Текст книги "Перекрёсток (СИ)"

Автор книги: Анастасия Март

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 22

Артур

– Так как она оказалась здесь? – переиначиваю вопрос, не сводя с Лерки взгляда. Она меня не видит, по-прежнему занята рисованием. Выглядит вроде здоровой, только одежда грязная какая-то. Сразу закрадывается мысль, что каким-то образом она ухитрилась сбежать. Но возможно ли это?

– Её патрульные нашли, – поясняет сотрудница органов, – девочка сидела на скамейке во дворе жилого дома.

В этот момент в комнату заходит полный парень в униформе лет двадцати пяти на вид. Держит в руках какие-то листы бумаги и прямиком направляется к моей собеседнице.

– Маргарита Фёдоровна, разрешите доложить…

– Ремезов, – она перебивает его, красноречивый взглядом указывает на меня, – сообщи Артуру Альбертовичу, как вы нашли девочку. Артур Альбертович, это лейтенант Ремезов, сейчас он нам всё подробно расскажет.

Я коротко киваю, выжидательно глядя на лейтенанта.

– Ну так… – он пускается в пространственные объяснения, – ехали по маршруту, смотрим, девчонка сидит одна, а время-то позднее. Подошли к ней, спрашиваем, где родители твои. А она… выдает нам, что, мол, приехал папа и украл их с мамой из дома дяди Артура. Вот… пришлось её сюда везти…

– Так она всё-таки сбежала… – снова киваю я. Вот ведь Лерка! – Но как ей это удалось?

– Когда машина остановилась на заправке, она потихоньку вылезла и бросилась наутёк. – задумчиво поясняет Маргарита Фёдоровна. – Видимо, похитители посчитали, что ребёнок совсем ничего не понимает, и даже не стали запирать дверь.

– Какие похитители, Маргарита Фёдоровна? – недовольно фыркает Ремезов. – Разве отец может похитить собственного ребёнка? А мы вообще не должны вмешиваться в дела семейные…

После этих слов я испытываю острое желание надавать горе-лейтенанту по шее. Руки сами сжимаются в кулаки, и я с трудом сдерживаю рвущийся наружу гнев.

– Вот из-за таких как ты, лейтенант Ремезов, – строго чеканю каждую букву, глядя мальцу прямо в глаза, – сотни женщин страдают от домашнего насилия, пока вы тут «не вмешиваетесь в дела семейные».

Ремезов краснеет стремительно, опускает взгляд в пол. То ли стыдно ему становится, то ли злобу свою так скрыть пытается – неважно.

Маргарите Фёдоровне близка моя позиция. Недовольно сузив глаза, она выпроваживает лейтенанта из комнаты и снова поворачивается ко мне.

– Строго говоря, Артур Альбертович, я иду сейчас против правил. Вы – лицо незаинтересованное, но девочка назвала ваше имя. Да ещё и похищение это… Может, поможете нам понять, что происходит?

– Помогу, как же не помочь? Только сначала дайте мне поговорить с ней.

Маргарита Фёдоровна в сторону отходит, а я медленно приближаюсь к Лерке.

– Дядя Артур! – дочка Ангелины улыбается, увидев меня. Да так искренне и радостно, что аж в носу щипает. – Я знала, что ты приедешь. А мама? Мама с тобой?

– Нет, котёнок, – кажется, именно так Ангелина называет Лерку? – Мамы пока здесь нет. Но мы её обязательно найдём, если ты нам поможешь. Попробуешь?

Лерка серьёзно хмурит лоб и утвердительно кивает.

– Тогда расскажи мне всё, что случилось в тот вечер, когда приехал твой… папа.

Последнее слово произношу через силу, словно никак не могу смириться, что у урода Брагина может быть такая замечательная дочь. Ну как же можно было причинить ей вред? Как?

– Мы с мамой ложились спать, – неуверенно и тихо произносит Лерка, – но к нам пришла Илона…

Девочке тяжело. Она сосредоточенно мнет пальчиками край листа и смотрит перед собой в одну точку. Да уж… побег, переезд, похищение, снова побег… Слишком тяжелое испытание даже для взрослого, чего уж говорить о пятилетнем ребёнке?

