Текст книги "Язык цветов (СИ)"

Автор книги: Анастасия Ковальковская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

Глава 6

Агата проснулась резко, будто её выдернули из сна. Несколько секунд она не понимала, где находится: тишина, серый утренний свет, знакомые стены. Потом память догнала – дождь, машина, плед, чужое тепло.

Она села в кровати и провела ладонями по лицу, будто стирая остатки сна. Сердце билось быстро, неприятно. Всё тело помнило близость, которую она не выбирала.

– Это ничего не значит, – тихо сказала она себе. – Ничего.

Но внутри было ощущение, будто граница уже нарушена.

Телефон лежал на тумбочке. Экран мигнул – новое сообщение.

От Ильи.

«Доброе утро, моя. Как ты? Я вчера совсем вымотался. Прости, что не забрал».

Она почувствовала облегчение и одновременно укол вины – слишком резкий, слишком неуместный.

«Всё хорошо. Немного устала. Люблю тебя», – ответила она и отложила телефон.

Люблю.

Эти слова были якорем. Единственным.

В душе Агата долго стояла под горячей водой, но ощущение чужого присутствия не уходило. Как будто Кир всё ещё был где-то рядом – не телом, а вниманием. Это пугало больше всего.

На работе она была собранной, даже холодной. Говорила коротко, не улыбалась лишний раз. Коллеги списали это на усталость.

– Ты сегодня какая-то напряжённая, – заметила Лера.

– Просто не выспалась, – ответила Агата.

Она почти поверила себе.

До вечера Кир не появлялся. И от этого становилось только хуже. Его отсутствие ощущалось так же остро, как и присутствие – как тишина перед звуком.

Ближе к закрытию телефон снова завибрировал.

Незнакомый номер.

Сообщение было коротким.

«Как ты себя чувствуешь после дождя?»

Агата замерла. Пальцы похолодели.

Она не отвечала. Прошла минута. Потом вторая.

Новое сообщение:

«Не переживай. Я не собираюсь пугать тебя. Просто интересуюсь».

Она сжала телефон так сильно, что побелели костяшки.

«Прошлое – случайность», – написала она и тут же стерла.

«Прошу, не пиши мне», – тоже стерла.

В итоге она просто убрала телефон в карман, будто так могла стереть сам факт его существования.

Но внутри уже всё изменилось.

Вечером Илья заехал за ней. Привёз ужин, смеялся, рассказывал о работе, строил планы – так легко, так искренне, что у неё сжималось горло.

– Ты точно в порядке? – спросил он, внимательно глядя на неё.

– Да, – ответила она слишком быстро. – Просто устала.

Он обнял её, и это было правильно. Безопасно. По-настоящему.

Но когда она закрыла глаза, на секунду всплыл запах мокрой кожи и тяжёлого парфюма – и Агата резко отстранилась.

Илья нахмурился.

– Эй… что такое?

– Ничего, правда, – она заставила себя улыбнуться. – Просто день тяжёлый.

Он поверил. Потому что любил.

Поздно ночью, когда Илья уехал, телефон снова завибрировал.

«Я обещал, что не скажу ему. Я держу слово»

Написал Кир.

Пауза.

«Но ты теперь тоже мне кое-что должна».

Агата смотрела на экран, чувствуя, как внутри медленно, неотвратимо поднимается страх.

Она ещё не знала – что именно.

Но понимала одно:

дождь закончился, а ночь – нет.

Весь день Агата чувствовала, что что-то должно случиться. Не конкретное – скорее ощущение ожидания, будто внутри неё тянули тонкую струну, и она вот-вот лопнет.

Кир не писал.

Не звонил.

Не появлялся.

И от этого было только хуже.

К вечеру ресторан наполнился людьми, шумом, музыкой, звоном посуды. Агата двигалась между столами уверенно, профессионально, почти автоматически. Улыбалась, говорила нужные слова, кивала – и всё это время ловила себя на том, что прислушивается к каждому открывающемуся дверному звуку.

Он вошёл тихо.

Без эффектов.

Без своей обычной демонстративности.

Агата заметила его не сразу – и именно это было самым страшным. Кир уже стоял в зале, разговаривая с официантом, и смотрел прямо на неё. Не в упор. Не вызывающе. Просто – знал, что она его увидит.

