Текст книги "Измена. Ненужная жена (СИ)"

Автор книги: Анастасия Чудная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

24

Отвлечься и развлечься, так Анна решила, когда покидала тетушкин дом. Правда она совсем не предполагала, что ее отъезд затянется так надолго.

Уже целых три дня Анна гостила в загородном доме близких друзей тети Жаклин – супружеской пары Фостеров. Безусловно скучать здесь не приходилось. Каждый день Фостеры устраивали для своих гостей зрелищные представления, играли в азартные игры, танцевали ночи до утра. А днем все отправлялись на пикники, участвовали в скачках и даже купались в озере.

Все шло относительно неплохо, пока среди гостей не появилась одна из тех мерзких женщин, что присутствовали на свадьбе Анны и Маркуса. Кажется, ее звали Пенелопа. И как бы Анна не желала, чтобы та ее не узнала, это, разумеется, было невозможно.

– Ох, милочка! Какая неожиданная встреча! – обратилась к ней Пенелопа тем же самым противным голосом с покровительственными нотками.

От этого тона у Анны сводило скулы.

– Неожиданный сюрприз, – выдавила она, натянув любезную улыбку.

– Да уж, – Пенелопа неприятно липким взглядом прошлась по ее фигуре сверху вниз. Словно бы делала оценку внешнему виду Анны. – Выглядите чудесно.

От фразы так и разило фальшью. Но светский этикет требовал ответить такой же вежливостью:

– Благодарю. А я восхищена тем, как вам удается все так же блистать.

Пенелопе лесть понравилась. Но как гадюку не задабривай, она все равно останется гадюкой.

– Анна, милочка, а где же ваш муж?

Анну чуть не затрясло.

Пенелопа уже задавала точно такой же вопрос в злополучный день свадьбы. Ничем хорошим тогда это не закончилось.

– Я была бы признательна, если бы вы обращались ко мне, согласно моему положению, – сухо произнесла Анна, проигнорировав заданный вопрос. – Я не давала своего позволения называть меня просто Анной. И уж тем более я вам не милочка.

Пенелопа растерянно моргнула и усмехнулась, видимо решив, что это просто шутка. Разве могла такая скромная девушка, как Анна, посметь сказать нечто подобное?

Однако, поскольку Анна не улыбалась, было очевидно, что она не шутила. Пенелопа недовольно сузила глаза. Она не привыкла, чтобы ее ставили на место.

– Как грубо! – фыркнула Пенелопа, не найдя достойного ответа. – Такое поведение неприемлемо для графини.

Анна презрительно хмыкнула.

– Графиня здесь я, а не вы. А значит мне решать, какое поведение будет считаться приемлемым, – припечатала она.

– Что вы о себе мните! Не думаю, что ваш супруг одобрит ваши выходки.

– Я не нуждаюсь в чьем бы то ни было одобрении, – свысока уронила Анна, а затем развернулась и ушла.

В тот момент Анна ликовала и гордилась собой. Однако она заблуждалась, полагая, что Пенелопа больше не доставит ей проблем.

Как выяснилось позже, Пенелопа истолковала последние слова Анны самым гнусным образом. Она пустила слух, якобы графиня Фейн ни во что не ставит своего мужа и вообще хочет получить развод.

Разумеется, у Анны не было никаких доказательств, что это именно Пенелопа стала источников грязных сплетней. Но она не сомневалась, что это ее рук дело.

Вот только поверит ли ей Маркус? Опыт подсказывал, что вряд ли.

Анна знала, что слухи рано или поздно дойдут до мужа, и со страхом ожидала следующей встречи.

Она взглянула на свое отражение в зеркале и подавила вздох. Идти на ужин совсем не хотелось. Может будет лучше если Анна вернется в городской особняк, дождется Маркуса и лично объяснит ему возникшее недоразумение? Тогда, вероятно, он не станет злиться.

Анна уже решила приказать собрать саквояж, как служанка передала ей записку от тети Жаклин.

Он ищет тебя.

Всего три слова, но от них по спине прошел противный холодок. Желудок скрутило так, словно Маркус уже был здесь в доме Фостеров. Хотя это, конечно, невозможно. Муж не успел бы добраться до Анны раньше послания тети.

В таком случае ей лучше остаться у Фостеров. По крайней мере здесь супруг не сможет устроить скандал.

Анна велела слугам подать ужин в комнату и, взяв книгу, устроилась в кресле. Буквально через несколько минут дверь в ее покои снова отворилась и закрылась. Анна подняла взгляд от книжных страниц и потрясенно уставилась в лицо Маркуса.

