Текст книги "Ненужная жена, или Развод по-королевски (СИ)"

Автор книги: Ани Марика

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 29

Глава 29

Зря я всё-таки решила управлять конём. И нет, управляю я лошадьми удивительно ловко, словно всю жизнь в седле провела. Видно, гены пальцем не сотрёшь.

Дело в Люциусе. А точнее в его руках, которыми он меня касается. Средь бела дня, на минуточку! И даже едущий сбоку Эдриан его не смущает.

А начиналось всё вполне невинно, эльф высушивал волосы, запустив свои очень умелые, аристократически длинные пальцы в мою гриву. Расчёсывал и светлую магию направлял. Я поплыла, с тихим вздохом прижалась к его груди и пропустила момент, когда сушка волос перетекла в соблазнение.

Пекло!

Тёплые ладони скользят по телу. По бокам, животу и бёдрам. Дыхание щекочет ухо. Мне жарко и дело не в погоде. Возбуждение под кожей искрами вспыхивает и воспламеняет кровь. Каждое мимолётное прикосновение отдаёт волнами желания.

– Люциус, – в который раз шепчу, дёргая плечами и судорожно втягивая раскалённый воздух.

– Устала? – принц тугодумом прикидывается. – Скоро сделаем остановку.

Это хорошо, что мы сократили расстояние, переместившись в ближайшую от Авалора точку. И в лучшем случае уже завтра будем в королевстве. Но мужчины выбрали другой маршрут, чтобы съехать с главного тракта и тем самым обезопасить меня от преследования «женихов».

– Пить хочу, – говорю и сама же раздражаюсь, когда Люций убирает свои ручищи с моего тела.

Хочется потребовать, чтобы он вернул всё как было и продолжил своё соблазнение. Никогда такого не было. Я девственница, вообще-то. Да, в двадцать пять лет. Потому что не встретила того самого «принца», достойного моей августейшей особы.

Смешно, но, даже будучи круглой сиротой, которую оставили у пожарной станции, я считала, что достойна большего, чем могли предложить все эти мальчики в окружении. Хотя меня многие добивались. Приставали и склоняли. За меня даже дрались. А я носом воротила и оставалась холодной, неприступной. Даже считала, что дело во мне. Ведь остальным девушкам нравились эти ухаживания и парни. У меня они вызывали в лучшем случае раздражение.

А сейчас… Я наслаждаюсь невинными прикосновениями, голосом тихим, запахом и просто близостью.

– Держи, – Люций передаёт флягу с водой.

Жадно пью и вновь ощущаю его ладони на талии.

– Так, я поеду с Эдрианом, – выпаливаю, останавливая пегаса.

Эльф бровь многозначительно выгибает, наблюдая за тем, как я ёрзаю и пытаюсь сползти со спины нашего транспорта. А эта полуулыбка на его лице просто бесит. Он будто знает, как влияет на меня. Гад белобрысый!

Морт подъезжает ближе и с лёгкостью пересаживает к себе. И пекло! Это было стратегической ошибкой! Потому что этот тёмный гад наглее белого.

– Ты вся горишь, – низко хрипит Эдриан, целуя в шею. – На тебя так Люций влияет?

– Руки! Держи свои гигантские руки при себе, – ворчу, дёргая ладонь, что сползает на низ живота.

– Они у меня не гигантские, вполне человеческие, – усмехается он, показывая руку, смуглую, с выпуклыми венами и длинными пальцами. Не думала, что у меня фетиш на мужские конечности. Но его руки мне нравятся. И я ведь знаю, как он силён. Чертовски силён.

Пекло!

Где там уже остановка?!

Заметив заставу нейтральных земель, я аж подпрыгиваю и, перехватив поводья, гаркаю на Сумрака, чтоб скакал быстрее. Конь послушно набирает скорость, и мы отрываемся от Люциуса. Правда, пегас тут же догоняет нас.

Останавливаемся на первом же постоялом дворе. Всего на пару часов. Чтобы кони отдохнули, а мы поужинали. Задерживаться на ночь точно не будем. Это моё желание. Потому что уверена, эти двое сделают всё, чтобы мы получили один на троих номер. Придумают повод. Мало ли, от них всякое можно ожидать. Да и после неумелого похищения сама потребую, чтобы остались со мной. Неизвестно, кто ещё попытается выкрасть. И вряд ли я устою от двойной ударной дозы соблазнений. Гады умеют обольщать. Небось, учились на многочисленных придворных девушках. Скорее всего, они не девственники, да?

– Ужин подожду в комнате, – бросаю на ходу и, забрав ключ, убегаю к себе.

Оставшись наедине с собственными мыслями, скидываю всю одежду, что неприятно липнет к коже, и прячусь в небольшом санузле. Настроив душ попрохладнее, встаю под воду. Закрываю глаза. Всё-таки я дура, что бежит от собственных желаний. Но я всё ещё хочу ухаживаний, нормальных свиданий. Цветов там. Подарков. Приставаний. Может, даже подвигов во имя меня. А что, принцесса я или где?

Неосознанно касаюсь браслета на руке. Подарки так-то были. Вот на мне висят.

И подвиги были… Лечили, заботились. И ведь спасли меня от горе-похитителей. Правда, там бы я сама себя спасла, как только смогла бы сжать кулон.

Коней перекрасили в цвет моего каприза. Дураки.

И приставали… Точнее, пристают. До сих пор. Соблазняют оба два.

Выхожу из душа посвежевшая, заворачиваюсь в полотенце.

Свиданий не было. И цветов. Правда, я цветы не люблю. И свидания… Я даже не знаю, что на них делают? Ужинают и задают личные вопросы? Так мы не раз ужинали, и я о них уже всё знаю. Знаю ведь?

Вся в своих мыслях, выхожу в комнату и бьюсь носом о грудь Люциуса. Удивлённо дёргаюсь, но отойти не дают его руки. Он придерживает за талию и смотрит своими до невозможности голубыми глазами.

– Зашёл позвать тебя на ужин, – говорит он, старательно держа взгляд на моём лице. Плюс очко светлой стороне. Морт бы определённо уставился на грудь, что почти не скрывает это полотенце.

– Сейчас спущусь, только оденусь, – послушно киваю, облизнув губы.

Мужской взгляд тут же смещается на губы.

– Волосы высушу, – предлагает Люциус, зарываясь пятернёй в волосы.

А я… Хочу поцелуя. Хочу ощутить вкус его губ. Подтягиваюсь на носочках и целую его первой. Весь день мечтала об этом. И больше откладывать не намерена. Потому что я скучала не только по их обществу, но и по поцелуям.

Люций на краткий миг застывает, но быстро целует ответно. Жарко так и глубоко, толкаясь языком в рот. Сминает в кулаке волосы на затылке до лёгкого покалывания.

Теснее прижимаюсь к груди, за шею обнимаю, на носочках подтягиваюсь. Мужские пальцы скользят по влажному бедру, поднимая край полотенца и обжигая кожу прикосновениями.

– Ты такая сладкая, Мира, настоящий дурман, – шепчет в поцелуе Люциус, сжимая бедро и прикусывая нижнюю губу.

Тихий вздох одобрения срывается с губ. Я выгибаюсь и ёрзаю. Полотенце сползает с груди, сбившись где-то у талии.

– Нам…не стоит… Ужин… стынет, – каждое слово приходится буквально выталкивать.

Эльф отрывается от моих губ, давая возможность вдохнуть необходимый кислород. А я ловлю себя на остром разочаровании. И требовательно тяну к себе. Пора уже ему понять, что не стоит выполнять беспрекословно всё, что я говорю.

Тихо усмехнувшись, Люциус стискивает крепче, оставляет смазанный поцелуй на губах и короткими, обжигающими поцелуями спускается ниже.

Накрывает губами чувствительную вершинку, срывая стон одобрения. Он целует мою грудь, слегка прикусывая вершинки и вбирая их в рот. Нежно царапает зубами, языком ласкает и посасывает.

Я теряю себя от этой болезненно сладкой ласки. С губ срываются стоны, ноги дрожат. Зарываюсь в его волосы, теснее вжимая в себя. Боясь потерять его прикосновения и поцелуи.

Мужская ладонь плавно скользит ниже. Втягиваю живот и вздрагиваю, ощущая пальцы на лобке.

– Люций, – зову со стоном.

– Хочешь меня, Мира? – шепчет он, и пальцы уверенно раздвигают влажные складочки.

Всхлипнув, запрокидываю назад голову и вся дрожу, подаваясь навстречу его рукам и губам.

– Хочешь, – удовлетворённо выдыхает Люциус, кружа вокруг чувствительной точки. Дразня и возбуждая до предела.

– Да, – соглашаюсь со стоном.

– Дурманящая Мира. Такая отзывчивая и горячая, – урчит мужчина, вновь целуя грудь и лаская языком вершинки.

Я комкаю его рубашку, лихорадочно касаюсь, но больше пытаюсь удержать собственное тело на ногах, потому что коленки подгибаются, всё тело дрожит и подаётся навстречу. Мне хочется большего. Хочется его. И я не знаю, что… как сделать правильно.

– Пожалуйста… Люциус...

– Всё, что пожелаешь, – горячим дыханием обжигает губы, подпитывая безудержный огонь, пылающий в моей крови.

Мужчина подхватывает на руки. С тихим стоном оплетаю его руками и ногами. Вновь целую в губы. И всем телом крупно вздрагиваю от громко открывшейся двери.

Люций резко отворачивается, пряча меня, и поворачивает голову на шум.

– Пекло! – выплёвывает Морт. – Я… Пекло!

Дверь хлопает с оглушительным треском. Я, надрывно дыша, испуганно смотрю на профиль эльфа. Который, кажется, весь закаменел. Только пальцы довольно болезненно сжимаются на моих бёдрах.

– Ужинаем и едем, – говорю с досадой. Совсем голову потеряла и не подумала об Эдриане. Наверное, надо сделать какой-то выбор, чтобы… чтобы.. Не знаю, чтобы что.

Люциус с величайшей осторожностью опускает меня. Держит, пока не удостоверяется, что я стою. Подтягивает полотенце, укрывая телеса. В губы целует и, круто развернувшись, выходит из комнаты.

Глава 30

Глава 30

Спускаюсь, поправляя платье. Волосы приглаживаю. Осматриваю себя и нервничаю. Очень надеюсь, мужчины друг друга не прибили. В последний раз бросаю взгляд на свой наряд и, вскинув голову, останавливаюсь на последней ступеньке.

Вся таверна погружена в лёгкий полумрак и освещается небольшими свечами в стеклянных колбах. На пустых столах охапки цветов. Нежные бутоны бело-сиреневых, незнакомых, но безумно красивых цветов лежат на подушке из лиан и зелени. А запах стоит просто обалденный. Лёгкий и ненавязчивый.

Кроме двух мужчин, ждущих в центре помещения, в таверне никого нет. Принцы оборачиваются и смотрят на меня. А я, кажется, дар речи теряю. Они что, мои мысли прочли?

– Прекрасно выглядишь, Мира, – хрипит Эдриан, задерживаясь взглядом на моей ложбинке. Говорю же, похотливый гад, лишь бы попялиться на мою грудь.

– Вы это для меня устроили? – спрашиваю, медленно проходя между соседними столами и касаясь цветов пальцами.

– Конечно, – кивает Люциус.

– Выгнали всех?

– Выкупили таверну на один вечер, – поправляет Морт.

Выкупили… Ну, они могут. Принцы же.

– Тебе нравится? – спрашивает эльф, протягивая ладонь.

– Это очень… романтично и красиво, – говорю, позабыв все умные слова.

Эдриан двигает свободный стул. Оба мужчины ухаживают галантно. Мы садимся ужинать. Как на настоящем свидании. И та неловкость, которую я ощущала, когда спускалась, испаряется. Словно бы ничего и не было. Словно бы Люций меня не целовал, а Эдриан нас не прервал.

– Хочу прояснить один момент, – утолив первый голод, решаю вывести их на разговор. – Вы сказали, что готовы жениться на мне снова.

– Да, – кивают оба почти синхронно.

– В том мире, в котором я жила, не было двоемужества. Да и здесь я почти не встречала такие пары…

Задумавшись, замолкаю. Вспоминаю, встречала ли. Кроме Гранда и моей вдовствующей эльфийки, у меня и знакомых-то нет. Гранд не женат. А Сиринель говорила, что похоронила мужа. Вроде бы одного…

– К чему ты клонишь? – напрягается Эдриан и бросает тяжёлый взгляд на эльфа.

– Вы хотите оба жениться на мне, – повторяю я.

– Да, Мира. Мы хотим заключить нерушимый союз в Храме судеб, закрепить кровными клятвами и консумацией, – кивает Люциус.

– Консу… – обрываю себя на полуслове, поняв, как именно они его закреплять будут, и, кажется, краснею. Тряхнув волосами, выше голову поднимаю и повторяю с нажимом: – Оба?

– Ты хочешь остаться только с Люциусом? – цедит Морт, вскакивая и нависая надо мной.

– Я пытаюсь понять, нужно ли мне делать выбор? – вскидываю выше голову, ловя в его взгляде новую, пока незнакомую, но пробирающую до мурашек эмоцию.

– Мы ведь уже были женаты, Амира, – замечает светлый принц.

– Да, это был политический брак. Чтобы скрепить мирный договор, и нам был год. Точнее, вам был год, а мне несколько месяцев от роду. Сейчас мы можем сами решать. И если у нас всё сложится, я не хотела бы делать этот выбор.

– Хорошо, – выдыхает Эдриан, возвращаясь на своё место. – Тебя никто и не просит делать его. Мы уже поняли, что нужны тебе оба.

– Слишком самонадеянно, Морт, – фыркаю с улыбкой.

– Зато правда.

– И ты нам нужна обоим, – вставляет светлый принц.

– И это правда, – поддакивает тёмный принц.

– И вы друг другу тоже нужны, – хихикаю, завершая эту странную, но важную тему.

– Тут спорно, он же тот ещё правильный мозгоклюй.

Подавив улыбку, поднимаю стакан с травяным чаем. Бывшие побратимы между собой опять спорят. И так это по-простому и по-родному. Аж камень с души падает.

Мы сытно и вкусно ужинаем, наслаждаясь обществом друг друга. Мне хочется забрать все цветы с собой, но их очень много. Поэтому, выбрав самый красивый бутон, срываю его. Люциус светлой магией создаёт стазис, а Морт освобождает одну из стеклянных колбочек от свечи и помещает цветок туда.

– Спасибо. Это было лучшее первое свидание, – благодарно улыбнувшись, прячу ещё один подарок от принцев в свою безразмерную сумку.

– Мы можем остаться. Поедем утром, – предлагает Люциус.

Эдриан останавливается у открытой двери, ожидая моего решения. Он собирался позвать местного работника, чтобы коней наших привели.

– Думаю… – тяну, переводя взгляд с одного мужчины на второго.

Определённо я хочу остаться с ними на пустом постоялом дворе. Хочу продолжить начатое Люциусом безумие и пойти до конца. Хочу испытать то, что испытывают все девушки в объятьях любимых. Хочу ощутить себя желанной и нужной. Хочу снова увидеть в глазах мужчины ту гамму чувств и эмоций, что он испытывал, держа меня в руках.

– Пекло! – прерывает меня Эдриан, захлопывая дверь и крепко держа за ручку.

– Что там?

– Авалорские ищейки и женихи нашей жены, – рычит, держа сильнее дверь и плетя магию в руках.

Из его пальцев вырываются тёмные нити и оплетают всё деревянное полотно красивым и мрачным узором, что практически сразу превращается в толстую корку льда и запечатывает вход.

Люциус выглядывает в окно и тут же закрывает створки.

– Тут мы в западне, – говорит эльф, свистя как-то по-особенному и подходя ко мне.

– Я вас догоню, – бросает Морт.

Люциус подхватывает меня на руки и бежит по ступеням на второй этаж. Заходит в номер, распахивает окно.

– Мы же не будем прыгать? – спрашиваю и, вскрикнув, цепляюсь сильнее за шею. Потому что мы прыгаем.

Благополучно приземлившись на спину вылетевшего из конюшни пегаса, Люциус устраивает меня перед собой и хватает поводья. А я соскребаю сердце из пяток и подбираю цензурные слова.

Правда, тут же забываю о возмущении. Смотрю вниз, на узкие улочки города, по которым скачут вереницы разномастных мужчин в компании гвардейцев со знамёнами Авалора. Они, словно муравьи, толпятся у постоялого двора, где мы остановились. Спорят, друг с другом дерутся и пытаются сломать магию Эдриана, чтобы ворваться и меня забрать.

– Какой ужас, – бормочу, вытягивая шею.

Часть этих вот «женихов» замечают нашего пегаса в небе и меняют траекторию. Чертыхнувшись, прячусь на груди эльфа. Люций бросает взгляд и устремляет Светоча выше и, ярко вспыхнув, перемещается.

Мы оказываемся на пустом тракте под звёздным небом. Пегас, громко цокая копытами по мостовой, вылетает из яркого портала и, всхрапнув, замедляется.

– Морт нас догонит?

– Уже догнал, – хмыкает он, появляясь из чёрного тумана. – Ну вот и всё, через пару часов будем в Авалоре.

– Так быстро? – странно, но я расстраиваюсь, вместо того чтобы порадоваться.

– Да, до границы рукой подать, – Эдриан показывает вперёд, на извилистый тракт.

