Текст книги "Ненужная жена, или Развод по-королевски (СИ)"

Автор книги: Ани Марика

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 37

Глава 37

– Её Высочество Амира! – торжественно представляет герольд, и огромный бальный зал затихает.

Гости расступаются, с любопытством оглядываются. Женщины приседают в реверансе, мужчины склоняют головы. Официанты с подносами растворяются за этой толпой.

Я медленно осматриваю помпезное помещение размером с футбольное поле. И с приклеенной неестественной улыбкой захожу в этот террариум из высшего общества.

Впереди на тронном пьедестале стоит отец и почему-то хмурится. Быстро сбегает по ступеням и подходит ко мне.

– Ты почему одна? – шепчет он, целуя в висок и даря свой локоть помощи.

– А с кем я должна быть? – удивляюсь постановке вопроса.

– Я думал, тебя проводят принцы, – ворчит король. – Знал бы, сам зашёл за тобой.

– Пошли они, эти принцы, – фыркаю злобно, продолжая держать дурацкую улыбку для общества.

– Они тебя обидели? – напрягается папа и брови кустистые сводит к переносице.

– Можно и так сказать, – отмахиваюсь, и мы останавливаемся у постамента.

– Прибью, – цедит сквозь зубы король, разворачивая к присутствующим.

– Я сама их прибью, как только увижу, – бурчу и перевожу взгляд вперёд.

Тут же натыкаюсь на двух обсуждаемых объектов и замираю, с жадностью осматривая их. Меня буквально отбрасывает в ту реальность, которую я увидела в зеркале утром.

Они одеты нарядно. Эдриан в чёрном сюртуке с эмблемами своей империи и ободком на голове из чёрного металла. Люций во всём белом с эмблемами Элизиана и тоже ободком на голове из белого металла. Правда, с одним отличием. В зеркальной реальности принцы были мрачны, и между ними буквально висели ненависть, раздражение и соперничество.

Настоящие же принцы стоят плечом к плечу, переговариваются между собой, подтрунивают, шутят и на меня смотрят слишком собственнически, жадно. Вон как улыбаются, гады. А Морт опять не отрывает глаз от моего декольте. Хам!

Пока я залипаю на своих бывших мужьях, папа-король красиво вещает о том, как счастлив разделить этот вечер с гостями и друзьями-правителями из соседних стран. Он, наконец, нашёл смысл жизни и дочь свою любимую.

Отвлекаюсь, только когда раздаются громкие аплодисменты и зычные выкрики:

– Да здравствуют король Альберт и принцесса Амира!

Встрепенувшись, опять цепляю улыбку и оглядываюсь на остальных присутствующих. Среди гостей узнаю отца Эдриана. Того, кто напустил на нас зомбиков и уничтожил мост. Мужчина приветственно кивает. Рядом с ним стоит и отец Люциуса. Эльф лишь глазами сверкает, ну прям как и его сынок.

– Потанцуешь со мной, дочка? – возвращает моё внимание папа.

– Конечно, – киваю с улыбкой.

Правда, танцевать я не умею. Пропустила сегодняшний урок. Я вообще почти до вечера из комнаты не выходила, переваривала увиденное. Я бы никогда не хотела быть столь пустой и глупой принцесской. И даже не представляла, что всё могло бы быть так. Хотя понимала, что всё зависит от воспитания и атмосферы. У меня на прежней земной работе была такая девушка. Дочь генерального директора и начальница логистики. Она упивалась своей властью и помыкала подчинёнными.

И я могла быть такой, если бы жила с золотой ложкой во рту? Сама себе отвечаю, что нет. Это не в моём характере. Но ведь я не знаю правду. Возможно, так и было бы.

В общем, бабка-то хорошенько встряхнула моё мировоззрение. Я частично поняла её мотивы, хоть и не простила.

– Где ты витаешь? – рокочет папа, провожая в центр бального зала.

– Я пропустила сегодняшний урок танцев, – отвечаю невпопад.

– Да, Салентино был очень возмущён, – усмехается король, притягивая ближе. – Твоя бабушка привезла этого мэтра из Замира. Нашла лучшего из лучших, а ты его проигнорировала.

