Текст книги "Сорок третий 5 (СИ)"

Автор книги: Андрей Земляной

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

– Счастлив видеть вас, ваше высочество.

Альда сделала лицо: «Я не виновата, но довольна», и тоже поклонилась чуть присев.

– Великолепный день ваше высочество. И с вашим появлением он стал ещё лучше.

Лиара присела в реверансе, чуть запоздало, но уже без прежней неловкости.

– Ваше Высочество, для меня честь видеть вас.

– Маркизы, – Эльга сказала это обращаясь к жёнам Ардора достаточно громко, чтобы услышали в соседних рядах. – Вы сегодня просто великолепны. Надеюсь мне когда-нибудь удастся сравниться с вами красотой.

Выстрел, тонкий, светский, с кружевами на глушителе. Но попал он точно туда, куда нужно. Вокруг в ложах заплескались веера, задвигались головы, брови и стали рушиться чужие надежды на то, что всё это морок и он быстро рассеется.

Альда улыбнулась принцессе.

– Ах, ваше высочество вы слишком добры к нам.

– Нет, – Эльга остро взглянула на Ардора. – Просто внимательна.

Ардор тихо пробормотал.

– Началось в деревне утро.

– Что? – переспросила Эльга, конечно же прекрасно услышавшая реплику.

– Гонки, Ваше Высочество, – Ардор широко развёл руками, на что она улыбнулась, и чуть склонила белокурую головку набок. – Вы позволите? – Она сделала шаг, оказавшись в ложе Зальтов.

– Разумеется. – Ардор с поклоном помог ей сесть, и занял место рядом, а жёны сели по бокам.

Первый заезд прошёл красиво и почти скучно. Шесть аппаратов сорвались со стартовой линии, пропели винтами, бодро прыгнули в высоту, и ушли на трассу. Публика ахала, хлопала, спорила о скоростях и делала ставки. Один аппарат чуть занесло на выходе из виража, но пилот выровнял его так изящно, что даже Ардор одобрительно хмыкнул.

Во втором заезде участвовала машина мастерских Чёрной протоки.

Это сразу стало понятно по шуму с верхних трибун, где находились самые дешёвые места.

«Синяя ласточка»! – выкрикнул кто-то. – Давай, Нарен!

Пилотом оказался молодой парень в тёмном комбинезоне, худой, длиннорукий, с собранным лицом снайпера, на позиции. Его аппарат выглядел проще дворянских, вообще без украшений, зато куда прочнее и с зализанными аэродинамическими формами. Но винты работали ровно, а стабилизаторы отзывались чётко и точно.

– Из мастерских? – спросила Лиара.

– Да, – ответила Альда, сверяясь с программкой. – Нарен Дош. Сборщик завода «Облако». Команда «Синяя ласточка», спонсор – Союз Механиков Марсаны. Хорошая история для рабочих листков.

– И плохая для тех, кто считает небо наследственным имуществом, – сказал Ардор.

Старт дали зелёной ракетой.

«Синяя ласточка» ушла последней, но уже на первом вираже срезала дугу так чисто, что обошла дворянскую «Белую цаплю», принадлежавшую клубу Орвиса ас Лангора – того самого молодого господина, рассуждавшего у входа про род, воспитание и положение.

На трибунах взревели, а Ардор усмехнулся.

– Хороший мальчишка.

– Не мальчишка, – сказала Лиара, неожиданно напряжённо следя за небом. – Он сейчас всех сделает.

И действительно, на втором круге Нарен Дош вышел вперёд и сделал это красиво. Не грубой скоростью, не риском на грани самоубийства, а точной работой. Воздухолёт лёг в вираж так точно, словно его не вели руками, а заранее нарисовали на небе. Даже в дворянских ложах хлопнули несколько человек, тут же, правда, вспомнив о приличиях и перестав. А потом уже на возврате у «Синей ласточки» странно дёрнулся элерон левого крыла.

Ардор увидел это раньше большинства и сразу понял, что это явно не поломка и не ошибка пилота, а именно внешнее вторжение. Будто кто-то на мгновение схватил аппарат за бок невидимым крюком.

– Плохо, – сказал он, внимательно следя за полётом «Ласточки»

Альда мгновенно повернулась.

– Что?

– Левый элерон дурит, и это не поломка а что-то странное.

После прохода последнего поворота и выхода к финишу «Синяя ласточка» снова чуть провалилась, едва не пропахав землю. Пилот попытался выправить, винты завыли, крылья накренились, словно машина уходила в вираж а на трибунах сначала охнули, потом ещё не испугались. Публика всегда тупит первые секунды, потому что зрелище ещё кажется частью праздника, но Ардор уже стоял, в готовности к действию.

Стабилизатор снова дёрнулся и теперь уже резко вильнув словно хлопнув по ветру, и лёгкий воздухолёт сначала клюнул носом, а затем сорвался с курса и пошёл вправо, прямо на трибуну, где сидели рабочие семьи пять минут назад кричавшие имя Лиары.

– Всем вниз! – рявкнул Ардор.

Его голос пробил шум винтов и музыку оркестра так, словно в павильоне ударил выстрел.

Люди на ближайших рядах инстинктивно пригнулись, но на дальних ещё смотрели, не понимая.

Ардор перемахнул через барьер ложи, прыгнув с высоты третьего этажа, охрана дёрнулась за ним, но поздно. Он уже бежал по полю, сбивая с пути складные кресла, какого-то чиновника с бокалом и худого журналиста, который попытался одновременно отскочить и записать происходящее.

«Синяя ласточка» падала не камнем, а скользила боком, с работающими винтами, рыча, плеская дымом и огнём из перегруженного мотора. Если бы она вошла в трибуну, людей порезало бы винтами и переломало фюзеляжем, а потом ещё могло вспыхнуть топливо.

Ардор не думал, а просто оказался там, где должен был.

Сила ударила изнутри резко, почти зло. На лице вспыхнула голубоватая сетка, в голове словно повернули тугой вентиль, воздух перед ним уплотнился, стал тяжёлым, как мокрая парусина.

Он не пытался остановить аппарат целиком. Просто не понимал, как это сделать. И ударил энергией в бок воздухолёта. Грубо, словно плечом в дверь.

«Синяя ласточка» в воздухе вздрогнула, и ещё больше накренилась на крыло, переворачиваясь.

Публика увидела это, вскрикнув

Потом увидела следом как падающий воздухолёт вдруг сместился от трибуны на несколько локтей, потом ещё, зацепив правым крылом по краю ограждения. Винт сорвало, он ушёл куда-то в сторону, хлёстко воткнувшись в забор и улетел дальше, оставив огромную дыру.

Ардор стиснул зубы.

– Ну!

Воздух перед ним сгустился, будто стал стеклом, и словно услышав это короткое «Ну» сама ткань реальности пошла рябью, и «Ласточка» ударилась об невидимую преграду, хрустнула, потеряла скорость упала вниз не на людей, а на пустой участок между трибуной и служебной дорожкой. Скользнула, перевернулась через хвост ломая крылья, вспорола землю и остановилась в облаке пыли,

Тишина наступила такая, что было слышно, как где-то на верхнем ярусе упало что-то звонкое.

И сразу резко, захлёбываясь в крике заголсил пилот. Наверняка поломанный, но живой. И сразу заорали все остальные.

Ардор выдохнул, пошатнулся, ухватился для устойчивости за спинку раскладного кресла и выругался так, что пожилая дама в первом ряду машинально осенила себя защитным кругом, хотя, судя по лицу, больше от красоты формулировки.

Лиара уже летела вниз, Альда шла за ней быстро, но не бегом, и от этого казалась ещё страшнее. Принцесса Эльга стояла у края ложи, бледная, но совершенно собранная, и не оборачиваясь, коротко отдавала распоряжения офицеру охраны.

Первой до разбитой машины добралась охрана парка. Второй – Ардор, хотя он был дальше всех. Просто оказался быстрее. Оторвал перекошенную дверцу, отшвырнул её в сторону и заглянул внутрь.

Пилот висел на ремнях, лицом в крови, но глаза у него были открыты.

– Живой? – спросил Ардор.

– Н-ноги… – выдохнул Нарен.

– Раз орёшь, значит, пока не умер. Уже хорошо.

– Я… я не трогал… элерон сам…

– Знаю.