С двух сторон от дороги возвышается лес. Мы медленно идём вперёд. Можно было бы галопом поскакать. Уверена, сократили бы эти пару часов до получаса. Но мужчины не торопятся, и я тоже не хочу, чтобы они торопились. Хочу запомнить наше путешествие. Удержать этот миг уединения. Потому что не знаю, что будет дальше. Возможно, их не пустят во дворец. Или, что хуже, вовсе прогонят из королевства. Мало ли что взбредет в голову папаше-королю.

Нашу уютную тишину, разбавленную размеренным стуком копыт, прерывают стук копыт других всадников, зычные окрики, громкие голоса и звон металла.

– Пекло! – рычит Эдриан. – Ускоряемся.

Ускориться не получается. Впереди из плотного серого марева выпрыгивают десяток «женихов».

– Сдавайтесь, Ваши Высочества, – усмехается один из этих вот товарищей, обнажая меч. – Так или иначе, мы заберём принцессу.

– Пересядь на Сумрака, – просит Морт, передавая поводья и спрыгивая.

Послушно пересаживаюсь, Люциус помогает мне и, кажется, собирается вспыхнуть опять своим светом.

– Я вас догоню, скачите, – приказывает Морт, вскидывая руки и плетя свою магию.

– Нет, Люций, стой. Их слишком много. Нельзя оставлять его одного, – перехватив поводья, останавливаю коня.

Эльф закрывает меня белым куполом и выходит чуть вперёд, на помощь к Эдриану.

Верчу головой, замечая, как чёрные тени деревьев и живых существ стекаются к Морту. Тени медленно собираются вместе и превращаются в фигуры людей разных размеров. Уплотняются, обретая тела и закрывая стеной нас от этих авалорцев. Или кто они.

Бандиты совсем не впечатляются и с громким окриком набрасываются на эту стену теней. Люциус тут же обнажает меч и отражает атаку. Начинается настоящая драка, от которой я глаз отвести не могу. Топчусь на Сумраке в эпицентре, закрытая куполом, и верчусь.

Вслед за тенями земля разверзается, пугая лошадей. Те громко ржут и пятятся в разные стороны, а из недр разломов выползают умертвия.

Оба принца плечом к плечу становятся и отражают атаки, закрывая меня. Эдриан словно стихийное бедствие. Ураган или, лучше сказать, смерч. Он врывается в самую гущу, аккумулируя магию и отбрасывая чужаков. Воздух вокруг него звенит от силы выброса магии.

Люциус, в отличие от тёмного принца, не рвётся никуда. Двигается спокойно, почти лениво. Цепко осматривая окружение и точным ударом отражая каждый выпад. Играючи и неторопливо, один за другим, он словно танцор с клинком. Мастерски управляется и защищает не только меня, но и спину побратима.

Весь тракт вокруг превращается в тотальный хаос. Вспышки светлой и тёмной магии, звон клинков, хриплые рычания умертвий и мужская брань смешиваются в один неразличимый гомон.

Последний «жених» в этой куче стонущих и раненых роняет свой клинок, признавая поражение. Два принца переглядываются и спешно седлают коней. Только рано радоваться. Те, что скакали позади, нагоняют нас.

– Повторим, – предлагает Люций, оглядываясь и плетя в руках очередную светлую магию.

– Легко, – хмыкает Эдриан, обнимая меня крепко. – Испугалась?

– Только за вас, – признаюсь, шумно выдыхая. Ловлю себя на мысли, что практически не дышала весь этот недолгий бой.

Морт усмехается, срывает быстрый поцелуй и направляет умертвий вместе с тенями назад, закрывая дорогу к нам.

– Держись крепче, принцесса. Через несколько минут будешь в безопасности, – шепчет Эдриан, послушно сжимаю пальцами луку.

Глава 31

Глава 31

Эльф подмигивает мне и отворачивается, встречает вместе с умертвиями и тенями новых гостей. Не успеваю ничего даже сказать, вскрикиваю от резкости. Сумрак срывается на бешеный бег. Легко перепрыгивает кучку поверженных и уносит нас по извилистому тракту.

– Люций, – оглядываюсь, замечая, как эльф взлетает с пылающими ярким светом руками до самых плеч. Завораживающе. Эффектно.

Отворачиваюсь, смотрю вперёд и чертыхаюсь. Морт тоже чертыхается. Потому что к нам навстречу скачут теперь гвардейцы Авалора.

– Ты у меня самая популярная нынче, – ворчит тёмный принц, крепче стискивая и наклоняя нас от летящих стрел.