И она увидела.

На этот раз он был без костюма – тёмное пальто, чёрная водолазка, никаких лишних деталей. Выглядел проще, но от этого только опаснее. Как человек, которому не нужно доказывать, кто он.

Агата сделала вид, что занята. Проверила чек, поправила салфетки, дала указания официанту. Сердце билось слишком громко.

– Агата, – раздался рядом спокойный голос.

Она вздрогнула, но тут же взяла себя в руки и обернулась.

– Кир. Вы… ты сегодня без брони, – вырвалось у неё раньше, чем она успела подумать.

Он чуть усмехнулся.

– А ты – без маски.

Пауза.

– Нам надо поговорить.

– Нам не о чем говорить, – тихо, но твёрдо сказала она. – Если ты по делу – заказывай. Если нет…

– Не здесь, – перебил он. – И не долго. Пять минут. Кабинет. Дверь открыта. Без секретов.

Это было сказано так спокойно, что отказаться оказалось сложнее, чем согласиться.

Она колебалась секунду. Потом кивнула.

В кабинете было полутемно. Свет от настольной лампы делал пространство камерным, почти интимным. Агата встала у стола, намеренно оставив между ними расстояние.

Кир остался у двери. Не приближался.

– Я не собираюсь тебя шантажировать, – сказал он сразу. – И не собираюсь ломать твою жизнь.

– Тогда зачем ты здесь? – спросила она.

Он посмотрел на неё внимательно. Долго. Так, будто изучал не внешность, а трещины внутри.

– Потому что ты всё ещё боишься, – ответил он. – А я не люблю, когда меня боятся за то, чего я не делал.

– Ты сказал, что я тебе должна, – напомнила Агата. – Это звучит как угроза.

Кир медленно выдохнул.

– Это звучит как честность. Я помог тебе. Я сдержал слово. Я не написал твоему жениху.

Он чуть наклонил голову.

– И я хочу, чтобы ты перестала смотреть на меня как на монстра.

– А если я не могу? – тихо спросила она.

– Тогда это твой выбор, – спокойно ответил он. – Но он должен быть осознанным, а не из страха.

Он сделал шаг вперёд. Один. Не больше.

– Я не трону тебя, – сказал он негромко. – И ты это знаешь. В машине ты могла выйти. Ты осталась.

– Потому что шёл дождь, – резко ответила она. – И потому что ты не оставил мне выбора.

– Выбор был, – мягко возразил он. – Ты просто выбрала безопасность. Как всегда.

Эти слова задели сильнее, чем она ожидала.

– Ты ничего обо мне не знаешь, – сказала Агата.

– Знаю достаточно, – ответил он. – Ты сильнее, чем думаешь. И именно поэтому меня к тебе тянет.

Она почувствовала, как внутри поднимается злость – спасительная, живая.

– Не смей, – сказала она. – У меня есть любимый человек. И я не игрушка для твоих… наблюдений.

Кир кивнул. Без иронии.

– Я знаю. И я не собираюсь его у тебя забирать.

Пауза.

– Но я буду рядом. И ты должна понимать – это не угроза. Это факт.

Он отступил назад, снова возвращаясь к двери.

Улыбка. Тихая. Почти тёплая.

– Спокойной смены, Агата.

Дверь закрылась.

Она осталась одна в кабинете, чувствуя, как дрожат руки. Он не прикоснулся к ней. Не повысил голос. Не сделал ничего, за что можно было бы его обвинить.

И именно это было самым страшным.

Потому что где-то глубоко внутри она поняла:

эта игра только началась.

Глава 7

День Х

Агата стояла посреди комнаты, окружённая коробками. Книги, одежда, посуда – вся её жизнь теперь аккуратно складывалась в картон, перематывалась скотчем и готовилась к переезду. День, которого она ждала так долго, наконец наступил.

– Может, всё-таки не стоит так спешить… – мама стояла у двери, скрестив руки. – Вы могли бы пожить ещё немного порознь. Привыкнуть.

– Мам, – Агата устало улыбнулась, – мы уже всё решили. Я счастлива. Разве этого мало?

Мама посмотрела на неё внимательно, слишком внимательно.

– Он мне не нравится, – сказала она тихо. – Я не могу объяснить почему. Просто… будь осторожна.

Агата нахмурилась.

– Ты его почти не знаешь. Он заботливый, надёжный, он меня любит.

– Именно это меня и пугает, – пробормотала мама, но вслух уже не продолжила.

Час пролетел незаметно.

Раздался звонок в дверь – и сердце Агаты радостно подпрыгнуло. Илья. Он вошёл с привычной улыбкой, поцеловал её, кивнул маме и сразу принялся за коробки.

– Ну что, – сказал он весело, – поехали строить нашу жизнь?

Они вынесли всё в машину, загрузили багажник. Мама обняла Агату крепко, чуть дольше, чем обычно.

– Если что – я рядом, – шепнула она.

Агата кивнула, махнула рукой, и они уехали.

В машине они смеялись, перебивали друг друга, строили планы – где будет стоять диван, какие шторы купить, кто первый сварит кофе на новой кухне. Они были похожи на детей, сбегающих в свой собственный мир.

Квартира встретила их пустотой и запахом свежей краски. Они быстро разгрузили коробки, начали распаковывать самое нужное. Илья всё время обнимал Агату, целовал в шею, смеялся.

– Надо срочно проверить кровать, – прошептал он. – А то вдруг скрипит.

– Ты невозможный, – рассмеялась Агата, толкая его на матрас.

Они уже целовались, когда зазвонил её телефон.

– Не бери, – Илья улыбнулся, притягивая её ближе. – Пусть весь мир подождёт.

Агата заколебалась, но покачала головой.

– Не могу. Вдруг что-то важное.

Это был ресторан. Проблемы с поставщиками. Накладные, путаница, срочно нужно её присутствие.

– Чёрт… – выдохнула она. – У меня же выходной…

– Я отвезу, – тут же сказал Илья. – И подожду тебя. Всё равно мы ещё не обустроились.

Они быстро собрались и поехали.

В ресторане Илья сел за бар, заказал кофе, а Агата ушла разбираться с документами. Полчаса напряжённых разговоров – и всё, наконец, уладилось.

Она облегчённо выдохнула и пошла к бару.

– Поехали домой? – улыбнулась она.

И тут её окликнули.

– Агата! – Сергей подошёл неловко. – Тут… курьер приходил. Для тебя кое-что оставил.

Сердце ухнуло вниз.

Она уже знала – от кого.

Сергей вернулся со склада с большим букетом. Слишком большим. Из цветов выглядывала заметная открытка. Илья тоже это увидел, подошёл ближе.

– Что это? – спросил он и, не дожидаясь ответа, вытащил карточку.

Он начал читать вслух:

«На языке цветов глоксиния обозначает – я влюбился в тебя с первого взгляда. Спасибо тебе за ту ночь».

Мир вокруг словно оглох.

Агата побледнела. Она шагнула вперёд, вырвала открытку из его рук и разорвала на куски.

– Выкинь это, – резко сказала она Сергею. – Немедленно.

Сергей растерялся.

– Может… я заберу? Девушке подарю?

– Делай с ними что хочешь, – бросила Агата.

Она схватила Илью за руку и потянула к выходу.

В машине разразилась буря.

– Что это было, Агата?! – Илья не скрывал злости. – Какая ещё ночь?!

– Я люблю только тебя! – почти закричала она. – Это глупость, ошибка, человек, который себе что-то придумал!

Она рассказала всё очень обтекаемо. Без деталей. Без правды. Илья молчал, сжимая руль.

– Ты должна была рассказать раньше, – сказал он наконец.

– Я не хотела тебя волновать.

Они вроде бы помирились. Но тишина между ними стала другой – тяжёлой, настороженной.

Дома они продолжили распаковывать вещи. Молча. Без смеха. Без прежней лёгкости.

Когда последняя коробка была открыта, Илья вздохнул:

– Поехали в ТЦ. Нам нужно всё для дома. Начнём с нуля.

Агата кивнула.

Они выходили из квартиры уже не такими счастливыми, как утром.

И где-то глубоко внутри Агата понимала: день Х стал не началом, а первой трещиной.

ТЦ встретил их ярким светом, музыкой и людским гулом. Всё было слишком живым, слишком громким – не в такт тому напряжению, которое они принесли с собой.

