Текст книги "Ненужная жена, или Развод по-королевски (СИ)"

Автор книги: Ани Марика

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Глава 20

Глава 20

На балконах нависшей и заброшенной цитадели появляются силуэты в тёмных мантиях с глубокими капюшонами. Эти же фигуры выходят и с другого края моста. В их руках разгораются сферы багрового и зелёного пламени.

– Не бойся, ладно? – шепчет Люциус, касаясь губами виска и передавая поводья от нашей повозки.

– Ничего обещать не могу, – бормочу, стискивая ремни.

– Мы справимся с ними, – обещает эльф, перехватив пальцами подбородок, поворачивает мою голову, заставляя посмотреть на себя. – Я не позволю им тронуть тебя. Веришь?

Неуверенно киваю. Люций коротко улыбается лишь уголками губ. Оставляет быстрый поцелуй на губах и поднимается. За этот короткий миг нашего диалога Эдриан уже отъехал чуть дальше и обнажил меч. Люций быстро запрыгивает на своего пегаса и тоже вытягивает клинок.

– Сдавайтесь, Ваши Высочества! – гремит глухой, почти безжизненный голос и эхом отдаёт со всех сторон.

– Это вряд ли, – фыркает Морт и весь аккумулирует чернильно-чёрный дым, что обволакивает его и коня.

Воздух вокруг моста пропитывается смрадом разложения и ледяным холодом, аж пальцы немеют. Из самой пропасти, из этого тумана со скрежетом медленно появляются мертвецы. Зомби с облезлой, пожелтевшей кожей. Скелеты в истлевших обрывках ветоши. Они цепляются костлявыми пальцами за каменные выступы и ползут по стене наверх. Один из таких зомби-мутантов хватается за деревянную балку моста и, издавая противный сухой треск, переваливается через перила. Его пустые глазницы светятся ядовито-зелёным огнём. И будто бы смотрят прямо на меня.

Сглотнув, вжимаюсь сильнее в спинку повозки. Люциус и Эдриан пока ничего не делают. Но закрывают живой стеной от происходящего, как могут. Я вижу, как они напряжены и собраны. Плечом к плечу сидят на конях. Переглядываются, молчаливо общаясь, кивают. Сплочённые, собранные, единые.

Люциус легким взмахом клинка вышвыривает первое умертвие, подошедшее слишком близко, обратно в пропасть. И это становится неким спусковым крючком. Потому что остальные зомби с хриплым нечеловеческим воем бросаются на принцев. Эдриан с грацией хищника выпрыгивает вперёд.

– Оседлай Сумрака! – бросает он и, оставляя магические росчерки, ныряет в гущу зомби-мутантов.

Конь Эдриана пятится. Быстро перебираюсь к нему на спину.

– Всё будет хорошо, – слышу голос эльфа, прежде чем конь срывается на быстрый бег.

Бросаю взгляд на Люциуса, он светом бьёт прямо по мосту, сбрасывая часть умертвий, чтобы открыть мне проход. Сумрак громко ржёт и разбегается. Впереди, в конце этого моста, стоят несколько мужчин в мантиях, из всех выделяется один. В чёрной мантии с короной на голове. Высокий, широкоплечий. Наши взгляды встречаются, я словно в саму бездну бушующего хаоса смотрю. А вот он удивлён и бровь выгибает, хоть и выглядит ужасно суровым.

Сумрак перепрыгивает эту делегацию с лёгкостью и продолжает бег. Оборачиваюсь и дёргаю за поводья, тормозя коня. Он громко и недовольно ржёт, но останавливается.

Стоящие мужчины в чёрном поворачиваются. И король. Тот, что в короне, безэмоционально-холодно и цепко смотрит на меня. Он может меня догнать. Расстояние между нами метров пять, не больше. Но вместо этого он покрывается чёрной дымкой и исчезает. За ним по одному пропадают остальные, открывая мне вид на мост.