– Надеюсь, он не сильно расстроился, – закатываю глаза и с первыми аккордами мелодии начинаю танец. Точнее, просто иду вслед за папой.

– Заявил, что хвоста его больше не будет в Авалоре, – хмыкает мужчина.

– Хвоста? – удивлённо переспрашиваю.

– Да, он наг.

На краткий миг я даже расстраиваюсь, что проигнорировала этого танцора. Нагов мне ещё не приходилось видеть в этом мире. Интересно, и как он должен был меня обучить танцам, если ног не имеет?

Мы кружимся с папой, обсуждаем гостей и совершенно никого не замечаем. Он смешит меня и сверкает синевой глаз. Совершенно здоровый, окрепший и даже без седых волос. Скорее всего, покрасил их как-то.

Как только танец завершается, папа провожает опять к пьедесталу. Чтобы толкнуть очередную речь и отпустить развлекаться.

– Ваше Величество, позвольте нам обратиться! – прерывает только открывшего рот батеньку Эдриан.

Двое бывших мужей почти синхронно шагают ближе к постаменту. Я физически чувствую, как напрягается отец. А гости прекращают шептаться и подбираются ближе.

– Обращайтесь, – величественно и удивительно спокойно отвечает Альберт.

– Я, Эдриан Мортимер, наследный принц Даркхолда, прошу руки и сердца вашей дочери, Её Высочества Амиры! – торжественно говорит мужчина, останавливаясь в двух шагах от нас.

– И я, Люциус Райгар, наследный принц Элизиана, тоже прошу руки и сердца вашей дочери, – говорит эльф, останавливаясь рядом с побратимом.

– Какое единодушие, – усмехается правитель, переводя хитрый взгляд на меня. – Что скажешь, дочка?

– Они опять ошиблись, – вздыхаю тихо, закатив глаза.

– Так подскажи им, – шепчет папа, склонившись к самому уху. Сразу же выпрямляется и уже обращается к ждущим принцам: – Я даю согласие на ваш союз. Но моего согласия недостаточно.

Морт и Люций тут же переводят взгляды на меня. Шагают ближе, а я теряю тепло родителя. Папа отходит в сторону к двум правителям. У-уу-у, предатель!

– Амира, мой свет, – начинает Люциус и вынимает из внутреннего кармана сюртука футляр, – окажи нам честь стать нашей женой.

Эдриан тоже вынимает футляр. Правда, обе коробочки вытянуты в длину, и вряд ли там кольцо.

– Думали, я не смогу отказать перед всеми? – шепчу я, теребя артефакт на шее.

– Малышка, – улыбается обаятельно Эдриан, – мы прошли долгий путь, чтобы понять, что наш мир был пуст без тебя. Выходи за нас.

– Нет, – припечатываю я и, сжав сильнее кулон, ярко свечу.

Обалдевшие, перекошенные от гнева лица принцев – последнее, что вижу перед собой. А их окрики заглушает многоголосый «Ах!» присутствующих.

Я перемещаюсь в лес. Прямо туда, где озеро, где поваленное дерево, потухший костёр и примятая после нас трава. В бальном платье, увешанная драгоценностями и на высоких каблуках. Просто идеальная жертва для разбойников. Дура дурой.

Правда, полянка встречает меня не тишиной и пустотой ночного леса. Первые, кого я замечаю, – это два пасущихся коня. Сумрак и Светоч размеренно жуют траву чуть в сторонке между деревьями и даже не реагируют на моё появление. Как я их ночью сразу увидела? Так тут светло. Очень.

Вся полянка усыпана свечами в небольших стеклянных сферах. Даже на ветках висят они. И вокруг всё в цветах. Как в той самой таверне. Огромные букеты расставлены, развешаны и разложены по всей свободной части поляны. В озере тоже плавают свечи в сферах. И у самого берега, прямо под раскидистым деревом, накрыто покрывало.

Иду туда и, вздрогнув, останавливаюсь. Передо мной из белого и тёмного света выходят эти гады.

– Ты был прав, – мрачно говорит Эдриан.

– Вы редкостные гады! – выпаливаю я.

– Что не так, Амира? – вопрошает Люций.

– Решили манипулировать мной! Думали, при гостях и ваших родителях я не смогу отказать вам? Хотели получить моё согласие…

– Мы так точно не думали, – перебивает Эдриан. – Наедине спросили, ты отказала.

– Да, и мы решили, что тебе важно соблюсти правила приличия, и обратились к твоему отцу. При всех, как подобает, – подхватывает Люциус.

– Что тебе ещё нужно, женщина?! – рявкает Морт.

– Романтики! – тоже повышаю голос.

– Вот такой?! – продолжает орать Эдриан, разводя руками.

– И признаний! – тоже не отстаю от него.

– Я люблю тебя! Ты и только ты нужна мне!

– Тогда почему ты кричишь на меня?! – огрызаюсь я.

– Потому что я испугался, – как-то быстро сдувается он. – Ты опять убежала! Одна и без меня!

– Хорошо, – быстро сдуваюсь и, облизнув губы, перевожу взгляд на Люциуса.

– Я тоже тебя люблю, – улыбается эльф. – И если вы закончили ссориться, вернёмся к вопросу. Что не так, Амира? Как нам доказать, что мы искренне хотим связать наши судьбы с тобой?

– Я тоже вас, кажется, люблю…

– Что, прости? Говори увереннее.

– Заткнись, Морт! – гаркаем мы с Люцием.

– Жоржетта показала мне кое-что. Показала то, во что мог превратиться наш брак. И я боюсь, что мы спешим. Вдруг завтра вы возненавидите меня и уничтожите три королевства от ненависти ко мне?

– Этого не будет, – фыркает Эдриан.

– Ты этого не знаешь, – укоризненно качаю головой и, сама себе противореча, шагаю ближе, чтобы обнять. Тёмный принц тяжко вздыхает и сильно стискивает.

– Мы можем узнать, что нас ждёт в Храме судеб, – останавливает эльф. – Мы можем заключить брак и попросить Верховного посмотреть наше будущее.

– И если всё окажется ужасным, расторгнем? Опять? – отрываю голову от груди бывшего и смотрю на Люциуса.

– Нет, попробуем изменить эту судьбу, – улыбается светлый принц и притягивает к себе. – Но я просто уверен, что наш брак будет самым прекрасным союзом трёх.

Эдриан соглашается и кивает. Достаёт вновь футляр и опускается на одно колено. Удивлённо отстраняюсь. Люциус тоже встаёт на одно колено, вынимая свою коробочку.

– Ты самая вредная, упрямая, несговорчивая и капризная девушка в мире, – бурчит Эдриан. – И я тебя люблю. Я буду тебя любить, даже когда ты будешь драться со мной и кричать на меня. Буду любить, даже если ты будешь убегать от меня. Я буду догонять тебя. Я буду вечно преследовать…

– Маньяк, – вставляю тихо.

– И даже когда ты меня перебиваешь, я люблю тебя, – дополняет он, убийственно смотря снизу вверх.

– А ещё ты самая смелая, добрая, храбрая, преданная и честная девушка, – подхватывает Люциус. – Ты очень красивая, страстная, ласковая и ранимая…

– Да, ты такая, – хмыкает Эдриан. – Ты выйдешь за нас замуж? И только посмей потянуться к артефакту.

– Угрожаешь? – машинально кладу ладонь на грудь, туда, где висит кулон. Только не нахожу его. Щупаю всю шею. Цепочки тоже нет. – Что?!.. Ты!..

– Сбежать не получится, крошка, – зловеще улыбается Морт и раскрывает кулак, показывая свой же подарок.

– Я выйду за вас замуж, – выдыхаю с глупой улыбкой. – И убегать я не планировала. И тоже вас люблю.

– Быстро в Храм, пока не передумала! – Люций, рывком вскочив, подхватывает на руки и кружит, а я хохочу и обнимаю за шею, боясь свалиться.

