли не торопились.

Пока одни маги отдыхали от кровопролития, другие прочесывали все закоулки цитадели, внутренние дворы, сады, конюшни и кухни. Раненных добивали без всякой жалости. Некоторых выживших людей сгоняли на маленькие площади и заковывали в цепи или связывали.

Никто из погонщиков не одергивал чудовищ, которые терзали тела, насыщаясь человечиной.

Йотун поглядывал на башню, к нему подошел Гельд, как и прочие тролли он был забрызган с кровью с головы до ног, красные волосы липли к вспотевшему лбу. Они обменялись с Йотуном парой фраз после чего, оба рассмеялись.

***

Я все еще сидела в палатке, сжимая в ладонях чашу с зельем.

– Гитте, – позвала я, – Они захватили крепость. Все почти кончено.

Слова пропали впустую: тролльчанки не было в палатке. Я была предоставлена самой себе.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю