Текст книги "Сила притяжения (СИ)"
Автор книги: Анастасия Малышева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)
Но я только отмахнулась:
– Ничего плохого не случится. Я помогаю Юлику, а он за это поможет мне. Только и всего. И потом – мы не знаем эту девушку. Может, она для нашего друга – та самая.
Но Малышкина только фыркнула:
– Я тебя умоляю! У Кораблёва каждая встречная – та самая! Просто он никак не может признаться, что неразборчив в связях. Он – и его член, раз встаёт на всех подряд!
– Фу, – скривилась я, – Клянусь, плотное общение с тётей Кариной пагубно сказывается на твоих манерах.
– Она просто учит меня трезво смотреть на мир и на вещи, – невозмутимо отозвалась Саб, – Уж лучше так, чем витать в облаках, как вы с Настей.
– А? Что? – услышав своё имя, встрепенулась Грозная.
Сабина хмыкнула:
– Что и требовалось доказать. Ладно, курочки, пойдёмте веселиться.
Обняв нас двоих за плечи, брюнетка потащила нас с Настей в сторону берега. Веселье начиналось.
*****
Юлиан
Мы с Давидом закончили разгружать мясо где-то за полчаса. Должен признаться, дядя Ефим превзошёл сам себя – он привёз столько еды, что можно было прокормить небольшую деревеньку. И при этом с каждым контейнером он обращался так, словно он был его ребёнком. Поэтому и руководил он мной и новеньким более чем сурово.
– Осторожнее. Я мариновал этот шашлык несколько часов в особом маринаде. Рецепт передавался в моей семье из поколения в поколение, – сообщил он, отдавая мне очередную пластиковую коробку.
– Не уверен, что хочу знать все секреты этого кулинарного шедевра, – заметил я с улыбкой, вылезая из вагона.
– У тебя и не получится, – без всякого намёка на веселье отозвался дядя Ефим.
– Он всегда такой суровый? – поинтересовался у меня Давид, когда мы уже отошли от машины на приличное расстояние и художник-тире-танцор-тире-повар не мог нас услышать.
Я только усмехнулся:
– Он вообще-то грозный. У него и фамилия такая. А вообще – все шутки у дяди Фимы отходят в сторону, когда дело касается еды. Всё становится максимально серьёзным.
– Я это запомню, и на всякий случай буду держаться от него на почтительном расстоянии, – с самым серьёзным видом кивнул мне новенький.
Когда мы закончили и нас благополучно отпустили на все четыре стороны, нас нашёл Колян.
– Вот ты где, – заметил друг, – Я тебя уже обыскался.
– Итак, ты нашёл меня, – усмехнулся я, разводя руки в стороны, – Не забудь выпить за это сегодня.
– Обязательно, – хмыкнул Меридов, – Там Даник приехал, притащил моторку. Девчонки наши пищат от радости и, собственно, они уже на берегу, занимают места.
– Нафига? – нахмурился я, не понимая этого манёвра.
– Родители Ани устроили активные игры – футбол, баскетбол и прочее, чтобы вся эта шобла не разнесла турбазу до начала фестиваля шашлыков. Ну а мы хотим смотаться на островок тут неподалёку и потусить там часик-другой. Ты как, с нами? Или хочешь остаться со всеми?
Я задумался. Честно говоря, соблазн забить на друзей и остаться, был велик. Баскетбол я любил, да и родителям Нюты могла понадобиться помощь. И потом – если бы я остался, у меня вырос бы шанс найти Наташу и сблизиться с ней. Не зря ведь Аня её пригласила. Всё ведь затевалось именно с этой целью.
Но, бросив взгляд в сторону берега, я понял, что просто не могу отказать. Потому что, несмотря ни на что, моя душа тянулась к ним, к моим друзьям и моей семье. Да и потом – смотаться на соседний остров, побыть сдали ото всех, без правил и ограничений? Я ведь не был идиотом, чтобы отказываться.
Поэтому, я кивнул, с усмешкой приподняв бровь:
– И ты еще спрашиваешь?
А после, повернувшись к стоящему рядом Кузнецову, чуть подумал и спросил:
– Ты с нами?
