Текст книги "Кай. Возвращение к истокам (СИ)"

Автор книги: Андрей Минин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Никем не замеченный я переоделся и проник в свой подвал, где меня встретил Ржавый.

– У вас получилось, хозяин!

– Да-да-да, – отмахнулся я от его похвалы. – Где она?

Он подал мне банку с плещущимся в ней растворителем, и я погрузил в него сердце. Реакция! Через край стеклянной емкости с шипением пошла пена, заливая мне руки и пол, но достаточно быстро все прекратилось.

– Это нормально? – Спросил меня железный, но я и сам не знал ответ на этот вопрос, а потому промолчал.

Разделив розовую жидкость пополам, я побежал искать Тития и Иргу и нашел их в оранжерее.

– ВЫПИТЬ! БЫСТРО! – Потребовал я от них ничего не объясняя, надеясь что сила сердца теряющая свои свойства с каждой минутой окажется достаточной чтобы вылечить их и не повредить. Прими они его сырым и сразу после убийства старухи – и из этого не вышло бы ничего хорошего. Оно слишком сильное для них. А вот сейчас…

– Бе-е-е, – чуть не вывернуло Тития и я закрыл ему рот рукой, и все что он хотел выпустить из себя, снова попало ему в желудок. Похожую процедуру пришлось повторить и с Иргой, зло посмотревшей на меня сквозь слезы омерзения выступившие на кончиках ее глаз.

– Убью! – Пообещал мне Титий не в силах встать с пола на который он упал пока зелье корежило его дух. – Я тебя убью!

Ирга пришла в себя первой и явно готовила месть – вон как сжимает кулачки, ее то я и подхватил под руку и утащил в подвал, разместив в диагностической печати.

– Пожалуйста, скажи что это того стоило? – Попросила меня девушка после того как печать закончила свою работу.

Я кивнул и Ирга расплакалась.

Через некоторое время в подвал самостоятельно спустился Титий и с ним ситуация была похожей. Здоров.

– Что это было за зелье? – Спросил он меня полным отвращения голосом.

– У него нет названия. Что, так плохо?

Он кивнул и продолжил обнимать продолжающую заливать его слезами счастья Иргу.

На шум явилась Рогеда. Я пригляделся.

– Тебя можно поздравить?

– Ученик! – Имела она полное право гордиться этим и гордилась. – Что тут у вас?

– Кай опоил нас каким-то дерьмецом и вылечил, – хохотнул Титий.

– Умничка! – Поцеловала меня Рогеда в щеку.

Выпроводив их из подвала, упирая на то что мне нужно все проверить, но пообещав явиться на праздничный ужин, я заперся и вытащил из-за дальней полки банку с плавающими в них глазами мухи. Их я приберег для себя.

Тем временем очнулся переставший дымиться Чужеблуд, и его первыми словами было:

– «Ну и какуха же ты, хозяин!»

– «Что с проклятьем?»

– «Съел».

– «Молодец».

Глава двенадцатая
Чудила из Нижне… из Заячьей Губы

Чуть больше чем месяц спустя. Середина лета.

Странное поведение Ирги и Тития мне не нравилось. Эти их шепотки и прятки от меня в темных коридорах дома. Резкое молчание, когда я появляюсь. Глаза, стыдливо опущенные в пол.

Рогеда, читающая книги которых у нее не должно быть…

Все странное – опасно.

Из-за неприятных догадок я связался с Министерством по делам магов в столице Республики и их ответ мне не понравился. Началось движение документов. Приказ с самого верху. Грядут перемены, и я пока не знал как к этому отнестись.

Они могли сказать мне сами.

– «Предатели!» – Излишне резко озвучил мои мысли Чужеблуд.

– «Спокойно», – похлопал я череп-оберег по лбу, пока он болтался подвязанный к моему поясному ремню и шипел на все подряд.

Грибы, которые я периодически собирал и приходил сюда, к грязному источнику магии жизни рядом с деревней – не понадобились. Под действием дикой магии этого места шрамы на моей бородавочной шляпе рассосались, а грубые швы, которыми я стянул ее порванные края – исчезли. Забрав и водрузив шляпу на голову, я почувствовал единение с лесом там, за морем и на душе стало легче. Шляпа тоже была рада вернуться ко мне. Я погладил ее и прислушался к ее эмоциям (через хеморецепцию, талант зельевара и телепатию).