– Илона сказала нам собираться, – после недолгой паузы продолжает Лерка, – Мы с мамой не хотели уезжать, дядя Артур. Но Илона сказала… – она снова хмурит лоб, будто пытается вспомнить что-то, – сказала, что нас всё равно уведут её охранники. Вот… А мы…

Лерка вдруг начинает судорожно всхлипывать, ловя ртом воздух. А я понимаю, что был прав в своих подозрениях. Илонка приложила явно приложила к этому делу свою наманикюренную лапку.

– Маму забрали! – Лерка срывается на крик. – Увезли куда-то на большой машине!

– Кто? – Маргарита Фёдоровна решает вмешаться в нашу беседу. – Твой папа?

И это плохая идея. Безобидный, казалось бы, вопрос провоцирует у Лерки настоящую истерику.

– Он мне не папа! – визжит она и головой вертит с бешеной скоростью в разные стороны. – Не папа! Не папа!

Маргарита Фёдоровна реагирует моментально. Выбежав из комнаты с криком «врача срочно!», она возвращается через минуту в сопровождении молоденькой девушки в белом халате.

Пока я держу Лерку за руку, доктор делает всё необходимое. И вскоре звучит ожидаемый вердикт.

– Очень похоже на нервный срыв. Ребёнка надо отвезти в больницу, лучше пусть будет под наблюдением.

– Артур Альбертович, вы же понимаете, что девочку вам не отдадут? – тихо, чтоб Лерка не услышала, говорит Маргарита Фёдоровна. – По закону у вас нет на неё никаких прав…

– Маргарита Фёдоровна, вы же понимаете, – намеренно отзеркаливаю её интонацию, – что в наше время обо всём можно договориться? Иначе вы бы меня сюда не позвали, верно?

Однако, она женщина-кремень. Смело выдержав зрительный контакт со мной (а это не многим удаётся), Маргарита Фёдоровна предлагает:

– Отправим девочку в больницу, ей действительно лучше побыть под наблюдением врачей. Ещё неизвестно, как пережитый стресс отразиться на её психике…

Да, признать надо, права она. Наверное, это даже лучший выход из сложившейся ситуации.

– Хорошо. Я ведь могу оплатить для неё платную палату, няню и прочие… дополнительные услуги?

– Чисто теоретически…

– Вот и отлично.

Всё решается за несколько часов. Лерку увозят в больницу, определяют в лучшую палату и приставляют к ней платную медсестру. Но когда я пытаюсь уехать, Лерка вцепляется в меня на удивление сильными руками и кричит:

– Дядя Артур, не бросай меня! Не уезжай!

Чёрт, вот ведь душу рвёт мне на куски эта маленькая девочка!

– Послушай, мне ведь нужно найти твою маму, верно? – осторожно глажу её по светлым волосам. – А как я это сделаю, если останусь с тобой? Да и потом, тут у тебя такая шикарная компания, – подмигиваю молоденькой медсестре, – да, Алёна?

– Ну конечно, – девушка садится на Леркину кровать. – Малыш, может, порисуем немного? Или прогуляемся? Покажу тебе, как тут у нас весело. А в столовой сегодня, кажется, готовят пончики…

Лерка несколько раз шмыгает носом и подозрительно косится в сторону медсестры.

– Пончики? Правда?

– Пойдём, проверим? – улыбается Алёна, и девочка робко кивает ей.

Убедившись, что Лерка более менее успокоилась, еду домой. Там меня ждёт Илона, к которой у меня накопилась целая куча вопросов. Хотя нет, вопрос-то по сути всего один.

– Артур, в чём дело? – жена морщит свой хорошенький носик, когда я приглашаю её в кабинет. – Опять хочешь поссориться со мной из-за сбежавшей няньки?

– Нет, – довольно мирным голосом отвечаю я, – просто хочу спросить – кто помог тебе разыскать Брагина?

– Никто… – фыркает Илонка и вдруг сереет прямо на глазах. В этот момент она понимает, что прокололась за какую-то долю секунды, ведь фамилия мужа Ангелины была ей неизвестна.

– То есть… я не понимаю… о ком идёт речь?

– Всё ты прекрасно понимаешь, – отмахиваюсь я в нетерпении, – послушай, ты ведь знаешь меня, Илона. Знаешь, что я до конца пойду и Брагина хоть из-под земли достану. Так что прошу тебя, во имя всего хорошего, что между нами было, просто скажи, кто тебе помог?