– Это правда? – спросил он таким спокойным тоном, словно они не встретились спустя почти неделю, а просто вернулись к прерванной беседе.

– Что правда? – непонимающе спросила Анна, вцепившись в обложку книги.

Как Маркус здесь очутился?!

– Я спрашиваю про развод, – пояснил муж, опасно сверкнув глазами.

Анна нервно сглотнула, продолжая крепко держаться за книгу, как за щит. Маркус стоял у двери, не предпринимая попыток приблизиться, чем только сильнее нервировал.

Что у него на уме?

– Это просто слухи, – как можно небрежнее ответила она.

– Слухи не рождаются на пустом месте, – точь-в-точь повторил он однажды произнесенную Анной фразу. – Разве не так ты говорила, дорогая?

– Я ошибалась, – ровным тоном отозвалась Анна.

– Предлагаю пустить новые слухи, – вдруг произнес Маркус.

Анна нахмурилась, гадая, что муж имел в виду, как он неожиданно пересек комнату и впился в ее губы жадным поцелуем.

25

Это был их первый настоящий поцелуй, не считая положенного касания губами в тот момент, когда священник в церкви объявил их мужем и женой.

Тот раз было сложно назвать поцелуем. Скорее обязательной данью традициям. Но теперь Маркус целовал Анну по-настоящему.

Или, вернее сказать, наказывал?

В движениях мужа было мало ласки или нежности. Маркус словно ставил на Анне клеймо или желал наглядно показать, что она принадлежала ему.

Анна ощутила, как мужская рука обхватил ее за шею и притянула ближе, будто впечатывая в губы мужа. Первым порывом было желание отстраниться. Однако ладонь Маркуса надежно удерживала Анну на месте. Ни пошевелиться.

Тогда она подняла руки и уперлась в твердую мужскую грудь в попытке отодвинуться. Но стоило Анне коснуться мужа, как напор его губ уменьшился. Стал медленнее, мягче. В один момент поцелуй стал томным и мучительно нежным.

Анна не успела опомниться от перемен и вызванных ими новых чувств, как Маркус одним резким движение поднял ее из кресла и крепко прижал к себе, буквально впечатывая в свое тело.

Скорость происходящего кружила Анне голову. Она чувствовала себя в плену мужских сильных рук, и внезапно это ощущение вызвало в ней сладкий трепет. Собственное тело было радо сдаться на волю сильнейшего. Внутри разгорался огонь, о существовании которого Анна даже не подозревала.

Маркус гладил ее спину и сжимал бедра так, словно боялся остановиться. Словно в одну секунду Анна превратилась в единственную и желанную женщину на всем белом свете.

Горячий язык скользнул в ее рот, заставляя задохнуться от порочно пылающих ощущений. Все мысли и заботы отошли на второстепенный план. Исчезли в буре эмоций. В этот момент ничто больше не имело значения.

Маркус оторвался от ее губ и принялся покрывать лихорадочными поцелуями скулы, шею и ключицу. Анне казалось, что кожа пылала в тех местах, где ее касались твердые губы мужа. Ей не хотелось, чтобы происходящее прекращалось, но вместе с тем Анна чувствовала какую-то дикую потребность получить большее.

И как только эта мысль пронеслась в сознании, Маркус вдруг развернул ее к себе спиной и за несколько коротких секунд избавился от пуговиц на платье, быстро освободив Анну от одежды. В тот же миг разгоряченной кожи коснулся прохладный воздух, но Анна не обратила на него внимания.

Творилось настоящее безумие. Где-то на подсознании Анна прекрасно помнила, что злилась и пугалась мужа. Но одновременно желала его. И эта дикая смесь противоречивых эмоций сводила с ума и лишала какого-либо рассудка.

Что она делает? Надо ведь прекратить! Но как же не хочется…

Маркус как талантливый музыкант умело играл на нотах ее тела. Знал заранее на какую точку и с какой силой нажать, чтобы Анна разомлела и растаяла.

Она не поняла в какой момент они оба оказались в горизонтальном положении на кровати. И куда подевалась рубашка Маркуса?

Но все лишние вопросы покинули голову в тот миг, когда их обнаженные тела сплелись в единое целое. Секундный страх и болезненные переживания уступили место упоению и эйфории.