Она жаловалась на муравьев, ворующих кусочки грибов, что я ей приносил, и просила повлиять на них. Я рассмеялся, еще раз погладил ее бородавки и мелкие грибочки, проросшие за прошедшие дни и усеявшие всю поверхность шляпы, и пошел прочь, не обращая внимания на улитку о которой она смущенно умолчала – и что теперь живет на ней, пожевывая листочек.

Друзья о пропаже шляпы не спрашивали. Раньше это бы их точно заинтересовало, но сейчас, когда они втихомолку собирают вещи…

Неприятно. Вкус горькой полыни на языке и запах перекисшей капусты. Предательство и много-много стыда.

Не хотелось об этом думать. Только не сейчас. Не время.

Я обошел деревню по краю и сел на поезд. Рюкзак за плечами.

Интересно все же… Когда я вернусь, они еще будут здесь или уедут не объяснившись и не прощаясь?

– «Тряпка!» – Упрекнул меня Чужеблуд, и он был прав. Что-то я расклеился.

Поезд тронулся. Бронестворки на его окнах были опущены не полностью, и я мог наблюдать за проносящимся мимо глаз лесом. Идущими на водопой зверями. Заброшенными деревнями через которые поезд проходил не сбавляя ход. И за точной стрельбой охраняющих наш покой солдат, выкашивающих мелкую живность нацелившуюся на нас.

– Вы точно ничего не хотите, господин? – Побеспокоила меня женщина-проводник, удерживая в руках чай в фирменном подстаканнике Северных Железных Дорог и блюдце с парой румяных пирожков.

Они пахли зеленым луком и яйцом.

Мне была приятна ее забота.

– Спасибо, – поблагодарил я женщину, сделав ее чуть счастливее.

Через несколько часов поезд замедлил ход, и я просто с него спрыгнул, махнув на прощание рукой.

– Ту-тух! – Прогудел машинист, притормозивший ради меня, и хвост поезда скрылся где-то вдалеке, за туманной дымкой.

Отыскать лагерь с солдатами не составило никакого труда. Шум, запах уставших людей, кипящей похлебки и смазки для карабинов.

Солдаты что стояли в карауле проверили мой медальон мага на сличителе, и указали на палатку где собралось руководство.

– Вам туда.

Когда я подошел из нее как раз выходили люди. Пара офицеров – очевидно это их солдаты здесь окопались, и маги, одетые кто во что горазд.

Первым делом мое внимание привлек младший магистр. Он выглядел чересчур добрым для того кто добился такой силы. Много улыбался.

Может я бы и не обратил на это внимания, но первое впечатление усиливало необъятное пузо обтянутое камзолом в горизонтальную черно-желтую полоску, что делало младшего магистра похожим на упитанного шмеля.

– Ох-ох-ох, – развел он руки в стороны словно собирался меня обнять. – А вот и последний, но не по важности член нашей команды. Вы Кай Шляпник, если я не ошибаюсь? – Улыбнулся он, рассматривая мой головной убор. – Должен сказать, ваш выбор чем прикрыть голову меня удивляет. Не каждый день встречаешь мага имеющего вкус.

Я промямлил что-то вроде спасибо, не зная как реагировать.

Рядом с младшим магистром стояло три бакалавра (две девушки и мужчина) и те тоже выглядели удивленными, бросая настороженные взгляды на нашего старшего, а теперь и на меня.

– Вы не знакомы? Тогда позвольте я вас представлю и начну пожалуй с себя, – продолжил улыбаться удивительный младший магистр поймавший на палец бабочку.

Он с таким детским восхищением рассматривал каждый взмах ее крылышек, что у меня возникли сомнения в том что он играет с нами.

– Я известен как Локонс Сомневающийся. Второй заместитель главы департамента железных дорог по городу Заячья Губа, что восточнее столицы нашей Республики. Может вы что-нибудь слышали о нашем замечательном городе?

Мы все в отрицании покачали головой и он расстроился.

– Что же вы? Вам обязательно нужно побывать у нас! Просто обязательно!