Врачей подпустили через несколько секунд. Ардор отступил, но не ушёл, внимательно смотря на отломанное крыло и кусок рулевой тяги, вернее, на то, что от неё осталось.

Слишком чистый срез, и маленькая серебристая скоба, поверх крыла там, где её быть не должно. С виду обычная деталь, но от неё тянуло слабым, неприятным холодком. Маготехническая пакость. Не боевая, но достаточно сильная, чтобы на нужном повороте убить управление перекусив тягу.

Ардор выдернул скобу кинжалом и поднял на ладони, бросив мимолётный взгляд на Альду.

Она стояла рядом, и судя по лицу поняла то, что понял Ардор

– Это диверсия.

– Угу.

Лиара стояла у носилок, на которые перекладывали Нарена, и держала его за руку. Не думая о платье, грязи, крови и том, что на неё смотрят сотни людей, и дав команду чтобы раненого унесли, подошла к Ардору и Альде.

– Он говорит, что перед стартом к аппарату подходил только механик клуба, – сказала она. – Не из его команды.

Альда медленно повернулась к распорядителям, и в глазах её вспыхнуло пламя ненависти.

Те сразу побледнели разом словно репетировали. И вот тут граф Орвис ас Лангор решил, что день и так недостаточно испорчен. Он появился у разбитого аппарата в окружении двух приятелей и какого-то члена клуба в парадном голубом мундире. Лицо у него было злое, но не испуганное. А это Ардору сразу не понравилось. Нормальный человек после такого сначала пугается. Если не за людей, то хотя бы за себя. А этот злился, будто ему испортили заранее купленный праздник.

– Это безобразие! – громко заявил граф. – Маркиз вмешался в ход официальной гонки с применением неучтённой силы! Требую зафиксировать нарушение и снять результаты заезда до разбирательства!

На секунду даже шум толпы стих и Ардор медленно повернулся.

– Что ты там вякнул, говно нестроевое?

Граф, видимо, решил, что раз сказал глупость громко, то теперь отступать поздно.

– Вы вмешались! Все видели! Аппарат изменил траекторию после вашего… действия. Кто знает, не вы ли стали причиной аварии?

Лиара побелела, но не от страха, а от ярости, а Альда чуть прищурилась, выбирая из длинного списка наказаний для мерзавца.

– Граф, вы сейчас обвиняете моего мужа в том, что он спас сотни людей от смерти при падении воздухолёта?

– Я говорю, что любое применение силы на трассе должно расследоваться! Особенно когда речь идёт о человеке, чьё положение и так вызывает вопросы.

– Моё положение вызывает у тебя вопросы? – уточнил Ардор.

– Ваше стремительное возвышение, странный брак и теперь ещё вот это… – Орвис махнул рукой в сторону разбитой гондолы. – Некоторые могут решить, что вы создаёте опасности, чтобы потом красиво их устранять.

Вот теперь стало совсем тихо.

Даже рабочая трибуна, где только что люди плакали, обнимали детей и благодарили всех богов за то, что остались живы, замерла.

Ардор посмотрел на графа с почти добрым интересом.

– Альда?

– Да, милый?

– Это уже крайний случай?

– Ещё нет.

– Ты издеваешься.

– Конечно. Я и Ли, вот те кому единственным это позволено, вот я и пользуюсь.

Лиара вдруг вышла вперёд, вытирая с пальцев кровь пилота платком с монограммой и короной. Светлое платье было испачкано у подола, прядь волос выбилась из причёски, но в этот момент она выглядела не хуже Альды. Просто иначе. Не герцогиней, а женщиной, за спиной которой только что чуть не убили людей. Подошла, и с разворота влепила длинный смачный удар в лицо разбив нос, и щёку графу, и тот рухнул на траву, схватившись за лицо.

– Граф, – сказала она, наклонившись к ползающему в грязи Орвису, и взяв за волосы вскинула его голову лицом к себе едва не свернув шею. – Там сидели дети. Женщины, мужчины, ну все те люди, которых вы, вероятно, замечаете только тогда, когда они открывают перед вами дверь или несут тарелку. Мой муж остановил воздухолёт, летевший в них, фактически чудом. А вы первым делом заговорили не о раненом пилоте, не о зрителях, не о причине поломки, а о результатах заезда. Это очень много говорит о вашем роде, воспитании и положении. Но знаете, что? А побуду – ка я ещё пару секунд девчонкой с окраины. – И она, отступив на шаг назад, влепила такой смачный удар в бок Орвису, то того крутануло на траве.