И она ломается. Губу нервно закусывает, смотрит на меня с каким-то сожалением вперемешку со стыдом и страхом. И тихо-тихо, еле различимо произносит:

– Воронов.

Глава 23

Артур

«Воронов».

Конечно, первая мысль, которая проскальзывает в моей голове – Илона врет. И мыль эту я произношу вслух.

– Ты врешь. Зачем?

Илона вдруг бросает в мою сторону насмешливый взгляд. От былого страха и стыда и следа не остаётся.

– Что, так сложно поверить в это, да?

– Сложно, – не спорю.

А жена вдруг срывается на крик. И крик этот не истерический, а какой-то торжествующий, что ли… Словно Илона смогла меня победить в какой-то игре.

Переиграть.

– Да, Артур! Представь себе, мужчина ради любимой женщины порой готов пойти на самые безумные поступки.

Отступаю на шаг назад, всматриваюсь в зеленые глаза. Хочу прочитать её мысли, вытащить наружу её душу. И правда не верю, что всё это происходит на самом деле.

– Да, Артур, – повторяет Илона, и теперь в её голосе я слышу… жалость? – Тебе, конечно, этого не понять. А я так старалась…. Так хотела, чтобы ты полюбил меня.

Ну начинается.

– Мы ведь, кажется, всё обсудили ещё на берегу, Илона, – чеканю каждое слово, чтоб понятнее было. – Наш брак всегда был лишь взаимовыгодным сотрудничеством, на которое ты, между прочим, подписалась добровольно. Ты согласилась на мои условия…

– А что я должна была сказать?! – жена перебивает меня и подскакивает на месте от негодования и возмущения. – Отказаться? Так ты бы просто бросил меня, а я этого не хотела. Я любила тебя, Артур и хотела, чтобы и ты любил меня. Я всё для этого сделала, но ты в упор меня не замечал. Какая женщина вытерпит подобное отношение?

– Илона…

– Нет подожди, дай мне сказать! Я всегда была для тебя пустым местом. Просто приложением к твоей идеальной жизни, да? Так вот из-за своего безразличного отношения ко мне, ты даже не понял, что Воронов, твой друг, уже давно от меня без ума. Неужели ты ни разу не видел, как он смотрит на меня?

Видел, конечно. Но Илонка – красивая женщина, на неё почти все мужики так смотрят. А я, идиот, даже и на минуту представить не мог, что у Сашки могут возникнуть к ней чувства…

– А ты, значит, решила момент словить? – выплёвываю язвительную фразу. – Эго своё потешить или что?

– Я не собиралась изменять тебе, Артур. Никогда в жизни я бы этого не сделала, но ты решил всё за нас двоих. Всё пошло наперекосяк, когда ты притащил в наш дом эту няньку!

Глаза Илоны искрятся ненавистью. И столько в них обиды и боли, что мне не по себе становится.

– Между мной и Ангелиной ничего нет и не было, – тяжело вздыхаю, – я ведь не единожды тебе говорил это.

– Пусть ты её не трахал, – Илонка рукой машет, не спорит со мной, – но это не главное, Артур. Я видела, как ты смотришь на неё. Как ты улыбаешься, когда она рядом, как ты… меняешься. И я никогда, слышишь, ни разу за все годы нашего брака не видела тебя таким. Так скажи мне, что в ней есть такого, чего нет у меня?! Скажи, Артур, скажи! Скажи мне!

Илона начинает кричать ещё громче, срывается, молотит меня по груди своими маленькими ладошками. А я смотрю в одну точку, думая над её словами. И злость здесь нет места, потому что права Илона.

Права.

Она всхлипывает, зажимает рот рукой, отходит в сторону, чтобы справиться с эмоциями. И продолжает, слегка успокоившись.

– Знаю, что ты мне не веришь. Ты ведь всегда думал, что я клюнула на твои деньги, но это не так. Я ведь с первого взгляда в тебя влюбилась. Ещё до того момента, когда случайно пролила на тебя кофе. Просто увидела тебя издалека и потеряла голову. И от счастья чуть не умерла, когда ты на меня внимание обратил… Не понимала ещё тогда, что ты любить не умеешь. Ты эмоциональный урод, Артур, вот ты кто.