Я с ужасом смотрю на полчища умертвий, что лезут, карабкаются друг по другу, словно голодные крысы. Их ногти царапают настил, и мост опасно кренится под их весом. А в центре этого моста вспыхивает чёрно-белый свет, и сквозь неестественные хрипы доносится звон металла.

– Скачи к ним, Сумрак, – велю, разворачивая коня.

Тот мотает мордой и нехотя подчиняется. Разбегается, прыгает через ползающих умертвий и приземляется аккурат прямо перед мужьями.

– Ты что тут делаешь? – вопрошает Эдриан, перехватывая за уздцы, отшвыривая магией очередное скопление зомби и запрыгивая за спину.

– Спасаю вас, – нервно хмыкаю и тянусь к Люциусу.

Эльф переплетает наши пальцы. Свободной рукой вытягиваю висящий на шее кулон и сжимаю в кулаке. Сильно зажмурившись, прошу переместить нас куда угодно. В любой уголок в этой новой вселенной. Можно даже в лес.

Перед глазами появляется образ величественных гор и храма. Я никогда там не была, но, кажется, уже видела. Из моего запястья вырывается голубоватый луч, закрывая барьером нашу троицу. Мост не выдерживает веса и бойни. Деревянные поручни с треском ломаются, а канаты рвутся.

Мир начинает выворачиваться наизнанку. Мы падаем в бездну, но в то же время всё вокруг сжимается в тиски. Словно пропасть сужается. Звуки битвы – этот невыносимый скрежет, стоны – и зловонное дыхание резко обрываются, сменяясь абсолютной, звенящей тишиной.

Резкий рывок – я вскрикиваю и, вылетев из седла, падаю на твёрдую поверхность. Больно, но не так, как думала. Словно просто с коня упала. Лежу несколько минут, дыхание восстанавливаю, сердце с пяток соскребаю и желудок из горла, так как тошнит ужасно.

Глубоко вдохнув, понимаю, что мы выбрались, так как вместо всякой гнили пахнет свежестью. Морозный воздух настолько чистый, аж лёгкие обжигает.

Распахиваю веки, жадно глотая желанный кислород, и таращусь на голубое, безоблачное небо.

– Как у тебя это получилось? – слышу голос слева, поворачиваю голову.

Рядом лежит Люциус и, как и я, таращится на небо. Поворачиваю голову направо, там Эдриан также лежит и удивлённо смотрит наверх.

– Это артефакт. Морт же сам сказал: он перенесёт и спасёт, нужно только подумать о месте, куда хочется.

– Да, но у Храма Судеб искажаются магические потоки, – отвечает Эдриан и, резко сев, переводит взгляд на меня.

Пожимаю плечами и осматриваюсь. Мы лежим у самого подножия исполинской горы. Прямо перед нами вверх уходит лестница, ступени которой вырублены прямо в горе и теряются в вышине. Похоже, осталось преодолеть эти бесконечные ступени, и мы, наконец, доберёмся до нужного храма. А там и развод не за горами… Глупая шутка.

Глава 21

Глава 21

Мышцы ног окаменели, каждый вдох даётся с трудом. Всё тело ноет, и пот градом льётся по коже. Я тяжело вдыхаю разряженный горный воздух и останавливаюсь на предпоследней ступеньке. Эдриан с Люциусом тоже тормозят, и оба два приобнимают, даруя опору.

Мы целую вечность поднимались к этому храму. Тысяча ступеней, а возможно, даже и больше, высеченные в этой горе, слились для меня в бесконечную серую ленту. Колени дрожат, дыхание сбито. Я бы рухнула ещё на середине пути, но мужья по очереди несли меня на спине.

– Последняя ступень, малыш, – подбадривает Люций.

Мы синхронно её преодолеваем и выпрямляемся перед распахнутыми настежь коваными воротами. Я замираю, практически не дышу и поднимаю глаза, разглядывая монументальное строение.