Анне казалось, что она разлетелась на тысячу маленьких кусочков и даже забыла собственное имя. Она даже не сразу поняла, что громкие женские стоны принадлежали именно ей. Однако стыд за свою несдержанность и боязнь того, что Анну могут услышать слуги или – какой ужас! – другие гости, быстро улетучились, как нечто не имеющее значение.

Все, что имело сейчас значение – это мужские руки, творящие с Анной невообразимые вещи. Вещи, о которых даже думать было стыдно. И вместе с тем восхитительно хорошо.

Когда движения Маркуса замедлились, муж с тяжелым прерывистым дыханием упал рядом и перевернулся на спину. Анна тоже пыталась восстановить сбившееся дыхание. Ощущения были такими, словно она пробежала не меньше мили.

Анна неловко повернула голову к Маркусу, гадая, о чем он сейчас думал. А еще ее мучил главный вопрос – теперь между ними все хорошо?

После всего, что только что случилось, Анна не могла представить, что может быть иначе.

Когда сердце понемногу успокоилось, а молчание между ними затянулось, она открыла рот, чтобы спросить, как Маркус ее нашел. Но муж ее опередил:

– Приведи себя в порядок. Увидимся за ужином.

26

Привести себя в порядок? Это все, что Маркус имел ей сказать? После того чувственного безумия, что творилось всего несколько минут назад?

Муж повел себя так, словно ничего не было!

Анна растерянно замерла с открытым ртом, так и не озвучив свой вопрос. В ее картине мира подобное просто не укладывалось в голове. Они ведь только что лежали обнаженные в постели, сплетались так, словно больше всего на свете боялись отпустить друг друга даже на секунду. Анне казалось, что между ними появилось нечто теплое. Настоящее.

Маркус открылся для Анны с новой неожиданной стороны. Он был ласков и нежен с ней.

Пока не получил то, что хотел.

Это открытие стало ушатом холодной воды. Анна вдруг почувствовала себя так, будто ею просто воспользовались. Муж как был к ней холоден, так и остался. Ничего не изменилось.

Нет, не так.

Внутри Анны изменилось многое. Очень многое. Сегодня она стала женщиной. Такое значимое событие не проходит без следа. Оно оставляет свой отпечаток и переворачивает жизнь девушки.

Однако, похоже, для ее мужа это ровным счетом не имело никакого значения.

Анна не знала, как ей реагировать. Как справиться со своими новыми ощущениями в теле. Она испытала неведанное раньше блаженство. Вознеслась до самых небес. Но потом резко упала на дно пропасти.

Маркус как ни в чем ни бывало принялся одеваться, и Анне вдруг стало неловко за свою наготу. Смущенно натянув одеяло до самого подбородка, она нерешительно наблюдала за мужем, не совсем понимая, что они будут делать дальше.

– Ты злишься из-за слухов? – озвучила свою догадку Анна, решив, что пока они с этим не разберутся, холодная стена между ней и Маркусом продолжит расти.

– Меня злят не столько слухи, сколько твоя позиция в их отношении, – вдруг отозвался муж и прямо посмотрел на нее. – Кажется, тебя они ничуть не смущали?

От услышанного брови Анны поползли на лоб. То есть Маркус в первый же день брака заявил, что она ненужная жена, а теперь вдруг обвинял в том, что она якобы равнодушна к слухам про развод? Да он не имеет права так говорить!

– Не смущали?! Ты…, – Анна буквально задыхалась от праведного возмущения и не могла подобрать слов. – Ты совершенно невозможный человек!

Фраза вырвалась неожиданно громко. Если в коридоре кто-то был, то он легко мог ее услышать. Однако Анне было уже плевать.

– Не устраивай здесь сцен, – жестко процедил Маркус, зло прищурив глаза. – Дома обсудим твои выходки. А сейчас будь добра выглядеть как графиня и вести себя в обществе соответствующим образом.

– Это каким же? – язвительным тоном осведомилась Анна, чувствуя себя нерадивым ребенком, которого пообещали отругать дома наедине, когда гости разойдутся. От этого сознания все закипало внутри.

– Таким, чтобы ни один человек даже мысли не допускал, что ты чем-то недовольна, – пояснил муж. – Это в твоих же собственных интересах.

– Неужели? – ядовито хмыкнула Анна. – Иначе что?

– Иначе недоволен буду я, – припечатал Маркус.

Муж уже собрался было уходить, но вдруг остановился. Окинув фигуру Анны каким-то неуловимым взглядом, неожиданно спросил:

– Как ты себя чувствуешь?