Глава 38

Глава 38

– Ибо связаны отныне не законом, а самим плетением мироздания, – эхом разносится голос верховного жреца Храма судеб. Каждое слово вибрирует в воздухе, и никто не смеет его прервать. – Этот союз отныне нерушим. Властью Судеб объявляю вас единым целым.

Как только он замолкает, помещение погружается в неестественную тишину. Я слышу собственное сердцебиение и смотрю только перед собой. Чувствую горячие ладони моих мужей, что держат мои пальцы. И они – единственная опора сейчас, без них просто свалюсь от напряжения.

Жрец отступает на шаг, и с потолка на наши макушки сыплется золотая пыльца. Это дождь благословения от высших многоликих богов этого мира.

Толпа за спиной взрывается ликованием. Гости оживают и наперебой поздравляют. Вообще-то я хотела маленькую свадьбу, только с самыми близкими. Но мне популярно объяснили, что не получится скрыть такое событие. Я принцесса, и у меня есть не только привилегия, но и обязанности.

– Люблю тебя, – шепчет Люциус, целуя в губы.

– Я тоже, – отвечаю тихо и поворачиваю голову к Эдриану.

– Наконец-то ты моя, – выдаёт Морт, с жадностью накрывая мои губы своими.

– Вот не факт, – фыркаю, куснув за наглый язык.

– Обожаю твои колючки, – усмехается, отрываясь.

И мы разворачиваемся к гостям. Улыбаюсь, попадая в объятья отца. Он так рад, что аж слёзы сдержать не может.

– Поздравляю, моя девочка.

– Спасибо, – шмыгаю носом тоже.

Жмурюсь сильно-сильно, вспоминая, во что превратился путь к Храму судеб.

Наш кортеж растянулся на многие километры, разрезая столицу надвое. Мы с принцами ехали в открытой карете, а вокруг толпа Авалорцев ревела. Тысячи людей с восторженным криком провожали нас. Бросали лепестки цветов и конфеты. А наши гвардейцы в ответ осыпали их градом монет. За границами людского королевства мы переместились поближе к Храму, иначе ехали бы дня три. А мне хватило путешествий такого рода.

От предложения руки и сердца до самого бракосочетания прошёл месяц. Люциус, конечно, планировал переместиться поближе к Храму и быстренько сбегать пожениться, но влез мой папа. Он, оказывается, повесил в подаренные серёжки маячок. И по ним отследил меня быстро. Приехал с целым корпусом гвардейцев и задержал. Вернул принцессу во дворец на бал, а принцам сказал, что свадьба состоится не раньше чем через месяц. А до этого времени они могут лишь навещать меня и ухаживать. Даже запретил оставаться во дворце и обещал закрыть Авалор от перемещений.

В общем, папа масштабно подошёл к вопросу моего общения с мужчинами. И я с ним согласилась. Нечего соблазнять меня, пусть ухаживают и стараются.

За этот месяц я сблизилась с папой и начала общаться с Жоржеттой. Возможно, даже простила её. Ещё точно не уверена. Принцов запрет короля не остановил. Они находили лазейки и пробирались в мои покои. Оба два признались, что не могут быть вдали от меня так долго. И с этим я согласилась. Мне тоже без них тоскливо и плохо.

– Будь счастлива, Амира, – выводит из воспоминаний эльфийка, она не лезет обниматься, но стоит рядом и улыбается.

– Спасибо, бабушка, – улыбаюсь я, замечая, как вздрагивает эта статная, чопорная женщина. Впервые я признала наше родство. Она опускает голову и отходит к папе.

– Ты в порядке? – приобнимает Люциус, он каким-то шестым чувством ощущает мои эмоции. И окутывает в коконе, пытаясь разобраться и помочь.

– Я простила Жоржетту, – выдыхаю, прижавшись к груди мужа.

– Давно пора, – хмыкает Морт, закрывая от любопытных взглядов.

– Иди, отвлеки наших мам, – шикает Люций, подбородком указывая на двух таких разных, но удивительно обаятельных женщин.

Со свекровями я познакомилась на том же своём балу. Как только папенька вернул меня, они подошли вместе с мужьями-королями. Честно говоря, боялась, что женщины поведут себя как типичные высокомерные матери сыночек-корзиночек. То есть начнут придираться ко мне, такой лапочке, что я прилюдно унизила принцев отказом. Но Сандра и Валириэль оказались уникальным исключением.

Тёмная королева обняла меня и сказала, что впервые видит своего сына таким решительным и влюблённым. А светлая отметила, что я похожа на маму. Они, оказывается, дружили и очень тесно общались.

Эдриан не успевает отвлечь матерей, те пробиваются, и обе две, отпихнув сыновей, обнимают меня. А я плачу. Не ожидала, что так растрогаюсь.

– Ну вот, довели её до слёз, – ворчит Морт.

– Ну да, не всё же тебе её доводить, – фыркает младшая сестрёнка Эдриана. Да, у него аж четыре сестры. А у Люциуса только два младших брата.

– Отдай мою жену, мам, – просит Люциус.

– Всегда хотела иметь дочь, – бормочет Валириэль, нехотя отпуская меня и усиливая слёзный поток. Я тоже хотела иметь маму. Получается, теперь у меня их две?

– Поздравляю вас, дети, – улыбается Сандра.

– Ну всё, пойдёмте, не будем отвлекать многоликих, – басит мой папа, выводя гостей на улицу.

Как только часть народа выходит, к нам подходит Грандамир. С широкой улыбкой здоровяк стискивает меня.

– Говорил я тебе, они не так плохи, – басит орк, играя бровями.

– Спасибо, что приехал, – улыбаюсь искренне. – Как успехи с картиной?

– Твои последние расшифровки значительно помогли… Правда, пленница оказалась весьма строптива и дика, – понижает голос, потирая рану на скуле.

– Ты освободил её?! – восклицаю, резко сократив расстояние.

– Тише ты! Не кричи. Об этом никто не должен знать. Она боится кого-то очень могущественного, – шипит Гранд, быстро оглядываясь.

– Если тебе нужна помощь, обращайся, – предлагает муж мой светлый.

– Спасибо, Ваши Высочества, но спасать красавиц вы не умеете. Я лучше попробую сам, – хмыкает орк. – Поздравляю ещё раз. На торжестве не смогу быть. Не обижайся, Мира. Еле вырвался на часик, и мне уже пора.

– Конечно. Спасибо, что приехал, – улыбаюсь, сжимая здоровенную ладонь.

Грандамир подмигивает и выходит из Храма. Мы с мужьями остаёмся совершенно одни. В тишине, наконец. Я оборачиваюсь назад, на стену с застывшими каменными лицами.

– Будем проверять нашу судьбу? – напрягается Морт, притягивая к себе.

Задумавшись, перевожу взгляд на мужей и качаю головой.

– Нет, я не хочу знать, что нас ждёт в будущем. Но если вдруг вы меня возненавидите…

– Этого не будет! – шёпотом рявкает Эдриан.

– Если вдруг разлюбите, – давлю голосом.

– Никогда! – вставляет Люциус, запирая собой.

– Хватит меня перебивать! – возмущаюсь, дёргая плечами, дабы отвоевать немного пространства.

– Ты говоришь глупости.

– То есть я глупая?

– Началось. Скорее бы закончилось, – вздыхает Морт и, перехватив за подбородок, заставляет посмотреть прямо в его глаза. – Если вдруг ты усомнишься в моей любви к тебе, можешь смело запереть меня в картине.

– Я могу, – киваю, руны-то все расшифровала, а Гранд поможет.

– Знаю, – улыбается гад и сминает губы в поцелуе.

– Эй! А я отказываюсь жить в картине, – возмущается Люциус.

– Могу запереть в гобелене, – хихикаю, прерывая поцелуй.

– Лучше не сомневайся в наших чувствах, и всё, – хмыкает светлый муж и, притянув к себе, тоже целует.

Эпилог

Эпилог

– Адриан Мортимер! – рявкаю я, уперев руки в боки.

– Тебе конец, – слышу тихий возглас друзей сына. Они спешно расходятся и оглядываются с опаской, боясь попасть в немилость.