Храм Судеб выглядит пугающе величественным и незыблемым. Стены из белого, почти прозрачного мрамора будто светятся изнутри, отражая холодный горный свет. Огромные резные колонны теряются в тяжёлых тучах, будто поддерживают само небо. Портик украшен барельефами с каменными лицами живших в древности существ. Тысячи глаз этих лиц смотрят на нас с немым укором.

Воздух здесь тоже другой. Густой и разряженный. Кажется, даже само пространство искажено. Время словно замедляется, становясь вязким, как мёд. Вокруг нет ни птиц, ни ветра. Абсолютная, почти давящая тишина, нарушаемая лишь нашим сбившимся дыханием.

На чёрных воротах выгравированы символы, которые при попадании солнечных лучей меняют очертания и вспыхивают.

Мой осмотр отвлекают вышедшие из храма люди. Встрепенувшись, перевожу на них взгляд, и всё нутро холодеет. На широком, залитом неестественным белым светом крыльце останавливаются трое.

Сглотнув, неосознанно переплетаю пальцы с принцами. Мужчины ближе подбираются, с двух сторон окружают, даруя чувство безопасности и сплочённости.

– Кажется, это наши финальные боссы, – со смешком выдаю я и медленно иду вперёд.

Мой отец – центральная фигура этой тройки. Копна рыжих волос волнами ниспадает на его могучие, богатырские плечи. Брови сведены на переносице. Пальцы сжаты в кулаки. На голове корона блестит. И весь он излучает суровую власть.

Мужчина в чёрной мантии, тоже с короной, только из чёрного металла. Он высокий, широкоплечий и высокомерный. Смотрит на нас с холодной отчуждённостью. Его я видела в том ущелье. Он натравил на нас умертвий. Сразу определяю, что это отец Эдриана. По взгляду или энергетике. Они не похожи внешне, но нечто незримое их объединяет.

Перевожу взгляд на третьего мужчину. Эльфа в белоснежной одежде и в белоснежной накидке. Отец Люциуса. Вот они очень похожи. Только король Элизиана надменен и безэмоционален.

– Вы зря приехали. Всё кончено! – выплёвывает Эдриан, стискивая сильнее мои пальцы.

– Вы на священных землях и не посмеете нас остановить! – тоже жёстко чеканит Люциус.

– Здравствуйте, – не так уверенно лепечу, остановившись в полуметре.

– Дочка, – устало вздыхает рыжий король и, преодолев две ступеньки, разделяющие нас, крепко обнимает.

Удивлённо застываю и просто жду, когда этот акт родительской нежности завершится. Не обнимаю ответно. Я злюсь на отца. И обижена. И вообще не считаю его родственником. Особенно после нападения и стрелы в бедре.

Наконец папа отлипает от меня и шагает обратно к компании королей.

– Удивительное единодушие и упрямство, – холодно замечает отец Люциуса. – После всего что вы прошли, вы готовы расторгнуть ваш брак?

Оба мужа переглядываются. Бросаю взгляд сначала на Эдриана, потом на Люциуса. Чего они молчат? Боятся обидеть? Или отцовского гнева испугались?

– Поэтому мы всё это и прошли, разве нет? – говорю за всех, раздражённо выпутав пальцы из их ладоней.

Поправив сумку на плече, уверенно преодолеваю расстояние и, обогнув оставшихся мужчин, захожу в светлое и прохладное помещение.

Меня окутывает небывалой лёгкостью, нечто магическое и волшебное омывает все ноющие мышцы, остужает кожу. Словно бы забирает усталость, напряжение и боль. Делаю глубокий вдох и верчусь, разглядывая картины на куполообразной крыше. Прикрываю глаза, ощущая себя в давно забытом месте. Словно я, наконец, после долгого путешествия вернулась домой.

Рассматриваю каменные лица, вырезанные на обсидиановой стене. Выражения лиц самые разнообразные: от улыбающихся и плачущих до злых и скорбных. Все оттенки человеческих чувств и эмоций отражены на этой стене.

Медленно иду через проход к украшенному свечами алтарю и горящему над ним золотому пергаменту. Добравшись, задираю голову и читаю своё имя, написанное золотыми чернилами между именами Эдриана и Люциуса. Это, что ли, свидетельство о браке такое уникальное?