Кто-то на дешёвых местах сначала ахнул, потом хлопнул, один раз, следом второй, и через несколько секунд вся верхняя часть трибун взорвалась аплодисментами, криками и мельканием шляп, кепок и шарфов.

Граф охреневший от такой раздачи, с трудом поднялся. И глядя с ненавистью в лицо Лиаре прошипел.

– Вы забываетесь, Гес.

Ошибка была настолько яркая, что даже Ардор не успел вмешаться.

Принцесса Эльга, спустившаяся к ним в сопровождении охраны, остановилась рядом с Лиарой и произнесла холодно:

– Маркиза Таргор-Увир, граф. Запомните. Если память вашего рода настолько коротка что не позволяет запомнить, то запишите.

Орвис дёрнулся, как от пощёчины. Графиня Талисса, стоявшая чуть позади, перестала улыбаться совсем. Старший распорядитель клуба выглядел так, будто с детства мечтал стать маленьким, неприметным и желательно совершенно прозрачным.

Эльга протянула руку к Ардору.

– Что вы там нашли?

Он положил ей на ладонь серебристую деталь.

Она внимательно осмотрела, поднесла к собственному браслету. Камень в браслете едва заметно потемнел.

– Маготехнический зажим. С задержкой отклика. Не сильно дорогой, но не кустарный. Ставится на тягу, ждёт отмеренное время, потом закусывает механизм. Для убийства грубо, а для аварии идеально.

Граф Орвис вдруг стал очень неподвижным.

Ардор это заметил и усмехнулся.

– Интересная у вас реакция.

– Я не понимаю, о чём речь, он гордо поднял голову, но с огромным кровоподтёком на лице, это сделать непросто.

– Да? А лицо понимает.

– Вы не смеете…

– Смею.

Офицер охраны принцессы уже отправил двух людей к ангарам, ещё четверо перекрыли выходы со служебного поля. Воздушный клуб на глазах превращался из светского мероприятия в место происшествия, и многим присутствующим это крайне не нравилось. Особенно тем, кто привык, что неприятности случаются с другими.

Через несколько минут привели механика.

Невысокий мужчина в серой куртке клуба с бледным лицом, на рукавах свежие следы смазки. Он пытался держаться, но слишком часто бросал взгляд на графа Орвиса.

– Имя, – сказал офицер охраны.

– Ригор Танс, механик второго ангара, ваша милость.

– К аппарату «Синяя ласточка» подходил?

– По регламенту. Проверка креплений.

– Кто приказал?

Механик молчал, но когда Ардор сделал шаг, то сразу заговорил:

– Старший смены Игнис Доршал.

Старший смены, которого нашли почти сразу, оказался человеком умнее. Он не стал геройствовать, а сразу сообщил, что приказ поступил устный, через помощника графа Орвиса, «в особом порядке, чтобы команда мастерских не устроила позора клубу».

Орвис начал что-то говорить. Громко. Про ложь, клевету, превышение полномочий, честь рода и недопустимость давления на честного дворянина.

Ардор слушал недолго.

– Заткнулся.

Граф Орвис осёкся.

Не потому, что слово было таким уж страшным. А потому что в голосе Ардора не было злости. Только усталое обещание скорого упрощения ситуации.

– Вы сейчас будете молчать, – сказал Ардор. – Потому что, если откроете рот ещё раз, я решу, что вы пытаетесь сорвать следственные действия после покушения на жизнь подданных Короны, и оскорбление действием члена королевской семьи. А я, как офицер Короны, могу задержать вас очень грубо, или просто решить, что вы опасны и прикончить на месте.

– Это произвол! – Хотел громко крикнуть граф, но голос предательски сорвался в жалкий визг.

– Нет. Произвол – это когда богатый мальчик портит воздухолёт парню из мастерских, чтобы тот красиво упал на головы таким же простым людям, а потом делает вид, что его больше волнует протокол гонки.

По толпе прокатился низкий гул.

Вот теперь скандал стал настоящим.

