![](/files/books/160/oblozhka-knigi-porochnaya-lyubov-lp-372583.jpg)
Текст книги "Порочная любовь (ЛП)"
Автор книги: Амо Джонс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)
Глава 6
Кали-Роуз
Мои динамики ревут, окна полностью опущены вниз, и я фальшиво подпеваю Эйкону песню «Right Now», умудряясь еще и пританцовывать. Затем я понимаю иронию всей песни и нажимаю «следующая» на своем iPod, меняя ее на другую песню Эйкона «Dangerous».
Что, черт возьми, здесь делает куча песен Эйкона? Чертов Картер.
Я чувствую, будто поскользнулась и упала, вернувшись обратно в начало двухтысячных. Однако, я продолжаю танцевать под эти песни, вытряхивая все свои проблемы.
– Ты можешь сделать это, Кали. Он даже и глазом не моргнет.
Перед отъездом у меня возникла дилемма, что же мне надеть. Поэтому я решила не беспокоиться по этому поводу и надела узкие джинсы, «Чак Тейлоры» и обтягивающую белую майку. Я действительно очень не хочу привлекать ненужное внимание. Мои волосы ниспадают на спину естественными волнами. Я нанесла лишь немного румян и тушь. Мои нервы мчатся со скоростью сто километров в час, и чувствую, что меня начинает тошнить.
Черт тебя побери, Вики Абрахамс.
***
Я въезжаю в ворота по адресу, который прислала мне Вики, и думаю, что меня сейчас вырвет. Мой желудок переворачивается, когда вижу все мотоциклы, припаркованные за пределами гаража.
– Черт возьми, – выдыхаю я в шоке.
Заметив молодого парня, который идет к воротам, уставившись на меня, вздрагиваю от его взгляда, но все равно выхожу из машины.
– Привет, я одна из подружек невесты Вики, – говорю ему, чувствуя себя немного неловко.
Возможно, мне следовало позвонить Вики перед тем, как приехать, но она сказала мне встретиться с ней здесь.
– О, понятно. Конечно, дорогая, иди сюда, – улыбаясь, говорит он и бросает на меня дьявольский взгляд. Он милый. Голубоглазый блондин, с детским личиком. Он машет головой в сторону здания напротив гаража.
Закрыв дверь и проведя ладонями вверх и вниз по рукам, я пытаюсь ослабить напряжение.
– Ладно, конечно.
Я следую за ним туда, что предполагаю, является клубом. Там есть огромная палуба, окружающая бар. Поднимаясь по ступенькам, ведущим в бар, молодой человек толкает дверь, а я прирастаю к месту – очевидно, я не в своей тарелке здесь. Тут только байкеры и… проститутки? Предполагаю это по их одежде. Кругом очень шумно из-за рева музыки, разговоров и выпивки. Я хлопаю по плечу парня – у которого нашивка такая же, как и у остальных, за исключением того, что под «Мотоклуб Грешные Души», написано «проспект» – и смущенно на него смотрю. Это должно что-то значить, но я, честно говоря, ни черта не знаю о работе мотоциклетных клубов. Прямо сейчас, возможно, я вхожу в змеиную яму. С другой стороны, если еще кто-нибудь из этих здоровяков упакован так, как Эд, то, скорее всего, это яма анаконды.
– Вики здесь? – спрашиваю я, стремясь убраться отсюда как можно скорее.
Он кивает.
– Она наверху. Подожди у бара.
Я следую за ним к бару, смотрю налево и вижу целующуюся парочку на одном из диванов в углу у бильярдного стола. Ну, я бы сказала, что это больше похоже на секс. Девушка слезает с колен парня и ведет его в комнату – как я предполагаю.
И вот тогда я вижу, на ком сидела едва одетая шлюха.
Эд?
Бл*ть.
Эд Никсон
Мне уже начинает надоедать то, что Гретхен трется о мою ногу.
– Пошли, – говорю я, шлепая ее по костлявой заднице. Она встает и тянет меня за руки, поднимая. Я с отвращением смотрю на нее, прежде чем встать и последовать за ней, и вот тогда я вижу ее. Кали стоит в баре с Трэвисом, выглядя чертовски красивой, как никогда. Клянусь Богом, она выглядит еще сексуальнее, чем в моих снах. Черт возьми! Она в простой обтягивающей майке, чертовски узких джинах, которые обнимают эту безумно идеальную задницу, и «Чак Тейлорах». Так чертовски просто, но так мило. Гретхен чувствует, мою заминку и мягко тянет меня за руку. Я хмуро смотрю на нее и убираю руку.
– Не делай этого… никогда больше, – оттолкнув ее с дороги, я иду к Кали.
– Привет, я не знал, что ты приезжаешь сегодня, – говорю я, изучая ее глаза и лицо. Она смотрит на меня так, будто у меня три головы.
– Зачем тебе это знать Эд? Все в порядке, возвращайся к тому, чем занимался. Я просто закажу выпивку и подожду «невесту Чаки», – она поворачивается ко мне спиной и уходит в бар с Трэвисом на хвосте. Я хватаю Трэва за жилет и притягиваю к себе.
– Отвали! Держись от нее подальше.
Трэвис в замешательстве переводит взгляд с Кали на меня.
Харви встает из-за стола.
– Трэв, это Кали.
После этого простого уточнения я вижу понимание в глазах Трэвиса. Хорошо. Я не хочу убивать этого маленького засранца.
Трэвис смотрит на меня, потом снова на нее.
– Извини, брат, я не знал.
Игнорируя его, иду вместе с ней к бару, отодвигаю стул и заказываю еще выпивки. Она смотрит на меня краем глаза.
– Возвращайся к своей шлюхе, Эйден.
Ухмыляясь, я провожу языком по нижней губе и вижу взгляд Кали, следящий за моим движением. Что-то подсказывает мне, что ее сладкая маленькая киска все еще изнывает, желая мой член.
– Что, если она не моя шлюха? Что, если она моя старуха? – спрашиваю ее, просто чтобы развеселить.
– Что? Твоя мать? Да это явно не правда, – заявляет она, закатывая глаза и поднося бокал к губам.
Я громко смеюсь. Я и забыл, что она понятия не имеет о нашем образе жизни. Старуха куда выше, чем «жена» в нашем мире. Когда один из братьев дает тебе титул старухи, ты имеешь над ними всю власть. Это самый высокий статус, который любая женщина может получить с одним из наших братьев. К этому нельзя относиться легкомысленно, а если что-то пойдет не так? Мы, как мотоклуб, будем убивать за них, отдадим свои жизни за любую из старух. Они имеют глубокий уровень уважения в сообществе байкеров. Говоря об этом, Гретхен ни в коем случае не старуха, и особенно не моя.
– Что? Нет. На твоем языке это жена.
Я вижу, как она застывает на месте, и бледнеет.
– Черт, мне так жаль, Эд. Я не это имела в виду, я пойду, – она стремительно встает со своего места и выскакивает за дверь так чертовски быстро, что я не успеваю ее поймать.
Я встаю и выхожу за дверь, наблюдая. Она бросает на меня быстрый взгляд, прежде чем сесть в машину. Гретхен подходит ко мне и обвивает мою руку своей, как раз вовремя, чтобы Кали увидела нас вместе. Я отталкиваю Гретхен и иду к машине, но Кали быстро разворачивается и выезжает на дорогу. Гретхен снова подходит ко мне и кладет руку мне на спину.
– Убери от меня свои гребаные руки, Гретхен. Тебе нужно вернуться в ту зону шлюх, из которой ты пытаешься сбежать.
Она фыркает и опускает руки.
– Почему ты такой злой, Эд? И кто она такая?
Распахнув дверь, я возвращаюсь в бар, где сейчас, уперев руки в бока, стоит Вики.
– Какого хрена ты сделал с моей подружкой невесты, Эд Никсон, – кипит она.
Я продолжаю идти к задней двери во двор, и как только выхожу, захлопываю ее за собой. Через несколько мгновений слышу, как открывается дверь и выходит Зейн.