Бакалавр-девушка, что привлекла мое внимание своей милой внешностью заверила младшего магистра что «обязательно» там побывает.

Младший магистр рассмеялся и пожурил ее.

– Молодежь! Не люблю, – покачал он головой. – Ложь. Не люблю.

Девушка и смутилась и испугалась одновременно.

Локонс Сомневающийся перевел свой мечтательный взгляд на меня, но долго на мне его не задержал, нашел кое-что поинтересней. Жука что полз в траве и сейчас пытался забраться по ботфортам младшего магистра в его сапог. Говорить со мной он при этом не перестал.

– Господин Кай, раз уж вы опоздали, смею заверить не по своей вине, поезд пришел позже – знаю, так что оправданий не жду. Представляю вам тех кто вместе с нами будет выжигать гнездо этих тварей. Эм-м? – Нахмурил лоб младший магистр, пытаясь вспомнить.

– Квакуш, – подсказал ему поглядывающий на всех вокруг с иронией мужик-бакалавр чье лицо было покрыто неаккуратной, трехдневной щетиной от шеи до глаз.

– Точно! Спасибо, – поблагодарил его «шмель», бережно подхвативший жука на ладошку и поднесший его к самому своему носу для изучения. – Девушки и этот молодой мужчина, – грубовато указал он на того пальцем другой руки, – которого я бы очень хотел увидеть в истинном облике (бакалавр нахмурился когда о нем заговорили) – работают вместе. Министерство связи и сообщений. Департамент железных дорог. Прибрежный. Думаю и кабинеты у них по соседству. Хе-хе-хе, – рассмеялся младший магистр когда жук перебрался на его лицо и начал изучать своими усиками его нос.

– У нас один кабинет на пятерых, – проворчала другая девушка-бакалавр. На фоне милой она выглядела… Э-э-э… Замухрышкой, сказал бы я, но было в ней что-то… что не передать словами. Особенное.

– Да-да, – потерял мысль младший магистр, так как жук неожиданно отрастил сильные задние лапки и прыжком, оттолкнувшись от головы Локонса Сомневающегося – убег. Скрылся в высокой траве. И хорошо… Младший магистр вспомнил что хотел сказать. – Этих молодых людей зовут: Юкона (миленькая), Фегъ (которому стоило бы побриться) и Несмеяна (замухрышка). Обращайтесь друг к другу по именам. Так проще.

Мы переглянулись.

Младший магистр тем временем посмотрел на небо и «пожевал» губами.

– Сегодня уже никуда не пойдем. Выступим завтра.

Офицеры из обычных людей что все это время стояли рядом и молчали, кивнули и ушли, оставив нас.

Младший магистр махнул рукой и пригласил меня и остальных следовать за собой, к своему костру, неожиданно заговорив по делу, стоило нам присесть на поваленное дерево.

– Департамент обеспокоен активностью демонических зверей и неконтролируемым разливом болота в котором они живут. Вам этого не сказали, но на зачистку этих жабоподобных тварей уже отправляли команду, но связь с ней потеряна.

Я вспомнил свой бой с «коронованным» вожаком квакуш и едва не кивнул.

– Департамент учел это и собрал нас. Думаю при моей и вашей поддержке – солдаты справятся.

Не знаю, не знаю…

– Ох! – Отвлекся начавший казаться мне нормальным маг на обычного зайца, поглядывающего на нас из-за кустов, и я окончательно записал Локонса Сомневающегося в чудаки. В немалой степени из-за того что он оставил нас и побежал стребовать с повара морковку.

Я улыбнулся, как и миленькая на личико Юкона. Чужеблуд был настороже. Несмеяна щурилась, а Фегъ продолжал смотреть с подозрением как на младшего магистра, так и на меня, похожего своим видом на экстравагантного мага как брат-близнец. Мне кажется он ждал что я пущусь в пляс или что-то такое.

Разговор как-то не завязывался. Я был для них странным новым лицом с сомнительной внешностью и наклонностями (моя рука все это время машинально поглаживала череп-оберег).

В мой образ странного парня как нельзя лучше вписалась улитка что не желала сидеть на месте, а ползала по всей поверхности шляпы-гриба, вытягивая свои глаза на ножках в сторону магов, из-за чего они постарались «незаметно» от меня отсесть и толкались, не желая уступать место Несмеяне сидевшей ко мне ближе всех.