Илья шёл чуть впереди, держа в руках список, который сам же и составил в заметках. Агата шла рядом, иногда отставая на шаг – будто между ними уже образовалась невидимая дистанция.

– Начнём с техники, – сказал он. – Потом продукты.

– Хорошо, – ответила она.

Они выбирали чайник, микроволновку, тостер. Илья увлечённо сравнивал характеристики, спрашивал у консультанта, шутил – но шутки выходили натянутыми. Агата ловила себя на том, что улыбается автоматически.

– Тебе нравится этот? – спросил он, показывая на модель подороже.

– Да, – кивнула она. – Если тебе удобно.

Илья посмотрел на неё пристально.

– А тебе? Тебе удобно – или ты просто соглашаешься?

Она растерялась.

– Я правда не против, – мягко сказала она. – Мне всё равно.

– Вот именно, – пробормотал он и отвернулся к витрине.

В продуктовом магазине они катили тележку между рядами. Агата клала в неё привычные вещи: чай, молоко, макароны. Илья молча добавлял что-то своё. Их руки несколько раз сталкивались над тележкой – каждый раз оба вздрагивали, будто от неожиданного разряда.

– Ты раньше не пила такой кофе, – заметил он, когда она положила упаковку зёрен.

– Просто захотелось попробовать, – пожала она плечами.

– С каких пор?

Вопрос повис в воздухе.

– Илья, – она остановилась. – Ты ищешь повод?

Он посмотрел на неё устало.

– Я ищу честность, Агата.

Она отвернулась, делая вид, что выбирает соус.

– Я с тобой честна.

Слова дались легко. Слишком легко.

На кассе Илья расплачивался, не глядя на неё. Когда кассир пожелала им «уютного вечера в новом доме», Агата улыбнулась, а Илья лишь кивнул.

В машине они ехали молча. Город мелькал за окнами, а внутри было тесно от несказанных слов.

– Я не хочу быть тем, кто ревнует, – сказал он вдруг. – Но я не могу просто забыть то, что прочитал.

– Я понимаю, – ответила она. – И мне жаль, что так вышло.

– Мне не нужны цветы от чужих людей, – жёстко сказал он. – Мне нужна уверенность.

Она посмотрела на него. Хотела сказать правду. Всю. Но представила его взгляд, его молчание, его уход – и слова застряли в горле.

– Ты её получишь, – сказала она вместо этого.

Илья кивнул. Но уверенности в его взгляде не появилось.

Дома они заносили пакеты, раскладывали покупки. Делали всё правильно – как пара, которая только начинает совместную жизнь. Но что-то уже не совпадало: жесты, паузы, взгляды.

Вечером они сидели на кухне, пили чай. Между ними стояла новая чашка – ещё без трещин.

– Мы справимся, – сказал Илья, неуверенно улыбнувшись.

– Конечно, – ответила Агата.

Она улыбнулась тоже.

А потом, когда он отвернулся, её телефон тихо завибрировал в кармане.

Она не достала его.

Но знала – спокойствие закончилось.

Ночь

Квартира была слишком тихой.

Агата лежала на спине и смотрела в потолок. Белый. Чужой. Ещё не наполненный их жизнью, привычками, утренним светом. Рядом ровно дышал Илья, повернувшись к ней спиной. Обычно он всегда тянулся ближе. Сегодня – нет.

Она осторожно перевернулась на бок, посмотрела на его плечо, на линию шеи. Хотелось прижаться, уткнуться лицом, почувствовать знакомое тепло. Но внутри что-то держало – тонкое, напряжённое, как натянутая нить.

– Ты не спишь? – тихо спросил Илья.

Она вздрогнула.

– Нет… а ты?

– Тоже.

Пауза. Слишком долгая.

– Странно, да? – сказал он. – Первая ночь. А будто мы здесь давно.

– Или будто не на своём месте, – вырвалось у неё.

Он повернулся к ней, приподнялся на локте.

– Ты жалеешь?

Сердце ухнуло.

– Нет, – быстро сказала она. – Конечно нет.

– Ты уверена?

Она кивнула, хотя он не мог этого увидеть в полумраке.

– Просто устала. День был тяжёлый.

Илья лёг обратно, снова отвернулся. Матрас едва заметно качнулся, и это движение показалось ей окончательным, как точка.

Тишина вернулась. За окном проехала машина, где-то в подъезде хлопнула дверь. Новый дом жил своей жизнью – без них.

Агата закрыла глаза.

Перед внутренним взором всплывали обрывки дня: коробки, слова мамы, открытка, лицо Ильи в ресторане. И тот самый момент, когда она решила не говорить правду. Не сейчас. Не сегодня.

Потом, – убеждала она себя.

Когда всё уляжется.

Но тело не верило этим словам.

Илья вдруг снова заговорил – уже совсем тихо:

– Ты знаешь… я боюсь.

Она напряглась.

– Чего?

– Потерять тебя. – Он усмехнулся без радости. – Глупо, да? Мы только заехали, а я уже думаю о таком.

Она повернулась к нему, коснулась его плеча.

– Ты меня не потеряешь.

Он накрыл её руку своей. Держал крепко, почти болезненно.

– Просто пообещай, – сказал он. – Если что-то ещё есть… скажи мне. Я справлюсь. Хуже – не знать.

Её горло сжалось.

Вот он. Момент.

Но вместо правды она прошептала:

– Обещаю.

Он выдохнул, словно отпуская напряжение, и притянул её ближе. Они лежали лицом друг к другу, соприкасаясь лбами. Так близко – и всё равно далеко.

Илья уснул быстро. Будто ему действительно стало легче.

Агата – нет.

Она лежала, считая его вдохи, и чувствовала, как внутри медленно, почти незаметно растёт тревога. Не из-за кого-то конкретного. Из-за себя.

Потому что новая квартира должна была стать началом.

А стала местом, где она впервые по-настоящему солгала тому, кого любила.

Телефон лежал на тумбочке экраном вниз. Он не вибрировал. Не светился.

Но Агата всё равно боялась на него посмотреть.

Она закрыла глаза и попыталась уснуть.

Ночь приняла её – холодно и молча.

Глава 8

Утро

Агата проснулась от запаха кофе.

Она не сразу открыла глаза – сначала просто улыбнулась, потому что знала: так пахнет только Ильи утро. Шорохи на кухне, приглушённые шаги, старание быть тихим.

– Доброе утро, – его голос был совсем близко.

Она приоткрыла глаза. Илья стоял рядом с кроватью с подносом в руках – кофе, тосты, что-то сладкое и маленькая тарелка с фруктами.

– Ты что, решил меня разбаловать? – сонно улыбнулась Агата.

– Я решил начать нашу совместную жизнь правильно, – сказал он и наклонился, целуя её в лоб.

Они завтракали прямо в кровати, смеясь, крошили тосты на простыни, спорили, чей кофе вкуснее. Всё было так по-домашнему, так легко, что вчерашняя ночь казалась далёким сном.

Когда Илья убрал поднос, он вернулся и лег на неё сверху, опираясь на локти.

– Я соскучился, – тихо сказал он.

Его поцелуи были неторопливыми, тёплыми, будто он никуда не спешил и хотел запомнить каждую секунду. Агата закрыла глаза, отвечая ему, позволяя телу забыть тревогу. Мир сузился до дыхания, прикосновений, до ощущения, что они действительно вдвоём – здесь и сейчас.

Она позволила себе раствориться в этом моменте. Не думать. Не вспоминать. Просто быть.

После они лежали рядом, переплетя ноги, и молчали. Илья гладил её по волосам, лениво, почти сонно.

– Пойдём в душ, – наконец сказал он.

В ванной было тепло и тесно. Они смеялись, обливались водой, целовались, будто снова подростки, которым некуда спешить. Агата ловила себя на том, что смеётся по-настоящему – впервые за долгое время.

Выбраться оттуда оказалось сложнее, чем зайти.

Позже Агата готовила обед. На кухне пахло чем-то простым и уютным. Илья сидел за ноутбуком, работал, иногда поднимая голову и улыбаясь ей – так, будто всё в его жизни наконец встало на место.

Они пообедали вместе, обсуждая мелочи, планы, бытовые глупости.

Потом Агата начала собираться на работу.

– Не задерживайся сегодня, – сказал Илья, помогая ей надеть пальто. – У меня для тебя сюрприз.

– Теперь мне уже любопытно, – улыбнулась она.

Он отвёз её к ресторану, поцеловал на прощание и уехал, махнув рукой.