– Амира, – зовёт Люций.

Вздрогнув, оборачиваюсь. Оба мужа медленно идут ко мне, а вот правители остановились у прохода и не торопятся прервать нас. Неужели смирились? С трудом верится.

– Что нужно делать? Где-то подпись поставить? – спрашиваю, переводя взгляд с одного мужа на другого.

– Ты вправду этого хочешь? – интересуется Эдриан.

– А ты внезапно передумал? – бровь выгибаю.

Морт бросает взгляд на Люциуса. Эльф тоже не торопится отвечать. Раздражённо цокнув, отворачиваюсь. Больше не ожидая действий, подпрыгиваю и хватаю горящий пергамент. Стоит моим пальцам коснуться золотой бумаги, пламя сразу же затухает и чернила становятся чёрными.

– Стой, Мира, – накрывает мою ладонь Люций. – Возможно, ты и я…

– Ты совсем умом тронулся! – рявкает Эдриан и дёргает меня на себя. – Расторгни брак с Люциусом…

– Что ты ей можешь дать, Морт?! – перебивает эльф.

– А ты?! Твоя Даринэль тебя заждалась, Люций!

Они начинают спорить. А к нам выходит откуда-то сбоку древний старец в белоснежной тоге и с посохом.

– Вы такие идиоты, – выдыхаю, прекращая мужской спор, и смотрю на подошедшего жреца.

Он ничего не говорит, лишь смотрит с неким пониманием и сочувствием. Показывает глазами на пергамент в моих руках. И знание приходит само. Я решительно разрываю на две части бумагу. Чернила с нашими именами вспыхивают и искорками разлетаются в разные стороны.

Эдриан и Люциус подскакивают ко мне и возмущённо таращатся на два клочка пергамента в моих пальцах. Для надёжности рву ещё на одну часть. Развернувшись, комкаю в руках наше «свидетельство» и прижимаю пергамент к груди мужей.

– Вот и всё. Прощайте, – глухо выдыхаю и отступаю.

– Мира…

– Амира, постой!

Мужчины пытаются схватить за руки, уворачиваюсь и, сжав кулон, закрываю глаза. Я представляю себе опушку леса. То место, где мы с Эдрианом прятались, а Люциус меня лечил. По глазам бьёт свет, и голоса принцев пропадают.

Ветер треплет волосы. Слух улавливает пение птиц и шелест листьев. Я глубоко дышу, наполняя лёгкие влажным воздухом с примесью цветов и травы. Открываю глаза и смотрю на раскинувшийся впереди город. Незнакомый, но свободный от трёх королевств.

Глава 22

Глава 22

Люциус Райгар

– Глупцы, – философски изрекает правитель Даркхолда и выходит.

За ним уходит король Авалора и мой отец. Мы с Эдрианом остаёмся совершенно одни в центре пустого Храма Судеб. Я до сих пор не верю, что она просто ушла. Вот так легко взяла и исчезла. Переместилась… Домой?

– И это всё? – перевожу взгляд на замершего Морта. – Мы больше не связаны?

– Да, ты получил всё, что хотел, – выплёвывает он.

– И ты тоже, Эд. Мы оба этого хотели, – замечаю я.

– Отлично. Счастливо оставаться. Очень надеюсь, я твою рожу больше никогда не увижу, – бывший побратим сжигает в кулаке остатки золотого пергамента и, круто развернувшись, выходит из храма.

Перевожу взгляд на алтарь. Медленно осматриваю каменные лица божественных сущностей. Пытаюсь разобраться в себе, потому что я не чувствую удовлетворения от совершённого нами расторжения. Только пустоту. Глухую и холодную.

Шумно выдохнув, покидаю храм последним. Королей уже нет, Морт спускается по ступеням быстро. Следую за ним. Нужно забрать Светоча и возвращаться домой. Возвращаться в свою прежнюю жизнь и готовиться к предстоящей коронации.