Артефакт на запястье беспрестанно вспыхивает, закрывая нас куполом от снарядов. Подарок Люция работает.

Сумрак громко и зловеще ржёт и перепрыгивает всю эту делегацию одним махом. Гвардейцы даже удивлённо тормозят своих лошадей, и те на дыбы встают от возмущения.

– Ура! Мы смогли! – кричу я, вскинув руки вверх. – Я уже хотела артефактом воспользоваться и отправиться сразу в храм.

– Зачем? – удивляется Морт.

– Чтобы завершить эту гонку и пожениться. Это ведь точно остановит всех этих мужиков, желающих трон, – хмыкаю я.

Эдриан резко тормозит Сумрака, я чуть не вываливаюсь из седла и возмущённо пихаю в плечо.

– Что ты творишь, Эд?!

– Я отказываюсь жениться! – чеканит он.

– Что, прости? – перебиваю, ошеломлённо развернувшись. – Ты передумал?!

– Нет… Нет, Мира. Я не женюсь на тебе… – не успев договорить, Эдриан громко рычит и наваливается на меня.

Вскрикнув, успеваю придержать и смотрю на торчащую стрелу в плече.

– Пекло! – хрипит мужчина, пытаясь выпрямиться. Но вторая стрела прилетает ему в спину.

На нас опять летят стрелы, обнимаю его и опускаю взгляд на запястье. Браслет пуст. На нём больше нет стеклянных шармиков с защитным куполом. Драконье стекло сделало своё дело.

Эдриан вскидывает здоровую руку, отрезая нас тёмным щитом. Только это ненадолго. Он уже ранен двумя стрелами.

– Держись, – прошу, сжимая кулон перемещения. Хватит с меня драк.

Я представляю себе Магический лес. Ту самую полянку с озером, где мы с Мортом познакомились впервые. Возле тех самых гор, откуда я спустилась. Это ведь нейтральные территории. Туда можно переместиться. И они находятся с другой стороны Авалора. Нас не будут там искать. Не должны.

И почему я об этом не подумала раньше, глупая Мира!

Два удара сердца – и вакуум засасывает нас.

Ночь. Тишина. Лес.

Сумрак устало и громко фыркает. Переминается с ноги на ногу.

– Сейчас. Сейчас, подожди, – пыхчу я, сползая с коня и придерживая раненого Эдриана.

Потеряв опору в виде меня, тёмный принц просто кулем падает на бок и, матерясь сквозь зубы, рычит. Отправляю Сумрака на водопой и нависаю над лежащим мужчиной. Из его спины торчат две стрелы. Ужасно страшные и пугающие стрелы.

– Сейчас что-нибудь придумаю. Ты только не умри, – бормочу и быстро вытаскиваю из сумки накидку.

Постелив возле дерева, бросаю туда остальные вещи и возвращаюсь к Эдриану. Помогаю подняться и довожу до лежбища.

– Вынь стрелы, – требует он, садясь и выпуская из рук тёмную магию вверх.

– Это будет больно.

– Да, но их надо вынуть, чтобы моя регенерация начала работать, – хрипит Эдриан.

– Как это сделать? Тут зубцы, и они нанесут больше повреждений.

Эдриан тяжело дышит, секунду обдумывает и, схватившись за наконечник, который торчит из плеча, ломает его.

– Теперь вытаскивай, – приказывает и отключается.

Успеваю поймать и уложить на живот. Копаюсь в сумке и беспощадно разрываю одно из домашних платьев на лоскуты. Нависнув над мужчиной, собираюсь с духом и, зажмурившись, дёргаю ту стрелу, что он уже сломал.

Матерясь и проклиная весь мир, быстро и туго перевязываю и падаю рядом. Осталась ещё одна стрела. Её никак не сломать, поэтому придётся тянуть так. Наживую. И надеяться, что она не так глубоко застряла.

Я собираюсь с силами и сама себя уговариваю. Хватаюсь за стрелу и тут же отпускаю. Пока я копаюсь, Эдриан приходит в себя.

– Мира? – дёргается он, отчего я, шарахнувшись, падаю рядом.

– Ты вынула стрелы?

– Только одну. Ты меня напугал.

– Вынь вторую, малышка, – просит он, роняя голову обратно на накидку.

«Вынь вторую». Будто это легко сделать. Я вообще ни разу не медик. И от вида крови меня уже знатно колотит. А стрела торчит прямо из позвоночника. Вдруг задену что-то – и он окажется инвалидом. Я не хочу мужа-инвалида. Так, стоп!