– Не обязательно так кричать, ты же мать, – бубнит отпрыск своего отца, зачёсывая волосы назад и смотря недовольно.

– Ты пропустил фехтование, запер учителя по географии и притащил в дом змею!

– Это виверна, я её поймал в Волшебном лесу. Сам! – с гордостью сообщает ребёнок и грудь самодовольно выпячивает.

– Верни животное в его ареал, немедленно! И извинись перед учителем, – менторски велю я.

– Что такой ареал? – чешет затылок сын.

– Вот если бы ты не пропускал географию, знал бы.

– Ну, ма-а-ам, можно я оставлю виверну? Обещаю больше не пропускать занятия, правда-правда.

– Нет, виверны – опасные существа и должны жить подальше от моего дома.

– Ты просто её боишься.

– И это тоже. Выполняй!

Сын тяжко вздыхает, смотрит злобно и проходит мимо. Хватает клетку с детёнышем животного, похожего на змею, но с крыльями и остальным опасным набором в виде когтей, клыков, ядов. И, пыхтя, несёт на улицу.

– К ужину вернись! – приказываю в спину и с чувством выполненного долга разворачиваюсь. Поглаживая животик, иду третировать оставшихся членов семьи.

Десять лет прошло, как я живу в новом мире. После свадебного путешествия мы переехали на нейтральные земли и построили здесь дом. От дворцов и прочего роскошества я отказалась, но мужья всё равно отгрохали огромный особняк с большим цветущим садом.

Первые месяцы я ещё переживала, ведь помнила, как оба принца хотели поскорее занять каждый свой трон и властвовать. Но мужчины объяснили, что изначально не хотели править Авалором и объединёнными землями, так как между собой не ладили. И после развода они бы вернулись каждый в своё королевство и заняли бы трон родителя по праву наследования.

Сейчас всё изменилось. С нашим браком мирное соглашение вступило в силу, и как только наши отцы захотят уйти на покой или умрут, не дай многоликие, то мы уже сядем на престол как правители трёх королевств. А нейтральные земли станут центром этих королевств, одной большой столицей.

Благо мой отец ещё молод и полон сил. Отец Эдриана тоже выглядит вполне молодым. А по отцу Люциуса никогда не догадаешься, что ему триста лет, оказывается.

Я когда услышала эту цифру, очень удивилась, так как похож он максимум на мужчину лет сорока. И то с натяжкой. Дело в том, что эльфы, гады живучие, почти бессмертные, могут прожить до тысячи лет.

Магически одарённые люди, к слову, тоже живут долго. Так что Морт тоже гад, проживёт несколько веков. Одна я помру раньше времени, хотя оба мужа уверяют, что этого не случится, так как мы заключили нерушимый брак, в котором боги переписывают судьбы и переплетают жизненные циклы брачующихся. То есть «И жили они долго и счастливо. И умерли в один день» – это почти про нас.

– Мама! – ко мне со второго этажа несётся белокурая красавица Линара. Моя дочь и двойняшка Адриана.

– Что такое? – напрягшись, ловлю взбудораженную восьмилетку.

– Ба домой собирается! Можно мне с ней? Я по дедушке соскучилась, и это очень важно! – тараторит она, указывая на медленно спускающуюся Жоржетту.

– Можно, конечно. Но ты вроде завтра собиралась к бабушке Валириэль, – напоминаю, поправляя косички на боках.

– Я ей напишу и приеду в выходные, – спешит опять наверх ребенок. – Ба, подожди меня, я сейчас!

– Беги, егоза, – усмехается Жоржетта и останавливается рядом.

– И что же там такого важного у вас случилось? – скрещиваю руки на груди и пытливо смотрю на бабушку.

– Помнишь, ты несколько лет назад познакомила отца с подругой? Альберт, наконец, решился и пригласил её на свидание.

– Не прошло и двух лет. Хотя постой! Прошло! – восклицаю я, и мы смеёмся.