Вопрос сбивал с толку. Анна неопределенно пожала плечами, слишком сердитая, чтобы продолжать разговор. Пусть уже муж уйдет и оставит ее одну.

Однако Маркус как будто передумал уходить. Он подошел к Анне и задумчиво посмотрел на кровать.

– Сама можешь встать? – хмуро поинтересовался он.

Сильнее обернувшись в одеяло, Анна свесила ноги на пол и попыталась встать, но пошатнулась от накатившей внезапно слабости. Словно силы разом покинули тело. Странно, что, лежа в постели, она совсем не чувствовала недомогания и вялости.

Муж тут же поддержал ее под локти, а затем вовсе подхватил на руки.

– Я помогу тебе обмыться и одеться, – сказал он, направившись в ванную.

– С этим справятся служанки, – произнесла Анна, недоумевая от нежданного проявления заботы.

Но Маркус был непреклонен:

– Я сам.

27

Анна решила не спорить с желанием мужа. У нее просто не осталось сил на очередное противостояние. Если уж Маркусу так приспичило помочь ей с водными процедурами, то пусть.

Анна внутренне отстранилась от ситуации и стала наблюдать за происходящим со стороны. А со стороны в этот самый момент граф являл собой самый настоящий образец заботливого и чуткого мужа. Все-таки не оставил одну после первой близости. Даже самочувствием поинтересовался. Чудеса какие-то!

Такие резкие перемены в поведении Маркуса порядком дезориентировали. Никогда не знаешь, о чем он думает и что ему взбредет в голову в следующую секунду.

То муж смотрит волком и холодно цедит слова. То целует так, что не хватает дыхания. А потом снова ведет себя, как чужой человек. Как Анне разобраться в его мотивах? Как понять, когда Маркус настоящий и искренний с ней?

Когда гонит прочь? Или когда сжимает в объятиях?

Какой же сложный человек ее муж!

Вода в тазу была еле теплой. Однако Анну это нисколько не волновало – хотелось поскорее смыть с кожи следы страсти и доказательства того, что она стала женщиной.

Но когда Маркус потянулся к ней, чтобы забрать одеяло, Анна резко замотала головой и крепче вцепилась в ткань:

– Нет. Пожалуйста уйди.

Подавив раздраженный вздох, муж произнес:

– Я помогу тебе. Здесь нечего стесняться.

– Ты не понимаешь.

Анна чувствовала тяжелый взгляд мужа и уже думала, что он с силой вырвет у нее одеяло, а заодно отчитает за непослушание. Она уже почти приготовилась до конца отстаивать свое право привести себя в порядок в одиночестве, когда Маркус неожиданно отступил.

– Хорошо, будь по-твоему. Я оставлю тебя, но останусь за дверью.

– Спасибо, – растерянно поблагодарила Анна.

У нее слегка дрожали ноги, но она сумела самостоятельно обтереться смоченной в воде тряпкой. Почти закончив, Анна осознала, почему муж хотел заняться этим вместо служанок. Те бы сразу смекнули, что произошла первая близость, и разнесли бы сплетни. А в их с Маркусом положении лишние слухи лишь усугубят и без того сложную семейную ситуацию.

Хватает и того, что кто-то наверняка слышал, как супруги поссорились, едва встретившись.

Едва выйдя из ванной, Анна обнаружила, что Маркус не только полностью привел в порядок свой внешний вид, но и достал для нее из шкафа самое закрытое и скромное платье среди имеющихся. Это что, такой «тонкий» намек на то, как ей следует одеваться?

Анна молча вскинула бровь и бросила на мужа выразительный взгляд. Но тот сделал вид, что не заметил ее недовольного выражения лица, или скорее проигнорировал, и сказал:

– Если ты закончила, то я позову служанку, чтобы помогла тебе одеться.

А затем, в полной уверенности, что жена сделает, как велено, дернул сонетку и вышел из комнаты.

Решив, что для одного дня достаточно конфликтов, Анна беспрекословно облачилась в выбранный мужем наряд. Ей надоело ругаться, пусть хотя бы конец вечера пройдет в мирной обстановке.

Однако Анна ошибалась, полагая, что Маркус будет проводить все свое время подле нее. В доме Фостеров у графа здесь имелись свои приятели и свои развлечения. И не было никакой надобности волноваться за жену. В темном невзрачном платье Анна едва ли привлечет внимание других лордов. Очень удобно!

Мысленно фыркнув, Анна вернулась в свои покои и открыла дверцы шкафа. Если для того, чтобы обратить на себя внимание мужа, требуется идти ему наперекор, то она станет самой неудобной женой.