– Ты сказал, что не женишься на мне?! – склоняю голову и нависаю, злобно смотря на профиль.

– Ты хочешь прямо сейчас это обсудить? – спрашивает, открыв один глаз.

– Да, знаешь ли, хотелось бы ответ получить.

– Я не женюсь на тебе… А-а-а-а!

Мужской голос срывается на ор, потому что я, разозлившись, со всей силы дёргаю. Чтобы не смотреть на кровь и часть плоти, выбрасываю куда подальше этот снаряд и, подхватив подготовленные бинты, прижимаю к ране.

– Я не женюсь на тебе…

– Хватит это повторять. Я не выйду за тебя замуж!

– Пекло! – шипит сквозь зубы заплетающимся языком. – Ты дашь мне договорить, женщина?! Я не женюсь, только чтобы облегчить нам жизнь!

Удивлённо отстраняюсь и в глаза заглядываю.

– Что это значит? – уже тише спрашиваю, помогая ему сесть и снимая безнадёжно испачканную в крови рубашку.

Эдриан выпускает холодную тьму на плечо, замораживая рану. Я поливаю рану на спине водой и, прижав посильнее, обматываю его по корпусу, чтобы кровь остановить. Потому что досюда он не дотянется. И не заморозит.

– Если ты хочешь выйти за меня замуж, только чтобы остановить своего отца или этих… всех. То у нас большие проблемы, – устало и тяжело дыша, говорит он. – Потому что ты нужна мне вся.

Двигаюсь ближе, в тёмные глаза смотрю и ловлю каждое слово, затаив дыхание. А Эдриан говорит тихо. Почти шепчет и сам тянет к себе. Его ладони скользят по талии и смыкаются на пояснице, припечатывая к груди.

– Нужна целиком и полностью, Мира. Со своим строптивым и временами скверным характером. Вредным и переменчивым настроением, оригинальным и уникальным мировоззрением, хорошим аппетитом, острым язычком, обезоруживающей улыбкой, сильным ударом и с шикарными изгибами и формами, от которых у меня стояк даже после большой кровопотери.

Мужские ладони смещаются ниже, прижимая меня к этому самому стояку. Аж дыхание сбивается. Он гладит меня, мнёт полупопие пальцами и смотрит завораживающе прямо в глаза.

– Я готов к трудностям на пути к тебе. Готов быть рядом с тобой, как бы сложно это ни было. Готов истечь кровью и ловить стрелы за тебя, Мира.

– Мне никто и никогда не говорил такого, – признаюсь я.

– Это правда.

– Знаю, – улыбаюсь и, покачнувшись, прижимаюсь к его губам.

В отличие от Люциуса, Эдриан не ждёт ни секунды. Сразу же перехватывает всю инициативу, целуя и сминая мои губы. Жадно так, словно всю жизнь ждал только меня.

Его поцелуй обезоруживает и вышибает весь воздух из лёгких. Я забываю, что мы в лесу, он ранен и за нами продолжается погоня. Просто плавлюсь от этих грубых ласк и горячего языка, что уверенно вторгается в мой рот.

С тихим стоном прерываю нас, ощущая, как бешено колотится сердце в груди. Ошарашенно в глаза тёмные смотрю и дышу тяжело.

– Нам нужно выбираться, – шепчу.

– Дождёмся Люциуса, я послал вестник, – склоняется Морт, задевая губами мои губы.

– А ты… ну… твои раны, – говорю, едва касаясь забинтованного плеча.

– Не волнуйся за меня. Лучше ещё раз поцелуй.

И я целую. Закрываю глаза и целую. Скольжу ладонями по горячей обнажённой коже шеи и плеча. Наслаждаюсь тактильно его каменными мышцами.

Эдриан с рыком набрасывается. Обнимаю крепче, зарываясь в волосы, теснее жмусь и превращаюсь в мягкий воск в его сильных руках. Он гладит по бёдрам, задирая лёгкий сарафан выше и заползая под подол. Кожа стала ужасно чувствительной. Каждое прикосновение отдаётся сладкой вспышкой в груди и стекает жаром вниз живота. Тлеющее желание вспыхивает с новой силой.

Тёмный принц окончательно перемещает меня на себя, крепко обнимает, заставляя оседлать его бёдра. Тихо всхлипнув, вздрагиваю, ощущая через очень тонкую ткань белья его бугор. Неосознанно трусь и вздыхаю от невыносимой потребности ощутить его без одежды. Мышцы сладко сводит спазмом, и возбуждение воронкой пламени закручивается.