Когда мы поселились на нейтральных землях, я решила продолжить работать с Грандом. Не из-за денег, просто мне нравилось копаться в этих рунах и раскрывать чужие секреты. Я ж любительница сплетен, просто вышла на новый уровень, так сказать. Тем более Грандамир был занят своей зазнобой и откладывал заказы. А они копились.

Вот и начала перемещаться в лабораторию орка и разгребать завалы проклятых вещей. В один из дней мы познакомились с Мелиссой. Она была графиней в замужестве, но после того, как её только родившийся сын пропал, не смогла сохранить брак и развелась. Её мужья забыли о первой семье, быстренько женились и создали новую. А Мелисса безуспешно искала потерянного ребёнка. Она пришла к Гранду, чтобы зачаровать пелёнку сына и попытаться найти по этой связи. Я же предложила ей воспользоваться компасом. Тем самым, что определяет, где находится связанный родственник.

Мел уколола палец о зубцы стрелки и убежала от меня на скорости света. А через несколько месяцев пришла благодарить уже ко мне домой. Она плакала и обнимала меня. Показывала на годовалого мальчугана, что жался к ней и смотрел испуганно. Оказывается, его украла соседка по палате в лечебнице, где она рожала.

Я была так впечатлена историей Мел, к тому же была беременна двойней, что тут же потребовала от мужей участия в партнёрских родах. Правда, пожалела об этом прямо во время этих самых родов. Но это уже другая история.

Так вот, Мелисса стала моей подругой. А её сын Килиан подружился с моими двойняшками и стал им почти старшим братом.

Идея познакомить подругу с папой родилась спонтанно. На моём Дне рождения. Они оба приехали к нам, столкнулись в холле, и я загорелась идеей. Тем более что смотрелись они очень гармонично. Мой папа, рыжий здоровяк с синими глазами, и миниатюрная блондиночка. Аристократка, между прочим. Тоже прошла нелёгкий путь и знает, что такое трудности. Я начала потихоньку их сталкивать. На совместные ужины приглашала, придумывала ещё какие-то мероприятия.

Папа мою идею не оценил, сказал, что ему никто не нужен. И вот те нате, на свидание пригласил.

– Я теперь тоже хочу с вами, – вздыхаю, отсмеявшись.

– Нет уж, спугнёшь, – шикает чопорная эльфийка. – Я тебе потом всё расскажу.

– Постарайся ничего не испортить. Я тебя знаю, – хмыкаю, целуя в щеку.

– Вообще не буду вмешиваться, только наблюдать, – обещает Жоржетта.

Мы дожидаемся дочь. Целую мою девочку и отпускаю с прабабушкой. Эльфийка сжимает ручку ребёнка и, ярко засветившись, исчезает. А я сворачиваю к мужу в кабинет.

– Привет, – толкаю дверь и захожу в вотчину тёмного принца.

– Привет, малышка, – улыбается Эдриан, тут же откладывая свитки и отодвигаясь от стола.

Преодолев расстояние, забираюсь на колени. Муж обнимает, животик мой гладит и в декольте заглядывает. Десять лет прошло, а он не меняется.

– Как себя чувствуешь? Не сильно тебя мучает наша дочь? – мурлычет, целуя в шею.

– Она или он спит. Вот ночью, когда я буду спать, проснётся и отыграется на моём мочевом пузыре, – ворчу, задирая выше голову и прикрывая глаза.

– Осталось немного, совсем скоро она появится на свет, и мы вовсе перестанем спать, – вот совсем не радует Морт, языком лаская жилку на шее. Тяжёлая ладонь ложится на бедро и скользит выше, задирая подол.

– Откуда ты знаешь? Может быть, у нас будет ещё один сын, – бормочу, зарываясь в волосы мужа и притягивая ближе. Слишком быстро завожусь от лёгкой ласки.

За десять лет брака у нас только двое детей. Двойняшки. Всё потому, что я не хотела тонуть в быте и детях. Хотела дать всю свою нерастраченную любовь малышам, а не метаться от ребенка к ребёнку, обделяя каждого и забывая о мужьях. Тем более дети так быстро растут, и самые важные годы пролетают, не успеешь оглянуться. Мужчины поняли и согласились.