Не светским и не газетным, из тех, где одна дама сказала другой что-то достаточно ядовитое про цвет платья, а тем после которого горят усадьбы, и в канавах находят мёртвых дворян.

Рабочие трибуны уже гудели так, что охрана начала нервно смещаться ближе к ограждениям. Дворянские ложи замерли в священном ужасе, крупный капитал молча считал последствия, военные смотрели на Ардора с тем самым выражением, с каким солдаты смотрят на командира, сделавшего что-то совершенно безумное, но правильное, и просто ждали его приказа, причём даже те, кто находился в серьёзных чинах, потому что поняли, что это всё не про скандал, а про устойчивость всего государства, и слом внутренних скреп.

Принцесса Эльга шагнула вперёд.

– Графа Орвиса ас Лангора и всех причастных изолировать до выяснения обстоятельств, – сказала она. – Именем Короны, материалы происшествия передать в Королевскую канцелярию и Сыск. Воздушному клубу – прекратить всю деятельность до оглашения результатов проверки.

Старший распорядитель чуть не согнулся пополам.

– Ваше Высочество, но Кубок…

– Кубок только что чуть не стал похоронами пары сотен человек, – холодно сказала Эльга. – И если для вас кубок важнее, то у вас странное чувство приоритетов.

Граф попытался отшатнуться, что-то выкрикнуть про неприкосновенность, но охранница принцессы оказалась человеком простым и, видимо, воспитанным в правильных местах. Она заломила Орвису руку так что тот вытянулся в струну, заткнулся и мелкими шажками пошёл куда повели.

Ардор одобрительно кивнул.

– Хорошая школа.

Дама кокетливо улыбнулась.

– Королевская охрана, господин маркиз.

Когда графа увели, толпа наконец сорвалась.

Сначала рабочие. Потом часть военных. Потом, с задержкой, и те, кто понял, что сейчас не хлопать опаснее, чем хлопать. Аплодисменты шли волной, неровной, злой, благодарной и совершенно не светской.

Нарена уже погрузили в воздухолёт медиков и тот улетел, Лиара стояла рядом с Ардором, всё ещё бледная, и насупившаяся.

– Они хотели, чтобы он упал на нашу трибуну, – сказала она. – На тех, кто меня приветствовал.

– Возможно. – ответил Ардор.

– Но зачем?

Альда посмотрела на дворянские ложи.

– Думаю, что это стало бы бонусом к провалу заводской команды. Но они использовали бы это обязательно, чтобы завтра написать, что-то вроде – «народное торжество закончилось кровью». Чтобы связать твоё имя с давкой, смертью и грязью. Чтобы показать рабочим, что их «знамя» приносит беду. Чтобы напугать клуб, двор, нас. Причин много, милая. У подлости всегда богатое воображение, когда платить должны другие.

Лиара медленно выдохнула, посмотрела на стёсанные до крови костяшки кулака, и подняла взгляд на мужа.

– Ты только что на глазах у половины столицы остановил падающий воздухолёт.

– Не остановил. Сдвинул чуть-чуть.

– Арди, оставь всю эту бодягу с деталями для магов. Для всего стадиона ты сделал вот так, – она резко махнула рукой, – и небо передумало убивать людей.

Ардор поморщился.

– Плохо.

Эльга подошла ближе. Смотрела она на него внимательно, почти без привычной игры.

– Вы не ранены?

– Нет ваше высочество.

– Врёшь конечно?

– Немного, Ардор улыбнулся, р развёл руками. – Просто голова шумит, и штормит слегка.

– После такого у всей столицы голова будет не шуметь, а полыхать, – сказала принцесса.

Альда тихо, почти беззвучно рассмеялась.

– Ваше Высочество, мы сами узнали об одарённости Арди только сегодня, и вот что странно и удивительно, но наш семейный секрет продержался меньше часа.

Эльга перевела взгляд с неё на Ардора, потом на Лиару.

– Значит, он перестал быть секретом вовремя и очень в правильном обрамлении. Сегодня это спасло сотни людей. А всё, что спасает людей на глазах у народа, очень трудно объявить преступлением. Даже дворянам.

– Они попробуют, – сказал Ардор.

– Разумеется, – ответила Эльга. – Но и мы ударим. И поэтому завтра будет очень интересное утро.