Вернувшийся младший магистр не заметил их передвижений по бревну и продолжил разговор с того места на котором он его закончил.

– Ваша задача прикрывать солдат и друг друга. Наша цель – найти источник так изменивший болото, обезопасив этот участок железных дорог. И девочка, – посмотрел он на миленькую девушку-бакалавра. – Надеюсь, твои проблемы нам не помешают?

Бакалавры встревожено переглянулись. Они, похоже, знали, о чем говорит младший магистр.

– Я вижу ты совершила малость неумный поступок, – осуждающе покачал он головой. – Что за талант ты попыталась привить к своему Атоллу Основания – не спрашиваю. Как ты его украла, взрастила ли сама или купила – меня тоже не интересует. А вот то, что он не прижился и теперь твой Атолл в раздрае – это мое дело.

– Мне уже лучше, – мягким, бархатистым, как и ее внешность голосом возразила Юкона.

– Не вижу. Слушайте сюда – дети. В Союзе Республик мы не практикуем Атоллы Основания схожие с возможностями магов из той же Империи Плеть. Вы не можете так просто взять и украсть чужой талант или умение. Тот же Незыблемый Камень просто порвет. В лучшем случае вы останетесь калеками.

Девушка как-то неестественно улыбнулась, бросив на меня косой взгляд.

– Как я вижу, тебе, девочка, помог кто-то знающий и не допустил худшего, но до полного излечения еще далеко. Завтра держись позади.

Я только вернул уважение к младшему магистру, а он возьми без слов вскочи на ноги и убеги в лес, за стадом пятнистых оленей.

Молчание между нами – бакалаврами, стало еще более неловким. Они, очевидно, хотели поговорить между собой, но им мешал я.

Тут еще Чужеблуд лезет под руку со своим мнением.

– «А эта барышня ничего, хозяин. От такой милашки не ждешь кровавых жертвоприношений и кражи со смертельным исходом талантов из влюбленных в нее магов. Идеальная внешность для злодеяний. И пахнет вкусно».

Я уже знал о вкусах черепа достаточно чтобы предположить:

– «Предлагаешь ее съесть?»

– «ДА!»

Я усмехнулся, посмотрел на новых знакомых и задумчиво разложил по полочкам исходившие от них запахи. Интересно… Юкона Медовая.

Младший магистр забыл о нас и не вернулся. Бегал по опушке, смешно поддерживая руками пузико. Так что я оставил ребят сидеть у погасшего кострища (заметно оживившихся после моего ухода), выбрал себе местечко и оборудовал его для сна.

А ночью, выспав свои три часа – мы с младшим магистром дежурили вместе. Он тоже спал мало и отпустил солдат что должны были сторожить наш сон – отдыхать, несмотря на их робкие возражения и боязливые взгляды в сторону палатки офицеров.

– Идите-идите, – подтолкнул их в спины Локонс Сомневающийся заняв их уголок у костра.

Я думал он заговорит со мной, но младший магистр меня удивил. Пока он мастерил что-то из перьев, закусив кончик языка губами, я вырезал из подобранной здесь же палки свисток.

Утром мы молчаливо обменялись нашими трудами, и я передал маленькую шапочку из перьев улитке выросшей на диком источнике грязной магии стихии жизни, привязавшейся к шляпе, пока младший магистр восхищался ухающим совой свистком.

– У-у. У-у, – не переставая дул он в него пока не наигрался.

Проснувшиеся бакалавры обменялись взглядами, словно что-то о нас поняли.

Завтрак и в путь.

Двигались со скоростью самого медленного из нас. Я еще вчера мог указать на него пальцем и не ошибся. Младший магистр снова чудил.

Запруда на ручье? Бобры? Надо остановиться, посмотреть. Озеро? Где моя удочка? Что вы говорите там жужжит? Пчелы? О-го-го, выхватывает он из своего вещмешка ложку-черпак под стать его пузу.

Мне было смешно, и я с удовольствием принимал участие в забавах младшего магистра, а вот другие бакалавры и солдаты не разделяли нашей тяги к природе и опасались каждого шороха.