– Что стряслось с Кали, брат? Всякий раз, когда вы рядом, она тебя заводит.
Я качаю головой.
– Чтобы я, бл*ть, знал. Займи меня чем-нибудь.
Он прищуривается, глядя на меня.
– Уверен?
Я киваю, осматривая перед собой большой двор, который используется только для семейных мероприятий. Он оснащен всем, включая детскую площадку и место для костра.
– Ну, хорошо, – Зейн достает из внутреннего кармана жилета желтую папку и передает ее мне.
Поставив свой стакан с выпивкой перед собой, я достаю простой лист бумаги с фотографией человека, его именем и местонахождением.
– Это от Конфедерации убийц? – интересуюсь я, поднимая на него взгляд.
Он качает головой, засовывая руки в карманы.
– Это личная просьба надежного и безопасного источника.
Я прищуриваюсь.
– Ты уверен? Обычно я не выполняю личных запросов.
– Я знаю. Феликс дал его мне.
– Феликс? Он хочет, чтобы я сделал его грязную работу?
– Нет, это не для него. Он сказал, что это просьба от верного друга.
Я поднимаю брови.
– Ты доверяешь этому?
– Он брат. Мы должны доверять ему, даже если есть ощущение, что что-то не так.
Я снова киваю, беру свой стакан и допиваю остатки.
– Скоро вернусь.
***
Я ерзаю на сиденье, когда подъезжаю к бару, где находится моя новая цель. Вот так я зарабатываю, и этим мне удалось скопить чертову кучу наличных. Все остальные братья имеют реальные инвестиции, но не я, хотя бы предпочел сделать это. Закончить чью-то жизнь намного проще, чем управлять бизнесом. К черту это!
Сев снаружи бара, жду, когда выйдет Джастин Литтлтон. Я никогда не знаю, чем занимаются эти люди. Я просто получаю задание, делаю дело, а потом получаю деньги. Я убивал бесплатно, это детские игрушки. Закурив сигарету, прислоняюсь к байку и жду. Как только вижу, что он выходит из бара и садится в свой Мерседес, завожу мотоцикл и следую за ним до окраины Уэст-Бич и дальше в промышленную зону. Я заглушаю байк, снимаю шлем и оглядываюсь по сторонам. Я был здесь раньше – уверен в этом, все вокруг слишком знакомо.
Шестнадцать лет назад
– Куда мы идем, пап?
Отец заставил меня ехать с ним на работу, которую ему нужно было сделать. Мама сказала, что клуб был чист, но я то знал лучше. Возможно, я был молод, но не глуп.
– Заткнись, сынок. Никому про это не говори. Понял?
Я кивнул, глядя в окно на проплывающие мимо деревья.
– Да, понял.
Он подъехал к складу и въехал в ворота. Оглядевшись по сторонам, заглядывая в большие открытые двери, я увидел, что внутри повсюду стояли клетки. Боевые клетки.
– Выходи, сынок. У тебя бой, – сказал он, открывая свою дверь.
– Но почему? – спросил я, выходя из машины.
Он опустился на колено передо мной, чтобы быть на одном уровне. В его глазах я увидел чистое зло, ту самую тьму, которую, как говорили некоторые, они видели и в моих.
– Речь идет о кое-чем другом, сынок. Клуб об этом не знает, и знать не должен. Ты идешь туда, сражаешься и все. Понял?
Кивнув головой, я последовал за ним. У моего отца все еще был сильный акцент, хотя он с детства жил в США.
Войдя внутрь, я увидел еще троих здоровяков. Один, с золотыми зубами, курил сигару. Он заметил меня и опустился до моего уровня.
– Ты, должно быть, Эйден. Роджер отведет тебя в комнату, чтобы ты приготовился, сынок.
Роджер схватил меня за руку и потащил в комнату, которая находилась справа от клеток. Он втолкнул меня внутрь.
– Будь в этой клетке, – он указал на центральную сцену, – через пять минут, – и захлопнул дверь.
Я сорвал с себя майку и начал отжиматься сначала на двух, потом на одной руке, делать плиометрические отжимания (прим.: стиль тренинга, развивающий скоростно-силовые качества спортсмена, подразумевает выполнение взрывного усилия с максимальной скоростью и с наибольшей возможной амплитудой), отжимания «Алмаз», каждый вид отжиманий, после чего начал размахивать руками, практикуя свои удары. Я не нервничал. Никогда. Это было не из-за наглости, это было из-за уверенности в том, что когда я ударю в кого-то кулаком, удар может оказаться смертельным.
По истечении пяти минут направился к рингу. Огляделся и увидел еще один мотоциклетный клуб, но не «Грешные Души». Я был уверен, что они были нашими врагами, но мой отец, никогда не станет предателем. Они с дядей Дэйвом были братьями с самого детства, он бы так с ним не поступил. Я перестал сверлить их взглядом и запрыгнул на ринг. Когда я увидел своего противника, мое тело автоматически насторожилось. Этому человеку было за двадцать – по меньшей мере. Он был весь мускулистый и ростом около сто девяносто сантиметров. Я был большим для своего возраста, но этот чувак был совсем взрослым. Когда я посмотрела на отца, он кивнул. Мгновенно, я чертовски возненавидел его. Судья подошел к середине клетки.
– Вы знаете правила, ребята. Сдаться невозможно, единственный способ покинуть эту клетку – в мешке для трупа, – он опустил руки. – Боритесь, – он быстро выбрался из клетки.
Гребаный матч смерти? Вот во что втянул меня отец с взрослым мужиком? Даже для него это был рекордный минимум. Я поднял голову к мужчине как раз в тот момент, когда он кулаком ударил меня в челюсть, отбрасывая назад к клетке. Боль, которую я чувствовал на своей челюсти, была мучительной. Вот почему я не позволял людям подойти достаточно близко, чтобы ударить меня, но это был слепой выстрел, и теперь я знал, что этот человек был трусом. Я встал как раз в тот момент, когда он подошел ко мне, и снова замахнулся правой рукой. До меня сразу дошло, что он совсем не использовал левую руку, а только правую.
Блокировав его взмах правой рукой, я ударил его по лицу левой. Я амбидекстр (прим.: амбидекстрия – врожденное или выработанное в тренировке равное развитие функций обеих рук, без выделения ведущей руки, и способность человека выполнять двигательные действия правой и левой рукой с одинаковой скоростью и эффективностью), мой левый хук был таким же смертельным, как и правый. Он упал на спину, и я прыгнул на него, ударяя его по лицу, вкладывая всю свою силу в каждый удар. Каждый раз, когда кулаком касался его лица, я чувствовал хруст костей. Кровь была повсюду, на моем лице и руках, ее было столько много, что я чувствовал во рту металлический привкус. Увидев, как рефери вошел в клетку, в пылу момента я схватил голову своего противника и повернул ее с такой силой, что услышал такой хруст, после которого знал, он был мертв. В толпе воцарилась давящая тишина. Тяжело дыша, я встал, вся моя кожа была в крови. Я повернул голову на отца, в его глазах светилось возбуждение, а я продолжал пялиться на него.
Затем указал на мужика.
– Мы закончили, и с этим тоже покончено.
Потом я вышел из клетки, слыша, как комментатор кричал в микрофон: «Это, мои дорогие друзья, был Эд «Палач» Никсон». Я продолжал идти обратно в комнату. Был первый раз, когда я кого-то убил. Произошедшее, одновременно, возбуждало и пугало меня. Однако пугало только потому, что мне понравилось. Вот так и родился «Палач».
Наши дни
Я вхожу в знакомое здание, где ничего не изменилось: все те же клетки, расставленные повсюду и главная прямо в центре. Я смотрю на нее, вспоминая свое первое убийство в юном возрасте тринадцати лет. Полагаю, для обычных людей это прозвучало бы ужасно, но для меня просто еще одно воспоминание из детства. Я продолжаю идти, следуя за своей целью, и когда достигаю двери, в которую он только что вошел, останавливаюсь, прислушиваясь к голосам.
– Джастин, ты нашел нам бойца?
Я слышу знакомый голос, который принадлежал тому мужчине с золотыми зубами и сигарой, человеку, которого помню с того времени.
– Да. Его привозят из Великобритании. Такой же дерзкий.
Я слышу искру зажигалки.
– Сколько ему лет?
Глава 7
Кали-Роуз
Я вхожу в отель, в котором решила поселиться вместо того, чтобы оставаться у Вики, когда звонит мой телефон. Я вижу, что это она, поэтому отвечаю.
– Привет, Вик, мне так жаль.
Она отвечает.
– Не извиняйся, девочка. Ты в порядке?
Я фыркаю и падаю на кровать.
– Думаю, да. Не могу поверить, что оскорбила его партнершу, Вик. Черт! Я назвала ее шлюхой.
Вики делает короткую паузу, а затем смеется в трубку.
– Кали, успокойся. Это была его шлюха. Он просто был типичным Эдом. Он шутил.
Я вскакиваю с кровати.
– Извини? Он шутил? Я собираюсь убить его. Серьезно.
Вики хихикает.
– Возвращайся в клуб. Его сейчас здесь нет в любом случае. Мы сможем выпить и обсудить кое-какие идеи для девичника в пятницу.
– Хорошо, скоро буду.
Положив трубку, хватаю свои ключи. Я собираюсь высказать ему кое-какое мнение, как только встречу его. Мне без разницы, какой он чудовищный.
Когда подъезжаю к воротам, вижу Трэвиса, который на этот раз впускает меня в маленькой улыбкой на лице. Я выбираюсь из машины и улыбаюсь ему в ответ.
– Спасибо, что впустил меня, не используя свой устрашающий взгляд.
Он смеется.
– Ага, без проблем, Кали. Пошли, я отведу тебя внутрь.
Я подхожу к нему, и мы вместе идем в бар.
– Итак, ты новенький? – спрашиваю.
Парень кивает.
– Да, полагаю, можно и так сказать.
– Сколько тебе лет? Разве у них нет возрастных ограничений на то, кто может входить в команду?
– Я уже достаточно взрослый, милая. Заходи.
Трэвис берет меня за руку и тянет через дверь. Сначала, я не думаю ничего плохого о том, чтобы держаться за руки. Это кажется мне милым жестом. Однако так было до того, как я увидела Эда, мчащегося сквозь зал по направлению к нам. Быстро вырываю свою руку из захвата Трэвиса. Не знаю, зачем так делаю, но видимо, это как-то связано со смертельным взглядом, который Эд направил на Трэвиса. Кроме того, я не хочу наблюдать убийство сегодня или в любой другой день.
– Эй, извини насчет…
Он прерывает мои извинения:
– Иди и сядь возле бара с Вики, Кали.
Мои глаза расширились, он так и не посмотрел на меня. Он был занят тем, что сверлил взглядом бедного Трэвиса.
– Эд, оставь его в покое. Он просто помог мне зайти внутрь, – говорю я, становясь перед Трэвисом.
Я чувствую руки Трэвиса на своих плечах, и из горла Эда вырывается рычание.
– Иди, присядь, дорогая. Все в порядке, – говорит Трэвис, подмигивая мне.
Я косо смотрю на Эда, когда направляюсь к бару. Выдвигаю стул и сажусь на него, а Вики взрывается в смехе.
– Ну, будь я проклята.
Я смотрю на нее.
– В чем, бл*ть, его проблема? Он тоже живет в пещере? – спрашиваю.
Я слышу, как смеется Зейн, сидя с другой стороны от Блейка.
– Хорошо. Как раз время ему попробовать на вкус его собственную пилюлю.
Вики быстро заказывает мне напиток, пока я смотрю, как Трэвис отходит к столику у бассейна, а Эд возвращается к нам. Он наклоняется и целует меня в голову.
– Эй, что ты мне говорила? – небрежно спрашивает он. Как будто ему не нужно объяснить только что произошедшее.
Он смотрит на парня, который сидит рядом со мной.
– Подвинься.
Парень уходит, схватив свое пиво, прежде чем Эд занимает его место.