Лиара тихо сказала со вздохом.

– Опять газеты.

Ардор посмотрел на разбитую «Синюю ласточку», на испуганных распорядителей, на графа, заталкиваемого в простой воздухолёт без знаков различия, на рабочие трибуны, где люди всё ещё стояли и смотрели в их сторону так, словно ждали не просто реакции, а ответа, затем на Альду а Лиара вдруг улыбнулась. Устало, бледно, но всё-таки улыбнулась.

– А я вся извозилась как горшечница

Альда усмехнулась.

– Ничего страшного. Ты всё сделала верно.

Эльга посмотрела на него, потом на обеих его жён.

Знаете, – сказала она, – теперь я окончательно понимаю, почему возле вас так быстро становится интересно.

– Это не мы, Ваше Высочество, – ответил Ардор. – Это мир плохо себя ведёт.

– А вы?

– А мы проводим воспитательную работу.

Глава 9

– Ну что там дальше, Талис? – Король слушал доклад первого помощника сидя в рабочем кабинете, самым первым и только за ним уже всех остальных силовых министров, глав ведомств и прочих, пробившихся на доклад. Но радовал только Талис, чьи сообщения отличались краткостью, законченностью, и никогда не страдали от субъективизма. Хотя в последнее время также радовал командир Корпуса Егерей, и новый глава Сыска. Тоже подтянулись.

– Ваше решение по маркизату, подтвердилось, ваша милость. – Ингро склонил голову. – Маркизу потребовалось полсуток чтобы разобраться в ситуации, остановить фабрику смерти и вызвать сыскарей. Сейчас там работают оперативные бригады безопасности и Сыска, и могу уверенно сказать, что место герцога Кунара, займёт кто-то другой.

– Брал? – Отрывисто спросил Логрис.

– Если бы только брал, ваша милость. – Генерал Талис вздохнул. Он оказался главным выгодополучателем от всей схемы, и продавал изменённые материалы контрабандой.

– Да, этот Ардор реально как лом против любого затора. Сносит всё на своём пути.

– Да, ваша милость, и тут сразу вчерашний скандал.

– Да, мне что-то доложили, но министр Двора доложил так, что я понял плохо. Поясните?

– Охотно, ваша милость. На гонки Воздухолётного клуба неожиданно заявилась команда мастеров Чёрной Протоки Синяя Ласточка. Они там у себя гоняли чего-то и приняли решение поучаствовать в главном призе сезона. Ну а владельцы и распорядители клуба, решили, что это слишком, и воткнули на машину мастеров техномагический манипулятор.

Но видимо машина оказалась прочнее чем они надеялись, и тот смог повредить тягу только уже перед самой трибуной. Машина начала падать на людей, когда в дело вмешался майор Таргор – Увир. Он громким голосом предупредил людей, а после успел добежать до самой трибуны, и сначала сбил магическим ударом траекторию падения, а вот после… – Талис усмехнулся. А после, ваша милость он словно прикрыл людей щитом, и воздухолёт, ударившись об него упал на траву. Единственным пострадавшим оказался сам пилот, но им уже занимаются лучшие врачи, оплаченные вон Зальтом.

– А что там за история с избиением графа Орвиса? Неужели Ардор не мог себя сдержать?

– О, нет, ваша милость. Это не майор. Это его жена. Ну, та которая Лиара. Это она разбила ему лицо и сломала пару рёбер.

– Боевая, однако девчонка. – Логрис усмехнулся.

– А ведь могла и лезвием полоснуть. – Уточнил Талис. – У неё складной кинжал лежал в сумочке.

– И граф не вызвал Ардора на дуэль? – Удивился Логрис.

– Нет, ваша милость. У майора весьма серьёзная репутация.

– Тогда какой же он дворянин? – Удивлённо спросил король. – Для дворянина честь должна быть дороже жизни.

– Подать документы на лишение титула?

– Не титула, генерал. Сословия. Мне такие дворяне без надобности. – Логрис вздохнул. – Но ведь теперь, никто не поверит, что это была инициатива Эльги. Все станут думать, что это я такой могучий и прозорливый, свёл их с Таргор – Увиром,

– Так и не беда. – Талис усмехнулся. – Но самое главное, что теперь мы уже совершенно определённо знаем, что майор и есть сорок третий.