Она замолкает, а я понимаю, что никогда не видел Илону такой. Женщина с раненым сердцем, открытая, несчастная, красивая… И так хреново осознавать, что это моя вина. Чёрт меня дёрнул тогда жениться на ней…

– Наверное, наш брак был ошибкой, – медленно приблизившись к ней, говорю неуверенно, – и мне жаль, что я сделал тебя несчастной. Мне правда жаль, что всё так вышло.

– Нет, Артур, тебе не жаль, – Илона снова всхлипывает, смахивает слёзы, – А Саша он… Как я тебе сказала, он уже давно в меня влюблён. Но между нами ничего не было, так, невинные разговоры. Максимум, что я ему позволяла, подержать меня за руку

– Позволяла?

– Да позволяла! Чтобы почувствовать себя любимой, желанной! Неужели ты даже этого не понимаешь? И Саша тоже знал, что ты меня не любишь. Он постоянно уговаривал меня развестись, клялся, что сделает меня счастливой, если я уйду к нему от тебя. Но я всегда отказывала. До последнего надеялась, верила, что ты сможешь полюбить меня. До последнего… до тех пор, пока не появилась Ангелина.

– И ты её настолько сильно возненавидела, что решила сдать её мужу с помощью Воронова? Илона, ты хоть понимаешь, что натворила?

– Я просто хотела чтобы она исчезла из нашей жизни, Артур! А Саша… он предложил мне помощь взамен на… на…

Она не смогла сказать это. Да и не надо было, всё и так понятно. Для Илоны совершенно нормально расплачиваться своим телом. Услуга за услугу, мать её.

– А что мне оставалось делать? – жена правильно понимает мою реакцию. – Смотреть, как моего мужа уводят, словно бычка на привязи?

– И ты решила отдать невинную девушку этому уроду? Тирану, который избивает и насилует её?

Илонка слегка бледнеет. Опять отступает в сторону, нервно хрустит пальцами. Дарит мне подозрительный взгляд и бормочет себе под нос:

– Ерунда какая-то… Гриша – никакой не тиран, эта Ангелина тебе мозги запудрила. Хочешь расскажу, как всё было на самом деле?

Даже так?

– Ну попробуй, – усмехаюсь недобро.

– Ангелина изменила мужу, украла дочь и сбежала! А Гриша, между прочим, её любит по-настоящему! Ты знаешь, как он страдал из-за её побега? Он был так подавлен, чуть ли не рыдал, когда рассказывал мне эту историю… Говорил, что готов на всё, лишь бы Линочка вернулась…

– И ты поверила в этот бред? – уточняю, потому что действительно не понимаю, говорит ли Илонка правду, или это всё часть её спектакля.

– Конечно! – жена округляет глаза, и я вдруг чётко ощущаю, что она не врёт. – Такой человек, как Гриша, не может быть насильником! Эта Ангелина всё выдумала.

На пару минут между нами виснет тишина. И нервное дыхание Илонки кажется в ней невероятно громким.

– Послушай меня внимательно, – я прерываю паузу, – хочешь верь, хочешь нет, но Ангелина действительно в большой опасности. Брагин не тот, за кого себя выдаёт. И если тебе плевать на Ангелину, подумай хотя бы о её дочери! Маленькая девочка может остаться без мамы. Ровесница Никиты, невинный ребенок… Ты ведь тоже мать, Илона!

Мои слова никак не влияют на жену. Она смотрит совершенно безучастно и куда-то в сторону.

– Да уж, взыграть на твоих материнских чувствах – плохая идея, – не выдерживаю и подначиваю её.

– Вот только не надо приплетать сюда Никиту! – шипит она со злостью. – Он здесь совершенно ни при чём!

– Да, тебя он никогда не интересовал… Ты, кажется, спрашивала, что есть такого в Ангелине, чего нет в тебе? Хочешь скажу, чем она смогла меня подкупить?

– Говори.

– Отношением к нашему сыну. Он за каких-то пару дней полюбил её, как родную! А ты ведь даже не пыталась наладить отношения с Никитой. Дошло до того, что он считает тебя чужим человеком. Скажи, тебя действительно это не беспокоит?

Илонка и глазом не ведёт. Действительно, её это не беспокоит.

Её волнует другой вопрос.