Он хрипло дышит и подаётся тазом, задевая чувствительные точки. Дёрнувшись от яркой вспышки, прерываю нас.

– Давай избавимся от этого, – шепчет Эдриан, тяня задравшийся аж до груди сарафан.

Послушно поднимаю руки. Ощущая разгорячённой кожей прохладный ветер. Его тёмный взгляд моментально прикипает к груди. Мышцы на руках вздымаются и выпирают стальными канатами. С низким рыком он обхватывает мои полушария и зарывается носом.

Выгибаюсь, чувствуя его желание. Так остро, так сладко…

– Хочу тебя, Мира, – урчит Эдриан. – Останови меня сейчас.

– Не остановлю, – выпаливаю, растеряв остатки разумных мыслей.

Эдриан здоровой рукой перехватывает за талию и, перевернув, укладывает на накидку. Нависает и смотрит жидкой сталью глаз.

– Ты уверена? – пальцем смахивает выбившиеся пряди и едва касается губами моих губ.

Вместо ответа целую его.

– Ты просто бесподобна, – усмехается Морт и сползает ниже. – Как же я скучал по тебе. По ним. Они мне снились.

Он обхватывает мою грудь, пальцами сминает обе полусферы. Выкручивает острые вершинки до вспышки сладкой боли. Вырывает гортанные стоны и целует попеременно. Языком ласкает, прикусывает и дует на пылающую кожу.

– Эдриан! – выстанываю я, шире раскрываясь, и мечусь под ним.

Тело плавится от его ласк, от того, как умело он касается меня. Как целует порочно и трогает всю. Я просто растворяюсь в этих ощущениях, полностью вверив себя в его руки.

Вздрагиваю, ощущая его губы совершенно не там, где надо.

Пекло!

– Морт? – удивлённо вскрикиваю и дёргаюсь бёдрами, но мужчина тяжёлыми ладонями удерживает меня слишком раскрытой, слишком уязвимой и открытой его взору.

– Лежи смирно, – хрипит он и языком обводит пульсирующий бугорок, ударяя кончиком. Меня всю коротит разрядами наслаждения.

О боже! Что он делает со мной! Ощущений слишком много, и их просто невозможно выдержать. Мои гортанные стоны эхом разносятся, кажется, даже до Авалора. И, возможно, нас найдут по ним. Но сейчас меня это совершенно не волнует. Я переживаю волны удовольствия, смешанные со стыдом, и окончательно теряю остатки здравого смысла.

В сладком безумии, что дарят мне губы и язык Эдриана, с ума схожу и в какой-то миг, не выдержав накала, просто взрываюсь. Меня всю колотит и трясёт в ярком освобождении.

– Какая ты красивая сейчас, – хрипит мужчина, удерживая и наваливаясь.

Я отдышаться не успеваю, даже вернуться в эту реальность до конца не могу. Лишь чувствую тяжесть его тела. А в следующее мгновение он толкается в меня, оглушая давящим ощущением и непривычной наполненностью.

– Не больно? – хрипло цедит, едва сдерживая себя.

– Нет, – отвечаю, прислушиваясь к себе и жадно глотая воздух.

Сердце колотится где-то у горла. По венам циркулирует нега вперемешку с новым возбуждением.

– Если будет больно, останови, ладно? – говорит, удивляя своей чуткостью. – Хорошо, Мира? Не терпи!

– Да, – киваю для верности и тянусь к нему. – Поцелуй меня.

Эдриан тут же целует. Удивительно нежно и ласково. Добивает контрастом. Медленно отстраняется и вновь толкается. Плавно двигается, давая привыкнуть к себе. Хрипло рычит – то ли от боли, то ли от удовольствия.

Я мечусь под ним, вжимаюсь, выгибаюсь. Мне говорили, что в первый раз бывает больно, но я чувствую лишь сильное натяжение, наполненность. Его так много…

Он наращивает темп, бьёт по моим натянутым нервам. Двигается. Глубоко. Мощно. Каждый удар я принимаю вскриком одобрения и подаюсь вслед за ним, желая большего на каком-то животном инстинкте.

– Мира, – сквозь собственные стоны слышу его глубокий хриплый голос. – Чувственная малышка… Просто нереальная…

– Эдриан!.. – пытаюсь что-то ответить, но от очередного толчка всё тело сводит в новой мучительно-сладкой судороге, и я рассыпаюсь.