Рассуждал я просто – парень стоял рядом и всё равно слышал о наших планах. Да, друзьями мы не были, но проигнорировать и не позвать его я всё равно не смог. И потом – этот парень ведь нравился Ане. Что-то мне подсказывало, что она бы на моём месте поступила бы также, а именно – притащила бы даму моего сердца на уединённый остров, чтобы дать возможность узнать человека получше.
Поэтому, проигнорировав закатившего глаза Меридова, я приподнял бровь в ожидании ответа. Давид же, чуть подумав, пожал плечами и с улыбкой отозвался:
– Почему бы и нет. Футбол я всё равно не люблю.
– Мой тебе совет – никогда не говори этого при отце Ани, – хмыкнул Коля, – Дядя Андрей – дикий фанат футбола. И если бы он не боялся получить травмы на поле, то проводил бы там каждые выходные. А так наши предки собираются лишь раз в месяц.
– Эм…я это запомню, – кивнул Кузнецов.
Мы направились к берегу, где, если верить Коляну, нас уже все ждали – и люди, и провизия, и транспорт. Когда он, собственно, попал в поле моего зрения, я притормозил, удивлённо присвистнув. И Давид повторил мой жест, явно изрядно поражённый.
– Вы вроде бы сказали, что у вашего друга лодка, – выдавил он из себя.
– Да, – кивнул я, – Даниил несколько…скромен, – чуть подумав, добавил.
И это было преуменьшением. Ведь перед нами на берегу мягко покачивалась на волнах…яхта. Небольшая – да, не на двадцать человек, но и на обычную моторку она явно не тянула. И наши девочки уже устроились на носу, о чем-то беседуя и то и дело срываясь на смех. Я с улыбкой смотрел на одну, вторую, третью, четвёртую…стоп, что? Четвёртую? Это еще кто? Прищурившись, я изучал спину сидящей незнакомки и, когда она чуть повернулась, выдохнул.
Я уже говорил, что Аня бы позвала небезразличного мне человека на уединённый остров? Так вот, она это всё же сделала. Ведь рядом с ней заливисто смеялась Наташа Ли. В одном, мать его, купальнике. Красном.
Кажется, я официально был мёртв. Или, наоборот, воскрес и воспарил. Тут всё зависит от того, под каким углом рассматривать ситуацию.
Мысленно я обратился к подруге. Спасибо, Ань. Ты лучшая…
*****
Анна
Словно почувствовав что-то, я обернулась – и увидела, что к нам приближались Юлик и Коля, а рядом с ними вышагивал Давид. Мысленно я присвистнула и воздала тысячу благодарностей своему другу. Ведь он наверняка знал, что я буду здесь (как будто другие варианты вообще существовали!), и привёл парня, который мне вроде как нравился. В таком случае, он явно заслужил и то, что Наташа сидела рядом со мной и выглядела уже не такой пришибленной жизнью, как было за несколько минут до этого.
– Ну вы там скоро? – заметив друзей, нетерпеливо крикнула им Сабина.
Юлиан махнул нам рукой, широко и беззаботно улыбаясь и явно никуда не торопясь. А приблизившись, он хлопнул капитана судна по плечу и заявил:
– Дани, друг мой. В следующий раз, когда ты сообщишь, что привёз с собой «лодку», – в этом месте Кораблёв пальцами обозначил кавычки, – Уточняй, что это не скромная моторка, а грёбаный «Титаник»!
– Сплюнь, Юлик! – крикнула ему уже я, – У меня были планы на этот вечер, и тонуть на двери – не один из них!
Друг обернулся и подмигнул мне, залихватски ухмыляясь. Вот же пижон! Явно перед Наташей своей красуется. Благо та, кажется, вообще на него внимания не обращала. Нет, она, конечно, то и дело бросала в его сторону быстрые взгляды, но в них больше читалось любопытство, чем какой-то интерес. Да, парню явно предстояло немало потрудиться, чтобы растопить этот ледок.
Даниил же, услышав друга, выпрямился, бросая на него быстрый взгляд. Будучи самым взрослым среди нас, он иной раз позволял себе проявлять некую снисходительность и смотреть на кривляющегося Юлика свысока, хоть он и был ниже ростом. Но, несмотря на это, Мухин казался мощным и будто заполняющим всё пространство вокруг себя. Наверное, всё дело было в его широких плечах и мощных руках. Даник был механиком по образованию, он просто обожал копаться в машинах, мотоциклах, лодках – всём, что имело мотор и что можно было разобрать и собрать. Больше техники он любил разве что Сабину. Они были вместе уже лет пять, и честно говоря, более искренних и беззаветно любящих друг друга людей, которые только-только перешагнули подростковый возраст, я не видела. И иногда им даже завидовала. По-доброму так.