– Что со мной теперь будет, Артур?

– Для начала я хочу найти Ангелину. Если ты мне поможешь, обещаю, в долгу не останусь.

Илона мучительно долго взвешивает все за и против. Даже начинает казаться, что я слышу, как в её мозгу шестеренки щелкают.

– Он сказал, что они уедут в эту их Тмутаракань, – наконец, задумчиво произносит жена и добавляет, – Саша обещал мне сообщить, когда Гриша увезёт Ангелину из Москвы. Но он не звонил, значит, они всё ещё здесь.

В словах жены есть резон. Брагин точно всё ещё в Москве, потому что он ни за что не бросил бы Лерку. Уверен, он сейчас всеми силами пытается разыскать её. И вряд ли дело в большой и бескорыстной отцовской любви. У Брагина чувство собственничества играет главную роль. Да и ещё, Лерка – лучший рычаг давления на Ангелину…

– Так что теперь будет, Артур? – вкрадчивым голосом повторяет Илона. – Ты ведь захочешь теперь развестись со мной, да?

– Поговорим об этом позже, – бросаю почти на ходу, – и да, если Саша свяжется с тобой, дай мне знать.

– И это всё? Наш брак рушится, словно карточный домик, а тебя волнует найдётся ли нянька?

– Да Илона. Это всё.

Оставив жену, выхожу из дома и останавливаюсь на пороге, чтобы отдышаться немного и дух перевести. И подумать заодно, что дальше делать.

Но мысли не желают собираться в единое целое, а в голове бьётся один вопрос Как Сашка мог так поступить со мной? Он ведь другом моим был, единственным, чёрт возьми, другом!

Если Илону ещё можно понять… то Воронов! Ему-то я что сделал? За что он так поступил со мной?

Давным-давно, когда мне было лет восемь, отец подарил мне собаку, щенка ротвейлера. И с первой же минуты у меня с ним возникла какая-то особенная связь. Рокки, так звали пса, стал для меня настоящим спасением от постоянного одиночества и вечного ощущения ненужности. Я даже чувствовал себя счастливым.

А спустя два месяца Рокки сбила машина. Сразу насмерть.

Рыдал я тогда долго, громко и без остановки задавал один и тот же вопрос.

За что?

Отец, в кои-то веки обеспокоенный моим состоянием, взял себе несколько выходных, чтобы побыть рядом. Помню, как он как-то неумело обнимал меня и приговаривал:

– Попробуй задать этот вопрос по-другому, Артур. Не за что а для чего? Для чего тебе было дано это испытание? Может, чтобы ты стал сильнее? Чтобы научился справляться со своими эмоциями?

Справляться с ними я научился. Да до такой степени, что, как сказала Илонка, превратился в эмоционального урода. Равнодушного, бесчувственного циника.

Вот и сейчас я пытаюсь найти ответ на этот вопрос. Для чего мне всё это? Чтобы в очередной раз убедиться, что в моей жизни нет места таким понятиям как дружба и любовь?

Да уж, было бы смешно, если бы не было так грустно.

Ладно, не время самокопанием заниматься. Я найду Ангелину, даже если придётся обыскать каждый угол и каждый закуток. А с чувствами потом будем разбираться.

Несколько дней спустя

В комнате тихо и темно. Помимо двух сотрудников в штатском здесь находится специальная аппаратура, с помощью которой можно отследить местоположение по звонку. Ориентировки, которые разослала полиция, не помогли. К поискам Брагина подключились разные службы, но этот чёрт словно сквозь землю провалился.

Вариантов остаётся немного. Точнее, всего два.

– Артур Альбертович, вам всё понятно? Тогда приступаем.

С силой сжимая в руке смартфон, набираю номер Брагина. На успех мы особо не рассчитываем, Гриша тот ещё урод, но он не дурак. Если не ответит на звонок, то сильно осложнит мне задачу.

Но сегодня удача на моей стороне

– Артур? – в трубке раздаётся его фальшиво спокойный голос. – Вот уж не ожидал, что ты мне позвонишь. Впрочем, я и не ожидал, что ты на мою жену позаришься. Я-то думал, что мы друзья, Артур…

«Тяни время», – мысленно приказываю себе.

– О чём ты, Гриш? – наигранно удивляюсь в ответ. – Твоя жена разве нашлась уже? А дочь?