Попытки младшего магистра найти грибы достаточных размеров чтобы их шляпы подошли нашим коллегам магам провалились. Они категорически отказывались примерять шляпки от мухоморов.

– «Он мне нравится!» – Впервые на моей памяти сказал что-то хорошее о другом человеке, Чужеблуд, но тут же все испортил. – «Полный псих! Тебе, хозяин, до него еще далеко…»

Странно, но за все то время что мы идем вдоль железных путей на нас никто так и не напал. Болото по ту сторону рельс было затянуто туманом через который ничего не видно. Стояла неестественная тишина. Единственное яркое пятно вокруг – мы сами. Окрестности близь болот словно вымерли, но нет, конечно, нет.

Мы дошли до деревни Дальней и на ее улицах била жизнь. Был слышен смех. Дети играли, а взрослые работали. Еще бы злой взгляд со стороны болот не жег так спину.

В деревне о пропавшей в окрестностях группе зачистки магических аномалий ничего не знали.

– Н-н-н-не слышали, – ответил староста на наш вопрос, заикаясь. – Кы-кы, к… все к-как обычно.

Выслушав старика Бажена, мы, на что я в тайне надеялся – в деревне не задержались, и все же повернули обратно к железной дороге. Заминка вышла лишь из-за чудного младшего магистра, решившего раз бакалавры не хотят носить на голове грибы, то им подойдут венки из ромашек – особенно девушкам и мы битый час искали поляну с цветами.

Венок наш лучащийся счастьем и пыхающий здоровьем «шмель» таки сплел, но не из ромашек, а надергав на деревенском поле подсолнухов. При этом один венок он одел на себя, а другой на меня – заставив примерить его вместо шляпы. О девушках он как-то позабыл.

Прежде чем спуститься по насыпи с железной дороги – вниз, в болото, затянутое туманом, все срубили себе по слеге – не гнилой палке около двух метров длиной, способной спасти нас от крупных неприятностей.

Вот младший магистр дает отмашку, и мы выдвигаемся. Туман давит со всех сторон. Запах теплой стоячей воды, мха и подгнившей древесины.

– Бульк! – Взрывается рядом со мной пузырь воздуха, поднимаясь из-под сапога и разрываясь на поверхности неприятным запашком.

Заголосили лягушки, молчавшие все это время.

– Ква. Ква. Ква.

Руки солдат тянутся к оружию, но опытные сержанты велят им думать, прежде чем делать.

Офицеры держатся ближе к нам, магам. Мы идем дальше, и вода поднимается до уровня пояса. Рогоз и туман мешают обзору. Ил с глиной под ногами мягкий. Податливый. Если стоять на месте засасывает так что несколько человек уже остались без сапог. Ждем пока они за ними ныряют.

Над ухом противно пищат комары.

Что-то не нравится мне происходящее. Держащаяся за моей спиной Юкона тоже не вызывает былого умиления.

Глава тринадцатая
«ВСЕ! ЕСТЬ! ПЫЛЬ!»

«Могу ли я игнорировать талант зельевара?» – Спросил я себя и ответил – «Могу, но не хочу».

И зачем спрашиваю, ведь знаю ответ?

Срезав стебель многоглазки, я бережно замотал его в тряпицу и убрал в рюкзак, не обращая внимания на чужие взгляды.

Стрельба тем временем стихает, и солдаты разбирают простых квакуш на сувениры. Берут когти и крупную чешую с живота.

– Не стоим на месте! – Кричат офицеры на понятном для солдат языке. – Двигаемся, черти!

Нам хоть и приходилось идти, где по колено, а где и по пояс в вонючей стоячей воде и среди этого странного тумана – от жужжащей проблемы комаров мы солдат избавили. Хоть в малости облегчили для них марш-бросок.

– Тебе не кажется эта вода странной? – Спросила меня Юкона, продолжающая идти рядом со мной, как и один из офицеров. Видимо ей надоело мое молчание.

Запах меда от нее усилился.

– Она горячая, – подтвердил я.

– Я бы выразилась по-другому, – пропыхтела насквозь мокрая девушка, нижняя половина которой была под водой, а верхняя промокла из-за невероятной влажности, жары и тумана.

Даже перемазанная грязью и с прилипшими к лицу кусочками подсохшей тины она все равно выглядела мило, чему в немалой степени способствовал источаемый ею на уровне духа запах меда.