Адриану и Линаре уже восемь. Они очень сильно ждут нового братика или сестричку. Особенно Линара.

– Хочу дочь, похожую на тебя. Очень, – шепчет Эдриан, прикусывая мочку уха.

– А-ах! – стону, выгибаясь, и направляю руки мужа на грудь.

Он сминает губы в поцелуе, жадно толкается языком в рот и сжимает чувствительное полушарие. Ёрзаю на нём, царапая рубашку на спине. На поцелуй отвечаю и завожусь сильнее.

– Вот вы где, – нашу прелюдию прерывает Люций. – Ты посмотри, что наш сын приволок.

Прервав поцелуй, быстро оглядываюсь и испуганно прижимаюсь к Эдриану. Эльф ставит на стол клетку с пауком. Причём таким огромным, размером со взрослую кошку. Волосатое тело начинает двигаться, восемь конечностей вытягиваются между прутьями, и на меня взирают все восемь глаз.

– Когда успел-то?!

– Только что. Я перехватил его в холле, – хмыкает Люциус, выхватывая меня из рук побратима. – Привет, моя красавица. Как там наш сын? Не сильно беспокоит тебя?

Да, эльфийский муж уверен, что я беременна его сыном. Закатываю глаза и тянусь за поцелуем. По светлому принцу ужасно соскучилась.

– Я отправила его вернуть виверну в лес. А он нашёл другого питомца.

– Надо завести ему нормального зверя, а не этих членистоногих гадов, – усмехается Эдриан. – Предлагаю грифона.

– Нет, они опасны, – не соглашаюсь, видела уже этих грифонов. Тело льва, голова орла, ещё и крылья. Лучше уж паук. Я как-нибудь привыкну.

– А этот арахни не опасен? Он вырастет и начнёт ядом плеваться.

– Он ещё будет расти? – отскакиваю от стола, вызывая смех. – Так, всё, я согласна на грифона.

– Отнесу его в лес, – Эдриан встаёт, намереваясь переместиться.

– Стой, возьми с собой сына и поругай. Объясни, что нельзя таскать в дом кого ни попадя. Тут всё-таки его сестрёнка, а скоро родится ещё один малыш. И он может пострадать от этих его питомцев.

– Хорошо, мамочка, проведу воспитательную беседу, – улыбается муж, целуя в губы.

– Не беседу, а прям поругай! – велю, прижимаясь к светлому мужу. Пугает меня паук.

Эдриан подхватывает клетку и выходит. А меня Люциус на руки подхватывает и занимает освободившееся кресло.

– Не устала? – спрашивает, поглаживая животик.

– Нет, всё хорошо, – мурлычу, целуя эльфа в губы. – Может, поднимемся наверх?

Люциус отстраняется и улыбается хитро. Ослепительно засветившись, он переносит нас в спальню, прямо на кровать и закрывает рот поцелуем.

Правда, нас прерывает второй муж. Как-то слишком быстро он явился. Громко дверью хлопает.

Вздрогнув, отрываюсь от эльфа. Люций откатывается в сторону, и мы оба смотрим, как к нам идёт коварный Морт, на ходу стягивая рубашку.

– Ты, что ли, уже всё?

– Я тут узнал, что в доме никого нет, – томно выдаёт. – Линара уехала в Авалор с бабушкой. Мы совершенно одни.

– Да, а Адриан? – выгибаю многозначительно бровь.

– Я велел ему отнести арахни в лес и не пользоваться магией перемещения. Это займёт его с друзьями на несколько часов, – хмыкает муж, устраиваясь рядом.

– Всё продумал, – фыркает Люциус.

– Не мог же я оставить нашу возбуждённую и голодную жену только на тебя, – хмыкает Эдриан, притягивая к себе.

– Я бы справился, – огрызается светлый принц.

– Сильно сомневаюсь, – улыбается тёмный принц.

– Так. Вы спорить будете или мы уже воспользуемся тем, что одни дома? – перебиваю только открывшего рот Люциуса и, охнув, падаю на спину от двойного чувственного нападения.