До пасущихся коней мы с Эдрианом идём молча. Даже не смотрим друг на друга. Запрыгнув на своего Сумрака, бывший побратим аккумулирует свою тьму и исчезает. Наши пути окончательно разошлись. Редкие встречи по протоколу на общих всемирных съездах и праздниках – это единственное, что будет нас объединять.

Всё правильно.

Мы сделали всё правильно.

Я не пользуюсь магией. В кои-то веки мне хочется проехаться никуда не спеша. Вывожу коня на тракт и отпускаю в неспешный шаг. Светоч фыркает и плетётся. Закатное красное солнце медленно уплывает за горизонт. Я вспоминаю её волосы, такие же, как и это солнце. Улыбаюсь сам себе, неосознанно возвращаясь к нашему недолгому путешествию.

Мира оказалась не такой, как я себе представлял. Совершенно колючая, закрытая и упрямая. Но в то же время она добрая, заботливая… местами. И ранимая. Хоть и старается показаться сильной. Она исключительная. Таких, как Мира, больше нет в нашем мире.

Она очаровала меня, надо это признать. На скорости впечаталась и навсегда оставила свой след. Без неё всё меркнет, краски тускнеют. И я уже скучаю по её смеху, колкому языку, взгляду изумрудных глаз. Даже по запаху, по теплу тела. Как она доверчиво прижималась к груди.

А наш поцелуй. Пекло, какой это был поцелуй.

Останавливаю коня, провожая последние лучи уходящего солнца. И, прикрыв глаза, открываю брешь, чтобы переместиться домой.

– Мой принц, вы вернулись! – стоит мне спрыгнуть с пегаса, как ко мне несётся Даринэль. Её белокурые локоны подпрыгивают в такт бегу, улыбка сверкает широко и глаза горят. Она останавливается рядом, видя мою отстранённость. Делает красивый реверанс и протягивает руки: – Добро пожаловать домой.

– Приветствую, Даринэль, – сухо киваю, сжимая сильнее уздцы коня.

– Вы уже развелись? Вас можно поздравить? – светится ярче девушка.

– Да, я... Отложим разговор до ужина, – отдав пегаса в руки вышедшего лакея, удаляюсь во дворец.

– Его Величество хочет вас видеть, – останавливает меня наш дворецкий.

Тяжко вздохнув, разворачиваюсь и иду в кабинет к отцу.

– Доволен? – спрашивает папа, как только я закрываю за собой дверь и оказываюсь в светлом помещении. – Ты получил то, что хотел?

– Из-за тебя пострадала Мира. Ни тебе меня отчитывать! – завожусь, сжимая кулаки. – Твои гвардейцы ранили её!

– Но ты вылечил принцессу. Не вижу проблемы.

– А если бы я не успел? Или стрела задела более важные органы. Она могла истечь кровью и погибнуть! Чем ты думал?!

– Я знал, что ты успеешь, – флегматично отмахивается отец. – Ты не ответил на вопрос. Как тебе быть свободным и независимым? Мне готовиться к передаче власти?

– Знаешь что… Оставь себе корону, – огрызаюсь я и, круто развернувшись, выхожу из кабинета.

Остановившись в холле, осматриваю свой дворец. За окном в саду гуляет Даринэль с подругами. Смех эльфиек звонким переливом доносится до моих ушей. В воздухе витают лёгкие запахи цветов. Перевожу взгляд на стоящего чуть в стороне дворецкого. Он ждёт распоряжений.

Я дома. Рядом мои близкие. Только её нет. И без моей жены мне не нужна корона. Вот это я отчётливо понимаю. Спешно выхожу из дворца.

– Ларинтиэль, приведи моего пегаса! – приказываю я, остановившись у крыльца.

– Мой принц! – опять окликает Даринэль.

Оттолкнувшись, иду к ней. Девушка отделяется от подруг и подходит ближе.

– Боюсь, я зря давал тебе надежду, Дари. Между нами ничего не может быть.