– Не придуривайся, Вавилов. Ты думаешь, я не понимаю, зачем звонишь? Хочешь найти меня по звонку с помощью дружков из спецслужбы? Ничего у тебя не выйдет. Кстати, Лина передаёт тебе привет и благодарить за гостеприимство.

Мерзко усмехнувшись, он отключается. Я вопросительно смотрю на сотрудников, но те синхронно головами машут.

Не вышло.

Ну что же… значит, придётся нам идти на крайние меры.

Глава 24

Ангелина

Не знаю, что придаёт мне сил – безумие, страх за дочь или безразличие к собственной жизни, но когда Гриша, наконец, возвращается, я набрасываюсь на него так, что он едва ли не валится с ног.

– Где она? Где моя дочь?!

Чертыхаясь, бывший поднимается и смотрит на меня недобро. Злится, закипает, но ближе пока не подходит. Понимает, мерзавец, что я сейчас способна на любое безумство.

– Где. Моя. Дочь? – произношу отчётливо, интонацией выделяя каждое слово.

Гриша выпускает воздух из лёгких, прислоняет к стене и отводит взгляд в сторону.

– Не знаю, – говорит он тихо, – я не знаю.

Услышав это, я отворачиваюсь и с всхлипом оседаю на пол.

– Вот только не надо реветь, – презрительно бросает Гриша, – ты сама во всём виновата, Лина. Если бы ты не сбежала, с Лерой всё было бы в порядке. Я мог бы дать ей всё, но ты решила, что имеешь право отнять у нашей дочери эту возможность. Решила обречь её на нищету и жалкое существование.

– О да! – со злостью усмехаюсь я, поднимаясь на ноги. – Конечно, ты бы дал ей всё! Например, испорченную психику, кучу детских травм и билет к психотерапевту, хорошо, если не прямиком в психбольницу. Ты бы вырастил из неё ментального инвалида, зато с золотой ложкой во рту!

Ошпарив Гришу злобным взглядом, отхожу к окну, пытаясь разглядеть что-то новое с двенадцатого этажа своей тюрьмы. Гриша напряженно молчит, и я кожей чувствую, как он взглядом буравит мою спину.

Он всё же подходит ближе и кладет руку на моё плечо, а я даже не вздрагиваю и не пугаюсь к собственному удивлению. Лишь молча вздыхаю, чувствуя знакомые мурашки омерзения.

– Ты преувеличиваешь, – неожиданно спокойным голосом говорит он, – да, у нас были проблемы, но в какой семье их нет?

Обернувшись, я моргаю непонимающе. Раз, другой, третий… Он это серьёзно? Или это просто какая-то новая изощренная манипуляция?

– А чего ты хотела, Лин? – так же спокойно спрашивает Гриша. – Большой и светлой любви? Так не существует её, пора бы уже очнуться!

– Я просто хотела жить нормальной жизнью! – кричу я в ответ, позволяя эмоциям выйти наружу. – А в нормальных семьях муж не избивает жену, пока ребёнок трясётся в страхе в соседней комнате! Я хотела жить, не боясь за себя и за свою дочь, вот и всё!

На Гришу мой порыв не производит никакого впечатления.

– Нормальной жизнью, говоришь… Скажи, а что принципиально изменилось в твоей жизни после побега? Ты как жила за счёт мужика, так и продолжаешь это делать. Ты паразитка, Лина, ни на что сама неспособная! Ты хотела жить самостоятельно? Тогда почему ты не устроилась на работу? Зачем села на шею незнакомому мужику? Скажи мне!

– А то ты сам не понимаешь! Да если бы я устроилась на работу, ты бы нас сразу нашёл. Я только поэтому согласилась пожить у Артура, только для того, чтобы быть подальше от тебя! Ясно?

– Ты сама ты в это веришь? Просто признайся, что ты хотела соблазнить Вавилова, чтобы жить за его счет. Потому что на большее ты не годишься. У тебя нет ни денег, ни образования, ни мозгов. Всё, что ты можешь – ублажать мужиков за деньги. Признай же это!

Где-то в самой глубине души эти обидные слова почему-то откликаются болью. Но я не буду сейчас терзать себя этими размышлениями на радость бывшему.