28

Перед отъездом к Фостерам тетя Жаклин предоставила Анне новые платья. Складывалось впечатление, что тетушке было только в радость задаривать племянницу нарядами. Возможно, таким образом она компенсировала факт отсутствия собственных дочерей?

Анна не вдавалась в причины такого щедрого поведения родственницы и благодарно принимала ее подарки. И сейчас она собиралась надеть самый откровенный из них.

Элегантное платье из алого бархата с открытыми плечами и глубокой линией декольте было создано, чтобы поражать взоры окружающих. Женщина в этом платье не могла остаться незамеченной, и Анна бы ни за что не решилась надеть его на столичный бал. Для города оно было скандально вызывающим.

Но на загородном светском мероприятии правила приличия соблюдались не так строго, как в Лондоне. Так что, отринув всяческие сомнения, Анна велела служанке помочь ей одеть алое платье.

Когда последняя пуговка была застегнута, она встала перед зеркалом и оценила свой вид. Корсаж облегал фигуру как вторая кожа, а грудь чуть ли не выпрыгивала из выреза и казалась больше. От мысли, что Маркус увидит ее такой, у Анны покраснели щеки и лихорадочно заблестели глаза.

Но образ был не закончен. Надев длинные перчатки, Анна вытащила из волос несколько шпилек таким образом, чтобы часть локонов упали ей на спину. А затем выудила несколько прядей у лица, добавив чуть больше мягкости своему роковому виду.

Полностью готовая, Анна с бьющимся сердцем поспешила вернуться к обществу. Стоило переступить порог бальной залы, как она приковала к себе взгляды всех присутствующих женщин и мужчин. Среди них были как восхищенные, так и завистливые. Но ни одного осуждающего. Будто все прекрасно понимали причину, по которым графиня Анна Фейн решила сменить наряд.

Видимо кто-то уже разнес слух об их с мужем ссоре, решила Анна и незаметно оглянулась по сторонам в поисках Маркуса. Графа в зале не было. Анна испытала разочарование и облегчение одновременно. Кто знает, как поступит супруг, когда увидит ее новый облик?

Из соседней гостиной раздался громкий мужской смех. Кажется, там поставили бильярдные и игральные столы для покера. Возможно, Маркус проводил свое время за одной из игр.

– Предлагаю устроить завтра маскарад! – внезапно громко предложила леди Фостер, встав в центре зала. – Что скажете, лорды и леди?

Гости радостно поддержали предложение хозяйки и принялись обсуждать, где раздобыть маски. Анна много слышала о подобных мероприятиях, где стирались границы приличий. Но ей еще ни разу не довелось посетить ни один бал-маскарад. Звучало заманчиво.

– Леди Анна, мы завтра собираемся отправиться в ближайший городок, чтобы купить маски. Вы поедете с нами? – обратилась к Анне одна из женщин.

– Конечно, я буду рада составить вам компанию.

– Надеюсь, ваш муж не будет против отпустить вас? – с сомнением осведомилась другая, почти неуловимо скользнув взглядом по фигуре Анны, затянутой в алое платье.

– Он не будет, – уверенно заявила она, не испытывая этой уверенности на самом деле, а потом решила добавить. – Мой супруг весьма благосклонен к моим желаниям. И кстати, он лично одобрил это платье.

Идея выставить все таким образом, будто сам Маркус дал добро одеть это откровенное платье, пришла спонтанно. Но показалась Анне вполне удачной. Тогда муж не сможет при всех высказать свое недовольство. Иначе выставит себя дураком.

– Неужели? – на лицах женщинах отразилось искреннее удивление.

– Вот уж не думала, что граф Фейн окажется таким покладистым мужем, – заметила одна из них, вызвав восторженные смешки остальных.

– О, вот и он! – радостно возвестила другая, глядя куда-то за спину Анны. – Милорд, мы восхищены вашим добродушием и отменным вкусом.

Анна застыла с натянутой улыбкой, решив не оборачиваться раньше времени.

– Когда я успел так высоко подняться в ваших глазах? – с вежливым смешком осведомился Маркус.

– Все благодаря вашей супруге, – охотно поделилась леди.

– Вот как? И где же моя супруга? – спросил он, кажется без подвоха. Точно не узнал Анну со спины.

– Ну вы и шутник, милорд! – весело рассмеялись женщины. – Вот же она.

Анна сильнее выпрямила спину и медленно обернулась.