– Что? Но… почему?! Я сделала что-то не так? – лепечет она, смотря большими удивлёнными глазами.

– Я женат. И мой брак нерушим.

– Но вы говорили…

– Я ошибался. Я никогда не разведусь со своей женой, – бросаю на ходу и, перехватив поводья от уставшего Светоча, запрыгиваю в седло. – Ты замечательная девушка, Даринэль. И обязательно найдёшь достойного. Но, увы, это не я. Прощай.

Оставив эльфийку в замешательстве, быстро направляю коня по дорожке. Похлопываю по холке. Он устал и недоволен, что его опять тревожат.

– Полетели в Авалор, Светоч. Давай вернём мою жену, – шепчу я.

Пегас громко ржёт, переходит на бег и, расправив крылья, взлетает.

До Авалора я добираюсь за два дня с небольшими остановками. Я упрямо не пользуюсь магией перемещения. Хочу дать нам время. Возможно, в пути меня подотпустит эта тяга к бывшей жене. Возможно, Мира – всего лишь наваждение, некая одержимость. Остаточный эффект от двадцатилетней незримой связи.

Добиваюсь только одного. Я скучаю по ней. По своей строптивой, несговорчивой, безумно привлекательной и преданной жене.

За весь наш недолгий путь она не бросила нас. Не сбежала, когда появились трудности. Даже там, на мосту у ущелья. Мира вернулась. Не задумываясь, развернула коня и пришла прямо в гущу умертвий. Хотя очень боялась.

Решительная, смелая, несгибаемая.

Я глупец, что позволил ей разорвать наши узы. Но больше не допущу таких ошибок. Не дам ей шанса. Завоюю. Докажу. И не отступлю.

Столица людского королевства встречает меня тишиной. Нет никаких празднеств в честь найденной принцессы. У заставы не висят знамёна принцессы. Глашатаи не зазывают на народные гуляния. Словно ничего не произошло. И душу охватывает дурное предчувствие.

Направляю коня прямо ко дворцу. И там знамёна спущены. Ворота закрыты. При виде меня постовые нехотя открывают одну часть ворот. Спешившись, передаю пегаса вышедшему конюху. И захожу в светлый холл пустого дворца.

– Его Величество отсутствуют, – говорит дворецкий.

– Надолго? – интересуюсь я, бросая взгляд на спускающуюся Жоржетту. Эльфийка чопорно поджимает губы и враждебно осматривает меня.

– Боюсь, я не обладаю этой информацией, – отвечает дворецкий.

– А Её Высочество? Я могу повидать принцессу?

– Не можешь, Люциус, – встревает женщина и жестом отсылает слугу.

– Это личное желание Амиры или вы так решили? – выгибаю бровь, встречая с холодом её взгляд.

– Тебя это уже не должно касаться. Ты развёлся с моей внучкой и потерял право заходить сюда без приглашения. Покинь мой дом, пока я не вызвала стражей, – зло чеканит Жоржетта.

– Я принц дружественного королевства, – замечаю укоризненно. – И я хотел бы переговорить с Амирой.

– Её нет здесь, Люций, – перебивает она. – Она исчезла.

– Как? Она же… Переместилась из храма. Она должна была вернуться домой, к родным.

– Полагаю, для Амиры мы чужие, – грустно вздыхает эльфийка. – Я всего лишь хотела дать ей лучшую, свободную от условностей и правил жизнь.

– Для этого не обязательно было выбрасывать её в другой мир, Жоржетта, – чеканю зло и, круто развернувшись, ухожу.

– Ты найдёшь Амиру? – останавливает прямо у порога женщина.

– Найду. Но если она не захочет возвращаться в Авилор, настаивать не стану.

– Скажи Амире, что Альберт не виноват. Вина только на мне. Он очень скучает и места себе не находит. Он её очень любит.

Промолчав, закрываю тяжёлую дверь за собой и иду к коню.

– Люций! – окликает тот, кого я совершенно точно не ожидал услышать. Оборачиваюсь и смотрю, как ко мне скачет Эдриан.