– Да, и мы ему об этом конечно же не скажем. Он сейчас делает всё от души, а захотим мы его прижать, да боги милосердные знают, что там вылезет! Пусть уж идёт как идёт. Да и мысль пристроить к нему Эльгушу, третьей женой не так плоха. Она станет править, он получит генерала, а то и генерал-фельдмаршала, его жёны займутся финансами и народными делами… Не конструкция – сказка.

– Лишь бы по дороге не сломался, ваша милость.

– Ну вот ты и проследишь. Пусть пока побудет на батальоне, получит подполковника, и вытащим его сюда в Академию. Здесь поучится два года и получит полк. Дальше посмотрим.

– А принцесса?

– Эльга, да. – Логрис помрачнел. – Конечно, её герой голыми руками оттолкнул трёхтонную машину… Весь альбом уже в его фотографиях. Но ей всего четырнадцать!

– Уже четырнадцать. – Напомнил генерал. – Брачный возраст. К нам поступают десятки предложений, со всего мира.

– Не терпится им. – Ворчливо произнёс Логрис.

– Это понятно. После того как мы надрали Гилларцев отняв у них четверть территории, число желающих породниться выросло втрое.

– Так. Давай, всех гони в лабиринт с согласованиями. Пусть ей будет хотя бы шестнадцать. А там и с Ардором ситуация стабилизируется, да и семья его тоже встанет крепче.

Военные люди вообще а в Генеральном штабе, особенно не любят сюрпризы.

Точнее, любят, но только те, что уже лежат в папке, согласованные с профильными управлениями, завизированы оперативным отделом, обложены приложениями и имеют в конце справку с анализом последствий.

Майор Ардор Таргор-Увир к таким сюрпризам не относился.

Он вообще в последнее время всё чаще напоминал Генеральному штабу мину, по ошибке зачисленную в личный состав, которой выдали мундир, женили, наградили и теперь не очень понимали, как именно хранить, чтобы она продолжала взрываться исключительно в нужную сторону.

В комнате отдыха начальника Генштаба сидели трое. Командующий Корпусом Егерей генерал Зендо Корвос, широкий, тяжёлый, с лицом человека, способного одним взглядом решить вопрос, если офицеры слишком долго думают, военный министр Элтор Ирталь, сухой и мрачный настолько, что рядом с ним даже настенные часы тикали дисциплинированнее и собственно начальник Генерального штаба генерал первого ранга[1] Дальгор Сайрин – высокий, седой, с аккуратными усами и взглядом математика, которому в формулу опять занесли живых людей, кровь, политику и одного егерского майора, плюющего на все правила с высоты собственного полезного безумия.

На столе между ними лежали три папки. Первая – рапорт Сыска о происшествии на территории Воздухолётного клуба, вторая – выжимка Королевской охраны о том же, и третья – уже достаточно толстенькая, хотя была заведена была только утром: «Майор Ардор Таргор-Увир. Вероятное позднее проявление дара. Предварительная оценка».

Сайрин постучал пальцем по третьей папке.

– Я, конечно, за свою жизнь видел многое. Видел, как капитан кавалерии пытался объяснить потерю батареи «недостаточной моральной готовностью лошадей». Видел, как генерал снабжения списал полтысячи сапог на «естественную усушку кожи». Но чтобы боевой офицер внезапно, на глазах у половины столицы, магическим ударом сдвинул падающий трёхтонный аппарат… Такого не припомню.

– Ну… не так уж внезапно, – сказал Корвос.

Ирталь повернул к нему голову.

– Вы… знали?!!

– Нет. Но у меня на таких людей нюх. Таргор-Увир давно слишком живуч даже для егеря. Слишком быстр, слишком резок и иногда делал такие вещи, что в рапортах проще списывать на «исключительную подготовку». Например, в одиночку зачистил весь «Цирк Нио» битком набитый наёмными убийцами и диверсантами, а там любителей не держали.

– Значит, вы что, закрывали глаза?!! – Удивился Элтор Ирталь.

– Я берег хорошего офицера, господин министр. Не мне вам объяснять, как следует беречь хорошие боевые кадры.