Так, что-то я думаю не о том.

Двигаться в таких условиях солдатам было адски сложно. Маги тоже испытывали определенные трудности, а мне с моим «серым телом» – жара была нипочем.

Бросив взгляд на младшего магистра, я усмехнулся про себя – «а почему бы и нет?» – и сорвал проплывающий рядом цветок белокрыльника и, обернувшись, заправил его за ухо Юконы.

Ее рот в удивлении сложился в букву – о, а я отвернулся, и продолжил шагать-плыть сквозь болото как ни в чем не бывало. Было забавно… попробовал я на вкус ее эмоции раззадоренные моим поступком.

Заметив что с полей моей шляпы свисает улитка (едва не падая), я подплыл к растению к которому она тянулась, оторвал от него крупный лист и вложил ей его в рот.

– Мня?

– Кушай.

Мне не нужно было оборачиваться чтобы почувствовать как офицер и сержант рядом с ним переглядываются и крутят пальцем у виска.

Глаз на затылке у меня нет – просто все чувства обострены, ну и в немалой степени помогает Чужеблуд, что следит за округой своей парой темных омутов. Купаться ему не нравилось, и я подвязал его к рюкзаку.

Только я об этом подумал, как под воду с головой ушла Юкона. Замечталась.

Протягиваю руку и выдергиваю ее из ямы. Ловлю выпущенную ею из рук слегу, жду, пока она выкашляется, и иду дальше, не забывая прощупывать место куда ступаю палкой.

Цветок что я заправил ей за ушко проплывает мимо, но я не делаю попыток его поймать и только провожу взглядом.

– У нас еще один.

Ко мне подводят дрожащего из-за озноба – и это в кипятке местных болот – солдата.

Спрашиваю.

– Что случилось?

– Укусило что-то под водой.

Я морщусь. Пахнет ядом, а это значит в приказ-лечение придется вложить больше магии.

Пытаясь хоть в малости экономить расход энергии, дотрагиваюсь до него в районе раны, что к моему несчастью была у него на заднице (Юкона хмыкает).

Солдату становится легче, бледный цвет его лица уходит – сменяется алыми пятнами на щеках, и он меня благодарит.

Киваю.

Жабоподобные звери появляются неожиданно – все этот туман.

Рык и солдаты открывают огонь, а мы их страхуем, на случай если среди обычных тварей скрываются вожаки, что и происходит.

Кричу.

– Справа на мне!

И с трудом прыгаю – нащупав под ногами более плотный участок грунта.

Я щит, что защищает тех, кто стоит позади.

Удар сжатым воздухом останавливает листопад, красиво кружась вокруг меня в красно-желто-зеленом хороводе из листьев, и солдаты с облегчением отступают, выбирая себе противников по силам.

– Р-р! – Взрыкивает прямоходящая то ли жаба, то ли ящерица, источающая рыбный аромат и с куда большей грацией чем я выпрыгивает из воды – несясь прямо на меня и отталкиваясь от этой самой воды словно это земля. Привычно пригибаюсь, пропускаю руку твари над собой (шляпу я успел передать на хранение бесполезной Юконе) – и сосредоточив дух и стихию в кулаке пробиваю удивленную мерзость насквозь. Стряхиваю ее с себя, сдергиваю с ее шеи связку каких-то побрякушек (изучу как будет время) и проверяю не нужна ли кому помощь, не обращая внимание на мелких рыбешек начавших носиться туда-сюда внутри пятна крови в котором я нахожусь.

Вокруг Несмеяны пляшут языки фиолетового пламени в котором сгорают сразу два вожака, а вот Фегъ как и я вертится вокруг своего противника и бьется кулак в кулак.

Эта его небритость которую я принял за неряшливость обернулась отголосками того самого истинного облика о котором говорил младший магистр что как и я сейчас – наблюдает за боем бакалавра и едва не хлопает в ладоши от радости, не скупясь на подбадривающие и неловкие возгласы.

– Волосатые – чешуйчатым – не братья! Бей не жалей! Жопу побрей! Ха-ха-ха.

Облик обезьяны был неплох, но силы и способностей ему не хватало и Фегъ провозился с вожаком куда дольше чем я или Несмеяна.