– Прости, Юль. Иногда не умею вовремя остановиться, – хмыкнув, отметил наш механик.
– Я заметил, – тут же насупился парень, – Особенно когда коверкаешь моё имя.
– Все претензии – к твоим родителям, – парировал парень, – Давайте, загружайтесь. Даниил, – представился он, протягивая руку Давиду, – Девочки зовут меня Дани. Не повторяй их ошибку.
– Приложу все усилия, – заверил его новенький, – Давид.
– Прошу на борт, Давид, – махнул рукой Мухин.
Мы уже собирались было отчаливать, как вдруг с берега донесся истошный крик:
– ПОДОЖДИТЕ МЕНЯ!!!
Мы все обернулись и увидели, что к нам на всех парусах мчалась младшая Кораблёва. Причем «на всех парусах» не было преувеличением. Девушка надела просторный белый сарафан, который развевался, как та сама пресловутая часть судна.
– О неееет, – простонал Юлик, пряча лицо в ладонях, – Вот на кой чёрт она за нами увязалась?
– Да ладно тебе, – пихнула я его в плечо и махнула Владлене, широко улыбаясь, – Влади! Привет!
Девушка же, добежав до нас, в один прыжок забралась на яхточку, после чего, отдышавшись, выпрямилась и с широкой улыбкой ответила:
– Всем привет!
– Ты что здесь делаешь? – процедил Юлиан, бросая на сестру полные негодования взгляды.
– Отдыхаю, – невозмутимо отозвалась Владлена, – Меня ведь пригласили наравне со всеми. Или ты забыл, братишка?
– Это твоя сестра? – проявила любопытство молчавшая до этого Наташа.
Юлик кивнул с кислой миной, после чего повернулся к Влади:
– Я не имею в виду турбазу, и ты это прекрасно знаешь. Не строй из себя дурочку. Что ты делаешь на лодке?
Но и на это Кораблёвой было что ответить:
– Всего лишь исполняю волю родителей. Они же велели тебе приглядывать за мной. Было бы сложно это сделать, если бы ты уплыл на остров, а я осталась здесь, не так ли?
На это Юлиану возразить было нечего. Поэтому, скрипнув зубами, он всё же махнул рукой, знаком давая понять Даниилу, что можно было отчаливать. А после, нахмурившись, пересел ко мне поближе. Конечно, рассчитывал, небось, что я его пожалею.
– Ну, ты чего? – негромко спросила я у друга.
– А чего она? – возмущённо шепнул мне Юлик, – Волю родителей она исполняет, ага. Знаю я, почему она с нами попёрлась.
– Хочешь сказать, что Влади просто действует тебе назло? – приподняла я бровь, даже не пытаясь скрыть скепсис в голосе.
Юлиан и Владлена искренне и очень сильно любили друг друга. Да, они часто жаловались друг на друга, и их безобидные порой развлечения могли привести к самым настоящим травмам, но ни в одном действии никогда не проскальзывало даже намёка на агрессию. Только светлые и добрые чувства. Так что позиция Юлика казалась мне странной.
– Да нет, – отмахнулся друг, – Она тут из-за Коляна.
Я удивлённо оглянулась, находя взглядом юную девушку, и заметила, что та действительно сидела неподалёку от Меридова. И смотрела она на него при этом так, как её братик пялился обычно лишь на свою гитару – со смесью восторга, обожания и восхищения. Батюшки, а девочка то влюбилась! Причем, выбрала самый безобидный и при этом самый недоступный вариант – лучшего друга своего брата. Бедняжка даже не догадывалась, насколько это была безнадёжная затея, ведь Коля…ну, он был сложным человеком, который к самой идее отношений относился весьма скептически. И уж точно он бы не стал даже пытаться ухаживать за сестрой Юлика. Дружба для него была важнее.
– Так, а чего ты переживаешь? – задала я вполне резонный вопрос, – Сам ведь лучше меня знаешь, что Коля Владку не обидит. Или… – до меня вдруг дошло, – Ты ревнуешь?!
Юлиан молчал, насупившись и уставившись в одну точку. Но меня было не провести – я попала в точку. Так что, пихнув друга локтем в бок, я повторила:
– Ревнуешь?
– Только если слегка, – нехотя признал друг.
– Ну и зря! – припечатала я, – Влади – не глупая девушка, и никогда не променяет тебя на какого-то парня. Даже на такого классного, как Коля.
– Спасибо, подруга. Ты умеешь утешить, – фыркнул Юлик.
– Я в курсе. И вообще, – добавила я, – Тебе бы вместо того, чтобы дуться, лучше приступить к хоть какому-нибудь этапу обольщения, – кивнула я в сторону Наташи, – Зря я её, что ли, сюда тащила.
Кораблёв кивнул:
– В своё время. Пока я рассчитываю на твою помощь и женскую солидарность.
Я вздохнула. Вот знал же паршивец, что ему отказать – это равносильно тому, что отобрать конфету у ребёнка. Тем более, я понимала, что он будет действовать в моих интересах так же активно, как и я – в его. Так что мне оставалось лишь кивнуть.
– Будет сделано, мой капитан.
глава седьмая
Глава седьмая
Анна
День прошёл, без преуменьшений, восхитительно. Высадившись на небольшом островке, мы с девчонками тут же поскидывали с себя лишнюю одежду и побежали купаться. А парни остались жарить шашлыки и обустраивать место для будущего обеда. Столики там, шезлонги, все дела. В общем, всё то, к чему женщинам, по их мнению, лучше было не прикасаться. Не то, чтобы кто-то из нас горел желанием.
Хотя, сперва я порывалась остаться, чтобы овощи порезать, за костром последить. Но Кораблёв, мягко схватив меня за плечи, развернул в сторону пляжа со словами:
– Мышонок, иди отдыхай.
– Но я хочу помочь! – возмущённо пискнула я, не в силах вырваться из его рук.
– Успеешь еще, – хмыкнул друг и добавил уже громче, – Девочки, заберите эту чокнутую! Она пытается работать!
– Какой кошмар! – тут же воскликнула Сабина, – Святотатство! За это могут и на костре сжечь! Но не переживай – мы этого не допустим.
Подмигнув Юлику, подруга утащила меня отдыхать. Хм, ну и ладно. Все видели – я пыталась. В конце концов, в чём-то они были правы – иногда мне всё же стоило отдыхать. Так что, скинув с себя спортивный костюм и бросив его в лицо Юлику (не удержалась), я присоединилась к девочкам.
Вода в заливе была удивительно тёплой – как парное молоко. Так что вылезать из неё не хотелось совершенно, и в какой-то момент я благополучно забыла, что хотела кому-то с чем-то помогать. Я, наконец, позволила себе полностью расслабиться и понять, что мы все находились на отдыхе.
Наташа явно продолжала чувствовать себя несколько не в своей тарелке, несмотря на то, что мы все были настроены более чем дружелюбно. Так что в какой-то момент я просто взяла это дело в свои руки и заговорила с девушкой, пытаясь всячески расположить её и убедить раскрыться. И, поймав благодарный взгляд Юлика, я поняла, что поступила правильно.
– Какие впечатления от первых учебных дней? – спросила я у Ли.
Мы прогуливались вдоль берега, позволяя тёплой воде мягко облизывать наши босые стопы. Настя и Саб уже умчались к парням и, кажется, даже уже пробовали мясо. Я же голода не ощущала. Как, видимо, и Наташа. Либо же она просто стеснялась в этом признаться.
– Ой, всё так чудно, – призналась Наташа, – И непривычно. И я встретила столько необычных людей. Это сбивает с толку.
– Понимаю тебя, – кивнула я с улыбкой, – Я тоже была удивлена в первые дни. Было странно осознать, что я – не лучшая в своём деле. Когда ты учишься в школе, выделиться за счёт того, что вокруг тебя одни математики, очень просто. А здесь, когда на каждый квадратный сантиметр вокруг одни творческие личности… Это может пугать.
– А какая у тебя специальность? – поинтересовалась девушка.
– Я – будущий сценарист. Ну, по крайней мере, рассчитываю им стать, – хмыкнула я, – А там – как пойдёт.
– То есть ты сочиняешь истории?
Я кивнула:
– Вроде того. Но хватит обо мне. Расскажи лучше, заметила ли каких-нибудь симпатичных парней? – тут же бросилась я в атаку, – Если нет – могу подкинуть тебе вариант для размышления.
– Правда? Вот так сразу? – усмехнулась Ли, – И какой же?
Улыбнувшись, я повернулась и указала на Юлика. Который в этот самый момент запрыгнул на спину Коли и умолял покатать его. М-да, возможно, я выбрала не самую удачную секунду, чтобы хвастаться другом. Но его же никто не просил играть в клоуна на выезде.
– Этого милого и шебутного парня зовут Юлиан. Он – что-то вроде нашей местной звезды, но при этом почти не зазнаётся, – призналась я.
– Серьёзно? Но ведь у него есть девушка! – воскликнула Наташа.
Теперь уже пришёл мой черёд удивляться:
– Правда? И кто же она?
– Не знаю, – пожала плечами девушка, – Мои сокурсницы сказали, что Юлиан меняет девчонок, как перчатки, но всегда возвращается к одной и той же. А она его принимает, потому что он – любовь всей её жизни. И они постоянно вместе. Какая-то роскошная блондинка, которая помогает ему писать песни. И, кажется, даже свою гитару он назвал её именем.
Эм…судя по описанию, говорили эти девицы явно обо мне. Ну, если опустить «роскошную блондинку». Вот, что?! Они же не серьёзно? Нет, они что, правда думали, что мы с Юликом…боже, кошмар какой!
Тряхнув головой, пытаясь сбросить с себя это наваждение и лишнюю информацию, я заявила:
– Абсолютно нет! Заявляю категорично и открыто – у Юлиана Кораблёва нет девушки!
– Как ты можешь знать это? – бросила в мою сторону быстрый взгляд Наташа.
– Да потому что та блондинка, в честь которой он свою гитару обозвал – это я, – пришлось мне признаться, – И я точно уверена, что не встречаюсь с ним. Мы друзья. Лучшие. С самого детства. Никакой романтики. Точка.
– Хм…вот как, – протянула Наташа, бросая в сторону брюнета уже более внимательный взгляд, – Но я, честно говоря, всё равно не задумывалась об отношениях, с кем бы то ни было. Сейчас важно сосредоточиться на учёбе. Скоро ведь объявят условия «Вечера».
– Точно! – вспомнила я, – Он же будет для тебя первым. Волнуешься?
Девушка кивнула, смущенно улыбнувшись:
– Очень. Не представляю, чего ждать. Это так необычно. Я в подобных мероприятиях ещё не участвовала. И не знала, что такое в принципе бывает.
На это я лишь пожала плечами:
– Ну, у нас ведь весьма творческий факультет. Как ещё преподавателям проверять наши навыки?
Для непосвящённых поясняю. Каждый год у нас проходил так называемый «Вечер». Это такой большой-большой концерт, во время которого каждый курс показывал, чему он научился за прошедшее время. И от того, насколько успешно выступали студенты на «Вечере», зависели оценки чуть ли не по всем предметам. Поскольку курсов было пять, а на каждом училось приличное количество ребят, «Вечеров» было несколько и проходили они с ноября по апрель. Первокурсникам отводилось на подготовку меньше всего времени – они выступали уже в ноябре. Но у них и задания были попроще. Я помнила свой первый «Вечер» – он был посвящён танцам. Тогда всему курсу пришлось прописаться не только в классах, но и в школе моего папы. А я поняла, что даже у Юлика была «ахиллесова пята». На втором курсе мы все пели, и тут несладко пришлось уже мне – до сих пор помнила все те вечера в студии дяди Артёма. В прошлом году был актёрские этюды. Что будет в этом…честно говоря, мне было сложно представить. Но я уже была в предвкушении.
– Ты права, – кивнула Наташа, – Просто я волнуюсь.
– Хей, – я сжала руку девушки, даря ей, как я надеялась, полную ободрения улыбку, – Всё будет просто прекрасно. Если тебя взяли не за красивые глаза – всё получится. Я верю в тебя.
На этой ноте мы всё же решили вернуться к ребятам. Тем более, там нас ждала еда. Ну, и напитки. Мы веселились, как могли, разве что едой друг в друга не бросались. Кораблёв был явно на высоте – он раздавал улыбки направо и налево, шутил, подкалывал свою сестру, да так, что та могла лишь сидеть и краснеть. И мне со своего шезлонга было прекрасно видно, что Наташа, ради которой этот концерт одного артиста и затевался, всё чаще и чаще поглядывала в сторону парня. Значит, у него всё получалось.
– Можно?
Подняв голову, я увидела Давида, который возвышался надо мной, кивая в сторону свободного места. В руках он при этом сжимал две тарелки, над которыми поднимался ароматный пар.
– Конечно, – кивнула я, чувствуя, как розовеют мои щёки, а губы сами растягиваются в улыбке.
Новенький опустился на шезлонг рядом со мной и, передав мне блюдо, кивнул в сторону Юлиана:
– Он всегда такой?
Я усмехнулась:
– Погоди, это ты его еще с гитарой в руках не видел! Вот где самый сок. С другой стороны – ещё не вечер. У тебя всё впереди.
– Мне начинать бояться? – улыбнулся Давид.
– Только одного – услышав его игру, ты потеряешь себя и станешь одним из его фанатов.
Кузнецов в ответ на мою реплику приподнял бровь:
– Всё настолько серьёзно?
– Он невероятно хорош, – признала я очевидный факт, – Его при рождении будто благословил кто-то свыше.
Я не шутила – таланты моего друга всегда меня восхищали. И я никогда не стеснялась признаться в этом. Но делала это лишь тогда, когда Юлика рядом не было или он просто был слишком занят, чтобы услышать меня. Чтобы не задирал нос слишком сильно. Хотя, куда уж сильнее, верно?
Давид, судя по его взгляду, не поверил мне ни на грамм. Но я не собиралась разубеждать его. Это сделал позже сам Юлиан. Ну, как позже – тем же вечером.
Вдоволь оттянувшись всей честной компанией, мы решили, что можно было уже и вернуться. Тем более, что мы поступили несколько некрасиво, организовав всё, собрав ребят – и смывшись. Поэтому, как бы нам не нравилось это ощущение рая, реальность требовала нашего в ней присутствия.
К счастью, никто, кажется, и не заметил нашего отсутствия – мои родители умудрились занять всех. Уж что-что, а это они умели. Юлик даже как-то сник, когда понял, что пропустил не только футбольный, но и баскетбольный матч. Играть он любил, и даже очень – ему и рост позволял. Но мой папа утешил его, сказав, что на следующий день они тоже смогут погонять мячик. Всё же моему другу Данчуки очень даже симпатизировали. Все, без исключения – даже Сашка, хоть мелкий и любил сделать вид, что Юлик его раздражает.
Поужинав (чисто символически, ведь мы были сыты) и переодевшись, мы пошли на традиционную дискотеку. Там наша компания довольно быстро распалась – Саб, прихватив своего парня, отправилась зажигать в центр, Юлик под присмотром Меридова отправился разбивать женские сердца, не забывая при этом искать глазами Наташу. Многозадачный был парень, ничего не скажешь. Ну а мы с Настей, потоптавшись немного, направились к выходу.
Но не тут-то было. Когда я уже почти шагнула за порог душного танцевального зала, меня схватили за руку. Обернувшись, я не смогла сдержать улыбки – на меня смотрел отец. При этом его глаза горели предвкушением, а губы были растянуты в лёгкой, почти лукавой усмешке.
– Уже уходишь? И даже не покажешь им всем, как нужно двигаться? – кивнул он в сторону веселящейся толпы.
Я покачала головой:
– За меня это можете сделать вы с мамой. Или Саша.
– Да ладно, – протянул отец, перекрывая своим голосом музыку и продолжая меня удерживать, – Один разочек. Хотя бы пол песни. Я, может, приехал только ради этого.
Настя, всё это время молча стоявшая рядом, слегка подтолкнула меня:
– Иди. Я очень хочу посмотреть. Ты красиво танцуешь.