– Решил не физически, так словесно меня избить, да? Не выйдет, Гриш. Ты и твоё мнение теперь для меня – пустое место. Та Ангелина, над которой ты безнаказанно издевался несколько лет подряд, исчезла. Нет её больше, смирись.

Гриша плотоядно ухмыляется, отработанным движением засучив рукава рубашки.

– Давай проверим, действительно ли та Ангелина исчезла? – он мерзко улыбается, и намерения его мне ясны.

– Давай. Давай, бей, – скрестив руки на груди, предлагаю спокойно, – ты говоришь, что я ни на что не гожусь, но на что годишься ты? Что ты можешь сделать, кроме как избить меня сейчас? Ничего, в том-то и дело, что ничего. Ты даже дочь нашу найти не можешь… Царёк недоделанный.

Он отступает на шаг назад, подозрительно всматривается в моё лицо. До сих пор, кажется, не может поверить, что я действительно больше не боюсь его. Не знаю, ударил бы он меня или нет, но телефонный звонок даёт мне небольшую передышку.

– А, вот и твой Артурчик нарисовался, – Гриша показывает мне экран своего дорогущего смартфона, на котором горит надпись «Вавилов». – Хочешь передать привет?

Затаив дыхание, замираю на месте неподвижным изваянием. Артур вернулся! Слабая надежда теплится в душе, с каждой секундой становясь крепче. Приходит былая уверенность, что он сможет помочь мне.

А Гриша, чтоб его, правильно считывает мои эмоции. От чего злится ещё сильнее.

– Зря надеешься, Лина, – шипит он мне и отвечает на звонок.

– Артур? Вот уж не ожидал, что ты мне позвонишь. Впрочем, я не ожидал что ты на мою жену позаришься. Я-то думал, что мы друзья…

«Друзья!» – возмущаюсь мысленно. Да уже давно понятно, что никогда в жизни бы Артур не водил дружбу с таким человеком, как мой бывший муж.

Ответа Вавилова я не слышу, но Гришу он явно взбесил.

– Не придуривайся, Артур, – рычит он, краснея от злости, – ты думаешь, я не понимаю, зачем звонишь? Хочешь найти меня по звонку с помощью дружков из спецслужб? Ничего у тебя не выйдет.

Яростно отбросив телефон, Гриша поворачивается ко мне лицом. На его скулах играют желваки, губы сжаты в тонкую нитку, ноздри раздуваются, как у какого-то быка. Разве что пар из ушей не валит.

Он хочет ударить меня, очень хочет, но почему то не делает этого.

– Собирайся, – рявкает Гриша, – тебе нельзя тут оставаться.

– Всё-таки боишься, что Артур отследил звонок и сможет найти нас? – усмехаюсь скорее утвердительно, чем вопросительно. – Боишься, и правильно делаешь.

– Заткнись! – он явно начинает терять самообладание. Схватив меня за предплечье с силой тянет на себя, а я не спешу сопротивляться.

Все мои мысли сейчас занимает звонок Артура. Чувствую, что ему известно о пропаже Лерки, и что он сможет найти её первым… Это всё, чего бы мне сейчас хотелось.

Через пару часов Гриша привозит меня в новую квартиру. И откуда он их только берет, эти халупы однокомнатные?

– Сиди тихо и не вздумай орать, – предупреждает меня бывший перед уходом, – если выкинешь какой-то фокус, мигом окажешься в психушке. Поняла меня?

Да чего уж тут непонятного. Не ответив, ухожу в комнату, сажусь на продавленную односпальную кровать, снимаю с пальца простенькое колечко и начинаю машинально крутить его в руках

Чёрт, и почему же меня так задевают слова Гриши о том, что я ни на что не способна? Ведь знаю, что это не так!

И больше я не смогу сидеть, сложа руки. Мне срочно нужен какой-то план! Надо что-то делать, иначе я и впрямь с ума сойду.

В какой-то момент колечко выскакивает у меня из рук и катится под кровать. Наклонившись, пытаюсь глазами найти его, но неожиданно вижу другой предмет.

Невесть зачем кто-то оставил под кроватью нож. Обычный такой канцелярский нож, но и им можно нанести вред при большом желании.

Воровато оглядевшись по сторонам, хватаю нож и прячу его под одежду.

Ну вот, кажется, и план подоспел…