Вернув себе обличие человека глаза Фега не претерпели изменений, оставшись все такими же иронично-грустными и уставшими.

– Ха-ха-ха, – продолжал смеяться, держась за живот, Локонс Сомневающийся и солдаты, расправившиеся со своими зверями – тоже заулыбались, хоть и старались делать это украдкой и не злить бакалавра.

– Спасибо, – поблагодарил я вернувшую мне шляпу Юкону, что держала ее максимально далеко от себя. На вытянутых руках.

Мы снова шли туда, куда вел нас Локонс, и не спрашивали лишнего… Прошлый его восторженный ответ на вопрос: «куда же мы идем?», никому не понравился.

«Мне кажется, я видел в той стороне стрекозу размером с корову! Надо ее поймать! Хочу полетать на ней!»

Так что мы берегли нервы и просто делали свою работу.

Тот взгляд, что жег мне спину несколько часов назад – исчез, и я начал сомневаться что он был.

Привал было устраивать негде – повсюду гнилостная вода, лягушки и камыши, так что перекусывали на ходу.

– Эй, балбесы! – Обращается к солдатам сержант не так далеко от меня. – Надеюсь вам хватит ума не пить воду из болота?

– Фляжки уже пустые, – жалуются ему мужики типично деревенской внешности.

– Тогда терпите! Вам что было сказано? Глоток в полчаса!

Младший магистр усталости не знал и живот – помехой ему не был. Другие маги тоже выглядели бодро, даже Юкона, что легко сошла бы за ведьму (грязная, со спутанными волосами и перемазавшаяся соком растений), а вот солдаты с каждым часом сдавали все сильней и уже еле плелись где-то позади, спотыкаясь на каждом шагу и ныряя в болото – глотая ту саму воду, сырой которую лучше не пить.

Приходилось подстраиваться под их шаг.

И если бы только это… Карабины – их основное оружие начало подводить. Виновата сырость и забившаяся в механизм грязь.

Скользящую по поверхности болотища змею, нацелившуюся на шею солдатика я перехватил в последний момент. Уже в полете. Та пыталась вырваться, извивалась, обхватив своим телом мою руку, но я держал крепко, а осмотрев ее, пролистал в голове справочник с ингредиентами (лимонного цвета тело, плюс красное пятнышко на голове) – и выдоил яд скверногубки в склянку, после чего побитую – отпустил.

Начало стремительно темнеть. День подходил к концу.

Пережив еще три нападения квакуш и по счастливой случайности никого не потеряв, младший магистр вывел нас к сухому каменистому участку местности на котором не иначе как чудом проросли несколько деревьев. Вокруг этого оазиса все было затянуто болотом, чья поверхность подернута ряской и туманом, так что это именно что оазис, с твердой землей под ногами.

– Заночуем здесь.

Стоило вусмерть уставшим солдатам это услышать, как они потеряли всякую волю и растеклись по земле словно выброшенные на берег прибоем медузы. Сержанты и офицеры пытались их растолкать и заставить работать – но бесполезно – слишком много сил у них ушло на переход, да и сами командиры выглядели не лучшим образом.

Младший магистр вместо того чтобы помогать – выудил из своего казавшегося безразмерным вещмешка сачок для ловли насекомых и стал носиться по острову в поисках показавшихся в сумерках светлячков.

Светом нас обеспечила Несмеяна. Костер фиолетового огня горел без дров, что здесь не найти.

Я первым делом привел в порядок себя. Топнув ногой (немного пошатнувшись из-за навалившейся усталости), создал вклинившийся в болото причал из спрессованной глины, земли и каменной крошки и, ступив на него – прополоскал в вонючей застоявшейся воде одежду, развесив ее на дереве близь костра, что вроде и давал тепло, разгоняя мрак, но вот его фиолетовый цвет вызывал какое-то неприятие.

Солдаты стали оживать и толкались в очереди к причалу – не желая мочить ноги рядом с заболоченным берегом стоя по колено в чавкающем под ногами иле, полном пиявок и червей что тоже не прочь присосаться к коже и попить крови.

Готовку пришлось взять на себя. Подходить к костру люди боялись. Искры от него прожигали даже дубленую кожу на сапогах.