Агата зашла внутрь, переоделась, поздоровалась с персоналом. Всё было как обычно.

Только уже в кабинете, достав телефон, она заметила уведомление – непрочитанное сообщение, пришедшее ещё вчера.

От Кира.

Сердце неприятно сжалось.

Она колебалась секунду. Потом разблокировала экран и открыла сообщение.

И утро, которое казалось таким правильным, вдруг дало первую трещину.

Агата смотрела на экран несколько секунд, прежде чем решилась прочитать.

Сообщение было отправлено вчера поздно ночью.

Кир:

«Доброе утро, Агата. Надеюсь, ты хорошо спала. Некоторые ночи сложно забыть – даже если очень хочется. Не волнуйся. Я помню своё обещание. Просто знай: ты не одна в том, что произошло».

Она перечитала сообщение ещё раз.

Потом – третий.

В тексте не было угроз.

Не было просьб.

Даже намёка на действие.

И именно это пугало больше всего.

Он знал, когда писать.

Знал, что писать.

И знал, что она прочитает это уже после утра с Ильёй – после завтрака, поцелуев, душа, смеха.

Агата медленно заблокировала телефон и положила его экраном вниз.

Снаружи, за дверью кабинета, ресторан жил обычной жизнью: звенела посуда, кто-то смеялся, официанты переговаривались. Мир был нормальным. Слишком нормальным.

А внутри у неё вдруг появилось отчётливое понимание:

Кир никуда не торопится.

Он уже внутри её жизни.

Тихо.

Аккуратно.

Без следов.

И от этого выбраться будет сложнее, чем она думала.

Агата ещё раз посмотрела на экран телефона.

Сообщение Кира всё ещё было там – спокойное, почти вежливое, от чего становилось только хуже.

Она задержала дыхание и нажала «удалить».

Потом зашла в настройки, нашла номер и, не раздумывая больше ни секунды, добавила его в чёрный список.

– Так правильно, – прошептала она сама себе.

Экран погас.

Будто вместе с ним должна была погаснуть и тревога.

Рабочий день подходил к концу. Агата переоделась, накинула пальто, быстро попрощалась с коллегами. Внутри было нетерпение – тёплое, живое. Она хотела домой. К Илье.

Когда она вышла из ресторана, он уже ждал её у машины.

– Ты чего бежишь? – рассмеялся он, открывая дверь.

– Соскучилась, – честно ответила она и поцеловала его в щёку.

Он выглядел довольным. Спокойным. Таким, каким она его любила.

По дороге они говорили о пустяках, смеялись, обсуждали, что ещё нужно купить для квартиры. Агата смотрела в окно и ловила себя на том, что впервые за день ей легко дышится.

Я всё сделала правильно, – убеждала она себя.

Это осталось в прошлом.

Когда Илья открыл дверь квартиры, Агата замерла.

В комнате горели свечи. Много свечей. Их тёплый свет отражался от стен, делая пространство мягким и уютным. По полу тянулась дорожка из лепестков роз, ведущая к столу. На столе – ужин, аккуратно накрытый, будто из фильма.

– Илья… – выдохнула она.

Он наблюдал за её реакцией, явно волнуясь.

– Я хотел, чтобы тебе понравилось. Наш первый вечер. По-настоящему.

Агата обняла его крепко, прижалась щекой к его плечу.

– Мне очень нравится, – сказала она искренне. – Спасибо.

Он улыбнулся – широко, по-детски, как человек, который сделал что-то важное и правильное.

– Я хочу, чтобы у нас было много таких вечеров, – сказал он. – Без работы, без чужих людей. Только мы.

– Так и будет, – ответила Агата.

Она верила в это.

Хотела верить.

Они ужинали при свечах, разговаривали, смеялись. Илья был счастлив – это чувствовалось в каждом его движении, в каждом взгляде. Агата смотрела на него и думала, что ради этого счастья она готова на многое.

Телефон лежал в сумке.

Без сообщений.

Без уведомлений.

Чёрный список казался надёжной стеной.

И всё же где-то глубоко внутри, почти неслышно, жила мысль:

удалить сообщение – не значит стереть то, что уже случилось.

Но сегодня она позволила себе не думать об этом.

Сегодня она выбрала свет.