Сайрин чуть улыбнулся.

– Господа, не начинайте. У нас нет времени выяснять, кто раньше должен был понять, что майор не просто отморозок с отличной подготовкой, а отморозок одарённый. Вопрос в другом. Теперь-то что делать?

Ирталь открыл папку, пролистал первую страницу.

– По утверждённому порядку, следует уведомить Министерство эфиристики, назначить официальное обследование, включить представителя Академии, военного мага, медицинскую комиссию, правовой отдел и…

– И через два часа об этом будет знать последняя собака на задворках Марсаны, – перебил Корвос.

Через полчаса, – поправил Сайрин. – Через час уже выйдут специальные выпуски, а через два, в кафешантанах будут шутить по этому поводу и петь куплеты.

Ирталь поморщился, но не возразил.

– Да. И главное, обер-маршал Гарладо Корнрас явится лично или пришлёт одного из своих людей с полномочиями шириной в крепостные ворота, и весом в сухогруз.

При имени министра эфиристики мужчины чуть заметно скривились.

Гарладо Корнрас представлял собой тип человека умного, терпеливого, но хищного. Из тех, кто не ломает дверь ногой, если можно сначала купить дом, потом улицу, потом городскую управу, а уже после объявить дверь своей личной исторической собственностью. За последние пятнадцать лет он подмял под себя почти всех значимых магов королевства. Академия, сохраняла формальную независимость, частные дома – личных магистров, армия – штатных эфиристов, но любая серьёзная карьера, лицензия, доступ к источникам, редким реактивам, учебным контурам и высокоуровневым наставникам так или иначе проходили через Министерство эфиристики.

Корнрас не владел магическим обществом полностью, но всего лишь сделал так, чтобы без его подписи оно начинало задыхаться.

– Если Корнрас захапает майора официально, – сказал Сайрин, – он превратит его в свой ведомственный актив.

– В любом случае он, для начала, попробует наложить кураторство, – уточнил Ирталь. – Обследование, режим занятий, ограничения на применение силы, обязательные отчёты, допуск наставников только из министерского списка. Формально всё будет выглядеть безупречно. Забота о безопасности государства, поздно проявившийся сильный дар, нестабильный офицер, публичный инцидент.

– Нестабильный? – Корвос поднял бровь.

– Для обоснования – да. Для официального отчёта вообще любой человек, способный без разрешения изменить траекторию падающей машины, нестабилен.

Корвос откинулся на спинку кресла.

– Вот поэтому я и не люблю бумаги. Они слишком часто пытаются командовать теми, кто умеет работать.

Ирталь ответил не сразу.

Он посмотрел на схему падения «Синей ласточки», на пометку о трибуне, на фамилию пилота, затем на приложенный список журналистов, замеченных возле места аварии.

– Для прессы подготовим сообщение, что майор Таргор-Увир действовал в рамках чрезвычайной ситуации, используя личную подготовку, решительность и неоглашаемые средства стабилизации. Без слова «магия».

Сайрин усмехнулся.

– Неоглашаемые средства стабилизации? Это красиво. Бессмысленно, но красиво.

– Именно поэтому пресса это съест. Одни решат, что речь об армейском амулете, другие – что о секретной егерской технике, третьи напишут, что Корпус опять что-то скрывает, и будут правы, но к делу этого не пришьёшь, без нарушения закона о военной тайне.

– А Корнрас?

Ирталь закрыл папку.

– Корнрасу уйдёт краткое уведомление. Без оценки уровня дара, и без допуска к майору. «Предварительная проверка военной медицинской службой – „Возможный спонтанный эфирный выброс в условиях непосредственной угрозы жизни гражданских лиц“». Всё.

Корвос коротко хмыкнул.

– Он взбесится.

– Разумеется. Поэтому уведомление уйдёт не сегодня утром, а после того, как королю доложат нашу позицию.

Сайрин кивнул.

– Хорошо. А делать-то что будем?

Корвос подался вперёд.

– Его надо учить. Срочно и серьёзно. Но не в столице и не в Академии и уж точно не руками Корнраса. Если майор начнёт разбираться в себе самостоятельно, он или угробит кого-то рядом, или однажды сгорит изнутри, или, что хуже, решит, будто всё контролирует.