Несмеяна и Юкона ушли на другой край острова, подальше от наших взглядов – отмываться (поворчав на мое предложение покашеварить), а Фегъ на мой вопрос, «не желает ли он взять в руки поварешку и встать за котелок?», иронично на меня посмотрел и проигнорировал.

Ленивая обезьяна! Облик – есть отражение сути.

Солдаты помогли мне набрать воды. Закипела она быстро, но я подождал какое-то время чтобы наверняка убить всю ту дрянь что может в ней плескаться и только потом опустил в кипящую воду крупу. Для остроты добавил «драконий язык», что может выступать как ингредиентом для зельеварения, так и приправой (убийцей микробов).

Каша приобрела жгучий красный цвет.

Сняв котелок с костра, я заправил ее поданной мне тушенкой из армейских запасов роты, и накрыв котелок крышкой, оставил кашу пропитаться запахом мяса.

Раздавал ужин уже не я, а офицер роты сам вставший за черпак.

– Уф! – Обожгли язык первые кто попробовал кашу на вкус, пытаясь снова научиться дышать.

– Одноногий, однорукий и одноглазый – как же жжет! А-а-а-а…

– Воды! Не могу дышать!

– А мне нормально, неженки.

Забрав свою порцию и ответив кивком головы на поднятый вверх палец младшего магистра, обложившегося стеклянными баночками в стены которых бились пойманные им светлячки, я решил прогуляться по острову вместе с тарелкой и случайно набрел на заводь, в которой купались наши дамы-бакалавры.

Голенькие, они остервенело соскребали с себя грязь и не замечали меня, так что я быстро юркнул обратно за дерево и ушел.

Вернулся, а все уже спят. Кроме понятно тех кто остался в карауле, только вот надежды на вымотанных солдат было мало и первым на дежурство встал Фегъ, пока наш младший магистр, разложившийся у самого костра беззаботно дрых – выпустив злых светлячков на свободу, но не спешивших улетать, а круживших вокруг фиолетового огня.

– «Интересное пламя…» – Проскрипел Чужеблуд, не сводя с него своего взгляда. – «Мне кажется, я его узнаю».

– «Узнаешь?» – Удивился и насторожился я, все еще не понимающий что же я создал вместо простого и понятного черепа-оберега.

– «Сны…» – Продолжал он меня удивлять. Он еще и сны видит? – «Демоны…»

Больше он ничего не сказал и замкнулся в себе.

Сны снились и мне, но проснувшись, я так и не смог вспомнить что вызвало мой ужас и отчего в ушах до сих пор звучит клич: «ВСЕ! ЕСТЬ! ПЫЛЬ!»

Ночь. Мы с младшим магистром вновь одни, бодрствуем, пока все спят и что-то мастерим.

Я бездумно вожу пальцем по найденному здесь камню (что крошится под воздействием стихии), а Локонс Сомневающийся творит из глины, лепя… я покосился на него, отвел взгляд, пока он его не заметил и продолжил молчать.

Вот чудак.

Утро. Мы все еще здесь, на этом острове посреди болота. Солдаты ругаются сквозь зубы и заново чистят оружие. Команды выступать от младшего магистра так и не поступило – он увлекся рыбалкой, таская из болота одного за другим карася, вот и сидим. Ждем…

Я лежу на травке, небрежно покусываю травинку, зажатую между зубов, и наблюдаю за младшим магистром, танцующим дикарский танец после удачного заброса и поклевки. Бакалавры, держащиеся на расстоянии от нас – снова шушукаются, косясь и на меня и на него.

Раздражают!

Догадываясь, что так и будет, я оставил им подарок – Чужеблуда, что греет уши рядом с ними и потом все мне перескажет.

Всплеск на болоте и я лениво поворачиваю голову и смотрю на то, что его вызвало.

К нам приближаются пятеро усталых и изможденных незнакомцев. Я хмурюсь и поднимаюсь.

– Наконец-то! – Восклицает младший магистр, бросая удочку.

Он пожелал пообщаться с незнакомцами наедине и отправил нас постоять в сторонке – мы только и узнали что это команда зачистки что отправилась сюда до нас и «потерялась».

Общались они долго, никак не меньше часа и только после позвали нас и офицеров роты приданной к нам солдат.