Я смеюсь.
– Ты, должно быть, шутишь, – говорю я, делая глоток своего напитка.
– Что? Что я сделал? – невинно спрашивает он, улыбаясь.
Я выгибаю свою бровь.
– Ну, для начала, я думала, что ты даже не вспомнишь меня. Вообще-то, вроде как и рассчитывала на это.
Эд хмурится.
– Что ты имеешь в виду под «ты рассчитывала на это?» – он сужает глаза, бросая на меня свой взгляд, от которого мои трусики становятся влажными.
Я улыбаюсь, краснея под его пристальным взглядом. Я бы сбросила вои трусики в считанные секунды, если бы он когда-нибудь посмотрел на меня так снова.
– Гм, не важно, – я втягиваю губу в рот и осматриваюсь вокруг.
Эд выгибает брови и улыбается.
– Мое присутствие все еще заставляет тебя чувствовать дискомфортно? – спрашивает он, с широченной улыбкой на губах.
Я кашляю.
– Эм…
Вики наклоняется, бросая в него злой взгляд.
– Оставь ее в покое, Эд. Иди, распространяй свою магию на кого-нибудь другого, пожалуйста, или ты уже переспал со всеми девушками, что находятся здесь?
Поднося свой напиток обратно к губам, не собираюсь лгать, что это беспокоит меня. Я не смотрю на все свысока, но знаю, что Эд был другим со мной. Уверена что это, вероятно, не связано только с тем, что он лишил меня девственности, но он также является самым сексуальным мужчиной, которого когда-либо видела, а я видела много сексуальных мужчин. От воспоминаний того, как он ублажал меня той ночью, я не один раз кончала во сне и просыпалась с мокрыми трусиками.
Эд оглядывает бар и ухмыляется.
– Да, думаю, так и есть.
Я смотрю на Вики, прежде чем закричать:
– Шоты! Мне нужно больше выпивки. Сейчас же, – я указываю за барную стойку.
Вики смеется и наклоняется над стойкой, чтобы схватить бутылку водки.
Блейк рычит и шлепает ее по заднице.
– Детка, сядь, черт возьми. Ты предоставляешь всем отличное шоу.
– Она все равно с моей стороны, – заявляю я. Наклоняясь над стойкой, чтобы дотянуться до бутылки. – Вот, – говорю я, ставя бутылку на стойку.
Я смотрю на Эда и вижу, как он прикусывает нижнюю губу, скривив лицо в попытке спрятать улыбку.
– Бл*ть. Дерьмо, – бормочет он, пока поправляет себя.
Шокировано смотрю на него, пока подношу бутылку к своим губам и делаю долгий глоток, прежде чем наливаю шоты.
Это будут очень долгие две недели.
***
Я со стуком ставлю пустую рюмку, после четвертого шота, уже готовая к следующему, когда Вики говорит:
– Итак, я слышала, что ты проводишь много времени с Домом?
Я отвечаю, наливая больше водки.
– Да, полагаю, так и есть.
Она смотрит на меня, приподняв брови.
– Есть какая-либо причина, почему?
Я качаю головой.
– Нет, мы все еще очень хорошие друзья. Между нами кое-что произошло прошлой ночью, но расскажу тебе об этом потом, когда Эд не будет бросать на меня эти убийственные взгляды, – говорю я, указывая на него.
Он щурится, затем поднимает руки вверх.
– Я же ничего не сказал.
Я смеюсь, хватая рюмку.
– Ты пахнешь одеколоном, смешанным с бензином.
Эд смотрит на меня, а затем переводит взгляд на Зейна.
– Разлил на себя немного бензина, когда заправлялся. Я сменил одежду, но, похоже, еще немного пахну им.
Пожимая плечами, продолжаю безрассудно пить, пока мы с Вики строим планы на эти выходные. Время от времени я чувствую, как Эд касается моей ноги, и каждый раз мое тело напрягается. Каждый раз как это происходит, я слышу дерзкий смешок, исходящий от него. Мудак.