Громко выдохнув и не удержавшись от того, чтобы закатить глаза, я всё же кивнула и позволила себя увести. Отец, победно усмехнувшись, вытащил меня в центр танцпола и дал знак ди-джею. Музыка тут же сменилась с быстрой и ритмичной на что-то более спокойное.
– Я отдавлю тебе все ноги, – предупредила я отца, вкладывая в это обещание всю свою жажду мести за то, что он вынудил меня танцевать на глазах у всех.
Да – я не любила публичные выступления, предпочитая оставаться в тени великих и более искусных. И это было еще одной причиной, почему я выбрала именно профессию сценариста – я могла создавать действительно хорошие вещи, при этом ничто не вынуждало меня светить лицом.
Но папу моя угроза, кажется, не напугала. Усмехнувшись, он легонько щелкнул меня по носу и с лукавым:
– Мы ещё посмотрим, кто кого, – закружил меня по залу.
Музыка, которая сперва состояла из переборов на пианино, изменилась – в неё вплелась скрипка, и сам аккомпанемент стал более жестким, почти требовательным. Отец вёл меня уверенной рукой, то кружа вокруг себя, то поднимая в воздух для очередной поддержки. Мы не репетировали и всё наше выступление было чистой импровизацией, но, несмотря на это, мы ни разу не сбились. Действуя, как единый организм, мы понимали, где должны быть чьи ноги, куда и как их поставить, чтобы никто из нас не стал причиной падения партнера.
В какой-то момент отец крутанул меня так сильно, что я выпустила его руку. А остановившись, угодила уже в другие объятия. Но тоже знакомые.
– Ну что, Мышка, – с усмешкой шепнул Юлик, стискивая мою талию, – Покажем старшему поколению, как нужно танцевать?
Скосив глаза, я увидела, что отец, не теряя времени даром, вытащил в центр зала маму. Поняв, что ему там не скучно и не одиноко, я пожала плечами и, ухмыльнувшись, бросила другу с вызовом:
– Попробуй за мной угнаться!
Я помнила те времена, когда Юлиан был неповоротливым, как бревно. Он злился, кричал, ругался и материл всех, на чём свет стоял. А всё потому, что «Вечер» приближался, а его тело по-прежнему не желало его слушаться. Зачёт он в тот год всё-таки получил, и благополучно забросил занятия. Так я думала.
Но оказалось, что Юлиан Кораблёв не терпит, когда он в чём-то оставался вторым. И он продолжил заниматься, но уже в тайне. Даже от меня это умудрился скрыть, гад. Однако, оно того стоило. Определённо. Не зря мой отец утверждал, что учителя в его школе могут даже брёвна заставить шевелиться.
В одном старом фильме, который я когда-то давно посмотрела с родителями, была одна сцена, которая заставляла моё сердце сжиматься от чувства какого-то острого предвкушения. Действие происходило в ночном клубе на Кубе, и главный герой рассказывал героине про их традицию, а точнее титулы. Король и Королева «Ля Роса Негро». Суть статуса была проста: когда они танцевали – все остальные стояли.
Почему я об этом вспомнила? Потому что то, что происходило в тот вечер, было будто скопировано с того фильма. С тем только исключением, что танцевали две пары: удивительно пластичная и гармоничная – мои родители, и немного более неуклюжие мы с Юликом. Но это не отменяло того факта, что все студенты расступились, чтобы дать нам чуть больше места, и наблюдали за нами, словно мы были какими-то диковинками.
С Кораблёвым мы тоже не репетировали – мало того, мы даже не сговаривались о подобной выходке. Но, оказалось, что нам это было и не нужно – за годы дружбы мы умудрились досконально изучить друг друга, и могли понять, что хочет каждый из нас, по взгляду или движению брови.
В какой-то момент Юлик решил показать окружающим, что он – великий танцор. Правда, за мой счёт. Взглядом показав мне, что он хочет, парень сделал шаг назад. Не прерывая танца, я откинулась чуть назад – и запрыгнула на него, обвивая ногами талию и чуть прогибаясь в спине. Парень обхватил руками мою талию и я, опустив ноги, смогла полностью прогнуться, пока мой партнёр кружил меня по залу. А после – сразу в стойку, и снова очередные танцевальные па.
Я чувствовала, как колотится его сердце – бедняга явно не привык к подобного рода нагрузкам. Его спина под полосатой футболкой была мокрой от пота, волосы – взъерошены, а синие глаза в темноте сверкали, как два драгоценных камня. Он был невероятно красив в ту секунду, и я бы не удивилась, если бы все те, кто видел его, пал к ногам парня в тот же миг. Я же могла уповать лишь на свой иммунитет, выработанный годами.
Когда музыка стихла, мы замерли, соприкасаясь лбами, и я слышала, как друг шумно дышит, пытаясь утихомирить сердцебиение.
– Сейчас бы покурить, – хрипло выдохнул он.
– Дурак, – шлёпнула я его по руке, – Итак с дыхалкой проблемы, так ты ещё и легкие никотином хочешь забить.
– Иногда это помогает, – пожал плечами парень, уже, по всей видимости, приходя в себя, – Пойдём к костру? Это моя любимая часть вечера.
Я кивнула и, уже привычно вложив свою ладонь в его руку, позволила другу увести меня на улицу. Сентябрьский воздух дарил прохладу, но в то же время вынуждал поёжиться – после теплого помещения было несколько некомфортно. Не желая, чтобы нас продуло и мы заболели, Кораблёв потащил меня в сторону огромного костра. Возле которого уже начинали собираться ребята, которые также знали, чего ждать от вечера.
Каждый год умельцы турбазы сколачивали новую фигуру, которую мы потом торжественно поджигали, а после, подбрасывая всё новые поленья, провожали ночь и встречали рассвет. С песнями весельем, кто-то даже с жареным хлебом и зефиром.
В тот раз умельцы превзошли самих себя. Потому что, приблизившись, мы с Юликом увидели, что огнём объята огромная деревянная гитара. Невероятно красивая и сделанная настолько искусно, что даже Кораблёв не смог бы к этому придраться. Он и не пытался – просто смотрел на это чудо умелых рук и покачивал головой. Но делать это мог ровно до тех пор, пока нас не заметили.
– Юлиан! – к нам подскочил один из студентов, – Ты ведь нам сыграешь?
Друг усмехнулся. Он достал из кармана пачку сигарет (вот гадёныш! И нашёл же их где-то!), прикурил одну, после чего, выдохнув облачко дыма, протянул:
– Даже не знаю…
– Ну пожалуйста! – сложил руки в молитвенном жесте парень, – Мы все только тебя ждём! Ну Юлиан!
На нас, а точнее, на моего друга, обратили внимание уже и другие ребята. Послышалось нестройное ворчание, которое со временем обрело очертания и превратилось в дружное скандирование:
– ЮЛИАН! ЮЛИАН! ЮЛИАН!
Я скосила глаза в сторону Кораблёва и увидела, что он наслаждался происходящим. Нет, он ничем не выдавал своего триумфа, но я слишком хорошо его знала, чтобы не понять истинное значение блеска в его глазах. И той лёгкой усмешки, которая коснулась его губ.
Потушив окурок, парень вздохнул и кивнул:
– Убедили.
Ответом ему был довольный вой ребят. Проводив меня, он усадил мою тушку рядом с Настей, Саб и Даником, а сам, взяв у Коли гитару, уселся в центр, максимально близко к огню.
Всё голоса на поляне стихли, и кажется, даже ветер дул тише, не желая нарушать всё волшебство момента. Кашлянув, Юлик поднял на всех нас свой лукавый взгляд и сказал:
– Добрый вечер. Сперва позвольте сказать, какая это честь для меня – выступать здесь перед всеми вами.
Чуть повернувшись, я увидела среди студентов Наташу, которая наблюдала за парнем с лёгкой улыбкой. Сразу стало ясно, перед кем этот пижон рисуется.
Кораблёв же, словно не обращая ни на кого внимания, продолжил:
– Эту песню вы ещё не слышали. И не должны были – до выступления нашей группы в ночном клубе «Queen», которое состоится через неделю. Но я думаю, парни простят меня, если я исполню её так – без аранжировки и других инструментов. Так ведь, дружище?
С этими словами Юлиан обернулся к Меридову, который кивнул ему и показал большой палец. Только после этого парень, наконец, заиграл.
«Забери свое ненужное благородство,
Свои так называемые проблемы возьми.
Оставь все разочарования в прошлом.