***
Прямо сейчас я действительно и по-настоящему пьяна. С тех каникул, я пила множество раз, чего не скажешь про мою сексуальную жизнь. Я лучше буду проводить ночь одна, одетая в ночнушку, выпивая вино и закусывая его пиццей, чем буду сотрясать клубы.
– Давай потанцуем, – я говорю Вики, и тяну ее к танцполу.
– Не у шеста, Кали! Именно это я имею в виду, – слышу, как кричит Эд со своего места, и закатываю глаза на его слова.
– Нет, иди к шесту, Кали. Я посижу здесь и понаблюдаю, пока ты будешь заниматься своим делом, – говорит Зейн, ухмыляясь Эду.
Я понятия не имею, о чем они говорят.
Вики смеется.
– О, не беспокойся, Эд. То, что эта девочка делает на танцполе, заставит всех стриптизерш завидовать.
Он сужает глаза в интересе.
Она идет к звуковой системе и бормочет:
– Я заставлю ее.
Затем она возвращается ко мне с убийственной улыбкой на лице. Следующее, что я слышу, это песня «Уи́кнд» «Or Nah» раздается сквозь динамики. Вики садится на стул и указывает на себя.
– Давай, сделай это, ты же знаешь, что хочешь.
Я ухмыляюсь, глядя на Эда, а затем пожимаю плечами. Танцевать – это то, что я люблю делать. Иногда мне нужно тереться о знаменитых мужчин для их видеоклипов, поэтому я вполне уверена, что могу сделать это со своей лучшей подругой. Медленно я начинаю танцевать, приспосабливаясь к ритму, танцуя на коленях Вики под грязные слова песни. Это очень вдохновляет, знать, что ты можешь поставить мужчину на колени, просто тряся возле него своей задницей. Следуя басам песни, я опускаюсь ниже, толкаясь задницей Вики на колени. Не успеваю я протанцевать и половину песни, когда вижу, как Эд встает со своего стула и с улыбкой идет ко мне.
Он притягивает меня к себе.
– Серьезно? Ты серьезно думаешь, что это умно трясти этой потрясающей задницей в этом месте? Здесь? – спрашивает он с озорным огоньком в глазах.
Я пожимаю плечами.
– Прямо сейчас мне действительно не важно.
Он хватает меня за руку и тянет к выходу.
– Эд Никсон, я уже серьезно начинаю уставать от твоего дерьма пещерного человека по отношению к моей подружке невесты, – кричит Вики с танцпола. Эд отворачивается и показывает ей средний палец.
Мы идем на улицу, и дрожь проходит через мое тело. Почему я, черт побери, не взяла с собой кардиган? Он снимает свою черно-белую кепку, затем снимает свою толстовку и надевает ее на меня, прежде чем задом наперед надеть назад свою кепку. Он в своей обычной, по крайней мере, я так думаю, белой футболке с жакетом мотоклуба поверх, свободно сидящими на бедрах джинсами, которые красиво облегают его ноги и армейских ботинках. Кепка, которую я бы с радостью сорвала, чтобы увидеть это лицо на мне, пока буду чувствовать, как его член толкается в меня, дает ему преимущество. Я подношу свой напиток к губам, на которых играет улыбка. Я могу быть немного шаловливой, когда Эд рядом.
– Спасибо, – говорю я, улыбаясь ему, пока делаю еще глоток своего напитка.
– Я наконец-то остался с тобой наедине, – отвечает он с ухмылкой, сидя на второй ступеньке и облокотившись на свой локоть.
Я смеюсь.
– Думаю, это немного пугает меня, – говорю, когда сажусь на вторую ступеньку рядом с ним.
Эд смотрит на меня, запрокинув голову.
– Кто, я? Черт, нет! Я совсем не устрашающий, – сарказм так и сочится из его тона.
Я снова смеюсь.
– Я действительно надеялась, что ты не вспомнишь меня.
Его лицо становится серьезным.
– Почему? Хотя обычно так и бывает, но знаешь, ни за что не забуду эту задницу. Она на всю
жизнь в моей памяти, – игриво отвечает он.
Я ударяю его в плечо.
– Остановись, – говорю я, смеясь, и делаю еще один глоток, пока оглядываю темную ночь.
– Ты собираешься спросить меня, есть ли у меня парень, прежде чем продолжишь свои штучки пещерного человека? – спрашиваю я, выгибая бровь.
Он смеется и смотрит на меня, проводя языком с пирсингом по двум кольцам в его губах, с которыми я довольно хорошо знакома.
– Нет, меня не волновало бы, если бы он у тебя был.
Я чувствую себя идиоткой. Конечно же, ему было на это наплевать. Мы же сейчас говорим о Эде.
– Да, правильно.
Я встаю.
– Я собираюсь вызвать такси, мне нужно вернуться обратно в отель.
Он все еще, кажется, слишком увлечен осмотром двора, поэтому я поворачиваюсь, чтобы уйти, но он хватает мою руку своей. Я смотрю на него сверху вниз, сердце колотится, и сжимаю бедра.
– Я подвезу тебя, Кали, – говорит он, глядя на меня. Я раздраженно вздыхаю. Он такой совершенный, что становится больно.
Я нервно хмыкаю.
– Да ты что, забыл? Я не катаюсь на байке.
Он пожимает плечами, встает с места, так и не отпуская мою руку.
– Значит, мы возьмем мою машину. Я все равно держу ее здесь, пока построят мой дом.
Я смотрю на него, и он сужает свои глаза, ухмыляясь мне. Он всегда такой озорной говнюк.
– О'кей, – тихо отвечаю я. Пока следую за ним через бар, вижу, что все пялятся на нас.
Я смотрю на Вики.
– Он подкинет меня до отеля.
Выражение ее лица меркнет.
– Почему бы тебе просто не остаться со мной?
Я кладу руки ей на плечи.
– Потому что, любимая, я могу убить тебя, если мне придется жить с тобой две недели, что остались до твоей свадьбы, но я все равно люблю тебя.
Подруга смеется.
– Эй, я была так плоха? И кто тебе сказал? Это был Блейк, не так ли? – она поворачивает голову к Блейку, и если бы взглядом можно было убивать, он бы уже был мертв.
Я качаю головой и смеюсь, спасая его от гнева будущей жены.
– Нет, но я поеду. Напиши мне завтра, какие будут планы. Хорошо?
Она кивает и обнимает, прежде чем я иду к двери, где ожидая меня, стоит Эд. Когда я почти достигаю двери, чувствую, как кто-то прожигает дыру взглядом в моей голове. Повернувшись вправо, я вижу ту самую блондинку, которую видела с Эдом в свой первый вечер здесь. Она сидит здесь и выглядит не совсем счастливой. Эд видит, что я остановилась и смотрит туда, куда направлен мой взгляд, прежде чем идет ко мне и обнимает.
– Детка, тебе нужно прекратить это дерьмо с ревностью, иначе у нас ничего не получится, – говорит он, ухмыляясь, пока оставляет поцелуй на моей голове.
Я смеюсь и отталкиваю Эда от себя.
– Заткнись.
Мы вместе идем в гараж, и он набирает код, заставляя одну из семи дверей открыться. Моему взору предстает большая, красивая блестящая машина. Я подхожу к ней и провожу рукой по черной металлической поверхности.
– Додж Чарджер РТ 1970 года, – отвечает он на мой невысказанный вопрос.
Я смотрю на него и улыбаюсь.
– Она красивая.
Открывая водительскую дверь, Эд садится на водительское сиденье, возрождая зверя к жизни.
– Значит, у тебя полный набор, а? Мистер плохой мальчик байкер, с тату, пирсингом и водит автомобиль с восьмицилиндровым двигателем? Я впечатлена, – шутливо говорю я.
Эд смеется, переключаясь на первую скорость.
– Впечатлена достаточно, чтобы раздвинуть эти сладкие ножки для меня еще раз?
Я в шоке поднимаю к нему голову, только чтобы увидеть, как он ухмыляется.
Смеясь, я качаю головой.
– Ты просто что-то с чем-то, мистер Никсон.